Жанр: Научная фантастика
Анклавы 1. Московский клуб
...оскопы. На нем запись последних сорока восьми часов, явочная квартира в Москве, лица и
имена ломщиков, с которыми она ломала шаттл. Спасти парней? Оказать услугу Ассоциации?
Север достала сигарету и раскурила ее. Со второй попытки.
"Интересно, а Ассоциация уже знает о моем проколе? Наверняка. У них везде свои люди.
Узнали о смене кодов, припомнили, что я пользуюсь "балалайкой" "Хеклер&Кох", отправились
на вокзал и все поняли. Интересно, что они решили? Постараются мне помочь или..."
Додумать эту мысль Рита не успела. Пуля, выпущенная с расстояния в девятьсот метров
из снайперской винтовки "Узала" производства "Науком", проделала маленькое отверстие в
голове ломщика - это была единственная помощь, которую менеджеры Ассоциации могли
оказать своему незадачливому контрагенту.
АНКЛАВ: МОСКВА
ТЕРРИТОРИЯ: БОЛОТО
ДОХОДНЫЙ ДОМ ОГЛЫЕВА, ЖАРКАЯ НОЧЬ
ПОСТЕЛЬ - НЕ МЕСТО ДЛЯ ЗНАКОМСТВ
Если бы кто сказал, что свою первую ночь в Анклаве она проведет в постели со
случайным попутчиком по "суперсобаке", Майя только рассмеялась бы. Больший бред и
представить трудно. И вот на тебе: со случайным попутчиком. В дешевой комнате доходного
дома. На скрипучей кровати, застеленной хоть и чистым, но не новым и уж, конечно, не
шелковым, бельем.
В распахнутую форточку - кондиционер в комнате не предусматривался - изредка
доносились звуки жизнедеятельности соседей: без четверти двенадцать женский голос выдал
десятиминутные проклятья в адрес пьяного мужа, примерно в час ночи кто-то кого-то немного
побил, а около двух послышались женские стоны. Оставалось надеяться, что это не было
изнасилованием. Другими словами, совсем уж тихим доходный дом Оглыева не был, но
шумели в нем по совести, лишнего ничего не было. Да и последние звуки мешали не очень
сильно - в этот момент Переплетчица сама стонала не хуже безвестной соседки. Майка
оседлала счастливого Илью и, поймав ритм старой и далеко не самой жесткой в мире кровати,
азартно двигалась на молодой плоти юноши. А тому только и оставалось, что наблюдать,
вцепившись руками в металлические прутья кровати, до тех пор, пока тела любовников не
изогнулись в сладкой вспышке наслаждения.
- Здорово! - Илья крепко прижал к себе потную и обессиленную девушку и поцеловал
ее в лоб. - Это было здорово!
- Есть еще пиво? - тихо спросила Переплетчица.
- Где-то должна быть банка.
Илья попытался приподняться, но Майя еще теснее прижалась к его груди.
- Да, ладно, оставь... - И улыбнулась: - Интересно, получится сегодня поспать?
- Зачем?
- Действительно, зачем?
Переплетчица провела рукой по его худому плечу.
- Я до сих пор не верю, что ты со мной, - прошептал Илья. - Что мы с тобой... Черт! Я
не зря бежал в Анклав! Я знал, что я не зря бегу в Анклав!
- Надо было выгнать тебя из-под вагона.
Он улыбнулся. Она потерлась щекой о его грудь.
Разумеется, Майке было к кому пойти ночевать, друзей в Москве полным-полно. В двух
кварталах от "Подпрограммы" жил Хаким Ремень, честный машинист, который охотно пустил
бы Переплетчицу к себе в квартиру и еще кое-куда: обе жены Хакима никогда не были против
визитов девушки. Точнее, им не полагалось быть против. Но разговор с Прокопычем показал,
что старых знакомых следует избегать. Случайно безы перехватили "поплавки" или нет, лучше
перестраховаться, не кричать на каждом углу, что в Анклав вернулась Майка Переплетчица.
