Жанр: Научная фантастика
Дорога на дамаск
...ты и места содержания
ожидавших
трибунала военнослужащих. Сейчас это здание существенно расширили, превратив в
следственный
изолятор, которой как огня боялись все, хоть чем-нибудь не угодившие ДЖАБ'е.
Чтобы освободить
Хэнкоков, отряду Кафари придется пробиться с боем в тюрьму, у которой самая
надежная охрана на
всем Джефферсоне!
Кафари остановила грузовик в заранее намеченной точке и стала разглядывать
базу в ночной
бинокль. Несмотря на чрезвычайные события, сотрясавшие планету, на ее территории
не было заметно
особых мер безопасности. Конечно, грозные сторожевые вышки стояли на своих
местах, но вот,
например, усиленных патрулей к ограде тюремное начальство поставить не
удосужилось. Кафари это
вполне устраивало. Если все улеглись в койки, достаточно уничтожить казармы!
Отдав приказ надеть шлемы, она взялась было за свой, но Красный Волк тронул
ее за руку:
- Вам лучше остаться здесь, командир, - сказал он, застегивая шлем. - Аниш
выпустит из меня
кишки, если с вами что-нибудь случится!
Кафари взглянула ему прямо в глаза:
- Значит, будешь прикрывать меня в бою, потому что я пойду с вами. Может, я
и буду
командовать вами из-за кустов в других операциях, но Дэнни и Айшу Гамаль я
освобожу лично!
- Но!..
- Никаких "но"! - ответила Кафари и взглянула¦: на часы. - Пора!
Она надела шлем, пристегнула его к защитному костюму и нажала на педаль
газа. Красный Волк
так и не успел ничего возразить.
III
Покинув базу "Ниневия", я еду на юг на максимальной крейсерской скорости.
Продолжая
движение со скоростью девяносто километров в час, я окажусь у цели через
тридцать минут. За это
время противник успеет обчистить арсенал и скрыться. Я невольно сравниваю
нынешнюю ситуацию с
тем, что давным-давно произошли на Прародине-Земле накануне кровавой гражданской
войны в мало
кому известном местечке под названием Харперс-Ферри. Ну чем Аниш Балин не Джон
Браун?!
(В октябре 1859 года отряд сторонников отмены рабства в США, во главе
которого стоял Джон
Браун, захватил находившийся в местечке Харперс-Ферри в штате Западная Виргиния
арсенал. Целью
этого нападения было создание свободной территории, на которой могли бы
проживать рабы,
сбежавшие от своих хозяев.)
Оба прибегли к насилию, чтобы доказать свою правоту. Может, они и
руководствовались
наилучшими побуждениями, но выбранные ими средства не выдерживают никакой
критики!
Я принимаю еще одно сообщение Сара Гремиана, адресованное на этот раз
начальнику полиции
города Гершема, находящегося ближе всего к Барренскому утесу. Сообщение
зашифровано, но в моем
распоряжении имеются необходимые коды.
- Во-первых, нейтрализуйте всю местную прессу. Отнимите у них камеры,
спрячьте их куданибудь
или разбейте. Заодно арестуйте и репортеров. Потом соберите все силы и
отправляйтесь к утесу.
Надо перестрелять этих мерзавцев, чтобы другим было неповадно! Захватите с собой
оператора из
местного отделения ДЖАБ'ы. Пусть он снимет что-нибудь подходящее для новостей,
когда мы
расправимся с бандитами. И постарайтесь потерять поменьше людей. У нас и так уже
погибло
семьдесят три солдата и экипаж вертолета. Еще не хватало, чтобы под
президентским окном начали
завывать вдовы полицейских! И ни в коем случае не снимайте линкор!
- Вас понял! Собираю все силы. Будем возле утеса примерно через пять минут,
- рапортует
полицейский чин.
- Хорошо!.. Пленных не брать! - рубит фразы советник президента.
- Слушаюсь!
К моменту моего прибытия полицейские подразделения уже окружили арсенал.
