Жанр: Триллер
Некроскоп 1-5.
...ространялась на него моя власть Вамфира. Да потому, что он сам обладал
могуществом и властью, но искусно скрывал от меня свои способности и
возможности. Понял я и то, почему Марилена так не хотела отпускать меня в те ночи,
когда мне необходимо было подкрепить свои силы, и то, что она говорила мне тогда,
но в тот момент это не имело для меня смысла - я не понимал ее. В те часы, когда
меня не было рядом, ей снились ужасные сны, но потом она не могла вспомнить, в чем
именно они заключались. Я понял, как билась и металась она в постели, оставшись
одна, как вставала по утрам совершенно измученная и обессиленная, как после
тяжелой работы.
Да, весьма тяжелой, ибо он совершал работу, а ее при этом использовал, все это
время заставляя ее верить, что страстным любовником был я. Он прикидывался мною,
чтобы совершать преступное насилие над своей матерью! Но меня с ума сводила
мысль: как часто он проделывал подобное?
Я рванулся вперед и буквально влетел в комнату, при этом сорванные мною шторы
окутали меня как плащом. На стене висели скрещенные мечи. Я сдернул их и
подскочил к Яношу, держа один из мечей высоко над головой. Я хотел разрубить его
пополам, но он заметил меня и подставил под удар мать. Череп ее раскололся надвое,
мозг вытек еще до того, как он выпустил обмякшее тело из своих объятий.
Ярость моя мгновенно улетучилась. Янош поморщился и оттолкнул от себя мою
Марилену, а я подхватил ее и принялся баюкать на руках, как дитя, в то время как он
бросился вон из спальни, оставив меня наедине с изуродованным телом...
Не знаю, сколько я просидел вот так, укачивая на руках ту, которой уже не было...
Мысли, одна безумнее другой, стремительно проносились у меня в голове... Я отдам
ей какую-то часть своего вампира - достаточную, чтобы возродить ее к жизни,
залечить рану и придать ей сил... Она была мертва, но так не должно быть.., она не
может умереть.., она может стать бессмертной. Но ведь тогда она изменится,
перестанет быть моей Мариленой, а вместо этого станет полностью зависимой от
меня, словно призрак пойдет туда, куда я ее позову.., она станет вампиром. Нет, сама
мысль о том, что она лишится воли и станет во всем подчиняться только моим
желаниям и требованиям, была для меня невыносима.
Я мог, конечно, вскрыть ее тело и совершить акт некромантии, чтобы узнать все о
подлости и низости моего ублюдка-сына. Ибо даже если сама она, находясь под
гипнозом, ничего после не помнила о том, что делал с ней сын, дух ее помнил все,
плоть ее не могла забыть об этом. Но я не в силах был совершить это, потому что знал,
что даже мертвые испытывают мучительную боль от прикосновений некроманта. А я
не хотел снова причинять ей боль и страдания. Ах, если бы только я был некроскопом,
правда? Но в то время даже само это понятие не было мне известно.
Вот так я и продолжал сидеть, пока не высохли на мне брызги крови и мозга, пока
не закоченело в моих руках тело Марилены. Горе и отчаяние постепенно
притупились, и ко мне вновь возвратилась способность соображать, а гнев мой еще
больше усилился. Я непременно убью Яноша, он будет умирать медленно и
мучительно - в этом у меня не было никаких сомнений. Но прежде чем убить, я
должен был его найти.
Я взял себя в руки и призвал к себе Григория Зирру и других предводителей моих
зганов. Некоторые из них спали в нижних этажах моего замка, где во времена былого
послабления к ним с моей стороны они жили практически постоянно. Теперь этому
конец, ибо, начиная с этой минуты, все изменится - наступают суровые времена.
- Это сделал твой внук, - обратился я к Григорию Зирре, указывая на тело
Марилены, - в ком заговорила нечистая кровь Зирра. А потому я проклинаю и придаю
анафеме зганов Зирра! Вам нет больше места в доме Ференци! Убирайся вместе со
всеми своими людьми, и отныне я не желаю вас больше видеть ни здесь, ни где-либо
поблизости!
