Жанр: Научная фантастика
Неучтенный фактор
...мощный барьер, сломать который оказалось ему не под силу. Это его
удивило. Откуда у бикаэлок ментальные способности? Чушь какая-то. Отродясь
такого не бывало.
Возникший официант приветливо глянул на двух высоченных женщин,
точно это были не воительницы, а матроны с детишками. Впрочем, ему-то чего
бояться? Для него любой клиент — желанный гость.
— Не могу ли я предложить вам более...
— Не стоит беспокойств, эти двое уже отобедали, а мы пришли не за
этим. Запишите все на счет господина Миро. — Амсадди деланно улыбнулась,
обнажая два ряда шикарных белых зубов, и быстрым шагом направилась к выходу.
Ее молчаливая светловолосая спутница жестом пригласила двух мужчин
следовать за собой. Юдгар ухмыльнулся и завел руки за спину, точно арестант,
однако оценил его шутку только Серджио, бикаэлки уже целеустремленно шагали
впереди.
Не дрейфь, я тебя в обиду не дам
, — сбросил Серджио сообщение на
виртуалку Юдгара.
Не особо-то я и боюсь
, — ответил Юдгар. Он и не боялся. Но
немного опасался. Бикаэлки — существа непредсказуемые. Неизвестно, что им
стукнет в голову. С одной он еще мог бы справиться, но вот с двумя разом...
сомнительное предприятие. С Сантой он так легко сладил только по двум причинам.
Во-первых, тот был на взводе, отвлечен другой задачей и ничего не замечал.
Во-вторых, сам Юдгар в этот момент сильно разозлился.
Он оглянулся на Серджио. Нет, против такой массы тот не выстоит. Это
как с лазерным слейером против линкора. Оставалось надеяться, что бикаэлка
действительно просто желала с ним потолковать. Впрочем, бояться и в самом деле
нечего. Он на своей родной планете, под защитой юрисдикции Лардованы.
Они вошли в лифт.
— Кстати, — Юдгар повернулся к татуированной красавице, — а что
это за жест, который ты мне показала там, в салоне
Осбора
?
— Пыталась тебя уверить, что все будет отлично.
— А с чего вдруг?
— Миро приказал за тобой присмотреть.
— Так вы потому и летели в салоне третьего класса? — Юдгар был
озадачен.
Сдержанный кивок. И все. Никаких комментариев. Что-то во всем этом
не клеилось. Он не настолько значительная персона, чтобы Миро приставлял к нему
телохранительниц. Тогда какого черта? Работа пилота только прикрытие, и Миро
нужно от него нечто другое?
Или что-то еще?
Лифт мягко скользил в силовом колодце шахты, вознося их на
головокружительную высоту. Огромный вестибюль гостиницы уплывал вниз.
Оставались только колонны световых панелей да проблески других лифтов, снующих
вверх и вниз.
Юдгар вдруг остро ощутил опасность, притаившуюся где-то рядом. Мышцы
мгновенно напряглись, сердце застучало учащенно. Он невольно покосился на
бикаэлку, стоявшую чуть сзади и слева. Нет, опасность исходила не от нее. От
кого-то другого, и этот другой ждал его где-то впереди.
— Нам нельзя в номер, — сдавленно произнес он, отдавая по лоцману
приказ лифту катить на самый верхний этаж в спортзал.
— Это еще почему? — Амсадди хмуро уставилась ему в затылок. — Не
стоит затевать со мной игру, мальчик, я уже дала тебе слово, что не причиню
вреда.
Юдгар резко обернулся:
— Да дело не в тебе. Свяжись с Таклид-Ди, я не успел узнать его
ком-код, пусть проверит мой номер.
— Что там может быть?
— Не что, а кто, — поправил ее Юдгар. — Там кто-то есть. Я
чувствую угрозу.
Бикаэлка и ее ученица многозначительно переглянулись. А Серджио
недоуменно вздернул брови, спрашивая взглядом Юдгара, в чем дело.
— Готово, — сообщила бикаэлка, и в ее голосе не прозвучало даже
намека на недовольство. — Он все сделает.
Лифт остановился, двери открылись. Они вышли в коридор.
Я здесь уже второй раз за день, — подумал Юдгар. — Первый раз это
едва не кончилось убийством. А теперь?