Так что наивный питерский паренек подвернулся как нельзя кстати. Сыграли свою роль и
влюбленные, восторженные глаза, которыми он смотрел на девушку. А уж когда Майка
поинтересовалась, нельзя ли у него перекантоваться пару дней, Илья и вовсе расцвел от
счастья. И все вышло лучше, чем она ожидала, Переплетчице даже не потребовался "синдин",
дозу которого она благоразумно прикупила в "Подпрограмме", чтобы скрасить возможные
печальные ощущения от предстоящей ночи. Илья оказался очень чистеньким, ласковым и
совсем неопытным юношей, рядом с которым Майка почувствовала себя весьма умудренной
женщиной. Это было довольно неожиданно: раньше, включая и самый первый опыт,
партнерами Переплетчицы становились мужчины умелые, у каждого из которых можно было
чему-нибудь научиться. Майка привыкла быть послушной в постели, а теперь поймала себя на
мысли, что ей нравится быть главной. Нравится управлять молодым и неутомимым юношей,
самой выстраивать любовную игру.
Илья тихонько вздохнул и положил свободную правую руку под голову. Левой он
обнимал девушку.
- Откуда ты?
- Какая разница?
- Не хочешь говорить?
Это тоже было в диковинку: с первыми встречными Майя в постель не ложилась, и
мужчины всегда знали о ней достаточно, чтобы не затевать подобные разговоры. Впрочем, ведь
когда-то, лет десять назад, она была бы совсем не против вот так поболтать, нежась в объятиях
любимого. Господи, сколько романтики в голове восемнадцатилетней девчонки! Теперь все в
прошлом... Или не все?
- Местная я, - тихонько ответила девушка. - Московская.
- И всегда здесь работаешь?
- Нет. В Москве ломщику не развернуться - Мертвый всех в кулаке держит. А по
мелочам неинтересно. - Переплетчица помолчала. - Я в государствах люблю работать, там
машинисты проще и безов нет. Еще во Франкфурте контракты были, в Марселе. Пару раз в
Сингапуре, в Кейптауне...
- Ух! - не сдержался Илья. - У тебя небось крутой переводчик в "балалайку"
вставлен?
- Самый лучший, - кивнула девушка. - А по-другому никак.
- Хотел бы и я... - протянул молодой человек. - Вот так же: сегодня в Сингапуре,
завтра в Кейптауне. "Раллер" на плече...
- И ты царь горы.
- Ага.
- Не все так просто. - Наивность юноши умиляла. - Качественная атака не один день
готовится - месяцы. Долгая и нудная работа. А "сегодня здесь, завтра там" - это не
романтика, а необходимость. Когда безы на хвосте, поневоле будешь скакать по городам и
Анклавам, как блоха.
- Это для крутых ломщиков, да? Для Арлекина, для Чайки.
- Слышал о них?
- А как же! За ними безы и милицейские гоняются, а они их вокруг носа! Вокруг носа!
Ты знаешь, как Ворона Чет ушел от европола в Ланданабаде? - Глаза Ильи загорелись. - Его
снял с крыши небоскреба вертолет! Вот как! Вот это жизнь!
- Да, это жизнь, - согласилась Майка. - В которой нет места романтике. А Ворона Чет
с тех пор боится высоты. Его тошнит, когда он смотрит из окна выше пятого уровня.
- Откуда ты знаешь?
Разговор пошел в неприятном для девушки направлении, да и могло ли быть по-другому?
Все-таки то, что хорошо в восемнадцать лет, в двадцать восемь уже не проходит. Тогда впереди
была вся жизнь, и приключения ломщиков выглядели яркой игрой, а теперь, когда
восторженный юноша говорит "хочу сегодня в Сингапуре, а завтра в Кейптауне", твои глаза не
вспыхивают огнем. Ты вспоминаешь, как замирает сердце, когда безовский сканер считывает
фальшивую "балалайку", как холодно под брюхом "суперсобаки" и одиноко в трюмах
сухогрузов. Как трясет после "синдина", без которого не обходится ни одна атака. Ты
вспоминаешь пронзительный визг разогнанной до самого последнего предела "балалайки" и
вонючие комнаты в грязных кварталах, щели, в которых ты прячешься в надежде, что и на этот
раз не попадешь в Африку. Ты трясешься от страха, думая о том, не обманет ли заказчик, не
предаст ли кто-нибудь из своих. А потом ты идешь в бар и надираешься до потери сознания.
