Жанр: Триллер
Седьмой свиток
... особенно труднопроходимых местах. Поэтому
они все же не выпускали из рук весел.
Под водой в ущелье скрывалось много острых камней, но их наличие легко угадывалось по
пенистым бурунчикам меж подводных скал или по слегка изменившемуся течению над ними. Река
поднялась по берегам и билась о скалистые утесы. Если лодка перевернется или даже кто-то из членов
команды окажется за бортом, здесь попросту не найдется места, чтобы причалить и подобрать пловца.
Николас стоял в полный рост, вглядываясь вперед. Ему предстояло тщательно спланировать
маршрут и провести плот мимо возможных подводных препятствий. Все теперь зависело от его умения
"читать" реку и приноравливаться к ее характеру. Харпер давно не практиковался и теперь где-то в
животе ощущал тугой комок страха, делая рулевым веслом первое движение в толще быстрой зеленой
воды. Они устремились вниз по течению, Николас направлял лодку небольшими точными движениями
весла, а все остальные суда следовали за ним, повторяя мельчайшие повороты.
- Видишь, ничего сложного! - засмеялась Ройан.
- Не говори так, - взмолился Николас. - Злой дух подслушивает.
И он направил судно к следующему порогу, где вода мчалась с ужасающей скоростью.
Николас устремился в проход между двумя валунами, видневшимися над поверхностью; плот
прошел благополучно, набирая скорость по мере приближения к стремнине. "Эйвоны" преодолели
половину порога, когда Николас заметил впереди, точно под ними, нечто, возвышающееся над водой.
Река, пенясь, билась о подводный валун. Николас затабанил веслом, пытаясь обогнуть камень, но
течение непреклонно тащило плот прямо на него.
Как бегун, берущий препятствие, желтый кораблик врезался точно в камень и, страшно накренясь,
перевалился через него с другой стороны, в глубокую узкую впадину. "Эйвон" согнулся посредине,
почти что касаясь носом кормы в попытке вырваться из ловушки на широкую воду.
Члены команды попадали друг на друга, а Николаса выбросило бы за борт, не держись он так
крепко за рулевое весло. Ройан распласталась на дне, изо всех сил вцепившись в ремень безопасности.
Плавучесть и плотно надутые борта "эйвона" сыграли свою роль, и плот подскочил в воздухе,
эластично выправляясь в прежнее состояние. Он помедлил мгновение, покачиваясь на верхушке валуна
- а потом обрушился на другую сторону порога.
Один из гребцов не удержался и вывалился за борт. Его понесло с такой же скоростью и в том же
направлении, как и летящий плот, так что товарищи смогли втащить упавшего обратно. Ящики с грузом
сбились на сторону, но сетка спасла их от падения в воду.
- Зачем ты это сделал? - крикнула Ройан Николасу. - Как раз когда я начала тебе доверять!
- Просто проверка, - отозвался он. - Хотел посмотреть, насколько ты вынослива!
- Признаюсь, я страшная неженка, - заверила она. - Больше проверять не стоит!
Оглянувшись, Николас увидел, как лодка Мека проходит сквозь то же самое место точно таким же
образом. Но следующий "эйвон", где команда учла ошибки предшественников, был направлен верно и
прошел порог с более удачной стороны.
Николас снова стал смотреть вперед, и все его внимание сосредоточилось на диком течении реки.
Вселенная Харпера сейчас состояла из высоких утесов по обрывистым берегам, между которыми он вел
беснующийся плот сквозь ущелье. Николас уже не знал, брызги или дождь стекают по его щекам и
раненому подбородку, заливаясь в глаза и почти ослепляя его. Временами это явственно была смесь
того и другого.
Через час Николас снова не смог хорошо пройти порог, они перекатились через него боком и едва
не перевернулись. На этот раз за бортом оказалось двое гребцов. Направив лодку к пострадавшему и
перегнувшись через борт, остальным удалось вытащить из воды одного из упавших. Но второго волна
ударила о камень раньше, чем они успели до него доплыть. Человек ушел под воду и более не всплыл.
