Жанр: Триллер
Магия кошмара
...лм совершенно не подходит нам с тобой. Нью-Йорк гораздо
более интересный, более разнообразный, более волнующий, более...
- Более опасный и более дорогой. Вряд ли мы нуждаемся в том, чтобы наша
жизнь стала еще более волнующей. Я ведь каждый день катаюсь в Нью-Йорк. Ты
хочешь иметь дело с бездомными, валяющимися на тротуарах? С бандитами за
каждым углом? Да там ты станешь еще более сумасшедшей, чем сейчас.
- Неужели ты действительно считаешь меня сумасшедшей?
Дэйви покачал головой и поднял руки.
- Забудь об этом. Мы как раз подходим к серьезным вещам. Давай поговорим о
том, почему Натали Вейл так отреагировала на твое появление. У нее началась
настоящая истерика. И это не из-за меня. И не из-за того копа. А оттого, что она
увидела тебя.
- С ней что-то случилось. Поэтому она и вела себя так.
- Хорошо, с ней что-то случилось. И случилось это в тех же яслях, куда ты
отнесла ребенка, когда решила поиграть в Господа Бога. Ты хочешь, чтобы я поверил,
что это совпадение?
- Ты думаешь, что отвезла ее туда я?! - От полнейшей абсурдности сказанного у
Норы перехватило дыхание.
- А другого объяснения я не нахожу. Ты заперла ее в пустом здании и держала
там, пока ей не удалось сбежать. Интересно только, помнишь ты или нет о том, как ты
это делала? Ведь ты действительно испугалась, когда Натали начала кричать. А
актриса ты не очень хорошая, Нора. Думаю, ты могла сделать это в состоянии
невменяемости.
- Я держала ее в заброшенном здании. А еще я, наверное, залила кровью спальню
Натали. Что еще я делала? Пытала ее? Морила голодом?
- Это должна сказать мне ты. Но, судя по тому, как вела себя Натали, как она на
тебя смотрела, - ты делала и то и другое.
- Ты просто сразил меня наповал.
- Взаимно.
Во время затянувшейся паузы Нора смотрела на мужа, недоумевая, как это он так
быстро превратился в совершенно незнакомого ей человека.
- А не будешь ли ты так добр заодно сказать, что же заставило меня проделывать
все это с Натали Вейл, которую я всегда любила? И с которой, несмотря на все, что ты
наговорил Холли Фенну, я не виделась почти два года?
Впервые за время этого разговора Дэйви стало неловко. Он что-то лихорадочно
обдумывал, и неловкость эта явственно перерастала в гнев.
- Вот именно! Что же это такое тебя заставило? Что-то из ряда вон, да?
- Хотелось бы и мне знать, - сказала Нора - Причина наверняка у меня под
носом, но я никак не могу ее разглядеть.
- Мне действительно необходимо произнести это вслух?
- А ты думал, я собираюсь гадать, негодяй ты этакий?
- Тебе не придется гадать, Нора. Ведь ты хочешь, чтобы я сказал это.
- Так скажи.
Дэйви откинул голову назад и посмотрел на жену так, словно она только что
предложила ему съесть пригоршню грязи.
- Ты узнала обо мне и Натали. Теперь довольна?
- Ты и Натали Вейл?!
Дэйви устало кивнул.
- У тебя был роман с Натали Вейл?
- Наша с тобой сексуальная жизнь оставляла желать лучшего, не так ли? Когда
мы все-таки занимались сексом, ты никогда не возбуждалась, Нора. Поэтому ты и стала
удаляться в "сумеречную зону". Не знаю, куда ты на самом деле "уходила", но для меня
там явно не было места.
- Неправда! - Нора стойко боролась с накатывающими поочередно волнами
гнева, отвращения и неверия. - Это ты дал мне отставку. Ты переживал по поводу
работы - так примерно я думала, - и это стало влиять на тебя в постели, а из-за этого
ты волновался еще больше и получалось еще хуже.
- Ну, разумеется, это была моя вина...
- Это была ничья вина! - взорвалась Нора. - Ты обвиняешь меня в том, что
спал с Натали, черт бы ее побрал, и знаешь, как это называется? Это мальчишество! Я
не просила тебя пихать в нее свой член! Эту игру ты придумал сам.
