Жанр: Триллер
Седьмой свиток
...жал лук, во второй - связку дротиков. На голове не было шлема, и
волосы развевались на ветру - толстая золотая коса, похожая на львиный хвост. Черты лица
отличались благородством, прямой взор - непоколебимостью.
Ниже виднелась надпись, сделанная классическими египетскими иероглифами. Загробным
шепотом Ройан перевела ее вслух:
Великий Лев Египта. Лучший из сотни тысяч. Владетель злата доблести. Единственный спутник
фараона. Воин всех богов. Да живет он вечно!
Ее руки задрожали, а голос затих - чувства душили Ройан. Она негромко всхлипнула, но потом
взяла себя в руки.
- Я знаю этого художника, - тихо проговорила Ройан. - Я провела пять лет, изучая его труды.
Я узнала бы его где угодно. - Она снова вздохнула. - Могу сказать с полной уверенностью, что почти
четыре тысячи лет назад раб Таита украсил эти стены и создал эту могилу.
Она указала на имя мертвого человека, вырезанного на камне выше полки с фобом.
- Это не могила христианского святого. Много сотен лет назад какой-то старый священник
нашел ее и по невежеству присвоил своей религии. - Она еще раз порывисто вздохнула. - Смотри!
Это печать Тануса, повелителя Харреба командующего армиями, любовника царицы Лострис и родного
отца царевича Мемнона, который стал фараоном Тамосом.
Оба помолчали, пораженные собственным открытием. Наконец Николас нарушил молчание:
- Значит, это правда. Тайна седьмого свитка находится здесь. Если, конечно, мы сумеем отыскать
к ней ключ...
- Да, - тихо сказала Ройан. - Ключ. Каменное свидетельство Таиты. - Она повернулась к
камню табота и медленно, благоговейно подошла к нему. - Не могу заставить себя посмотреть на него,
Ники. Боюсь, что это не то, на что мы надеемся. Давай лучше ты!
Он направился прямо к колонне и с видом фокусника сдернул ткань, скрывающую ее. Они
устремили взор на стелу из розового испещренного надписями гранита. Она была примерно шесть
футов в высоту и фут в ширину у основания, сужаясь вдвое к вершине. На полированном граните были
высечены надписи.
Ройан сделала шаг вперед и коснулась холодного камня. Она пробежала пальцами по
иероглифической надписи подобно слепому, читающему текст, написанный азбукой Брайля.
- Письмо Таиты нам, - прошептала Ройан, ощупав символ ястреба со сломанным крылом и
проведя по его контуру длинным, тонким, слегка дрожащим пальцем. - Написанное почти четыре
тысячи лет назад, ожидающее, пока мы прочтем и поймем его. Смотри, как он подписался. - Она
медленно обошла гранитную стелу, изучая все четыре стороны по очереди. Она улыбалась и кивала,
хмурилась и качала головой, потом снова улыбалась, будто перед ней лежало любовное послание.
- Прочти его, - попросил Николас. - Слишком сложно для меня. Я понимаю символы, но не
могу понять смысла. Попробуй объяснить.
- Это настоящий Таита, - засмеялась Ройан, в которой благоговение и изумление уступили
место возбуждению. - Он, по обыкновению, малопонятен и прихотлив. - Казалось, она говорит о
любимом, но способном довести до бешенства старом друге. - Здесь все в стихах и, как обычно,
использован его любимый эзотерический код. - Она коснулась пальцем первой строки иероглифов и
прочитала вслух: - "Гриф поднимается на могучих крыльях навстречу солнцу. Шакал воет и
поворачивается к хвосту. Река течет к земле. Опасайтесь, осквернители священных мест, или гнев богов
обрушится на вас!"
- Какая-то бессмыслица. Ничего не понимаю, - запротестовал Харпер.
- Да нет, смысл здесь есть. У Таиты всегда есть смысл, если привыкнуть к стилю его мышления.
- Она обернулась к спутнику: - Не стоит мрачнеть, Ники. Не ждешь же ты, что будешь читать Таиту,
как заголовки в "Тайме". Он загадал загадку, и могут потребоваться месяцы на поиски ответа.
