Жанр: Триллер
История с привидениями
...существу, на
Монтгомери-стрит.
"Она интересуется тобой, Питер".
Еще один далекий, отчаянный призыв.
"Она даст тебе все, что хочешь.
Все, что ты хочешь.
Все, что ты хочешь".
Синий автомобиль опять появился в поле его зрения, остановившись на
краю дороги. Питер быстро отступил назад в лес. Человек вышел из машины
и встал рядом в позе терпеливого ожидания, глядя в сторону Питера.
"Вернись, мы отдадим тебе твою мать".
Да. Отдадут. Она будет такой же, как Джим Харди и Фредди Робинсон, со
стеклянными пустыми глазами и чужим механическим голосом.
Питер сел на землю, пытаясь вспомнить, есть ли поблизости другие
дороги, идущие в Милберн. Он хорошо изучил округу во время их ночных
поездок с Джимом.
Но вид терпеливого человека у машины не давал ему сосредоточиться. Он
не мог вспомнить, что находится за лесом - ферма? Нужная информация
вытеснялась в его мозгу образами темных домов, где за плотно закрытыми
шторами таятся неведомые существа. Но что бы там ни было за лесом, нужно
было идти именно туда.
Питер осторожно встал, отошел от опушки и потом пустился бежать.
Скоро он вспомнил, куда направляется: к старой, давно заброшенной дороге
из Милберна в Бингемтон. Из разбросанных на ней мотелей и магазинчиков
остался только овощной магазин "Лавр", где его мать обычно покупала
фрукты.
Если он верно определил расстояние, то он выйдет к магазину через
двадцать минут. Оттуда до города уже рукой подать.
За пятнадцать минут он промочил ноги и разорвал куртку о сучья, но
подошел близко к старой дороге. Лес заметно поредел.
Скоро он вышел к дороге, все еще не уверенный, находится магазин
справа или слева от нее. Но он надеялся найти его по обилию людей и
машин.
"Теряешь время, Питер, Разве ты не хочешь увидеть свою мать?"
Он застонал, чувствуя вторжение в свой мозг голоса "свидетеля". Синий
автомобиль стоял на дороге, и Питер мог разглядеть внутри силуэт
"свидетеля", ждущего, когда он покажется.
Магазин стоял в четверти мили от него слева. Машина была повернута в
другую сторону. Если Питер побежит, "свидетель" не успеет развернуться
на узкой дороге.
Питер снова взглянул на магазин. Там стояло много машин.
Наверняка попадутся знакомые. Нужно только добраться туда.
На какой-то момент Питер почувствовал себя совсем маленьким и
беззащитным против чудовища, поджидающего его в машине. Все, что он мог
сделать - побежать к магазину и посмотреть, что будет дальше. По крайней
мере, неожиданность даст ему хоть какое-то время.
Он пробрался между деревьев, перелез через проволочную ограду и
побежал по полю. Четверть мили. Там его ждало спасение.
Автомобиль развернулся и поехал за ним.
"Смелый мальчик. Но ты же не будешь ловить попутку, правда? Ты же
смелый".
Питер закрыл глаза и продолжал бежать - вернее, ковылять, спотыкаясь,
по мерзлому полю.
"Смелый глупый мальчик".
"Что он может сделать, чтобы меня остановить?"
Ответ не заставил долго ждать.
- Питер, мне надо с тобой поговорить. Открой глаза!
Перед ним стоял Льюис Бенедикт в армейской куртке и тяжелых ботинках,
заляпанных грязью.
- Вас здесь нет, - сказал Питер.
- Что ты говоришь? - Льюис пошел к нему. - Ты же меня видишь?
Слышишь?
Я здесь. Послушай, я хочу поговорить с тобой о твоей матери.
- Она умерла, - Питер отступил, чтобы не приближаться к двойнику
Льюиса.
- Нет.
- тот тоже остановился, как бы не желая пугать Питера. Машина на
дороге тоже встала. - Нет ничего черного или белого. Она же не была
мертва, когда ты видел ее в моем доме?
- Была.
- Ты не можешь быть в этом уверен, Пит. Она просто потеряла сознание.
- Нет. Они.., они разорвали ей горло. Они убили ее. Как тех животных.
