Жанр: Триллер
Прорыв из хуфры
...т-другой.
Повернув голову, я увидел, что линь и шланг безнадежно погребены в песке.
Тэрк выхватил нож, перегнулся через крыло, перерезал линь и быстро привязал
свободный конец к моему скафандру, что показалось мне совершенно лишенным
всякого смысла.
То, что произошло потом, напоминало страшный сон: он тут же перерезал мой
воздушный шланг прямо возле самого шлема. Когда серебристые пузырьки воздуха
цепочкой взмыли вверх, он тоже последовал за ними на поверхность. Я с трудом встал
на колени, ожидая, что вот-вот захлебнусь, но все-таки у меня еще оставался какой-то
запас воздуха, хотя и прогорклого. И вдруг линь резко дернулся и потащил меня на
поверхность.
Когда с меня сняли шлем, я увидел муку на лице сестры Клер.
- Слава Богу, мистер Нельсон, слава Богу!
Тэрк сунул мне в рот зажженную сигарету. Я слабым голосом спросил:
- А что произошло?
- Ну, вас спас не Бог Всемогущий, это уж точно.
- Но что же тогда? Вы же перерезали воздушный шланг.
- Конечно перерезал. А как еще я мог спасти вас? - Он взял в руки шлем. -
Большинство современных шлемов оборудованы автоматическим клапаном, который
закрывается, когда по шлангу перестает поступать воздух. У вас остается только тот
воздух, который находится в скафандре.
- И насколько же его хватает?
- На той глубине, где вы находились, может, минут на восемь. Конечно, эта дыра
в скафандре только ухудшала ваше положение, но, черт возьми, все кончилось хорошо.
Вкус сигареты был великолепен, как и вкус дрянного бренди, который принесла
мне сестра Клер.
К моему удивлению, Тэрк снова облачился в акваланг и регулировал лямки.
- Что вы хотите делать? - спросил я.
- Спуститься и провести маркетинг, генерал. У нас нет времени для отдыха.
Он ушел за борт. Я посидел немного, все еще не веря, что остался жив, а потом
попросил сестру Клер, которая хлопотала вокруг меня, помочь мне освободиться от
этого проклятого скафандра. Я уже вылез из него, когда на поверхности появился Тэрк
и начал подниматься по лесенке.
- Ну как там? - с нетерпением поинтересовался я.
- Отлично - главный вход теперь освободился. Я проник внутрь самолета без
всяких трудностей.
У меня перехватило дыхание.
- А вы видели то, за чем мы приехали?
- Держу пари, что да. Самолет набит ящиками. Некоторые из них сломались. Там
хаос, но нет ничего такого, с чем бы мы не смогли справиться. - Он немного замялся,
а потом тихо добавил: - Я нашел еще один скелет, - и протянул руку. Я увидел
потускневшую серебряную цепь с церковным медальоном. - Вот в такие моменты я
праздную труса, - признался он. - Сделайте это сами, генерал.
С этими словами он снова ушел под воду.
Мне показалось, сестра Клер догадалась, что мы говорили о ней. Складывая
скафандр, она исподтишка наблюдала за мной. В таких случаях я предпочитаю
действовать прямо, поэтому просто подошел к ней и протянул медальон.
- Тэрк нашел его внизу. Он считает, что эта вещь может что-то значить для вас.
Она посмотрела на медальон долгим взглядом, а потом с глазами, полным слез,
прижала его к щеке.
- Благодарю вас, мистер Нельсон. Он принадлежал моему отцу. Его патрон святой
Мартин де Поррес. - Сестра Клер отвернулась и пошла вниз.
Спустя несколько минут Тэрк снова появился на поверхности воды у лестницы с
каким-то тщательно упакованным свертком. Я принял у него сверток и с удивлением
обнаружил, что он очень тяжел. Он поднялся по лестнице, разбрызгивая вокруг себя
воду, и сдвинул маску акваланга на лоб.
- Это что-то интересное. А как она?
Я все рассказал ему, достал его нож и взрезал обертку свертка. Мне пришлось
изрядно потрудиться, вскрывая многослойную упаковку, прежде чем нашим глазам
открылось то, что она скрывала. Мы молча сидели и смотрели, а потом Тэрк даже
присвистнул.