Они держатся от
него на почтительном расстоянии, испытывая вполне объяснимый страх перед
оказавшимися в руках у
мятежников 305-миллиметровыми самоходками. Ни одна из сторон не спешит нанести
первый удар,
опасаясь навлечь на себя огонь противника. По пути к арсеналу я утратил
способность наблюдать за
происходящим на его территории. На протяжении двух секунд все видеокамеры
арсенала были
выведены из строя. Впрочем, того, что я уже видел, достаточно, чтобы понять,
насколько велик риск
получить серьезные повреждения.
Я превосхожу ростом любое из зданий арсенала, но он расположен на таком
высоком утесе, что
фундаменты его строений находятся выше моей самой высокой башни. Дорога к
воротам арсенала
достаточно широка для проезда, но мне совсем не хочется бросаться по ней очертя
голову. На
территории арсенала имеется множество высоких насыпей. Они такие толстые, что
сквозь них не
проникает даже мой радар. Однако хуже всего то, что мне неизвестно, где сейчас
находятся 305миллиметровые
самоходки. Я замедляю скорость и останавливаюсь возле полицейских
автомобилей.
Мне знаком офицер, командующий отрядами полиции. Это лейтенант,
арестовавший всех членов
кооператива Хэнкоков. Впрочем, сейчас он уже капитан. Его начальству явно
понравилось, как он вел
себя в деле Хэнкоков. Но сейчас крайне самоуверенный в момент ареста злополучных
фермеров Юрий
Локкис выглядит довольно бледно. Почему же у него покрыт холодным потом лоб и
дрожит нижняя
челюсть? Неужели из-за того, что я подъехал прямо к нему?! Полицейские, которыми
он командует,
трясутся не меньше.
Вот Кафари Хрустинова, как я припоминаю, совсем не испугалась меня при
первой нашей встрече.
Боюсь, мне никогда не понять людей... Я стараюсь успокоить офицера, очумело
глазеющего на мой
корпус.
- Капитан Локкис, боевой линкор "ноль-ноль-сорок-пять" по приказу
президента Ляру прибыл к
вам на подмогу. Вы должны обеспечить мне поддержку пехоты, чтобы избежать гибели
значительной
части оружия и боеприпасов, оставшихся в арсенале.
Полицейский переводит бессмысленный взгляд с одной моей орудийной башни на
другую.
Кажется, он утратил дар речи.
Я делаю еще одну попытку:
- Капитан Локкис! Кто здесь командует? Вы?
- А? - бессвязно бормочет он.
Значит, он все-таки не потерял дар речи! От его мычания мало проку, но оно
все же лучше
поразившей его немоты. Может, капитан Локкис учился вместе с Филом Фабрицио?
Проверю, когда
появится свободное время...
- Вы здесь главный? - Я пытаюсь завязать осмысленный диалог.
- А?.. Да... Да, я здесь главный. - Кажется, капитан начинает что-то
соображать.
- Мне понадобится поддержка пехоты. В противном случае содержимое арсенала
может серьезно
пострадать, а мне причинят тяжелые повреждения.
- Какая еще "поддержка пехоты"?
- Мне приказали отбить дорогостоящие оружие и снаряжение, не причинив ему
при этом
значительных повреждений. У правительства нет денег на то, чтобы меня
ремонтировать. Рельеф
местности и высокие насыпи на территории арсенала не позволяют мне определить
точное
местонахождение самоходных орудий. Без поддержки пехоты, которая выяснит, что у
меня впереди, я
рискую понести серьезные повреждения и не смогу выполнять свою основную задачу
во время
пребывания па Джефферсоне, заключающуюся в обороне вашей планеты. Иными словами,
для успеха
моей миссии мне необходима поддержка пехоты.
- А от меня-то ты чего хочешь?! Я же не солдат! Я полицейский! Меня
наградили за то, что я
упрятал в тюрьму фермеров-убийц, а не за то, что я буду воевать! О какой пехоте
ты вообще
талдычишь?! - раздраженно сыплет вопросами Локкис.
Может, он вообще не понимает, о чем я говорю?! Попробую выражаться еще
проще...
- Военные должны отправиться пешком на территорию арсенала, чтобы
обнаружить позиции
самоходных орудий.
- Еще чего! Может, тебе подать эти орудия на блюдечке с голубой каемочкой?
