Жанр: Научная фантастика
Лунная девушка
...елай все, что тебе прикажет итон Джулиан! - грозно велела она лавадару.
- Да, Высочайшая, - старый вояка даже не попытался скрыть свое неудовольствие и тревогу.
- Проведи его обратно во дворец южным ходом!
- Да, Высочайшая.
- Я дам тебе с собой укрепляющий бальзам, ты знаешь, как им пользоваться...
Принцесса подбежала к шкафчику в углу и вернулась с сосудом в оплетке. Сунув сосуд за пазуху,
воин выжидательно уставился на меня.
- Спасибо тебе, Неела.
- Возвращайся скорей, Джу-лиан, - принцесса погладила меня по щеке. - Ты часто ведешь
себя, как безумец, но... Я люблю тебя, кем бы ты ни был, откуда бы ты ни пришел!
Эти слова продолжали звучать у меня в ушах, когда вслед за Ирч-ди я вышел из комнаты.
Бедняга Ко-лей!
Глава пятнадцатая
АД
Следуя рядом с лавадаром через Дворцовый Квартал, я все больше недоумевал, как Джейми
удалось проникнуть во Внутренний Круг, до самых ворот жилища ямадара. Каждый из Кругов
представлял собой кольцо бастионов: три таких кольца окружали дворец Сарго-та, превращая его в
неприступную крепость.
Мы с Ирч-ди проезжали по ущельям узких улиц между крепостных стен, по гигантским
подъемным мостам, перекинутым над заполненными водой рвами, мимо часовых, окликающих нас из
навесных башен. Все вокруг было настолько грандиозным, что казалось ненастоящим, но вскоре у меня
исчезло ощущение, будто окружающие меня каменные громады сделаны из фанеры или папье-маше.
Нет, мосты грохали о камень так, что мой олтон пугливо прижимал уши, толстые цепи гремели,
поднимая перед нами решетки, стены бастионов вздымались так высоко, что внизу между ними царил
полумрак...
Мое внимание разрывалось между олтоном, которым я управлял впервые в жизни, окружающими
меня декорациями к фильму из жизни средневековья и моим провожатым. Седой воин отвечал на
окрики часовых оглушительным ревом, который будил эхо в каменных ущельях, и в моей душе
рождалась черная зависть к тому, кто может так громко орать. Сам я все еще был способен только на
сиплый полушепот.
Этим полушепотом я пытался задавать вопросы Ирч-ди, но тот отвечал настолько коротко и
неохотно, что вскоре я совсем замолчал.
Лавадара принцессы явно хорошо знали и даже побаивались в Дворцовом Квартале: нас
пропускали без задержек через все посты, пока, наконец, мы не приблизились к крепости из черного
камня, при виде которой мой провожатый буркнул:
- Горхаг. Тюрьма Внешнего Круга.
Горхаг распростерся на земле, словно свернувшееся полукольцом чудовище, одним своим видом
внушая почтительный трепет. Кажется, скоро я стану большим знатоком тюрем во-наа и смогу написать
о них реферат, основанный на богатом личном опыте...
Ирч-ди набросил поводья своего олтона на крюк в стене и загрохотал кулаком в маленькое окошко
в окованной металлом двери:
- Воля Высочайшей!
Лавадару пришлось гаркнуть это несколько раз, прежде чем нас обозрели в открывшееся окошко и
впустили внутрь. Внутри Горхаг был похож на Дворцовый Квартал в миниатюре: вооруженные униты
останавливали нас чуть ли не каждом шагу, и я рычал от ярости и нетерпения, пока Ирч-ди объяснялся
с очередным стражником.
Перед тем, как распахнуть дверь в конце длинного коридора, Ирч-ди пристально посмотрел на
меня и достал флягу, полученную от Наа-ее-лаа.
- Нет, не сейчас! - прохрипел я, отстранил флягу и первым ввалился в комнату начальника
тюрьмы.
Каким угодно я представлял себе владыку этого царства теней, только не таким!
В жарко натопленной комнате за захламленным столом сидел лысый толстяк в красной одежде и,
чавкая, лопал что-то из солидных размеров тарелки. В то же время некая бесцветная личность за его
креслом долдонила унылым голосом то ли молитву, то ли реестр.