Только бар должен быть для машинистов, потому что аккурат перед тем, как вырубиться, ты
начнешь рассказывать о последнем взломе, и более трезвые братья, с пониманием
переглянувшись, отведут тебя спать. В любом другом баре тебя сдадут безам.
- Ты много видела, - тихо сказал Илья.
- Да, - согласилась Переплетчица. - Много.
Но возникшая пауза не устраивала девушку еще больше, чем грустный разговор.
- Все-таки я попью... - Майя поднялась и нашла на столе банку пива. - Ты будешь?
- Не хочу.
Переплетчица сделала большой глоток, привычно скосила глаза в угол наноэкрана -
половина четвертого утра, заметила, что Илья не спускает с нее глаз, если быть точнее, с ее тела
и, вернув банку на стол, мягко провела рукой по груди.
- Нравится?
- Очень.
Ладонь скользнула по животу, приостановилась, направилась к бедру.
- Тогда чего ты лежишь?
Она повернулась к нему спиной, чуть наклонилась, услышала, как скрипнула кровать, а
когда юноша мягко вошел в нее, улыбнулась и, закрывая глаза, прошептала:
- Последний раз, дорогой, последний раз... нам надо поспать...
Он сжал ее плечо, поцеловал в шею.
- Завтра будет сложный день, - выдохнула Майя. - Очень сложный день. Нам надо
отдохнуть...
И застонала.
АНКЛАВ: МОСКВА
ТЕРРИТОРИЯ: ШАНХАЙЧИК
ЗАПРЕТНЫЙ САД
ПЛОХИЕ НОВОСТИ - ЭТО СЛЕДЫ, ОСТАВЛЕННЫЕ ВРАГАМИ
Была ли Триада когда-нибудь самостоятельной организацией? Возможно. Господину Пу
приходилось слышать истории, что в далекие времена, чуть ли не в двадцатом веке, китайские
криминальные группировки были похожи на варварские канторы: не имели никаких целей,
кроме наживы, конфликтовали с властями и с правительством Народной республики. Воистину,
смутные были времена, и хорошо, что они остались в прошлом. Теперь каждый достойный
китаец понимает, что его долг - забота о процветании Поднебесной, что хорошо для нее, то
хорошо для китайца. Когда именно этнический криминалитет осознал эту простую мысль,
лидер московской Триады не знал. Давно. Наверное, задолго до того, как маленький чумазый
Пу выполнил первое бандитское задание. Сейчас же правящая в Шанхайчике сила много и
охотно помогала родине, особенно военной разведке, ибо задачи и у тех и у других примерно
одинаковы: где-то что-то украсть, кого-то убить, кого-то купить, с кем-то договориться.
Методы одни, цели одни, язык один - что еще нужно для крепкой и взаимовыгодной дружбы?
Так что не было ничего странного в том, что приехавшего из столицы полковника Тао
встретили с большим почтением, и лидер московской Триады стремился исполнить любое его
пожелание: господина Пу проинформировали о миссии Тао, и он прекрасно понимал ее
исключительную важность для Поднебесной. К счастью, задача господина Пу облегчалась тем,
что полковник оказался весьма воспитанным человеком, ни словом, ни жестом не
демонстрирующим свое высокое положение. Вопросы он решал исключительно через лидера, а
в присутствии подчиненных либо молчал, либо соглашался с мнением главы Триады. Господин
Пу получал истинное удовольствие от общения с таким культурным и образованным
человеком.
- Для похищения Петры Кронцл Ассоциация могла обратиться за помощью к канторам
Алекса Березы, братьев Бобры, Звиада Зузинидзе, Нурсултана Тагиева, Абу-Назима и Манруза
Быка. Остальные московские бандиты гораздо слабее, не имеют ни ресурсов, ни связей для
осуществления столь сложной операции. - Для подтверждения своих слов господин Пу чуть
качнул головой. - Даже если я ошибаюсь и кто-то из мелких достаточно вырос, анализ
предыдущих дел Ассоциации показывает, что ее менеджеры обращаются только к солидным,
давно существующим на рынке организациям. То есть в настоящее время Петра находится в
руках кого-то из этой шестерки.
