Жанр: Научная фантастика
Выбор альтернатора
...ностью вышел. Пришлось поить им тебя всю
неделю.
- Что за настой? - потребовал я пояснений. - И почему неделю?
- Неделю, - притворно вздохнул он, - потому что именно столько потребовал старый
Уэлч на залечивание твоих ран. А настой... Короче, моего изготовления. Обычно служит он
другим целям, но вот и тебе пригодился. Не знаю, слышал ли ты о дивных цветах, растущих
далеко на запад от Лоренгарда? Они настолько редкие, что стоят поистине безумных денег!
- Нет, не слышал, - зевнул я. - И что за цветы?
- О! - восхитился алхимик. - Один их запах заставляет погружаться в сон, а настой
полностью освобождает от кошмаров, боли и мрачных воспоминаний! Аромат опия...
- Ты что?! - перебил я. - В наркоманы решил меня записать?
- Почему?! - поразился он. - Это не наркотик!
- Если опий приносит удовольствие, значит, наркотик! - философски изрек я. -
Травить себя против своей воли никому не позволю!
- Ну, знаешь, - оскорбился Эрик, - для тебя же старался! В долги залез, чтобы ты от
боли не окочурился прямо у меня на полу!
- Ладно, - согласился я равнодушно, - спасибо.
Эрик разлил вино по кружкам. Отпив, я почувствовал, что хмелею, и приналег на мясо с
хлебом.
- Продолжай, - кивнул я.
- А чего продолжать-то? - пожал он плечами. - Ты вломился ко мне едва живой под
утро. Я кое-как перевязал тебе руку и спину, а к глазу притронуться не смог - омерзительное
зрелище! Представь себе: веко разорвано, кровь вперемешку с какой-то слизью...
- Эрик, ты все-таки о моем любимом глазе говоришь! Уж как-нибудь помягче! - не
выдержал я. - И вообще, поменьше описаний! Расскажи в общих чертах, что случилось за эту
гребаную неделю!
- Я и рассказываю! - оскорбился он. - Когда твоя туша, несмотря на все усилия,
издыхала у меня в квартире, забрызгав кровью мою лучшую мебель...
- Эрик, прости, что перебиваю, но почему ты постоянно твердишь о грустном? И что ты
имеешь в виду под словами "твоя лучшая мебель"? - ехидно поинтересовался я. - По-моему,
ты действовал как честный человек, за что и получил мою искреннюю благодарность.
Рассказывай дальше, в конце-то концов!
- Хорошо, - угрюмо кивнул он. - Утром я выскочил на улицу и схватил первого
попавшегося стража - он. кстати, едва меня не заколол, решив, что я на него нападаю! В
госпиталь страж идти отказался, но я уговорил его оттащить тебя в твою квартиру. Там уже
Перри приказал ему немедленно шпарить в госпиталь. Приехал Уэлч, обругал меня как
последнего школяра: я, видите ли, плохо наложил повязки - словно это моя обязанность! С тех
пор неделю торчу здесь вместе с Троем, который достал своей честностью и занудством!..
Знаешь, какие я понес убытки?!
- Догадываюсь... Буду счастлив все тебе возместить! Разумеется, как только ты сдашь
декларацию о доходах. Какое это, наверное, счастье - сгореть на костре с полными карманами
золота!.. Ну что, продолжим о твоих убытках?
Я нахально оскалился, глядя в его забегавшие глазки.
- Впрочем, сначала о моих потерях: меч и кошель с золотом, - припомнил я, - где?
- Меч спрятала Велия, куда - не знаю, - честно ответил Эрик.
Я откусил хлеба, плеснул в кружку немного вина и неспешно запил.
Прошло пару минут. Я терпеливо молчал. Алхимик словно обо мне забыл,
сосредоточенно изучая свои ногти.
- Эрик, я жду.
- Чего? - вскинулся он.
- Когда ты наконец ответишь на вторую часть моего вопроса.
- Ты про золото, что ли?! - типа догадался он. - Вот оно! Хранил как зеницу ока,
чтобы ничего не пропало!
Вытащив из кармана объемный кошель, он, не скрывая огорчения, небрежно швырнул его
в меня. Поймав мешочек, я недоверчиво взвесил его в руке.