Никто не тратил времени на слова скорби и слезы - все были слишком заняты тем, чтобы самим
остаться в живых.
В какой-то момент Ройан прокричала Николасу сквозь грохот воды, заглушающий любые слова:
- Вертолет! Ты слышишь?
Полуоглохший, он на миг поднял глаза к нависающему серому брюху туч, висевших на уровне
верхушек утесов, и услышал слабо доносившийся треск и свист вертолетных винтов.
- Над облаком! - проорал в ответ Харпер, смахивая рукавом дождь и брызги, залеплявшие
глаза. - Они нас не разглядят!
Африканская ночь приходит стремительно, а на этот раз ее натиск был ускорен низкими облаками.
В сгущающейся темноте впереди, безо всякого предупреждения, возникла следующая преграда. Только
что их несло широкое и ровное течение - а в следующий миг река перед ними исчезла, и
путешественники рухнули в черную пустоту. Казалось, "эйвоны" падают целую вечность, хотя на
самом деле они пролетели не более тридцати футов, прежде чем удариться о водную поверхность. В
чаше под водопадом вперемешку плавали плоты и люди. Река здесь на миг останавливалась, вращаясь
на месте перед тем, как собраться с новыми силами для бешеного броска вниз по ущелью.
Один из "эйвонов" перевернулся вверх дном - даже его надежный корпус не смог выдержать
полета с водопада. Команды других плотов, опомнившись после падения, еще долго плавали кругами,
вытягивая из воды уцелевших, а также собирая весла и прочее плавающее добро. Объединенными
усилиями удаюсь перевернуть обратно опрокинутый "эйвон", и хотя к тому времени стало совершенно
темно, плот все-таки выправили.
- Пересчитайте ящики! - приказал Николас. - Сколько мы потеряли?
Он с трудом поверил в такую удачу, когда Сапер крикнул в ответ:
- Все одиннадцать на месте! Целы и невредимы!
Да, сетки для багажа отлично выполняли свою функцию.
Но все до единого человека, мужчины и женщины, были измождены, промокли до костей и
дрожали от холода. Попытка продолжать плавание в темноте могла оказаться самоубийственной.
Николас нашел взглядом Мека в соседней лодке.
- Там за широким утесом - полоска тихой воды. - Мек указал на оконечность плеса. -
Попробуем пришвартоваться на ночь.
Кривое, но крепкое деревце росло из вертикальной трещины в камне утеса, и его использовали как
швартовую тумбу. "Эйвоны" связали вместе вдоль обрывистого берега, передний плот привязали к
деревцу - и так остались на ночь. Нечего было и мечтать о горячей пище и питье. Путники смогли
перекусить только сухим пайком, состоявшим из нескольких кусков подмокшего хлеба и консервов,
которые пришлось есть, подхватывая кусочки еды из банок кончиками ножей.
Мек перелез через борт своего плота и подсел к Николасу, одной рукой обхватив его за плечо.
Ниммур прошептал баронету на ухо:
- Я пересчитал своих. Еще одного недостает после этого водопада. Сейчас нам его не найти.
- Я никуда не гожусь, - признался Николас. - Может быть, завтра тебе идти во главе колонны?
- Ты не виноват. - Мек стиснул его за плечи. - Никто не смог бы вести флотилию лучше. Это
все последний водопад... - Он резко оборвал речь, и какое-то время они слушали шум падающей воды
в темноте.
- Как далеко мы продвинулись? - спросил наконец Николас. - И сколько нам еще осталось?
- Трудно сказать, но, думаю, мы уже на полпути к границе. Доберемся туда завтра днем.
Они немного помолчали, и Мек спросил:
- Какое завтра число? Я что-то потерял счет дням.
- Я тоже. - Николас наклонил часы на кисти так, чтобы разглядеть светящийся циферблат. -
Бог ты мой! Уже тридцатое.
- Твой самолет прибудет послезавтра.
- Первого апреля, - кивнул Николас. - Мы успеваем?
