Жанр: Научная фантастика
Танцы на снегу
...к что вначале матриархат был прогрессивен, - продолжил Лион. - Но при чем
здесь Карьер и ваши порядки? Зачем они нужны, ты скажи?
- Может так случиться, что человечеству придется затянуть пояс. Например,
Чужие отберут у нас часть планет и люди будут жить на плохих планетах, с
нехваткой ресурсов. Тогда потребуется отработанный социальный механизм
выживания. Такой, как на Карьере. Стась говорит, что вся история человечества -
это танцы на снегу.
- Чего?
- Танцы на снегу. Человечество пытается быть красивым и хорошим, хотя никаких
оснований к этому нет. Понимаешь? Словно балерина в пачке и на пуантах пытается
танцевать на снегу. А снег холодный. Кое-где твердый, кое-где мягкий, а кое-где
проваливается и режет ноги. Только все равно надо пытаться танцевать. Надо
стараться стать лучше. Наперекор природе, наперекор всему. Иначе останется
только лечь в снег и замерзнуть навсегда.
- Ну, пускай... понятно, что нельзя все в мире сразу сделать совершенным.
Мало ли что может случиться. Но нельзя же создавать экспериментальные планеты,
где люди станут страдать!
- А их никто нарочно не делает, - сказал я. - Они сами появляются. Это
история, Лион. Люди всегда придумывали странные общества, даже когда на одной
планете жили. Обычно эти общества разрушались, но иногда оказывались нужными.
- Ладно, раньше люди были отсталыми! - Лион энергично взмахнул рукой. - Но
сейчас-то есть правильные общества. Вот как здесь!
- Угу. А на Новом Кувейте оно немного другое. На Земле, на Эдеме - тоже. И
каждый живет там, где ему нравится. И ничего плохого в этом нет. А если сделать
одно, самое распрекрасное общество, то многим это не понравится. Вот на Авалоне
многоженство запрещено, а может быть, кто-то сразу двух женщин одинаково любит?
Что ему теперь, всю жизнь страдать?
Лион хихикнул. Сказал:
- Подумаешь, проблемы...
- Фаги потому и обеспокоились Инеем, - пояснил я. - Может быть, Иней ничего
плохого и не хочет. И на их планетах жить вовсе не стало хуже. Но если вся
Империя станет одинаковой, то рано или поздно она погибнет.
- Это ты Стася наслушался.
- Ага. А ты думаешь, Стась дурак? Если бы Иней не программировал людям мозги,
а просто уговаривал к себе присоединиться, никто бы против не был. Все равно
всех не уговорить.
Лион мотнул головой, но неуверенно. Наверное, вспоминал свои сны, в которых
воевал за Иней.
- Пойдем, пора уже, - сказал я. - Доедай свои блинчики.
- Ну их, что-то расхотелось... - Лион встал, раскинув руки, прижался к
стеклянной стене, постоял чуть, глядя на несущийся снег. Потом сказал: - А мне
все-таки хочется, чтобы всем было одинаково хорошо.
Глава 6
Полночи мы занимались на виртуальном симуляторе. По правде все было или
теперь фаги нам подыгрывали, но в этот раз все кончилось благополучно. Нам -
оборванным, грязным и голодным - поверили. Вначале строго допросили, а потом
отправили в концентрационный лагерь, где мы работали на фабрике химического
синтеза. Через две недели нам удалось узнать, что власть на Инее захватили Чужие
- то ли Цзыгу, то ли Брауни. Они-то как раз и затеяли порабощение человечества!
С нами вышел на связь агент фагов, и мы ему все рассказали. А еще через два дня
прилетели имперские корабли, высадили десант, и нас освободили. Даже удалось
немного повоевать - мы забаррикадировались в цехе горячего прессования и не
подпускали солдат Инея, поливая их расплавленной фторопластовой смолкой из
брандспойтов.
В общем, получилось очень весело.
Потом, когда Рамон вез нас домой на своем шикарном спортивном автомобиле, он
все-таки напомнил, что никакой информации о Новом Кувейте нет. Так что не надо
заранее настраиваться на ужасы. Наоборот, ничего такого случиться не должно.
Но... на всякий случай...