- Пит, ты ошибаешься, и я тебе это докажу. Тот человек в машине не
обидит тебя. Пойдем к нему.
- Вы правда спали с моей матерью? - спросил Питер.
- Люди моего возраста иногда ошибаются. Делают то, о чем потом
жалеют. Но это ничего не значит, Пит. Ты сам увидишь, когда вернешься
домой. Она будет там, такая же, как всегда, - Льюис улыбнулся с вежливым
сочувствием. - Не суди ее строго за ее ошибки, - он снова пошел к
Питеру. - Поверь, я всегда хотел дружить с тобой.
- Я тоже, но вы не можете дружить со мной, потому что вы мертвый, -
сказал Питер. Он нагнулся, зачерпнул снега и стал сминать его в руках.
- Хочешь поиграть со мной в снежки?
Довольно странно для такого взрослого парня.
- Мне жаль вас, - Питер бросил снежок, и то, что было Льюисом,
превратилось в столб света.
В каком-то шоке он кинулся в то место, где перед этим стоял Льюис. В
мозгу опять что-то зашептало, но он не различал слов. На него опять
навалились гнев и боль, как тогда, в доме Льюиса, когда оборотень держал
за горло его мать.
Он посмотрел на дорогу. Синий автомобиль уезжал прочь. Нахлынула
волна облегчения. Сам не зная почему, он выиграл.
Тяжело ступая, он пошел вперед. Ноги его были совсем холодными. Шаг,
другой. Автостоянка была уже недалеко.
И тут он испытал еще большее облегчение. Навстречу ему от стоянки
бежала его мать.
- Пит! - кричала она, всхлипывая. - Слава Богу!
Он застыл, глядя, как она приближается. На одной щеке у нее был
большой синяк, волосы растрепаны, как у цыганки. Шею закрывал длинный
шарф.
- Ты здесь, - сказал он, еще не веря.
- Они увели меня из дома.., тот человек, - она остановилась в
нескольких ярдах от него. - Он укусил меня.., я потеряла сознание..,
боялась, что они тебя убьют.
- Я думал, что ты умерла. Ох, мама.
- Бедный! - она протянула к нему руки. - Поехали скорее отсюда. Так
будет лучше для нас обоих.
Он закрыл глаза рукой.
- Потом поплачешь, - сказала она. - Думаю, я буду плакать еще неделю.
Поехали.
- Как ты вырвалась? - он пошел к ней, готовый обнять, но она
отступила и пошла к стоянке.
- По-моему, они решили, что я не смогу убежать. Но свежий воздух
привел меня в чувство. Я ударила этого человека сумкой по голове и
убежала в лес. Они меня искали. Никогда я так не боялась. А здесь их
нет?
- Нет. Был один, но он уехал.
- Слава Богу. Теперь нам надо скорее уезжать.
Он поглядел ей в глаза, и она потупилась.
- Я знаю, Пит, мне придется тебе многое объяснить. Но не сейчас. Мне
нужно добраться до дома и забинтовать шею.
А там подумаем, что сказать отцу.
- Ты не скажешь ему правду?
- Пока нет, - она виновато взглянула на него. - Тебе скажу, но потом,
потом. Сейчас мы живы, и это главное.
- Ладно. Мама, я так... - он смешался. Эмоции были чересчур сильны,
чтобы их можно было выразить. - Мне тоже нужно тебе многое рассказать.
Тот человек убил Джима Харди.
- Я знаю, - сказала она.
- Знаешь?
- То есть, я так и подумала. Быстрее, Пит. У меня болит шея. Я хочу
домой.
- Ты сказала "знаю".
- Питер, не устраивай мне допрос.
Питер в тревоге оглядел стоянку и увидел синий автомобиль,
притаившийся на самом ее краю.
- Ох, мама. Они сделали это. Ты не...
- Хватит, Пит. Я вижу, кто может нас подвезти.
Синий автомобиль тронулся с места. Питер пошел к матери, глядя на нее
в упор.
- Ладно, поехали.
- Вот и хорошо, Питер, все будет хорошо, вот увидишь.
Мы оба натерпелись, но горячая ванна и сон приведут нас в чувство.
- Тебе придется накладывать на шею швы.
Она улыбнулась.