- Хотел бы я сам это знать, - безрадостно усмехнулся Мек в темноте. - Твой толстый друг не
склонен опаздывать?
- Джанни - настоящий профессионал. Он никогда не опаздывает.
Они опять помолчали. Николас спросил:
- Когда доберемся, что ты хочешь сделать со своей долей? - Он пнул один из ящиков с
добычей. - Предпочтешь забрать с собой?
- После того как ты загрузишься на борт к своему толстяку, нам предстоит очень быстро удирать
от Ного. Не хотелось бы мне тащить лишний груз. Возьми мою долю с собой и продай - мне
понадобятся деньги на войну.
- Ты настолько мне доверяешь?
- Ты мой друг.
- Друзей проще обмануть, потому что они этого не ожидают, - пошутил Николас.
Мек хлопнул его по плечу и хмыкнул.
- Иди поспи. Нам завтра предстоит много и тяжело грести. - Мек поднялся на плоту, который
мягко покачивался на воде у берега. - Спокойной ночи, - пожелал он и перелез через борт на
соседний "эйвон", где его ожидала Тессэ.
Николас привалился к мягкому надувному борту и обнял Ройан. Она сидела у него между
коленями, спиной прислонясь к груди, и дрожала в промокшей одежде.
Через некоторое время дрожь ее улеглась.
- Из тебя получилась отличная грелка, - пробормотала Ройан.
- Это добавочная причина приобрести меня в постоянное пользование, - отозвался Николас и
погладил ее по мокрым волосам. Ройан не ответила, только прижалась еще крепче. Вскоре ее дыхание
стало ровным и медленным - она провалилась в сон.
Хотя Николас тоже ужасно устал и замерз, плечи его ныли, а ладони были стерты греблей - ему
не удалось заснуть так же просто, как Ройан. Теперь, когда расстояние до взлетной полосы в Судане
уменьшилось, его беспокоили проблемы другого сорта, нежели плавание по реке или прокладывание
пути сквозь отряды Ного. Подобные враги были ему знакомы, он знал, что с ними делать; но вскоре ему
предстояло столкнуться кое с чем неизвестным.
Ройан шевельнулась в его руках и что-то неразборчиво пробормотала. Она спала и говорила во
сне.
Николас ласково сжал ее в объятиях, она вновь успокоилась. Он уже начал сам задремывать, когда
Ройан опять заговорила. На этот раз Харпер ясно расслышал:
- Прости, Ники... Не надо меня ненавидеть... Я не могу тебе позволить...
Слова ее слились в неразборчивое бормотание, и больше Николас ничего не понял.
Сон совершенно слетел с него, слова Ройан разбудили сомнения и тревогу. Остаток ночи Николас
продремал урывками, и его все время беспокоили сновидения - не менее тревожные, чем те, что
одолевали Ройан.
В предрассветном сумраке Харпер ласково потряс Ройан за плечо. Она застонала и медленно, с
трудом пробудилась.
Они в спешке проглотили несколько сухпайков, оставшихся с вечера. Потом, когда рассвет
осветил ущелье достаточно, чтобы разглядеть поверхность реки и препятствия на пути,
путешественники снялись с места, и желтые плоты опять заскользили по глади. Битва с рекой
начиналась снова.
Пелена облаков оставалась плотной и низкой, то и дело лил дождь. Они плыли без остановки все
утро, и мало-помалу течение реки становилось все лучше. Теперь поток был уже не таким быстрым и
изменчивым, а берега - менее высокими и обрывистыми.
В середине дня, когда облака еще закрывали небо, они достигли мест, где река катилась меж
мысков и утесов. Здесь плотам пришлось одолеть очередную серию порогов. Быть может, Николас
натренировался в обращении с судном, но на этот раз препятствия были пройдены без особых проблем.
Казалось, что каждая новая миля реки намного глаже и спокойнее предыдущей.