Когда он ушел, я обратился к одному из предводителей моих зганов, тому,
который некогда разговаривал со мной и кто посмел проявить фамильярность по
отношению ко мне и слишком распустил свой язык.
- Как могло случиться подобное? - сурово спросил я его. - Почему в мое
отсутствие вы не охраняли как следует то, что мне принадлежит?
- Но, господин мой! - отвечал он. - Ведь вы поручили следить за домом и
поместьем своему сыну! - Он пожал плечами, как мне показалось, совершенно
равнодушно. - Вот уже много лет я не пользуюсь вашим доверием и расположением.
- А разве ты не зган? - прорычал я, чувствуя, как просыпается во мне вампир, как
растут мои зубы и ногти превращаются в острые ножи. - И разве я не Ференци?! С
каких это пор я должен просить о том, что по праву принадлежит мне от рождения, и
приказывать исполнить то, что испокон веков было твоими обязанностями?
Я говорил очень тихо и спокойно, но все, кто находился со мной в комнате, слегка
попятились, за исключением того, с кем я разговаривал, ибо я схватил его за плечо.
И тут.., он вытащил нож и хотел было меня ударить. Но я лишь мрачно улыбнулся
и удержал его одним только взглядом. Дрожа с головы до ног, он выронил нож...
- Я.., я не оправдал вашего доверия, господин мой! Прогоните меня тоже,
господин, и позвольте уйти вместе с Зирра.
Я широко зевнул, демонстрируя ему свой огромный рот, крепкие челюсти и
острые зубы, торчавшие из кровоточащих десен. Он хорошо знал, что я легко могу
сомкнуть эти челюсти на его лице, превратив его в месиво. Но вместо этого я просто
подтащил его к высокому окну.
- Прогнать тебя? - повторил я его слова. - А что, есть такое место, где ты хотел бы
оказаться?
- Где угодно, - задыхаясь прошептал он. - Где угодно, господин, только не здесь.
- Не здесь? - переспросил я, выглядывая в окно. - Что ж, будь по-твоему.
И, прежде чем он успел сказать что-либо еще, я схватил его в охапку и швырнул
вниз. Падая, он успел вскрикнуть лишь один раз, потом рухнул на скалы и затих
навсегда.
Другие предводители, помельче, видя все это, хотели было сбежать, но я
предостерег их от этого опрометчивого шага.
- Только посмейте уйти, - взревел я, - и я переловлю вас по одному, вырву и съем
ваши сердца! - После таких угроз они застыли на месте. - А теперь идите и разыщите
моего сына. А когда найдете, отведите меня к нему - туда, где я смогу с ним
разобраться. После этого вы все соберетесь и придете ко мне, ибо мне необходимо
поговорить с вами о весьма важных вещах. Вместе со мной вы отправитесь в великий
крестовый поход. Фаэтор Ференци вновь поднимется очень высоко и вернет себе
былое могущество в мире, а каждому из вас уготована заслуженная им участь. Но вас
ждет настоящая мужская работа, и я уверен, что вы завоюете себе достойную судьбу!..
Глава 11
Друзья Гарри и другие
Отдаленное лязганье и звон отвлекли Гарри от длинного рассказа старого вампира.
Он перестал слушать и внимательно оглядел пустынную, вспаханную, развороченную
землю, на которой до самого горизонта то тут, то там виднелись постепенно все более
разрушающиеся развалины старых домов. Даже солнце, которое согревало ему шею и
спину и поднимало облака пара над неподвижной водой небольших водоемов, не
могло оживить безрадостную картину: по полю двигались железные динозавры,
чудовищные и странные силуэты которых неясно виднелись в облаках пыли и сизого
зловонного дыма. Едва ли бульдозеры направятся именно в эту сторону, но при виде
их Гарри вдруг вернулся к действительности и вспомнил, сколько сейчас, должно
быть, времени. Уже, видимо, около девяти часов, а ему еще предстоит добраться до
Бухареста - обратный самолет в Афины улетал в 12.45.