- Ну, дорогой друг, она и в самом деле необыкновенная.
- Вы считаете, что это хоть немного утешит ее?
- Думаю, да, - ответил я.
Когда мы спустились в салон, сестра Клер сидела за столом, закрыв лицо руками, а
медальон качался, свисая с ее пальцев. Я тихо окликнул ее:
- Мы кое-что принесли вам, сестра.
Она испуганно подняла голову и затаила дыхание, а мы поставили перед ней на
стол почерневшее и потускневшее от воды, несомненно самое изумительное
произведение искусства, которое я когда-либо видел в жизни, - статую Святой Девы
из Тизи-Бену.
Глава 10
Дикие всадники
Мы решили слегка перекусить по понятным причинам и немного отдохнуть. А
потом нам предстояло снова спускаться вниз.
Установив лебедку и портативный дизельный мотор, который приводил ее в
движение, Тэрк объяснил сестре Клер, как управляться с этой техникой. Потом
привязал груз к концу сигнального линя и выбросил его за борт. Когда линь дергали
дважды, это означало "Стоп", трижды - "Подъем". Вот и все, что ей следовало знать.
Потом мы спустились вниз, неся с собой конец лебедочного троса с закрепленной на
его конце сеткой из манильской веревки.
Проникнув через дверцу в салон самолета, я увидел то, о чем рассказывал Тэрк.
Повсюду были навалены ящики, некоторые из них развалились, и их содержимое
высыпалось наружу. То, что осталось от ее отца, выглядело очень жалко -
поврежденный скелет, прикрытый лохмотьями одежды. Я отыскал в углу скомканный
брезент. Мы взялись за его концы и прикрыли скелет, придавив сверху тремя или
четырьмя слитками золота или серебра, не знаю, какими именно, и только потом
принялись за настоящую работу, которая оказалась совсем нелегкой.
Как мне сказали потом, мы перетащили почти тонну золота, с полтонны серебра и
один или два ящика с разными драгоценностями. Не всю, конечно, но большую часть
работы мы сделали к концу первого дня. Каждый ящик из кабины нам приходилось
выносить вдвоем. Работа по погрузке и разгрузке требовала четырех человек, и нам
приходилось каждый раз подниматься вместе с сеткой на катер, потому что сестра
Клер стояла на лебедке, да она и не смогла бы справиться с тяжелыми ящиками.
Каждый час мы давали себе полный отдых, под которым я подразумеваю работу по
перемещению ящиков вниз и их расстановке в салоне и каютах, всюду, где только
позволяло место. Святая Дева из Тизи-Бену, обернутая одеялом, лежала под
диванчиком в каюте сестры Клер.
К концу дня я выбился из сил. Спина просто разваливалась, да и больная нога
давала о себе знать. Пора было кончать работу. Да к тому же видимость под водой
ухудшилась, и сказывалась усталость от постоянного ныряния даже на такую
небольшую глубину. Мы погрузили в сетку еще пару ящиков, и мне показалось, что ни
один из нас не может уже поднять больше ничего. Тэрк постучал меня по плечу, и мы
устало пошли наверх, вслед за поднимающейся сеткой.
Когда я вынырнул на поверхность, то совершенно неожиданно увидел в ярде или
двух от себя грубо выдолбленное из ствола дерева каноэ с современным американским
подвесным мотором, что выглядело вовсе несуразно. Я не знал, кто больше изумился: я
сам или сидевший в каноэ рыбак - а может, охотник на диких уток, - в рваной
полосатой рубахе, грязном белом бурнусе и соломенной шляпе, на полях которой
висели куски сетки для защиты от москитов. На носу каноэ лежали рыболовные сети,
пара убитых уток и охотничье ружье мавританской работы со стволом длиной "в
добрую милю.
Когда я схватился за борт каноэ, с другой стороны вынырнул Тэрк с ножом в руке.
Человек в ужасе закричал, и в этот момент у поручней появилась сестра Клер.
