Жанр: Научная фантастика
Незийский калейдоскоп
... университет, где ему предстояло читать лекцию, адвокат выжидательно
посмотрел на Тину - он больше не скрывал недовольства, его лишенные ресниц серые веки
слегка подрагивали, темные губы сжались в суровую линию.
- Я думаю, с Лиргисо дело обстоит именно так, как он сказал, - заговорила Тина,
предваряя вопрос. - Попробую нейтрализовать Лиргисо... Скорее всего, получится. Что
касается экстрасенсов, я от них тоже не в восторге. Я имею в виду людей, насчет незийца
ничего сказать не могу.
- Я надеялся, что вы уговорите Тлемлелха отменить прием. Мало мне его крутого
пилотажа и проблем с воздушной полицией, так теперь еще это мероприятие... Госпожа Хэдис,
вы ведь не видели мою коллекцию старинной незийской керамики?
- Нет, - Тину удивил такой поворот разговора.
- Тогда я хотел бы показать ее вам. Пойдемте? У меня есть уникальные экспонаты,
каких вы не найдете ни в одном музее...
В сводчатом зале на втором этаже стояли витрины с покрытыми цветной глазурью
вазами, блюдами, чашками, изразцовыми плитками, какими-то древними черепками в
прозрачных футлярах. На стенах висели керамические панно. Зелгони распахнул спрятанную
под одним из них дверцу и что-то переключил на пульте в нише.
- Система против подслушивания, - объяснил он Тине. - На всякий случай...
Лиргисо - не единственная проблема, меня очень беспокоят эти господа с генератором
антиматерии.
- Вы что-то о них знаете?
- К сожалению, ничего конкретного. Это одна из тех силовых структур галактического
масштаба, которые никому непосредственно не подчиняются, однако располагают солидными
возможностями. Видимо, эта структура когда-то была создана при Галактической Ассамблее, но
потом вышла из-под ее контроля и с тех пор существует автономно. Современный конгломерат
цивилизаций обеспечивает благоприятные условия для таких паразитических образований. Мы
привыкли к тому, что всякое государство имеет свой бюрократический аппарат, но история
некоторых рас знает модели, когда государство обходилось без бюрократической системы.
Возможно и обратное - самодостаточная бюрократическая система, не скованная контролем со
стороны какого-либо государства.
- Тогда чем они отличаются от межзвездных террористов?
- Если разобраться, ничем. Проблем они создают не меньше, и власти большинства
миров их не любят... Однако есть и такие, кто с ними сотрудничает, связи у этих структур, как
правило, обширные. После инцидента с генератором антиматерии наше правительство приняло
меры, чтобы выявить и выдворить с Неза их агентов, но особых успехов пока нет. Во всяком
случае, нанести по Синсаодге массированный удар из космоса им не позволят, вооруженные
силы будут патрулировать...
Тлемлелх арендовал для своего праздника целый курортный комплекс в Синсаодге, его
дом просто не вместил бы такое количество гостей и персонала.
- Уже хорошо, - кивнула Тина. - А зачем бы им наносить этот массированный
удар?
- Затем, чтобы ликвидировать Лиргисо, а заодно и вас с господином Баталовым, - на
худом сером лице адвоката появилась осуждающая усмешка. - Для них цель оправдывает
средства - кажется, этот афоризм принадлежит основателю одной аналогичной организации на
вашей планете-прародине? Свои цели они определяют сами, здесь им никто не указ.
- Я думаю, на нас со Стивом никто не обидится, если мы разгромим эту шайку?
- Да как же вы ее разгромите?
- Так же, как разгромили восемь лет назад "Галактический лидер".
- Некорректное сравнение, госпожа Хэдис. "Галактический лидер" был
промышленно-торговой корпорацией, зарегистрированной на Ниаре - ничего общего с
подпольными бюрократическими структурами. Вы собираетесь ввязаться в бой с невидимой
гидрой.
- Нам этот бой навязывают. Спасибо, вы хотя бы немного прояснили, кто они такие.