Подняв глаза на шум открывшейся двери, толстяк суетливо вскочил, сунул бутылку под стол и
уронил кружку. Монотонная молитва смолкла.
- Блистательный лавадар!
- Здорово, Клос, - рыкнул Ирч-ди. - Все отращиваешь брюхо?
- Какое там! - замахал руками толстяк. - В последние олы у меня столько работы, что нет
даже времени как следует поесть! Видишь сам - перехватываю на ходу, одновременно занимаясь
делами...
По знаку начальника личность за креслом включилась с того места, на котором умолкла:
- Кархан Дог-дон, третья верхняя, горячая, безрезультатно. Кархан Ол-дим, вторая нижняя,
признался, переведен в четвертую верхнюю. Итон Ло-гар-хан, шестая верхняя...
- Довольно! - Ирч-ди прервал молитву ударом ладони по рукояти меча.
- Где тан-скин? - просипел я, перегнувшись через стол, отделяющей меня от толстяка.
Ирч-ди немедленно продублировал мой шепот громовым рявком.
- Виноват, блистательный лавадар! - виновато заговорил толстяк. - Я еще не успел выполнить
твой приказ, но я немедленно этим займусь, даже если мне придется остаться без...
- ГДЕ ОН?!
- Э-э... - начальник оглянулся на бесцветную личность, которая немедленно доложила:
- Тан-скин, схвачен во Внутреннем Дворцовом Круге. Четвертая нижняя, обычная подготовка к
допросу первой степени. Допрос назначен на...
- Я и сам прекрасно помню! - прервал толстяк. - Ну конечно, я велел поместить негодяя в
одну из нижних камер, они обычно становятся более разговорчивыми после того, как...
- Мы забираем его, - прервал Ирч-ди.
- Э-э-э... Как скажешь, блистательный лава-дар. Сейчас я кого-нибудь туда пошлю...
- Я сам за ним схожу! - прохрипел я.
Начальник тюрьмы уставился на меня так, словно я ляпнул отъявленную непристойность, но
лавадар рявкнул:
- Воля Высочайшей! - и сунул ему под нос металлическую бляху с изображением трилистника.
- Х-хорошо... Конечно, как скажете... Тогда позвольте мне вас проводить!
С тоской посмотрев на тарелку, толстяк накинул на плечи подбитый мехом плащ.
Лестница, по которой мы спускались, уходила, казалось, в самую Бездну. Несмотря на теплую
одежду, меня колотила дрожь - не столько от царившего здесь промозглого холода, сколько от глухих
страшных криков, порой доносившихся как будто из стен.
На каждой площадке под ярко пылающим факелом дежурил стражник; по тому, сколько таких
площадок мы прошли, я мог судить, как глубоко мы спустились под землю.
Проклятое место! Наверное, даже таракан не смог бы долго просуществовать в этой дыре!
- Долго еще?! - прохрипел я, негодуя, что чертово горло не позволяет мне крикнуть во весь
голос, как мне бы того хотелось.
Но начальник Горахага, топающий передо мной, сразу по пятам за здоровяком, вздымающим над
головой факел, уловил мой хрип.
- Почти пришли! - сообщил он и снова принялся жаловаться на обилие работы и на свою
многотрудную жизнь.
Меня чертовски раздражал этот тип, но я был рад его назойливой болтовне, потому что она
заглушала адские звуки, напоминающие мне о Помосте Казней. Однако чем ниже мы спускались, тем
глуше становились крики и стоны, пока, наконец, не умолкли совсем. Наверное, униты недаром верят,
что в Бездне царит не только вечный мрак, но и полное безмолвие...
- Здесь, - толстяк остановился, переводя дух.
Стражник загремел многочисленными засовами, и едва толстая двойная дверь приоткрылась, из-за
нее вырвался нечеловеческий визг.
Я выхватил у стражника факел, оттолкнул его и ворвался в камеру, как в логово Ночных Владык.
- Джейми! Где ты?..
Никто не отозвался на мой сдавленный хрип, но дикие крики смолкли.
Застыв у входа, я смотрел на голых людей, сбившихся в тесную кучку на полу, и на стаю скрэков,
облепивших окровавленный труп, у которого не было лица, а руки были обглоданы до костей... Многие
еще живые люди были зверски искусаны, и я увидел, как вспугнутый светом скрэк отцепился от руки
сидевшего с краю человека...
