Жанр: Триллер
Выживает сильнейший Алекс делавэр
...е могу винить ее за это, и все же злюсь. Мы
ссоримся. Мне работа помогает забыться, но ей чужие детишки каждый день
напоминают о случившемся. Я советовал бросить преподавание, она отказалась. Она
продолжает казнить себя. Роды Айрит длились тридцать два часа. Были некоторые
осложнения, и во всех несчастьях дочери Лиора всегда винила себя, несмотря на то что
худшее началось через несколько месяцев после того, как девочка переболела гриппом.
Теперь же она... Когда я прихожу домой, я не знаю, чего мне ждать. Неужели вы
думаете, что мне нужен командный игрок, Майло?
Кармели разжал сжимавшие лацкан пальцы. Лицо Майло было белым как бумага,
губы сжаты в узенькую ниточку.
- Больше выносить такое напряжение невозможно. Некоторые вещи уже не
исправить. Но я хочу хотя бы знать. Мне нужно разрешить проблему...
- То есть вы рассчитываете, что я приведу приговор в исполнение?
- Нет. Господь запрещает это. Не стоит читать между строк. Повторю: мне
необходимо знать, мне нужна справедливость. Ведь сейчас, признайтесь, это важно не
только для меня и моей семьи, не так ли? Девочка на школьном дворе, мальчик с Истсайда.
Неужели позволить этому... животному убивать дальше?
- Высшая справедливость? Я его нахожу, а ваши парни делают все остальное?
Кармели отступил на шаг, затушил сигарету и полез в карман за новой.
- Я обещаю, что у вас будет возможность посчитаться с нами - никому не
нравится, когда за ним следят, тем более детективу. Но забудьте на время о своем
самолюбии, перестаньте быть таким упрямцем. - Он прикурил. - Нам пришлось
обойти некоторые правила - чтобы добыть информацию. Да, мы признаем это. Но я
- дипломат, а не террорист. Я видел действия террористов. И я уважаю закон.
Найдите эту мразь и передайте ее в руки справедливости.
- А если я не смогу этого сделать?
- Вернетесь к своей работе, а я буду искать иные возможности.
Глаза Кармели зажглись такой исступленной ненавистью, что он, видимо, поняв
это, прикрыл их. Когда же он вновь поднял веки, взгляд его уже был безжизнен и пуст.
- Если вы откажете мне, Майло, то не будет никаких звонков мэру или кому бы то
ни было еще. Потому что месть всегда вызвана личными причинами, а к моей персоне
у вас нет интереса, вам нужно только довести дело до конца. Эту точку зрения вполне
могли бы разделить и вы сами. Можете считать меня бюрократом и идиотом,
проклиная каждое утро за то, что я подслушиваю ваши разговоры. Я переживу эти
проклятья. Но неужели такое мнение обо мне означает, что расследование убийства
Айрит больше не стоит ваших усилий?
- В том-то и дело, мистер Кармели. Вы же препятствуете их успеху.
- Не могу согласиться. Категорически не могу. Проанализировав ситуацию
объективно, вы поймете меня. Если кроссовки Ортиса были подброшены для того,
чтобы привлечь внимание, то, заговори об убийце весь город, помогло бы это решению
проблемы? Будьте искренни.
Кармели оглянулся по сторонам в поисках пепельницы. Я припомнил свои теории
и построения Майло, ставшие ему известными из разговоров в кухне. И вот он стоит
лицом к лицу с Майло, опустив вниз руку с дымящейся сигаретой.
- Послушайте, - заговорил Майло, - я не собираюсь раздувать проблему. Вам
выпали тяжкие испытания, и у вас есть серьезные права. Но я в равной мере не могу
разрешить вам контролировать ход расследования, потому что не знаю, какой еще
номер вы в состоянии выкинуть. Здесь вы не в своей стихии, сэр, и не имеете, черт
возьми, никакого представления о том, что вы делаете.
- Согласен.