Я сонно кивал, глядя в окно. Моя четвертая планета. А второй я даже и не
помню... вот ведь как получилось. Может быть, написать письмо капитану
"Клязьмы"? Узнать, где я побывал?
Жалко, что мне не стать фагом. Помогать им - тоже интересно. Но это все-таки
не то.
- Постарайтесь выспаться, - советовал Рамон. - Хотя бы немного. В десять утра
за вами заедет Стась и доставит в космопорт.
- А кто поведет корабль? - спросил я.
- Не Стась. У него другое задание, - помолчав, ответил Рамон. - И не я. Не
важно, ребята. Любой из фагов справится с этой миссией.
- Я знаю. Но все-таки лучше, когда рядом твой друг, правда?
Рамон пожал плечами:
- Узнаю теорию Стася... Понимаешь ли, Тиккирей, личные отношения - это палка
о двух концах. Конечно, люди не роботы, чтобы не испытывать эмоций - приязни,
дружелюбия... или наоборот. Но если бы ты знал, сколько бед человечества было
связано именно с этими "личными отношениями"!
- Как же так? - спросил я. - Первый звездоплаватель, Сон Хай, наперекор
судьбе вернулся на Землю, потому что тосковал по своей любимой! А пилот
"Магеллана" сумел посадить аварийный корабль, потому что на нем была его семья.
Ну а...
- Ты приводишь лишь положительные примеры, Тиккирей. Из учебника этики для
пятого класса, верно?
- Наверное... - Я замялся. - Кажется, да.
- Разумеется, ты прав, - размеренно, будто гвозди вколачивая, заговорил
Рамон. - В обыденной человеческой жизни дружба, любовь, нежность - все то, что
мы вкладываем в понятие "положительных личных отношений", очень важны. Но все
имеет две стороны. Простой пример. Если бы твой приятель Роси относился к тебе
более дружески - он бросился бы к тебе на помощь.
- Он же не знал, как надо спасать провалившихся под лед! - вставил я, защищая
Роси.
- Верно. И вы могли погибнуть оба. Об этом я и говорю, Тиккирей. В обычной
жизни, безопасной и благоустроенной, чем добрее люди относятся друг к другу -
тем лучше. Пусть даже человек рискует собой, бросаясь спасать тонущего ребенка,
или страдает из-за неприятностей, случившихся с его другом! Это не страшно. Это
на пользу обществу. Но для некоторых профессий... - Рамон не договорил. - Вот
представь, Тиккирей. Ты попал в беду на Новом Кувейте. Тебе грозит смертельная
опасность. Например - тебя распознали как нашего агента и решили публично
казнить. В толпе стоит Стась. Он может попытаться тебя спасти. Шансов
практически нет, несмотря на все способности фага. А у Стася - важнейшая
информация, которую надо передать Императору. Что произойдет?
- Стась не предаст Империю, - сказал я. - Он не будет вмешиваться... он потом
попереживает, и все.
Как-то мне стало не по себе от такой картинки! Будто я и впрямь стою на
огромной площади в Аграбаде, на грубо сколоченном деревянном помосте, как в
фильмах про старину. Стою со связанными за спиной руками, голый по пояс, а
здоровенный палач с топором на изготовку кивает закрытой колпаком головой на
потемневшую изрубленную колоду - ложись, подставляй шею... А в толпе - все
возбужденные, привстают на цыпочки, глазеют на меня. И только один человек,
Стась, не улыбается и не радуется происходящему.
- Допустим, - сказал Рамон. - Стась - опытный и хороший фаг. Он знает, что
целое - важнее частного. Он не вмешается. Вернется на Авалон. И что потом с ним
будет, как ты думаешь, Тиккирей? Как долго он будет страдать? Какой из него в
дальнейшем работник?
Я молчал. Я и впрямь не знал, какой из Стася будет работник, если меня убьют
у него на глазах, а не он сможет вмешаться. Может, ничего особенного и не
случится. Да наша соседка, тетя Надя, за один вечер мне сказала больше ласковых
слов, чем Стась за целый месяц!
Но Рамон мое молчание понял по-своему.
- Вот в этом и есть сложность нашей работы, Тиккирей. То, что тебе дорого,
должно быть либо далеко и в безопасности, либо в твоей душе. Это давнее правило
разведчиков. А мы во многом те же самые разведчики...