Чувство тревоги не проходило. Скорее
нарастало. Бикаэлка шла впереди, светловолосая следом. Теперь замыкал шествие
Серджио. Шаг, еще шаг по мягкому, теплому ковру. Юдгар, казалось, ощущал
плотные, упругие ворсинки сквозь подошвы ботинок, как если бы ступал босиком.
А потом время потекло иначе, медленно, с натугой, как патока. Воздух
загустел и приобрел физическую плотность.
Падай!
— он не просто отдал приказ, он мысленно заорал, заорал на
пределе своих ментальных способностей. И они все кучей повалились на пол. Это
их и спасло. Вскипела левая стена, выплевывая смерч огненных брызг, черной
пеной вспух пол, Амсадди перекатилась ближе к правой стене, выхватила тяжелый
слейер, выстрелила, впереди в проеме мелькнуло расплывчатое темное пятно, но
лишь на сотую долю секунды — мелькнуло и пропало, точно его и не было.
Юдгар лежал, уткнувшись в ковер лицом и зажав голову руками. Ничего
этого он не должен был видеть, но видел. Он и сам не представлял, как это у
него получается, но картинка была отчетливой, точно ее подавал хороший лоцман
непосредственно на зрительный нерв.
Он приподнял голову, бикаэлка вскочила и бросилась по коридору,
светловолосая за ней. Луч лазера, невидимый в почти идеально чистом, едва ли не
стерильном воздухе гостиницы, вспорол угол, задев левое плечо светловолосой.
— Назад! — Юдгар снова заорал, приподнимаясь на руках. В горле
запершило. Никогда ему не приходилось так надсаживать голосовые связки. —
Ловушка!
Амсадди отреагировала быстрее ученицы. В невероятном прыжке назад
она перекувырнулась через голову и плашмя упала на пол, вжимаясь в него, точно
ящерица-песчанка. Всполох взрыва сотряс стены и потолок, пронесся грохочущей
ударной волной, снося световые панели и ероша ковровое- покрытие. На секунду
Юдгар зажмурился, но даже сквозь плотно сведенные веки отчетливо видел, как
швырнуло тело светловолосой, с силой ударив о стену. Она отлетела и рухнула на
пол рядом с Амсадди.
Просьба всех гостей и постояльцев гостиницы удалиться в свои
номера, — поступило на лоцман сообщение ИскИна, управлявшего гостиницей. —
Освободите коридоры и не покидайте своих номеров до особого разрешения, спасибо
за внимание
.
— Он уходит на крышу! — Юдгар подскочил и метнулся следом.
Сильные руки ухватили его за ноги, повалили, вжимая в ворс. Он
хрюкнул, уткнувшись носом в покрытие. Бикаэлка навалилась на него, точно
многотонная глыба.
— Оставайся здесь. Пусть уходит.
— Но...
— Ему нужен был ты, — и от ее жесткого, холодного шепота в затылок
стало страшно. — Он охотится за тобой. Но тебя он не получит.
Она вскочила на ноги одним мощным движением, заодно вздергивая
Юдгара, и, не давая опомниться, потащила подальше от этого места.
— А как же...
— Через двадцать секунд здесь будет вся охрана отеля, о ней
позаботятся.
Еще никогда в жизни его не волокли так бесцеремонно- словно
неодушевленную вещь. Или щенка. Точно — щенка. Носки ботинок едва доставали до
пола. Как-то унизительно, но не время возмущаться, бикаэлка пыталась спасти его
шкуру, по-своему. Это он понимал без дополнительных разъяснений. Черт, ну и
силища — нести его в одной руке, да еще на бегу.
По дороге попадались слегка испуганные постояльцы. Мимо пронесся,
пыхтя, точно древний транспортный агрегат, доррикс, его шершавая
серо-коричневая голова была покрыта липким потом — из-за повышенной влажности,
непривычной для его тела. Он явно задыхался. Для своей расы он был несколько
грузноват. Затем промелькнули две берганки — от переживаний специфический запах
от них шел сильней обычного, но окружающим было не до них. Одна из них
инстинктивно бросила чарующий взгляд на Серджио, но вторая моментально втянула
ее внутрь номера, дверь с глухим чмоканьем захлопнулась. Затянутые в костюмы с
экзоскелетом, с осмотическими масками на лицах, трое попавшихся навстречу
кардонийцев о чем-то оживленно чирикали между собой.
Бикаэлка перла напролом, как эскадра федералов при Сулине, и
встречные шарахались в стороны, чтобы не столкнуться с ней.