- Да нет, что ты. Достаточно забинтовать. Что ты делаешь, Питер? Мне
больно!
Автомобиль подъехал уже совсем близко.
- Питер, не надо, мы сейчас поедем...
Он ткнул ее пальцем в щеку. Все вокруг засверкало, раздался
невыносимо громкий гудок, и он закрыл глаза.
Когда он их открыл, матери не было, а синяя машина подъезжала к нему.
Он нырнул за стоящую рядом машину и побежал к магазину. Из него как раз
выходила Ирменгард Дрэгер, мать Пенни, со свертками. Слезы облегчения
покатились по его лицу.
Еще одна история
Глава 10
В отеле миссис Харди удивленно посмотрела на него, но показала номер
писателя. Она долго смотрела ему вслед, пока он поднимался по лестнице,
и он знал, что надо поговорить с ней, что-то объяснить, но у него просто
не было сил.
Он отыскал дверь Дона Вандерли и постучал.
- Мистер Вандерли!
Дон не особенно удивился появлению на пороге своей комнаты дрожащего
подростка. Время, когда опасность грозила только членам Клуба Чепухи,
подошло к концу.
- Входи, Питер. Я знал, что мы скоро встретимся.
Парень вошел в комнату слепо, как зомби, и опустился на стул.
- Простите, - начал он и прервался. - Я хочу...
- Погоди, - Дон подошел к шкафу, достал бутыль виски и плеснул
немного в стакан. - Вот, выпей и постарайся успокоиться. А потом
рассказывай все. Не бойся, что я тебе не поверю. Я поверю. И мистер
Готорн с мистером Джеймсом тоже, когда я им скажу.
- Мои старшие друзья, - выдавил Питер, глотнув виски. - Так он их
называл. Он еще сказал, что вы думали, что его зовут Грег Бентон.
- Ты видел его?
- Он убил мою мать, - сказал Питер просто. - Его брат держал меня,
чтобы я смотрел. Я думаю, они выпили ее кровь.., как у тех животных. И
еще они убили Джима Харди. Я видел это, но успел убежать.
- Продолжай, - сказал Дон.
- И он говорил, что кто-то - не помню имени - мог бы назвать его
Маниту. Вы знаете, кто это?
- Слышал.
Питер кивнул, будто удовлетворенный этим.
- И он превращался в волка. Я сам видел, - Питер поставил стакан на
пол, потом снова взял и сделал еще глоток. Его руки так дрожали, что он
расплескал виски. - Они воняют - как мертвые. Я оттирал это.., там, где
Фенни меня коснулся.
- Ты видел, как Бентон превращался в волка?
- Да. Не совсем. Он снял очки, и у него были желтые глаза. В них не
было ничего, кроме смерти и ненависти. Ничего живого, как в луче лазера.
- Понятно, - сказал Дон. - Я видел его. Но я никогда не видел его без
очков.
- Когда он их снимает, он может делать всякие вещи. Может говорить
внутри вашей головы. И они могут заставить вас видеть мертвых людей,
духов, но если дотронуться до них, они как будто взрываются. Но те - они
не взрываются. Они могут схватить вас и убить. Но они тоже мертвые. Ими
кто-то управляет - их благодетельница, как они ее называют. Они делают
то, что она скажет.
- Она?
- Дон вспомнил симпатичную женщину, сидевшую рядом с Питером за
столом.
- Анна Мостин. Но она была здесь и раньше.
- Да. Как актриса.
Питер поглядел на него с изумлением.
- Я только недавно узнал эту историю, Питер. Всего несколько дней
назад.
- Еще он говорил, что он - это я, - лицо Питера перекосилось. - Он -
это я. Я хочу убить его.
- Сделаем это вместе, - сказал Дон.
- Они здесь из-за меня. Рики Готорн сказал, что, когда я приехал
сюда, мы привлекли внимание этих существ. Может, если бы я не приехал,
все ограничилось бы мертвыми коровами. Но я не мог не приехать, и они
это знали. А теперь они могут делать все, что им угодно.
- Все, что ей угодно, - поправил Питер.
- Правильно. Но мы не беспомощны. Мы еще можем с ними побороться. И
мы поборемся, это я тебе обещаю.
