Лавина

страница №31

...се последующие
монотеистические религии,
которые мусульмане так точно назвали религиями Книги, в той или иной степени
впитали идеи второзаконников. К
примеру, в Коране раз за разом указывается, что он есть воспроизведение, точная
копия книги на Небесах. Естественно,
всякий, кто в это верит, не посмеет как-либо изменить текст! Подобные идеи
оказались настолько эффективны для
предотвращения распространения Ашеры, что в конечном итоге каждый квадратный
дюйм территории, на которой некогда
процветал культ Ашеры - от Индии до Испании, - оказался под пятой ислама,
христианства или иудаизма.
Но вследствие латентности - виткам вокруг мозгового столба тех, кого она
заразила, а потом передавалась из
поколения в поколение, - Ашера всегда находит способы выйти на поверхность. В
случае иудаизма это произошло в форме
фарисейства. Фарисеи навязали иудеям жесточайшую юридическую теократию. Учитывая
жесткую приверженность
исполнению законов, хранящихся в храме, и администрацию, состоящую из жрецов,
наделенных гражданской властью, их
теократия весьма напоминала старую шумерскую систему и была столь же удушающей.
Пастырство Иисуса Христа стало попыткой высвободить иудаизм из этих
тисков, чем-то вроде отголоска акции
Энки. Евангелие Христа было новым нам-шуб, попыткой вывести религию из храма и
из-под власти жрецов и принести
Царство Божие всем. Это послание четко изложено во всех проповедях Христа, оно
же символически воплощено в пустой
гробнице. После распятия апостолы отправились к гробнице в надежде отыскать
тело, но нашли пустоту. Смысл этого
эпизода был совершенно ясен: нам не следует обожествлять Христа, поскольку его
идеи самоценны, а его церковь не может
быть централизована вокруг одной личности, но должна быть распространена на
всех.
Люди, привыкшие к жесткой теократии фарисеев, не сумели воспринять идею
всенародной, неиерархической
церкви. Им потребовались папы, епископы и жрецы. И потому к Евангелиям был
добавлен миф о Воскресении. Само
послание изменилось в сторону идолопоклонства. В этой новой версии Иисус
вернулся на землю и создал церковь, которая
позднее стала церковью Восточной и Западной Римской империи, еще одной жесткой и
рациональной теократии.
Одновременно была основана Церковь Пятидесятницы. Ранние христиане
говорили на неизвестных языках. В
Библии сказано: "И изумлялись все, и говорили друг другу: что это значит?" Ну,
полагаю, я знаю ответ на этот вопрос. Это
была вспышка вируса. Ашера никуда не исчезла, а, напротив, таилась среди людей с
самой победы второзаконников. Меры
информационной гигиены, которые практиковали иудеи, успешно ее подавляли. Но в
первые годы христианства хаос был
неизбежен, и множество радикалов и свободных мыслителей отказались от старых
традиций. Это стало откатом к
прерациональной религии. Откатом к Шумеру. И вот вам, пожалуйста, все заговорили
друг с другом на Райском наречии.
Ортодоксальная христианская церковь отказалась принять глоссолалию.
Несколько столетий к ней относились
неодобрительно, пока решением Константинопольского Собора в 381 году не
подвергли порицанию и в конечном итоге
чистке. Культ глоссолалии остался на периферии христианского мира.
Церковь отчасти соглашалась узаконить ксеноглосию, если та помогала
обращать язычников, как это было в случае
святого Луиса Бертрана, обратившего в шестнадцатом веке тысячи индейцев:
скорость распространения глоссолалии по
континенту тогда, вероятно, превышала скорость распространения оспы. Но как
только индейцы были обращены, им
предлагалось заткнуться и говорить на латыни, как и всем прочим.