— Да отпусти же ты меня! — Юдгар дернулся, но бикаэлка на его
потуги освободиться не обратила никакого внимания. Похоже, ему везет на
бикаэлок. Сначала мать попыталась установить над ним опеку, теперь эта... И
почему они все так рвутся навязаться ему в няньки?
Навстречу пробежал один из служащих в синевато-черном форменном
костюме, скользнув по их компании профессионально-внимательным взглядом. Юдгар
машинально отметил скованность в движениях мужчины — под формой явно находился
бронежилет. Отелем руководили не такие уж идиоты. Если бы охранники в полной
боевой готовности постоянно курсировали по коридорам, то наверняка бы своим
видом нервировали постояльцев.
Они миновали еще несколько радиальных коридоров, похожих один на
другой, как братья-близнецы, пока не добрались до номера бикаэлки. Стальная
хватка наконец разжалась, и Юдгар плюхнулся на широкую кровать, а когда поднял
лицо, чтобы высказать Амсадци все, что думает о ней в связи с таким
бесцеремонным обращением, та уже инструктировала Серджио. Заместитель шефа
службы безопасности немного запыхался, но тут же весь превратился во внимание.
Наверное, Миро выплачивал ему за хладнокровие некий бонус.
— Если охрана или полиция станет задавать вопросы- ты ничего не
слышал, ничего не видел. Понятно? Все, что нужно будет сказать, я скажу сама.
Серджио кивнул. И Юдгар вдруг понял, что он обеспокоен происшествием
не меньше других, вот только беспокоится не за себя, а за нее — воительницу,
которая сейчас так лихо им командует. Ну что ты будешь делать с этими
лардованцами, особенно женатыми! С этой всепланетной модой на психокорекцию
супружеских пар они тут все немного
переделанные
. Потому как он даже после
случившегося и в бикаэлке видит женщину прежде всего, в минуту опасности
нуждающуюся в его защите. Даже невзирая на то, что она в несколько раз сильнее
и тренированнее его самого. Искусственно усиленный инстинкт.
— Теперь ты! — Бикаэлка круто развернулась к Юд-гару и угрожающе
нависла над ним. — Запомни, ты тоже ничего не видел и не слышал. Твое дело —
хлопать ушами и делать вид, будто ты здесь вообще ни при чем.
— Да там же до черта камер... полиция... Бикаэлка нависла еще ниже.
— Слушай, что тебе говорят. Полиция — не твоя забота. Миро замнет.
Кого надо — подмаслит. Кроме того- я рядом, бояться тебе нечего.
Она выпрямилась, небрежным жестом отбрасывая на спину шестипрядную
косу с каветтами, усыпанными множеством серебряных бисеринок.
Юдгар, хотя и был все еще напуган недавним происшествием, не смог
сдержать усмешку. Ну, точно — еще одна нянька на его голову. Женщина восприняла
его реакцию по-своему.
— Я не хуже твоей матери. — Ее тонкие темные брови съехались на
переносице, татуировка пошла мелкими морщинками, исказилась. — Правда, я еще не
выполнила столько контрактов, сколько она, но мой статус не ниже.
И не смотри на нижние каветты, смотри сюда. — Она так резко
повернулась к нему спиной, что одна из каветт со свистом пронеслась в паре
сантиметров от его носа. — Видишь этот бриллиант?
Только теперь Юдгар заметил довольно крупный бриллиант на самой
первой каветте, вплетенной в основание толстенной косы.
— Я принадлежу к Белой касте, и если ты не знаешь, что это такое,
спроси у своей матери.
Сердцебиение улеглось. Юдгар устроился поудобнее на кровати,
осознавая, что руки-ноги ему отрывать не станут, по крайней мере немедленно.
Серджио за спиной бикаэлки уже сидел в кресле, с интересом наблюдая за ними.
— Какое внимание к моей незначительной персоне...
— Я должна выполнить особую миссию, и эта миссия связана именно с
тобой.
— Со мной? — Юдгар решил пока не удивляться, не выяснив все до
конца. — Да кто я, по-твоему, такой? Меня же выставили из летной академии, я
даже практику не прошел! Ты мое личное дело видела?
Бикаэлка медленно покачала головой.
— И не надо, — криво усмехнулся Юдгар. — Там свободного места от
дисциплинарных взысканий не осталось. Я же первостатейный раздолбай, разгильдяй
и недоделок.
