Жанр: Триллер
Дверь в декабрь
... свою бляху, - тут Уэкслерш широко улыбнулся.
- Не пытайся изображать юмориста, - предложил ему Дэн. - Остроумия у тебя не
больше, чем у туалетного сиденья.
Уэкслерш продолжал улыбаться, но серые глаза стали злыми.
- Холдейн, как думаешь, с каким маньяком мы здесь столкнулись?
Мануэльо, несмотря на характерную фамилию, внешне ничем не напоминал латиноса,
высокий, светловолосый, с угловатыми чертами лица, ямочкой, будто у Керка Дугласа, по
центру подбородка.
- Да, Холдейн, - добавил он, - поделись с нами мудростью своего опыта.
- Ага, - кивнул Уэкслерш. - Ты же лейтенант. А мы всего лишь детективы, пусть и
первого класса.
- Да, пожалуйста, мы жаждем услышать все, что ты хотел бы сказать об этом
отвратительном преступлении. - В голосе Мануэльо слышалась откровенная насмешка. - Аж
затаили дыхание.
И хотя Дэн был полицейским более высокого ранга, такое неуважение к старшему по
званию могло сойти им с рук. И не только потому, что они работали в участке Ист-Вэлью, а не
в Центральном, где служил Дэн. Просто они были любимчиками Росса Мондейла и знали, что
капитан не даст их в обиду.
- Знаете, вы оба допустили серьезную ошибку, когда выбирали карьеру, - ответил им
Дэн. - Я уверен, нарушать закон вам нравится гораздо больше, чем защищать его.
- Но действительно, лейтенант. - Уэкслерш предпочел пропустить последнюю реплику
Дэна мимо ушей. - Есть же у вас какие-то версии. Что за маньяк бродит по городу, избивая
людей до такой степени, что они превращаются в клубничный джем?
- Кстати, может, ты знаешь, к какому типу маньяков следует отнести последнюю
жертву? - спросил Мануэльо.
- Джозефа Скальдоне? - переспросил Дэн. - Он же хозяин этого магазина, так?
Почему вы записали его в маньяки?
- Прежде всего, он никак не мог считаться ординарным бизнесменом, - ответил
Уэкслерш.
- Не думаю, что его хотели бы видеть в Торговой палате, - поддакнул Мануэльо.
- Или в Бюро по совершенствованию бизнеса , - кивнул Уэкслерш.
- Законченный псих, - подвел итог Мануэльо.
- О чем вы оба долдоните? - спросил Дэн. Ему ответил Мануэльо:
- А ты не думаешь, что только псих может держать магазин... - Он сунул руку в карман
и достал небольшую стеклянную баночку, в каких продают оливки. - ...Магазин, в котором
продается такое?
Поначалу Дэн решил, что в баночке оливки, но, приглядевшись, понял, что это глазные
яблоки. НЕ человеческие. Меньшего размера. И странные. С желтыми радужными оболочками,
зелеными, оранжевыми, даже красными, по цвету радужки разнились, по форме - нет: в
отличие от круглых, как глаза людей и большинства животных, были продолговатыми,
эллипсовидными, на удивление злыми.
- Змеиные глаза, - Мануэльо указал на наклейку.
- А что ты скажешь насчет этого? - Уэкслерш достал из кармана своего пиджака
другую баночку.
Эту наполнял серый порошок. Аккуратно напечатанная надпись на наклейке гласила:
"Гуано летучей мыши".
- Говно летучей мыши, - расшифровал Уэкслерш.
- Растертое в порошок говно летучей мыши, - уточнил Мануэльо, - змеиные глаза,
языки саламандр, ожерелья из чеснока, пузырьки с бычьей кровью, магические амулеты,
шестигранники и прочее, и прочее. Какие люди приходят сюда и покупают такой товар,
лейтенант?
- Ведьмы, - ответил Уэкслерш, прежде чем Дэн успел открыть рот.
- Люди, которые думают, что они ведьмы, - поправил напарника Мануэльо.
- Колдуны, - продолжил перечисление Уэкслерш.
- Люди, которые думают, что они колдуны, - развил мысль Мануэльо.