- Стасю попало из-за нас? - спросил я. - За то, что он нас вывез с Нового
Кувейта?
Рамон хмыкнул.
- Попало?.. Да нет, отчего же. Все было сделано грамотно и вполне
обоснованно.
- Тогда зачем вы мне все это говорите? На всякий случай? На будущее?
Рамон покосился на меня.
- Для того, Тиккирей, чтобы ты не ожидал невозможного. И не рассчитывал на
подстраховку в виде Стася или меня.
- Я и не жду.
Кажется, Рамон немного смутился.
- Не считай нас бессердечными, Тиккирей. Но мы и впрямь не можем рисковать
судьбами миллионов ради одного человека. Поэтому и предлагаем тебе отказаться от
миссии.
Я пошевелил ладонью - бич высунулся из рукава, огляделся и нырнул обратно.
Рамон спросил:
- Да неужели ты не наигрался в игрушки? Бич - не больше чем игрушка,
Тиккирей! Пусть даже смертоносная.
- У меня было мало игрушек, - сказал я. - Игрушки не входят в социальный
минимум.
- На самом-то деле вам ничего не грозит, - сказал Рамон, отводя глаза. - Даже
если вас схватят... агенты Инея могут быть жестоки, но они не слепые убийцы.
Я промолчал. Я вспомнил того агента, которого убил Стась. И его слова: "Этот
мальчик не важен для Инея".
Больше мы не разговаривали до самого дома. Лион всю дорогу сладко продремал,
вовсе не слушая наш разговор.
У дома Рамон остановился, вместе с нами вылез из машины и проводил до
квартиры. Будто ожидал засады в подъезде. Потом обнял нас и, не прощаясь, ушел.
А мы легли спать.
Стась приехал чуть раньше, в полдесятого. Я уже собрался: перевел автоматику
квартиры в режим консервации, проверил, все ли окна закрыты, переоделся в
дорогу. Вещей мы никаких с собой не брали, все равно на корабле выдадут новую
одежду, подходящую под легенду. Лион еще возился в ванной. Он стал такой
чистоплотный, что просто оторопь брала: зубы чистил по три раза в день, не
находил себе места, если не принимал утром и вечером душ, ногти подстригал под
кожу, а стригся очень коротко, мне казалось, что это у него началось после
потока, но я ничего не говорил.
- Готовы? - как-то без интереса, для порядка, спросил Стась, стоя в дверях.
- Конечно. - Я кивнул на дверь ванной. - Сейчас, Лион кончит умываться...
Стась кивнул. Из ванны доносился шум воды и булькающее бормотание - Лион
пытался что-то напевать, не прекращая чистить зубы.
- Не боитесь? - спросил Стась.
- Я никогда летать не боялся, - возмутился я. - А Лион вообще в космосе
вырос, на станции...
- Знаю. Я не о том, Тикки. Не боитесь Нового Кувейта?
Я подумал и ответил честно:
- Немножко. Они же там все с повернутыми мозгами. Но мы готовились, и
вообще... Рамон говорит, что все будет хорошо.
- Возможно, что я тоже буду на Новом Кувейте, - сказал Стась. - Если вдруг...
- Он заколебался. - Если мы случайно увидимся, то не подавайте виду, что знаете
меня.
- Привет, Стась! - выскакивая из ванной, сказал Лион.
- Привет, - кивнул Стась. - Лион, если мы случайно встретимся на Новом
Кувейте, то запомните - мы незнакомы.
- Что мы, дураки? - удивился Лион. - Конечно.
- Я хочу, чтобы вы были настроены серьезно, ребята, - сказал Стась. - Иней -
самая большая внутренняя опасность для человечества за все время галактической
экспансии. По сравнению с Инеем даже католический джихад или Лига Вырождения -
не более чем мелкие социальные отклонения. Не бойтесь - страх приводит к панике.
Но опасайтесь. Всегда. Каждую минуту. Садясь на стул, будьте готовы к тому, что
он сломается под вами. Здороваясь с человеком, не удивляйтесь, если его рука
превратится в зубастую пасть. Запомните, на Новом Кувейте вы можете доверять
только друг другу.