- Думаю, самое плохое уже позади, - сообщил Николас Ройан, которая сидела рядом с ним. -
Уклон стал намного меньше, думаю, скоро она совсем выровняется - когда мы выйдем на равнины
Судана.
- А как далеко до нужного места? - спросила она.
- Точно не знаю, но до границы уже близко.
Николас и Мек выстроили флотилию в ряд, с небольшими расстояниями между плотами, чтобы
можно было передавать приказы по цепочке и все суда оставались под их командованием.
Николас вывел "эйвоны" на большую глубину при очередном повороте - и оттуда увидел, что
впереди простирается довольно спокойная вода без порогов и мелей. Он расслабился и улыбнулся
Ройан.
- Как насчет ленча в "Дорчестер грилл" в следующее воскресенье? Они подают лучший ростбиф
в Лондоне!
Она улыбнулась, но ему показалось, что перед этим по лицу Ройан промелькнула тень.
- Звучит неплохо.
- А потом поедем домой, устроимся перед телевизором и посмотрим "Матч дня" - или сыграем
свой собственный маленький матч.
- Ты грубиян, - засмеялась Ройан. - Но звучит все равно заманчиво.
Он был близок к тому, чтобы нагнуться и поцеловать ее - ради удовольствия посмотреть, как
вспыхнут ее щеки. Но тут он увидел маленькие белые бурунчики, взметнувшиеся на поверхности воды
прямо перед носом лодки. И мгновением позже услышал знакомый до боли треск выстрелов из
советских "РПД".
Николас упал на дно плота, прикрывая собой Ройан, и услышал, как на второй лодке кричит Мек:
- Огонь! Заставьте их залечь!
Его люди бросили весла и схватились за оружие. Они дали залп по внутреннему изгибу берега,
откуда началась атака.
Нападавших прекрасно скрывали скалы и кустарник, так что конкретной цели для стрельбы не
наблюдалось. Однако для успешного отражения атаки была необходима не прицельность, а сплошной
огонь, чтобы нарушить порядок неприятеля и заставить его пригнуться.
Пуля прорвала нейлоновую шкуру "эйвона" возле самой головы Ройан и врезалась в один из
армейских ящиков. Бока надувных плотов не давали ни малейшей защиты от обстрела. Один из гребцов
был ранен в голову. Пуля разбила ему верх черепа, как скорлупу яйца, сваренного всмятку, и
несчастный упал за борт. Ройан вскрикнула - скорее от ярости, чем от страха, в то время как Николас
подхватил выпущенный убитым автомат и опустошил магазин, выпуская короткие тройные очереди в
кусты, за которыми скрывался враг.
"Эйвон" продолжал нестись по течению, хотя и бесцельно вращался вокруг своей оси, потеряв
управление. Плотам хватило минуты, чтобы миновать место нападения и выскочить за новый поворот
реки.
Николас бросил пустой автомат и крикнул Меку:
- У вас все в порядке?
- Неплохо! - проорал тот в ответ. - Одного задело. Команда каждого из плотов понесла
потери: в целом - один убитый и трое раненых. Из раненых никто сильно не пострадал, и хотя было
продырявлено три "эйвона", их корпуса были рассчитаны на подобные неприятности и продолжали
высоко держаться над водой.
Мек подогнал плот поближе к Николасу и крикнул:
- Я уж было подумал, что мы отвязались от Ного.
- На этот раз легко отделались, - ответил Николас. - Должно быть, мы появились для них
неожиданно. Они не думали, что мы пойдем по воде.
- Ладно, теперь у нас не осталось для них сюрпризов. Бьюсь об заклад, они уже связались с Ного
по радио, и теперь тот знает, где мы и куда направляемся. - Ниммур взглянул вверх, на тучи. -
Остается только надеяться, что облака не поредеют.
- Сколько осталось до суданской границы?
- Думаю, не больше пары часов.
- Граница охраняется? - спросил Николас.
- Нет. Там ни души. Только пустые кусты по берегам.
- Будем уповать на то, что они и останутся пустыми, - пробурчал Николас.