- Ты права, - сказал Дэйви. - Ты не можешь отвечать за свои поступки. Ты уже
плохо представляешь, что такое реальность.
- Да нет, вот как раз сейчас начинаю представлять. Когда у вас началось? Ты что
- приехал в один прекрасный день к ней домой и сказал: "Эй, Натали, мы со
старушкой Норой плохо ладим в последнее время. Как насчет того, чтобы
покувыркаться?"
- Если ты так хочешь знать, как это началось... Я встретил ее однажды в
"Деликатесах" на Мейн-стрит, мы разговорились, и я пригласил Натали на ланч. С тех
пор и...
- И как давно состоялся этот замечательный ланч?
- Месяца два назад. Мне интересно только, как ты узнала и когда в твоей
безумной голове начал созревать этот сумасшедший план?
- Да я узнала об этом около двух секунд назад! - закричала Нора.
- Интересно будет послушать, что скажет Натали, когда сможет говорить. Судя по
тому, что я увидел, ты перепугала ее до смерти.
- Ничего удивительного, - сказала Нора. - Но только оттого, что она сделала со
мной, а не наоборот.
Оба, сознавая, что зашли в тупик, несколько секунд в упор смотрели друг на друга.
Затем Нора вдруг поняла одну вещь.
- Вот почему в тот день тебя так потянуло к ней в дом! Решил проверить, не
наследил ли там? А вся эта чушь, которую ты рассказывал мне прошлой ночью, была
очередной побасенкой Дэвида Ченсела.
- Ну, хорошо, хорошо, я боялся, что оставил что-нибудь в ее доме. Если бы я
увидел что-то, мог бы сразу сказать, что мы оставили это здесь во время нашего
последнего визита.
- А мне бы наврал, как это туда попало.
Дэйви пожал плечами.
- А как попала в дом Натали книга Пэдди Мэнн?
Он улыбнулся.
- Уж во всяком случае, ей дал ее не Дик Дарт.
Норе захотелось вдруг швыряться тарелками о стену.
Затем с потрясающей и стремительной ясностью ей вдруг припомнилась картина:
Элден, на террасе говоривший Дэйви о Дике Дарте: "Интересно, как относится жена
Лиланда к тому, что сын ее ухаживает за теми же женщинами, которых соблазнял ее
муж сорок лет назад". И еще: "Надо быть очень странным мальчиком, чтобы так
поступать, как думаешь?". Так это Элден был тем человеком, которого Натали
называла Простофилей. И возможно, это Элден сделал фотографии, висевшие в кухне
Натали. Перестав улыбаться, Дэйви посмотрел на Нору растерянным, виноватым
взглядом, и она поняла, что права.
- У Натали был роман с твоим отцом, да?
Дэйви часто заморгал, и взгляд его стал еще более виноватым.
- Хм... Да. Был. - Он закусил нижнюю губу и внимательно посмотрел на Нору.
- Странно, что ты знаешь об этом.
- А я и не знала. Только что догадалась.
- Могу предположить, она говорила тебе об этом, когда роман был в разгаре.
Ведь, помнится, вы с ней как-то встретились в супермаркете?
- Значит, книги из серии "Черный дрозд" подарил ей Элден. - На Нору снизошло
новое озарение. - А я-то все гадала, почему они стояли отдельно? Подарок от
любовничка, вот Натали и держала их все вместе.
- Она никогда даже не открывала их, - сказал Дэйви.
- Неудивительно. При ее активном образе жизни на чтение времени не
оставалось. А Элдена она отшила, когда подвернулся ты? Это было что-то вроде
бартера - махнула на обновленный вариант?
- Их роман к тому моменту уже закончился. У них и не было ничего серьезного.
- Не то что ваша пламенная страсть. Тебя, наверное, очень возбуждало то, что ты
увел шлюшку у отца. Все-таки своего рода победа.
- О романе Натали с моим отцом я узнал совсем недавно. - У Дэйви начала
дергаться левая нога Он снова закусил губу.
- Вы с ней играли в сравнения? Длина? Выносливость? Все то, о чем мальчики
всегда так беспокоятся.