- Люди со странностями, - вставил Уэкслерш.
- Маньяки, - добавил Мануэльо.
- Но в этом месте принимают карточки "Виза" и "Мастеркард", - вспомнил
Уэкслерш. - Разумеется, при наличии удостоверения личности.
- Да, в наши дни колдуны и маньяки без кредитных карт никуда, - произнес
Мануэльо. - Разве это не удивительно?
- Где жертва? - спросил Дэн. Уэкслерш махнул рукой в глубину магазина.
- Там. Сыграл главную роль в новой серии "Техасской резни".
- Надеюсь, у парней из Центрального участка крепкие желудки, - сказал Мануэльо
напарнику, когда Дэн двинулся в указанном направлении.
- Только не блевани там, - предупредил Уэкслерш.
- Да, ни один судья не позволит приобщить к делу вещественные улики, на которые
блеванул коп.
Дэн их проигнорировал. Возникни у него такое желание, он бы блеванул на Уэкслерша и
Мануэльо.
Переступил через груду порванных книг, спрыснутых жасминовым маслом, направился к
помощнику медицинского эксперта, склонившемуся над чем-то алым и бесформенным. Даже
не верилось, что это человеческое тело, и человек этот не так уж давно звался Джозефом
Скальдоне.
Исходя из предположения, что кот уловил какой-то звук, недоступный человеческому уху,
и испугался присутствия в другой части дома незваного гостя, Эрл переходил из комнаты в
комнату, проверяя окна и двери. Заглянул во все чуланы, стенные шкафы и за
крупногабаритную мебель. Не нашел посторонних, еще раз убедился, что окна и двери надежно
заперты. Кота он нашел в гостиной. Уже не испуганного, но настороженного. Кот лежал на
телевизоре. Позволил себя погладить, замурлыкал.
- Что на тебя нашло, киска? - спросил Эрл.
Какое-то время спустя кот протянул лапку в сторону пульта управления и посмотрел на
Эрла, словно спрашивая, не будет ли тот столь любезен, что включит обогреватель с
картинками и голосами, чтобы выбранная им лежанка немного прогрелась.
Не включив телевизор, Эрл вернулся на кухню. Мелани по-прежнему сидела за столом,
квелая, как залежавшаяся морковка.
Лаура стояла у разделочного столика, с ножом в руке. В его отсутствие она
приготовлением обеда не занималась. Просто ждала. С ножом в руке, на случай, что вернется
не Эрл, а кто-то другой.
На ее лице отразилось облегчение, когда Эрл появился в дверном проеме, нож она
опустила.
- Ну что?
- Ничего.
Холодильник внезапно открылся сам по себе. Банки, бутылки, другие предметы, которые
стояли на стеклянных полках, начали трястись и дребезжать. Распахнулись, словно за них
взялись невидимые руки, и дверцы нескольких полок и буфетов.
Лаура ахнула.
Инстинктивно Эрл схватился за оружие, но цели не обнаружил. Постоял, сжимая
пальцами рукоятку, чувствуя себя идиотом, не понимая, что происходит.
Тарелки подпрыгивали и позвякивали на полках, календарь, что висел на стене у двери
черного хода, свалился на пол, шелестя листами, как крыльями.
Через десять или пятнадцать секунд, которые тянулись целый час, тарелки перестали
звенеть, дверцы - качаться на петлях. Успокоилось и содержимое холодильника.
- Землетрясение, - предположил он.
- Ой ли? - В голосе Лауры слышалось сомнение. Он знал, о чем она. Да, похоже на
землетрясение средней силы... но только похоже. Изменение давления словно сгустило воздух,
а волна холода, вдруг накрывшая кухню, не могла вырваться из открывшейся дверцы
холодильника. Собственно, как только тарелки, дверцы и все прочее утихомирилось, воздух в
кухне мгновенно согрелся, хотя дверца холодильника оставалась открытой.
Но, если не землетрясение, тогда что? Не звуковая волна. Она не объясняла холода и
изменения давления. Не призрак. Он не верил в призраков. И откуда вообще взялась эта мысль?