Серджио тихо смеялся, -прикрыв рот ладонью.
— Это ничего не значит, — решительно сказала Амсадци, тряхнув
косами. Бусиньгкаветт звякнули. — Мать-настоятельница нашей касты, посвященная
первой ступени, уже вылетела из посольства, и через... — бикаэлка замешкалась,
явно запрашивая информацию по лоцману, — десять минут она будет здесь. Она
будет говорить с тобой.
— Ну уж нет, мы так не договаривались! — Юдгар стал сползать с
постели, "но едва успел ступить на пол, как Амсадди одним небрежным движением
опрокинула его на спину и уперлась тяжелой рукой ему в грудь, вдавив в перину.
— Ты ее дождешься, — спокойно, даже равнодушно бросила она.
Юдгар попытался лягнуть воительницу, но тут же получил легкий удар в
живот.
— Серджио, да скажи ты ей! Проклятье! Я сейчас свяжусь с
Таклид-Ди...
— Не советую. — Бикаэлка ощерилась, точно волк, белые зубы
заблестели в нескольких сантиметрах от лица Юдгара.
Он невольно сглотнул и попытался отодвинуться, но не сумел даже
шевельнуться. Хватка у Амсадди была отменной. Он убедился в этом еще в
коридоре, когда та бегом тащила его едва не на вытянутой руке.
Заместитель шефа службы безопасности опасливо завозился в кресле.
— Знаешь, Юдгар, по-моему, тебе лучше набраться терпения.
Мать-настоятельница по пустякам не стала бы тратить на тебя время. Явно — дело
важное.
— И ты туда же! — Слова вырывались из груди с трудом, поскольку
Амсадди не собиралась его отпускать. — Да не хочу я, чтобы меня вовлекали в
какие-то непонятные делишки, я и этим покушением сыт по горло. Л потом, что ты
хочешь сказать, женщина? Что Таклид-Ди нельзя доверять?
— Мальчик, я никому не доверяю, — спокойно парировала Амсадди.
Юдгар упрямо насупился.
— Отпусти меня.
— Не отпущу.
— Отпусти, я никуда не сбегу.
— Уж лучше я тебя придержу.
— Да я писать хочу! — заорал Юдгар на весь номер.
Тяжесть с груди внезапно исчезла. От избытка кислорода, хлынувшего в
легкие, Юдгар закашлялся. Амсадци без видимого усилия вздернула его на ноги и
слегка подтолкнула ладонью, придав ускорение шлепком пониже спины.
— Налево по коридору, — бросила она ему в спину.
Пошатываясь, Юдгар пересек комнату и вышел в коридор.
Вот уж никогда не думал, что выражение сходить налево
воплотится
так буквально
, — проворчал он мысленно, одергивая на себе комбинезон, затем
обеими пятернями пригладил растрепанные волосы.
Так, куда дальше? Ага, вот этот туалет...
И обязательно надо было так мять? Я что ей, виноград в чане для
вина, что ли? Чуть все соки не выжала, чертова баба... Да — сильная, да —
воинственная, но все же женщина, и очень красивая между прочим. И тело у нее
под этим комбезом из синтекожи, наверное, обалденное...
Юдгар почувствовал, как напряглось в паху.
Этого еще не хватало! Реакция его удивила. Никогда не предполагал,
что бикаэлка может заинтересовать его исключительно с сексуальной точки зрения.
Но в Амсадди, чего греха таить, и вправду есть что-то, что его привлекало. А
может, просто кровь сказывается. Он ведь сам наполовину бикаэлец... на меньшую
половину...
Он решительно мотнул головой, отбрасывая посторонние мысли.
Итак, настал момент подумать о своей свободе.
На виртуалке лоцмана, отреагировав на мысль-запрос, высветилась
схема расположения комнат номера Амсадди и, соответственно, — все выходы.
Фисто Пиллет, начальник смены службы безопасности отеля, скучающе
рассматривал вид вестибюля гостиницы, поданный с разных точек обзора с помощью
многочисленных камер наблюдения на мониторы в комнату дежурной охраны.
Убери
все эти стойки, диванчики, креслица и напольные вазы, — думалось ему, — и
места бы хватило на хороший стадион
. И на кой черт занимать такие площади,
когда каждый квадратный метр в этом районе стоит почти его годового заработка?