- Замолчи, - сказал Дэйви. - Конечно, нет. Это не имело для меня значения.
- Для тебя ничто не имеет значения, не так ли? Ты сам не понимаешь
собственных чувств. Ты просто отталкиваешь их в сторону в надежде, что отомрут
сами по себе.
- Нора, это был всего лишь порыв. По всему земному шару люди делают то же
самое. Но если я так эмоционально туп, как ты утверждаешь, к чему тогда этот
разговор? Я знаю твердо лишь одно - я беспокоюсь за тебя. Единственное объяснение
происходящему я только что высказал. А если ты действительно слетаешь с катушек, я
не знаю, что с тобой делать.
- Но я не трогала Натали! И не я, а ты завел поганую интрижку! Ты предал меня!
А затем переложил на меня свою вину. Ведь если я сумасшедшая, то твоя измена
оправдана.
- О'кей, - сказал Дэйви. - Может быть, существует какое-нибудь другое
объяснение. Надеюсь, что существует, потому что это мне не очень нравится.
- Зато мне очень нравится наш разговор, - сказала Нора - В нем столько
доверия и сочувствия друг к другу!
- Думаю, нам надо подождать и посмотреть, что будет.
- Я не могу больше выносить всего этого. - Нора просто кипела от ярости. - Я
не могу больше выносить тебя. Я в бешенстве от того, что ты спал с Натали, но если
бы ты выказал хоть малейшие признаки того, что начинаешь понимать, кто такая я,
возможно, я в конце концов смогла бы пережить измену. Но то, что ты несешь, еще
хуже, чем я... - Нора остановилась, не находя слов.
- Если я не прав, я готов ползать по битому стеклу и просить прощения.
- Восхитительно! Прямо бальзам на душу.
Дэйви встал и быстро вышел из кухни, не взглянув на Нору.
32
После того как открылась и захлопнулась дверь гостиной, Нора разжала кулаки и
попыталась расслабиться. Увертюра к "Манон Леско" поплыла из гостиной. Повидимому,
он собирался прятаться, пока сюда не явится взвод полицейских и не
отправит ее в наручниках в сумасшедший дом.
Дэйви унизил ее и растоптал. По его версии их брака выходило так, что преступно
иррациональная жена изводила заботливого мужа. Нора была не настолько вне себя,
чтобы не признать их сексуальную жизнь далекой от совершенства, и она знала, что
многие семьи, может быть, большинство семей, восстанавливались после супружеских
измен. Она готова была признать, что ее ночные кошмары, которые, возможно, были
гораздо ужаснее, чем ей казалось, сыграли определенную роль в том, что сделал Дэйви.
Нора готова была принять на себя часть вины. Но она не могла простить Дэйви, что он
буквально списал ее со счетов.
Как только разница в их возрасте действительно стала разницей, Дэйви
запаниковал. Женщина сорока девяти лет больше не поспевала за сорокалетним
мужчиной. Не ночные кошмары и иррациональное поведение, а климакс отпугивал
Дэйви Ченсела.
Это было по-настоящему жестоко. Нора резко поднялась из-за стола, сложила в
стопку тарелки и собрала приборы, борясь с искушением швырнуть все это на пол. Она
загрузила посуду в машину, а сковородки опустила в раковину. Если Дэйви бросит ее,
куда она пойдет? Он переедет в "Тополя", а она останется в этом доме? Когда Нора
представила себе, что останется жить одна на Крукид Майл-роуд, ее замутило от
отвращения.