- Что же, ясно одно. Мы не можем проторчать к макдасе недели и месяцы, гадая. Давай вернемся
к работе.
- Сначала фотографии. - Ройан стала деловой и собранной. - Потом мы скопируем надписи на
камне.
Николас поставил на землю сумку с фотоаппаратом и открыл ее.
- Сначала я отсниму пару цветных пленок, а потом возьмемся за "Полароид". Тогда нам будет с
чем работать, прежде чем проявят пленки.
Ройан не стала мешать Харперу, пока он ползал вокруг стелы на коленях, держа аппарат прямо и
стараясь не поворачивать его под неправильным углом. Николас сделал серию снимков со всех четырех
сторон, используя разные выдержки и скорости затвора.
- Не потрать всю пленку, - предупредила Ройан. - Нам нужны снимки стен самой гробницы.
Харпер послушно подошел к решетке и изучил замок.
- Этот куда сложнее внешнего. Если я попытаюсь открыть его, то могу нечаянно повредить. Не
думаю, что хорошие снимки стоят риска попасться.
- Хорошо, - согласилась она. - Снимай через отверстия.
Он фотографировал, просовывая камеру через дырки так далеко, как мог, и наводя резкость на
глаз.
- Вот и все, - сказал Николас наконец. - Теперь займемся "Полароидом".
Он взял другую камеру и повторил съемку с самого начала. На сей раз Ройан держала маленькую
рулетку, чтобы задавать масштаб.
Когда фотография проявлялась, он протягивал ее спутнице, чтобы оценить качество. Пару раз,
когда из-за вспышки снимки получились слишком светлыми, слишком темными или еще почему-либо
неудачными, она просила его сделать еще одну фотографию.
Почти через два часа работы у них был полный комплект моментальных фотографий. Тогда
Николас убрал фотоаппараты и вынул рулон художественной бумаги. Они растянули его поверх
колонны и прикрепили клейкой лентой. Потом Харпер начал копировать сверху, а Ройан - снизу. При
помощи простого карандаша археологи переносили точную форму надписей на чистые листы.
- Я поняла, как это важно, когда имеешь дело с Таитой. Если не можешь работать с оригиналом,
ты должен иметь точную копию. Иногда самая маленькая деталь может поменять смысл и значение
надписи. Он все оборачивает множеством слоев тайны. Должно быть, ты читал в "Речном боге", что
Таита считал себя мастером загадок и лучшим игроком в бао, когда-либо существовавшим на свете. По
крайней мере эта часть книги соответствует истине. Где бы он ни был сейчас, Таита, несомненно, знает,
что игра началась, и внимательно следит за каждым нашим ходом. Могу представить, как он злорадно
хихикает и потирает руки.
- У тебя богатая фантазия, - отозвался Николас, принимаясь за работу, - но я понял, что ты
имеешь в виду.
Процесс переноса надписей с колонны на чистые листы был трудным и монотонным. Прошло
много часов, в течение которых Харпер и Ройан трудились на коленях или на корточках вокруг
гранитной стелы. Наконец Николас сделал шаг назад и размял ноющую спину:
- Ну вот и все.
Ройан подошла к нему:
- Сколько времени?
- Четыре утра. Нам лучше прибраться. Надо убедиться, что мы не оставили никаких следов
пребывания.
- Последний штрих, - сказала Ройан, отрывая уголок от листа бумаги и подходя к алтарю, на
котором лежала митра аббата. Она быстро прикрепила обрывок к синей керамической печати в центре и
перенесла на него изображение ястреба со сломанным крылом. - Это на удачу, - пояснила она
Николасу и подошла, чтобы помочь уложить длинные листы бумаги в сумку. Потом они собрали
обрывки ненужной уже клейкой ленты и пустые коробочки из-под пленок, раскиданные по каменным
плитам.
Перед тем как закрыть гранитную стелу тканью, Ройан погладила каменную надпись, словно
прощаясь с ней навсегда. Потом она кивнула Николасу.
Тот положил материю на колонну и расправил складки точно так же, как они лежали вначале. С
порога окованной медью двери они в последний раз посмотрели на макдас и со скрипом открыли
створку.