- Нет, оставьте его! - крикнула она. - Он рыбак из Зарзы, только и всего. Это
Омар, младший брат старосты. Я хорошо его помню. Он был очень добр ко мне.
Последовала некоторая пауза. Потом Тэрк сказал:
- Ну ладно. Возьмите его на борт.
Омар сидел, скрестив ноги, курил сигарету, которую она ему дала, и с опаской
смотрел на вытиравшегося Тэрка. Стало немного прохладнее, закричали лягушки:
верный признак надвигающейся ночи, и небо на горизонте окрасилось в цвета красной
меди.
- Вы сказали, что он помнит вас? - спросил Тэрк, обращаясь к сестре Клер.
- Если только я сама напомню ему. Прошло столько времени, а мы с Талифом
жили в деревне совсем недолго.
- Спросите его, что он здесь делает?
- Я уже спросила. Он часто тут бывает. Хорошее место для охоты.
- Он знает что-нибудь о самолете?
Она заговорила с ним на беглом арабском. Он ответил ей длинной фразой. Она
кивнула и перевела:
- Да, он уже года два знает о самолете.
- Тогда почему же он не сказал никому об этом? - удивленно спросил я.
- Он говорит, что это привлекло бы сюда представителей власти, а им это не
нравится.
- Не заметил ли он здесь каких-нибудь посторонних людей? Или же других
катеров? Чего-то необычного.
Она снова заговорила с Омаром.
- Никого. Здесь раз в год бывает только сборщик налогов. Но он приезжал сюда
шесть месяцев назад.
Тэрк обратился ко мне:
- Ну хорошо, генерал, что мы с ним будем делать?
- Бог его знает. А как вы считаете, сколько времени еще нужно, чтоб закончить
работу и убраться отсюда?
- Надеюсь, закончим к полудню. А может, и скорее, если завтра начнем
пораньше.
Омар разразился длинной тирадой, обращаясь к сестре Клер. Когда он умолк, Тэрк
спросил:
- Что он там говорит?
- Хочет, чтобы я поехала в деревню вместе с ним. Проведать их всех. - Она
положила руку на его плечо и улыбнулась. - Они спасли мне жизнь. Они хорошие
люди.
- Вы что, шутите? - взвился Тэрк. - Никто даже и близко не подойдет к этой
деревне, в том числе и этот наш друг. Я просто запру его в одной из кают до самого
конца нашей работы.
- Вы не сделаете ничего подобного, мсье! - Я впервые слышал, чтобы сестра
Клер применила французское обращение; наверное, она очень рассердилась. - Этот
человек не нанес нам вреда и никогда не нанесет. Я полностью ему доверяю. Было бы
просто возмутительно обращаться с ним подобным образом.
Она что-то коротко сказала Омару по-арабски, он перелез через бортовое
ограждение, сел в свое каноэ, тут же завел мотор и отплыл прочь.
- А вы на самом деле умеете настоять на своем, герцогиня? Будем надеяться, что
вы не ошиблись в нашем друге, - сказал Тэрк.
- Я знаю, что не ошиблась, - просто ответила она.
Что до меня, то я вдруг почувствовал странную усталость. Все разговоры
показались мне пустыми. Я спустился вниз, умылся горячей водой и побрился, чтобы
ощутить себя снова цивилизованным человеком. Потом сел за стол и медленно выпил
большой бокал виски, пока сестра Клер готовила пищу.
Даже если принять во внимание то, что она пользовалась консервированными
продуктами, я не возьмусь утверждать, что она хорошо готовила. Съедобно, но не
более того. После еды я остался сидеть здесь, засыпая над бокалом виски.
Она незадолго вышла и вернулась со свертком, который лежал у нее под
диванчиком, потом осторожно его развернула и поставила статую Святой Девы из
Тизи-Бену на стол. Примерно двух футов высоты, она казалась изумительно красивой
и пропорциональной, несмотря на то что серебро, из которого ее отлили, сильно
потускнело. Тэрк порылся в одном из шкафчиков под сиденьем и вынул оттуда
металлическую банку и вату.
- Попробуйте вот это. Слабый раствор кислоты. Хорошо против ржавчины и
потускнения.