- Суть в том, мистер Кармели, что в моей работе куда больше пота, чем
вдохновения, и если у меня были отдельные успехи, то это благодаря лишь тому, что я
не позволял себе отвлекаться. Вы же отвлекаете меня, с самого начала. А теперь еще
эти шпионские штучки. Я тратил часы драгоценного времени, гоняясь по пятам парня,
что сидит у вас в кабинете, без всякой пользы для расследования убийства вашей
дочери. И сейчас вы приказываете мне работать с ним рука об руку...
- Не приказываю, а прошу. Это может оказаться полезным. Он - талантливый
детектив и...
- Ни тени сомнения в этом. Но единственное его серьезное дело в стране, где
подобные преступления редки, не имеет ничего общего с тем, чем приходится
заниматься нам здесь. Я же опять буду вынужден отрывать время на поиски его
дурацких жучков.
- Этого не потребуется, - послышался спокойный моложавый голос. Шарави без
звука вышел из кабинета и стоял рядом, вновь засунув руку в карман. - Я точно укажу
вам, где они находятся.
- Замечательно. Как вы меня успокоили! - посмотрел на него Майло с
отвращением.
- Мы не хотели причинять вам никакого вреда, Майло, - добавил Кармели. - В
конце концов, все делалось из лучших побуждений...
- В конце концов?
- Никаких личных мотивов в слежке не было. Если вам так необходимо кого-то
винить, вините меня. Суперинтендант прибыл в Штаты совсем по другим делам, и я
попросил его заехать в Лос-Анджелес лишь потому, что Горобич с Рамосом сели в
лужу. Они разговаривали со мной, оба, но ни один ничего не сказал. Вы знаете, что я
имею в виду.
Майло промолчал.
- Мне требовалось с чего-то начать, получить хотя бы самую общую
информацию. Ответьте честно: будь вы на моем месте, вы бы поступили иначе? Идея
заключалась в следующем: если бы мистер Шарави раскопал или учуял что-то, вы бы
стали первым, кто...
- В конце концов? А если бы доктор Делавэр не заметил фургончик? Тогда бы
нам хоть что-нибудь сказали? - Майло повернулся к Шарави лицом. - Как же вы так
обделались, а, Бонд?
- Да уж, - беззащитно признал тот.
- Фальшивые номера, - Майло покачал головой, - почтовые ящики, подставная
учительница - а след так и не замели. Кто такая Ирина - секретный агент или просто
любитель? И кто, черт побери, этот Алмони?
Прикрыв лицо рукой, которая держала сигарету, Кармели улыбнулся.
- Это моя ошибка, - сказал Шарави. - Я недооценил наблюдательности доктора
Делавэра.
- Сев с доктором за карточный стол, вы бы наверняка продули. Он подмечает
каждую мелочь.
- Видимо, так оно и есть. Ваш приятель оказался единственным, кто настаивал на
следе DVLL.
- Это наш первый успех, - вставил Кармели, взмахнув сигаретой. - Мы
прогнали эти буквы через все наши базы данных. Здесь, в Израиле, в Азии, в Европе. У
нас имеются недоступные для вас ресурсы. Если считать, что мы все же достигли
согласия, то не стоит терять время на удовлетворение своего самолюбия...
- Вы что-нибудь нашли? - поинтересовался Майло.
- Пока нет, но чем шире сеть...
- Иногда выходит, что чем шире сеть, тем больше она запутывается, мистер
Кармели. Скажите, суперинтендант, этот наш разговор тоже записывается?
Дугообразные брови Шарави взлетели еще выше. Он бросил быстрый взгляд на
Кармели.
- Нет, здесь все отключено, - ответил тот. - Записана только первая наша с
вами беседа.
Майло едва заметно улыбнулся: инстинкт не подвел его.
- Даю вам слово, - продолжал Кармели, - что с этого момента за вами не будет
никакого наблюдения без...
- С этого момента...
- Неужели вы настолько самолюбивы? - Кармели повернулся ко мне. - Когда я
обращаюсь к Майло, я имею в виду и вас, доктор. Буквы DVLL и убийство еще двух
подростков с задержкой развития совершенно очевидно указывают на то, что мы
столкнулись с психической патологией, поэтому ваше участие в расследовании
представляется не только желательным но и необходимым. Я далек от мысли вбить
клин между вами и Майло, но к какому бы решению он ни пришел, консульство
государства Израиль с удовольствием компенсирует затраченное вами на
расследование время, и по самым высоким расценкам. Консульство, в известном
смысле, находится в вашем распоряжении. Колода перетасована так, что добиться
победы будет очень непросто, поэтому все, что мы сможем сделать...