И не сказать, чтобы заработок был уж так мал, просто сам отель, построенный еще
восемьдесят лет назад, представлял собой грандиозное сооружение, со всеми
службами занимавшее почти половину этого района. Одних только технических и
вспомогательных служб было двенадцать: уборщики, официанты, таксисты,
психологи, тренеры для тренажерного зала... одним словом — несметное количество
персонала. И каждый стоил администрации целую кучу денег. Они ведь не просто
получали зарплату, они еще и имели право питаться в гостиничном ресторане
бесплатно, не с клиентами в общем зале, а в своем собственном, но все же.
Когда Пиллету предложили здесь работать, он обалдел от счастья, о
таком он даже и не мечтал. Первые несколько дней администратор просто водил его
по отелю, знакомя не только с расположением радиальных и стволовых коридоров,
но и со всеми службами. Сейчас же, проработав здесь больше трех лет, Пиллет был
знаком с каждым уборщиком, с каждым портье. Поначалу он даже не понимал, зачем
держать такой штат. В конце концов, всю эту нудную работу способны выполнить
роботы, а портье за стойкой вполне мог заменить гостиничный ИскИн. Но чем
больше он наблюдал за посетителями, тем сильнее в нем крепло убеждение, что
хозяин отеля — не просто умный человек, а, можно сказать, гениальный. В
гостинице имелись не только шикарные и сверхшикарные номера — из тех, где
поселяют особо важных гостей, но и среднего сервиса и комфорта, а некоторые — и
вовсе скромные. Поэтому даже человек с достатком ниже среднего мог позволить
себе несколько дней пожить в гостинице, не слишком опустошая собственный
банкос. Зато потом с какой гордостью он мог небрежно заметить в разговоре: да
вот, мол, пожил пару недель в
Уттане
... и кто там станет разбираться, в каком
номере ты жил. Но персонал! Держали здесь только профессионалов, которые хоть
из кожи вон вылезут, а клиенту угодят. Поскольку клиент всегда прав. Разве не
приятно, что подает тебе тарелку не какой-нибудь там железный болван, а
настоящий человек, и при этом он улыбается тебе и униженно кланяется. И если ты
работаешь мелким клерком в какой-нибудь заштатной конторке, а твоя судьба и
судьба твоих детей всецело зависят только от нрава твоего начальника, то
вдвойне приятно почувствовать себя хозяином положения хотя бы на две недельки.
Пиллет хмыкнул. Этого он никогда не понимал и никогда не поймет.
Мечты слабых духом, которым требуется утвердиться за чей-нибудь счет. Ему этого
не нужно. Но большинство посетителей отеля обладали такими суммами, какие ему и
не снились. Их окружала роскошь во всем, от акустического душа до мощной
инфосети и ГТ-транслятора, услуги которого оплачивались отдельным счетом.
Когда он познакомился с Сувари, она его как-то спросила, не завидует
ли он тем, кто может позволить себе месяцами жить в такой роскоши? Пиллет
только скорчил физиономию и передернул плечами. Нет, не завидует. Ни в малейшей
степени. Чужое никогда его не привлекало. Иногда он даже начинал думать, что со
своей скромной зарплатой и пенсией бывшего космического десантника гораздо
счастливее, чем многие из тех, кто проворачивает многомиллиардные сделки и не
спит по ночам, боясь банкротства. За несколько лет работы в отеле он наблюдал
многое. Но именно в этом и заключались обязанности дежурного секьюрити. А
обязанности свои он привык исполнять добросовестно.
В вестибюле, как всегда, не происходило ничего примечательного. Одна
рутина. Правда, пару минут назад в ресторан прошли две женщины-бикаэлки, и на
одну из них, помоложе, непривычно светловолосую для этого народа, он даже
засмотрелся, любуясь ее ладно сложенным телом.
Обводы
— будь здоров. С такой
бы он не отказался покувыркаться в постели пару часиков. Но, увы, судя по тому,
как светловолосая красавица повсюду следует за своей более старшей
соотечественницей — строго сзади на определенной дистанции, — она наверняка
приходилась той ученицей. Как у них это там называется? Суйда? Да, кажется,
так. Бикаэлки — народ суровый, обратить на себя их внимание, если ты инородец,
— дело почти безнадежное.