- Гарри... - затихающий мысленный голос Фаэтора был похож на вздох. - Я
чувствую, что над землей взошло солнце, а оно отнимает у меня силы, делает меня
совсем слабым. Должен ли я продолжить свой рассказ, или мы отложим разговор на
другое время?
Гарри задумался. Он успел немало узнать о Яноше - вампире, обладающем
большими возможностями и силой. И все же, если верить Фаэтору, сын его не был
вампиром в полном смысле этого слова, во всяком случае тогда - почти восемьсот лет
назад. Таким образом этот разговор давал ему возможность больше узнать не только о
самом Яноше, но и о вампирах вообще. Гарри признавал, что уже является достаточно
осведомленным и признанным авторитетом в этой области, но одновременно
понимал, что о подобных существах знать абсолютно все практически невозможно.
Однако, когда от них зависит его жизнь и жизнь других людей, никакие
дополнительные сведения не окажутся излишними.
- Ты совершенно прав, - послышался вновь голос Фаэтора. - Хорошо, тогда позволь
мне продолжить свой рассказ. Я постараюсь быть как можно более кратким...
Мои зганы нашли этого пса высоко в горах, где он прятался, трясясь от страха, в
одной из пещер. Он подошел к выходу из нее, расположенному на уступе отвесной
скалы.
Хоть Янош был еще очень молод, ему нельзя было отказать в силе, да и ростом он
был очень высок, такой же крупный и мощный, каким был в молодости Тибор и каким
был я сам. Он казался испуганным, но, судя по всему, не склонным малодушно молить
о пощаде;
Сломав ветку, он заострил ее и обратился ко мне:
- Ни шагу дальше, отец, или я воткну этот кол тебе в сердце!
- Ах, сынок, - ответил я без враждебности и злобы, - ты и так уже это сделал. Как
же ты мог? Я думал, что ты любишь меня, точнее даже, я был в этом уверен. Я также
знал, что ты любишь свою мать, хотя даже не подозревал, какова именно твоя к ней
любовь. А оказалось, что я ничего о тебе не знаю, кроме того, что ты - мой сын. - И с
этими словами я шагнул в пещеру.
- Во всяком случае, ты знаешь, что я убью тебя, - хрипло прошептал он, отступая
назад, - если ты только попробуешь наказать меня.
- Наказать тебя ? - Я ссутулился к печально покачал головой. - Нет, я всего лишь
жду от тебя объяснений. Ведь ты плоть от плоти моей, Янош. И неужели сейчас, когда
я остался совсем один, я стану мстить собственному сыну? Не скрою, я действительно
был вне себя от горя и ярости, но разве так трудно меня понять? Но к чему привела
моя ярость, чего я добился? Только лишь того, что твоя мать умерла, она покинула
нас, и мы, которые ее так горячо любили, навсегда потеряли ее. А теперь.., теперь весь
мой гнев улетучился...
- И ты.., ты не испытываешь ко мне ненависти? - спросил он.
- Ненавидеть тебя? Моего собственного сына? - Я снова покачал головой. - Нет,
все дело в том, что я просто ничего не понимаю. Объясни, почему ты так поступил? -
И я сделал еще один шаг в глубь пещеры.
Он попятился от меня еще дальше, но не опустил кол, направленный в мою
сторону. И вдруг, словно прорвало невидимую дамбу, слова хлынули из него потоком.
- Я ненавидел тебя! - воскликнул он. - Потому что ты всегда был холоден,
равнодушен и жесток по отношению ко мне, и всегда.., так отличался от остальных. Я
был похож на тебя и одновременно не похож. Часто я наблюдал, как ты
превращаешься в плотное облако и паришь в воздухе, словно оторвавшийся от дерева
лист. Но когда я пытался сделать то же самое, я всегда падал. Подобно тебе, я хотел
одним только словом или взглядом вселять в сердца людей страх... Но я не был
вампиром и понимал, что стоит мне лишь попытаться совершить нечто подобное,
люди тут же убьют меня, уничтожат, как любого другого врага. А потому я вынужден
был водить дружбу с теми, кого я презирал, проникать в их умы и заставлять их
любить меня, чтобы добиться их повиновения. Внутри я очень походил на тебя, но я
никогда не мог стать точно таким же, как ты. Вот поэтому-то я всегда тебя ненавидел.