- Идем. - Ройан протиснулась сквозь щель, и Николас пошел за ней следом. Ему понадобилось
всего несколько минут, чтобы запереть замок. - Как мы выберемся через главные двери? - спросила
Ройан.
- Думаю, это не обязательно. Очевидно, у священников есть вход из их покоев. Они редко
используют главный вход. - Харпер встал в центре комнаты и внимательно осмотрелся. - Если он
ведет к кельям, то должен быть с этой стороны... - Николас оборвал себя и довольно проворчал: -
Ага! Видишь, они протоптали дорожку в камне за столетия. - Англичанин указал на полосу гладкого и
истертого пола у стены. - И посмотри на отпечатки грязных пальцев на том гобелене. - Он быстро
подошел к висящему ковру. - Так я и думал. - Сзади оказался узкий проем. - Идем за мной.
Они оказались в темном проходе, прорубленном в камне. Николас зажег фонарь, но прикрыл его
рукой, оставив необходимый минимум света.
- Сюда.
Проход свернул направо, и впереди показалось тусклое сияние. Николас выключил электрический
светильник и повел Ройан дальше.
Теперь пахло закисшей едой и людьми. Вскоре они прошли вход в монашескую келью, лишенную
двери. Англичанин посветил туда фонариком. Там оказалось пусто и голо. На стене висел деревянный
крест, а внизу стояла низкая кровать. Другой мебели не было. Они прошли еще дюжину точно таких же.
На следующем повороте Николас остановился. Он почувствовал слабое дуновение ветерка и
свежий воздух.
- Сюда, - прошептал баронет.
Они поспешили вперед, но неожиданно Ройан схватила его за плечо и вынудила остановиться.
- Что... - начал говорить Харпер, но она сжала его руку, призывая к молчанию. Через секунду
Николас и сам услышал звук человеческого голоса, страшновато отдающегося в лабиринте проходов.
Раздался странный тоскливый крик, похожий на вопль терзаемой души. Они тихонько пошли
вперед, надеясь скрыться, пока их не нашли, но звуки становились все громче.
- Это прямо впереди, - шепотом предупредил спутницу Николас. - Нам придется прокрасться
мимо.
Теперь они увидели желтый свет лампы, струящийся из кельи в проходе. Раздался еще один
душераздирающий женский крик, отдавшийся эхом и заставивший их остановиться.
- Женский голос. Что происходит? - выдохнула Ройан. Николас лишь покачал головой и повел
ее дальше.
Им пришлось пройти мимо открытой двери в освещенную каморку. Англичанин проскользнул
мимо, прижавшись к противоположной стене спиной, а его спутница двинулась следом, держа Харпера
за руку.
Когда они заглянули в келью, женщина снова закричала. На сей раз ее вопль смешался с криком
мужчины. Это был дуэт без слов, но в нем звучала столь яростная страсть, что ее невозможно снести в
молчании.
На низкой кровати обнималась обнаженная пара. Женщина лежала, распластавшись на спине,
зажав ноги мужчины между разведенными в сторону коленями. Она обнимала любовника за спину, на
которой напряженные мускулы блестели от пота. Мужчина яростно входил в нее, напоминая силой и
целеустремленностью таран.
Женщина вертела головой из стороны в сторону, из горла то и дело вырывались крики. Казалось,
мужчина почти не мог этого вынести. Он отстранился от нее подобно кобре, не отрывая бедер, но
изгибая спину, как боевой лук. Его сотрясал спазм за спазмом. Сухожилия на ногах чуть не лопались, а
мышцы на спине напрягались и опадали, напоминая живые существа.
Женщина открыла глаза и посмотрела прямо на Николаса и Ройан, застывших в проеме. Но она
была слишком одурманена страстью, чтобы их заметить. Глаза ее ничего не видели, и женщина только
выкрикивала имя мужчины.
Николас отвел Ройан в сторону. Они вышли по проходу на пустую террасу. Остановившись у
подножия лестницы, археологи вдохнули свежий ночной воздух, благоухающий водами Нила.