- Они же все равно мертвые. Как мы убьем их? Я знаю, что они мертвые
они так воняют...
Он снова впадал в панику, и Дон крепко взял его за руку.
- Я знаю это из истории. Эти твари очень древние. Они живут, может
быть, сотни лет. Люди называли их вампирами или оборотнями и сочиняли о
них истории с привидениями. И люди знали способы заставить их умереть
окончательно. Кол в сердце, серебряная пуля, - помнишь? Если их это
берет, мы их одолеем. Мы должны это сделать, должны отомстить им.
- Но это они, - сказал Питер, глядя на Дона в упор. - А что нам
делать с ней?
- Это труднее. Она - их генерал. Но история полна погибших генералов.
А теперь расскажи мне все подробно, Питер. С самого начала. Чем больше
ты вспомнишь, тем легче нам будет.
- Почему ты не рассказал это раньше? - спросил он, когда Питер
закончил.
- Потому что я знал, что, кроме вас, мне никто не поверит. Вы слышали
музыку?
Дон кивнул.
- И никто правда не поверит. Они, как Элмер Скэйлс, думают, что это
марсиане.
- Не все. Клуб Чепухи поверит.
- Вы имеете в виду мистера Джеймса, и мистера Готорна, и...
- Да, - они уже знали, что Льюис мертв. - Этого достаточно. Нас
четверо против нее.
- Когда мы начнем?
- Я вечером встречусь с остальными. А ты иди домой. Расскажи отцу.
- Он не поверит. Никто не поверит, пока сами... - его голос
прервался.
- Хочешь, чтобы я пошел с тобой?
Питер покачал головой.
- Нет. Я не хочу ему говорить. Это бесполезно.
- Может, так и лучше. Я потом схожу с тобой к нему, если захочешь.
Питер, ты чертовски смелый. Большинство взрослых на твоем месте сразу
подняли бы лапки кверху. Но теперь тебе понадобится еще больше смелости.
Тебе придется охранять не только себя, но и твоего отца. Не открывай
дверь никому. Никому!
- Не открою. Но скажите, почему они здесь? Почему она здесь?
- Я собираюсь узнать это сегодня вечером.
Питер встал и пошел к выходу, но у порога остановился и сунул руку в
карман.
- Я забыл. Тот человек в машине дал мне вот это, когда высадил меня у
дома мистера Бенедикта.
Дон открыл "Сторожевую башню". На первой странице красовалась жирная
черная надпись: "Доктор Заячья лапка вводит нас в грех".
Дон разорвал брошюру пополам.
Гарольд Симе пробирался через лес, все еще взбешенный. Его туфли
размокли, но это было далеко не самое худшее. Он потерял работу и
лишился Стеллы, о которой думал все последнее время. Черт, неужели она
знала все это и играла с ним? Вот стерва!
Она обманула его. Оскорбила. Она никогда - теперь он это понял - не
воспринимала его всерьез.
В конце концов, кто она такая? Старая кошелка с костями без всяких
моральных принципов и с весьма средним умом. Взять только ее
представления о Калифорнии - трейлеры и такобургеры! Милберн как раз для
нее и для ее болвана-мужа.
Поблизости кто-то кашлянул. Или застонал.
-Да? Тишина.
- Вам нужна помощь?
Где вы?
Никто не отвечал, и он пошел на звук.
Симе остановился, когда увидел лежащего у подножия ели человека.
Вернее, то, что от него осталось. Симса едва не стошнило, но он заставил
себя снова взглянуть вниз. Он узнал этого человека. Льюис Бенедикт.
Рядом лежало тело собаки, которое Симе сперва принял за оторванный от
Льюиса кусок.
Весь дрожа, он оглянулся. Кто бы ни растерзал Льюиса, этот зверь не
мог далеко уйти. Что-то затрещало в кустах. Симе застыл, представляя
себе кого-то огромного, наподобие гризли.
Но из кустов выбежал человек с лицом, похожим на хэллуинскую тыкву.
Он тяжело дышал и держал перед собой ружье, Нацеленное в живот Симсу.
- А ну стой! - скомандовал он.
Симе не двигался, уверенный, что сейчас это существо разорвет и его.
- Я тебя сейчас пристрелил бы, подонок...