Она сначала попробовала на маленьком участочке и сразу добилась поразительного
эффекта. Темный налет исчез почти мгновенно, и сквозь него заблистало серебро.
Вскоре статуя предстала перед нами во всем своем блеске, и я заметил:
- Я думаю, они обрадуются, когда получат ее обратно.
- Странно, мистер Нельсон. Вы говорите о ней так, будто она живая.
- А разве это плохо? Она все время находилась среди людей. Множества людей,
начиная с одиннадцатого века.
Сестра Клер не ответила, она просто сидела и смотрела на статую, молитвенно
сложив руки, а я пошел к себе, лег на койку и уставился в темноту. Глаза у меня
щипало от переутомления. Последнее, что я увидел, прежде чем заснуть, - это
грустное лицо серебряной девушки, и оно улыбнулось мне.
На следующий день мы начали работу только в восемь. Мы с Тэрком очень сильно
устали вчера и проспали, а сестра Клер не хотела нас тревожить. Раздосадованный
этим обстоятельством, Тэрк, как только мы спустились вниз, задал убийственный темп
работы, и все, что находилось в кабине "Герона", исчезло оттуда с невиданной
быстротой. Дважды нам пришлось подняться, чтобы убрать вниз то, что накапливалось
на палубе, но вскоре после десяти мы с удивлением увидели, что в самолете остался
всего один ящик, и дали условный сигнал; линь пошел кверху. Тэрк начал подниматься
на поверхность вместе с ним.
Я и сам не понял, почему задержался. Наверное, просто захотел бросить через
плечо последний взгляд на самолет. А когда начал всплывать наверх, увидел, что
случилось нечто совершенно необычайное. Над моей головой проплыла вереница
лошадей, их ноги медленно двигались в воде.
Мгновение спустя мужчина в черном бурнусе и белом халате с винтовкой за
спиной возник надо мной в облаке серебряных пузырьков, держа Тэрка за горло. Они
опускались ко дну рядом со мной, неуклюже кувыркаясь, и я увидел, что Тэрк уже
выхватил нож. Я на мгновение поднял голову над водой, чтобы оглядеться, и понял,
что обстановка там самая скверная, какая только может, быть. По меньшей мере
восемь тех самых берберских всадников, о которых спрашивал Тэрк, вооруженные
винтовками, бороздили лагуну. Племя хуза. Черные бурнусы и белые халаты служили
им чем-то вроде форменной одежды. А плавающие лошади являли собой
фантастическое зрелище. Пустыня, болото, глубокая вода - ничто, казалось, не могло
остановить их.
Сестра Клер стояла на корме, и один хуза перелез через бортовое ограждение,
направляясь к ней. Я не мог посмотреть, что будет дальше, по той простой причине,
что мне следовало позаботиться о более важных вещах.
Лошади, которые проплыли над моей головой, скорее всего появились из зарослей
камыша позади меня. Но это не имело особого значения. Главное - не скройся я
вовремя, их копыта запросто выбили бы мне мозги. Как только я начал погружаться, ко
мне на плечи прыгнул один из всадников, поступив довольно глупо, потому что на
глубине у него не оставалось никаких шансов переиграть меня. Я сильно сработал
ластами, уходя в глубину, и его хватка сразу же ослабла. Когда он бросил меня, я
крепко схватил его за развевающийся халат и пошел вниз. Он потерял в борьбе бурнус.
У него оказалась бритая голова, наверное, по религиозным причинам, и худое
костистое лицо. Он не отрываясь смотрел на меня вылезавшими из орбит глазами,
бешено стараясь освободиться, а потом у него на мгновение раскрылся рот и он
перестал биться. Когда я отпустил его, он поплыл прочь, раскинув руки и очень
медленно поворачиваясь лицом вверх.
Тэрк плавал внизу у "Герона". Он поманил меня, и мы по дну лагуны перебрались к
ее противоположному берегу и осторожно выглянули из камышей.
На палубе стояли двое из них, остальные с озабоченным видом гоняли на лошадях
по камышам вокруг лагуны.