- И ты решил стать мною? - спросил я.
- Да, потому что ты обладаешь властью и могуществом.
- Но ты и сам владеешь немалыми возможностями, - ответил я. - Великими
силами! Фантастическими способностями! И за это ты должен благодарить меня Мне
ты обязан ими, и в то же время все эти годы ты скрывал их от меня.
- Я не скрывал их, - презрительно ответил он. - Наоборот, я их демонстрировал. Я
пользовался ими, чтобы не подпускать тебя к своему разуму, не позволять тебе
подавлять мою волю. Они всегда были для тебя закрыты. А ты считал, что мой мозг
недостаточно развит, что я не способен понять твои таланты, а потому недосягаем для
них. Ты думал, что я идиот и тупица, неподвластный вообще никакому влиянию! Вот
почему, когда ты понял, что мой разум не поддается твоему воздействию, вместо того
чтобы сказать себе:
"Он обладает силой!" - ты решил, что я ничтожество. И виноват в этом твой
эгоизм, отец! Ты, безусловно, великая личность, но отнюдь не непогрешимая!
- Да-а-а-а, - задумчиво протянул я, кивая головой, - в тебе есть гораздо большее,
чем я мог подозревать, Янош. Ты, несомненно, обладаешь многими способностями и
возможностями.
- Но не обладаю твоей властью! - воскликнул он. - Ты.., ты умеешь
преображаться.., ты всегда такой таинственный.., и всегда такой разный. А я никогда
не меняюсь!
- Что ж, теперь ты уже знаешь, - ответил я ему. - Я - вампир!
- Я решил тоже стать им, - сказал он, - а вместо этого стал лишь странным,
непохожим на других человеком.
- Но разве это может служить тебе оправданием? - спросил я его. - Разве может это
оправдать то, что ты использовал свою мать, как последнюю продажную девку? Одно
дело - ненавидеть меня за свои собственные недостатки и совсем другое - усложнять
все еще больше, нападая на.., проникая...
- Да! - прервал он меня. - Это и послужило для меня причиной! Я хотел быть
таким же, как ты, но не мог, а потому ненавидел тебя. Вот почему я стремился
опорочить и осквернить все, что ты больше всего ценил. Сначала зганов, которых я
заставил любить себя так же, как они любили тебя! А потом твою женщину, которая
знала тебя лучше, чем кто бы то ни было, причем так, как может знать только
любовница!
Теперь я преднамеренно попятился от него, а он последовал за мной к выходу из
пещеры.
- В своем стремлении стать таким же, как я, - обратился я к нему, - ты решил
делать те же самые вещи и знать то же, что знаю я. До такой степени, что ты захотел
даже познать плоть собственной матери ?
- Я думал, что.., она может кое-чему научить меня.
- Чему? - я едва сдержался, чтобы не расхохотаться. - Умению получать плотские
наслаждения? Янош! Но это же обязанность отца! Разве ты не знал об этом?
- От тебя мне ничего не было нужно, кроме как стать таким же, как ты!
- Но ты же мог постараться быть со мной более нежным и чутким, чтобы
заслужить мое расположение! Теперь уже едва не рассмеялся Янош.
- О чем ты говоришь? Это все равно что искать сладость в куске соли!
- Ты очень жесток, - понизив голос, произнес я. - Похоже, мы с тобой не столь уж
разные. Так значит, ты хочешь стать Вамфиром? Хорошо, но, прежде чем наступит
этот день, тебе следует очень многому научиться.
- О чем это ты? - по лицу Яноша промелькнула тень сомнения и недоумения. - О
чем это ты? - повторил он уже шепотом. - Не хочешь ли ты сказать, что...
- Подожди! - я предостерегающе поднял руку. Теперь, когда Янош заинтересовался
моими словами, я уже мог спокойно перебивать его. - Да-а-а, не такие уж мы разные.