Реформация открыла дверь еще шире. Но всерьез пятидесятничество
стартовало только в 1900 году, когда
небольшая группа студентов библейского колледжа в Канзасе начала вдруг говорить
на неизвестных языках. Эту практику
они распространили на Техас, где она приобрела известность как Движение
Возрождения. Это движение прокатилось по
Соединенным Штатам со скоростью лесного пожара, а потом перекинулось и на
остальные континенты, достигнув в 1906
году Китая и Индии. Средства массовой информации двадцатого века, высокий
уровень грамотности и сравнительно
быстрые пассажирские перевозки служили превосходными векторами заражения. В
переполненной прихожанами молельне
Возрождения или в лагере беженца в стране "третьего мира" глоссолалия
распространялась от человека к человеку с
быстротой паники. К восьмидесятым годам число пятидесятников по всему миру
достигало десяти миллионов.

А потом в игру вступили телевидение и преподобный Уэйн, за которым стоял
огромный концерн Л. Боба Райфа.
Поведенческую модель, которую пропагандирует преподобный Уэйн в своих телешоу,
брошюрах и франшизах, можно
проследить до культов Пятидесятницы в раннем христианстве и далее, вплоть до
языческих культов глоссолалии. Культ
Ашеры жив. "Жемчужные врата преподобного Уйэна" и есть культ Ашеры.

57

- Лагос во всем разобрался. Поначалу он был сотрудником Библиотеки
Конгресса, потом перешел в ЦРК, когда та
поглотила Библиотеку. Он зарабатывал на жизнь тем, что раскапывал всякую
любопытную информацию в Библиотеке,
факты, которые никто не удосуживался раскопать, а потом структурировал их и
продавал. Как только он разобрался в
истории с Энки и Ашерой, то стал искать, кому бы ее продать, и остановился на Л.
Бобе Райфе, Властелине Частот,
владельце оптоволоконной монополии, на которого работало в то время больше
программистов, чем на кого-либо другого
на свете.
Но, что типично для неделового человека, у Лагоса был один фатальный
недостаток: ему не хватало размаха. Он
решил, что с небольшим начальным капиталом это нейролингвистическое хакерство
можно развивать как новую
технологию, которая позволила бы Л. Бобу Райфу сохранять контроль над
информацией, перешедшей в головы его
программистов. Если закрыть глаза на моральную сторону дела, не такая уж плохая
идея.
Райф же предпочитает размах. Он тут же понял, какая в этом заключена
власть. Поэтому он забрал идею нашего
приятеля Лагоса, а самому ему предложил отвалить. А затем стал засыпать церкви
Пятидесятницы огромными дотациями.
Небольшую церквушку в Бейвью, Техас, Райф превратил в университет. Из мелкого
проповедника, преподобного Уэйна
Бедфорда сделал фигуру более значительную, чем сам Папа Римский. Он запустил
сеть самостоятельных франшиз по всему
миру и использовал свой университет и студенческий городок в Метавселенной,
чтобы строгать тысячи миссионеров,
которые, разбредясь по всему "третьему миру", стали обращать людей десятками
тысяч, в точности как святой Луис
Бертран. Глоссолалический культ Л. Боба Райфа - самая успешная религия со времен
ислама. Они много талдычат об
Иисусе, но, как многие самозваные христианские церкви, помимо названия не имеют
с христианством ничего общего. Это
пострациональная религия.
Райф также хотел распространять биологический вирус как активатор и
усилитель культа, но не мог прибегнуть к
культовой проституции, ведь это слишком уж противоречит доктрине христианства.
Но одной из основных задач его
миссионеров в странах "третьего мира" было забраться в глухомань и вакцинировать
людей, а в их шприцах содержалась не
только вакцина.
Здесь, в развитых странах, все уже вакцинированы, и мы не позволяем
делать нам уколы религиозным фанатикам.
Но мы принимаем много наркотиков. Поэтому для нас Райф изобрел способ извлечь
вирус из сыворотки крови и продавать
его под видом наркотика, известного как "Лавина".
Тем временем он создал Плот как метод для транспортировки последователей
культа из обнищавших областей
Азии в Соединенные Штаты. СМИ преподносят Плот как сосредоточение тотального
хаоса, где говорят на тысячах
различных языков и где нет определенной власти или администрации. Но на деле это
не так. Плот - жестко контролируемая
организация. Все эти люди говорят друг с другом на иных языках. Да, тех самых, о
которых идет речь в истории о
Вавилонском столпотворении. Л. Боб Райф довел ксеноглосию до совершенства,
превратив ее в науку.
