Жанр: Научная фантастика
Анклавы 1. Московский клуб
...кунд!
Ребята из Шарика прибавили, но ни они, ни машинисты "Евроспейс" не успевали.
Отстрел спасательной капсулы шаттла осуществлялся только по приказу изнутри. До тех
пор, пока автономные системы жизнеобеспечения знали, что хоть один член экипажа находится
в сознании, бортовой компьютер игнорировал все попытки запустить программу спасения
извне. И лишь в том случае, если вероятность гибели людей превышала восемьдесят пять
процентов, бортовой компьютер принимал решение об отстреле капсулы без учета мнения
пилотов. В настоящий момент находящиеся в челноке люди не могли спастись самостоятельно
- их отключили. И в задачу Север входило заставить шаттл отстрелить капсулу так, чтобы она
приземлилась неподалеку от Зузинидзе. Менеджеры Ассоциации полагали, что проблемы с
управлением и связью, отказ двух двигателей, пожар и существенное нарушение траектории
полета должны побудить компьютер к решительным действиям. И, как обычно, не ошиблись в
расчетах.
- Заводи мобиль, Звиад, - процедила Рита. - Сейчас я скажу, куда упадет девочка.
СРЕДНИЕ СЛОИ АТМОСФЕРЫ
КАБИНА СПОРТИВНОГО ШАТТЛА
ПОЧТИ ПАНИКА
- Я боюсь! Джимми, я боюсь!!
- Петра, не кричи!!
Ему тоже было страшно, но инструктор не оставлял попыток вернуть контроль над
челноком. Они падали, они почти падали. Судя по показаниям приборов, работали лишь два
маршевых двигателя из четырех, второй горел, третий не отвечал, закрылки заклинило, и
встречный воздушный поток изрядно повеселился, подбрасывая шаттл между облаками. Петру
стошнило, и Джим радовался, что у девчонки хватило выдержки не выскочить из кресла и не
броситься к шлюзу.
- Джимми, сделай что-нибудь!
Он не ответил: во-первых, некогда, а во-вторых, она бы все равно не услышала ответ.
Челнок тряхнуло особенно сильно.
- Я не хочу умирать!
- Повторяй код! Повторяй код! - Инструктор попробовал перезапустить "балалайку"
девушки и теперь надеялся на чудо. - Петра, милая, повторяй код доступа! Повторяй этот
гребаный код... мать!! Попробуй взять управление!
Она лепетала цифры, но кто проверит, правильна ли их последовательность? У самого
Джимми на это времени не было. Он давно переключил шаттл в режим ручного управления.
Точнее, нажал на нужную кнопку, но все без толку. Тем не менее инструктор хладнокровно
выполнял все предписанные при приземлении действия. Нажимал на нужные тумблеры,
кнопки, проводил запуск двигателей, менял положение закрылков, поворачивал штурвал. Ни
одно из его действий не привело к какому-либо результату, системы челнока не реагировали на
команды, но Джим продолжал работать - это не давало ему впасть в панику. И одновременно
командовал Петрой:
- Петра! Пытайся... мать! Говори код!
- Четыре, девять... Джимми, мы разобьемся!
- Повторяй код!!
- Семь... Я не хочу умирать!
- Код... мать! - Пока есть надежда на чудо, в него надо верить. - Код!!
Он не сказал ей самое главное: приказ об отстреле спасательной капсулы не прошел.
Надежды не осталось.
- Я запустил им третий двигатель!
Сысоев, дежурный администратор Шарика, рысью бросился к установившему связь
машинисту. Следом ринулся прибывший в операторский зал представитель СБА.
- Это была атака! - крикнул другой оператор. - Я вижу следы взлома!
- Потом! - Сысоев склонился над монитором. - Дай ему нормальную траекторию!
- Почему они не покинули шаттл?
- Потом, придурок! Выведи челнок из пике!
- Не получится!
- Второй двигатель работает! Сообщение о пожаре было ложным!
- Это атака!
Глаза беза чуть затуманились: он был погружен в переговоры по "балалайке", сообщал
новости, получал инструкции. СБА уже начала расследование инцидента.
- Ему не хватит топлива на маневр. И... - Пальцы машиниста бегали по клавиатуре. -
Слишком поздно. Его несет к Земле. Мы не вывернемся.