При ближайшем рассмотрении они уже не выглядели так романтично, как
поначалу. Черные бурнусы оказались сильно потрепанными, белые халаты - все в
пятнах и изодраны, а оружие разношерстным. Они имели всего пару винтовок "М-1", а
остальные - старые "ли-энфилд".
- Сколько их всего? - тихо спросил Тэрк.
- Тех, которые подняли такой чертов шум в камышах, не более четырех.
- Так, значит, их семеро, считая тех двух бандитов на палубе.
- Что будем делать?
- Вы же знаете, что мы ничего не можем сделать. Давайте посмотрим, что они
предпримут сами. - Он нахмурился. - Хотел бы я знать, они здесь случайно или их
навели?
- Вы считаете, что добрый друг сестры Клер, Омар, предал ее?
- На мой взгляд, это вполне возможно.
Мы больше не говорили, потому что происходящее на катере становилось все
более и более интересным. Получалось, что двое на палубе держали что-то вроде
военного совета, а остальные со страшным шумом крутились вокруг на лошадях.
Потом они подняли якорь, но не сделали даже попытки завести двигатели. Вместо
этого они подтянули "Мери Грант" к противоположной стороне лагуны, где была
твердая почва. Когда корма катера коснулась берега, они снова бросили якорь, а
группа, которая ездила верхом, слезла с лошадей.
- По крайней мере, они не собираются тут же насиловать ее, - прошептал Тэрк.
- Это уже что-то.
Не успел он закончить фразу, как сестре Клер помогли перелезть через бортовое
ограждение и сойти на землю.
- А они обращаются с ней достаточно бережно, - заметил Тэрк. - Может, у них
не хватает женщин.
Я не имел возможности ответить, потому что через мгновение она уже сидела в
седле. Двое из них тоже сели на лошадей, один взял ее поводья, и все трое исчезли в
камышах.
Их осталось пятеро. Они привязали лошадей и полезли на палубу "Мери Грант". Я
ожидал, что они начнут крушить все вокруг. Вместо этого хуза сели в кружок на
палубе и закурили.
- Похоже, что они чего-то ожидают.
- Не думаю. Просто отдыхают, прежде чем взяться за нас. Да и что мы им можем
сделать?
- Ну а что, если все-таки попробовать? - сказал Тэрк и начал объяснять мне свой
план.
Я тихонько всплыл под кормой, отстегнул акваланг и освободился от него. Тэрк
внимательно наблюдал за мной из камышей. Потом он поднялся во весь рост в
камышах на мелком месте и поднял шум, оставив временно свой акваланг. На палубе
возникла страшная суматоха, все столпились, глядя на него. Пользуясь
замешательством, я подлез под бортовое ограждение и юркнул вниз по трапу. Кто-то
выстрелил, но когда я выглянул в один из иллюминаторов салона, то увидел, что Тэрк
уже в безопасности, спрятался в камышах, успев забрать свой акваланг.
Когда я открыл шкафчик под скамьей и снял фальшивый пол, то услышал
возбужденные крики и лошадиный топот. Я вставил магазины в оба автомата
"стерлинг", повесил один на плечо и, держа другой в руках, осторожно поднялся по
трапу. Трое хуза, понукая своих лошадей пронзительными криками, уже доплыли до
середины лагуны. Двое стояли у бортового ограждения с винтовками наготове. Как я и
ожидал, Тэрка и след простыл.
Выждав, пока погоня скроется в камышах, я подошел немного поближе и с
характерным лязгающим звуком передернул затвор "стерлинга". Оба джентльмена у
поручней мгновенно обернулись ко мне.
- Все в порядке, - сказал я, - только ведите себя тихо и спокойно, и я не
причиню вам вреда. - Я сделал быстрый, но совершенно недвусмысленный жест, и
обе винтовки полетели за борт. Потом я позвал: - Тэрк, выходите! - Но этого не
стоило делать, потому что именно в этот момент он уже перелез через борт. Он
сдвинул маску на затылок и произнес:
- Вот что я называю слаженной работой!