- Все? - переспросил Майло. - Вы хотите сказать, что расследование будет
пользоваться полной поддержкой вашего офиса?
- Стопроцентной. Так было всегда.
- Вы гарантируете полную поддержку? Будучи лишь заместителем по связям с
соотечественниками? С лицензией на обслуживание?
На мгновение Кармели смешался.
- То, что будет в моей власти, я... - он взглянул на хранившего молчание
Шарави. - Я - организатор. Я организую все.
Глава 25
Какое-то время Майло и Кармели не спускали друг с друга взгляда. Первым
нарушил молчание дипломат.
- Я сказал вам все. - Стремительной походкой он скрылся за дверью кабинета.
- Как нам отсюда выбраться? - повернулся Майло к Шарави.
Тот протянул руку куда-то за бачок с водой, послышался легкий щелчок. Майло
направился к выходу.
- Поскольку я обещал вам открыть все, вот еще один знаменательный факт, -
произнес ему вслед Шарави. - В правой туфле Ортиса кто-то написал шариковой
ручкой те самые буквы, DVLL. Написал мелко, но даже под кровью их можно
различить.
Сжав кулаки, Майло скривил губы в сардонической усмешке.
- Значит, кроссовки у вас.
- Нет, они находятся в Ньютоне, в хранилище вещественных доказательств
местного отделения полиции. Засохшая кровь местами осыпалась, да и нанесена она
была тонким слоем, видимо, кистью - там есть характерные мазки. Если знать, где
смотреть, буквы вполне отчетливы.
- Кистью.
- Картины, писанные кровью детей, - произнес Шарави, гладя на меня. -
Может, он и впрямь считает себя художником. Майло беззвучно выругался.
- Меня заинтересовало то, что сначала была сделана надпись, а потом ее замазали
кровью, - добавил Шарави. - Поэтому, как уже отмечал доктор Делавэр, даже
находясь в состоянии возбуждения, аффекта, убийца считал эту надпись весьма для
себя важной, он все продумал заранее. У него всегда есть четкий план действий.
- Что еще вас заинтересовало? - спросил Майло.
- То, что вам уже известно. Разнообразие методов и положение тел, удаленность
мест друг от друга, выбор: две девочки, один мальчик. Похоже, он полагал, что
несовпадения будут сбивать с толку, но и в этом, опять-таки, как говорил доктор, есть
свой стереотип. У всех трех жертв задержка развития, так что DVLL может иметь
отношение именно к ней либо к физическим и умственным недостаткам в целом. "Д"
- от "дефектов", что-нибудь по типу "дефективных демонов". - Он вытащил из
кармана изувеченную руку. - До совпадения Айрит - Латвиния Шейвер я сильно
сомневался в высказанной доктором возможности связи. Даже сейчас эти убийства
представляются мне слишком разобщенными.
- Разобщенными? Почему? - поинтересовался я.
- Не знаю. - Лицо Шарави напряглось, под глазами пролегли тонкие складки. -
Но мое мнение немногого стоит. Я имел дело лишь с одним подобным убийцей. Для
Израиля этого достаточно, чтобы прослыть экспертом. Здесь же... - Он пожал
плечами.
- Как вы заполучили обувь мальчика? - спросил Майло.
- Не заполучил, а добрался до нее. Не будем об этом.
- Почему?
- Я не смогу удовлетворить ваше любопытство.
- Вы же собирались открыть мне все.
- С этого момента, как было сказано. Кроссовки в прошлом. У вас сейчас есть три
убийства, если уже не больше. К чему возвращаться назад?
- Больше?
- На теперешнем уровне скрупулезности осмотра могут существовать и другие
DVLL, еще не обнаруженные, как вы думаете?
Майло не ответил.
- Я понимаю ваше недоверие ко мне. На вашем месте я испытывал бы то же...