Она без труда могла припомнить каждый свой день с момента исчезновения
Натали: ходила по магазинам, стелила постель, прибирала в доме, читала, бегала по
утрам. Обзванивала агентов насчет "Черного дрозда". На следующий день после
пропажи Натали, когда в доме на Саут Поуст-роуд она, по мнению Дэйви, пытала
похищенную, Нора встретила на Мейн-стрит в кафе под названием "Приключения
Алисы" жену Артуро Лэндригана Бет. Несмотря на то, что она была замужем за
полным идиотом, считавшим себя обязанным купаться в золотой ванне ("Чувствуешь
себя как хорошее вино в золотом кубке", - признавался Артуро), Бет Лэндриган была
умной, скромной женщиной лет пятидесяти с лишним, всегда готовой к сочувствию,
одной из немногих женщин Вестерхолма, которая, как искренне верила Нора, могла бы
стать ее близкой подругой, но главным препятствием к этому была взаимная неприязнь
их мужей. Дэйви считал Артура Лэндригана мещанином и обывателем, и Нора могла
представить себе, что, в свою очередь, думал о Дэйви Артур. Женщины
воспользовались случайной встречей, чтобы скоротать незапланированный часок в
"Приключениях Алисы", и по меньшей мере полчаса они говорили о Натали Вейл.
"А может, я действительно сумасшедшая?" - говорила себе Нора двадцать минут
спустя, бесцельно руля по зеленым улицам Вестерхолма. Она в очередной раз
повернула, проехала по извилистой улочке и вдруг заметила вокруг гораздо больше
машин, чем ожидала. Только тогда до нее дошло, что едет она вниз по Меррит-парквей
в направлении Нью-Йорка. Какая-то часть ее решила убежать от всего происходящего,
и эта часть тащила сейчас за собой все остальные - так, все вместе, они проехали уже
около пятнадцати миль; до Нью-Йорка оставалось двадцать пять. Уже через полчаса
она оставит машину в гараже, съехав с трассы ФДР . При себе у нее наличными около
двухсот долларов, и она может взять еще из банкомата. Можно поселиться в отеле под
чужим именем, пожить там пару дней и посмотреть, что произойдет.
"Если ты собираешься изменить свою жизнь, Нора, - сказала она себе, - жми на
газ".
Будто две Норы сидели за рулем "вольво". Одна из них собиралась двигаться
дальше по Меррит-парквей, а другая готова была доехать до ближайшей развязки и
повернуть обратно в Вестерхолм. Оба варианта казались одинаково возможными.
Первый был очень соблазнителен, второй же куда более соответствовал
представлениям Норы о собственном характере. Но почему она обречена все время
следовать своим представлениям о том, что хорошо и что плохо? И почему она должна
по умолчанию допускать, что единственно верное сейчас решение - повернуть назад.
Если ей хочется бежать в Нью-Йорк, значит, Нью-Йорк и есть верное решение.
Нора решила ничего не решать, а просто посмотреть, что ей придет в голову
сделать, а итоги подводить после. Несколько минут она летела по автостраде с
радостным, пьянящим ощущением душевной свободы. На обочине появился и остался
позади знак разворота, затем впереди показался и сам разворот. Две разных Норы
тихонько радовались мирному сосуществованию внутри одного тела. Через десять
минут навстречу выплыл новый знак разворота, но Нора осталась в левом ряду.
"Так мы и знали", - подумали обе Норы.
Несколько секунд спустя, когда впереди появился второй разворот, Нора включила
поворотник и в последний момент успела перестроиться и уйти с автострады в
сторону.
Нора поставила машину в пустой гараж. Сознание того, что ей не придется
объяснять свое поведение Дэйви, принесло облегчение, и одновременно Норе стало
вдруг очень любопытно, что он делает сейчас. Поначалу она решила, что Дэйви поехал
навестить родителей, но, подойдя к входной двери, поняла, что вполне мог позвонить
Холли Фенн и сообщить какие-то новости о Натали. Она представила, как ее муж
шепчет нежные слова Натали Вейл, и ей захотелось вернуться в машину и умчаться
поближе к краю света - в Канаду или Нью-Мексико. Или домой, в Мичиган. У нее
оставались друзья в Травес-сити, люди, которые поддержат и защитят ее. Мысль о
защите мгновенно разбудила в памяти образ Дэна Харвича, но эту фальшивую помощь
Нора тут же оттолкнула. Дэн Харвич был женат во второй раз, и молодожены вряд ли
будут рады ее появлению в нарядном каменном доме на Лонгфелло-лейн в
Спрингфилде" штат Массачусетс.
Нора заглянула в гостиную и пошла наверх. А вдруг Дэйви поехал ее искать?