Я кивнул.
- Особенно это касается тебя, Лион, - негромко, с извиняющейся ноткой,
добавил Стась.
Лицо Лиона посерьезнело.
- Я понимаю. Я... я ничего лишнего не скажу. Даже маме.
Стась мгновение смотрел на него, потом кивнул:
- Хорошо. Иди одевайся.
Когда Лион убежал в спальню, Стась снова повернулся ко мне:
- Как бич?
Вместо ответа я поддел пальцами пояс на джинсах. Пояс как пояс, серебристый,
металлизированный. И застежка в виде змеиной головы.
- Пойдет, - согласился Стась. - Сам закреплял?
- Да. Это просто, надо только представить, чего хочешь... Стась кивнул, и я
замялся. Кому я рассказываю, как управлять бичом? Настоящему фагу!
- Надеюсь, ты не делал с ним глупостей? - спросил Стась.
- К-каких? - растерялся я.
День назад я экспериментировал, проверял, что бич может разрушить, а что -
нет. Оказалось, что деревянные палки он разбивает в щепу без всякого труда,
сантиметровый стальной прут может согнуть, а в стекле легко прогрызает дырки.
- Главной глупостью была бы попытка вложить в бич главную батарею, - объяснил
Стась. - Тогда мало-мальски приличный детектор обнаружит, что это оружие.
- Нет, не вкладывал. Откуда мне ее взять?
- Бич - оружие универсальное. Он приспосабливается к различным источникам
питания. В случае необходимости в него можно вложить любую мощную батарею,
например от пылесоса или бытовой дрели. Хватит ее ненадолго, но два-три разряда
бич выдаст.
Стась улыбнулся и едва заметно подмигнул. Я чуть не завопил от досады.
Значит, можно было поиграть с бичом по-настоящему!
- Иногда подобные импровизированные батареи спасали фагам жизнь, - продолжил
Стась. - Но в твоем случае они станут смертельной опасностью.
Я кивнул.
- Тиккирей, я могу рассчитывать на твое благоразумие? - спросил Стась.
- Можете...
- Вот и славно.
Появился Лион. Вопросительно глянул на Стася - тот кивнул:
- Все, пора. Идемте, ребята.
К космопорту фагов мы ехали больше часа. Ни про Иней, ни про Новый Кувейт мы
больше не говорили. Вместо этого Стась рассказывал про Авалон, про его
колонизацию, про времена Первой Империи и Междуцарствия, про историю освоения
северного материка, про эндемичную природу Авалона, сохранившуюся только в
заповедниках.
- Сейчас такой колонизации уже не проводят, - объяснял Стась. - Ставят
опорную станцию, гарнизон, строят космопорт и начинают точечную биологическую
зачистку. Проходит минимум пятьдесят лет, прежде чем планета терраформируется,
зато никаких неожиданностей, никаких злобных чудовищ, которые вначале тебя
пожирают, а потом помирают от отравления инопланетным белком. Авалон
колонизировали на ходу, вокруг Камелота уже цвели яблоневые сады, а дальше шло
кольцо биозачистки. И даже когда зачистили большую часть суши, в океанах еще
жила эндемичная фауна. Сейчас она осталась лишь в Историческом Море, которое
отгородили от океана дамбой. Конечно, ковёрных скатов или китов-тральщиков там
не встретишь, но это и к лучшему...
- Я раньше хотел стать биологом, терраформировать планеты, - сказал Лион.
- Хорошая работа, - согласился Стась. - Уже не хочешь? Лион покачал головой:
- Нет. Все-таки пилотом быть интереснее. Только я не хочу летать на корабле с
расчетными модулями.
- Когда ты вырастешь, их, надеюсь, уже не будет, - ободрил его Стась. - Если
гель-кристаллические процессоры окажутся удачными, то они заменят людей.
И он стал рассказывать про технику. Может, ему и впрямь было интересно о ней
поговорить, но мне показалось, что он просто нас успокаивает.
Почему взрослые всегда больше боятся за детей, чем за себя?
У въезда Стась показал свое удостоверение, и нас пропустили на взлетное поле.
