Жанр: Триллер
Волшебный дом
...ми,
готовый оставить эту тему, но склонный принять свою теорию о "вправившемся суставе".
Неубедительно, но сойдет.
- Какие на сегодня планы? - спросила Мидж, но вопрос уже вылетел у нее из головы.
Она выглядела так по-детски и такой маленькой в моей огромной перешитой футболке.
- Ну, сначала надо кое-что расследовать, - сказал я, и Мидж приподняла брови. -
Ночью я слышал на чердаке какой-то шум.
- Ты, кажется, говорил, что под крышей гнездятся птицы.
- Да, вчера днем я так думал. Но это что-то копошилось среди ночи, когда все добрые
птицы спят.
Мидж слегка встревожилась:
- У тебя есть какая-нибудь мысль, что это могло быть?
- Не совсем, но, черт возьми, сегодня утром, при дневном свете, я это выясню. Не
хочется снова лежать в темноте и давать волю своему воображению.
- Надо было разбудить меня.
- Не хотелось тебя беспокоить, - пробурчал я с набитым ртом.
Мидж обошла стол, приблизилась ко мне и залезла на колени, заставив меня отодвинуть
стул, чтобы хватило места. И клюнула в лоб.
- Хочешь, я схожу с тобой на чердак? - спросила она, и я не пропустил насмешливой
нотки в ее голосе.
- А ты не впадешь в истерику, если мы увидим мышей? - Я покачал головой и отважно
проговорил: - Спасибо, я схожу один.
При свете дня все казалось не так страшно.
- Ты знаешь, я не боюсь мышей. К тому же там надо многое выскрести и вычистить, так
что чем скорее я начну, тем лучше. Думаю, ребята О'Мэлли больше навели там беспорядка, чем
вынесли.
- Да нет, если разобраться, они неплохо поработали. Определенно они привели коттедж
в божеский вид, хотя и нам самим пришлось изрядно покрасить и поразгребать. Хотя и меньше,
чем мне представлялось при первой разведке. У тебя есть какие-нибудь мысли, как обустроить
круглую комнату? Это очень важно.
Мидж нахмурилась.
- Мне она нравится именно такой, какая есть. Не думаю, что там нужно что-то менять.
- Твое дело. Согласен, она в хорошем состоянии. Возможно, Флора сделала там ремонт
незадолго до того, как... хм... отойти в мир иной.
- Нам понадобятся занавески, может быть, белые или беж - все яркие цвета дает
солнце. Ты заметил, как стены меняются в течение дня?
- Да, от ярких бело-желтых утром доогненно-золотых на закате. Потом этот теплый
красный оттенок сразу после захода солнца. Они получают жизнь из самих себя, как тот
огромный камень в Австралии, который постоянно меняет свой цвет.
- Скала Айерс. Говорят, он обладает таинственным свойством...
- Кто говорит?
- Аборигены.
- А круглую комнату аборигены видели?
Мой нос, как обычно, вздернулся (готов поклясться, до того, как я встретился с Мидж, он
был другой формы).
- Что мне сделать, чтобы превратить тебя в серьезного собеседника? - Мидж надула
губки.
- Ты говоришь обо мне? - спросил я, быстро вернув носу прежнюю форму.
- Ску-учно, - протянула она.
Моя рука нырнула ей под ночную рубашку, и, прежде чем Мидж успела пошевелиться,
мои пальцы скользнули по ее нижним ребрам.
- Скучно? - спросил я.
- Не надо, Майк! Ты знаешь, что я этого не выношу!
Я кивнул и надавил, неожиданно и плотно, жесткие пальцы отыскали щекотливые зоны
между ребер. Взвизгнув, Мидж подскочила на два-три дюйма у меня на коленях, но другой
рукой я удержал ее.
- Скучно? - повторил я с любезной улыбкой.
- Майк, пожалуйста, ты же знаешь...
Мои пальцы судорожно дернулись, не зная жалости; она снова подскочила и, корчась,
снова приземлилась мне на колени, икая от смеха, а я продолжал свое дело.
- Майк, не на-а-до-о-о-о!
- Ты сказала, скучно?