- Сплав самовоспроизводящейся бюрократической системы и хорошо
законспирированной террористической организации, - Зелгони задумчиво побарабанил
пальцами по витрине с драгоценными обломками доисторической посудины. - Боюсь, что они
в любом случае не оставят вас в покое.
Глава 9
Весь мир - Преисподняя, и большинство ее обитателей непрерывно страдает, а другие,
избранные, тешатся их страданиями. Прошли те времена, когда Саймон Клисс принадлежал к
числу избранных; сейчас он с ужасом чувствовал, что стал частицей той самой серой массы,
которую его покойный шеф называл "живым сырьем". Это психопат Эмми - избранный.
Несправедливость такого положения вещей терзала Клисса заодно с невообразимой адской
болью; после операции боль утихла, а ощущение несправедливости осталось: он ведь не
заурядная человеческая пешка, он эксцессер, закулисный властитель чужих судеб! Но Медо не
собирался считаться с этим фактом.
Зато Саймон снова стал самим собой. Теперь он видел в зеркале не ущербную личину
Умазайки, а изможденное, невзрачное, болезненно нервное лицо Саймона Клисса - такое, как
раньше. Или не совсем такое?.. Он не был уверен, что нанятый Эмми хирург-изувер
восстановил его внешность вплоть до последних черточек, но результат его устраивал. Ему
даже вживили обратно волосяные луковицы (какая же это была пытка!), и теперь он выглядел
не лысым, как андроид с пластиковым черепом, а всего лишь наголо обритым.
Чуть погодя волосы отрастут, и можно будет жить дальше, лишь бы найти способ
сбежать от Медо. Больше он ни в какую западню не полезет, пусть Медо не надеется.
Пока у Саймона не было возможности бежать. Когда он оправился после операции,
Медо вколол ему дозу вектина - препарата, превращающего человека в безвольную
марионетку, и в таком состоянии отвез на яхту. "Цербер", которого хозяин называл Млиагом (в
каком чертовом языке откопал он это имечко?), сопровождал Клисса, как назойливая адская
тень.
Яхта была другая, не та, на которой они прилетели на Нез. Ее салон, отделенный от
рубки раздвижной дверью, вызвал у Саймона приступ головокружения. Неправильной формы
полость, лишенная граней и углов; стены, потолок и пол из гладкого сине-зеленого материала с
беспокоящими воображение разводами в полупрозрачной толще; зеркала, очертаниями похожие
на кляксы; светильники причудливо-отталкивающего вида. Черная ворсистая мебель - словно
здесь расположилось на отдых семейство раскормленных гигантских пауков.
Саймон дезориентированно озирался, его тошнило. В поисках спасения взгляд
метнулся к единственному в этом помещении прямоугольнику: гравюра по металлу изображала
выплывшего из ночных кошмаров монстра, который сжимал в объятиях обнаженного человека.
Тьфу, гадость... Человек на гравюре кого-то Саймону напоминал. Ну да, буквально
фотографическое сходство!
- Это Поль, - проследив за его взглядом, сказал Эмми. - Я столько раз рисовал его,
что даже счет потерял. Я сам спроектировал этот интерьер. Предпочитаю, чтобы окружающая
среда отвечала моим вкусам.
"Оно и видно. Скажи мне, из какой психушки ты сбежал, и я скажу, кого надо отдать
под суд за преступную халатность!"
Эта мысль помогла Саймону более-менее справиться с головокружением и тошнотой.
Медо упал в одно из безобразных черных кресел, развалился в непринужденной позе -
видно было, что в этой обстановке он прекрасно себя чувствует. Клисс не смел сесть, хотя и
ощущал слабость в ногах; рядом с ним замер "цербер".
- Саймон, мне нечего делать, - отбросив с лица длинные волосы, сообщил Эмми. -
Я специально организовал свои дела таким образом, чтобы провести некоторое время с Полем,
не отвлекаясь на посторонние проблемы. Предполагалось что-то вроде медового месяца... Но ты
похоронил мои планы, поэтому сейчас мы с тобой отправимся на одну умопомрачительно
красивую планету и устроим там пикник на природе.