У меня тут нет
никакой "пехоты", а если бы и была, я бы ее туда не послал. Ты видел, что эти
головорезы сделали с
танком и вертолетом?!. Нет, я своих людей на смерть не пошлю! Нам за это деньги
не платят. Не то что
тебе! Отправляйся-ка и сам ищи эти орудия!.. - говорит капитан Локкис, ткнув
грязным пальцем в
сторону нависающего над нами утеса.
Сначала мне захотелось разъяснить полицейскому, что мне никто ничего не
платит.
Правительство Джефферсона должно лишь обеспечивать меня запчастями и
предоставить в мое
распоряжение механика. Впрочем, я сразу догадался, что рассуждать об этом с
капитаном Локкисом
бесполезно. Вместо этого я снова пытаюсь добиться своего.
- В данном округе числятся на действительной службе три пехотных
подразделения. Потребуйте
от их командиров, чтобы они немедленно прислали сюда своих людей.
Капитан Локкис недовольно скривился:
- Ты что, совсем дурак?! Я же тебе говорю, что у нас нет пехоты. Эти
подразделения
расформировали года два назад.
- Расформировали?! - Я так поражен этой новостью, что отвлекаюсь от
выполнения текущего
задания. - Прошу разъяснить! Почему же эти подразделения числятся на
действительной службе?
- Ну, их всегда можно снова сформировать из резерва, но, чисто между нами,
эти подразделения
"дестабилизировали политическую ситуацию и отвлекали на себя крупные финансовые
средства"!
Капитан Локкис явно цитирует какой-то секретный документ. Сам он так гладко
изъясняться не в
состоянии.
- А куда же идут деньги, выделяемые на содержание этих подразделений? -
спрашиваю я,
лихорадочно думая о том, как все это отразится на моей способности оборонять
Джефферсон.
- Ну, их на что-нибудь направили, - туманно отвечает капитан.
- На что? - недоумеваю я.
- Откуда я знаю?!. И вообще, это не твое дело! - заявляет Локкис, тупо
глядя в мои оптические
датчики.
Полицейский явно не в состоянии понять, что такое кража денег, выделяемых
на военные нужды.
Я начинаю пристально изучать содержимое информационной сети и наконец нахожу
следы финансовых
операций, в результате которых одна половина денег, выделенных на содержание
расформированных
пехотных подразделений, была потрачена на пособия по безработице, а другая - на
формирование
очередной дивизии полиции государственной безопасности. Когда мы с Саймоном
прибыли на
Джефферсон, тут себе такого не позволяли. Сейчас в бюджете правительства этой
планеты вообще нет
статьи расходов на полицию. Все они покрываются деньгами, которые якобы идут на IV
За сто метров до цели Кафари приказала начать атаку.
Темноту озарили вспышки 305-миллиметровых самоходок. Казармы курсантов
вместе с жилыми
помещениями обучавшихся в них офицеров и сержантов превратились в ослепительные
огненные
шары. В небо взлетел фонтан обломков. Они еще не упали на землю, а Красный Волк,
высунувшись из
окна кабины, уже выпустил ракету в ограду, отделявшую их грузовик от цели.
Ракета взорвалась в метре от земли, мгновенно проделав в бетонной стене
пятиметровую брешь.
Красный Волк нырнул обратно в кабину, спасаясь от града раскаленных обломков,
застучавших по ее
крыше. Кафари нажала на газ, и грузовик рванулся вперед. Он на полном ходу
ворвался в пролом и
резко затормозил на площадке перед тюрьмой, куда спешили с разных сторон
остальные грузовики
отряда Кафари. Вместе с Красным Волком она стремительно выскочила из кабины,
пока остальные
бойцы спрыгивали на землю с заднего борта кузова.
Вслед за своим командиром они первыми добежали до дверей тюрьмы. Кафари
видела в
освещенных окнах силуэты ошеломленных тюремщиков, которые выглядывали из окна,
стараясь
понять, что происходит. Тем временем Красный Волк прилепил пластиковую
взрывчатку к сложному
электронному замку дверей, воткнул в нее взрыватель и отскочил в сторону. Одна
из створок
разлетелась на части, а Красный Волк сшиб с петель вторую.