- Капсула! Они отстрелили капсулу!
Сысоев почувствовал огромное облегчение: люди покинули челнок. Но тут же собрался:
многотонная груда железа продолжала кувыркаться в воздушных потоках, и на чудовищной
скорости приближаясь к Анклаву. Но это уже проблема СБА. Сысоев посмотрел на беза:
- Что будем делать?
- Где упадет шаттл?
- В Сити.
- Вы уверены, что люди покинули челнок?
- Мы видим капсулу на радаре.
- Мне нужны координаты приземления. Немедленно!
- А шаттл?
- Им занимаются.
Через двенадцать секунд несчастливый челнок распылили четыре ракеты, посланные ПВО
Анклава. А еще через сорок секунд спасательная капсула пробила кроны деревьев и тяжело
врезалась в землю. Необычно стремительное приземление объяснялось просто: два из трех
парашютов не раскрылись - об этом позаботились люди из Ассоциации, которым нужно было
обеспечить Звиада необходимым запасом времени.
АНКЛАВ: МОСКВА
ТРАНСПОРТНЫЙ УЗЕЛ "ШЕРЕМЕТЬЕВО"
ПЛАНЫ ПОЛЕТЕЛИ К ЧЕРТЯМ
- Грег, я не понимаю, что происходит, - доложил машинист. Они общались по
закрытой линии СБА и не стеснялись говорить открытым текстом. - Шаттл сидел на двух
независимых каналах связи: его вели и Шарик, и "Яблоко". С каждого канала можно
перехватить управление. Плюс ручное управление. Плюс слишком поздно выстрелила
спасательная капсула.
Информацию из Шарика технарь еще не получил, а потому делал выводы самостоятельно.
- Твое мнение?
- Атака ломщиков. Сто пудов, это они! Одновременный сбой всех систем управления
невозможен в принципе. Нас атаковали!
- Ты можешь рассчитать, где сядет капсула?
- Не нужно! Слоновски, отставить суету! - Мертвый нечасто влезал в переговоры
сотрудников. - В Шарике уже все посчитали, спасатели едут... - Кауфман кашлянул. Или
подавил готовое сорваться с губ ругательство. - Траектория полета спасательной капсулы
оказалась не такой, как предполагалось. Нас обыграли, господа.
Грег невозмутимо смотрел, как вертолет шотландцев взмывает в небо, но в его душе
бушевал ураган: провалилась прекрасно спланированная операция. Такие вещи Слоновски
расценивал как личное оскорбление. Он уже прокрутил в голове все возможные варианты
развития событий и понял, что выполнение задачи невозможно. Точнее, взять Петру еще
можно, но без всякой конспирации.
- Что делать, босс?
- Ничего. - Кауфман, судя по всему, смирился с неудачей. - Я не собираюсь
подставляться. Командуй "отбой".
И отключился.
Слоновски махнул рукой своим - безы молча полезли в вертолет, и снова вызвал
машиниста:
- Не забудь внести в базу запись, что мы встретили верхолаза из Эль-Парижа.
Грега трясло от бешенства, но он не забывал ни об одной мелочи.
- Уже сделано, - отозвался тот.
АНКЛАВ: МОСКВА
ТЕРРИТОРИЯ: СИТИ "ПИРАМИДОМ", ВТОРАЯ ПОЛОВИНА ДНЯ
ВСЕ ЕДВА СДЕРЖИВАЮТСЯ
Кауфман раздраженно ударил кулаком по столу, отшвырнул коммуникатор - прибор
ударился об стену и упал на пол, - поднялся с кресла и, заложив руки за спину, быстро
прошелся по кабинету. Итак, операция не удалась. Что дальше? Отступить? Ни в коем случае!
До цели добираются только упрямые люди, а в этой черте характера Кауфман мог дать сто
очков вперед кому угодно. Он решил взять Петру, и он ее возьмет. Просто нужен новый план. В
первую очередь определить, кто осмелился встать на дороге, вычислить ловкачей, добраться до
них, наказать и заполучить девчонку...