- Тессэ ушла к нему, - тихо прошептала Ройан.
- По крайней мере на сегодня, - согласился Николас.
- Нет, - возразила она. - Ты же видел ее лицо, Ники. Теперь она принадлежит Меку Ниммуру.
Когда они добрались до лагеря и расстались у двери хижины Ройан, рассвет окрашивал зубчатые
вершины гор цветами роз и хорошего портвейна.
- Я на последнем издыхании, - сказала Ройан Николасу. - Слишком много впечатлений за
одну ночь. Вряд ли ты увидишь меня до полудня.
- Хорошая ид - я! Спи сколько влезет. Я хочу, чтобы ты была полна жизненных сил и
внимания, когда мы займемся собранными материалами.
К сожалению, Николас проснулся куда раньше полудня. Его разбудили громкие вопли Бориса,
ворвавшегося в хижину.
- Англичанин, проснись! Я должен поговорить с тобой. Проснись, проснись, говорю!
Николас перекатился на бок и высунул руку за пределы москитной сетки, чтобы взять часы.
- Черт тебя подери, Брусилов! - Он наконец перешел на ты. - Какого лешего тебе нужно?
- Моя жена! Ты видел мою жену?
- Какое отношение твоя жена имеет ко мне?
- Она сбежала! Я не видел ее со вчерашнего дня.
- Судя по тому, как ты с ней обращался, это неудивительно. А теперь уйди и дай мне поспать.
- Эта шлюха сбежала с черным ублюдком Меком Ниммуром. Я все о них знаю. И не пытайся
выгораживать ее, англичанин. Я знаю обо всем, что здесь происходит. Ты пытаешься прикрыть ее,
признавайся!
- Убирайся отсюда, Борис. И не вздумай вмешивать меня в свою грязную личную жизнь.
- Я видел, как ты говорил с этим ублюдком из шуфта. Не пытайся отрицать это, англичанин. Ты
помогал им.
Николас откинул противомоскитную сетку и выпрыгнул из постели.
- Будь так добр, выбирай выражения, когда говоришь со мной, хамье.
Борис попятился к двери.
- Я знаю, что она сбежала с ним. Я искал их всю прошлую ночь возле реки. Они исчезли, а
вместе с ними почти все люди Ниммура.
- Молодец Тессэ. Она для разнообразия проявляет хороший вкус в выборе мужчин.
- И ты думаешь, что я позволю шлюхе сбежать? Ты ошибаешься, очень ошибаешься. Я их
нагоню и убью обоих. Я догадываюсь, куда они идут. Ты считаешь меня дураком. Но я знаю все о Меке
Ниммуре. Я был главой разведки... - Брусилов умолк, поняв, что проговорился. - Я прострелю ему
живот, а шлюха Тессэ будет смотреть, как он умирает.
- Если ты отправишься по следам Мека Ниммура, то, полагаю, не вернешься.
- Ты плохо знаешь меня, англичанин. Побил меня ночью, когда я выпил бутылку водки, и теперь
думаешь, что со мной легко справиться? Ну что ж, Мек Ниммур узнает, насколько ты прав.
Борис выбежал из хижины. Николас натянул рубашку в дополнение к шортам и последовал за
ним.
В собственном домике русский принялся собирать необходимые вещи в рюкзак, запихивать
патроны в магазин охотничьего ружья.
- Отпусти их, Борис, - посоветовал ему Николас, стараясь вразумить охотника. - Мек крепкий
парень, крепче я не видал. И с ним отряд из пятидесяти человек. А ты уже достаточно взрослый, чтобы
понимать - женщину насильно не удержишь. Отпусти ее по-хорошему!
- Я и не хочу ее удерживать. Я хочу ее убить. Сафари кончилось, англичанин. - Он швырнул
ключи на кожаном ремешке под ноги Николасу. - Вот ключи от "лендкрузера". Ты можешь добраться
в Аддис-Абебу самостоятельно. Я оставляю четверых лучших людей, чтобы они присмотрели за тобой.
Держали за руку. И я заберу большой грузовик. Добравшись до столицы, отдай ключи моему охотнику,
Али. Я потом сам его найду. А оставшиеся деньги я тебе вышлю. Не беспокойся, я - человек твердых
принципов.