Это было сказано самым невинным тоном, но у Саймона заныло под ложечкой: он
сразу уловил, что ничего хорошего этот пикник ему не сулит.
- Саймон, наше путешествие будет опасным, - Эмми ухмыльнулся. - Ты ведь
оставил меня без пилота... Хинар - первоклассный навигатор-гиперпространственник, но
сейчас он, твоими стараниями, в больнице, ему выращивают новую ногу. Что касается меня...
скажем так, я пилот-непрофессионал. В течение долгого времени я руководил одной весьма
крупной организацией, и навигаторы, которые находились у меня в подчинении, обучили меня
космическому пилотированию.
"Долгого - это какого же? Тебе двадцать пять, ты просто чокнутый сопляк!"
- Видишь ли, я предпочитаю все держать под контролем, и научился этому на всякий
случай, - Медо сплел пальцы, задумчиво посмотрел на свои темные с пурпурными бликами
ногти. - Но только это меня и спасло, когда мне пришлось бежать из тюрьмы.
"А не из психушки? Таких, как ты, в других заведениях запирают".
- Экзаменов по космическому пилотированию и навигации я не сдавал, так что
сертификата у меня нет. Саймон, тебя ждет бездна острых ощущений - ты полетишь через
гиперпространство с несертифицированным пилотом.
Колени у Саймона задрожали. Он понял, что не сможет больше держаться на ногах, и
тяжело сел на пол.
- Не стоило калечить Хинара. Он сделал для меня расчеты, так что у нас есть шансы
добраться до места назначения, но как пилот я всегда был дилетантом, чего не скрываю, -
Эмми закинул руки за голову и рассмеялся.
- Господин Медо... - выдавил Саймон. - Мы же оба пропадем... Гиперпространство
не для человека!
- Говорят, там обитают демоны, которые высасывают у людей психическую энергию...
Для меня они не опасны, я ведь и сам такой, а насчет тебя - это уж как повезет.
"Естественно, захотят они твоей психической энергией травиться! Господи, что же
делать?.. Господи, если ты есть, останови его!"
Эмми никто не остановил. Как и в прошлый раз, он надел на голову Саймону
перекрученную металлическую диадему, а сам уселся в кресло перед пультом и начал разгон.
Одновременно он рассказывал, смакуя подробности, как однажды при выходе из
гиперпространства зацепил по касательной астероид и еле добрался до пересадочной станции;
как еще до этого, когда его обучали, ошибся с координатами и вынырнул в какой-то непонятной
среде, где не было звезд, но сам вакуум как будто пронизывала светящаяся радужная паутина -
хорошо, что рядом с ним сидел навигатор-профессионал, и они сразу нырнули обратно.
После таких откровений ни один пассажир не полетел бы с ним по доброй воле, но
Клиссу выбирать не приходилось: "цербер" запихнул его в кресло омерзительного дизайна,
оплел своими манипуляторами и намертво зафиксировал. Если б не это, Саймон попытался бы
силой остановить Медо - все равно терять нечего.
Внезапно, словно подкрепляя признания Эмми, просигналил терминал внешней связи, и
раздраженный голос потребовал, чтобы чертова яхта немедленно убиралась с курса
космолайнера "Осака".
- Видишь, Саймон, плохой из меня пилот. М-м, интересно, избежим мы столкновения
с "Осакой" или нет?..
Саймон закрыл глаза. Он всегда предчувствовал, что смерть его будет страшной, но он
не хотел смотреть напоследок на тошнотворный сине-зеленый интерьер с зеркальными
кляксами, отражающими его обреченное лицо.
Столкновения они избежали - Клисс это понял, когда его охватило ни с чем не
сравнимое муторное ощущение, которое запомнилось ему по прошлому посещению
гиперпространства.
Это было похоже на бред. Ехидная болтовня Эмми, подвижная туманная каша вокруг,
отвратительное самочувствие... Наверное, прошло несколько часов, а потом все закончилось:
они опять находились в трехмерном континууме.