- Унита, - машинально поправил я себя, как будто это сейчас имело какое-то значение.
В камеру ввалились мои спутники, свет вспыхнул ярче. Скаля длинные зубастые пасти, скрэки с
недовольным верещанием отхлынули от добычи и один за другим исчезли в дыре в углу.
- В последнее время их развелось столько, что просто спасу нет! - пожаловался начальник
тюрьмы. - За прошлую улу сожрали троих заключенных, - но что я могу поделать? Их не берут
никакие яды...
- Джейми! - я хотел заорать во все горло, но снова разразился кашлем, шаря глазами по тем, кто
сидел на полу.
Среди несчастных, полузамерзших, искусанных, но все еще живых существ я не увидел тан-скина
- и с ужасом воззрился на истерзанное тело на полу...
- О господи... Нет!
- Джу-лиан...
Почти неслышный шепот, раздавшийся за моей спиной, заставил меня резко развернуться, - и в
дальнем углу камеры я увидел того, кого искал.
Раздетый догола, как и все остальные заключенные в этой душегубке, Джейми лежал на земляном
полу, истоптанном лапами скрэков.
Я одним прыжком оказался рядом, воткнул факел в пол, наклонился над ним...
Парень был весь в крови, но то была старая кровь - память о наших предыдущих передрягах.
Другие заключенные вышвырнули тан-скина в дальний угол камеры, не пожелав делиться с ним теплом
своих тел, побрезговав греться об этого низшего из низших. Двуногие собратья отвергли Джейми, но
скрэки не тронули его. Не тронули, хотя тот не смог бы оказать им ни малейшего сопротивления. Он
даже не шевельнулся, когда я схватил его за руку, холодную, как у мертвеца.
- Ничего, - давясь словами, я сорвал с себя плащ. - Все будет в порядке, дружище... Сейчас я
тебя отсюда заберу...
Я положил Джейми на плащ, закутал с ног до головы, обернулся, ища глазами еще какую-нибудь
одежду...
Лавадар, начальник тюрьмы и стражники со смесью отвращения и недоверия на лицах наблюдали,
как я вожусь с полудохлым скином. Ирч-ди презрительно скривил губы, но в ответ на мой бешеный
взгляд содрал с плеч начальника тюрьмы тяжелый плащ и бросил мне.
- Все будет в порядке, Джейми, - я завернул унита в подбитую мехом ткань, приподнял,
натягивая ему на голову капюшон. - Нам не впервой выбираться из разных поганых мест, верно?
- Вер...
Лохматая голова упала мне на плечо, и ко мне на миг вернулся прежний голос, но крик почти
сразу перешел в новый приступ кашля. Я беспощадно его задавил, прижал пальцы к шее тан-скина и не
дышал, пока не почувствовал слабое биение пульса.
Я встал, держа Джейми на руках, и быстро направился к выходу.
- Дайте этим людям одежду, - уже на пороге прохрипел я отскочившему в сторону начальнику
тюрьмы. - И принесите сюда побольше факелов.
- Да, блистательный итон Джу-лиан, - пробормотал толстяк раньше, чем Ирч-ди успел
подкрепить мои слова криком:
- Воля Высочайшей!
ШАНТЕРА СКОДА
Внизу шумели подвыпившие постояльцы, но то был едва различимый шум: Скод отвел нам
лучшую комнату на втором этаже, вдалеке от лестницы и общего зала.
Не знаю, какую власть имел Ирч-ди над хозяином шантеры, но тот принял нас с таким почетом,
словно мы владели контрольным пакетом акций его заведения. Он не задал ни одного неудобного
вопроса и предоставил в наше распоряжение все, чем владел: кровати, еду, выпивку, сколько угодно
горячей воды, даже жестяную ванну... Но всего этого было мало, чтобы вернуть к жизни полумертвого
унита.
- Ты должен сходить за лекарем, Ирч-ди, - я отвернулся от кровати, на которой под тремя
одеялами лежал Джейми, и взглянул на воина, сидящего в кресле с бокалом в руке.
- Ни один лекарь не согласится лечить тан-скина, - Ирч-ди отхлебнул из бокала, сморщился и
выплеснул остатки на пол.