- Как я могу в этом сомневаться? - улыбнулся Николас. - Пока, приятель. Желаю удачи. Она
понадобится, если ты выйдешь против Мека Ниммура.
Борис отставал на несколько часов от намеченных жертв и оказавшись за пределами лагеря,
быстро затрусил по тропе которая вывела на основную дорогу, проложенную на запад, к суданской
границе. Он бежал, как хороший разведчик, широкими шагами, покрывая каждым большое расстояние.
"Похоже, он по-прежнему в хорошей форме, несмотря на водку, - невольно восхитился Николас,
глядя вслед Брусилову. - Но мне интересно, долго ли он пробежит?"
Харпер побрел к хижине, намереваясь еще поспать, но когда он проходил мимо жилища Ройан,
она высунула наружу голову.
- Что вы тут кричали? Мне показалось, что у вас с Борисом возникло новое расхождение во
взглядах.
- Тессэ сбежала от него. Борис догадался, что она скрылась вместе с Меком, и бросился в
погоню.
- О, Ники! Мы не можем их предупредить?
- Нет ни малейшего шанса. Но если только Мек не спятил, он будет ждать, что Борис погонится
за ними. Более того, если хорошо подумать, он наверняка надеется на это. Нет, Меку наша помощь не
понадобится. Иди спать!
- Теперь мне не уснуть, я слишком беспокоюсь. Вчера я просмотрела снимки, сделанные
"Полароидом". Таита одарил нас сполна. Пойдем поглядишь.
- Ну может, хотя бы часок сна? - взмолился он.
- Нет, прямо сейчас, если не еще раньше, - рассмеялась Ройан.
Она уже разложила все фотографии и скопированные надписи на складном столе в своем жилище.
Ройан пригласила Николаса сесть рядом.
- Пока ты там похрапывал, я немало продвинулась. - Она положила четыре снимка, а поверх
них большое увеличительное стекло. Лупа была качественной, со складными ножками, и можно было
разглядеть каждую деталь. - Таита озаглавил каждую часть стелы одним из названий времен года -
весна, лето, осень и зима. И как ты думаешь, на что он намекал?
- На номера страниц?
- Я тоже так подумала, - согласилась Ройан. - Египтяне считают весну началом новой жизни.
Он говорит о порядке чтения сторон. Значит, номер один - весна.
Она выбрала одну из фотографий.
- Надпись начинается стандартной цитатой из "Книги мертвых". - Ройан процитировала первые
несколько строк начала: - "Я - первый ветерок, мягко дующий над океаном вечности. Я - первый
восход. Первый проблеск света. Белое перо, летящее в рассветном ветре. Я - Ра. Я - начало всего. Я
буду жить вечно. Я никогда не умру". - Не убирая лупы, она посмотрела на него. - Насколько я
понимаю, записи почти не отличаются от оригинала. Инстинкт подсказывает отложить их пока что в
сторону. К ним всегда можно вернуться.
- Тогда прислушаемся к твоему инстинкту, - предложил Харпер. - Читай дальше.
Ройан снова обратилась к снимку.
- Я не буду смотреть на тебя, читая это. Таита может быть приземленным не хуже Рабле, если в
настроении. Не важно, слушай. "Дочь богини томится по своей матери. Она ревет как львица,
устремляясь к ней навстречу. Она прыгает с горы, и клыки ее белы от пены. Она - шлюха мира. Ее
влагалище испускает мощные потоки. Ее влагалище поглотило армию людей, пожирает каменщиков и
тесальщиков. Ее влагалище - осьминог, поглотивший царя".
- Ого! - рассмеялся Николас. - Довольно цветисто, не правда ли? - Он наклонился к Ройан,
чтобы заглянуть ей в лицо, но она отвернулась. - О, девица, что за розы расцвели на твоих чудных
щечках? Ты ведь не покраснела?
- Шотландский акцент у тебя получается неубедительно, - холодно проговорила она, не глядя
на Харпера. - А теперь, когда ты перестал самоутверждаться за мой счет, то что думаешь о
прочитанном?