- Оставим сопереживания в стороне, суперинтендант. Это компетенция доктора
Делавэра.
- Хорошо. - Шарави вздохнул. - Убрать жучки сегодня вечером или потерпите
до завтра?
- Где они установлены?
- Все - в доме доктора.
- Где еще?
- Только там.
- Почему я должен вам верить?
- Причин верить у вас нет. Но мне незачем врать. Проверьте сами. Могу помочь с
соответствующей аппаратурой.
Майло только рукой махнул.
- Сколько жучков установлено в доме?
- Четыре. В телефонной трубке, под кушеткой в гостиной, под обеденным столом
и под столом в кухне.
- Это все?
- Посадите меня на детектор лжи, если это придаст вам больше уверенности.
- Детектор можно обмануть.
- Безусловно. Ненормально заторможенному психопату. Я не психопат, я потею.
- Неужели?
- Постоянно. Так что, жучки снимать буду я или справитесь сами? Там нет ничего
сложного. Четыре маленьких черных кружочка, которые можно просто сколупнуть
ногтем.
- А где приемник?
- У меня дома.
- Что еще у вас есть в запасе?
- Полицейский сканер, другое обору...
- Сканер со строчной разверткой?
Шарави кивнул.
- Еще?
- Обычный набор: факс, компьютеры.
- Вы пробрались во все полицейские базы данных, - напомнил я. - Дорожная
полиция, архивы.
- Да.
- Личные дела осужденных тоже?
- Да. - Он повернулся к Майло. - Мне известно все, что вы сделали по
проверке алиби...
- С кем еще, помимо мисс Учительницы, вы работаете?
- Я работаю в полном одиночестве. Ирина подписала контракт с консульством.
- Убита дочь высокопоставленного чиновника, и сюда присылают только одного
человека?
- А других просто нет. Для подобного рода вещей.
- Кармели действительно большая шишка?
- Его считают... весьма способным.
- Что это за дело Мясника?
- Сексуальный психопат, предельно организован и собран. Убивал арабских
женщин - сначала беженок и проституток, потом поднялся на ступеньку выше -
жертвами становились недавно разведенные дамы. Он завоевывал их доверие,
накачивал наркотиком, убивал, расчленял и закапывал части тел в холмистых
окрестностях Иерусалима, иногда заворачивая их в вырванные из Библии страницы.
- Опять послания, - заметил я. - Кто это был?
- Допросить его так и не удалось. Мы подозревали, что у него был сдвиг на почве
расовой ненависти. Вероятно, пытался развязать этническую войну между арабами и
евреями. ФБР располагает полной информацией по этому делу. Если захотите, могу
предоставить вам копии.
- Допросить, как вы сказали, его не удалось. То есть он мертв? - уточнил Майло.
- Да.
- Как он умер?
- Я убил его. - Золотистые глаза замигали. - Обороняясь.
Майло посмотрел на его левую руку. Шарави поднял кулак к лицу.
- Это лишь отчасти его заслуга. Ранение я получил еще в Шестидневной войне, а
он только поставил точку. Я предпочел бы взять его живым, чтобы изучить типаж.
Но... Позже о ему подобных я прочитал все, что смог найти. Это было не так и много,
ФБР только приступило тогда к осуществлению программы по психоанализу
преступлений. Сейчас уже появились неплохие материалы, но, вновь соглашаясь с
мнением доктора Делавэра, они доступны слишком многим. Что помешает какомунибудь
умнику прочесть интересную книгу и использовать полученную информацию
против нас?
- Нас?
- Полиции. Во всех этих убийствах есть некая... изобретательность, как, повашему?
- Вы убили его в целях самообороны, - сказал Майло, - а теперь приехали
сюда, чтобы "защитить" себя от нашего парня.
- Нет. Я не наемный убийца. Моя цель - расследовать смерть Айрит Кармели. Ее
отец считает, что в этом я могу оказаться полезным.
- А он всегда получает то, чего хочет.
- Временами, - поправил Шарави.
- Он упомянул, что вы уже были в Штатах. Где?
- Нью-Йорк.
- Чем вы там занимались?