- Пересчитать? - нагло спросил я.
- Второй раз твою жизнь спас, а благодарности от тебя - ни на грош! Неужели ты
думаешь, что я способен залезть в чужой кошель?! - оскорбленно вскричал Эрик.
Безусловно, я ему не поверил - не настолько наивен.
- Эрик, когда речь идет о золоте, я становлюсь настоящим сквалыгой. Ежели обнаружу
недостачу, отрублю тебе ноги даже под воздействием твоего умиротворяющего настоя!
Он обозвал меня неблагодарной свиньей и вернул еще пять монет.
- Благодарность, выраженная в золоте, это извращение! - изрек я, высыпая все свои
кругляши на пол. Пересчитав монеты, молча щелкнул пальцами.
Эрик тяжело вздохнул и бросил мне три недостающих.
- А теперь я спрошу: как мой драгоценный костяной нож оказался у тебя? - агрессивно
поинтересовался он.
- Ты мне его подарил, - спокойно отрезал я.
- Что?! - захлебнулся он от возмущения. - Не было такого и быть не могло!
- Как не могло? - вспылил я. - Ладно, пусть этого не было. Но если бы я попросил
тебя сделать мне подарок, ты бы, конечно, не отказал! Скажи просто - да или нет?
- Ты - скотина! - заявил он, не найдя отмазки.
- Знаю, - согласился я. - Мне много раз это говорили.
Уложив монеты обратно в кошель и тщательно завязав шнурок, я швырнул мешок Эрику:
- Это была награда за мою голову. Ты ее честно заслужил! Мне даже тратить эти деньги
было бы противно!
Алхимик засиял и быстро спрятал кошель в карман, справедливо опасаясь, что я могу
изменить свое решение.
Дверь отворилась, и в квартиру ввалился Перри.
- Убирайся! - скомандовал он алхимику.
Тот хмыкнул и стремительно исчез, довольный долгожданным освобождением.
- Зачем так резко? - поинтересовался я.
Перри презрительно скривился и плюнул в захлопнувшуюся дверь.
- Ты даже представить не можешь, как мне осточертело целую неделю лицезреть этого
типа! - буркнул он. - И чего только ты с ним связался?
- Для разнообразия, - честно ответил я, почти не кривя душой. - А зачем ты заставил
его торчать здесь все это время?!
- А кто бы еще поил тебя зельем? Уэлч занят в госпитале. Трой в одиночку
присматривать за тобой отказался. Вот и пришлось этого психа круглосуточной сиделкой
сделать... Теперь к делу. С кем ты сцепился?
- С голыми уродами.
- С кем?
- По-моему, это были оборотни, Перри. В количестве двух штук. Один - большой,
другой гораздо омерзительнее!
Перри недоверчиво скривился, относя оборотней целиком на счет моего воображения.
- Перри, я серьезно. Это на самом деле были оборотни, а не ходячие галлюцинации.
- Тебе - верю, - подумав, кивнул он. - Будешь искать их хозяина?
На идиотский вопрос должно отвечать не менее идиотски - это я понял еще в начальной
стадии общения со своим начальством.
- Конечно нет! Я его полностью простил и теперь буду, как подобает настоящему
пацифисту, мирно ждать, пока он сам не придет и не попросит прощения! - возмутился я,
осторожно поправляя повязку.
Перри довольно оскалился и вытащил запечатанную бутылку вина.
- Я так и думал, - туманно промолвил он, отбивая горлышко мечом. - Мы тебе
поможем, но надо уложиться в три недели. Наместник ждать не будет.
- А он-то здесь при чем? - удивился я. - Неужели радеет о моем здоровье? Тогда
почему конкретный срок?
Перри негромко хохотнул, заставив пару мелких кусочков штукатурки свалиться с
потолка. Вытащив пальцем мусор из кружки, я выжидательно уставился на него.
- Наместнику до тебя такое же дело, как до последнего голоштанника в Лоренгарде! -
весело пояснил он. - Это было бы чудом, если бы он о тебе просто слышал.
- Спасибо, Перри, - цедя вино, равнодушно произнес я. - Особенно за лестное для
меня сравнение.