Фисто поерзал в кресле, ощущая прикосновение к коже экзоскелета
защитных доспехов. Шлем с распахнутым забралом лежал рядом, на консоли
управления дежурки. Если потребуется, ему хватит трех секунд, чтобы надеть его
и подключить. Оружие в боевой готовности уже висело на поясе — на случай, если
произойдет что-нибудь из ряда вон. Но никогда ничего не происходило. Лардована,
наравне с Новой-2, — одна из самых безопасных планет во всей Федерации. Даром,
что ли, сюда устремляются самые богатые люди Галактики?
Он скосил взгляд на виртуалку своего лоцмана. Дежурство
заканчивалось. Через двадцать минут его сменят, и он отправится домой.
Непыльная работенка, если учесть оплату. Ни стычек, ни драк, даже скандалы и то
случаются крайне редко.
Пиллет достал банку сайского безалкогольного пива, вскрыл
герметичную упаковку. Пенный напиток радостно пшикнул в воздух, обдавая нос
фонтанчиком мельчайших, почти пылевидных брызг. Фисто с удовольствием потянул
носом, предвкушая наслаждение.
А вообще, если честно, после службы в космическом десанте такая
работа кажется верхом скукотищи. Из памяти еще не выветрились воспоминания, как
они захватывали один из малых линейных кораблей республиканцев. В их отряде
тогда было двадцать шесть человек, и командовал этим отрядом капитан Ингра Рут
— непререкаемый авторитет для всего личного состава по части боевого опыта и
профессиональной подготовки. Из всей команды тогда погибло всего трое, да и то
только потому, что оказались не слишком сообразительными. Впрочем, чего жалеть
— естественный отбор, как говорится. В таком деле никогда не знаешь, чего ждать
от противника. А если уж ты способен предугадывать его действия хотя бы на ход
вперед — то цены тебе нет. Ингра Рут умел. Досадно, но после него ни одного
такого командира у Пиллета не было.
Фисто хлебнул пива, машинально обратив внимание, как портье в
вестибюле натянул на лицо дежурную улыбку, стоило только одному из посетителей
отеля приблизиться к нему. Вот уж чего бывший десантник никогда не умел, так
это вовремя улыбнуться, вовремя сказать комплимент, подмазать, что называется.
Когда сидишь с группой в десантном боте при абордаже и представления не имеешь,
что тебя ждет на вражеском корабле, многое зависит от твоих навыков, смекалки и
приказов командира, а улыбки там расточать ни к чему. Да и с нынешней работой
вежливо скалить зубы не требовалось...
Последнее время перед рапортом об отставке капитан Ингра стал сам не
свой. Что-то мучило его изнутри. Он словно бы состарился раньше времени,
широкие плечи согнулись, он ссутулился и ходил, как старик. Никто не знал, что
случилось, ни тогда, ни потом. От услуг психоаналитика он отказался наотрез, а
о психокоррекции даже запретил заикаться.
Пиллет сделал еще один глоток, газ ударил в нос, мужчина
поперхнулся, закашлялся, на глазах выступили слезы... После отставки капитана
почти половина отряда последовала его примеру, лишившись почетной пенсии.
^Казалось бы, что тут такого? Один капитан уволился, прислали другого на
замену. Но людей не обманешь. Ингра был для своих бойцов не просто командиром,
а чем-то вроде талисмана. Ни в одной из абордажных групп не было так мало
потерь, как в отряде капитана.
Пиллет дотянулся до сервис-блока, вытянул салфетку, вытер залитый
пивом подбородок. Он-то сам в отставку не подал. Так и доработал до пенсии.
Двое их из отряда тогда остались — он и еще Каста Лао, с Новы-4. Тому эта
пенсия — как свет в окошке. У них там, на этой аграрной планетке, ничего, кроме
кормовых полей сутги, не увидишь. Со скуки сдохнуть можно.
Увидев на мониторах замеченных ранее бикаэлок, Пиллет отставил
баночку с пивом и с интересом присмотрелся. Их компания увеличилась на двоих,
теперь следом за светловолосой шел парень — плюгавый и узкоплечий. Явно из
приличной семьи, лардованец, маменькин любимчик — костюмчик что надо.
Образование небось получил самое лучшее и всякое такое. Пиллет презрительно
скривил тонкие губы, пересеченные белым зигзагом шрама. Такие не станут служить
во флоте, такие за свою жизнь если и видели какие трудности, то только с
девочками в постели. Парень шел, опустив голову и сомкнув руки за спиной. Никто
его на мушке или в наручниках не держал, явно придурялся. Пиллет хмыкнул.
...Закладка в соц.сетях