- Обеспечивал безопасность посольства.
- Опять самооборона?
- Безопасность.
- У вас отличный английский, - вставил я.
- Моя жена - американка.
- Она сейчас здесь, с вами? - Инициативу опять взял Майло.
- Нет. - Шарави издал мягкий горловой смешок.
- Откуда она?
- Лос-Анджелес.
- Как многих дороги приводят в Лос-Анджелес.
- Мое дополнительное преимущество. Так снимать жучки?
- Вас когда-нибудь прослушивали?
- Вероятно.
- И вы не против?
- Вмешательству в личную жизнь не радуется никто.
- Но в этом вы мастера, согласитесь. Жучки, миниатюризация, высокие
технологии. Однако все это шпионское дерьмо Моссада не помогло вашему премьерминистру?
- Нет. Не помогло.
- Интересно все же получилось. Мне нет дела до заговоров, но тут даже я
удивился: парень стреляет Рабину в спину, расстояние меньше метра. А на следующий
день в новостях люди видят, как на какой-то пресс-конференции он с пеной у рта
забрасывает вашего премьера кучей вопросов, ведя себя настолько нагло, что его
приходится оттаскивать в сторону. После покушения не проходит и нескольких часов,
как все его сообщники уже арестованы. Получается, что эта личность давно была на
примете, и все же охрана беспрепятственно подпустила его фактически вплотную.
- Интересно, не правда ли. И что же вы по этому поводу думаете?
- Кому-то ваш босс не нравился.
- Немало таких, кто с вами согласится. В соответствии с другой версией, даже
опытные охранники не могли себе представить, что покушаться на жизнь премьера
будет еврей. Есть и третья: по изначальному их плану предполагалось стрелять
холостыми, устроить политический скандал, и только в последнюю минуту убийца
заменил патроны. В любом случае нация покрыла себя позором. Мне было особенно
больно, потому что парень оказался выходцем из Йемена, как и я. Жучки снять сейчас
или позже? Может, сами захотите?
- Позже, - ответил Майло. - Сначала я хочу побывать у вас в берлоге.
- Зачем? - Шарави искренне удивился.
- Взглянуть на чудеса электроники.
- Так мы работаем вместе?
- А у меня есть выбор?
- Выбор есть всегда, - ответил Шарави.
- В таком случае мой заключается в том, чтобы посмотреть на ваше гнездо. Если
вы не готовы, я буду знать, с кем имею дело.
Здоровой рукой Шарави коснулся верхней губы, в глазах его светилось невинное
удивление.
- Хорошо. Почему бы и нет?
Шарави назвал нам адрес на Ливония-стрит, предложил добираться самим и ждать
его около дома. Затем он скрылся в кабинете Кармели.
Машина неслась по Ла-Сьенеге мимо темных окон ресторанов в сторону Олимпикавеню.
- Левая рука у него лишь подпорка, - сказал Майло.
- Увечный детектив, расследующий дело об увечных жертвах. Он наверняка
видит его по-своему.
- Что бы он ни говорил, как ты думаешь, его на самом деле прислали сюда
разбираться в нашем дерьме?
- Не знаю.
- Строго между нами, Апекс, идея не так уж и плоха. Мы находим подонка,
израильтяне делают свое дело, все обходится без всякой шумихи, без дурацких
репортажей в прессе и продажных адвокатов. Кармели и Бог знает сколько еще
безутешных родителей получают хоть какое-то успокоение.
Майло рассмеялся.
- Из меня образцовый слуга общества, а? Карающая рука закона. Выделывать
такое с несчастными детишками... - Он выругался. - Малевать кровью, надо же.
Значит, в кроссовках тоже DVLL. Выходит, Рэймонд - третий. Меня беспокоит то,
что буквы всплыли лишь благодаря чистой случайности. И твоему зоркому глазу. -
От его смеха я почувствовал легкое раздражение.
- Что такое?
- Ты тоже ничего не слышал о Мяснике?
- Нет.
- Эксперт с опытом расследования одного-единственного дела! - Майло провел
рукой по лицу и бросил взгляд на часы. - Господи, третий час ночи. Робин, наверное,
места себе не находит?