Через полчаса после перестрелки они снова услышали звук вертолета. Он летел над облаками и
пророкотал у них над головой ниже по течению, оставаясь невидимым. Еще минут через двадцать
вертолет пролетел обратно, потом - снова вниз, все еще держась выше туч.
- Что это за штуки Ного откалывает? - крикнул Мек Николасу. - Похоже, он решил
патрулировать реку, но сквозь облака все равно не проберется.
- Я полагаю, наш приятель доставляет ниже по течению своих людей, чтобы встретить нас
вскорости. Теперь он знает, что мы идем на плотах, и понимает, что мы можем двигаться в одномединственном
направлении. Ного не тот человек, которого остановит государственная граница. Может,
он даже догадался, куда мы идем. Вниз по течению это единственная безлюдная взлетная полоса. Он
может поджидать, когда мы высадимся.
Мек подогнал свой "эйвон" еще ближе и схватился рукой за борт лодки Николаса, чтобы
разговаривать, не повышая голоса.
- Мне это не нравится, Николас. Вскоре мы столкнемся с ними нос к носу. Что думаешь делать?
Харпер помолчал, обдумывая ответ.
- Ты знаешь эту часть реки? Скажешь точно, где мы?
Мек покачал головой:
- Я еще ни разу не переходил границу по воде. Но все равно узнаю старую фабрику в Розейресе,
когда мы окажемся там. Это милях в трех выше по течению, чем аэродром.
- Фабрика пуста? - спросил Николас.
- Да. Заброшена с того времени, как война началась - уже лет двадцать.
- С этими тучами над нами темно будет уже через час, - лихорадочно соображал Николас. -
Река здесь медленная и не слишком опасная. Мы можем продолжить путь после наступления темноты.
Может быть, Ного этого от нас не ожидает. У нас должно получиться ускользнуть от него во тьме.
- Это лучшее, что ты можешь предложить? - хмыкнул Мек. - Вроде плана зажмурить глаза и
надеяться на авось.
- Ну если бы нашелся кто-то умный, кто сказал бы, где мы находимся и во сколько завтра
прилетает Джанни, я бы, пожалуй, придумал что-нибудь поинтересней, - криво усмехнулся Николас.
- А пока я не могу выпрыгнуть из собственных штанов.
Продолжая грести в наступающих сумерках, под плотным покровом туч и мороси, все
чувствовали себя крайне напряженно. Даже в сгущавшейся темноте команда держала под рукой оружие
и поглядывала то на один, то на другой берег, готовясь ответить огнем на огонь.
- Мы должны были пересечь границу час назад, - крикнул Мек Николасу. - Старый сахарный
завод уже близко.
- Как ты его найдешь в темноте?
- Там на берегу остатки бывшей каменной пристани, оттуда сахар переправляли на лодках в
Хартум.
Ночь наступила очень резко. Николас почувствовал прилив облегчения, когда берега реки
скрылись во мраке, и тьма укрыла их плоты от глаз возможных врагов на суше. После того как совсем
стемнело, они связали "эйвоны" вместе, чтобы те не разделялись, и дали течению свободно нести их
вниз. Путешественники старались держаться так близко к правому берегу, что порой они совсем
садились на мель, и гребцам приходилось свешиваться через борт и отталкиваться веслами на глубину.
Каменные пирсы пристани Розейреса выскочили из темноты совершенно неожиданно, и передний
плот ударило о пирс раньше, чем Николас успел поменять направление. Однако команда была уже
наготове, гребцы живо выпрыгнули за борт, в воду по пояс глубиной, и подтащили "эйвон" к берегу.
Мек, едва ступив на сушу, взял с собой двадцать человек и скрылся с ними в полях переросшего и
неухоженного сахарного тростника, чтобы проверить, нет ли поблизости постов Ного.
Флотилия причалила слишком шумно и беспорядочно, чтобы Николас мог чувствовать себя
спокойно. Люди вытаскивали наружу раненых, выгружали ящики с сокровищами. Харпер на закорках
вынес Ройан на берег и вернулся за Тессэ. Та значительно окрепла за последние пару дней.