- Извини, - мирно улыбнулся он, - но наместнику действительно нет до нас никакого
дела. Ему хватает своих забот: заговоры, покушения, внешняя и внутренняя политика... Я по
молодости едва смог перевестись из дворцовой стражи, не выдержав повсеместного
словоблудия!
- Перри, - небрежно зевнул я, - когда-нибудь обязательно расскажи мне всю
печальную историю твоей безрадостной и, не сомневаюсь, богатой пошлыми историями жизни.
Скажем, через ближайшие восемь-девять лет, не раньше. А сейчас просто ответь: почему
именно три недели? Я ведь мучаюсь, и пока это происходит, твой проклятый таран вполне
может улететь в окно по запчастям.
- Через три недели армия выступает, - потянулся он с довольным видом. - Если
тронешь таран, отрублю тебе обе руки!
- Уже тронул, - отмахнулся я, - едва ноги не переломал... Куда выступает армия?
Перри вытаращился на меня:
- На Солонар, естественно! Ты что. забыл?
Вот это была новость! Я ведь действительно начал забывать о цели своего пребывания в
Лоренгарде!.. Три недели, плюс время на поход, плюс пару дней на всякий случай - вполне
могу через месяцок покинуть этот странный, если не сказать дебильный, мир и вернуться к
привычной жизни... Хм, радоваться этому или как?
Поход - дело хорошее! Особенно если подкрепить его полезными навыками по
изготовлению взрывчатых веществ...
Пришлось залезть в глубокие алкогольно-наркотические дебри, дабы вспомнить кое-какой
бред, заученный в далеком и безмятежном детстве. Затем наступило время хорошенько
потрясти местных алхимиков, чтобы приобрести требуемые ингредиенты и оборудование. Зато
через три дня, стоивших мне парочки второй и одного третьей степени ожогов, а также кучи
невосстанавливающихся нервных клеток, я стал обладателем десятка неказистых, но вполне
приличных буровых шашек. С детонаторами и запалами, конечно, тоже пришлось повозиться,
однако и эти проблемки я мужественно преодолел.
Испытать свое творение я не решился. По моим расчетам, учитывавшим грубую
приблизительность пропорций и мое невежество в химии, все равно теоретически получалось,
что уж если не мощный взрыв, то хотя бы некоторое количество дыма будет обязательно.
За две недели мы не продвинулись в поисках ни на йоту. Оборотни по-прежнему нападали
в трущобах на одиноких прохожих, действуя в основном по ночам. Хотя несколько нападений
имели место и днем. Излишне говорить, что в плен ни одной твари взять никому не удавалось.
Я свыкся со своим ополовиненным зрением и не очень уж горел желанием поквитаться с
хозяином долбаных мутантов. Нет, конечно же план мести не претерпел существенных
изменений: я по-прежнему был твердо настроен лично лишить зрения этого человека как
минимум на сто процентов, предположительно с использованием раскаленного железа. В конце
концов, вендетта - это святое!.. С другой стороны, мне открылся сокровенный смысл некоего
тезиса, утверждающего, что человек, не дорожащий собственной жизнью, становится
социально опасным! Иначе говоря, сознание возвышенной заботы о благе общества, в рядах
которого меня угораздило застрять, несколько остужало мой пыл...
- Оглох?! - Несильный удар в плечо вывел меня из прострации.
- Чего тебе? - переспросил я, поворачиваясь к Велии.
- Спрашиваю - ты не оглох? - раздраженно повторила она.
- Вообще-то нет, судя по тому, что отвечаю на твой довольно странный вопрос. Ты
волнуешься о моем здоровье?
Велия сощурила роскошные фиалковые глаза и указала ими вверх.
- Если посмотришь на восьмое окно слева тринадцатого этажа этого дома, то увидишь
человека, собирающегося спрыгнуть.
Я посмотрел: действительно, какой-то дурак намеревался совершить свой первый и
единственный полет.
- Ну и хрен с ним, - небрежно пожал я плечами. - Какое нам до него дело?
- Поднимись и исполни свой долг! - нежно улыбаясь, посоветовала Велия.