- Хинар просто прелесть - безупречные расчеты, - произнес Медо. - Иначе я бы
его не держал. Его выгнали из ниарского военного флота за эпизодическое употребление
наркотиков, и он долго не мог устроиться на работу по специальности, а я взял его и не жалею
об этом. Видишь ли, Саймон, в эту область Вселенной трудно проникнуть извне. Через
гиперпространство можно, однако нужны расчеты на порядок более сложные, чем при обычных
путешествиях. Я уже летал сюда с Хинаром, но всего лишь как пассажир. Ты еще не понял, где
мы находимся?
Саймон пока понял только одно: риск был не настолько велик, как Эмми расписывал -
он воспользовался неоднократно проверенными расчетами, а для этого не обязательно быть
профессионалом.
Чувствовал себя Саймон препаршиво: интуиция подсказывала, что самое худшее
впереди.
- Нет, - в горле пересохло, и голос прозвучал хрипло, как карканье больной вороны.
- Скоро узнаешь. Не вздумай вмешиваться, когда я буду объясняться с
пограничниками - если ты скажешь что-нибудь в своем излюбленном стиле, у них сложится
неблагоприятное впечатление. Обитатели этой планеты слишком культурны и утонченны,
чтобы знакомить их с перлами твоего красноречия. Вообще-то, примем меры... Млиаг, заклей
ему рот.
"Лучше бы ты дал мне глоток воды, ... ...!"
"Цербер" залепил Клиссу рот полоской скотча.
Вскоре просигналил терминал, а потом Саймон услышал странные мелодичные
переливы - словно тенор пропел непонятную фразу, и вслед за этим тот же голос произнес на
общегалактическом:
- Уважаемые гости, вы обрадуете пограничный контроль, если назовете себя и
сообщите, какова цель вашего приятного визита.
Автопереводчик, понял Саймон.
- Несокрушимый пограничный контроль, я Эммануил Медо, человек, гражданин
Ниара. Я прибыл сюда, как турист. Я знаю, как прекрасна ваша планета, подобная
поврежденной, но вызывающей восторженный трепет драгоценности, и я мечтаю увидеть вашу
стоцветносверкающую столицу, а также изумрудную агонию заката над Внутренним морем.
"Рехнуться надо, чтобы так сказать! - ужаснулся Саймон. - Сейчас они как шарахнут
по нам из бортовых орудий, за один твой треп..."
- Господин Медо, я старший офицер Энхеургл, - автопереводчик воспроизводил
интонации, и если раньше патрульный говорил официальным тоном, то теперь его голос
потеплел. - Ваша речь выдает чрезвычайно просвещенного представителя человеческой расы.
Не сочтите за оскорбление, но мы должны подвергнуть вашу яхту досмотру, на это есть особые
прискорбные причины. Вероятно, вы слышали о преступнике, чье имя не хочется произносить
вслух? Мы должны убедиться в том, что у вас на борту нет некой установки противозаконного
назначения, это неизбежная формальность. Сейчас мы с младшим офицером Амсенинхом
прибудем на яхту, прошу вас приготовиться к стыковке.
Эмми рассыпался в ответных любезностях - мол, он будет просто счастлив, если его
яхта подвергнется досмотру, а Саймона ощутил проблеск надежды: может, патрульные
сообразят, что не все тут чисто, когда увидят скрученного человека с заклеенным ртом?
Створки, разделяющие салон и рубку, сомкнулись, Саймон больше не мог разобрать
слов, но Эмми продолжал болтать с пограничниками на протяжении всего времени, пока два
корабля сближались, за дверью звучали приглушенные голоса. Потом створки опять
раздвинулись, Медо пересек салон, а "цербер" надел на голову Клиссу шлем с непрозрачным
щитком. Зачем это?..
Саймон понял, что офицеры Энхеургл и Амсенинх уже на борту, теперь голоса
доносились из коридора. Видимо, патрульные осматривали одно помещение за другим.
- ...Переливы лака на ваших когтях при этом освещении восхитительны!.. - голос
Эмми.