- Нет,нет! Интересно! Нет - увлекательно! Да, увлекательно! Чрезвычайно... Майк!..
Увле... кательно... Нет, чарующе... Никто... Я уже... Хватит, Майк, пожалуйста...
Как ни легка была Мидж, я с трудом ее удерживал и сам смеялся не меньше. Дрыгая
ногами в воздухе, она вскоре соскользнула с моих коленей, ночная рубашка задралась.
Мидж вскрикнула, когда голое тело коснулось каменных плиток.
- Холодно! Ах ты гад... - Остальное было не разобрать за смехом.
Я зарылся лицом в ее волосы, руки скользнули вниз по ее телу и сцепились под грудью.
Воспоминания о любви прошлой ночью не совсем покинули мои мысли, и я уткнулся носом ей
в ушко, а зубами нежно куснул в шею.
- Ну вот, опять, здрасьте пожалуйста! - громко проговорила она.
Я не ожидал такого ответа. Взглянув на Мидж, я увидел, что ее слова относятся к новому
посетителю. Через открытую дверь за нашими забавами с улыбкой наблюдала
приятельница-белка.
- Добро пожаловать, заходи, - пригласил я зверюшку, заметив, что Мидж скромно
натягивает ночную рубашку на бедра. - Наш дом открыт, вход бесплатный.
Белка стояла словно в нерешительности.
- Тише, Майк, - предупредила Мидж, - ты ее спугнешь. Заходи, малышка, не обращай
внимания на эту старую, огромную, безобразную скотину у меня за спиной. Рыкни на него, и он
спрячется под стол.
Белка прыгнула внутрь. Еще прыжок - и она оказалась всего в паре футов от босых
ступней Мидж с шевелящимися пальцами. Мне показалось, что от удивления брови у меня
коснулись края волос Мидж хихикнула, а белка заверещала.
- Да, я знаю, он выглядит как большой злой медведь, у которого болит зуб, но, когда
познакомишься поближе, он довольно милый, - сказала Мидж шумной зверюшке.
Белка посмотрела на меня, потом на нее, потом снова на меня. Я изобразил самую
приветливую улыбку, и белка беспокойно взмахнула хвостом.
- Эй, я здесь живу, ты знаешь, - сказал я и подумал: "Какого черта я это делаю.
Говорить с белкой? Ребята из группы сказали бы, что меня выбросило из естественной среды
обитания".
Сгорбив узенькие плечи, забавными ныряющими движениями зверек задергал своей
пушистой головкой, и для меня это выглядело так, словно он смеется.
- У этой особы к нам ни малейшего почтения, - пожаловался я Мидж.
- Это тот же, что приходил вчера, - задумчиво проговорила она.
- По-моему, у того была более еврейская внешность, а?
Она хлопнула кулаком мне по кеду, так что стало больно пальцам.
- Ты что, Мидж? Разве они не все одинаковы? И откуда ты знаешь, что это "тот", а не
"та"?
- Знаю, и все. У него своя индивидуальность.
Положив руки мне на колени, Мидж поднялась с пола.
- Давай найдем тебе что-нибудь поесть, а? - сказала она белке, которой как будто
понравилась эта мысль: не дожидаясь дополнительных приглашений, она запрыгнула на стол и
заверещала еще громче. Мидж отломила кусочек от моего тоста и предложила незваному
гостю. Ничуть не смущаясь, белка подскочила, схватила хлеб своими маленькими лапками и
сначала слизала масло, а потом неторопливо начала грызть.
- Не верится, - сказал я, опершись локтем на край стола и положив подбородок на
ладонь.
- Мне тоже. Рыжие белки редко бывают такими ручными - в отличие от серых.
- Рыжие?.. Мидж, никакие дикие звери не бывают ручными. Я хочу сказать, это может
быть в зоопарках или еще где-то, но не в природе.
- Может быть, они привыкли к Флоре. Держу пари, она прикармливала здесь зверей,
поколение за поколением. Помнишь, как собрались птицы в наше первое утро? Как будто здесь
для них естественное место, часть леса.
- Ты хочешь сказать, местная закусочная. Могу понять ее популярность. Проблема в том,
сколько еще они будут ставить вверх дном наше уютное загородное жилище? Они могут
нанести нам ущерб.