Он способен контролировать своих людей, так как приказал вживить им в
мозг радиоприемники, на которые
передаются инструкции - ме - прямо в мозговой столб. Если такой приемник есть у
одного человека из ста, этот человек
может функционировать как эн и распространять ме Л. Боба Райфа на всех
остальных. Они выполняют инструкции Л. Боба
Райфа, словно были для этого запрограммированы. А в настоящий момент около
миллиона его людей находятся неподалеку
от побережья Калифорнии.

У Райфа также имеется метавирус в бинарном коде, способный заражать
компьютеры или хакеров через
оптический нерв.
- Как он перевел его в бинарную форму? - спрашивает Нг.
- Думаю, он этого не делал. Я бы предположил, что он нашел его в космосе.
Райфу принадлежит крупнейшая сеть
радиообсерваторий, разбросанных по всему миру. С ее помощью он занимается вовсе
не астрономией, он просто слушает
сигналы с других планет. Разумно предположить, что одна из его тарелок поймала
метавирус.
- Почему разумно?
- Метавирус повсюду. Везде, где существует жизнь, существует и метавирус,
размножающийся посредством ее.
Изначально он распространялся на кометах. Вот как, по всей видимости, появилась
жизнь на Земле, и вот как, вероятно, к
нам попал и метавирус. Но кометы движутся медленно, а радиоволны быстро. В
двоичной форме вирус может
перемещаться по Вселенной со скоростью света. Заразив цивилизованную планету, он
проникает в ее компьютеры,
размножается, и рано или поздно его передают дальше по телевидению, радио, чему
угодно. Эти передачи не
останавливаются у границы атмосферы, они уходят в космос, где продолжают
двигаться вечно. Если они наталкиваются на
еще одну цивилизацию, где люди слушают звезды, наподобие Л. Боба Райфа, то
заражают и эту планету. Думаю, таков и
был план Райфа, и, похоже, этот план сработал. Вот только Райф оказался хитрым,
он поймал метавирус и смог
контролировать. Посадил джинна в бутылку, так сказать. Вирус стал агентом
информационной войны, который Райф смог
использовать по своему усмотрению. Помещенный в компьютер, метавирус приводит к
лавинообразному краху системы,
заставляя ее заражать себя все новыми и новыми вирусами. Но еще более
опустошительный эффект он оказывает, когда
проникает в разум хакера, человека, у которого знание бинарного кода увязано на
глубинные структуры мозга. Бинарный
метавирус разрушает разум хакера.
- Значит, Райф способен контролировать два типа людей, - говорит Нг. - Он
может контролировать пятидесятников
с помощью ме, написанных на праязыке. И он может контролировать хакеров, угрожая
уничтожить их мозг бинарным
вирусом "Сноукрэш", фактически той же "Лавиной".
- Точно.
- Чего, по-вашему, хочет Райф? - спрашивает Нг.
- Он желает быть Озимандиасом, царем царей. Смотрите, все очень просто:
стоит ему обратить вас в свою веру, он
может контролировать вас ме. И он в состоянии обращать в свою веру миллионы,
поскольку эта вера распространяется, как
чертов вирус. У людей нет к нему иммунитета, поскольку все отвыкли думать о
религии, потому что все не настолько
рациональны, чтобы спорить о таких вещах. Иными словами, очень просто обратить
всех, кто читает "Нэшнл Инквайрэр"
или смотрит профессиональный матч по борьбе по телевизору. А имея в качестве
подспорья "Лавину", приобрести
неофитов еще проще.
Главным озарением Райфа было то, что нет никакой разницы между нашей
современной культурой и древним
Шумером.
У нас имеется огромная рабочая сила, которая или вообще неграмотна, или
отказывается пользоваться
письменностью, полагаясь на телевидение, этакую разновидность изустной традиции.