Тао задумчиво повертел в руке бокал с белым вином.
- Негры?
- Полгода назад Ассоциация выкрала двух сыновей Джошуа Таллера, архиепископа
Святого Католического Буду. Негры с большим уважением относятся к монсеньеру Таллеру, и
там Ассоциация вряд ли нашла бы помощников.
- Это весомый аргумент, - согласился полковник. - Могли ли менеджеры нанять
пряток?
- Не в столь крупном деле, - подумав, ответил господин Пу. - У нас есть информация,
что и в Москве, и в других Анклавах прятки не отказываются от контрактов с Ассоциацией, но
внучка Романа Фадеева - слишком заметная фигура. Мутабор при всей своей независимости
не ссорится с корпорациями, и каждый храмовник это понимает. К тому же прятки
предпочитают действовать только на территории Анклавов.
Других мощных сил в Москве не было, и Тао вернулся к бандитам:
- Господин Пу, я уверен, ваши люди уже проанализировали каждую из шести кантор.
- Вы мне льстите, - заскромничал лидер Триады. - Наши возможности не столь
хороши, как хотелось бы. Все, что мы можем - это слушать, смотреть и думать. - Он
помолчал. - Абу-Назим сейчас в Эль-Париже, уехал еще пять недель назад. Может показаться,
что он создает себе алиби, но наши друзья сообщили, что старик неплохо проводит время на
своей вилле, предпочитая командовать оттуда. Я считаю, что Абу собирается отойти от дел и
ищет покровителей среди элиты Исламского Союза, в его канторе наблюдается некая
рассеянность.
- Осталось пятеро.
- Тагиев, Бык, Береза и Зузинидзе ведут себя как обычно, значит, это может быть
каждый из них. У двух братьев Бобры есть алиби: во время похищения они сидели в кутузке.
- Возможно, специально отвлекали внимание?
- Возможно, - тонко улыбнулся господин Пу, - вот только ТАКИМ образом внимание
не отвлекают: это на их базе взяли курьера с нашими "поплавками".
- Тогда действительно вряд ли, - после короткого раздумья согласился Тао. - Работать
одновременно и на Ассоциацию, и на Консорциум слишком опасно.
- Согласен с вами.
- Но это не снимает с них подозрений. Насколько мне известно, славяне жадны и
туповаты. Они вполне могли "пожрать в два горла".
- Тем более братьев много, - позволил себе пошутить господин Пу. - Двое
обеспечивают дорогу курьеру, двое воруют девчонку Фадеева.
Поднебесники негромко посмеялись над приятной шуткой, но сразу же вернулись к
делам:
- Вы установили наблюдение за подозрительными канторами?
- Все глаза и уши Триады чутко следят за каждым их шагом.
- Отлично. - Полковник налил себе еще вина. - Со мной приехали несколько
человек... на случай, если потребуется силовое прикрытие. Если вдруг нам станет известно о
точном местонахождении Петры, они постараются вызволить несчастную девочку из лап
похитителей.
- Ваши подчиненные уже побывали в арсенале и подобрали себе снаряжение, -
сообщил лидер Триады. - Мы предоставим им любую поддержку: проводники, транспорт,
подкрепление. Все, что угодно.
- С вами необычайно приятно работать, господин Пу.
- Поверьте, полковник, я испытываю точно такие же чувства от нашего сотрудничества.
Мне приятно думать, что в Поднебесной продолжают рождаться достойные и умные люди.
- Достойные люди рождаются не только в Поднебесной, - вернул комплимент Тао. -
Даже в варварской стране китаец остается китайцем. Главное, что мы объединены великой
целью, в этом наша сила.
- Превосходные слова, полковник. Мы стояли у истоков человеческой цивилизации. Мы
познали величие, испытали трудности и больше не позволим поколебать Поднебесную.
- Народную республику, - поправил бандита разведчик.