Когда он снимал акваланг, вернувшаяся погоня с шумом продралась сквозь
камыши. Передовой имел такой вид, будто ему пришлось преодолеть пяток закрытых
ворот. Я бросил второй "стерлинг" Тэрку, который ловко поймал его. Но в следующие
же тридцать секунд мне пришлось тяжело. Один из двоих, стоявших у ограждения,
что-то предостерегающе сказал по-арабски, но было уже слишком поздно. Я выпустил
в передового очередь, которая снесла его с седла, и быстро повернулся ко второму. Бог
знает, как второму удалось удержаться в седле, когда лошадь шарахнулась в сторону,
но он сделал даже больше: успел выстрелить, держа винтовку в одной руке. Но тут в
драку ввязался Тэрк и длинной очередью свалил его в камыши.
Тишина раскололась на куски, все болото ожило: тысячи птиц в смятении, сердито
крича, поднялись в воздух, закрыв небо. Двое у бортового ограждения стойко ожидали
смерти, не выказывая ни малейших признаков страха. Хуза оказались бойцами до
конца, этого я не ожидал. Один из них опустил руку и потянулся к рукоятке ножа,
висевшего у него на поясе, но Тэрк тут же подскочил к нему и стукнул его стволом
"стерлинга" по почерневшим зубам.
- Осторожно! - закричал он, немедленно превратившись снова в морского
пехотинца. Он дернул стволом автомата вверх, и они послушно снова подняли руки.
- Ну и что теперь? - спросил я.
- А Бог знает! Как у вас с арабским?
- Три слова.
- Но вы говорите по-французски, верно?
- Немного.
- Попробуйте побеседовать с ними. Большинство алжирцев, с которыми я имел
дело, могли хоть немного изъясняться по-французски.
Как всегда, он оказался прав. Я повернулся к ним и сказал по-французски:
- Первый из вас, кто хоть шевельнется, умрет.
Реакция последовала тут же.
- Отлично, просто отлично, - одобрил Тэрк. - А теперь передайте им, чтобы
они раздевались - догола.
Они делали это неохотно, пока их не взбодрили ударом дула "стерлинга" под
ребра. Через пару минут они все стояли голые, как в момент своего рождения, держась
за поручни, широко раздвинув ноги.
- Очень хорошо, - кивнул Тэрк. - Ничто так не охлаждает пыл, как сознание
того, что твои гениталии болтаются у всех на виду. Этому китайцы научили нас в
Корее. А вот теперь спросите их, зачем те двое увезли нашу герцогиню.
Вот теперь они были готовы отвечать на вопросы, по крайней мере тот, что
повыше, неприятный тип с лицом, наполовину покрытым язвами от какой-то болезни.
И, начав говорить, он не мог остановиться.
Все оказалось так плохо, что хуже не бывает. Тэрк все понял по выражению моего
лица, прежде чем я начал переводить.
- Они забрали ее в Зарзу и заявились сюда по приказу полковника Талеба, потому
что вчера получили определенную информацию.
- Ах, негодяй Омар! - Тэрк в сердцах стукнул кулаком по балке. - Иисусе, я же
знал, что нам следовало задержать его. А теперь все наше дело разлетелось на куски
из-за ее любви к ближнему. - Он в гневе топнул ногой. - А Талеб! Какой черт
принес его сюда вовремя? Это же просто невозможно. Еще позапрошлой ночью он
сидел на острове Ивиса.
- От Ивисы до Барселоны пятьдесят пять минут лета, - ответил я ему. - Вам это
известно, и Бог знает, сколько прямых рейсов в день есть прямо в Алжир. Два часа
лета на "Каравелле" - вот и все.
Стало немного потише, и небо уже очистилось от стай галдящих птиц. Я ждал, что
он скажет. И он сказал:
- Отлично. Мы взяли то, за чем сюда ехали, и никак не можем ей помочь.
Согласны с этим?
- Не думаю, что у нас есть хоть какие-то шансы. Он, скорее всего, взял с собой
войска и полицию. Да еще здесь кругом полно бандитов таких, как вот эти.
- Хорошо, - кивнул он. - Давайте выбираться отсюда. Можете сказать этим
двум, чтобы проваливали, они нам больше не страшны.
Он прошел в рубку и запустил двигатели.