Самым вероятным объяснением его отсутствия был вызов в полицейский участок, но в
этом случае он оставил бы записку. Она посмотрела на место, где они обычно
оставляли записки друг другу, - это была секция кухонного стола рядом с телефоном,
стаканчиком с ручками и толстым блокнотом. На верхнем листочке было написано
"грибы" и что-то еще - наверное, начало списка покупок. Нора подошла к другому
месту, где могла быть записка, - столу в гостиной, однако там тоже не было ничего,
кроме стопки журналов. Тогда она вернулась в кухню, еще раз обследовала рабочий и
обеденный столы. Прошла в спальню - может, записка там? Ничего, кроме мятых
простыней и одеял.
Почувствовав себя бесшабашной Норой, растворившейся в Нью-Йорке, она как раз
направлялась в гостиную, когда зазвонил телефон.
Нора подняла трубку, надеясь вопреки сбежавшей себе услышать голос Дэйви.
- Я решилась и хочу, чтобы ты сделала то же самое, - произнес в трубке женский
голос.
- Вы ошиблись номером...
- Не глупи, - сказала женщина, и только теперь Нора узнала голос своей
свекрови. - Я хочу это сделать.
- Дэйви у вас?
- Никого тут нет. Я могу примчаться и отдать ее тебе прямо сейчас. Я так долго,
так долго была с ней одна. Это очень важно, это просто необходимо, чтобы ты ее
прочла! И я себе места не найду, пока не услышу твоего мнения.
- Вы хотите привезти свою книгу сюда? - удивилась Нора.
- Я хочу вырваться отсюда, - сказала Дэйзи. - Я не была на улице бог знает
сколько! Я хочу увидеть улицы, я хочу увидеть мир! С тех пор как я решилась, я вся
буквально пылаю от восторга!
- Я чувствую, - сказала Нора.
- Благословляю тебя за предложение, трижды благословляю тебя! Ты можешь
привезти мне ее обратно во вторник или среду, когда мужчины уедут на работу.
- Вы собираетесь сесть за руль?
Дэйзи не выводила машину из гаража уже несколько десятков лет.
- Конечно, нет, - рассмеялась Дэйзи. - Меня привезет Джеффри. Не волнуйся,
на Джеффри можно положиться целиком и полностью. Он как Кремль!
- Тогда вам лучше поторопиться, - сдалась Нора - Я не знаю, когда вернется
Дэйви.
- Это так захватывающе, - пропела Дэйзи и повесила трубку.
Нора со стоном привалилась к стене. Дэйви не обязательно знать, что она видела
книгу его матери. Акт передачи будет проведен словно под одеялом в темную ночь.
Дэйзи отдаст ей рукопись, и через несколько дней Нора вернет ее. Ей даже не
обязательно читать книгу: все, что от нее требуется, - это приободрить Дэйзи.
Нора выпрямилась и подошла к окну гостиной, стыдясь низости собственных
мыслей.
Когда, по ее подсчетам, машина Дэйзи должна была свернуть на Крукид Майлроуд,
Нора вышла из дома и прошла к концу подъездной дорожки, куда почти
одновременно с ней подрулил "мерседес". Дэйзи начала открывать дверь еще до того,
как машина остановилась, и Нора сделала шаг назад. Дэйзи выскочила из машины и
заключила ее в объятия.
- Мой дорогой гений! Мое спасение!
Дэйзи чуть отстранилась, исступленно глядя на Нору широко раскрытыми
влажными глазами. Седые волосы ее были в полном беспорядке.
- Разве это не замечательно - такое озорство? - Она снова исступленно
усмехнулась Норе, повернулась и с усилием подняла с заднего сиденья толстый
кожаный чемоданчик, перетянутый ремнями.
- Вот. Отдаю это в твои волшебные руки.
Она протянула чемоданчик, как ценный приз, и Нора взяла его за ручку. Когда
Дэйзи убрала руки, Нора чуть не уронила трофей - он весил не меньше двадцатитридцати
фунтов.
- Тяжелый, правда? - с гордостью поинтересовалась Дэйзи.
- Книга закончена? - спросила Нора.
- Это скажешь мне ты. Но конец близок, близок, он близок, и поэтому это была
такая чудесная идея. Жду не дождусь услышать твое мнение. Боже правый! - Глаза ее
округлились. - Знаешь что?