Все-таки в таком контексте уместнее использовать это название. Господин Пу не был
коммунистом, но он прекрасно ориентировался в реалиях:
- Совершенно верно, полковник, - Народную республику. - Чуть помолчал и уже
другим, более деловым тоном поинтересовался: - Могу ли я задать вам вопрос?
- Разумеется, господин Пу.
- Вы сказали, что хотели бы вырвать Петру Кронцл из лап похитителей.
- Хочу.
- Но ведь не для того, чтобы отдать Железному Рому?
Разведчик улыбнулся.
- В настоящее время наш союз с Фадеевым равноправен: если СБА узнает, откуда Ром
взял деньги на покупку "МосТех", разразится крупный скандал. "Фадеев Групп", так же, как в
свое время "NDC", распродадут по частям. На Поднебесную наложат новые санкции, причем
на этот раз, я уверен, штатники и индусы добьются куда более жестких мер. Таким образом,
раскрытие информации не выгодно ни нам, ни Рому.
- И вы не можете на него давить.
- Увы. - Тао помолчал. - Есть и вторая сторона медали. Если "МосТех" действительно
разработал то, что мы думаем, влияние Фадеева усилится многократно. С его умом и силой он
способен объединить все Анклавы.
- Но ведь разработка будет и у нас. Таковы условия сделки?
- Главная ценность разработки в том, чтобы она была только у нас, - вздохнул
полковник. - В этом случае никто не сможет устоять перед Поднебесной.
- Понимаю. - Господин Пу посмотрел в непроницаемые глаза полковника. - Но
почему в таком случае власть, о которой вы говорили, не могут получить русские из "МосТех"?
Ведь это их разработка.
- Если безрукий найдет пистолет, он все равно не сможет защититься от нападения, -
заметил Тао. - "МосТех" переживает не самый лучший период, ее фонды истощены, мы
полагаем, все они были пущены именно на эту разработку. Фактически в настоящее время
"МосТех" живет только за счет России: корпорация обслуживает их атомные станции, ракеты и
полярные нефтяные скважины. Если "МосТех" объявит о разработке, конкуренты коршунами
набросятся на акции и разорвут корпорацию в клочья. "Фадеев Групп" - иное дело, это
крупнейшая финансовая корпорация, у нее интересы по всему миру, по всем Анклавам.
Железный Ром разработкой воспользуется как надо, хватка у этого варвара мертвая.
- И пока вы с ним равноправные партнеры.
- Теперь вы понимаете, господин Пу, для чего нам Петра?
- Я с самого начала не сомневался в вашем ответе, - с уважением склонил голову
бандит. - Учитывая обстоятельства, Фадеев должен твердо знать, кто его настоящие друзья.
- И выполнять их маленькие просьбы, - закончил разведчик.
В свое время генерал Ляо рассматривал вариант захвата внучки Железного Рома, но
отказался от него в силу рискованности предприятия: если бы операция сорвалась, Фадееву
ничего не стоило бы отказаться от сделки. Тао же не видел ничего дурного в том, чтобы
воспользоваться ситуацией.
- Последний вопрос, полковник, - негромко произнес господин Пу. - Разве парни из
"МосТех" не могут спрятать разработку в случае покупки корпорации Ромом?
- Не могут, - покачал головой Тао. - Положение обязывает корпорации дублировать
всю информацию в базы СБА, которая, в свою очередь, гарантирует полную тайну данных. Это
сделано в том числе и для того, чтобы избежать махинаций.
- То есть, если Фадеев купит "МосТех", парни будут обязаны передать ему разработку?
- Или они навсегда отправятся в Африку.
После того как удовлетворивший любопытство бандит удалился, полковник некоторое
время провел в кресле, вновь и вновь прокручивая в голове то, что узнал о канторах от
господина Пу и из досье, после чего поднялся, прошелся по комнате и потянулся. С
удовольствием почувствовал, как напряглись мышцы, чуть быстрее потекла кровь по жилам,
захотелось спарринга, прямо сейчас: в боевую стойку, опытного соперника и чтобы бой до
изнеможения. И никаких защитных шлемов и шитков, никаких перчаток - до крови, с
синяками и ссадинами! Полковник был хорошим бойцом, не лучшим, но не плохим, даже по
меркам инструкторов спецназа военной разведки. И занимался он боевыми искусствами не по
долгу службы, а от души, искренне считая, что только с помощью древних техник может быть
достигнута гармония между человеком и современным миром.