Двое хуза с неохотой перелезли через перила, ожидая пули в голову прежде, чем
они достигнут спасительных камышей, но ничего такого не случилось. Я наблюдал за
ними, пока они не скрылись из виду, а потом спустился вниз и переоделся в брюки и
свитер. Странно, что я только сейчас почувствовал холод, но это была просто реакция
организма. Я залпом выпил полстакана виски и, поднимаясь на палубу, захватил с
собой бутылку. Мы пробивались через камыши в главную протоку, и когда я
предложил Тэрку бутылку, он отвел ее рукой.
- Не теперь, приятель. У нас еще много дел.
И с этого момента он не произнес ни слова, пытаясь с мрачным и отрешенным
лицом пройти то одной протокой, то другой. Как и на пути сюда, я стоял на крыше
рубки, проверяя путь вперед и иногда предупреждая его о возникавших препятствиях.
И вдруг, совершенно неожиданно, когда мы проходили через небольшую лагуну, он
резко повернул штурвал, форсировал машины и загнал "Мери Грант"" в гущу
камышей, так что ее совсем не стало видно. Когда он заглушил двигатель, стало совсем
тихо. Спрыгнув на палубу, я увидел, что он взял секстант.
- Что это, черт возьми, вы делаете?
- А вы что, разве не видите? Определяю наше положение. Нам надо знать, где мы
оставили этот проклятый катер, иначе нам его вовек не найти, верно?
- В этом есть смысл, - в раздумье произнес я.
Если я и улыбнулся, то это получилось непроизвольно.
- Что тут смешного? - возразил он.
- То, что мы поворачиваемся спиной к двум с половиной миллионам долларов и
собираемся подставить наши глотки, и ради чего?
- Эта женщина просто бесит меня, я таких еще в жизни не встречал. Решительно
вперед, генерал, спускаем надувную лодку и отправляемся.
Надувная лодка тем и хороша, что она всюду пройдет, не то что "Мери Грант", а с
подвесным мотором на ней можно быстро добраться куда нужно. Естественно, мы
хорошо вооружились. У каждого по браунингу, пара автоматов "стерлинг", хотя я
предпочел бы автомат "АК" или винтовку "М-16". Но с какой стороны ни посмотреть,
наше предприятие выглядело явно безрассудным. Мы не представляли, что нас там
ожидает, и совершенно не представляли себе, что делать, когда доберемся туда. И еще
одно озадачивало меня. То, что Талеб все перепоручил людям из племени хуза. Правда,
они хорошо знали свои болота. Так в старые времена кавалерия использовала
индейцев-следопытов. Но ведь он мог бы и вызвать вертолет.
Тэрк сидел на носу лодки с развернутой картой, то и дело сверяя курс по компасу.
Наконец он повернулся ко мне и велел заглушить мотор.
- По моим расчетам, нам осталось с полмили. Отсюда пойдем на веслах.
В этом был резон, даже если допустить, что какой-нибудь другой рыбак вроде
Омара разъезжал тут на своем каноэ с мотором.
Близился полдень. Солнце стояло высоко в небе и палило нещадно. Все вокруг
замерло. Не слышалось даже птичьих криков. Проходя мимо на веслах, мы ухитрились
никого не потревожить. И вдруг справа от нас с криками поднялась в небо стая диких
уток. Мне бы быстро разобраться, что там произошло, но меня разморило жарой, я
дремал и не сразу осознал происходившее. Тэрк повернулся ко мне, чтобы что-то
сказать, но тут раздался одиночный выстрел, он вскрикнул и прижал руки к лицу.
Сквозь его пальцы сочилась кровь. Он опрокинулся назад и свалился за борт, но я
успел схватить его за пояс. Вторая пуля угодила в надувную лодку, и потом раздался
громкий торжествующий крик хуза, которые окружали нас.
Их оказалось человек двенадцать. Надувная лодка уже тонула. Мы с Тэрком
расстались. Его лицо заливала кровь. Я поймал его прощальный взгляд, и он Скрылся
под водой. И в следующее мгновение меня схватили.
Глав...
Закладка в соц.сетях