- Помимо очевидного, ничего не понятно.
- Я хочу показать кое-что. - Ройан собрала фотографии и свертки бумаги в сумку. - Надень
ботинки. Я свожу тебя прогуляться.
Час спустя они стояли на подвесном мосту, раскачиваясь над быстрыми водами Дандеры.
- Хапи - это одновременно и бог, и богиня Нила. Разве эта река не ее дочь, томящаяся по ней,
спрыгивающая с горных вершин, ревя, как львица, с клыками белыми от пены? - спросила Ройан.
Они в молчании уставились на арку из розового камня, сквозь которую прорывалась река.
Неожиданно Николас понимающе улыбнулся.
- Кажется, я знаю, что ты скажешь. Именно так я и подумал, когда впервые увидел это место. Ты
сказала, что оно похоже на пасть горгульи, но у меня перед глазами встал другой образ.
- Все, что я могу сказать, - у тебя были очень необычные женщины, - промолвила Ройан и
прикрыла рот рукой. - Ой! Я не хотела этого говорить. Порой я бываю так же отвратительна, как вы с
Таитой.
- Она поглотила рабочих! - возбужденно произнес Николас. - Каменщиков и тесальщиков!
- Фараон Мамос был богом. Река поглотила бога своей... своей аркой. - Ройан была возбуждена
не меньше. - Должна признать, что никогда бы не связала эти вещи, если бы ты не обнаружил ниши в
стене. Ники, нам надо снова туда попасть. Мы должны повнимательнее изучить барельеф, находящийся
на стене пещеры.
- Для этого понадобится хорошая подготовка, - с сомнением произнес Николас. - Мне
придется связать веревки и придумать более надежную систему страховки. А заодно натренировать Али
и других, чтобы избежать повторения моего маленького фиаско. Так что к новой попытке мы будем
готовы самое раннее завтра утром.
- Тогда начинай. У меня тоже довольно дел - я займусь переводом надписи на стеле. - Она
умолкла и посмотрела на небо. - Слушай! - прошептала Ройан.
Он склонил голову и разобрал шум моторов, перекрывающий грохот реки.
- Черт подери! - выругался Николас. - Я думал, "Пегас" плюнет на нас. Идем! - Он схватил
ее за руку и потащил по мосту. Добравшись до земли, Харпер спрыгнул вниз, на берег. Ройан
последовала за ним, и они укрылись под мостом.
Они тихо сидели на белом песчаном пляже, слушая приближающийся шум моторов "джетрейнджера",
кружащего над розовыми холмами. На сей раз пилот не заметил их, поскольку улетел и
принялся летать вдоль ущелья. Потом рев моторов изменился, стал тоньше и стих.
- Судя по всему, он собирается приземлиться где-нибудь в холмах, - заметил Николас, вылезая
из-под моста. - Мне было бы куда приятнее, если бы они не сновали вокруг.
- Не думаю, что стоит слишком беспокоиться, - не согласилась Ройан. - Даже если они и
связаны с убийцами Дурайда, мы сильно опередили их. Очевидно, они не догадались о важности
монастыря и стелы.
- Надеюсь, ты права. Вернемся в лагерь. Не дадим им увидеть нас около пропасти. Они
задумаются, совпадение ли это, если всякий раз будут замечать нас здесь.
Пока Ройан сидела в хижине, размышляя над фотографиями и скопированным изображением,
Николас работал с охотниками. Он соединил всю нейлоновую веревку, получив при этом единый кусок
длиной пятьсот футов. Потом Харпер позаимствовал на кухне брезентовое полотнище, разрезал и
подрубил края, сделав мягкое сиденье. Из веревки Николас соорудил что-то вроде упряжи, которую
привязал к четырем углам сиденья.
У него не было ни блоков, ни другого снаряжения, поэтому он создал грубое подобие подъемного
крана из шестов. "Кран" можно было свесить с утеса и не опасаться, что веревка перетрется о камень. В
центральной балке Николас прожег раскаленным железом дыру, через которую следовало пропустить
веревку, и смазал ее жиром с кухни.