- Даже если ему прикажет лавадар принцессы?
- Даже если ему прикажет сама Высочайшая. Лекарь, который пользует скинов, будет обречен на
голодную смерть, ведь к нему уже никогда не обратится ни один кархан.
- Тогда приведи сюда Наа-ее-лаа! Она одна стоит стоит всех лекарей в этом задрипанном
городишке!
Ирч-ди, побагровев, со стуком поставил бокал на стол:
- Да ты в своем уме, блистательный итон? - медленно проговорил он. - Ты хочешь, чтобы
Высочайшая из равных пришла в эту дыру, больше того - чтобы она находилась в одной комнате с
тан-скином?!
Мы долго смотрели друг другу в глаза.
- Ты мне нравишься, Ирч-ди, - честно сказал я.
Воин побултыхал жидкость в бутыли солидных размеров и что-то неразборчиво проворчал.
- Скажи, как ты стал лавадаром принцессы?
- Я стал им в тот день, когда она родилась. Моя покойная сестра была кормилицей Наа-ее-лаа, -
Ирч-ди сделал большой глоток прямо из горлышка и вытер рот тыльной стороной ладони. - Пожалуй,
ты мне тоже нравишься, Джу-лиан. Не знаю пришел ли ты и впрямь из-за твердого неба...
- Она тебе рассказала?
- ... Но даже одному из небесных богов я не советовал бы пренебрегать принцессой! Я обещал
Наа-ее-лаа, что мы скоро вернемся. Нам пора во дворец, собирайся!
- Я никуда не пойду.
Отвернувшись от Ирч-ди, я устало сгорбился и вытер пот со лба: от камина удушливыми волнами
плыла жара. В во-наа никто не топит в разгар дня, но Джейми сейчас нуждался в тепле.
Я посмотрел на бледное лицо скина, на черные круги вокруг глаз, на приоткрытые запекшиеся
губы - и уткнулся лбом в сжатые кулаки. Такого бессильного бешенства я не чувствовал даже сидя
рядом с умирающей Наа-ее-лаа. Тогда у меня был хоть какой-то шанс ей помочь, пустив в ход земные
лекарства, а теперь... Что я мог сделать для парня, который совершил невозможное, чтобы меня
спасти?!
- Было бы лучше, если бы он сдох, - я вздрогнул, услышав над своей головой гулкий голос Ирчди.
- Лучше для всех, и для него тоже. По мне, таких тварей милосердней убивать сразу после
рождения...
- Отойди от него! - мой сипящий голос не шел ни в какое сравнение с громовым басом лавадара,
но тот вздрогнул и попятился, когда я поднялся между ним и кроватью.
- Высочайшая рассказывала, что ты силен, - Ирч-ди, сощурив глаза, окинул меня быстрым
взглядом. - Она говорила, что ты голыми руками убил тор-хо, - неужели это правда?
- Послушай, Ирч-ди. Я не собираюсь мериться с тобой силой. Но Джейми трижды спас мне
жизнь, и я не позволю...
- Да за кого ты меня принимаешь, Джу-лиан? Чтобы я пачкал свой меч о какого-то вонючего танскина?
Видно, существует предел, за которым невозможно сохранить спокойствие даже тому, кто очень
старается быть терпимым. И слова лавадара вышвырнули меня за этот предел.
- Да уж, конечно, вам, чистой крови, не пристало дышать одним воздухом с таким презренным
существом, как тан-скин! - с ядовитой издевкой прошипел я. - "Все животные равны, но одни равнее
других", - так, кажется, у Оруэлла? А вот тиргон вашего ямадара оказался не столь разборчив!
- Что-что? - Ирч-ди приподнял брови.
- "Только чистой крови унит, от чистой крови рожденный, вознесется к небесному куполу на
священном крылатом звере", - глумливо процитировал я. - Небось, ты тоже в это веришь, лава-дар?
Так вот - этот тан-скин, о которого ты никогда не запачкал бы свой благородный меч, поднял в воздух
тиргона правителя Лаэте легче, чем мальчишка запустил бы в воздух бумажного голубка!
- Ты и впрямь сумасшедший, - покачал головой Ирч-ди. - Никто, кроме отпрысков Дома
ямадара, не может заставить взлететь тиргона Сар-гота...