Тут стояло десятка два кораблей, в основном маленьких, но среди них был и
настоящий военный крейсер, и большой десантный корабль. Такие уж точно не могут
летать в каналах без расчетных модулей... но я не стал спрашивать Стася. Я не
маленький. Я все понимаю.
Машина подъехала к кораблю - такое же блюдце, покрытое серой керамической
чешуей, как и у Стася. Наверное, это самый распространенный тип кораблей у
фагов.
Пилот стоял у открытого люка. Он был старше Стася, но поздоровался первым, и
мне показалось, что Стась главнее.
- Вот и твои подопечные, - сказал Стась.
- Здравствуй, Тиккирей. Здравствуй, Лион. - Пилот поздоровался с нами за
руки. - Меня зовут Сянь Тьен.
Возникла какая-то неловкая пауза. Время, наверное, еще было, и уезжать Стасю
не хотелось, но все уже было сказано.
- Стелс-капсула в порядке? - спросил Стась.
- Да, я проверил, - ответил Тьен. - Сядут замечательно, никто и глазом не
моргнет. Вы десантировались когда-нибудь, ребята?
- Нет, - ответил я.
- Да, - заявил Лион. - Ой, то есть нет.
Тьен удивленно приподнял бровь. Потом нахмурился, отдавая приказ по шунту. В
брюхе корабля открылся люк.
Больше всего стелс-капсула походила на двухметрового диаметра линзу.
Совершенно прозрачную.
- Она стеклянная? - удивился я.
Лион засмеялся:
- Лопух, это стабилизированный лед!
- Правильно, - с уважением посмотрев на Лиона, подтвердил Тьен. - Это лед-23,
сверхстабильная форма. Перед выбросом в капсулу впрыскивается катализатор
распада, и через час она превращается в лужу воды. Но до этого момента вы
успеете приземлиться.
- А где здесь двигатели? - с изумлением спросил я.
Стась и Тьен переглянулись.
- Нет здесь двигателей, Тиккирей, - мягко сказал Стась. - И приборов никаких
нет. Ничего, кроме льда. При выбросе на низкой орбите капсула подвергается
аэродинамическому торможению. Перегрузки могут доходить до трех "g"... это
нормально для людей со стандартным улучшением генотипа.
- Я и шесть нормально держу, - с гордостью вставил Лион.
- Ты боишься, мальчик? - спросил меня Тьен. - Не надо бояться. Стелс-капсула
надежнее любого корабля. В ней нечему ломаться, понимаешь? И никакие системы
космической обороны ее не обнаружат. Это лед, просто лед.
Я понимал, что они правы. И все-таки было не по себе.
- Мне шесть раз доводилось высаживаться в такой, - сказал Стась. - Дважды на
тренировках, четыре раза в ходе миссий. Однажды - на воюющую планету.
- А мы в ней не замерзнем? - спросил я.
Фаги засмеялись.
- Я вам дам одеяло, - пообещал Тьен. - Не замерзнете. Ну... разве что насморк
схватите.
- Тогда дайте еще и носовой платок, - сказал я.
Мы попрощались со Стасем. Он крепко обнял нас, потрепал по голове Лиона,
подмигнул мне - взглядом указывая на бич. И сел в свою нелепую, совсем не
геройскую машину.
- Идемте, мальчики, - сказал Сянь Тьен. - Нам пять суток лететь, еще успеем
друг с другом перезнакомиться. Но задерживать старт не стоит.
Часть третья
ЖИЗНЬ В ПОВТОР
За час до входа в атмосферу Нового Кувейта мы забрались в стелс-капсулу. Она
занимала почти весь шлюзовой отсек - холодная сверкающая ледяная глыба.
Тьен открыл люк, тоже ледяной, который можно было вывинчивать снаружи или
изнутри. Вручил нам простой полотняный мешочек с химическими реактивами, которые
будут освежать воздух. Реактивов хватает на три часа, этого более чем
достаточно.
Одеяла он нам, конечно же, не дал. Одеяло - это уже улика. Вместо этого мы
подложили под себя сплетенные из травы циновки. Вместо ремней служили такие же
травяные жгуты.
Трава была с Нового Кувейта. Как и наша одежда. Как и перочинный ножик и
удочка с ультразвуковой блесной. Фаги все делают основательно, на совесть.