- Надеюсь, она спит. Перед выходом из дома я предупредил ее, что буду поздно.
- Почему ты так решил?
- Надеялся на прогресс.
- Что ж, кое-чего мы достигли.
- Ты продолжишь расследование, если придется работать с Шарави?
- Неужели я должен все бросить только потому, что Кармели возомнил себя
полководцем? Прости мое справедливое негодование. Парень потерял дочь, он сейчас
и вправду на пределе. Что в моих действиях изменится от поддержки консульства? Да
ничего. А ведь сейчас дело уже не только в Айрит.
- Не забывай, работая с Шарави, ты в определенной мере можешь использовать
его. Кармели говорил о каких-то ресурсах.
- Да. Аппаратура. Но сначала нам нужно найти того, за кем имеет смысл вести
наблюдение.
Мы пересекли Робертсон-авеню, и я вновь услышал его смех.
- В конце концов, кто лучше меня разберется во всей этой мешанине? Лучшие
показатели раскрываемости!
- На восемнадцать процентов выше ближайших соперников. Ха!
- Мамочка всегда говорила, что я буду первым.
- Ей лучше знать.
- Собственно, она говорила немного иначе. Майло, говорила она, что с тобой
случилось, почему ты вечно сидишь дома? И где та милая девчушка, с которой ты
встречался?
Мы ехали по Ливония-стрит. Чтобы попасть в квартал 1500, нужно было свернуть
налево. Майло сбавил скорость.
- Чуть больше километра от дома Кармели, - заметил я.
- Наверное, заходят друг к другу.
- Видимо. Вот почему изменилось отношение Кармели. Шарави сказал ему, что
ты знаешь, что делаешь. Или прокрутил ему пленки.
- Получил поддержку от Старшего Брата, - бросил Майло. - Интересно, соседи
догадываются, что живут рядом с Джеймсом Долбаным Бондом?
Соседи проживали в небольшом аккуратном в испанском стиле особнячке,
построенном лет семьдесят назад. У Шарави был такой же. Почти скрытый от глаз
густой зеленью можжевельника, на маленьком, почти лишенном травы газоне стоял
крытый розовой штукатуркой дом. Родом увидел серую "тойоту" - ту самую, что я
заметил неподалеку от школьного двора.
Крыльцо освещалось лампой, бросавшей желтоватый свет на деревянную дверь. Не
успели мы позвонить, как дверь распахнулась, и Шарави пригласил нас войти.
Куртку он снял и был сейчас в светло-голубой рубашке и джинсах. Короткие
рукава обнажали его лишенные волос, тонкие, но мускулистые руки. На безымянном
пальце - обручальное кольцо.
В стене у двери я увидел панель сигнализации. Гостиная и столовая оказались
абсолютно голыми, лишенными всякой мебели: чистый, натертый до блеска паркет,
белый потолок, пустой кирпичный камин без экрана, глухие, непроницаемые шторы на
окнах.
По короткому и узкому коридору мы прошли мимо кухни в заднюю часть дома.
- Выпить не желаете? - спросил хозяин, на мгновение задержавшись у двери в
ванную. Везде горел свет - как будто Шарави подчеркивал, что скрывать ему от нас
нечего.
- Начнем с ваших штучек, - ответил Майло.
Слева от ванной была спальня: огромная кровать, крытая армейским одеялом, и
тумбочка, с дешевой лампой. В конце коридора оказалась вторая спальня.
Металлические жалюзи на окнах. У дальней стены стол, точная копия того, что
стоял в кабинете Кармели. Радом - черное виниловое кресло на колесиках. На столе
мы увидели то, из-за чего пришли: полицейский сканер, коротковолновую и СВЧрадиостанции,
свинцово-серого цвета ноутбук, лазерный принтер, устройство для
подзарядки аккумуляторов, факс и машинку для уничтожения бумаг с пустой
корзиной. Небольшая стопка инструкций для пользователя, коробки с кассетами и
лазерными дисками.
Сбоку от компьютера два белых телефона, три стандартных упаковки бумаги и
пара сшитых из темно-бордового бархата мешочков, украшенных вышитой золотом
звездой Давида. На меньшем по размеру мешочке покоилась ермолка - темно-синяя с
красными розами по краю.