У нас имеется крайне незначительная
образованная элита - в основном те, кто посещает Метавселенную, - которая
понимает, что информация есть власть, и
которая контролирует общество, потому что обладает той самой полумистической
способностью говорить на магических
компьютерных языках.
Это делает нас огромным камнем преткновения на пути Райфа. Люди, подобные
Л. Бобу Райфу, ничего не могут
сделать без нас, хакеров. Даже если он сможет обратить нас, то не сумеет
использовать, поскольку то, что мы делаем, носит
творческий характер и не может быть продублировано людьми, работающими на ме. Но
он может угрожать нам "Лавиной".
Вот что, на мой взгляд, произошло с Да5идом. Возможно, это был эксперимент,
попытка посмотреть, как подействует
"Лавина" на настоящего хакера, а возможно, это был предостерегающий выстрел,
чтобы продемонстрировать всей общине
хакеров силу Райфа. Иными словами: смотрите, что с вами станет, если обрушить
Ашеру на технологическое жречество.

- Все равно что полить полевые цветы напалмом, - говорит Нг.
- Насколько мне известно, остановить бинарный вирус невозможно. Но
псевдорелигии Райфа есть противоядие.
Нам-шуб Энки существует до сих пор. Копию этого нам-шуб Энки отдал своему сыну
Мардуку, который, в свою очередь,
передал ее Хаммурапи. Так вот, Мардук мог быть, а мог и не быть реальным
человеком. Дело в том, что Энки из кожи вон
вылез, чтобы создать впечатление, будто он в той или иной форме передал свой
нам-шуб. Иными словами, он оставил
послание, которое, как предполагалось, должны декодировать последующие поколения
хакеров, если Ашера снова вырвется
на свободу.
Я почти уверен, что необходимая информация содержится в глиняном
конверте, извлеченном десять лет назад из
раскопок древнего шумерского города Эриду на юге Ирака. Эриду был столицей Энки;
Энки был местным эном Эриду, и
храм Эриду содержал его ме, включая нам-шуб, который мы ищем.
- Кто выкопал глиняный конверт?
- Раскопки в Эриду целиком и полностью спонсировал Библейский колледж
Бейвью, штат Техас.
- Университет Л. Боба Райфа?
- Вот именно. Он создал факультет археологии с единственной целью
раскопать город Эриду, установить, где
находится храм, в котором Энки хранил все свои ме, и заполучить их себе. Л. Боб
Райф хотел восстановить навыки,
которыми владел Энки; он желал, проанализировав его ме, создать собственных
нейролингвистических хакеров, которые
могли бы писать новые ме, а тем, в свою очередь, предстояло стать основными
правилами, программой нового общества,
которое желает построить Райф.
- Но среди этих ме есть копия нам-шуб Энки, - говорит Нг, - крайне
опасная для плана Райфа.
- Верно. Он хотел заполучить таблицу, но не для того, чтобы ее
проанализировать, а для того, чтобы оставить ее у
себя, дабы никто не смог обратить ее против него.
- Если вы сумеете добыть копию этого нам-шуб, - говорит Нг, - какое
воздействие она окажет?
- Если мы сможем передать по радио нам-шуб Энки всем эн на Плоту, они
передадут его всем людям Плота. Это
заклинит нейроны праязыка и помешает Райфу программировать их новыми ме, -
отвечает Хиро. - Но сделать это надо до
того, как Плот распадется, до того, как все беженцы выйдут на берег. Райф
обращается к своим эн через центральный
передатчик на "Интерпрайзе", радиус действия которого, надо думать, крайне мал,
в пределах видимости, не более. Очень
скоро он передаст большое ме, которое стройными рядами погонит всех беженцев на
берег, как единую армию с
координированным приказом идти в атаку. Иными словами, если Плот распадется,
охватить всех беженцев единой
передачей станет невозможно. Поэтому сделать это надо как можно скорее.
- Мистер Райф будет крайне недоволен, - предсказывает Нг. - Он попытается
нанести ответный удар, обрушив на
техножречество "Лавину".