Нора подумала, что Дэйзи, вероятно, прочла в утренних газетах сообщения о Дике
Дарте.
- Они построили эту омерзительную крепость на Поуст-роуд, прямо на том месте,
где прежде стоял такой миленький домик.
- Да что вы! - подыграла Нора.
Дэйзи говорила о бетонно-блочном здании магазина, торгующего со скидкой,
который уже около десяти лет занимал территорию площадью в два квартала на Поустроуд.
- Думаю, мне надо написать письмо с жалобой. А тем временем Джеффри
расширит мой кругозор, повозив меня по городу, а ты сделаешь то же самое, сообщив
мне свое мнение о книге. Пока я осматриваю окрестности, ты заглянешь в мой
"бурлящий котел".
- Желаю приятно провести время, Дэйзи, - сказала Нора.
- Это тебе приятно провести время! - воскликнула Дэйзи. - А теперь, я думаю,
нам с Джеффри пора отправляться. Я буду звонить сегодня вечером, чтобы услышать
твои первые впечатления. Нам надо придумать пароль, чтобы удостовериться, что
территория свободна. - Она закрыла глаза, затем открыла, и лицо ее просияло. -
Придумала! Ты скажешь то же, что сказала мне, когда я звонила. Если Дэйви дома,
скажешь, что я ошиблась номером. По-моему, замечательно, да? У меня талант на
такие вещи. Наверное, я могла бы стать шпионкой. - Она забралась в машину и
проворковала в открытое окно: - Жду не дождусь.
Нора наклонилась, чтобы взглянуть, как относится ко всему происходящему
Джеффри. Лицо его было совершенно невозмутимо, глаза напоминали черные
блестящие камушки. Он подался вперед и медленно проговорил:
- Миссис Ченсел, мне не хотелось бы показаться бесцеремонным, но если вам
потребуется когда-нибудь моя помощь - позвоните. Моя фамилия Деодато, и в
"Тополях" у меня есть собственный телефонный номер.
Нора сделала шаг назад, и машина тронулась с места. Дэйзи обернулась, и Нора
пыталась улыбаться ей в ответ до тех пор, пока лицо свекрови не превратилось в белый
воздушный шарик, уносящийся по улице прочь.
Положив кожаный чемоданчик на диван, Нора расстегнула пряжки ремней.
Изрядно потрепанному чемоданчику было лет сорок-пятьдесят, кое-где на коже
темнели пятна. Когда Нора справилась наконец с молнией, крышка на несколько
дюймов приоткрылась, и покоившаяся внутри масса бумаги приподнялась - будто
вздохнула.
Здесь были тысячи страничек разных цветов и размеров. В основном это были
стандартные листы белой бумаги для пишущей машинки, одни пожелтели от времени,
другие были цвета слоновой кости, или серыми, или красноватыми, светло-голубыми,
розовыми и так далее. Примерно треть рукописи составляли вырванные из блокнотов
листки с эмблемами разных отелей и даже бланки счетов "Ченсел-Хауса", исписанные
с обратной стороны, а также все сорта бумаги для заметок, украшенные логотипами,
собачками и лошадками.
Куда бы запрятать это уродство? Должен влезть под кровать. Нора опустилась на
колени, подсунула руки под дно чемодана, подняла его с дивана и попятилась. Она
едва видела комнату из-за открытой крышки. От кучи бумаги и от кожи чемодана в ее
руках чуть уловимо пахло пылью и нафталином.
Из чемодана выпал лист и, покружившись в воздухе, опустился на пол. Он оказался
титульным, на котором так и не появилось окончательное название книги: за много лет
Дэйзи перепробовала их множество - она просто вписывала сюда новые, не
вычеркивая старые.
В спальне Нора осторожно пробралась к дивану, затем нагнулась и опустила
чемодан на джинсы и блузку, которые как раз собиралась погладить. Задержав
дыхание, она приподняла одной рукой чемодан, а другой вытащила из-под него блузку
с одной стороны и джинсы с другой. Затем Нора присела рядом с чемоданом.