Пару дней тому назад он смотрел "Полтергейст" на видео. Может, аналогичный случай? Но
Эрл был не столь впечатлителен, чтобы один фильм-ужастик, пусть и хороший, заставил бы его
искать сверхъестественное объяснение случившемуся, когда ответ был куда более
прозаическим.
- Всего лишь землетрясение, - заверил он Лауру, далеко не убежденный в собственной
правоте.
Они предположили, что это Джозеф Скальдоне, владелец магазина, потому что в
бумажнике убитого лежали документы этого человека. Но без сравнения отпечатков пальцев и
зубной карты это была лишь одна из версий. Потому что бумажник могли и подбросить. Из тех
же, кто лично знал Скальдоне, никто не мог его опознать, потому что у бедняги не осталось
лица. И не было никакой надежды идентифицировать его по старым шрамам или родимым
пятнам, потому что на теле тоже не осталось живого места, и шрамы вместе с родимыми
пятнами, если они и были, исчезли в кровавом месиве. Острые концы сломанных ребер торчали
сквозь дыры в рубашке. Острые концы костей пронзали брючины на голенях и бедрах.
Он выглядел... раздавленным.
Отвернувшись от тела, Дэн столкнулся лицом к лицу с мужчиной, биологические часы
которого определенно дали сбой. Гладкое, без единой морщины, открытое лицо
тридцатилетнего человека совершенно не вязалось с седеющими волосами пятидесятилетнего и
сутулыми плечами пенсионера. Одет он был в сшитый по фигуре темно-синий костюм, белую
рубашку и темно-синий галстук с золотой цепочкой вместо заколки.
- Вы - Холдейн? - спросил он.
- Совершенно верно.
- Майкл Симс, ФБР.
Они обменялись рукопожатиями. Рука Симса была холодной и влажной. Они отошли в
угол, где не было мусора.
- Вы тоже занялись этим расследованием? - спросил Дэн.
- Не волнуйтесь. Мы не отпихиваем вас в сторону, - дипломатично заверил его
Симс. - Просто хотим присмотреться. Выступить наблюдателями... пока.
- Хорошо, - бесстрастно ответил Дэн.
- Я поговорил со всеми, кто работает по этому делу, поэтому просто хотел повторить вам
то, что сказал им. Пожалуйста, держите меня в курсе. Если появится что-то новое, пусть вы и
решите, что это мелочь, я хочу, чтобы меня ставили в известность.
- Но каково юридическое основание для вмешательства ФБР в это расследование?
- Юридическое основание? - На лице Симса появилась натянутая улыбка. - На чьей
вы стороне, лейтенант?
- Я хочу сказать, какие нарушены федеральные законы?
- Скажем так, это вопрос национальной безопасности.
А вот глаза на молодом лице Симса были старыми, мудрыми, проницательными. Глаза
хищной рептилии, которая обитала на Земле с мезозойской эры и знала если не все, то почти
все.
- Хоффриц ранее работал на Пентагон, - поделился известной ему информацией
Дэн. - Проводил какие-то исследования.
- Совершенно верно.
- Он проводил исследования на нужды обороны, когда его убили?
- Нет.
В голосе агента эмоции отсутствовали напрочь, поэтому Дэн не мог сказать, говорит тот
правду или лжет.
- Маккэффри? - спросил Дэн. - Он проводил исследования на нужды обороны?
- Он работал не на нас, - ответил Симс. - Во всяком случае, в последнее время.
- На кого-то еще?
- Возможно.
- Русских?
- Более вероятно, что на Ирак, Ливию или Иран. Такое уж нынче время.
- Вы говорите, что одна из этих стран финансировала его исследования?
- Я ничего такого не говорю. Мы не знаем. - Все тот же бесстрастный голос мог
служить идеальной ширмой для лжи. - Вот почему мы хотим быть в курсе событий. Шесть лет
тому назад, когда Маккэффри исчез с девочкой, он работал над проектом, субсидируемым
Пентагоном. Тогда мы провели расследование по просьбе Министерства обороны и установили,
что он не мог сбежать с какой-либо новой, ценной информацией, полученной в результате
своих исследований. Мы решили, что у этого побега нет второго плана, что это исключительно
личный вопрос, связанный с правом опеки над ребенком.