Коммуникатор издал мелодичный перезвон. Мертвый подошел к приборчику, посмотрел,
что отобразилось на вспыхнувшем экране, и поморщился: вызов из Цюриха, головного офиса
СБА. Перезвон повторился. Кауфман поднял тонюсенькую полоску с пола, переадресовал
вызов на стационарный коммуникатор и вернулся к столу.
- Макс, что у тебя происходит, черт побери?
Ни "Здравствуй", ни "Как дела?" Холодный, деловой тон, почти приказной. Позволить
себе разговаривать с Мертвым в таком ключе мог лишь один человек в мире - Ник Моратти,
президент СБА.
- Ты заснул?
- Челнок с "Яблока" потерял управление, - глухо пробурчал Кауфман. - Возникла
опасность для Сити, и мы сбили его на подлете к Анклаву.
В кабинет заглянул Эдди Чинча, присланный из Цюриха заместитель Макса.
- Можно?
"Конечно, куда же без него!"
Кауфман кивнул: "Входи" - и вновь перевел взгляд на экран.
- Ты знаешь, кто был в шаттле? - поинтересовался президент СБА.
- Теперь знаю, - спокойно ответил Мертвый. - Петра Кронцл.
- Фадеев в шоке, - вздохнул Моратти. - Точнее, пока в шоке. Минут через десять он
впадет в ярость, и у нас появятся серьезные проблемы.
Должность президента СБА была выборной, кандидат нуждался в одобрении большинства
глав транснациональных корпораций, и через три месяца предстояло ежегодное отчетное
собрание, на котором Моратти должны были продлить контракт. А могли и не продлить.
- Фадееву следовало заранее предупредить, что на нас свалится его внучка.
- Ты еще можешь шутить?!
- А что мне остается? Роман верит только шотландцам, нас игнорирует, о том, что
девчонка в шаттле, я узнаю с "Яблока". С "Яблока", Ник! И это при том, что я обязан
обеспечивать ее безопасность по уровню "А".
- Я полностью согласен с Максом, - поспешил вставить Эдди. - Мы оказались в
дурацком положении.
- Этому есть объяснение. - Моратти был вынужден сбавить обороты.
- Я знаю, что у Фадеева натянутые отношения с московскими корпорациями, - махнул
рукой Мертвый. - Знаю, что он не любит меня. Но следует разделять личные отношения и
бизнес. Сейчас, когда его внучка едва не погибла...
- Петру нашли?
- Ищут.
- Значит, ты не знаешь, жива она или нет.
- Поисковая операция еще не завершена, - дипломатично сообщил Чинча.
Мертвый помолчал, медленно сжал в кулак правую руку, словно хотел растянуть
неожиданно ставшую тесной перчатку, и тихо продолжил:
- Сам видишь, Ник: мне ничего не остается, кроме шуток.
Президент СБА негромко выругался.
- Что ты знаешь?
- Только то, что мы сбили челнок через двенадцать секунд после отстрела спасательной
капсулы. У нас не было выбора, Ник, шаттл падал на Сити. Мы и так тянули до самой
последней возможности.
- Спасатели?
- Уже выехали. Мы связались с федералами из Московии, они обещали помочь в
прочесывании местности.
- Разве капсула не снабжена маяком?
- Снабжена, - кивнул Макс. - Но он не работает.
- Что? - Моратти округлил глаза.
- У меня есть основания считать, что имела место атака ломщиков. Это не несчастный
случай, Ник, а продуманная акция.
- Ассоциация?
- Только им по зубам такие фокусы.
Моратти посмотрел на Чинчу, Эдди развел руками. Моратти крякнул. Моратти снова
выругался, на этот раз длиннее и заковыристее. Моратти провел ладонью по большому лбу и
жестко посмотрел на нахохлившегося Кауфмана.
- Если выяснится, что ты проспал похищение Петры, нам придется выдержать такую
бурю...
- Ассоциация крадет людей по всему миру, - пожал плечами Мертвый. - Если бы ты
позволил мне действовать так, как она того заслуживает...
- Поговорим потом.
- Когда они украдут Холодова? Или самого Фадеева? Или тебя?
- Макс, сейчас с Ассоциацией можно договариваться, а если мы начнем вести себя так,
как предлагаешь ты, получим только трупы.
- Три или четыре, - холодно ответил Кауфман. - Потом похищения прекратятся.