Кафари приказала своим бойцам пригнуться и во главе отряда бросилась
вперед. За обломками
двери оказалось наполненное дымом помещение. В маске Кафари почти ничего не
видела - ни своих
товарищей, ни противника. В дыму раздались выстрелы. Кто-то стрелял вслепую в
сторону двери.
Пуля просвистела над ухом Кафари и впилась в стену у нее за спиной. Кафари
различила в дыму
вспышку пистолета, несколько раз выстрелила в деревянную перегородку, за которой
находился
стрелявший, упала на бок и откатилась в сторону, спасаясь от ответного огня,
вместо которого
последовал лишь душераздирающий вопль.
Уловив движение у себя за спиной, Кафари резко повернулась с оружием
наготове, но увидела
Аниша Балина в командирском шлеме.
- Какого черта ты здесь делаешь?! - рявкнул он Кафари.
- Прикрываю тебя и твоих людей! - крикнула она, , размахивая пистолетом.
- Вперед к камерам! - выкрикнул Аниш в микрофон. - Не дайте этим скотам
перебить
заключенных! Если нужно, взрывайте двери!
И в этот же момент дверь между приемной и тюремными помещениями разлетелась
вдребезги.
Под прикрытием облака дыма они ринулись внутрь. Чтобы доставить удовольствие
Анишу Балину,
желавшему любой ценой сохранить ей жизнь, Кафари пропустила вперед всех бойцов.
Со спины ее
прикрывал Красный Волк, стрелявший по любому человеку в форме и следивший за
тем, чтобы никто
из посторонних не проник в здание тюрьмы с улицы.
Они с Кафари двинулись вслед за последними бойцами Аниша Балина вдоль по
длинному
коридору, в который выходили двери бесчисленных кабинетов. Люди Балина
проверяли, не ждет ли их
в кабинетах пэгэбэшная засада, стараясь добраться до камер как можно скорее,
пока тюремщики не
расстреляли заключенных. Кафари с Красным Волком, пригнувшись, осторожно
перебегали от одной
двери к другой.
Примерно посередине коридора засвистели пули, отрезавшие их от последних
бойцов Балина.
Кафари упала лицом в пол, а Красный Волк закрыл ее своим телом. Потом он сгреб
ее в охапку и
швырнул в кабинет с другой стороны коридора, куда пули не залетали. Кафари
ударилась о письменный
стол и выругалась, вспомнив, как телохранитель Абрахама Лендана отшвырнул
президента к стенке,
когда яваки открыли огонь сквозь деревянную лестницу в подвале у Айши Гамаль.
Неудивительно, что
президент вскрикнул. Она сейчас и сама чуть не завопила от боли!
Пытаясь прийти в себя, Кафари потрясла головой и выглянула в коридор, чтобы
понять, откуда
стреляют. Окна одного из кабинетов время от времени озарялись вспышками. Рядом с
его дверью
висела табличка с надписью "Комендант".
Кафари поползла было вперед на четвереньках, но Красный Волк заградил ей
выход в коридор.
- Я вас не пущу, - пробормотал он. - Свяжитесь с Балином по радио и не
высовывайтесь.
Заскрипев зубами, Кафари прошипела в коммуникатор:
- "Альфа-1" вызывает "Бету-1"! Нас прижали к полу! Стреляют из кабинета
коменданта.
Возьмите его живым!
- Вас понял! Не высовывайтесь!
Через семь секунд на кабинет коменданта обрушился ураганный огонь. Пули
свистели на уровне
пояса. Спасаясь от них, человек, стрелявший из кабинета, наверняка бросился на
пол. Красный Волк
жестом приказал Кафари не трогаться с места и двинулся вперед по коридору под
прикрытием огня
бойцов "Беты-1". Не находившая себе места от нетерпения Кафари внезапно
вспомнила, что на ней
командирский шлем. Выругав себя за несообразительность, она начала нажимать
внешние кнопки и
добилась того, что перед ее глазами возникли маленькие изображения того, что
оказывалось в поле
зрения небольших камер, прикрепленных к шлемам всех бойцов ее отряда.