- Для отправления обрядов, - пояснил Шарави, заметив мой взгляд. -
Покрывало, святые реликвии и молитвенник. Мне требуется вся помощь, которую
можно получить.
- И о чем же вы молитесь? - спросил Майло.
- По-разному.
- В зависимости от ваших желаний?
- В зависимости от того, насколько достойным человеком я себя чувствую. -
Шарави достал из верхнего мешочка сложенный квадратом кусок белой шерсти с
черными полосами.
- Как видите, ничего опасного здесь нет.
- Если Господь на вашей стороне, или хотя бы если вы в этом уверены, то тут уже
может скрываться опасность, - сказал Майло.
- Я верующий, значит, по-вашему, опасный фанатик?
- Нет, я собирался сказать всего лишь...
- Понимаю ваши опасения - начинали мы и в самом деле не очень удачно. Но к
чему зря тратить время? Вы хотите раскрыть эти убийства, и я тоже. Мною руководит
не только профессиональное честолюбие, но и стремление как можно быстрее
вернуться в Иерусалим, к жене и детям.
Майло промолчал.
- Сколько у вас детей? - спросил я.
- Трое. - Шарави положил покрывало в мешочек. - Я наблюдал за вами потому,
что это был единственный способ получить информацию. Грубо? Вне сомнений.
Неэтично? Тут я бы поспорил, но вам скажу "да". Но в любом случае не Бог весть
какое преступление. Ведь убит безвинный ребенок - теперь уже их стало три. По
крайней мере. Со своими грехами я как-нибудь проживу. Да и вы, подозреваю, тоже.
- Вы так хорошо меня знаете?
- Ну, - Шарави улыбнулся, - у меня была возможность узнать вас.
- Ха, - выдохнул Майло, - а в Иерусалиме есть артисты-комики?
- В Израиле, - ответил Шарави, - каждый является пророком, это то же самое.
- Он коснулся рукой мешочка. - Ваша работа эффективна, детектив Стерджис;
люди, подобные вам, умеют сосредоточиться на главном. И не думайте, что я хочу
польстить вам - я просто констатирую факт. Пойду налью кофе. Вы уверены, что не
хотите выпить?
- Абсолютно. Спасибо.
Шарави вышел, оставив нас одних.
Я принялся листать руководства по аппаратуре, Майло полез во второй мешочек -
там оказались ремешки и коробочки из черной кожи.
- Реликвии, - сказал я. - Внутри библейские...
- Знаю, - перебил меня Майло. - В прошлом году было дело об ограблении
синагоги, она расположена неподалеку. Поломали утварь, украли пожертвования,
разорвали свитки Торы и прочее. Помню, я еще удивлялся, при чем здесь эти ремни.
Какой-то тамошний старец объяснил мне, а потом бросился на пол и зарыдал. Сказал,
что видел такие же погромы еще ребенком, в Европе.
- Шпану нашли?
- Нет. Среди наших есть один парень, Декер, религиозный еврей, так он тоже ими
пользуется. Его видели молящимся в казарме учебного центра, он поднимался рано
утром и затягивал себя ремнями. К религии его пристрастила жена, кажется. Ребята
прозвали его Ребби. Пару лет назад я помог Декеру в каком-то деле, связанном с
израильтянами. Может, стоит позвонить ему, спросить, не знаком ли он с Кармели или
этим суперменом.
- Тоже убийство?
- Исчезновение члена семьи, обернувшееся убийством. Помощью, собственно
говоря, это и не назовешь - так, покопался в бумагах. Декер вроде бы порядочный
парень, но я не доверяю ему.
- Как так?
- Дослужился до лейтенанта.
Я рассмеялся.
Майло распахнул дверцу шкафа. Никакой одежды. На полке несколько небольших
коробочек из плотного коричневого картона и три черных брезентовых чехла.
- Ствол от "узи". - Майло вытащил из чехла матово блеснувшую черную
железку. - Остальные части тоже здесь.
В двух других
...Закладка в соц.сетях