Похитителей не останется.
- Этот вопрос не обсуждается! - повысил голос Моратти.
- Тогда не надо мне говорить, что я проспал похищение Петры! - отрубил Кауфман. -
Если бы мне хотя бы сообщили, что она прилетает, если бы у меня было время подготовиться,
то - пожалуйста. А так ищите крайнего в другом месте!
Несколько секунд мужчины буравили друг друга взглядами.
- Мне кажется, господа, мы говорим не о том, - предельно корректно произнес Эдди.
Позиция Макса снискала ему славу человека несколько прямолинейного. Среди высшего
звена СБА считалось, что Кауфман из тех, кто звезд с неба не хватает. Отличный исполнитель,
прекрасный тактик, но не способен к изящным операциям. Моратти и его люди были уверены,
что знают Макса досконально, доктор Кауфман изо всех сил поддерживал их в этом
заблуждении. От Мертвого никто не ждал подвоха, а в результате в своем Анклаве Кауфман
делал все, что хотел.
- Я погорячился, - буркнул, наконец, Ник. - Извини.
- Поганый день, - тихо ответил Мертвый. - У всех неприятности.
- Найди Петру, Макс. Я знаю, ты недолюбливаешь Фадеева, но, черт побери, спаси эту
проклятую девку.
- Постараюсь.
Мертвый отключил коммуникатор.
- Ник в бешенстве, - тихо произнес Эдди.
- Я видел, - коротко ответил Макс.
- Кстати... может, это не мое дело, но почему вы с Фадеевым так ненавидите друг друга?
- Собака изначально не любит кошку, а аргументы подыскивает потом.
- Понял, - покладисто проронил Чинча. - Это не мое дело.
Кауфман задумчиво посмотрел на заместителя. На его модный костюм, элегантную
сорочку и дорогой перстень на мизинце. Черноволосый, плечистый Чинча нравился женщинам
и тщательно следил за своей внешностью. Сотрудником он был исполнительным, хватким, но
Макс не обольщался: Эдди - человек Моратти. Назначенные заместители были ушами и
глазами главного офиса СБА, командовали на местах службами собственной безопасности и
следили за тем, чтобы директора филиалов хорошо исполняли свои обязанности.
- Возьми на контроль поисковую операцию, - приказал Мертвый. - Докладывай
каждые двадцать минут.
- ОК.
Чинча вышел из кабинета. Макс проводил его взглядом, почти минуту просто сидел,
бездумно глядя на закрывшуюся дверь, после чего нажал на кнопку вызова, и через несколько
секунд в кабинет постучался Мишенька. Рабочее место дознавателя находилось совсем рядом.
- Как ты понял, план не удался. - Мишенька невозмутимо кивнул. - Слоновски только
что покинул Шарик. Позвони ему. Подними весь Отдел. Я хочу знать, какая кантора снюхалась
с Ассоциацией.
- О похищении Петры еще не объявлено, - мягко напомнил Щеглов. - Если Фадеев
решит договориться с Ассоциацией полюбовно, СБА запретят заниматься поиском Петры.
- Поэтому пока что ребята должны просто узнать, кто взял девчонку. Не более. Объясни
это Слоновски. - Мертвый жестко посмотрел на дознавателя. - Мне нужна Петра.
Мишенька согласно качнул головой.
- Все. Как только появится информация, немедленно сообщи. Мне надо уехать.
Мишенька кивнул в третий раз.
- Иди.
Кауфман подождал, пока Мишенька покинет кабинет, после чего выбрался из кресла,
прошел в свою комнату отдыха и, остановившись перед большим, выше человеческого роста,
зеркалом, в тяжелой бронзовой раме, принялся медленно стаскивать с рук тонкие черные
перчатки.
ОСОБЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ОКРУГ ПОДМОСКОВЬЕ
ПЯТЬДЕСЯТ КИЛОМЕТРОВ К ЗАПАДУ ОТ АНКЛАВА
У ВСЕХ СВОЙ ПРОБЛЕМЫ
Север не подкачала: капсула приземлилась именно в том районе, где ждал Зузинидзе,
всего в километре от бандитов. Звиад видел, как болид стремительно несся к поверхности -
единственный парашют не мог обеспечить нужную плавность посадки - и торопливо погнал
канторщиков к месту приземления. "У тебя будет одиннадцать минут. Затем ты начнешь
проигрывать безам. Если задержишься у капсулы больше, чем на двадцать минут, можешь не
торопиться - тебя возьмут".