- Прошу вас...
- Но благодари небо. Я просто сдам тебя в полицию. Что ты сделал с
Льюисом, убийца?
Симе не мог ответить, но уяснил, что этот дикарь не собирается его
убивать. Отто подошел ближе и ткнул ему в бок ружье.
- Ну-ка, поиграем в солдат, scheisskopt. Марш вперед !
Старая история
Посмотри в окно!
Чтобы сохранить великий дар природы — зрение,
врачи рекомендуют читать непрерывно не более 45–50 минут,
а потом делать перерыв для ослабления мышц глаза.
В перерывах между чтением полезны
гимнастические упражнения: переключение зрения с ближней точки на более дальнюю.
Дон ждал Сирса и Рики в машине возле дома Эдварда Вандерли. За это
время он пережил все страхи Питера Бернса - но Питер за несколько дней
пережил и узнал больше, чем он и друзья его дяди за целый месяц.
Дон как раз перед приходом Питера взял в городской библиотеке две
книги, которые могли приблизить его к разгадке. Теперь ему предстояло
выслушать то, что окончательно прояснит дело. И если разгадка покажется
безумной, это его уже не испугает. Он слишком близко подошел к порогу
безумия, чтобы бояться его переступить. Если его рассудок повредился, то
треснула и сама земля, на которой стоит Милберн, и из этой трещины
выбрались Грегори с Фенни и их зловещая благодетельница. Их нужно
уничтожить.
Даже ценою жизни, потому что только мы можем это сделать.
В пелене падающего снега показались огни машины. "Бьюик" свернул к
обочине Хэйвен-лэйн и из него вышли Рики и Сирс. Дон тоже вышел из своей
машины и пошел к ним.
- Теперь Льюис, - сказал Рики. - Вы слышали?
- Нет. Но я подозревал.
Сирс мрачно кивнул.
- Подозревали. Рики, дай ему ключи. Надеюсь, вы откроете нам источник
своих подозрений.
Дон открыл дверь, и они вошли в темную прихожую. Сирс нашарил
выключатель.
- Сегодня ко мне пришел Питер Берне, - сказал Дон. - Он видел, как
Грегори Бэйт убил его мать. И видел призрак Льюиса.
- О Боже, - прошептал Рики. - Боже. Бедная Кристина.
- Давайте побережем силы, - сухо сказал Сирс. - Если кто-нибудь
набросится на нас, они нам еще понадобятся. - Они прошли по нижним
комнатам, снимая с мебели пыльные тряпки. - Мне очень жаль Льюиса. Я его
часто ругал, но любил. Он вдохновлял нас, как ваш дядя. А сейчас он в
морге графства, и, похоже, что его разорвал какой-то зверь. Друг Льюиса
обвиняет в этом Гарольда Симса и при других обстоятельствах это было бы
даже смешно. Давайте зайдем в кабинет вашего дяди и попробуем включить
отопление. Здесь чертовски холодно.
Сирс с Доном отправились в кабинет, пока Рики включал главный бойлер.
Сирс включил свет, и их взорам предстали старый кожаный диван, стол с
электрической пишущей машинкой, белые ящики с картотекой, ксерокс.
- В ящиках его записи?
- Похоже, что так.
- И никто не входил сюда после того, как он умер?
- Нет, - сказал Сирс, глядя на безупречный порядок, характеризовавший
Эдварда Вандерли лучше, чем любая фотография. Это впечатление заставило
его сказать: - Стелла, должно быть, говорила вам, что мы боялись входить
сюда. Может, и так, но на самом деле нас не пускало сюда чувство вины.
- И поэтому вы пригласили меня сюда?
- Это одна из причин. Мы все, кроме Рики, думали, что вы каким-то
волшебным образом разрешите нашу вину. Особенно Джон Джеффри.
- Из-за того, что это случилось в его доме?
Сирс кивнул и повернулся к выходу.
- Тут должны еще остаться дрова. Почему бы вам не разжечь камин?
- Никогда не думал, что придется рассказывать кому-то эту историю, -
сказал Рики десять минут спустя. На пыльном столике перед ними стояла
бутылка "Олд Пэрр" и три бокала. - Хорошо, что вы разожгли огонь. Это
помогает думать. Я не говорил, что все началось, когда я спросил Джона,
что самое плохое он сделал в жизни. Он в ответ рассказал страшную
историю. Не нужно было мне это спрашивать. Я ведь это знал. Мы все
знали.