Вынужденный отдых во время плавания дал ей время восстановить силы. Теперь она смогла без
посторонней помощи встать в лодке и вскарабкалась на спину к Николасу, чтобы тот перенес ее через
полоску воды.
На берегу баронет поставил ее на ноги и тихо спросил:
- Ну, как ты себя чувствуешь?
- Все в порядке, спасибо, Николас.
Англичанин подхватил Тессэ под локоть, помогая удержать равновесие, и быстро проговорил:
- Я как-то не успел спросить до сих пор... Что там с посланием Ройан, которое она просила тебя
передать по телефону в Дэбрэ-Мариам? Оно попало по адресу?
- Да, конечно, - простодушно ответила Тессэ. - Я же сказала Ройан, что передала ее слова
Муссаду в египетском посольстве. А что, она тебе не сказала?
Николас скривился как от зубной боли, но умудрился сохранить беззаботный тон:
- Должно быть, забыла. Да ладно, это не так уж важно. Тем не менее спасибо тебе, Тессэ.
В этот миг из темноты появился Мек и сказал резким шепотом:
- От вас шум как на верблюжьем рынке. Ного, должно быть, слышит нас за пять миль.
Ниммур быстро раздал приказы и принялся за организацию берегового перехода. Когда были
выгружены последние армейские ящики, люди Мека вытащили плоты на тростниковые поля и
отвинтили клапаны, чтобы сдуть борта. Потом лодки закидали тростником. В темноте путешественники
распределили между собой ящики с добычей. Сапер взял два, Николас повесил на одно плечо
радиоприемник, на другое - вещмешок с аварийным запасом, а на голову поставил ящик с золотой
маской фараона и ушебти Таиты.
Мек послал несколько человек вперед: разведать путь до взлетной полосы и убедиться, что там не
поджидает засада. Потом взял командование на себя, построил всех колонной по одному и повел по
неровной и заросшей тропе. Они еще и мили не прошагали, как облака над головой разошлись, и в
прорыве показались месяц и яркие звезды. Света от них оказалось достаточно, чтобы различить впереди
дымовую трубу разрушенной фабрики на фоне ночного неба.
Но даже лунный свет не помог продвигаться значительно быстрее. То и дело приходилось
останавливаться, потому что тем, кто нес носилки с ранеными, было нелегко. Когда они добрались до
полевого аэродрома, было около трех утра, и луна уже села. Путники сложили ящики с грузом в той же
рощице акаций у конца взлетно-посадочной полосы, где в самом начале пути прятали оборудование для
постройки плотины и желтый трактор.
Хотя к этому времени все были совершенно измождены, Мек выставил вокруг лагеря пикеты. Две
женщины ухаживали за ранеными, работая при свете маленького, со всех сторон прикрытого костерка и
используя остатки медицинских принадлежностей Ниммура.
Сапер светил электрическим фонариком - последним, в котором еще не сели батарейки, - пока
Николас настраивал радиоприемник и ставил антенну. Харпер испытал огромное облегчение, когда
раскрыл футляр приемника и обнаружил, что, несмотря на плавание в Ниле, аппарат остался сухим -
благодаря внутреннему резиновому чехлу. Он включил приемник, загорелась контрольная лампочка.
Николас настроил радио на короткую волну - и попал на утреннюю коммерческую передачу "Радио
Найроби".
Запела Ивонн Чака-Чака; Николасу нравились ее голос и стиль исполнения, однако он быстро
выключил приемник, экономя батарейки. Баронет привалился к стволу акации, чтобы немного
отдохнуть до прихода дня. Увы, сон не шел - слишком сильны были гнев и тревога.
Тума Ного смотрел, как из широкой воды Нила поднимается огромное огненное лицо солнца. Они
летели всего в нескольких футах над рекой, чтобы не быть замеченными суданскими радарами. Ного
знал, что в Хартуме есть радиолокационная станция, которая может засечь их даже на здешнем
полигоне. Отношения с суданцами сейчас были натянутыми, и полковник мог ожидать немедленного и
яростного ответа, если те засекут, что их границу нарушили.