- Как же, как же! - ядовитый сарказм в моем голосе напомнил мне знакомые интонации Скрэка.
- Я сам летел вместе с Джейми на спине рогатой зверюги с трилистником на боку - и убедился,
что все различия между низшими и высшими в во-наа не стоят даже...
Я резко оттолкнул Ирч-ди, шагнувшего к кровати. Глупец, кто велел тебе распускать язык? Если
за ношение ножа скина могли приговорить к "колеснице богов", то что же ему грозило за
посягательство на дракона ямадара? Когда же ты, наконец, поймешь, что здешние правила игры
отличаются от земных, и зачастую с этими правилами не поспоришь?!
- Нет, - лавадар шумно перевел дух. - Не беспокойся, я его не трону. Я только хочу на него
взглянуть...
- Что-что?!
- Могу даже к нему не прикасаться. Сними с него одеяла и переверни на живот!
В хриплом голосе старого воина было что-то такое, что заставило меня выполнить эту странную
просьбу.
Я осторожно перевернул Джейми на живот, и Ирч-ди, нагнувшись над моим плечом, уставился на
спину унита.
Вдруг меня заставил обернуться очень странный сдавленный звук.
- В чем дело? Эй, что с тобой? Тебе плохо?
- Н-нет... Н-ничего, - страшная бледность медленно сходила с лица лавадара принцессы. -
Давай я помогу тебе его уложить...
- Поможешь мне уложить презренного вонючего тан-скина?
Боюсь, мой сарказм не дошел до Ирч-ди, тот был как будто все еще слегка не в себе. Я сам
перевернул Джейми на спину и снова его укрыл. Теперь мальчишка полыхал от жара, ссадины на его
груди воспалились и сочились гноем.
- Какого цвета у него глаза? Всего я мог ожидать от Ирч-ди, только не такого вопроса!
- Голубые, как у Наа-ее-лаа...
Лавадару принцессы следовало бы возмутиться сравнением глаз его госпожи с глазами низшего из
низших, но Ирч-ди отреагировал совершенно неожиданно. Он шагнул вперед, опустил ладонь на лоб
Джейми и вгляделся в его лицо. А ведь еще недавно воин кривился от отвращения, помогая мне мыть
тан-скина, и бормотал, что делает это только из уважения к воле Высочайшей!
- В чем дело, Ирч-ди?
Развернувшись, лавадар стремительно пошел к порогу.
- Я приведу сюда Наа-ее-лаа.
- Но...
- Жди, я скоро вернусь, - с этими словами телохранитель принцессы исчез за дверью.
Я ничего не понимал, и у меня не было сил разбираться во всех этих загадках. Я страшно устал,
устал до потери сознания.
Отхлебнув из кружки, стоящей возле кровати, я сел на пол и поправил на Джейми одеяло.
- Все будет в порядке, дружище... Скоро Неела тебя подлечит, и ты будешь молодцом. Снова
начнешь обзывать меня проклятым румитом, сумасшедшим землянином и... Как там еще? Ну, да уж ты
сам сообразишь. Вот не думал, что мне когда-нибудь будет не хватать твоей брани...
Я положил голову на край кровати и заснул прежде, чем успел понять, что засыпаю.
Меня разбудил сначала грохот двери, а вслед за тем - громкий голос Наа-ее-лаа:
- Значит, я должна являться в эту дыру, потому что ты не соизволил удостоить меня посещением,
так, итон Джу-лиан? Значит, ты предпочитаешь шантеру дворцу, а общество низшего из низших -
обществу принцессы Лаэте?! И теперь по твоей прихоти я должна приходить туда, где находится скин,
больше того - тан-скин? И еще того больше - ты имеешь наглость рассчитывать, что я буду его
лечить?!
- Неела...
- Значит, для этого меня обучали священной науке целительства - чтобы я возилась с
полудохлыми низшими тварями?!
- Высочайшая...
- Молчи, Ирч-ди! - принцесса гневно замахнулась кулачком на своего лавадара. - Я велела
тебе доставить Итона Джу-лиана во дворец, - а вместо этого ты являешься ко мне и говоришь, что он...
что ты... - голос Наа-ее-лаа задрожал. - Ненавижу! Ненавижу вас обоих!