- Да он и так оттуда уберется! И совсем не важно, в какую сторону. Чего зазря ноги
мозолить?! - возмутился я.
- Не забывай: я - старшина, а ты... - Велия смерила меня уничижительным взглядом.
- Одолжи арбалет на минутку, - поморщившись, буркнул я.
Она добродушно оскалилась и коварно изрекла:
- Не дождешься! Поднимись и уговори его не прыгать. Это приказ. Хорошо понял?
Я покорно склонил голову:
- Разумеется... Только ты - старшина городской стражи, а я все-таки числюсь в первом
отряде Лоренгарда. И твои приказы, старшина Стиллберд, мне абсолютно параллельны...
Арбалет дашь?
Велия раздраженно пнула меня острым носком сапога в голень, обозвала скотиной и
отстегнула от пояса небольшую пятизарядную игрушку, стреляющую короткими толстыми
стальными шипами на довольно внушительное расстояние.
- Спасибо, - вежливо кивнул я, - и не больно совсем. Вот у меня дома гриндера
остались - в них действительно один удар приравнивается к двум переломам! В юности,
бывало, вставлю в них белые шнурки и иду на рынок одежду покупать. Скидка не менее
пятидесяти процентов обеспечена!
- Интересно, если отрезать тебе язык, сможешь ты и дальше трепаться? - прервала она
мои светлые воспоминания.
- Не вздумай проверять! - Я на всякий случай отодвинулся от нее. - Смотри, как
работают настоящие профи!
Опустившись для удобства на одно колено, тщательно прицелился и плавно нажал на
спусковой крючок. Стрела просвистела у самого уха резко прекратившего орать прыгуна.
Поднявшись на ноги, я навел на него арбалет и властно прокричал:
- Если сейчас же не прыгнешь сам, следующая стрела застрянет у тебя в колене! Это
очень больно!
Как и предполагалось, истерик мигом исчез из окна, очевидно решив перенести акт
суицида на более благоприятное время..
- Стрелу брось обратно! Не то поднимусь, и для тебя это добром не кончится! -
добавил я из подлости.
Через пару секунд стрела упала на камни. Вставив ее на место, вернул арбалет владелице.
- Вот видишь, - поучительно изрек я, - как полезно использовать не ноги, а голову!
Исключительно благодаря моему могучему разуму в несколько секунд укреплена репутация
стражи и спасена невинная душа! Учись, старшина!
Велия презрительно покосилась на меня и невинно уточнила:
- За последние дни это первый, кто не решился сверзиться на мостовую!
- Ну, с кем не бывает! - отмахнулся я. - К тому же говорил, говорю и буду говорить:
суицид - дело глубоко личное! Например, мне бы очень не понравилось, если бы меня
бесцеремонно оторвали от столь ответственного занятия!
- Почему ты не можешь быть, как все? - туманно осведомилась она.
- Как все? - призадумался я. - Кто это - все?
- Ну, - она развела руками, определяясь, - те, кто нас окружает.
Я огляделся: вокруг, как всегда, шнырял обычный сброд.
- Ты знаешь каждого из них?! Она побледнела от гнева:
- Издеваешься?!
Я прекрасно понимал, что несколько переигрываю, но маленький подлый человечек,
живущий глубоко во мне, упорно не желал останавливаться.
- Тупая, не имеющая собственного мнения толпа самовлюбленных дебилов - вот твои
"все"! Отсюда безрадостный вывод: все - это никто. А я - личность!
- Ты - трепло! - подкорректировала Велия.
- Пусть так, - индифферентно зевнул я. - Но если твои абстрактные "все" станут
нырять в кипящий битум, не собираюсь следовать за ними!
- Знаешь, - хрустнула она пальцами, - совершенно необязательно отрезать тебе язык,
чтобы ты заткнулся. Есть и более мирные способы.
- Э-эй! - вполне серьезно перепугался я. - Шуток не понимаешь?!
Причины для беспокойства имелись основательные. Как-то меня угораздило похабно
постебаться по. поводу одного открывшегося "кошкиного дома". Велия, разгневавшись,
шепнула несколько непонятных слов, после чего я несколько дней молился всем известным мне
богам, чтобы похотливая часть моего тела смогла функционировать! К счастью, заклинание
рассеялось менее чем за неделю. И все равно ужасов, отчаяния и ночных кошмаров хватило с
избытком!..