- Скорее, дети шакала, скорее!
Но подгонять канторщиков не требовалось: все понимали, что времени мало, и тяжелые
мобили мчались к добыче напрямик, не разбирая дороги, подбрасывая пассажиров на кочках.
- Рустам, готовь резак!
- Жду приказа, Звиад!
Менеджеры Ассоциации продумали все. Вскрыть спасательную капсулу снаружи можно
было только с помощью электронного ключа "Евроспейс", дубликат которого у Зузинидзе был.
Однако учитывая то, что капсула приземлялась в нештатном режиме, механизм мог не
сработать или пассажиры, почувствовав неладное, могли заблокировать шлюз изнутри.
Поэтому в мобилях Звиада находился богатый инструментарий, а в "балалайке" Рустама -
подробная инструкция, как вскрыть капсулу за три-четыре минуты. Основное место в плане
отводилось лазерному резаку. "Надеюсь, он нам не понадобится!" - в который уже раз
подумал Зузинидзе. Звиад прекрасно понимал, что одиннадцать минут - это крайний срок, и
планировал убраться из опасного района гораздо раньше.
- Шамиль, ты вызвал парней с транспортом?
- Да!
Голос помощника дрожал от возбуждения. Зузинидзе сжал в кулаке ключ.
- Петра! Петра, ты жива!
Джимми ударил девушку по щеке, потом еще раз, сильнее, и улыбнулся, услышав стон.
- Петра! Посмотри на меня!
Девушка с трудом разлепила веки, сфокусировала взгляд на инструкторе.
- Что ты чувствуешь?
- Больно...
- Хорошо!
Было бы гораздо хуже, если бы она ничего не чувствовала. А боль, боль - хорошо.
Нервные окончания посылают недовольные сигналы, мозг работает, оценивает, возмущается.
Мозг дарит боль. Боль требует действия. Сначала она всегда требует действия. Ты приходишь в
себя и пытаешься избавиться от нее. Если не получается - проваливаешься в болевой шок, но
сначала боль помогает, возвращает в реальность.
- Что у тебя болит?
- Все! И ничего! Я не знаю! Мне очень больно!
Резкой боли нет, значит, будем надеяться, ничего не сломано, не отбито, не вырвано.
Перегрузки и удар компенсировало отлично спроектированное кресло, какие-то повреждения,
разумеется, есть, но не фатальные. Джим вытащил шприц и сделал девушке инъекцию
"универсального солдата" - многоцелевого препарата, разработанного Мутабор. Сделал очень
ловко, несмотря на то, что сам инструктор чувствовал себя не лучшим образом - шум в голове
не утихал, но в первую очередь надо позаботиться о пассажирке.
- Джимми, где мы?
- Уже на земле.
- Мы сели в Шарике?
- Недалеко от него, - через силу улыбнулся инструктор.
- А шаттл?
- Его сбили.
- Мы потеряли управление... - Голос Петры слабел. - Ты нас спас...
- Не знаю, кто нас спас. - "Универсальный солдат" слегка расслаблял, поэтому себе
Джим вколол стимулятор. Тряхнул головой - туман рассеивался не так быстро, как
хотелось, - и заметил движение за бортом. - О, к нам уже приехали!
Но Петра его не услышала. Инструктор посмотрел на закрывшую глаза девушку, снова
перевел взгляд на поле: у капсулы остановился мощный мобиль, из которого высыпали люди в
форме СБА, и улыбнулся:
- Вот и все.
Слегка шатаясь, Джим подошел к шлюзу и потянул красную ручку. Механизм открывания
дверей приводился в действие сложным устройством, состоящим из множества датчиков и
двигателей, но для экстренного запуска существовал обычный рычаг, как пятьдесят и сто лет
назад. Мощная дверь распахнулась, и перед инструктором вырос черноволосый офицер.
- Где Петра Кронцл?