Увеличив изображение с камеры Красного Волка, она напряженно следила за
тем, что он видит,
осторожно пробираясь вперед под прикрытием огня товарищей. Красный Волк достиг
дверей кабинета
коменданта одновременно с одним из бойцов отряда Аниша Балина, подкрадывавшимся
с другой
стороны коридора. Вместе с ним Красный Волк вполз в кабинет, где они стали
обползать с двух сторон
письменный стол, из-под которого выглядывали чьи-то ботинки.
Засевшему в кабинете пэгэбэшнику пришелся не по душе град пуль, летевших из
коридора. Он не
высовывался из-за письменного стола, стреляя над ним вслепую в сторону двери.
Через несколько
секунд его пистолет замолчал, и под стол упала пустая обойма. Внезапно
прятавшийся за письменным
столом человек разразился проклятиями.
- У него заклинило обойму! - заорала Кафари. Красный Волк вскочил и
перепрыгнул через
стол.
Притаившийся за ним человек еще судорожно пытался вставить обойму в
пистолет, когда
Красный Волк прострелил ему оба колена. Пэгэбэшник заорал и повалился в лужу
крови, стекавшей у
него по ногам. Обыскав его, Красный Волк доложил:
- Он безоружен!
Кафари бросилась опрометью по коридору в кабинет коменданта.
Их пленник действительно был начальником базы "Ниневия".
- С вас за это живьем сдерут кожу! - просипел он, скривившись от боли и
ненависти.
- Ах-ах, держите меня! Я сейчас наложу в штаны от страха! - усмехнувшись,
ответил Красный
Волк, вырвал провод из компьютера и скрутил коменданту руки за спиной.
- Забирайте товар! - отдав Кафари честь, сказал ей Красный Волк.
Подозвав людей Балина из коридора, Кафари приказала оттащить коменданта к
ней в грузовик.
- У меня есть базар к этому гаду! - пробасила она, подражая бандитам из
окрестностей
космопорта.
Комендант вновь разразился ругательствами, но бойцы Кафари бесцеремонно
подхватили его под
руки и потащили прочь. Кафари же бросилась вслед за остальными к тюремным
камерам. Аниш Балин
был уже на центральном посту управления тюрьмой и с помощью главного компьютера
открывал один
за другим ряды камер. На полу рядом с ним и в коридоре возле камер в лужах крови
валялось несколько
тел в форме. Еще ничего не понимающие заключенные кое-как пробирались мимо
трупов своих
палачей. Некоторых заключенных пришлось вести под руки, а других - даже нести.
Лицо одного
безжалостно избитого мужчины превратилось в сплошную кровавую маску, похожую на
месиво из
перезрелых слив. Он смотрел на своих освободителей в щелочки между багровосиними
отеками и
сгустками запекшейся крови. Его нос был сломан в нескольких местах. Смуглая кожа
на руках и шее
посерела. Под лохмотьями рваной одежды зияли открытые раны. Шатаясь, он уже
прошел мимо
Кафари, когда та наконец поняла, кто перед ней. Еле удержавшись на ногах она
повернулась, догнала
его и прошептала:
- Асалийские пчелы все еще больно жалят? Изувеченный заключенный
остановился, повернулся
к Кафари и пошатнулся, тоже чуть не упав. Заплывшими от побоев глазами он
пытался рассмотреть ее
лицо под пластиковым забралом шлема.
- Этим пчелам лучше не попадаться, - проговорил он наконец, еле ворочая
едва слушавшимся
его языком, но Кафари узнала его голос.
Перед ней был Дэнни Гамаль, и он тоже волновался. На его изуродованном лице
выступили
капельки пота.
- Они могут закусать до смерти, - добавил он, ожидая ответа.
- Это точно, - согласилась Кафари. - От них лучше спрятаться. Например, в
подвал с сыром.
Дэнни попытался улыбнуться и схватил Кафари за руку. От этого движения на
его лице
раскрылись плохо зарубцевавшиеся порезы, и по щекам потекла кровь.
- Ты пришла за нами! - прошептал Дэнни. - А ведь нам сказали, что ты
погибла. Нам даже
показали фотографию твоего изрешеченного аэромобиля, а ты все-таки за нами
вернулась!..