И вот что я хочу тебе сказать, мой тупоголовый, завистливый и нетерпеливый сын: то,
что ты совершил, явление не такое уж и редкое. На мой взгляд, так же, как и по
мнению других, мне подобных, это нельзя даже назвать особенно гнусным или
необычным. Инцест? Но среди вампиров всегда существовало кровосмешение. Говорю
тебе, Янош, твое счастье, что ты родился человеком и что человеческое в тебе
превалирует над остальным. Ибо, если бы ты был вампиром.., о, тогда бы я знал, как
лучше всего обойтись с тобой. Да, в этом случае ты получил бы возможность понять
истинное значение слова "изнасиловать"!
Мои слова должны были продемонстрировать ему, что я не так склонен к
всепрощению, как это могло показаться. Но он ничего не понял. Я пообещал ему лишь
половину, а он хотел получить и вторую, причем немедленно.
- Ты сказал.., ты имел в виду, что.., ты можешь научить меня.., как стать
настоящим Вамфири?
- Что-то в этом роде, - ответил я. Кол, который он продолжал держать
направленным на меня, задрожал в его руках. - А как ты это сделаешь?
- Не спеши, - промолвил я. - Сначала расскажи мне о том, чего ты уже успел
достичь. Ты утверждаешь, что решил стать таким же, как я, точно таким же. То есть
истинным Вамфири. Очень хорошо. Но, насколько я понял, кое в чем ты уже
практиковался? Чего же ты добился? Каковы твои успехи?
О, он был весьма хитер и скрытен!
- Лучше спроси меня о том, чего мне не удалось достичь. А что мое - то мое, и это
останется при мне!
- Хорошо. В таком случае, скажи, что именно у тебя не получается.
- Я не могу преобразовывать свою плоть, изменять форму тела, не могу летать.
- Это вопрос преобладания воли и желания над плотью, но только если это плоть
Вамфири. А твоя - нет. И все же.., есть возможность это исправить. Что еще?
- Ты искусный некромант. Однажды ты убил одинокого странника, проходившего
через эти места. Спрятавшись в укромном месте, я видел, как ты вскрыл его тело и
вырывал из него различные куски плоти, желая узнать все, что ему известно о
событиях в окружающем мире. Ты вдыхал газы из его кишечника, чтобы получить
информацию, скрытую в нем. Ты высасывал его глаза, чтобы увидеть все, что когдалибо
видели они. Ты вливал кровь из его ушей в свои, чтобы услышать то, что
приходилось слышать им. Позже, когда поблизости проходило племя чужих зганов, я
украл у них девочку и попытался использовать ее таким же образом. Я делал все в
точности так же, как делал это ты. Но не узнал ничего, а потом мне было очень плохо.
- Вампиры - выдающиеся мастера, они великие некроманты. Это очень редкое
искусство. Но.., даже этому можно научить. Если ты позволишь мне проникнуть в
твой мозг, я смогу рассказать тебе, как это делается. В этом деле ты пока сам себе
мешаешь, Янош. Что-нибудь еще?
- Твоя огромная сила, - сказал он. - Я видел, как ты наказал одного из своих людей.
Ты, словно пушинку, поднял его и отшвырнул от себя. И я видел.., я наблюдал за
тобой.., в постели. В то время как другие давно бы уже обессилели, твоя энергия
оставалась неиссякаемой, а страсть безграничной. Я всегда думал, что она...
Марилена.., владеет каким-то секретом, помогающим ей всегда держать тебя в
возбуждении. Это еще одна причина того, что я пошел к ней. Я твердо решил узнать
все твои секреты.
Теперь наступила моя очередь спросить его кое о чем.
- Она когда-либо что-нибудь подозревала?
- Никогда, - покачал он в ответ головой. - Своим взглядом я держал ее в полном
подчинении. Она знала лишь то, что я позволял ей знать, и делала только то, что я ей
приказывал.
- И ты заставлял ее принимать тебя за меня! - взревел я. - Чтобы она ничего от тебя
не утаила! - И я собрался было схватить его.