- Может, так и было.
- Да, может, - не стал спорить Симс. - Во всяком случае, поначалу. Но потом
Маккэффри втянулся во что-то важное... возможно, что-то опасное. Во всяком случае, такие
мысли возникают после осмотра серой комнаты в доме в Студио-Сити. Что же касается Вилли
Хоффрица... через восемнадцать месяцев после исчезновения Маккэффри Хоффриц закончил
довольно длительный пентагоновский проект и отказался браться за следующий. Заявил, что
подобные исследования начинают беспокоить его совесть. Поначалу военные пытались
переубедить Хоффрица, но потом смирились с его отказом.
- Из того, что мне о нем известно, - заметил Дэн, - напрашивается однозначный
вывод: у Хоффрица совести не было.
Проницательные, ястребиные глаза Симса не отрывались от лица Дэна.
- Думаю, в этом вы правы. Когда Хоффриц отказался продолжать работать с военными,
Министерство обороны не попросило нас выяснить, с чего это вдруг его потянуло в пацифисты.
Они приняли его объяснение за чистую монету. Я убежден, он отказался от пентагоновских
грантов, потому что хотел избежать периодических проверок, которые проводила служба
безопасности. Не хотел тревожиться из-за того, что находится у кого-то под колпаком.
Предпочитал заниматься своим новым проектом втайне от всех.
- К примеру, пытать девятилетнюю девочку, - вставил Дэн.
- Да, я побывал в Студио-Сити несколько часов тому назад, осмотрел тот дом. Жуткое
место.
Но выражение лица и глаз ни в коей степени не соответствовало осуждению в голосе. А
если судить по глазам, то даже возникала мысль, что Майкл Симс нашел серую комнату скорее
интересной, чем отвратительной.
- Как вы думаете, почему они проделывали все это с Мелани Маккэффри? - спросил
Дэн.
- Не знаю. Странными они занимались исследованиями. - Симс в недоумении покачал
головой. Но внезапная демонстрация наивности выглядела дозированной, точно рассчитанной.
- Чего они намеревались добиться?
- Я не знаю.
- В этом доме они занимались отнюдь не коррекцией поведения.
Симс пожал плечами.
- Их интересовала "промывка мозгов", полный контроль над разумом... и что-то еще...
что-то худшее.
Симс, похоже, заскучал. Взгляд его сместился с Дэна на экспертов, перебиравших
залитый кровью мусор.
- Но зачем?
- Я действительно не знаю. - На этот раз в голосе Симса послышалось нетерпение. - Я
только...
- Но вам же очень нужно выяснить, кто финансировал этот дьявольский проект, -
напирал Дэн.
- Я бы не сказал, что очень. Скорее для нас это жизненно необходимо. В таком вот
разрезе.
- Тогда вы должны хотя бы в общих чертах представлять себе, чем они занимались.
Что-то вы знаете, и это "что-то" заставляет вас принять участие в этом расследовании.
- Ради бога, Холдейн... - говорил Симс зло, но и злость казалась дозированной, точно
отмеренной. - Вы видели состояние тел. Известные ученые, ранее проводившие исследования
по заказу Пентагона, убиты необъяснимым способом... черт, конечно же, мы хотим знать, кто
за этим стоит.
- Необъяснимым способом? - переспросил Дэн. - А что тут необъяснимого? Их
забили до смерти.
- Перестаньте, Холдейн. Все гораздо сложнее. Вы говорили с сотрудниками коронера, а
потому знаете, что они не могут определить, каким было орудие убийства. На телах и под
ногтями жертв не было ни кожи, ни волос нападавших. И многие удары нанесены не дубинкой,
потому что у человека не хватит силы, чтобы вот так раздробить кости другого человека. Для
этого требуется огромная сила, механическая сила... нечеловеческая сила. Их не забили до
смерти, их раздавили, как жуков. А что вы думаете насчет здешних дверей?
Дэн нахмурился.
- Каких дверей?
- Здешних, в этом магазине, парадной и черного хода.
- А что я должен о них думать?
- Вы ничего не знаете?
- Я только что пришел. Ни с кем не успел поговорить.