Кафари хотела все объяснить, но до нее внезапно дошло, что Дэнни Гамаль
действительно считает
ее вернувшейся с того света. Какие же адские муки породили у него в голове такие
мысли?! Что же с
ним делали?!
- Говорят, - задыхаясь от ярости, прошептала Кафари, - что нет ничего
страшнее разозленного
привидения!
Дэнни в порыве сжал ее пальцы и почти не почувствовал боли.
Не долго думая, Кафари вытащила второй пистолет и протянула его Дэнни:
- А где твоя мать? А жена?
- На втором этаже. Там же, где наши дети, - ответил Дэнни. Он расправил
плечи и указал
стволом пистолета на ближайшую лестницу.
- Группа "Альфа"! На второй этаж! Там раненые и дети! - рявкнула Кафари в
коммуникационное устройство и с пистолетом в руке бросилась к лестнице. За ней
по пятам бежал
Красный Волк, а сзади ковылял Дэнни. Перепрыгивая через две ступеньки, Кафари
первая поднялась по
лестнице и прижалась к стене возле двери, которую пинком распахнул Красный Волк.
За дверью все было тихо.
Красный Волк нырнул в коридор. Кафари и Дэнни прикрывали его со спины.
Коридор шел
параллельно рядам камер на первом этаже, но помещения вдоль него на первый
взгляд больше
походили на больничные палаты. Впрочем, койки и операционные столы были оснащены
толстыми
ремнями для рук и ног, покрытыми запекшейся кровью. В этих помещениях
тошнотворно пахло
кровью, экскрементами и животным страхом.
С другого конца коридора донеслись испуганные женские голоса. К тому
моменту, когда Кафари
и Дэнни преодолели весь коридор, крики замолкли. В одном из помещений Красный
Волк держал на
мушке двух женщин в форме полиции государственной безопасности и еще четырех - в
белых
халатах. Тем временем бойцы отряда "Альфа" выбивали все новые и новые двери, из
которых
выбирались и даже выползали заключенные. Большинство из них пытали так, что
Дэнни Гамаль даже
сейчас казался по сравнению с ними цветущим мужчиной, целым и невредимым. Кафари
казалось, что
ее сердце, разрывающееся от гнева и жалости, вот-вот выскочит из груди. Она не
представляла себе, что
сотворит с теми, кто должен будет держать ответ за эти зверства.
Внезапно в самом конце коридора раздались громкие возгласы, и к ней
подбежал один из бойцов.
- Командир, идите посмотрите! - прокричал он.
Кафари, Дэнни и Красный Волк переглянулись. Оставив Красного Волка
сторожить пленниц,
Кафари и Дэнни последовали за бойцом. С каждым шагом в коридоре сгущалось
зловоние.
Большинство бойцов "Альфы" помогали людям выбираться из помещений, служивших,
судя по всему,
камерами пыток. Наконец Кафари и Дэнни добрались до двери, возле которой стояли
оставшиеся
бойцы, и прошли внутрь.
За дверью оказалась довольно большая комната. С первого взгляда стало
понятно, что когда-то
она была операционной. Впрочем, сейчас большую ее часть занимали сваленные
грудами у стен
человеческие тела. Трудно было сосчитать трупы в этом чудовищном морге. Запах
тления заползал в
ноздри и проникал, казалось, в самое сердце. Кафари стало дурно, ей захотелось
отвернуться, но она
заставила себя смотреть. Пол в комнате был залит запекшейся кровью, но среди
трупов, кажется, не
было детей. Кафари видела только крупные кисти рук и ступни ног. Этих людей
зверски убили всего
лишь несколько часов назад.
- А что там? - спросила Кафари, показывая на полузаваленную трупами дверь в
конце комнаты.
- Сейчас посмотрим.
Мужественно сражаясь с тошнотой, Кафари смотрела, как бойцы отряда "Альфа"
разбирают завал
из мертвых тел. Внезапно где-то под грудой трупов кто-то застонал и пошевелился.
Кафари вздрогнула,
но через мгновение они с Дэнни уже вытащили лежавшую под трупами женщину.
Разглядев ее лицо,
Дэнни застонал. Его мать была еще жива, но Кафари сразу поняла, что ей недолго
осталось. Дэнни
опустился на пол и положил к себе на колени голову матери.