Небо закрылось серыми плотными тучами, и на мгновение полыхнуло красным. Я
тряхнул головой, не поняв, что произошло.
- Видел?! - взволнованно спросила Велия.
- Что?
- Небо было красным! - Она взбудораженно схватила меня за грудки.
- Нуда... - промямлил я, не понимая причину столь сильного волнения.
Велия с силой вонзила мне в бок острый локоток и подхватила сзади под мышки.
- Эй, ты чего?! - завопил я, чувствуя, как земля стремительно уходит из-под ног. -
Отпусти сейчас же!
Она ослабила хватку. Я с ужасом глянул на простиравшуюся внизу землю. Сердце с
гулким стуком провалилось в желудок. Пришлось экстренно пересмотреть свое решение:
- Нет-нет, держи крепче, а то уронишь еще!.. Какого хрена...
- Да заткнешься ты когда-нибудь?! - раздраженно прошипела Велия, ударяя меня по
затылку.
"Никогда!" - хотел провопить я, но не смог.
Из горла не вырвалось ни звука, как я ни старался. Мой дивный, немного хриплый, вечно
чуточку простуженный голос, без которого я не мыслил себя, покинул меня в одно мгновение.
Глянув на мелькавшие под нами крыши домов, я ощутил надвигающийся приступ
истерии, тошноту и крепко зажмурил глаз. Ледяной ветер пронизывал до последней косточки...
Брови стремительно обрастали льдом... Лоб горел огнем... О том, что мои окоченевшие
пальцы могут отцепиться от пояса Велии, за который я в отчаянии ухватился, равно как и о том,
что она, в свою очередь, может меня банально не удержать, старался не думать. Правда,
получалось это крайне плохо - мысль о смерти упорно сверлила оледеневший от ужаса мозг.
Внезапно давление стремительно возросло. Мои внутренности остались где-то далеко
позади. Ветер буквально рвал грудь.
Открыв глаз, я оцепенел и больше не мог его закрыть, мрачно наблюдая
приближающуюся смерть. И чего только моряки так радуются, завидев землю?! У меня
почему-то она никакого восторга не вызвала.
Не снижая бешеной скорости, Велия, радостно смеясь, устремилась вниз. Не долетев
совсем чуть-чуть до земли, по крутой дуге взмыла вверх, выпустив меня. С грацией
беременного бегемота я, немного пролетев по инерции, приземлился на промерзшую землю. Из
парализованного горла не вырвалось ни единого стона...
Придя в себя после экстрима, я еле-еле поднялся на ноги. Рядом весьма искусно
приземлилась Велия. Подскочил к ней, беззвучно, зато довольно агрессивно матерясь. Я
указывал обеими руками на горло, надеясь столь прозрачным намеком донести до нее мысль о
возвращении мне голоса.
- Знаешь, - ласково улыбнулась она, - ты так гораздо лучше слушаешься.
Брызгая слюной, я выдал что-то уж совсем неприличное, и Велия недовольно
сморщилась.
- Чтобы я еще слушала твои пошлости, отвратительный человек! - вскинулась она,
поводя плечиками. - Нет! Помолчи с недельку - может, и научишься вежливости!
Я натурально побледнел. Вознеся руки к угрюмому небу, попытался объяснить, что уже
стал вежливым и ругаться больше не буду.
- Если обманешь, сам понимаешь, я очень расстроюсь! - предупредила Велия.
Я замотал головой, состроив гримасу чрезвычайного раскаяния. Велия что-то произнесла
- и мое горло ожило!
Тщательно откашлявшись, я прикусил губу, чтобы ненароком не выругаться, и посмотрел
на довольную экзекуторшу.
- Велия, - как можно спокойнее сказал я, - если мне еще раз предложат пойти с тобой
в патруль, лучше сразу соглашусь на растерзание чешуйчатым мутнокрылом. Он гораздо
милосерднее тебя!.. Заметь, - поспешно-панически ткнул я пальцем в небо, узрев, что Велия
недовольно поморщилась, - никакой ругани с моей стороны!.. Слушай, какого лешего ты меня
сюда затащила?