Но этот презренный пес прочел мои мысли. До сих пор я держал свой разум
полностью от него закрытым, но едва лишь меня вновь обожгло воспоминание о том,
как он был вместе с Мариленой, я потерял над собой контроль. Он тут же догадался о
моих намерениях, уклонился от моей готовой схватить его руки и бросился на меня с
колом.
Я стоял на самом краю уступа, но успел уклониться, и его страшное оружие,
разорвав на мне одежду, слегка оцарапало мне плечо. Вырвав кол из его рук, я ударил
им Яноша в лицо, разорвал ему рот и выбил зубы. Резко отскочив от меня, он ударился
головой о низкий потолок пещеры и рухнул без чувств. Вот тогда-то я его и схватил.
Оглушенный, он был передо мной совершенно беспомощен и не мог сопротивляться,
пока я тащил его к краю пропасти. Голова его безвольно болталась из стороны в
сторону, но глаза открылись, и он мог наблюдать, как изменялись мои лицо и тело,
после того как я позволил вампиру в себе дать волю гневу.
- Так вот, - прорычал я, изо всех сил сжимая вылезшие в углах рта клыки. - Так
вот.., ты будешь настоящим вампиром! - Я показал ему свою руку, превратившуюся в
когтистую лапу дикого зверя. - Ты станешь таким же, как я. Но я хочу, чтобы ты знал,
Янош, что всем, что есть в тебе человеческого, ты обязан своей матери. Я хотел
подарить ей ребенка, а вместо этого наградил ее чудовищем. Ты совершенно прав в
том, что ты еще не вырос, точнее - ты просто ни то ни се, не человек и не зверь. Ты
хочешь изменять свою плоть по собственному желанию? Что ж, да будет так!
Собрав на языке комок слизи, слюны и крови, я плюнул прямо в его широко
открытый рот, после чего стал сжимать ему горло, чтобы он все это проглотил Он
хрипел и задыхался, глаза его выкатились из орбит, однако сделать что-либо он был не
в силах.
- Вот так-то! - воскликнул я и, как безумный, расхохотался прямо ему в лицо. - А
теперь пусть псе это растет внутри тебя, образует мягкую тягучую плоть, а потом и
твою переделывает по своему образу и подобию. Да будет так, ибо тебе непременно
понадобится помощь внутреннего вампира, хотя бы для того, чтобы залечить твои
раны и вновь срастить сломанные кости. И, не добавив больше ни слова, я без
промедления сбросил его вниз со скалы.
Янош, конечно же, разбился. Как я ему и обещал, он переломал все кости, а плоть
его была в клочья разорвана острыми камнями. Будь он обыкновенным человеком, он
непременно умер бы. Но в нем всегда присутствовала какая-то часть меня. То, чем я
плюнул в него, распространялось и разрасталось быстрее, чем рак, но в отличие от
рака, это нечто сохранило, а точнее - спасло ему жизнь. Это ничтожество постепенно
залечило свои раны и будет существовать дальше, беспрекословно подчиняясь мне и
служа моим целям.
Прежде чем отправиться в глубь Венгрии, в Зару, я отдал приказ остававшимся в
замке зганам. Вы должны хорошо заботиться о нем. А когда он выздоровеет, передайте
ему мои указания. Ему следует оставаться здесь, охранять мой замок и мои земли,
чтобы, когда я вернусь, меня встретили здесь с рас простертыми объятиями. До тех
пор хозяин здесь - он, и его желания для вас - закон. И да будет так После этого я
отправился в Крестовый поход, О том, что происходило во время этого похода и чем
он закончился, тебе уже известно...
Едва голос Фаэтора затих, Гарри поднял голову и огляделся. Бульдозеры работали
вовсю. Всего в каких-нибудь двухстах ярдов от того места, где он сидел, в воздух
поднялось облако пыли, и во все стороны полетели обломки - это рухнуло то, что
осталось от одного из полуразрушенных старых домов. Гарри показалось, что
содрогнулась земля. Фаэтор тоже ощутил толчок.