Симс нервно поправил узел галстука, и от одного только вида нервничающего агента ФБР
Дэну стало не по себе. Раньше такие ему не встречались. Причем нервозность Майкла Симса
была истинной, ее он не изображал.
- Когда прибыли ваши люди, двери были заперты, - ответил агент. - Скальдоне
закрыл магазин аккурат перед тем, как его убили. Дверь черного хода, возможно, была все
время заперта, но он запер и парадную дверь, опустил жалюзи. Вероятно, он всегда уходил
через черный ход (его автомобиль стоит там) после того, как подбивал итоги дня. Но на этот раз
подбить итоги он не успел. Его убили при запертых дверях. Первому полицейскому, который
приехал к магазину, пришлось выбивать парадную дверь.
- И что?
- А то, что в магазине была только жертва. Обе двери были заперты, когда подъехали
копы, но убийцу в магазине они не обнаружили.
- А что тут удивительного? Из сказанного вами лишь следует, что у убийцы был ключ.
- И, уходя с места преступления, он запер дверь?
- Вполне возможно. Симс покачал головой:
- Нет, если вы знаете, как были заперты обе двери. Помимо пары врезных замков, на
каждой имеется засов, открыть который можно, лишь находясь внутри магазина.
- Засовы на обеих дверях? - переспросил Дэн.
- Да. И в магазине только два окна. Большое окно-витрина, стекло которого вделано в
стену. Через него можно выйти, лишь разбив стекло кирпичом. Второе окно в подсобке,
которая также и кабинет. По существу, вентиляционное окошко.
- Но достаточно большое, чтобы через него пролез человек?
- Да, - кивнул Симс. - Но изнутри оно забрано железными прутьями.
- Железными прутьями? -Да.
- Тогда должен быть еще один выход.
- Вот вы его и найдите. - Тон Симса говорил о том, что такого выхода не существует.
Дэн оглядел разгромленный магазин, провел рукой по лицу, словно хотел снять усталость,
поморщился от боли, когда подушечки его пальцев коснулись еще липкой раны на лбу.
- Вы говорите мне, что Скальдоне забили до смерти в закрытой комнате?
- Убили в закрытой комнате. Я до сих пор не уверен насчет "избиения".
- И убийца никоим образом не мог выйти из магазина до прибытия первого копа?
- Никоим образом.
- Однако его здесь нет.
- Совершенно верно. - Слишком уж молодое лицо Симса пришло в большее
соответствие с седеющими волосами и согнутыми возрастом плечами. - Вы понимаете,
почему мне жизненно необходимо разобраться в этом деле, лейтенант Холдейн? Мне это
жизненно необходимо, потому что два первоклассных исполнителя оборонных исследований,
пусть и бывших, убиты неизвестными людьми или силами, с помощью оружия, для которого не
служит преградой запертая дверь. И против этого оружия, похоже, нет абсолютно никакой
защиты.
Случившее чем-то отличалось от землетрясения, но назвать конкретные отличия Лаура,
пожалуй, бы не смогла. Вроде бы она не помнила, чтобы дребезжали оконные стекла, хотя при
землетрясении, достаточно сильном, чтобы распахнуть дверцы полок и буфетов, стекла не
могли не дребезжать. И земля под ногами вроде бы не качнулась, не заходила ходуном. Но,
конечно, если они находились далеко от эпицентра, движения земли она могла и не уловить. И
воздух стал каким-то странным, давящим, не душным или влажным, но... тяжелым, что ли?
Землетрясения в Калифорнии не редкость, на ее памяти случилось не одно и не два, но она не
помнила, чтобы хоть раз воздух вот так давил на нее. И что-то еще говорило за то, что
случившееся - не землетрясение, что-то важное, но она не могла понять, что именно.
Эрл вернулся к столу и газете, Мелани продолжала смотреть на свои руки. Лаура
закончила резать овощи для салата. Перемешала их в миске и поставила ее в холодильник.
Вода закипела. Над кастрюлей поднимался пар.
Лаура как раз доставала спагетти из коробки, когда Эрл оторвался от газеты.
- Теперь понятно, почему кот повел себя так странно!
Лаура не поняла.
- Что?