- Я вижу, господин Медо, вы тоже покрываете свои когти лаком? Нагие когти - это
некрасиво и неприлично, однако не все представители вашей расы способны это понять. Вы
обладаете редким для человека вкусом!
Звук открывающейся двери. Изумленный то ли вздох, то ли возглас - Саймон понял
так, что это реакция когтистых офицеров на его обездвиженную персону. Молчание.
Потом старший из патрульных вымолвил:
- О, какой дивный интерьер... Амсенинх, ты когда-нибудь видел подобное?.. Господин
Медо, я беру свои слова назад - у вас не редкий вкус, у вас изумительный вкус! Я счастлив,
что вы прилетели в мое дежурство, и я могу созерцать эту пугающую красоту! Никогда еще
досмотр инопланетного транспорта не приводил меня в такой восторг!
- Это производит неизгладимое, ранящее впечатление! - подхватил его коллега. -
Интересно, что почувствует тот, кто будет долго находиться в такой комнате? Это тревожит
воображение, и я тоже счастлив, что я это увидел!
- Я безмерно рад, что моя скромная яхта вам понравилась, - отозвался Медо.
- А это кто? - наконец-то заинтересовался офицер Энхеургл. - Вы не сказали, что на
борту находится еще один человек. Он тоже гражданин Ниара?
- Не гражданин, а имущество, - возразил Эмми. - Что-то вроде раба.
Саймон замычал - это был единственный доступный ему способ выразить протест.
- Разве в Галактике есть рабство, господин Медо?
- Официально - нет. Насколько я знаю, офицер Энхеургл, у вас его тоже формально
упразднили... Вот и в Галактике то же самое!
Все трое рассмеялись, словно во фразе Эмми содержался некий забавный подтекст.
- Там у вас рубка? - спросил после паузы Энхеургл.
- Да. Пожалуйста, посмотрите.
- Досмотр закончен. Рекомендую вам связаться в Мигоне с Корпорацией
Гостеприимства, она оказывает всевозможные любезные услуги инопланетным туристам. И не
забывайте о том, что людям нельзя употреблять наши вина и приправы, это может вызвать у вас
вкусовой шок. Было очень приятно с вами познакомиться, господин Медо.
- Взаимно, господа офицеры.
Они вышли в коридор, продолжая обмениваться комплиментами. Вернулся Эмми уже
один. "Цербер" снял с Саймона шлем и содрал с губ скотч.
- Я получил разрешение на посадку, - Медо с ухмылкой покачал головой. -
Догматики... Стал бы я тащить сюда установку!.. Но они оба очень даже ничего, особенно этот
Амсенинх... Саймон, не удивляйся, шлем нужен был ради твоего же спокойствия. Это не люди
- если бы ты их увидел, у тебя началась бы истерика.
- Почему они на меня закрыли глаза, раз они патруль? - прохрипел Саймон.
- Потому что я сделал им ценные подарки. И еще потому, что я, в отличие от тебя,
умею быть обаятельным. Млиаг, отпусти его и дай ему пить.
Эмми направился в рубку, а Саймон пошевелил затекшими руками, неловко схватил
поданный "цербером" стаканчик и осушил, вместе с водой глотая слезы. Все пограничники -
взяточники, к какой бы расе ни принадлежали, он никогда в этом не сомневался.
Напившись, он погрузился в болезненное неустойчивое оцепенение, готовое в любой
момент смениться хаотичным брожением дурных предчувствий. Потом Эмми вышел из рубки и
бросил:
- Мы сели. Идем.
Клисс замешкался, но Млиаг оторвал его от кресла и поволок к двери.
Снаружи было тепло, как в незийских тропиках. Отливающее изумрудной зеленью
солнце висело низко над горизонтом. Небо напоминало тронутый зеленоватой плесенью сыр, а
там, где не то всходило, не то садилось здешнее светило, оно расслаивалось на темные и
светлые малахитовые полосы. Смесь странных сладких запахов, как в парфюмерном магазине
для негуманоидов. Ветвящаяся голубая трава, группы деревьев с мясистыми пластинками
вместо листьев, на ветках сидят птицы с кожистыми перепончатыми крыльями, и такие же
парят в небе - только их плачущие крики и тревожат тишину. Справа от яхты раскинулось
болото, оккупированное цветущими зарослями всех оттенков радуги, слева, за чередой холмов,
до самого горизонта блестит водная гладь.