- Ой, Майк, белки, всякие другие зверюшки, что приходят сюда, - это часть Грэмери,
как и мы сами. Не забывай, они были здесь до нас. - Она присела, согнув колени, и
балансировала на корточках, держась руками за мои ноги. - Нам нужно привыкнуть к ним,
Майк, разве ты не понимаешь? Кормить их и помогать выжить. Обращаться с ними как с
друзьями.
- Мне представляется, как к нам сползаются змеи и прочие гады.
Мидж улыбнулась.
- Я позволю тебе закрыть дверь также и перед крысами.
Это напомнило мне о предстоящем расследовании. Я наклонился, поцеловал ее в губы,
сознавая, что грызущая тост белка следит за нами.
- Подглядывает, - сказал я, когда мы с Мидж оторвались друг от друга. - Ладно,
Ведьмочка, всем тварям, большим и маленьким, - добро пожаловать, кроме слишком больших
и таких маленьких, что прогрызают норы в дереве. Договорились?
- Не знаю, кого ты ожидаешь - пока к нам заходили лишь белка и птицы, - но ладно,
договорились. Слонов и червей-древоточцев не пускать.
Мы скрепили договор рукопожатием, и я подмигнул белке:
- Порядок, Румбо, ты принят. Но не заставляй меня ревновать и не зли.
Мидж рассмеялась.
- Почему Румбо?
- Не знаю. По-моему, он похож на Румбо. Разве нет? Во всяком случае, больше чем на
Рэмбо.
Белка судорожно дернула головкой, крохотные плечики затряслись, и ее верещанье
напомнило смех. Что Мидж нашла до невозможности забавным.
- Наверное, он согласился, - выговорила она сквозь смех.
- Да, истинный клоун, - сказал я сухо.
Я стоял неподвижно, опасаясь спугнуть нашего смеющегося гостя.
- У этого мужчины много дел.
- Иу женщины тоже.
- Думаешь, он не против позавтракать в одиночестве? Теперь у него есть имя, и Румбо
для меня больше не "зверь".
- Думаю, мы подружимся со зверюшками, не слишком их балуя. Он может сам составить
себе компанию.
И мы оставили белку, которая вполне счастливо позавтракала без нас. Мидж пошла к
раковине по соседству, а я, взяв из шкафа внизу фонарик, отправился на чердак. Я бодро
поднялся по лестнице, радуясь жизни и своей любви и размышляя о том, что в настоящей
любви постоянно случаются мгновения абсолютной свежести, словно ты только что влюбился,
и осознание ее всегда волнует, всегда захватывает. Нам предстояло узнавать друг друга - я
хочу сказать, узнавать по-настоящему - мне и Мидж, но мы никогда не привыкнем друг к
другу, никогда не удовлетворимся друг другом. Поймите меня правильно - наши отношения
не всегда были такими розовыми, как на той картине, что я только что изобразил; в них
случались бури и непогоды, иногда мы оказывались на грани разрыва. К счастью, мы всегда
умели вовремя опомниться и понять ошибки друг друга (или точку зрения другого, как Мидж
предпочитала это называть). Скажу без ложной скромности, у нас обоих были таланты в
музыке и в живописи, а вы когда-нибудь знали талантливого человека без темпераментной
черточки? Профессиональная черта, как говорят. Я веду речь не про высокомерие и эгоизм, а
про стремление делать вещи правильно (конечно, в собственном понимании) и про
расстройство, которое очень быстро развивается, когда что-то делается не так. Бывают времена,
когда близкий человек получает удары и должен научиться уклоняться от них и отбивать их -
или просто говорить о заурядных вещах. С годами мы многому научились друг у друга. Мы
также научились не придавать чересчур серьезного значения собственной персоне - хорошо,
когда поймешь это, пока не слишком состарился.
Не поддаваясь соблазну прихватить с собой гитару, так как понимал, что если возьму, то
утро пропало, я подошел к стулу, оставленному накануне прямо под люком. Фонарик светил
ярко, стул был крепкий, крышка люка дожидалась - самое время для действия.
Так почему же я заколебался?
Может быть, следовало принести стремянку - лезть на чердак было бы гораздо легче.