- Считается, что звери предчувствуют землетрясение. Начинают нервничать и вести себя
необычно. Может, именно поэтому Перец устроил истерику и принялся гоняться за
призраками.
Но, прежде чем Лаура успела обдумать слова Эрла, щелкнул радиоприемник, словно
кто-то нажал на кнопку включения. Шесть лет Лаура прожила одна и иногда не могла
выдерживать тишину и пустоту дома, поэтому держала радиоприемники в нескольких
комнатах. На кухне радиоприемник стоял рядом с хлебницей, в нескольких футах от Лауры,
портативный "Сони" с часами. Когда он включился сам по себе, Бонни Тайлер пела "Полное
затмение сердца". Песню транслировала радиостанция KRLA. Лаура настроила на нее
приемник, когда включала его в последний раз.
Эрл отложил газету. Уже успел вскочить.
Сам по себе диск регулятора громкости начал вращаться по часовой стрелке. Лаура это
видела собственными глазами.
Голос Бонни Тайлер прибавил в громкости.
- Что за черт?! - воскликнул Эрл.
Мелани пребывала в своем, никому не ведомом, мире.
Голос Бонни Тайлер и музыка, сопровождающая ее пение, метались между стенами
кухни, вызывая дребезжание оконных стекол, что оказалось не под силу "землетрясению".
Ощущая холод, вновь опустившийся на кухню, Лаура шагнула к радиоприемнику.
В другой части дома вновь отчаянно заорал Перец.
Когда Дэн уже отворачивался от Майкла Симса, агент ФБР спросил:
- Между прочим, что случилось с вашим лбом?
- Примерял шляпы, - ответил Холдейн.
- Шляпы?
- Натянул на голову слишком маленькую. Потерял массу времени, пытаясь снять. В
результате она слезла вместе с кожей.
Прежде чем Симс успел как-нибудь отреагировать, в магазин через дверь подсобки вошел
Росс Мондейл. Увидев Дэна, позвал:
- Холдейн. Подойди сюда.
- Что такое, чиф?
- Хочу поговорить с тобой.
- О чем, чиф?
- Наедине, - прошипел Мондейл.
- Уже иду, чиф.
И, оставив недоумевающего Симса, лавируя между мусором, обходя тело, Дэн направился
к капитану. Мондейл указал на дверь подсобки, последовал туда за Дэном.
Шириной подсобка-кабинет не уступала магазину, но ее глубина не превышала четырех
футов. Стены, сложенные из бетонных блоков, даже не оштукатурили. Слева громоздились
ящики, вероятно с товаром. Справа стояли стол с компьютером, маленький холодильник,
несколько бюро, рабочий стол с кофеваркой. Здесь никаких следов погрома не наблюдалось.
Мондейл уже просмотрел содержимое ящиков стола. Несколько предметов, в том числе и
записная книжка, лежали рядом с компьютером.
Пока капитан закрывал за собой дверь, Дэн обошел стол и сел.
- И что ты, по-твоему, делаешь? - спросил Мондейл.
- Даю отдых ногам. Чертовски длинным выдался день.
- Ты знаешь, я не об этом.
- Правда?
Как и всегда, Мондейл был в коричневом костюме, светло-бежевой рубашке, коричневых
галстуке, носках, ботинках. Его карие глаза злобно блестели. Рубин в перстне кроваво сверкал.
- Я ждал тебя в моем кабинете к половине третьего?
- Я не получил твоего вызова.
- Я чертовски хорошо знаю, что получил.
- Нет. Правда. Я бы примчался.
- Не дури мне голову. Дэн молча смотрел на него.
Капитан на несколько шагов приблизился к столу, плечи напряглись, пальцы то
сжимались, то разжимались. Чувствовалось, что он с трудом сдерживает желание наброситься
на Холдейна с кулаками.
- Чем ты занимался целый день?
- Размышлял над смыслом жизни.
- Ты побывал в доме Ринка.
- Для этого нет нужды идти в церковь. Размышлять о смысле жизни можно где угодно.
- Я не посылал тебя к дому Ринка.
- Я, между прочим, детектив-лейтенант. И обычно при расследовании делаю то, что
считаю нужным.