Несколько секунд она смотрела на него, уже сожалея о том, что предложила Дэйзи
прочитать ее необъятную эпопею, потом, обхватив его руками, опустила на пол. Да,
пожалуй, под кровать он влезет.
Нора посмотрела на ярко освещенную солнцем двойную раму окна слева от себя.
Она встала, задернула шторы, вернулась к кровати, посмотрела на неаккуратную
стопку бумаги у своих ног, вздохнула, взяла пачку толщиной листов в шестьдесятсемьдесят,
перевернула титульный - или не титульный - лист и стала читать
посвящение. На пожелтевшей бумаге с гербом отеля "Сахара" в Лас-Вегасе было
напечатано: "Единственному человеку, дарившему мне поддержку, так необходимую
любому писателю; той единственной, которая всегда была мне единственным другом,
и без чьей поддержки я давно бы оставила эту затею, - себе".
На следующей странице - на листе, который тоже был с эмблемой отеля "Сахара",
- красовался эпиграф, позаимствованный якобы у Вольфа Дж. Флайвила: "Мир
населен неблагодарными дебилами, ослами и теми, кто еще хуже".
Нора начала "приятно проводить время".
"Часть первая: Как мерзавцы пробирались к власти".
Она приступила к первой главе. Сквозь лабиринт бесконечных линий,
перечеркивающих текст, стрелки к фразам на полях и перестановки слов Нора следила
за темными делами Клементины и Эдельберта Пойзонов, обитавших в ветхом
готическом особняке под названием "Плющ" в городке Уэстфолл. Клементина -
художница, чья былая красота еще не померкла, несмотря на лишний вес, набранный
ею за годы неудачного замужества, - немного пила, немного плакала, подумывала о
самоубийстве и имела странноватые - ироничные и прохладные - отношения со
своим сыном Эгбертом. Эдельберт нажил и потерял миллионы на том, что играл с еще
большими миллионами, оставленными ему тираном-отцом, Арчибальдом Пойзоном, а
также соблазнял официанток, секретарш, уборщиц и леди Эйвон. Когда он бывал дома,
Эдельберт любил сидеть на прогнившей террасе, разглядывая в телескоп пролив ЛонгАйленд
в надежде увидеть идущее на дно судно или тонущего купальщика. Эгберт был
бесхребетным олухом и большую часть времени валялся в постели. В атмосфере
старого особняка клубилась какая-то смутная, но грязная тайна, а может быть, и
несколько смутных и грязных тайн.
Дойдя до конца первой главы, Нора подняла глаза и поняла, что читает уже около
получаса. Дэйви все не было. Нора посмотрела в конец последней страницы.
"Ты прекрасно знаешь, что я никогда не хотел приручать Эгберта, - сказал
Эдельберт".
Приручать? Эгберт действительно напоминал того, кого можно приручить.
Например, бездомную собаку.
Зазвонил телефон. Надеясь услышать голос мужа, Нора сняла трубку:
- Алло?
- Чудненько, чудненько! Ты не сказала, что я ошиблась номером, значит, ты
можешь говорить. - Язык Дэйзи чуть заплетался. - Ну, и каково первое впечатление?
- Я думаю, это интересно.
- Уф! Ты должна сказать что-то еще.
- Мне очень приятно читать, правда. Мне нравится Эдельберт и его телескоп.
- Элден мог часами разглядывать катера с девчонками без лифчиков на борту. А
до какого места ты дошла?
- До конца первой главы.
- Хм. - Дэйзи была явно разочарована. - А что тебе больше всего понравилось?
- Я думаю, стиль. Напоминает черный юмор... В духе Чарльза Адамса.
- Это потому что ты прочитала только первую главу, - сказала Дэйзи. - Потом
там все несколько раз очень сильно меняется. Увидишь, тебя ждет масса приключений
и сюрпризов. По крайней мере, я надеюсь на это. Ну, читай, читай дальше. А тебе
действительно нравится?
- Очень.
- Ура! - воскликнула Дэйзи. - Ладно, не трать времени на разговор со мной и
- вперед. - Она повесила трубку.
Нора вернулась к дивану и принялась за вторую главу.
Эдельберт стоял окол
...Закладка в соц.сетях