Я осмотрелся по сторонам. Впереди маячил неясный силуэт замка.
- Где мы, Велия?
- Ты что? - удивилась она. - Не видел, куда мы летели?!
- Зажмурился, - честно признался я. - Не нравятся мне такие приключения.
- Правда? - не поверила Велия. - Но ведь летать - это так здорово!
В ее глазах блеснул детский восторг. Но я его не разделил:
- Ага, круто! Особенно приземляться мордой в грязь!
- Ну, прости, - примирительно улыбнулась она, глядя мне в глаз. - Я же не думала,
что все так получится!
От такой наглой лжи даже не сразу придумал, что ответить!
- Конечно, кому какое дело до моих сломанных ребер в результате твоего спасения нас
из Чистилища! - мстительно припомнил я.
Велия недовольно отвернулась.
- Так и будешь ныть? - поинтересовалась она.
- Нет... - Я обошел Велию и нахально уставился ей в переносицу. - Как гордый и
независимый мужчина, великодушно тебя прощаю... Где мы и что нам здесь нужно?
- Мы возле дворца наместника, - пояснила она, показав на мелькающие огни
факелов. - Пойдем к ним.
- А зачем мы здесь, конечно, ты не расскажешь? - выдвинул я предположение.
- Ага, - весело кивнула она, - не расскажу. А то смоешься со страху.
- Неужели кто-то сомневается в моей безудержной храбрости? - печально вздохнул я,
следуя за ней по пятам.
- В твоей чего? - переспросила Велия, притворяясь, что не расслышала.
- Игнорирую твои оскорбления! - мрачно заявил я, едва не поскользнувшись на куче
заледеневших нечистот. - Надо же, и во дворце наместника дерьмо на дорогах валяется!
- Это не дорога, - уточнила Велия, - а парк, в котором выгуливают дворцовую
псарню.
- Какое утешение! - буркнул я, вьггирая подошву.
Мы приблизились к стражам, сосредоточенно изучавшим окруженный зеленоватым
мерцанием замок. Был здесь и Перри, как оказалось. Подойдя к нему слева, я осторожно
постучал по его правому плечу. Но он не купился и сразу обернулся ко мне.
- Быстро добрались, - кивнул он. - Как вам это удалось?
- Карма у меня такая, - съязвил я, не желая вдаваться в подробности нашего полета. -
А что здесь происходит?
- Никто не знает, - пожал он плечами. - Но что-то крайне серьезное, иначе нас бы не
вызвали.
К нам присоединялись прибывающие стражи, тихо переговаривавшиеся между собой.
Вокруг уже собралась порядочная толпа тунеядцев.
- Перри, хоть намекни, зачем мы тут торчим?! - взмолился я, сгорая от любопытства.
- Дворцовые маги подали знак, что дворцу грозит серьезная опасность, - туманно
пояснил он, - Первый отряд Лоренгарда и отдельные части городской стражи обязаны
являться на их зов незамедлительно.
Единственный закон, который я признаю и полностью разделяю, это закон Генри: С = kp
(кто учил химию, тот меня поймет). А тут - какие-то маги!..
- Так, а что могло случиться во дворце? - не отставал я.
- Что угодно, - поморщился Перри. - Пока ничего не известно. Сам видишь, вокруг
дворца сильная охранная магия, никто не может туда проникнуть.
- И что, будем тупо торчать на подходах, ничего не предпринимая? - поинтересовался я
желчно.
- Да, - подтвердил он.
- Глупо.
- Да.
- Идиотично.
- Да.
- Просто полная и откровенная ху...
- Кажется, я еще не говорил, - перебил Перри, - что подобные выражения могут
привести тебя на костер?
- А где же гласность? - осведомился я, прикусив язык: сцены сжигания еретиков
лицезреть уже доводилось.
- Нигде, - прямо ответил старшина.
Я умолк и принялся мерить шагами землю. Минут через пять мне это порядком
наскучило.
- Перри, я замерз и хочу есть!
- Ты можешь думать о чем-нибудь, помимо своей ненасытной утробы? - презрительно
фыркнула Велия.