Я ее понимал. В глазах Высочайшей среди равных мой поступок не имел названия. За унижение,
которому я ее подверг, наверняка было мало даже "колесницы богов"!
Все, что я мог сказать в свое оправдание, не умерило бы царственного гнева нонновар, поэтому я
просто молча смотрел на нее... И, как ни странно, мой взгляд подействовал лучше любых оправданий.
Голубые глаза перестали полыхать гневом, маленькие кулачки разжались, Наа-ее-лаа откинула
капюшон длинного темного плаща.
У меня екнуло сердце, - настолько она была прекрасна.
- Джу-лиан... Как ты мог так со мной поступить?
- Неела...
- Не называй меня этим именем!
- Высочайшая... - я почти шептал, боясь, что голос снова изменит мне в самый неподходящий
момент. - Я люблю тебя так, как никогда никого не любил в моем мире, на моей планете. Но даже
ради тебя я не могу... Не могу сделать то, что считаю подлостью и предательством.
- И почему я должна была влюбиться именно в тебя, сумасшедший пришелец с неба? -
горестно и тихо спросила Наа-ее-лаа, не сводя с меня огромных голубых глаз.
- Высочайшая...
- Нет. Неела, - принцесса сбросила плащ на руки Ирч-ди. - С тех пор, как я встретилась с
тобой, Джу-лиан, я прошла через такие унижения, через какие не проходила ни одна Высочайшая среди
равных. Может, правду говорят древние книги: любовь возносит к небу, но она же и сбрасывает в
Бездну? И самое страшное, что я не могу вырваться из этого плена! Хорошо, Джу-лиан. Ради тебя я
попробую вылечить это... создание.
Я молча прижал к губам ее руку, чувствуя себя отъявленным подлецом. Я убил бы любого, кто
посмел бы обидеть принцессу, но сам то и дело невольно ее обижал. Ну почему я должен был
влюбиться именно в нее, в дочь чистой крови, наследницу ямадара Сарго-та?
- Мне нужно его осмотреть, - страдальчески морща носик, Неела двинулась к кровати, на
которой лежал низший из низших, но так и не заставила себя подойти вплотную. - Сними с него
одеяла.
Зная щепетильность принцессы в некоторых вопросах, я откинул одеяла только с груди и ног
скина, и принцесса сморщилась еще больше.
- Любой итон на его месте уже был бы мертв. Но эти... Эти существа живучи, как скрэки!
- У него девять жизней, это правда.
- Старый вывих? - мгновенно поставила диагноз принцесса, показав на заплывшее опухолью
колено.
- Да. Я вправил ему сустав полторы улы назад, но с тех пор...
- Он никогда уже не избавится от хромоты.
- Но... Он выживет?
- Не знаю. Все во власти Интара.
Наа-ее-лаа отошла к столу, на который Ирч-ди поставил принесенный с собой ларец. Некоторое
время принцесса сосредоточенно смешивала какие-то жидкости и растирала что-то в маленькой золотой
ступке.
- Три капли этого эликсира надо давать ему с холодной водой дважды в олу, - наконец сказала
она. - Этой мазью следует смазывать его ободранную шкуру и ногу. Все остальное - во власти богов.
Наа-ее-лаа отошла и опустилась в кресло у прогоревшего камина, но Ирч-ди приблизился к
кровати, чтобы помочь мне выполнить предписания своей госпожи.
- Что это за отметины у него на теле? - вполголоса спросил старый воин, показывая на
поджившие следы зубов змееногих на плечах и груди Джейми. - У тебя на руках я видел такие же...
- Не так давно нам пришлось драться с Владыками Ночи в лесу близ Ринта. Мы устроили
хороший тарарам в их пещере.
- Вы были внутри логова змееногих?! - хриплым шепотом поражение рявкнул старый воин.
- Да. Были, - я устало присел на край кровати. - Не хотел бы я еще раз там побывать. Лавадар,
может, объяснишь мне, что происходит?..
- Вы кончили? Принцесса встала.
- Ирч-ди, найди кого-нибудь из здешней прислуги, кто согласится ухаживать за этим...
существом, пока оно не выздоровеет или не отправится в Бездну. Сделай это поскорей - и вернемся во
дворец!
Я начал качать головой, готовясь к очередному большому сражению, но лавадар меня опередил.