Ного был встревожен и находился в настоящем смятении. После разгрома у реки Дандера все как
будто обернулось против него. Он потерял своих союзников. До того как лишиться их, Ного не
осознавал, насколько сильно зависит от Хелма и фон Шиллера. Теперь он распоряжался собой - и уже
успел наделать ошибок.
Но, несмотря на неудачи, Ного был настроен преследовать беглецов до конца и гнаться за ними -
не важно, насколько далеко при этом придется углубиться на суданскую территорию. За прошедшие
недели до полковника постепенно дошло - по большей части из-за перехваченных разговоров фон
Шиллера с египтянином, - что Харпер и Мек Ниммур захватили себе немыслимые сокровища. У Ного
не хватало воображения понять истинную их ценность, но он слышал, как его сообщники упоминали о
десятках миллионов долларов. Даже миллион долларов представлял собой сумму, которая не
укладывалась в голове эфиопа, но он имел смутное представление о том, что могут значить такие
деньги в земном эквиваленте: жизнь в роскоши, недвижимость, женщины...
Столь же медленно полковник соображал, что теперь, когда нет ни фон Шиллера, ни Хелма, он
может завладеть сокровищем в одиночку. У него нет соперников, кроме беглых шуфта во главе с Меком
Ниммуром и англичанина. А на его, Ного, стороне превосходящие силы. И вертолет.
Стоит только вычислить беглецов - и полковник был уверен, что сможет с ними справиться.
Выживших остаться не должно, чтобы никто не донес новостей до Аддис-Абебы. После того как Мек,
англичанин и все их люди умрут, будет проще простого вывезти сокровища из страны на вертолете. У
Ного был один знакомый в Найроби и еще один - в Хартуме, с кем ему уже приходилось иметь дело:
оба в прошлом покупали у него контрабандную слоновую кость и гашиш. Они должны знать, как
продать добычу с наибольшей выгодой - хотя и тот и другой, конечно, подлецы. Ного заранее решил,
что ни одному из них полностью доверять нельзя, и чтобы не рисковать, нужно связаться с обоими -
так что даже если кто-то решит его надуть, то...
Мысль Ного перескакивала с одного предмета на другой, и теперь он упивался предвкушением
несметных богатств и земных благ, которые вскоре сможет обрести. Он накупит роскошной одежды,
несколько автомобилей... У него будут земля, скот и женщины. Разные женщины, белые, черные и
коричневые, все женщины, каких он захочет, и каждый день новые - в течение целой жизни. Ного
встряхнулся, пробуждаясь от мечтаний. Сначала надо найти беглецов, которые как сквозь землю
провалились.
Он не знал, что Харпер и Мек Ниммур припрятали возле монастыря надувные плоты. Об этом
Хансит не сообщил. Ного с Хелмом предполагали, что те будут отступать по суше, и все планы
касательно перехвата врагов до суданской границы были основаны на этом предположении. По приказу
Хелма Ного даже устроил резервный склад топлива близ границы, где они собирались встретить Мека
Ниммура; там они могли в случае чего дозаправить вертолет. Без этих запасов топлива Ного давно
пришлось бы отказаться от преследования.
Полковник поставил своих людей на всех дорогах, ведущих от берега реки к западу, но даже не
подумал охранять саму реку. Совершенно случайно получилось, что один из его патрулей оказался в
выгодной позиции и засек флотилию желтых надувных плотов, шедших вниз по течению. Однако
появление врага было для людей Ного полной неожиданностью, поэтому они не успели подготовить
эффективную засаду. Солдаты всего один раз обстреляли плоты до того, как те скрылись за поворотом.
Они не причинили серьезного вреда ни одному из судов - по крайней мере такого, чтобы помешать им
плыть.
Как только командир отряда доложил Ного о встрече с Ниммуром, полковник принялся
перев
...Поділитися у соцмережах