Не нравилось Саймону это место. Совершенно не нравилось.
- Когда-то все это принадлежало мне, - голос Эмми звучал ностальгически грустно,
- и это была лишь мизерная часть моих владений! Я любил здесь гулять, в одиночку или с
гостями. Вон за теми холмами находится моя вилла, а на берегу моря стояла древняя колоннада,
полуразрушенная, черная, зловещая, но при этом безумно красивая... Узнаю, кому она
помешала - поджарю на медленном огне. Как, однако, изменилось мое зрительное
восприятие... Отличия почти неуловимы, но вижу я не так, как раньше.
Он уставился на свою руку, слегка позеленевшую в лучах местного солнца. Саймон
увидел, что он успел надеть перстни из темного металла, с сумрачно-синими сапфирами и
черными алмазами - за такие побрякушки можно немало выручить... Поворачивая кисть, Медо
любовался игрой солнечных искр в драгоценных камнях: псих, что с него взять! Если бы не
"цербер", Саймон за это время сделал бы ноги.
- Когда-нибудь все это опять станет моим, - опустив, наконец, руку, сказал Эмми. -
Саймон, этот пейзаж тебе ничего не напоминает?
Он кивнул на охваченное буйным цветением болото.
- Я же не знал, что он настоящий... - прошептал Клисс.
- Если помнишь, мы поспорили на твое левое ухо. Прими мои соболезнования,
Саймон, ты проиграл пари. Я ведь обещал тебе пикник на природе?
- Господин Медо, не надо... - Саймона волной накрыла обморочная слабость, и он
уселся бы на землю, но "цербер" вытянул манипулятор, ухватил его за шиворот и теперь держал
почти на весу. - Вы уже отомстили мне!
- Ты понес наказание за теракт на вилле, а за все остальное тебе еще предстоит
расплатиться, - Медо улыбнулся, и Клисс не видел в его тронутом зеленью лице ни проблеска
жалости. - С первых же минут нашего знакомства ты обрушил на меня такой поток
отвратительных оскорблений, что я поначалу был в шоке. Чтобы меня так беспардонно
смешивали с грязью! Потом мне стало даже интересно, однако все имеет свой предел и свою
цену. Саймон, меня нельзя безнаказанно оскорблять.
- Когда я вас оскорблял? Ничего такого не было!
- Увы, ты истинный питомец своего шефа... Я ведь хорошо знал твоего покойного
шефа - я еще не говорил тебе об этом?
Саймон убито помотал головой.
- Я видел, как умирал твой шеф. Жалкое было зрелище.
Это неправда. Этого просто не могло быть! Шеф, со всех сторон обложенный
Космополом, киборгами, мутантами и прочей сволочью, умирал в своем бункере на Валгре, и
рядом с ним не было никого... кроме Лиргисо, который его убил.
- До тебя только сейчас дошло, кто я такой? - золотисто-желтые глаза (у людей не
бывает радужки такого цвета, и Клисс почему-то был уверен, что контактные линзы тут ни при
чем) смотрели на него изучающе и насмешливо. - Помнится, твой шеф, он же мой
многострадальный патрон, утверждал, что эксцессеры из "Перископа" - это интеллектуальные
сливки человеческой расы. Я бы добавил - прокисшие сливки! Впрочем, бедный патрон не
блистал умом, хотя и умел выглядеть интеллектуалом. На меня он всегда наводил тоску.
Эта желтоглазая тварь - не человек. Зеленая нежить с когтями на шестипалых руках,
костистым гребнем на лысой голове и подвижными червеобразными отростками вместо ушей
- таким он был раньше, пока не вселился в краденое человеческое тело. Клисса чуть не
стошнило, он рванулся в сторону, забился в захватах "цербера". Удар по лицу заставил его
всхлипнуть и обмякнуть.