Нет, до потолка невысоко, вполне сойдет стул.
Сверху не доносилось ни звука, и, возможно, проблема решилась сама собой. Но все-таки
это не причина, чтобы не заглянуть.
Я вел себя как маленькая девочка, и сам понимал это. И все же что-то говорило мне, что
не нужно заглядывать на чердак. Возможно, в уме каждого человека есть укромный уголок, где
притаилось будущее, где хранятся архивы еще не свершившихся событий, и порой архивариус
(которым в конечном итоге являешься ты сам) случайно просовывает подсказку под
запечатанную дверь. Возможно. Подобные вещи таинственны для меня, как наверняка и для
вас. Все, что я знаю, - это что меня неудержимо тянуло отойти, спуститься вниз и придумать
какие-нибудь отговорки, чтобы не лезть на чердак.
"Вперед, Стрингер, - обругал я себя, - поднимись и прогони несколько крыс, если не
хочешь стать объектом осмеяния и позора". И все равно колебался, уставившись за крышку
люка: осмеяние и позор не так уж страшны.
Здравый смысл возобладал, прагматик во мне в тот день победил: я встал на стул,
включил фонарик и одной рукой приподнял крышку люка - впрочем, всего дюйма на два. Из
щели на меня не уставился угрожающий взгляд, ничто не шевелилось, никто с хрипом не
принюхивался. Все было тихо и спокойно. Немного осмелев, я открыл люк шире и, посветив
фонариком внутрь, встал на цыпочки и попытался заглянуть через край. Я не смог точно
рассмотреть, но мне показалось, что откуда-то снизу еле-еле проникает дневной свет.
Выключив фонарик, чтобы проверить это, я убедился, что свет проходит через свесы крыши.
Вот и ответ птицы пролезли внутрь и сделали себе здесь милый надежный птичник.
Может быть, в прошлую ночь они решили устроить вечеринку. Я снова включил фонарик и
откинул крышку люка, насколько это было возможно, и чем шире я его открывал, тем дальше
моя рука соскальзывала к его основанию. В конце концов крышка перевесила и со стуком упала
наружу, впрочем, позади что-то не дало ей упасть совсем.
Взяв фонарик в зубы, я схватился за края и залез наверх. Недостаток атлетической
подготовки я компенсировал ругательствами и забрался-таки на чердак, белые кеды лягали
воздух, как взбесившиеся голуби. Сев на край и болтая ногами, я глубоко вздохнул и тут же
пожалел об этом. В воздухе здесь стоял смрад, и я наморщил нос от этой кислой вони.
- Боже, - сказал я вслух, и мне послышалось, что неподалеку что-то шевельнулось.
Свет падал с одной стороны, но я различил смутные очертания стропил и балок. В самой
крыше дыр не было - очевидно, строители хорошо выполнили свою работу. Но я увидел
что-то на стропилах - темные, неясные во мраке предметы. Они словно свисали с бревен, и я с
содроганием заметил на наклонных стропилах еще множество таких же.
Я понял, что это, но все равно потянулся к фонарику и направил луч вверх. И ощутил
содрогание и дурноту, увидев сотни маленьких мохнатых тел, свисающих сверху, как какие-то
сморщенные плоды с ветвей, заполняя весь чердак и распространяя вокруг смрад.
В это время одно крыло дернулось, волнообразным движением расправилось, а потом
втянулось обратно в темное тело.
- О Боже! - прошептал я, замерев.
В полной тишине мне показалось, что я слышу, как у них бьются сердца, пульсируя в
такт, в правильном ритме, что делало тварей единой, сплошной массой.
По-прежнему содрогаясь, я тихо спустился с чердака, боясь, что малейший шум вызовет
среди летучих мышей вакханалию криков и хлопанья крыльями.
Наблюдатель
В ванной я намочил лицо водой и смыл выступивший пот. Потом тщательно оттер руки,
словно их могли запачкать те твари на чердаке. Меня тошнило, но клейкая тошнота застряла в
груди.