- Только не в этом. Дело слишком крупное. И на этот раз ты - игрок одной команды.
Делаешь, что я тебе говорю, идешь, куда я тебя посылаю. Даже не срешь, не получив от меня
такой команды.
- Держи себя в руках, Росс. А то может создаться впечатление, что ты обезумел от
жажды власти.
- Что у тебя со лбом?
- Брал уроки карате.
- Что?
- Пытался разбить доску головой.
- Черта с два.
- Ладно, рассказываю, как все случилось. Услышал от Джорджа Падракиса, что ты
хочешь меня видеть, и одного упоминания твоего имени хватило, чтобы я упал на колени и
поклонился. Причем поклонился так быстро, что ободрал лоб об асфальт тротуара.
На мгновение Росс Мондейл лишился дара речи. Его загорелое лицо побагровело. Каждый
вдох давался ему с трудом.
А Дэн уже разглядывал вещи, которые Мондейл достал из ящиков стола: записную
книжку, чековую, с логотипом магазина "Пентаграмма", ежедневник, толстую пачку
накладных. Первой взял со стола записную книжку.
- Положи ее и послушай меня. - Мондейл наконец-то обрел голос.
Дэн одарил его ослепительной невинной улыбкой.
- Но именно здесь может таиться зацепка, капитан. Я веду расследование и едва ли
сумею справиться с заданием, если упущу что-то важное.
Мондейл ринулся к столу. Теперь уже его пальцы крепко сжались в кулаки.
"Наконец-то, - подумал Дэн. - Мы уже не один год ждали этой схватки".
Лаура встала перед "Сони", сверля радиоприемник взглядом, боясь до него дотронуться,
дрожа в холодном воздухе. Холод, казалось, шел от радиоприемника, его излучал
светло-зеленый дисплей настройки.
Нет, безумная мысль.
Это же радиоприемник, а не воздушный кондиционер. Не... Не... Просто радиоприемник.
Обычный радиоприемник.
Обычный радиоприемник, который включается сам по себе, без чьей-либо помощи.
Бонни Тайлер уступила место новому исполнителю. Золотой фонд классики. Прокул
Харум запел "Зимний оттенок белого". Тоже на полную громкость. Радиоприемник вибрировал
на пластиковой поверхности столика, на котором стоял. Дребезжали оконные стекла. Громовой
звук грозил разорвать барабанные перепонки.
Подошел Эрл, встал позади Лауры.
Если Перец и продолжал орать в другой комнате, столь громкая музыка полностью
заглушала кошачьи вопли.
С опаской, осторожно, Лаура взялась пальцами за диск регулятора громкости.
Обжигающе ледяной. Содрогнувшись всем телом, едва не отдернула руку, потому что холод,
идущий от пластика, отличался от прежних ощущений, вызываемых холодом, пробирал не
только тело, но и рассудок, и душу. Тем не менее она не выпустила диск из пальцев и
попыталась повернуть его против часовой стрелки, чтобы уменьшить громкость, но диск не
сдвинулся с места. И она не могла отключить Прокула Харума, потому что радиоприемник
включался и выключался нажатием диска регулятора громкости. А он не реагировал на
попытки повернуть его или вдавить в корпус, хотя Лаура прилагала все силы, и от напряжения
заболели мышцы руки.
Ее начало трясти.
Она отпустила диск регулятора громкости.
И хотя "Зимний оттенок белого" на редкость мелодичная и теплая песня, при такой
громкости она стала просто зловещей. Удары барабанов воспринимались как приближающиеся
шаги какого-то чудовища, звуки труб - как его полные враждебности крики.
Лаура схватила провод, дернула. Штепсель вылетел из розетки.
Музыка мгновенно стихла.
Лаура боялась, что она будет звучать и дальше, без подвода к радиоприемнику
электрического тока.
Поскольку Дэн не положил на стол записную книжку Джозефа Скальдоне, совсем
маленькую, карманного формата, Мондейл правой рукой сильно сжал правое запястье Дэна,
чтобы заставить его разжать пальцы.
Ростом Мондейл не вышел, но его отличали широкие плечи и гру
...Закладка в соц.сетях