- Это я знаю, - отвечает Хиро, - но не в состоянии решать больше одной
проблемы за раз. Тут мне может
понадобиться кое-какая помощь.
- Проще сказать, чем сделать, - возражает Нг. - Чтобы достигнуть Ядра,
нужно пролететь над Плотом. У Райфа там
миллион людей с винтовками и ракетными установками. Даже высокотехнологичная
система не в состоянии подавить
организованный огонь из ручного оружия, ведущийся в большом масштабе.
- Тогда выведите к Плоту вертолеты, - говорит Хиро. - Что-нибудь. Все,
что угодно. Если я смогу добраться до намшуб
Энки и заразить им всех на плоту, то никакая опасность вам при приближении
не грозит.
- Мы подумаем, что тут можно предпринять, - говорит Дядюшка Энцо.
- Прекрасно, - отвечает Хиро. - А теперь, как насчет "Разума"?
Нг что-то бормочет, и в его руке возникает карточка.
- Это новая версия софта, - говорит он. - Глюков в ней должно быть чуть
меньше.
- Чуть меньше?
- Нет на свете программы без глюков, - отвечает Нг.
- Думаю, во всех нас есть немного Ашеры, - качает головой Дядюшка Энцо.

58

Выбравшись без помощи секретаря из офисного лабиринта, Хиро на лифте
спускается на Стрит. А выйдя из
неонового небоскреба, он видит, что на его мотоцикле сидит, возясь с
управлением, черно-белая девочка.
- Ты где? - спрашивает она.
- Тоже на Плоту. Слушай, мы только что заработали двадцать пять миллионов
долларов.
Он уверен, что уж на этот-то раз его слова произведут на И.В.
впечатление. Но нет.
- Этого, наверное, хватит на концерт на моих похоронах после того, как
меня доставят домой в цинковом
контейнере, - отзывается она.
- А с чего это?
- Я попала в переплет, - признается она - впервые в жизни. - Думаю, мой
новый парень собирается меня убить.
- А кто твой новый парень?
- Ворон.
Если бы аватары умели бледнеть, у них кружилась бы голова и им
приходилось бы сесть на тротуар, Хиро бы так и
сделал.
- Теперь я знаю, почему у него на лбу вытатуировано "ПОНИЖЕННЫЙ
САМОКОНТРОЛЬ".
- Великолепно. Но я надеялась на некоторое содействие или хотя бы совет,
- говорит она.
- Если ты думаешь, что он собирается тебя убить, то ошибаешься. Будь ты
права, ты была бы уже мертвая, - говорит
Хиро.
- Это как посмотреть, - отвечает она и рассказывает крайне забавную
историю с дентатой.
- Я попытаюсь тебя вытащить, - говорит Хиро. - Но сейчас я, пожалуй, тоже
не самая лучшая компания на Плоту,
со мной небезопасно.
- Ты уже повидался со своей подругой?
- Нет. Но очень надеюсь. Если предположить, что останусь жив.
- На что очень надеешься?
- На возобновление отношений.
- Почему? - спрашивает она. - Что с тех пор изменилось?
Это один из тех исключительно простых и очевидных вопросов, которые так
действуют на нервы, потому что в
ответе Хиро не уверен.
- Ну, мне кажется, я сообразил, что она делает. Зачем она сюда приехала.
- И что с того?
Еще один простой и очевидный вопрос.
- Мне кажется, теперь я ее понимаю.
- Правда?
- Ну да, вроде бы.
- И это, по-твоему, хорошо?
- Ну да, конечно.
- Ну и недотепа же ты, Хиро. Она женщина, а ты - ты мужчина. Тебе и не
положено ее понимать. Она не этого
хочет.
- Но и чего же, по-твоему, она хочет? Учитывая, что ты сама эту женщину в
глаза не видела, и к тому же сама ты
встречаешься не с кем-нибудь, а с Вороном?
- Она не хочет, чтобы ты понимал ее. Она знает, что вот это-то
невозможно. Она хочет, чтобы ты самого себя понял.
Об остальном можно договориться.
- Ты так думаешь?