- Тао! - Вызов пришел на "балалайку". - Любимый, я соскучилась.
Перед глазами появился нежный овал женского лица, миндалевидные глаза, модная
короткая прическа, припухлые губы. Лань, красавица Лань, последнее увлечение полковника.
- Принять вызов, - распорядился Тао и уже для подруги: - Я тоже соскучился,
котенок.
- Я хотела искупаться и подумала о тебе. - Камера отъехала чуть назад. Оказалось, что
девушка сидит на бортике небольшого бассейна, едва прикрытая полотенцем. - Хочешь
посмотреть?
- Подожди, я перейду в кресло, - улыбнулся полковник.
Он перевел соединение на стационарный коммуникатор, подключил к нему свою
"балалайку", включил режим максимальной защиты, опустился в кресло напротив монитора и
почтительно произнес:
- Здравствуйте, товарищ Ляо.
Передача на основной коммуникатор шла своим чередом, великолепная Лань плескалась в
бассейне, и именно ее увидел бы любой, подключившийся к линии ломщик. Или не ломщик, а
машинист любопытного господина Пу. Не важно. Важно то, что вычленить из этой передачи
настоящий сигнал не смог бы никто, а если бы и выделил, то потребовались бы десятилетия на
расшифровку.
- У тебя усталый вид, - негромко проговорил старик. - Когда ты спал в последний
раз?
- Я прекрасно отдохнул во время путешествия на цеппелине.
- Твоя голова должна оставаться ясной, тогда решения будут правильными.
- Да, товарищ Ляо. Именно поэтому мне не удается поспать: операция, к моему
глубочайшему сожалению, разворачивается не так, как было задумано.
- Сунь-цзы сказал: трудное в борьбе на войне - превратить бедствие в выгоду, - после
короткой паузы изрек генерал. - У тебя возникли непредвиденные трудности, ты пропустил
неожиданный удар, но даже из этого мы можем извлечь выгоду.
- Что вы имеете в виду? - удивленно спросил Тао.
- Запись боя, которую ты прислал, - скупо ответил старик. - Кто еще видел ее, кроме
тебя?
- Господин Пу.
- И Гуй Вэй, который участвовал в схватке, - мягко закончил Ляо. - Хорошо. Чем
меньше, тем лучше.
- Были еще граверы, - напомнил полковник.
- Они показались мне слишком напуганными, чтобы болтать лишнее.
- Не могу не согласиться, - склонил голову Тао. Полковник понимал, что присланная
им запись вызовет интерес в Пекине, уж больно необычным показался Тао человек в наномаске.
Но, судя по всему, был произведен настоящий фурор: генерал Ляо не тот человек, который
тратит свое время на ерунду.
- Ты задумывался над тем, что видел?
- Мне показалось, мы имеем дело с новым поколением генавров или трансеров, -
осторожно ответил полковник.
- Почему ты так решил?
- Человек в наномаске двигался слишком быстро. У Вэя были надежные телохранители,
прекрасно обученные и тренированные для действий в группе. Но в "Подпрограмме" они
выглядели беспомощными детьми. Противник был и быстрее, и сильнее. Никто из
существующих бойцов не смог бы в одиночку справиться с тремя охранниками Вэя и дважды
увернуться от очереди из "дрели". Я знаю, реакция пряток позволяет им уклоняться от
выстрелов, но не произведенных с такого близкого расстояния.
- Ты прав, Тао, это был не прятка. - Генерал Ляо вновь выдержал паузу и теперь
говорил с предельной серьезностью. Тоном, каким посвящают в настоящие тайны. - Не
генавр. Точнее, я хочу, чтобы твои предположения не оправдались и этот боец не оказался
новой разработкой Мутабор.
Полковник почтительно молчал.
- Возможно, ты наткнулся на след, который мы потеряли очень давно.
- На след врага?
- Старого и очень страшного врага, - подтвердил старик. - Который ненавидит нас,
ненавидит Народную республику и воспользуется малейшей возможностью, чтобы нанести нам
вред.