- С ней все в порядке, - успокаивающе сообщил Джим. Он был слишком оглушен и не
обратил внимания на то, что лицо офицера скрыто респиратором и большими очками. - Я
вколол Петре "универсального солдата".
- Правильный выбор, - одобрил Звиад и выстрелил инструктору в голову. - Берите
девчонку, дети шакала! У нас мало времени!
Капсула лежала на самой опушке, среди сломанных во время приземления веток и
небольших деревьев. Хвостовая часть ушла во влажную землю примерно на полметра. Носовая,
там, где находилась кабина пилотов, была немного задрана вверх. Шлюз открыт. На пороге -
убитый инструктор. Петра Кронцл исчезла. Вокруг, на траве, следы трех тяжелых мобилей.
- Мы перестали принимать сигнал ее "балалайки" двадцать минут назад.
- Чип выдернули и выбросили. Или спрятали в контейнер.
- У Петры вживлен независимый маяк, - угрюмо сообщил шотландец. - Его сигнал
тоже заглушен.
Московский без пожал плечами:
- Поставили блокиратор. Где был маяк?
- В ребре.
- Надели корсет.
- Для этого надо было знать, что маяк в ребре, - прищурился шотландец.
- Надо было знать, что она полетит на этом шаттле. Надо было суметь сбить его. Надо
было встретить капсулу. - Москвич вздохнул и мрачно оглядел работающих на месте падения
экспертов. - Они хорошо подготовились, приятель, очень хорошо. Передай своему шефу, что
надо искать крыс.
- Мы найдем, - пообещал шотландец. - Но главное сейчас - Петра.
- Я делаю все, что могу.
- Надо делать больше!
- У них слишком большой запас времени.
- Мы проверили последнюю запись в "балалайке" инструктора, - доложил
подошедший к командирам машинист. - Первым в шлюз вошел человек в форме офицера
СБА.
- Лицо?
- Респиратор и очки с нанопокрытием.
- Проклятье! - вырвалось у шотландца. Он судорожно искал хоть какую-то зацепку. -
Эта территория просматривалась со спутника?
- Они поставили помехи, - напомнил москвич. - Это была хорошая атака, коллега,
отличная... - Прищурился, слушая пришедшее в "балалайку" сообщение, и произнес: -
Нашли три сожженных мобиля. Все они угнаны в разных районах Московии. Судя по всему,
выбравшись на трассу, похитители сменили транспорт.
- На какой?
Поняв, что сморозил глупость, шотландец прикусил язык. Москвич вздохнул:
- Откуда я знаю, коллега? Автобус, грузовик...
- Надо проверять все мобили на въезде в Анклав. Все!
- Что толку? В Москву въезжают тысячи мобилей, и спрятать в них девчонку проще
простого. - Москвич подошел к своему джипу, открыл дверцу, остановился и посмотрел на
шотландца: - Поверь моему опыту, коллега, девчонка уже в Анклаве.
Север не хотела встречаться со Звиадом. И не только потому, что инструкции менеджеров
Ассоциации однозначно требовали немедленно покинуть точку после операции. Зузинидзе
вызывал у Риты неприязнь. Она видела его глаза, слышала его голос и прекрасно понимала, что
такой канторщик легко пойдет против полученных из Ассоциации указаний и убьет слишком
много знающих ломщиков. К тому же - такую возможность нельзя было не рассматривать -
Ассоциация и сама могла приказать избавиться от ломщиков. Ведь работали они против самого
Мертвого, и лишняя страховка в таком случае не помешает. Другими словами, доводов за то,
чтобы быстро делать ноги с места преступления было полно, и едва спасательная капсула
отделилась от челнока, Рита выключила "раллер", выдернула из него четыре "поплавка",
бросила супердорогие процессоры на стол и посмотрела на помощников. Ломщики деловито
расставляли по комнате гранаты с напалстером: следов не останется.
- Таймер на одиннадцать минут, - напомнила Север.
- Конечно!
Машина, которая глушила висящий над Анклавом спутник, продолжала работать в
автономном режиме, закрывая Зузинидзе от безов. Сколько у него есть времени, Звиад знает, не
успеет - его проблемы.
Рита повесила на плечо сумку с "раллером", вытащила пистолет - кто знает, не оставил
ли Зузинидзе пару канторщиков приглядывать за ломщиками, - и открыла дверь на
лестничную площадку.