- Ну как, удобно? - спросил Тьен.
В капсуле можно было находиться только лежа. Лион, не тратя даром времени,
принялся закреплять ноги, привязывая травяные жгуты к проделанным во льду
"ушкам".
- Нормально, - сказал я, хотя сердце у меня колотилось часто-часто. - Да ты
закручивай, все в порядке.
Тьен был хороший человек. Ну, может, не такой, как Стась, но тоже хороший. За
время полета мы с ним почти подружились. Он даже позволил нам управлять кораблем
в гиперканале, хотя и был все время наготове. А еще он учил нас драться -
некоторые приемы фагов не требовали взрослой силы. И про Иней мы говорили, но
тут Тьен мало что мог рассказать...
- Я буду наблюдать за вами, ребята. - Тьен кивнул на глазок видеокамеры в
потолке шлюзового отсека. - Связи у нас не будет, но если передумаете
десантироваться - привлеките мое внимание. Машите руками... стучите в корпус...
Только не открывайте люк изнутри, мало ли!
- Да не передумаем мы, Сянь! - буркнул Лион. - Иди, тебе пора за пульт.
Тьен кивнул и стал прилаживать на место тяжелый ледяной люк. Мы изнутри
помогали ему. Наконец винт попал в резьбу, и фаг принялся его закручивать. Сразу
же стало очень тихо. Слышно было, как пыхтит Лион, помогая Тьену. Я же опустил
руки и смотрел на фага сквозь толстый прозрачный корпус. Лед немного искажал
черты лица, Тьен выглядел будто в кривом зеркале. Слишком большой нос, маленькие
глазки, перекошенный подбородок. Смешно... только ведь и мы для него выглядим
уродцами.
Я помахал Тьену рукой.
Когда люк был закручен до конца, Тьен достал из нагрудного кармана пробирку,
отломил запаянный кончик и небрежно плеснул жидкость на поверхность капсулы.
Вроде бы ничего не произошло, но фаг выглядел вполне удовлетворенным. Ободряюще
похлопал по капсуле - лед отозвался глубоким низким гулом - и по короткой
лесенке выбрался из шлюзовой камеры. Захлопнулся внутренний люк. Хорошо еще, что
свет в шлюзовой не погас.
- Вот сработает катализатор неправильно, и капсула развалится в атмосфере! -
замогильным голосом сказал Лион. - Представляешь? Бух - и нас нету!
Меня передернуло.
- Тебе что, совсем не страшно? - спросил я.
- Нет. Я в таких высаживался. Ну, не по-настоящему, а во снах...
Я понял, в каких именно "снах", и расспрашивать не стал.
- Ты не волнуйся. - Лион смущенно смотрел на меня. - Сверхстабильный лед -
крепкая штука. Он начнет испаряться, когда мы войдем в атмосферу. Перед нами
будет плазменное облако, но испаряющийся лед создаст паровую подушку... все
продумано. Потом выплавятся лопасти, и сядем на авторотации...
- А если упадем на скалы?
- Тогда плохо, - согласился Лион. - Можем сильно побиться. Ну, или если
далеко в море... и не выплывем...
Конечно, он меня поддразнивал. Тьен сказал, что точка посадки просчитана до
десяти километров, мы сядем в лесу, так что волноваться не стоит. Но теперь и
сам Лион замолчал. Плавал он все-таки неважно. Посадка в стелс-капсуле его не
пугала, зато воды он побаивался.
- Я тебя вытащу, если что, - сказал я. - Дам по башке и за волосы вытащу.
- Только не больно, - серьезно попросил Лион.
Мы замолчали. Часы у нас были, у обоих, но на них и смотреть не хотелось.
Цифры едва-едва менялись, иногда будто замирая.
- Ты страшные истории знаешь? - деловито спросил Лион.
- Угу.
- Расскажи?
Никакие страшилки мне в голову сейчас не лезли. Вспомнилась только совсем
дурацкая, которую рассказывают друг другу малыши.
- Один мальчик пришел домой из школы, - начал я, - и видит - родители на
столе забыли социальную карточку. Не потому, что глупые были, а просто очень
торопились...
- Что такое социальная карточка? - спросил Лион.