- Это ты, Дэнни? - прошептала Айша Гамаль. - Ты жив...
- Сейчас мы поедем домой, мама, - дрожащим голосом проговорил Дэнни.
- Я не доеду до дома, - еле слышно произнесла Айша. - Вынесите меня из
этого здания... Я
хочу умереть на свободе...
Дэнни в отчаянии обхватил голову руками. Тем временем бойцы Кафари
пробрались к двери и
приоткрыли ее.
- Здесь дети!
Кафари облегченно перевела дух.
- Выводите их. Через три минуты в здании не должно никого оставаться.
Из задней комнаты стали выбираться дети. Они спотыкались о трупы своих
родителей. Их глаза
были полны ужаса и ненависти. За несколько страшных дней они повзрослели на
много лет. Те, кто
постарше, помогали малышам идти туда, куда указывали им взрослые.
Кафари повернулась к Айше.
- Несите ее вниз! Только осторожнее! - приказала она двум последним бойцам
"Альфы". -
Положите женщину ко мне в грузовик, но не забудьте пересадить в другой
коменданта базы...
Бойцы подняли Айшу. Дэнни поддерживал ее голову, и они двинулись в сторону
лестницы.
Кафари же направилась туда, где Красный Волк держал на мушке шестерых
дрожащих палачей.
Кафари несколько мгновений пристально смотрела на них, а потом спросила:
- Кто из вас хорошо знает конституцию Джефферсона? Женщины недоуменно
переглянулись.
- Никто, - подытожила Кафари. - Ладно, я сама ознакомлю вас с содержанием
статьи двадцать
три, которая гласит: "Долг и моральная обязанность каждого гражданина
Джефферсона заключаются в
защите родной планеты от внутренних и внешних источников опасности. Любой
государственный
служащий, пренебрегающий своим долгом и моральными обязанностями, представляет
собой угрозу
для Джефферсона. Если пресечь его злоупотребления властью в судебном порядке
невозможно,
граждане имеют право устранить такого чиновника и должны это сделать". Все ясно?
Шесть женщин, пытавших и убивавших ни в чем не повинных людей, смотрели на
Кафари
широко открытыми от ужаса глазами. Поняв, к чему она клонит, они затряслись еще
сильнее. Кафари
немного подождала, чтобы джабовки успели в полной мере испытать страх перед
смертью.
- На основании статьи двадцать три Конституции Джефферсона я вас устраняю.
Кафари отвернулась от сидевших на полу женщин и вышла из помещения, кивнув
по пути
Красному Волку. Не успела она преодолеть половину лестницы, как наверху раздался
первый выстрел.
За ним последовали пронзительные вопли. Палачи умоляли о снисхождении, в котором
отказывали
своим жертвам. Прогремело еще пять выстрелов, и крики прекратились.
По пути к грузовику Кафари выкрикивала приказы:
- Осмотрите в последний раз камеры! Посчитайте, сколько человек мы
освободили! Доложите
через две минуты! Через три минуты покидаем территорию базы!
Через две минуты спасенные были сосчитаны. Последние бойцы отрядов "Альфа"
и "Бета"
осмотрели камеры и покинули здание. Через две минуты и двенадцать секунд они уже
сидели в
машинах, направлявшихся к проломам в ограде базы. По ним не стреляли. Уцелевшие
на базе и не
думали продолжать сопротивление. Удалившись в предрассветных сумерках на
солидное расстояние от
"Ниневии", грузовики поехали в разных направлениях по долине реки Адеры в
сторону укрытий,
устроенных Кафари и Анишем Балином.
Кафари подъехала к ближайшей 305-миллиметровой самоходке и вылезла из
кабины грузовика.
- Мы готовы! - доложил расчет орудия. Расчеты двух остальных самоходок тоже
доложили о
готовности.
- Очень хорошо, - сказала Кафари. - Ждите приказа.
Сняв шлем, она подошла к кузову, где лежала Айша. Дэнни держал голову
матери на коленях.
Кафари забралась в кузов и зажгла свет. Увидев ее, Айша
...Закладка в соц.сетях