- Не люблю ксенофобов, - холодно сказал Лиргисо. - Могу тебя утешить, Саймон,
наши чувства взаимны. Ты внушаешь мне столь же непреодолимое отвращение.
- Я раскаиваюсь во всем, что про вас говорил, - выдавил немного овладевший собой
Саймон. - Я же не знал, что это вы...
- Когда меня оскорбляют заочно, это мне тоже не нравится, - Лиргисо скрестил на
груди руки. - Так что не имеет значения, знал ты или нет. Я с удовольствием посмотрю, как ты
съешь свое ухо... По какому рецепту его приготовить?
- Подождите... Значит, тех пятерых из кафе тоже убили вы?
Если становится горячо, надо перевести разговор на другую тему - так натаскивали
Саймона в "Перископе", и сейчас самое время воспользоваться старыми навыками. Он спасется.
Он всегда спасался. Преисподняя не раз пыталась его проглотить, однако он оказывался хитрее.
- Возможно, тебя это позабавит, но я убил их из сентиментальных соображений.
Ситуация была не та, чтобы Саймона что-то могло позабавить, но он готов был
ухватиться за любую возможность оттянуть расправу.
- Как это - из сентиментальных? - произнес он, стараясь не стучать зубами.
- Я отомстил за своего донора. Эммануил Медо был не настолько интересным
существом, чтобы я захотел его пощадить и подыскал другой вариант, но он был безобиден и не
раздражал меня. Если бы не насущная необходимость сменить оболочку, я не стал бы его
убивать. Я получил от него великолепное тело, и я ему весьма признателен. Возможно, его
слабый неуспокоившийся дух до сих пор меня сопровождает? Не знаю, - Лиргисо усмехнулся.
- Я собирался спросить об этом у Поля, но ты все испортил. Так или иначе, а я расквитался с
теми, кто подвергал Эммануила Медо унижениям, и я надеюсь, что это импровизированное
жертвоприношение ему понравилось.
Выслушивая это бред, Саймон лихорадочно прикидывал, за какую бы еще тему
уцепиться.
- Господин Лиргисо, у меня появился вопрос...
- Ты задашь его потом. После пикника, - Лиргисо достал из кармана предмет, в
котором задохнувшийся от ужаса Клисс признал выкидной нож. - На этот раз больно не будет
- для разнообразия... Иначе ты не сможешь в полной мере насладиться трапезой. Млиаг,
сделай ему анестезию, левое ухо. Саймон, рекомендую воздержаться от крика.
Со щелчком выскочило лезвие, сверкнувшее в зеленом луче лярнийского светила.
Они перебрались в Хенуду после того, как Стив засек в окрестностях заполярного отеля
чужие поисковые зонды.
Погруженная в туманы горная страна исполосована долинами с жесткой желтоватой
травой, в белесом мареве прячутся гейзеры и холодные озера. На склонах гор и в долинах растут
готэхайво - лунные деревья, окутанные молочной пеной цветов; от их терпкого горьковатого
аромата в горле возникает комок, особенно если тебя и без того осаждают невеселые мысли. У
Поля было именно такое состояние, тревожное, неустойчивое, с осадком горечи. Когда он
находился рядом с Ивеной, Стивом или Тиной, он казался оживленным и собранным - да он в
это время и был таким, но стоило ему остаться в одиночестве, как хватало малейшего толчка,
чтобы осадок всколыхнулся.
Для того чтобы отделаться от собеседника незачем разбивать передатчик, достаточно
отключить связь. И ведь это случилось в присутствии Ивены! Хорошо, что в тот момент она
смотрела не на него, а на голограмму, а то могла бы испугаться.
Еще хуже становилось, когда он начинал перебирать свои ошибки. Он все сделал не
так, как следовало: не сменил личность, хотя Черная Вдова дралась бы куда эффективней, чем
Поль Лагайм; неправильно нанес удар, погубив таким образом свой единственный шанс - если
бы это видел Сенегав, его манокарский нас
...Закладка в соц.сетях