АНКЛАВ: МОСКВА
ТЕРРИТОРИЯ: УНИВЕРСИТЕТ
ОЩУЩАЕТСЯ НЕКОТОРАЯ РОБОСТЬ
Рассказывали, что раньше, до Большого Нефтяного Голода, до Нефтяных войн и
появления Анклавов, в Москве существовало множество специализированных учебных
заведений, готовящих специалистов для различных отраслей промышленности. Вспоминали
даже экзотические названия типа "Экологическо-юридический институт" или "Академия
научного мониторинга", но все это осталось в прошлом. Или за границами Анклавов.
Корпорации не считали нужным содержать больше одного учебного заведения, зато
постарались максимально расширить его возможности, увеличить количество факультетов,
специальностей и соответственно студентов. Университеты занимали целые районы.
Московский, например, тянулся от Воробьевых гор до Лобачевского, западным краем упираясь
в Поклонную гору, а восточным - в Ленинский проспект, почти в границу Сити. На его
территории располагались учебные корпуса и кампус, парки, пруды, лаборатории, научные
комплексы корпораций, и, несмотря на то, что университетская зона находилась внутри Сити,
она тщательно охранялась СБА. Университеты наряду с корпорациями являлись гордостью
Анклавов. Они предлагали полный цикл, от начальной школы до магистратуры, и получить в
них образование считалось престижным во всем мире. Учиться могли и местные, и жители
государств - политических ограничений при приеме не существовало. Целью Университетов
был поиск и отбор наиболее одаренных ребят, способных в будущем укрепить могущество
корпораций, поэтому в первую очередь сюда брали тех, кто выдержал драконовские экзамены,
независимо от гражданства или социального положения. Но и те, чьи родители обладали
достаточно толстым кошельком, могли стать студентами: пусть лучше туповатый сынок
министра или губернатора поживет пять лет в кампусе и обзаведется друзьями среди будущих
лидеров Анклавов, чем на всю жизнь затаит злобу на корпорации. Университеты были
превосходным инструментом влияния, важным звеном в Фундаменте благополучия Анклавов.
- У тебя красный паспорт. - Иннокентий Викторович Васин, менеджер приемной
комиссии Университета, снова раскрыл мятую книжицу с таким видом, будто не запомнил,
откуда прибыл Илья. - Та-ак, тебе запрещено покидать место прописки, в данном случае
стольный град Питер, без разрешения властей. Ты это знаешь?
- Да, - кивнул молодой человек.
- Что же вы, господин Дементьев, законы нарушаете?
- Так получилось.
- Нехорошо... - Васин причмокнул толстыми губами, бросил паспорт на стол, ослабил
галстук и расстегнул верхнюю пуговицу белой хлопковой рубашки. Безумно дорогой рубашки
по меркам Ильи - настоящий хлопок позволяли себе только каперы и богатеи. - Чего
молчите?
- А что говорить? - пожал плечами Дементьев. - Вы уже все знаете.
- Все, да не все. - Голос Васина неожиданно стал серьезным, деловым и в то же время
более дружелюбным. Официальная часть закончилась, теперь менеджер хотел понять, что за
человек перед ним. - Почему федералы позволили тебе подойти к терминалу? У красных
паспортов "балалайки" особые, тебя должны были засечь за километр до эстакады и взять.
- Я ее отключил, - тихо произнес Илья и положил на стол перед Васиным "балалайку".
- Это же "невынимайка", - присвистнул менеджер. - Как ты сумел ее вытащить?
- Я хорошо разбираюсь в компьютерах, - робко ответил Дементьев. - Придумал... А
вытащить помогли, конечно, одному не справиться.
- Придумал, как извлечь "невынимайку"? Это вызывает уважение. - Васин
улыбнулся. - Как ты только жив остался?
- Голова сильно болела. А так ничего, справился.
- Справился он, - добродушно проворчал Иннокентий Викторович. - Я уже
просмотрел работы, которые ты представил приемной комиссии. Хорошие работы,
любопытные. Странно, но в твоем резюме значится обычная средняя школа.
- У нас преподавал Танаевский, - негромко
...Закладка в соц.сетях