- Тогда зачем вы спросили?
Рики чихнул, и Сирс ответил вместо него:
- Это случилось в 9-м, в октябре. Очень давно. Когда Рики спросил об
этом Джона, мы думали об Эдварде - это было через неделю после его
смерти. О Еве Галли мы почти забыли.
- Ну вот, Рубикон перейден, - сказал Рики. - Раз мы упомянули это
имя, придется рассказывать все остальное. Но прошу меня не перебивать.
Когда вы сказали о Питере, я подумал, что то, что случилось с ним, тоже
как-то связано с этим делом.
- Рики не хотел рассказывать вам о Еве Галли, - перебил Сирс. - Он
отговаривал меня писать вам.
- Да, я боялся мутить воду. Я думал, что все проблемы - это наша
старость, страх, плохие сны. Но потом я понял, когда эта девушка явилась
к нам искать работу. Прошлое настигло нас. И теперь вот Льюис...
- А знаешь, мы так и не отдали Льюису запонки Джона, - сказал Сирс.
- Забыли, - Рики отхлебнул из своего бокала. Они с Сирсом уже так
погрузились в свою историю, что Дон, сидящий рядом с ними, казался им
невидимым.
- Ну так что случилось с Евой Галли?
Рики с Сирсом посмотрели друг на друга, и Сирс сказал:
- Мы убили ее.
- Вы двое? - спросил Дон в смятении. Он не ожидал подобного ответа.
- Мы все. Клуб Чепухи. Твой дядя, Джон Джеффри, Льюис, Сирс и я. В
октябре 9 года. Через три недели после Черного понедельника, когда была
паника на бирже. Это отразилось даже на Милберне. Отец Лу Прайса,
который тоже был брокером, застрелился в офисе. А мы убили девушку по
имени Ева Галли. Ненамеренно, никто бы нас ни в чем не обвинил, но был
бы большой скандал.
- Поэтому мы это скрыли, - сказал Сирс. - Нам было что терять. Мы с
Рики только начинали адвокатскую карьеру. Джон получил диплом доктора.
Льюис был сыном священника. Это могло нас погубить, если не сразу, то
медленно. Конечно, будь нам тридцать три вместо двадцати трех, мы пошли
бы в полицию и во всем сознались. Но мы были так молоды - Льюису еще не
было двадцати. Поэтому мы и сделали то, что мы сделали. И в конце
концов...
- В конце концов, - сказал Рики, - мы превратились в персонажей одной
из наших историй. Или вашего романа. Это сейчас нам легко об этом
говорить, легче, чем за все эти годы. Я даже помню, что мы говорили,
когда укладывали ее в машину Уоррена Скэйлса...
- Начнем сначала, - сказал Сирс.
- Да, начнем сначала.
- Ну так вот, - сказал Рики. - Началось все со Стрингера Дедэма. Он
собирался на ней жениться. Ева Галли пробыла в городе только две недели,
когда он сделал ей предложение. Он был старше нас, лет тридцати -
тридцати двух, и давно хотел жениться. Он много работал, отстроил с
сестрами старую ферму полковника и снова стал разводить лошадей. Любая
местная девушка с радостью пошла бы за него - он ведь был еще и
красавец. Моя жена говорит, что он бы самым красивым мужчиной, которого
она знала. Все женщины бегали за ним. Но когда к нам приехала Ева Галли
со своими деньгами и столичными манерами. Стрингер был сражен. Она
купила этот дом на Монтгомери-стрит...
- Какой? - спросил Дон. - Где жил Фредди Робинсон?
- Да. Напротив дома Джона. Там сейчас живет мисс Мостин. Она купила
этот дом, обставила его новой мебелью, пианино и граммофоном. И она
коротко стриглась, курила и пила коктейли - этакая девушка Джонна Хелда.
- Ну не совсем, - сказал Сирс. - Она была далеко не такой
попрытуньей. Много читала. Была хорошо образована. Да, Ева Галли была
очаровательной женщиной. Как описать, на кого она была похожа, Рики?