- Определенно.
- А с чего ты взяла, что я себя самого не понимаю?
- Это просто в глаза бросается. Ты крутой хакер и лучший в мире боец на
мечах, а развозишь пиццу и
продюсируешь концерты, которые не приносят тебе денег. Как, по-твоему, она...
Остальное тонет в шуме, рвущемся в наушники из Реальности: визгливый
скрип венчает волну грохота от
столкновения тяжелых предметов. Затем слышны только крики перепуганных соседских
детей, мужские возгласы на
тагалоге и скрежет и треск стального рыболовецкого траулера, складывающегося под
давлением воды.
- Что это было? - спрашивает И.В.
- Метеорит, - отвечает Хиро.
- Что-что? - переспрашивает она.
- Оставайся на связи, - говорит Хиро. - Кажется, я только что ввязался в
дуэль на "гатлингах".
- Ты собираешься выходить из сети?

- Просто заткнись на секундочку.
Этот квартал имеет форму подковы и "выстроен" вокруг небольшой бухточки
внутри Плота, вокруг которой связан
десяток ржавых рыболовецких судов. По внутренней стороне подковы тянется
плавучий пирс из разномастных понтонов.
Пустой траулер, который еще недавно резали на металлолом, подбило
снарядом из крупнокалиберного орудия с
палубы "Интерпрайза". Такое впечатление, будто кораблик подхватила большая волна
и пытается теперь обернуть вокруг
невидимой колонны: один борт целиком вмялся вовнутрь, а нос и корма смотрят
теперь друг на друга. Хребет у него
сломан. Пустые трюмы жадно заглатывают потоки бурой воды, всасывая с ней
разнообразные отходы, точно утопающий,
втягивающий в себя воздух. Траулер стремительно опускается на дно.
Столкнув "Разум" в моторку, Хиро прыгает следом и запускает мотор. У него
нет времени отвязать лодку от
понтона, поэтому он просто перерезает линь вакизаси и стартует.
Швартовы тонущего корабля уже утягивают за собой понтоны. Траулер уходит
под воду, стремясь, точно черная
дыра, утащить за собой весь квартал.
Вооружившись короткими ножами, два филиппинца рубят веревки, оплетающие
квартал, пытаются отделить те его
части, которые уже не удастся спасти. Подплыв к понтону, уже по колено залитому
водой, Хиро отыскивает веревки,
связывающие его с соседним, ушедшим еще глубже, и испытывает их на прочность
катаной. От удара веревки расходятся со
звуком винтовочных выстрелов, и понтон вырывается на поверхность так быстро, что
едва не переворачивает моторку.
Целую секцию понтонного пирса вдоль борта траулера уже не спасти. Мужчины
с тяжелыми тесаками и женщины
с кухонными ножами, стоя на коленях в воде, которая уже доходит им до
подбородка, пытаются высвободить свой квартал.
Веревки расходятся по одной, и мелкие понтоны непредсказуемо подбрасывают
филиппинцев в воздух. Мальчик с мачете
перерубает последний канат, и концы, вырвавшись, ударяют его по лицу. Наконец
пирс снова свободен и подвижно
выравнивается, покачиваясь на волнах, а на месте траулера не осталось уже
ничего: там бушует пенящийся водоворот и
время от времени выплевывает какой-нибудь мусор.
Кое-кто уже забрался на рыболовецкую шхуну, пришвартованную возле
траулера. Выстрел не пощадил и ее:
несколько сгрудившихся у перил мужчин заглядывают вниз, рассматривая пару
крупных пробоин в борту. Вокруг каждой
пробоины поблескивает окантовка: это снарядом сорвало наслоения краски и
ржавчины. В центре этого блестящего круга -
дыра диаметром с шар для гольфа.
Хиро решает, что настало время сматываться.
Но перед стартом он вытаскивает из кармана комбинезона зажим с
банкнотами, отсчитывает пару тысяч
конгбаксов. Положив купюры на палубу, он придавливает их уголком красного
заправочного бака, а затем выезжает из
"подковы".