- Как ты думаешь, они уже сегодня сюда доберутся? Некроскоп отрицательно
покачал головой.
- Не думаю. Так или иначе, они, похоже, работают без всякой системы и, судя по
всему, не слишком торопятся. Тебя это очень расстроит.., ну.., если они сравняют с
землей это место? Правда, здесь уже и равнять-то практически нечего.
- Расстроит меня? Нет. Меня уже ничего не может расстроить или огорчить, ибо я
больше не существую. Вот только подслушивать в таком шуме и грохоте разговоры
мертвых довольно тяжело.
Гарри ощутил, что вампир по привычке скорчил отвратительную гримасу. Давно
уже умерший монстр почувствовал приближение неизбежного - мрачной бетонной
гробницы в самом центре шумного заводского комплекса. Гримаса его
свидетельствовала о том, что Фаэтор не желает принимать от Гарри никакого
сочувствия и даже не верит в его искренность. А потому Гарри понимал, что всякое
проявление чувств окажется бесполезным, но все же не удержался и сказал:
- Что ж, я надеюсь, что у тебя.., все будет в порядке. - И тут же, не позволяя себе
(или, быть может, Фаэтору) смутиться, добавил:
- А теперь мне пора продолжить свой путь. Я узнал от тебя уже вполне
достаточно, как мне кажется, и особая благодарность тебе за возвращение мне
способности беседовать с мертвыми. Если позволишь, я все же свяжусь с тобой еще
раз, возможно, издалека и, конечно же, ночью, чтобы ты мог закончить свой рассказ.
Ведь мне известно, что по окончании четвертого Крестового похода ты возвратился в
Валахию и покончил с Тибором, а кроме того, ты, должно быть, еще не раз
сталкивался с Яношем. Поскольку он вновь возник на земле лишь недавно, полагаю,
что кто-то должен был заставить его надолго исчезнуть. Подозреваю, что это был ты,
Фаэтор. - Он ощутил в ответ мрачную ухмылку вампира. - Ну, то, что было уже
сделано однажды, можно повторить снова, на этот раз, с твоей помощью.
- Добро пожаловать в любое время, Гарри. В конце концов, мы с тобой оба
заинтересованы в том, чтобы превратить его в прах. А теперь иди своей дорогой. А
мне бы хотелось отдохнуть, пока у меня еще есть такая возможность. Судя по всему,
недолго мне осталось спать в тишине и покое.
В тот момент, когда Гарри поднимал с земли свой портплед, он поскользнулся на
раскисших гнилых поганках. До него донесся их отвратительный запах.
- Фу-у-у! - не смог сдержать Гарри возглас омерзения, который тут же услышал
Фаэтор и, возможно, догадался о его причине.
- Что там такое? Грибы? - его звучавший в голове у Гарри голос был
напряженным, как показалось некроскопу, и обеспокоенным. Возможно, его все-таки
огорчала та ситуация, о которой они говорили в конце беседы.
- Грибы, поганки, какие-то грибковые наросты - какая разница, - пожал плечами
некроскоп. - Они все равно уже тают на солнце.
Он почувствовал, как вздрогнул Фаэтор, и готов был откусить себе язык.
Последнюю фразу он произнес, не подумав, а она оказалась чересчур жестокой. И все
же.., какого черта!.. Почему кто-либо должен переживать по поводу судьбы давно уже
мертвого, ужасного и порочного существа, жалеть вампира?
- Прощай! - сказал он, покидая разрушенный дом Фаэтора и направляясь в сторону
кладбища, за которым виднелась пыльная дорога.
- Прощай! - отозвался навсегда лишенный покоя дух. - И прошу тебя, Гарри,
действуй без промедления, соверши то, что тебе предназначено совершить, не
откладывая. Время в нашем деле может иметь весьма большое значение.
Гарри подождал еще немного, но Фаэтор больше не произнес ни слова...
Не успел Гарри перелезть через заднюю стену кладбища и сделать несколько
шагов среди покосившихся могильных плит и заросших х
...Поділитися у соцмережах