Летучие мыши! Безобразные, злобные, сморщенные монстры. И судя по тому, что я
увидел, их тьма-тьмущая! О'Мэлли наверняка знал, что они здесь, так какого же черта он
ничего не сказал? Теперь я пожалел, что не принял разумный совет - послать для осмотра
дома оценщика, подумав, что мы не можем позволить себе такие расходы вдобавок к затратам
на починку коттеджа; оценщик, по крайней мере, обнаружил бы присутствие летучих мышей и
сообщил бы нам. Мне страшно не хотелось говорить о своем открытии Мидж и портить ее
идиллию, но ей следовало знать, было невозможно скрыть от нее этот факт.
Маленькие подлые твари! Где-то здесь должна быть санэпидстанция, чтобы вывести
их, - или этим занимаются местные власти? Ведь летучие мыши представляют угрозу для
здоровья. Для душевного здоровья - наверняка.
Я насухо вытер лицо и руки, в голове роились и копошились мысли. Наверное, моя
реакция была чрезмерной, но неприятное чувство, охватившее меня еще до того, как я открыл
чердак, вместе с потрясением от вида этих черных висящих тел оказали на меня сильное
воздействие. Я задумался, как давно Грэмери является обиталищем этих отвратительных
тварей: они появились после кончины Флоры Калдиан или устроили себе здесь резиденцию,
пока она еще жила в коттедже? Последнее было трудно представить, но опять же, мы слышали,
что она отличалась эксцентричностью, так что, возможно, Флора оказала им гостеприимство.
Да, недавно заключенное соглашение оставляет Мидж право принимать определенные
компании, но слонам, древесным червям и летучим мышам вход безоговорочно воспрещен!
Я прошел в соседнюю комнату и подошел к окну с намерением открыть его и полной
грудью вдохнуть свежего, не затхлого воздуха, но затаил дыхание, увидев у калитки какие-то
фигуры.
Мидж, уже одетая, стояла по эту сторону калитки спиной ко мне и разговаривала с тремя
незнакомцами, двумя мужчинами и девушкой. Они были небрежно одеты - в рубашках с
расстегнутыми воротниками, в мятых брюках, девушка - в узорчатой юбке ниже колен и
свободной блузке. У нее были длинные светлые волосы, и даже на таком расстоянии она
показалась мне знакомой. Полусъехав на обочину, позади стоял "ситроен" (к тому времени мы
нашли свободную площадку сбоку от садика, чтобы пристроить свой "пассат"). До меня
доносились голоса, но я не мог разобрать, о чем они говорят. Чувствуя особое расположение к
человеческому обществу, я покинул спальню и спустился по лестнице. Если это местные, они
могли знать, как решить проблему с летучими мышами.
Я пошел по дорожке, и сильный чистый запах цветов прочистил мою голову от затхлых
испарений. Трое незнакомцев смотрели мимо Мидж на мое приближение, сама она обернулась,
когда я подошел.
- Майк, у нас первые гости, - сказала Мидж, очевидно обрадованная знакомством.
- Первые человеческие гости, - уточнил я и улыбнулся на их недоумение. На время я
прогнал мысли о крошечных крылатых тварях.
- Майк имеет в виду некоторых животных, что стали заходить к нам, как только мы
въехали, - объяснила Мидж, и все вокруг заулыбались.
- Боюсь, вы скоро поймете, что, наоборот, мы, люди, без позволения вторглись на эту
лесную просеку. - Это сказал такой же светловолосый, как и девушка, мужчина, хотя его
волосы были подстрижены короче, почти по-военному. Он был приблизительно моего роста -
пять футов шесть дюймов - с голубыми-голубыми глазами. Он напомнил мне
калифорнийского серфингиста, чудом попавшего к нам из 60-х годов, и его американский
акцент усиливал сходство, хотя я почувствовал в нем напряжение, не стыкующееся с его
развязными манерами. Мужчина непрестанно улыбался, и даже его зубы были истинно
голливудскими.
- Привет, - сказал он, протягивая руку сквозь калитку. - Меня зовут Хьюб Кинселла, а
это... - Он махнул свободной рукой в сторону своих спутников. - Джилли Слейд и Нейл
Джоби.
Я пожал руки всем троим, а Мидж представила меня. Всем им с виду было лет от
двадцати до двадцати пяти.