- На Клэр Блум в 20-е годы, - сказал Рики.
- Типичный Рики Готорн. Попроси его кого-нибудь описать, и он
приведет в пример кинозвезду. Но в общем это верно. Ева Галли имела
такой модерновый вид, во всяком случае для Милберна, и было еще что-то -
налет какой-то таинственности.
- Верно, - сказал Рики. - И это всем нравилось. Как у вашей Альмы
Моубли. Никто о ней ничего не знал, кроме того, что она жила в Нью-Йорке
и иногда уезжала в Голливуд сниматься в кино. Она сыграла маленькую роль
в "Китайской жемчужине". Это фильм Ричарда Бартелмесса.
Дон извлек из кармана клочок бумаги и записал название фильма.
- И у нее, безусловно, были итальянские предки, но она сказала
Стрингеру, что по матери она англичанка. Ее отец был довольно богат, но
рано умер, и ее воспитывали родственники в Калифорнии. Вот и все, что мы
о ней знали.
- Женщины пытались взять ее под крыло, - сказал Сирс. - Их она тоже
покорила. Такая богатая, умная, повидавшая Голливуд - все наперебой
звали ее в гости. По-моему, они хотели ее приручить.
- Да. Сделать как бы своей. Они ведь тоже чувствовали в ней что-то
странное. Льюис, который всегда был романтиком, сказал как-то мне, что
она напоминает ему принцессу, удалившуюся от двора, чтобы умереть в
глуши.
- Да, она покорила нас, - сказал Сирс. - Мы идеализировали ее. Видели
ее время от времени...
- Платили дань, - сказал Рики.
- Именно. Платили дань. Приглашения дам она вежливо отклоняла, но мы
были настойчивей и то и дело торчали у ее порога по выходным. Особенно
Эдвард - он был самым смелым из нас. Правда, в то время она уже была
обручена со Стрингером и находилась как бы под его покровительством. Но
он ничего не имел против того, чтобы мы ей иногда звонили. Он жил в
другом мире.
- В мире взрослых, - сказал Рики. - Как и Ева. Хотя она была всего на
два-три года старше нас, а выглядела еще моложе. Наши визиты были
совершенно невинны, хотя кое-кто о них сплетничал. Мы ходили туда всегда
вместе, боясь отпускать друг друга поодиночке, - мы были слишком
ревнивы, - и каждый раз были в восторге. Ничего особенного не делалось и
не говорилось, но эти несколько часов мы проводили в волшебном царстве.
Она просто очаровала нас.
- Тогда люди взрослели не так быстро, - сказал Сирс. - Сейчас это
может показаться смешным - чтобы компания двадцатилетних парней
поклонялась молодой женщине как божеству. Но так оно и было. Она
принадлежала Стрингеру, и мы рассчитывали и впредь быть гостями у них в
доме.
Они на мгновение замолчали, глядя на огонь и отхлебывая виски. Дон не
торопил их, зная, что теперь они расскажут все до конца.
- Мы жили в каком-то невинном раю, где ничего не слышали о Фрейде.
Иногда мы даже танцевали с ней, но, даже держа ее в объятиях, мы никогда
не думали о сексе. Не смели думать. Этот рай умер в октябре 9-го, вскоре
посте Стрингера Дедэма.
- Рай умер, - повторил Сирс, - и мы взглянули в лицо дьявола. - Он
повернулся к окну.
- Посмотрите на этот снег.
Остальные двое вслед за Сирсом повернули головы и поглядели на белые
хлопья, порхающие за окном.
- Омару Норрису придется пахать до утра, если его, конечно, найдут.
Рики отпил еще виски.
- Было жарко, как в тропиках, - сказал он, возвращаясь из снежного
настоящего в тот далекий октябрь. - Молотьба в том году началась поздно.
Все боялись потерять доходы. Люди говорили, что именно это сделало
Стрингера таким рассеянным. Но сестры Дедэм утверждали, что он видел
что-то утром в доме мисс Галли.
- Стрингер сунул руки в молотилку, - сказал Сирс, - и его сестры
обвинили в этом Еву. Он что-то говорил, когда умирал на столе,
завернутый в одеяла. Но никто не мог
...Закладка в соц.сетях