- Когда голоден, нет! - проворчал я, нарочито затягивая пояс потуже. - Кстати, если
не ошибаюсь, к нам приближается его преосвященство капитан стражи с какими-то
подозрительными личностями.
Перри взглянул и удовлетворенно кивнул.
- Дело, похоже, действительно предстоит нешуточное! - довольно осклабился он. -
Капитаны всех районов и верховный маг крепости... Чувствую, сегодня юнцы пройдут боевое
крещение!
- Слушай, - вспылил я, принимая его слова на свой счет, - а чего ты радуешься-то?!
Надеешься, что мне там второй глаз выколют, да? Сволочь ты последняя, Перри, после этого!
Командная группа подошла и принялась осматривать окрестности. Тощий, долговязый,
одетый в мятый серый балахон, покрытый подозрительными пятнами, маг не внушал никакого
доверия, более того, с первой секунды вызвал у меня антипатию. Трое капитанов имели вид
наипоследних штабных крыс, способных лишь презрительно брюзжать и падать в обморок при
виде английской булавки. Уважение вызывали лишь два закаленных в боях ветерана в
приличном возрасте.
- Перри, - подозвал старшину капитан нашего района.
Тот кивнул и направился к ним. Я скромно пристроился сзади.
- Тебя тоже зовут Перри? - недовольно скривился незнакомый капитан, разодетый, как
придворная фрейлина.
- Мое детское прозвище, - нахально подтвердил я.
- Разговор тебя не касается, - презрительно поморщился он, раздраженный моей
неучтивостью.
- Почему? - прищурив глаз, поинтересовался я.
Искренне ненавижу подобный тип людей! Для них единственной боевой травмой может
стать могучий геморрой. При разговоре с ними совершенно забываю о собственной шкуре!.. К
счастью, Велия была начеку и бесцеремонно оттащила меня за шиворот.
- Ты чего? - зло прошипела она.
- Просто бесят такие подонки! Твари бесхребетные!.. Да отпусти, в самом деле,
задохнусь же!
Велия освободила мой воротник, но руку держала наготове, чем несколько нервировала.
- Стоят, гады, молчат... Фигню всякую про меня думают! - проворчал я, растирая
горло.
Велия, не сдержавшись, хмыкнула.
- Сам виноват! - прокомментировала она.
Благоразумно отодвинувшись в сторону, я сменил тему:
- Скажи, пожалуйста, чего вдруг твои волосы стали розовыми? Целый день хочу это
узнать!
- Тебе что, не нравится? - обиженно спросила она.
Я смутился и уставился в землю. Никогда не понимал тонкостей ранимой женской души.
- Да нет, - промямлил я, старательно вырисовывая носком башмака равнобедренный
треугольник, - нравится. Просто давно такого не видел...
Я вспомнил свой недельный отпуск в Токио и печально вздохнул.
Возвратившийся Перри спас меня от дальнейших мучений.
- Никакой определенности, - сказал он, - что во дворце... В тюрьме - мятеж. Вести
оттуда не поступают уже более трех часов. Заключенные могут пробраться во дворец через
старые катакомбы... Есть и хорошие новости.
Тон, которым он сказал последнюю фразу, не сулил ничего радостного.
- Можно угадать? - спросил я. - Нас бросают на подавление бунта!
- Точно, - кивнул он, - и не только. Через катакомбы мы должны проникнуть во
дворец, зачистив их по пути от всех, кто попадется на глаза. Разумеется, идем втроем. Больше
об этом никому знать не следует.
- Чего же тут хорошего? - справился я. - Нас предварительно утешит психиатр?
- Струсил? - злорадно ухмыльнулась Велия.
- Вспомнил о благоразумии! - отпарировал я. - Ну что, в дорогу?
Мы подошли к высоченным стенам городской тюрьмы. Я угрюмо покосился на
небольшую железную дверь, недвусмысленно отрицающую даже крохотную надежду на
возможность ее выбить. Вокруг не было ни души.
- Как же мы войдем? - поинтересовался я.
Перри легонько толкнул дверь, и она отворилась.
- Заходить никому не возбраняется, - пояснил он.
- А ежели кто-то воз
...Закладка в соц.сетях