- Это... ну, вроде кредитки, только там еще все нормы жизнеобеспечения
записаны... Ты ведь на станции жил, у вас разве не было таких?
- Нет, у нас воздух и тепло бесплатные... - виновато ответил Лион. - Давай
рассказывай дальше.
- Ну... этот мальчик социалку в шкаф спрятал, а сам полез в Сеть баловаться.
Заходит на один сервер, а там ему и говорят: "Если ты взрослый, то мы тебя
пустим, а если ребенок - то нет". Ну, он, понятное дело, говорит: "Я взрослый".
Ему тогда говорят: "Введи номер своей социальной карточки". Он подумал: что тут
такого страшного? И ввел номер. Ну, его пустили всякую ерунду посмотреть...
Сидит он за планшеткой, обо всем забыл. А тут в дверь звонок. Он пошел,
открывает, а там стоит чиновница из социальной службы. Говорит: "Мальчик, ты
слишком часто дышишь!" Мальчик испугался, пообещал, что реже будет дышать, а она
достала пластырь...
Лион засмеялся:
- Ерунда какая. Если реже дышать, то количество потребляемого кислорода не
изменится.
Я замолчал. Наверное, для него эта история и впрямь не страшная и глупая.
- Не сердись. - Лион пихнул меня локтем в бок. - Вот послушай! Это похожая
история, но куда лучше. У одного мальчика была старшая сестра. Ей разрешали
гулять на донце, даже подарили новый красный скафандр, а мальчика еще не
пускали. И скафандр у него был самый обыкновенный, детский.
- Куда пускали гулять?
- На дон... На внешний корпус станции, с нижней стороны. Там гравитации нет,
и воздуха тоже.
- Угу, - сказал я, с сомнением представляя такую прогулку. Что в ней
интересного?
- А мальчик все время просил сестру взять его с собой. Но сестра говорила:
"Нет, не возьму, ты еще маленький, ты забудешь патрон проверить"... Патрон - это
для дыхания, регенератор в скафандре.
Лион энергично потряс полотняный мешочек - наш собственный регенератор.
Буркнул:
- Душновато как-то... Так вот, мальчик обиделся и однажды вместо полного
патрона поставил в красный скафандр другой, уже выдышанный. Он думал, что когда
у сестры воздух кончится, она на запаске дойти успеет. А девочка со своим другом
пошла гулять по донцу, вот ей друг и говорит: "Что-то у меня воздух кончился,
пойдем обратно!" А девочка не захотела и отдала ему свой запасной патрон. Гуляли
они, гуляли, и тут у девочки воздух кончился. Она испугалась, стала просить
друга, чтобы тот ей патрон отдал, а тот тоже испугался. Ну и девочка умерла. А
на следующий вечер ее брат лежит в кроватке и плачет, потому что ему сестру
жалко. Поплакал, поплакал и уснул. Вдруг сквозь сон слышит: "Дай мне мою
запаску!" Открывает глаза - а в углу скафандр сестры стоит, весь сдутый, и
стекло изнутри все в крови! Он испугался, побежал к родителям и все им
рассказал. Тогда родители ему дали полный патрон и говорят: "Как сестра снова
придет, скажи ей, что это запаска!"
- А ремня они ему не всыпали? - ехидно спросил я. - За сестру-то?
- Всыпали, наверное, - согласился Лион. - Но раз сестра уже умерла, что
теперь делать-то? Ну вот, на следующую ночь скафандр снова пришел и говорит:
"Дай мне мою запаску!" Мальчик патрон дал, скафандр его себе вставил, засмеялся
и говорит: "А теперь у меня силы появятся и я тебя задушу!" И клапан на патроне
открыл, чтобы сил набраться. Но родители знали, что он задумал, и дали не патрон
с воздухом, а баллон с угарным газом. Скафандр весь раздулся, посинел и лопнул.
Только мальчик все равно умер. От страха.
- Ты совсем сдурел? - возмутился я. - Это что за история, это фигня какая-то!
- Почему?
- Да как можно угарный газ в баллон закачать? Ты химию в школе учил? Нет,
наверное, скафандр его задушил...
Лион подумал и сказал:
- Если задушит, то родителей жалко. А есл
...Закладка в соц.сетях