- Мы видели вас, когда проезжали здесь на днях, - сказала девушка, ее рукопожатие
было почти неосязаемо.
- Да и мне показалось, что мы уже виделись, - ответил я. - Вы еще помахали мне из
машины, верно?
Она кивнула:
- Вы первый помахали.
Мы рассмеялись, как обычно смеются малознакомые люди при малейшем намеке на
юмор. Девушка выглядела вполне по-английски и была хорошенькой, хотя и несколько
бледноватой. Косметика на лице отсутствовала, а по скулам и носу разбегались веснушки; во
всей ее внешности виделась легкомысленность, и я не смог решить, привлекает меня это или
раздражает.
Второй мужчина, Джоби, был низенький и тощий, и при ближайшем рассмотрении я
заметил, что он одет не так неформально, как остальные; по крайней мере, на его рубашке с
короткими рукавами был повязан галстук, брюки отутюжены, а туфли до блеска начищены. Его
безволосые руки торчали из рукавов, как белые кривые палки, а его рукопожатие оказалось
немного чересчур крепким, и эта твердость представлялась скорее напускной, чем
естественной. Когда он поздоровался со мной словами: "Надеюсь, вам понравился ваш новый
дом", - в его голосе слышалась гнусавость, характерная для центральных районов Англии.
- Да, понравился, - ответил я, - но в нем нужно еще немного прибраться.
- Вы оба из Лондона? - спросил Кинселла, скорее с вежливым интересом, чем
допытываясь.
- Как вы узнали?
Он обезоруживающе улыбнулся:
- У вас такой вид.
- Как у рыбы, вынутой из воды?
- О нет, я не это имел в виду. Я просто ощутил, что здешняя жизнь для вас внове.
- Для Мидж не совсем - она выросла в деревне. Ну а я - я новичок.
- Вы скоро полюбите эту жизнь, - вставила девушка, Джилли. - Как я.
Мидж продела руку в мою и прижалась ко мне.
- Помнишь большой дом, на который мы набрели вчера на прогулке, Майк?
- Такой мрач... серый?
Она кивнула.
- Это оттуда приехали Хьюб, Джилли и Нейл.
- В самом деле? Вы там живете? Все трое?
- Больше троих, Майк, - ответил Кинселла.
- И что это? Отель, санаторий или что-то вроде?
- Нет, не отель, не санаторий и не что-то вроде. Почему бы вам не заехать, когда
обустроитесь? Мы покажем вам окрестности.
- Да, пожалуйста, приезжайте, - сказала Джилли и, немало удивив, обхватила нас за
плечи. - Дом внутри чудесный, и мы вам окажем радушный прием. Пожалуйста, скажите, что
приедете!
Я был слегка озадачен ее энтузиазмом, но Мидж вроде бы понравилась такая мысль.
- Это было бы прелестно, - сказала она девушке. - Вчера нас действительно
заинтриговало это место, правда, Майк?
- Да, заинтриговало. - Я вдруг почувствовал, как Мидж предупреждающе сжала мой
локоть. - Но пока у нас небольшая проблема, которой надо уделить время. Я подумал, может
быть, у вас есть мысли на этот счет - вы ведь живете в этих местах.
На их лицах выразилась неизмеримая готовность помочь, а Мидж заинтересовалась.
- Через навес крыши пробрались летучие мыши, - объяснил я, большим пальцем
показывая на коттедж за спиной, и, повернувшись к Мидж, сказал: - Вот откуда этот шум
ночью. А теперь они на чердаке отсыпаются.
- Летучие мыши? - переспросила Мидж.
- Летучие мыши.
- О, с ними не будет проблем, Майк, - заверил меня американец. - От них никакого
вреда.
- Может быть, оно и так, но мне от них как-то не по себе. Знаете, мне не нравится
просыпаться ночью и смотреть, как они пьют нашу кровь за здоровье друг друга.
Все рассмеялись, но мне показалось, что Джилли подташнивает.
- В этом ничего страшного, - сказал Джоби, сложив на груди свои тонкие, как у
насекомого, руки. - По большей части они охотятся в сумерках и на рассвете. Да и не
представляю, чтобы в Гемпшире вы нашли много вампиров. Если вы оставите их в покое, и они
вам не помешают.