- Один-единственный варвар вряд ли способен поколебать устои Поднебесной.
- К сожалению, этот способен.
Тао вздрогнул. Его поразило, как была произнесена эта фраза: в голосе Ляо отчетливо
читалась угрюмая обреченность, словно генерал... Боялся? Не опасался, а откровенно боялся
"старого и очень страшного врага", но ведь это нонсенс! Бред! Ведь речь идет не о том, что
была обнаружена активность штатников или индусов, о том, что русские запустили ракеты на
Пекин. Мы говорим о встрече со странным воином! О каких устоях идет речь? Впервые в
жизни полковник позволил себе усомниться в словах старика.
- Один-единственный варвар? Допускаю, что он хороший боец, он прекрасно двигается
и очень силен...
- Ты ничего не понял, - вздохнул старик. - Человек в наномаске - след. Слуга нашего
врага, слуга Чудовища. Тень мастера. Его кулак. Это старая история, Тао. Время пришло, и,
когда ты вернешься в Поднебесную, я поведаю ее тебе, а пока поверь мне на слово: ты напал на
след очень, ОЧЕНЬ опасного человека. С одной стороны, это хорошо: мы давно ищем его. С
другой стороны, я не хочу рисковать тобой и операцией.
Генерал выбрал именно такую последовательность: "тобой и операцией", показывая, что
ценит своего помощника выше, чем успех весьма важной для Народной республики операции.
Тао почувствовал прилив мальчишеской гордости.
- Мы знаем, что человек в наномаске пришел в "Подпрограмму" по приказу Всадника.
Получается, Всадник и есть наш враг?
- Необязательно. У Чудовища много слуг, и Всадник может быть одним из них. - Ляо
прищурился: - Всадник вез для нас "поплавки"?
- Да.
- Потерял, но обещал привезти новые?
- Да.
Несколько секунд генерал молчал, пытаясь согласовать эту информацию с той, которой
располагал. До Тао долетало лишь тихое бормотание:
- Но зачем ему этот ход? Вывести нас из игры? Или он знает об операции и сам тянется к
призу... Тогда мы под ударом... С другой стороны, это доказывает, что приз существует...
Впервые за многолетнее знакомство полковник видел старика в такой растерянности.
Всегда спокойный и невозмутимый, Ляо явно не знал, что предпринять, как правильно повести
себя в изменившейся ситуации, какой приказ отдать.
- Я должен подумать, - произнес, наконец, генерал. - Пока могу лишь посоветовать
быть осторожным, усилить меры безопасности. Честно говоря, Тао, я предложил бы тебе
немедленно покинуть Москву, но догадываюсь, что ты откажешься.
- Я обязан довести операцию до конца.
- Это правильные слова, - кивнул Ляо. - А параллельно проведи дополнительное
расследование. Постарайся мягко, ОЧЕНЬ мягко, разузнать о человеке в наномаске. Наведи о
нем справки. Учитывая обстоятельства, твой интерес будет вполне объясним. Но ни в коем
случае не заходи слишком далеко. Пока не заходи. Почувствуешь опасность - сразу же
отступай. Если логово Чудовища действительно находится в Москве, ты с ним не справишься.
Ты не укроешься ни в Шанхайчике, ни в Запретном Саду. Тебя не смогут защитить все воины
Триады.
Се Сяньцзи, гравер, вспомнил полковник. Его достали в весьма защищенном доме,
находящемся в хорошо охраняемом районе Шанхайчика. Господин Пу был удивлен и
рассержен, потребовал приложить все усилия, дабы отыскать преступника, но расследование
зашло в тупик. Одна из версий гласила, что неизвестный разбил бронированное стекло голыми
руками. Теперь, посмотрев запись боя и поговорив с генералом, Тао не видел в этом безумном
предположении ничего странного.
- Я буду осторожен, товарищ Ляо.
АНКЛАВ: МОСКВА
ТЕРРИТОРИЯ: ВОСТОЧНЫЙ РУКАВ
ДОВЕРЯЙ, НО ПРОВЕРЯЙ
География любого Анклава
...Закладка в соц.сетях