Канал, ведущий в следующий квартал, он находит без труда. Индикатор
паранойи снова зашкаливает, поэтому,
проходя по каналу, Хиро то и дело оборачивается назад, заглядывает в каждый
боковой переулок. В одной из таких ниш он
видит антенноголового, который бормочет что-то себе под нос. Следующий район
принадлежит малазийцам. На шум к
мосту уже сбежалось несколько десятков мужчин. Въезжая в их район, Хиро видит,
как по качающемуся понтонному
мосту, служащему главной улицей, бегают взад-вперед мужчины с пушками и ножами.
Местная милиция. С улочек, со
скиффов и сампанов выбираются, чтобы присоединиться к ним, люди сходной
наружности.
Прямо рядом с Хиро раздается ужасный грохот, от которого, кажется, сейчас
лопнут барабанные перепонки, будто в
кирпичную стену только что врезался лесовоз. С ног до головы Хиро окатывает
водой, в лицо ему летят пар и водяная пыль.
Потом все снова стихает. Медленно и неохотно он оборачивается. Понтонный мост
исчез, на его месте бурлит суп из щепок
и человеческой тушенки.
Хиро поворачивается посмотреть, что происходит у него за спиной.
Антенноголовый, которого он заметил
несколько секунд назад, теперь стоит на открытом месте - совсем один на самом
краю понтона. Все остальные разбежались.

Хиро даже видно, как двигаются губы этого гада. Круто развернув лодку, он
возвращается назад, свободной рукой на ходу
выхватывая вакидзаси, - и, проезжая мимо антенноголового, срубает его.
Но на его место придут другие. Хиро знает, что теперь все антенноголовые
вышли на охоту. А стрелкам на
"Интерпрайзе" наплевать, сколько еще беженцев они прикончат, пока не попадут в
Хиро.
Из малазийского района он выплывает в китайский. Этот "застроен" намного
лучше, тут есть даже несколько
стальных кораблей и барж. Насколько видно Хиро с его никчемной точки обзора на
уровне моря, район тянется куда-то
прочь от Ядра.
Еще один наблюдатель стоит у перил рубки одного из китайских кораблей -
еще один антенноголовый. Хиро видит,
как он щелкает челюстями, отправляя последние сводки в Диспетчерскую Ядра.
Большая пушка-"гатлинг" на палубе "Интерпрайза" снова открывает огонь,
посылая еще один метеорит из
осколков обедненного урана в борт нежилой баржи футах в двадцати от Хиро. Весь
борг баржи вминается внутрь, точно
сталь, став жидкой, сбегает в водосток, металл становится ярким, когда ударные
волны превращают толстые наслоения
ржавчины в аэрозоль, отрывают их от стали на настолько мощной звуковой волне,
что у Хиро болит в груди и начинает
кружиться голова.
Пушка управляется радаром. Она очень точна, когда огонь ведется по
стальным предметам. И гораздо менее точна,
когда мишенью ей служат плоть и кровь.
- Хиро? Что, черт побери, там происходит? - кричит у него в наушниках
И.В.
- Не могу говорить. Доберись до моего офиса, - говорит Хиро. - Втащи меня
на мотоцикл и поезжай туда.
- Я не умею водить мотоцикл, - отвечает она.
- Там только одна рукоять. Поверни ее, и он поедет. Тут Хиро поворачивает
свою моторку носом в открытое море и
дергает шнур мотора. На Реальность накладывается тусклая картинка Метавселенной:
он видит спину черно-белой И.В.,
сидящей перед ним на мотоцикле; вот она дергает дроссель, и они срываются с
места - и тут же на скорости света врезаются
в стену небоскреба.
Он совсем отключает картинку Метавселенной, и гоглы становятся совершенно
прозрачными. Потом переключает
свою систему на режим горгульи: увеличенное разрешение в видимом свете,
фальшивые цвета инфракрасного видения
плюс миллиметр...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• ...
• 24
• 25
• 26
• 27
• 28
• 29
• 30
• 31
• 32
• 33
• 34
• 35

Закладка в соц.сетях