- Мне они уже мешают.
- Ой, брось, Майк! - сказала Мидж. - Это же просто хомячки с крыльями.
Ее реакция - или отсутствие реакции - застала меня врасплох. Я знал, что она обожает
животных, но не всех же?
- К сожалению, по закону вы не много можете с ними сделать, - продолжал Джоби. -
Видите ли, это охраняемый вид. Большинство из них в стране истреблено, главным образом
пестицидами и людским невежеством. Защитники природы вступились как раз вовремя, чтобы
правительство что-то сделало.
- Вы хотите сказать, что мы не вправе трогать этих тварей? - проговорил я, не веря.
Он серьезно наклонил голову:
- Млекопитающих не можете. Это либо нетопыри-карлики, либо ушаны, в зависимости
от размеров - нетопыри меньше.
- Я не так внимательно рассматривал.
- Нетопыри любят лес, но очень привыкли к обжитым местам, а ушаны любят спать в
пещерах, погребах или на чердаках.
- Тогда это, похоже, наш случай.
- Уверяю вас, от них никакой опасности. Они едят насекомых и моль, так что могут даже
оказать вам услугу.
Насчет этого я сильно сомневался, но он вроде бы знал, что говорит. И покачав головой, я
сказал:
- Значит, похоже, нам придется жить вместе с ними.
Парень по имени Кинселла проговорил заговорщицким тоном:
- Знаете, Майк, если это действительно станет проблемой, может быть, мы поможем
выкурить их или еще что. Но никто не должен узнать об этом.
- Да ладно, посмотрим.
Он снова сверкнул своими зубами:
- Вы знаете, где нас найти, если что-то понадобится, но мы вам рады в любое время.
- Принести подарок, Хьюб? - Девушка посмотрела на него, как щенок на хозяина.
- А, конечно, чуть не забыл!
Джилли нырнула в открытое окно машины, вытащила красную квадратную жестяную
коробку из-под печенья и протянула ее через калитку Мидж.
- Одна из наших сестер фантастически готовит, и когда мы узнали, что вы поселились в
Грэмери, то попросили ее приготовить поздравительный торт. Ничего особенного, но я думаю,
вам понравится.
- Наш маленький подарок новым соседям, - сказал Кинселла, разведя руки, словно
хотел нас обнять.
- Прекрасная мысль, - воскликнула Мидж, принимая подарок, ее хорошенькое личико
сияло. - Возможно, мы пригласим вас, когда разберемся, - мы любим гостей, правда, Майк?
Кинселла не дал мне ответить.
- Можете быть уверены, мы будем заглядывать время от времени. Заведя друзей, мы не
любим их терять.
Он сказал это со всей сердечностью, и я не понял, почему мне стало неловко.
- А пока, - продолжал он, - мы вас оставим: наверняка в коттедже еще многое нужно
привести в порядок. Наверное, предыдущая хозяйка была старовата, чтобы держать дом в
надлежащем состоянии.
- Вы знали Флору Калдиан? - спросила Мидж.
- О, ее почти все тут знали, - ответила Джилли.
- Но никто так толком и не познакомился, - сказал Кинселла. - Мы пару раз
разговаривали с ней, вот и все. А вы просто запомните, что я вам сказал: если нужна какая-либо
помощь, стоит только нас позвать.
- Мы запомним, м-м-м, Хьюб, - сказал я и спросил: - Это сокращенное имя?
- Да, от Хьюбрис . У моих родителей было чувство юмора.
Не много, подумал я.
- Ну, рады были познакомиться, и спасибо за сведения о летучих мышах. Пользы от
этого не много, но теперь, по крайней мере, я знаю, как обстоят дела.
Мы довольно церемонно обменялись рукопожатиями, и группа забралась в свою машину,
Кинселла сел за руль. Они помахали нам, "ситроен" отъехал, и мы помахали в ответ, глядя
вслед, пока машина не скрылась из вида.
- Ну разве не милые люди? - воскликнула Мидж, показывая мне коробку с тортом.
- Пожалуй. Может быть, немного чересчур приветли
...Закладка в соц.сетях