- Мне кажется, Высочайшая, будет лучше, если итон Джу-лиан останется здесь. Если даже ктонибудь
из слуг согласится ухаживать за тан-скином, такие субъекты никогда не держат язык за зубами.
Что, если пойдут слухи...
Впервые Наа-ее-лаа вздрогнула и заколебалась в ответ на увещевания Ирч-ди. Когда речь шла обо
мне, нонновар ничего не пугало, - но быть уличенной в том, что она посещала тан-скина?
- К тому же итону Джу-лиану рискованно пребывать в покоях твоего брата, Высочайшая, -
продолжал Ирч-ди. - Во дворце секреты не живут долго, и гнев Сарго-та грозит вам обоим, если
правда выплывет наружу!
Принцесса хотела что-то сказать, но только беспомощно облизала губы. Лавадар привел еще один
весомый аргумент, который явно до сих пор не приходил Нееле в голову. Нонновар готова была
подвергнуть себя любому риску ради моей жизни и безопасности, но не хотела подвергать риску меня.
Великий Интар, чем я заслужил такую самоотверженную любовь?!
- Да... Но ведь начальник тюрьмы... - наконец слабо пролепетала Наа-ее-лаа. - И палачи... и
люди на площади...
Ирч-ди хищно усмехнулся.
- Начальник тюрьмы знает одно: я забрал у него заключенного, которого сам же привез. Больше
ему знать не положено! Что до палачей и зевак... Ты поступила очень неосторожно, Высочайшая, но я
думаю, что смогу это исправить. Кто вынес тебе приговор, итон Джу-лиан? - обратился он ко мне.
Выслушав описание старого чучела, лавадар кивнул.
- Ол-хон. Состоит на жаловании у Ко-лея, как и каждый второй судья в Южной тюрьме.
- Я так и думал! - вырвалось у меня.
- Почему?
Я начал было объяснять, но остановился, увидев, как страшно изменилась в лице Наа-ее-лаа.
- Мерзавец! Подлый трус! Гнилая кровь Дома Ла-гота! - принцесса запустила в стену кружкой,
разбив ее на тысячу кусков. - И этому мерзкому румиту меня хотят отдать в жены?! Да я бы лучше
легла с одним из четвероногим ва-га-сов...
- Высочайшая! - вскричал шокированный Ирч-ди.
- ... или даже с этим тан-скином!
Я подошел к разбушевавшейся принцессе, обнял ее за плечи, и Наа-ее-лаа сразу утихла.
- Я никогда не буду принадлежать никому, кроме тебя, Джу-лиан...
Голос Ирч-ди в который раз прервал нас с Не-елой на самом интересном месте.
- Я все улажу, принцесса, - если ты будешь вести себя благоразумно, - многозначительно
произнес лавадар.
Принцесса кивнула, но ее головка тут же упрямо вздернулась.
- Хорошо, пусть так! Но я все равно буду приходить сюда, Ирч-ди!
- И это называется - вести себя благоразумно? Хорошо, Высочайшая, как пожелаешь. Но сейчас
нам пора вернуться во дворец.
- Джу-лиан, это ненадолго, - Наа-ее-лаа, приподнявшись на цыпочки, положила руки мне на
плечи. - Ты сможешь занять любую комнату в шантере или столько комнат, сколько пожелаешь...
- Не волнуйся, я прекрасно здесь обустроюсь!
Ирч-ди не сводил с нас бдительных глаз, и только поэтому я поцеловал Высочайшую из равных в
ладонь, а не в губы.
Ирч-ди вернулся гораздо раньше, чем я ожидал, вырвав меня своим приходом из полудремоты.
- Хотел бы я все-таки понять, что происходит, - подняв голову, сказал я старому лавадару.
- Наа-ее-лаа приказала помочь тебе обустроиться.
- Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю!
- Он еще не очнулся?
- "Он"? - я посмотрел на Джейми, потом - на седого итона. - Не "это существо", не "эта
мразь", не "эта низшая тварь", а "он"? Может, ты, наконец, объяснишь, откуда такая небывалая
терпимость к низшему из низших?
Ирч-ди, похоже, хотел что-то ответить, но тут же сжал губы с привычным каменным выражением
лица.
- Ладно... В общем-то
...Закладка в соц.сетях