К полудню приготовления были закончены. Тогда, оставив Ройан в лагере, Харпер отправился
вместе с людьми, груженными бухтами веревки и шестами для подъемника, по тропе к месту, куда
спускался за телом дик-дика. Отсюда они прошли вниз по течению до края скалы. Путь выдался не из
легких, поскольку колючие кусты росли вдоль самого края. Кое-где пришлось пустить в ход мачете,
чтобы прорубить дорогу.
Николас ориентировался по звуку водопада. Во время пути вниз по течению грохот становился все
громче, пока камни, казалось, не задрожали от ярости потока. Наконец, подойдя к краю и заглянув вниз,
англичанин различил белую пену.
- Добрались, - с удовлетворением заметил он и объяснил Али по-арабски, что от него
требуется.
Чтобы определить точное место, где следовало соорудить подъемник, Николас забрался на
холщовое сиденье и велел опустить его на двадцать футов вдоль утеса, туда, где стены почти
смыкались. При таком расположении Харпер мог быть уверен, что веревка ни за что не зацепится.
Вися над водопадом и каменистым бассейном реки в ста пятидесяти футах внизу, англичанин по
крайней мере рассмотрел как следует двойной ряд ниш в стене. Однако барельеф был по-прежнему
скрыт выступом скалы. Баронет подал Али сигнал, и его вытащили.
- Мы должны установить подъемник пониже, - сказал Николас своим людям.
По его указанию они вырубили густой кустарник, растущий по краю. Неожиданно англичанин
воскликнул:
- Будь я проклят! - Он наклонился, чтобы исследовать нечто, сокрытое до того момента
растениями. - Опять следы людей.
Здесь в отличие от самого низа стены не были защищены от воздействия природных сил и сильно
разрушились. На камне остались лишь слабые следы, но все же эти выбоины, несомненно, были
опорами для древних строительных лесов. Харпер и его помощники установили подъемник на той же
ровной площадке и вытянули длинный шест над бездной, закрепив противовесом с помощью оттяжек и
меньших шестов.
Покончив с этим, Николас подполз, чтобы оценить систему, и пропустил конец веревки через
предназначенное для этого отверстие. Сооружение казалось надежным и прочным. И тем не менее
Харпер отодвинулся от края с облегчением.
Поднявшись, англичанин посмотрел на верхушки колючего кустарника, озаренные красными
лучами солнца, садящегося за горизонт.
- Для одного дня довольно, - решил он. - Остальное может подождать до завтра.
На следующее утро Николас и Ройан поднялись и начали пить кофе, когда еще не рассвело. Али и
его люди сидели у костра, тихонько разговаривая и куря первую сигарету за день. Затеянное пришлось
им по вкусу. Они не подозревали, зачем понадобилось во второй раз спускаться в бездну, но энтузиазм
двух ференги оказался заразителен.
Как только достаточно рассвело, чтобы стало видно тропу, Николас снова повел всех в холмы.
Пробираясь сквозь колючие кусты, люди жизнерадостно болтали на амхарском. К нужному месту они
вышли, когда солнце показалось над горами с востока долины. Вчерашний день Николас посвятил
обучению охотников, да и они с Ройан полночи просидели за планами. Поэтому теперь каждый из них
отлично знал свое дело, и они почти не потеряли времени, готовясь к спуску.
Николас опять разделся до шортов и теннисных туфель, но на сей раз он также прихватил для
тепла и старую фуфайку для игры в регби. Натягивая ее через голову, Харпер показал Ройан каменную
площадку.
Она внимательно изучила ее.
- Сложно сказать с уверенностью, но я думаю, что ты прав и она действительно рукотворная.
- Когда ты спустишься вниз, сомнения исчезнут. Там, где скала нависает сверху, порода не
сильно выветрилась, и ниши почти идеально сохранились. Разумеется, до уровня высокой воды, -
сообщил англичанин, устраиваясь на подъемнике и свешиваясь с обрыва. Болтаясь на конце шеста,
Николас подал знак Али. Тот принялся спускать его вниз. Веревка чудесно скользила сквозь смазанную
петлю.
Николас немедле
...Поділитися у соцмережах
