Жанр: Научная фантастика
Танцы на снегу
...т дорога подходит совсем близко к
реке... я вас высажу, а вы проголосуете. Дорога идет мимо космопорта и прямо в
Аграбад.
Мы с Лионом переглянулись. Значит, мы проедем мимо кемпинга? Лион ничего не
сказал, но я сразу понял, о чем он думает.
Вдруг его родители еще там?
- Водитель нас не заподозрит? - спросил я.
- Да нет, не должен, - рассудительно сказала Наташа. - Вы скажите, что идете
из Менделя. Это поселок, мимо которого мы проплыли, там консервные заводы.
Скажите, что у вас родители работают на заводе, а вы... ну, не знаю. К
родственникам поехали в Аграбад.
Скутер плавно подошел к берегу. Наташа загнала его носом на песчаную отмель,
встала с моих коленок. Мы неловко переглянулись.
- Ну... давай руку... - сказал я.
Ладонь у нее была ледяная. Точно простынет.
- Передавай дедушке спасибо! - спрыгивая на берег, крикнул Лион. - Он мировой
старикан! Тиккирей, не возись!
- Пока, - сказал я Наташе. - Ты не попадись...
- Не попадусь, - пообещала Наташа.
Я спрыгнул вслед за Лионом, но до берега не достал и промочил ноги. Лион
обидно засмеялся. А Наташа включила реверс водометов, и скутер медленно сполз с
отмели. Еще секунду она смотрела на нас, а потом наклонилась, закладывая вираж,
и скутер молнией унесся на середину реки.
- Вот рассекает! - восхищенно сказал Лион. - А ты в нее влюбился, точно?
Я хотел было обидеться, но передумал. Только сказал:
- Дурак. Она ведь жизнью рискует, чтобы нас сюда доставить. Потому что
думает, будто мы фаги.
- В каком-то смысле так и есть, - задумчиво сказал Лион. - Пусть не
настоящие, но все-таки... Ладно, ты не обижайся.
Но я не обижался. Я думал, не помолиться ли, чтобы с Наташей все было хорошо.
А потом вспомнил, как молился, чтобы родители не ушли.
И не стал.
В кабине грузовика вкусно пахло свежим хлебом. На самом деле грузовик вез
штабеля досок, а хлеб лежал у водителя в кабине, на длинном, будто лавка,
сиденье. Два здоровенных каравая, с крепкой румяной корочкой и нежным мякишем.
- Рубайте, рубайте, хлопцы, - добродушно приговаривал водитель. - Разве в
городе умеют хлеб печь? Сто лет назад составили программу и кормят народ, а
хлебушек - он душу любит!
Машину мы поймали без всяких проблем. Первый же грузовик - здоровенный, почти
как фаговский космический катер, остановился возле нас, голосующих на обочине.
Выглянул водитель - черноволосый, смуглый, улыбчивый, и махнул нам рукой:
"забирайтесь".
- Дядько Дима, а разве нельзя хлеб в домашней микроволновой печке готовить? -
спросил Лион. Он как-то здорово поймал тот диалект, на котором говорил водитель.
- Что ты, хлопчик! - Водитель засмеялся. - Хлеб - его только в печке родят.
Да чтобы замесить руками, чтобы протопить дровами! А мы - микроволны,
ультразвук, электроны-позитроны... Молочка, молочка скушайте!
Лион с готовностью взял очень подозрительную на вид пластиковую бутылку
из-под лимонада. В бутылке было молоко.
- Настоящее, - с удовольствием сказал водитель. - Не парное, ясно дело, с
ледника. А синтетического я как выпью, пусть даже оно самое дорогое и
качественное, - живот сводит, днище пробивает...
Он снова захохотал.
Я глотнул молока, на всякий случай отерев рукавом горлышко. Не потому, что
Лиона брезговал, сама бутылка была на вид грязной.
Молоко оказалось вкусным! Удивительно вкусным, густым и каким-то... словно
забытым, но вспоминавшимся в снах.
- Во! - провозгласил водитель. - Почуяли разницу? Это не из нефти и опилок.
Это коровка делала.
Я перепуганно сглотнул, но странное дело - противно мне не стало. И вообще
было здорово. Зря мы так боялись, люди на Новом Кувейте оказались вполне
нормальные, ничуть не хуже, чем на Авалоне. Или водителя не смогли зомбировать?
Я искоса посмотрел ему на висок - нейрошунт был новее, чем у меня,
"Ямамато-профи", с радиовходом.
Ничего не понимаю.
- В городе я уж вас на окраине высажу, - будто извиняясь, сказал водитель. -
Мне по центральным улицам на этом бегемоте разъезжать запрещено. На завод - и в
гараж.
- Да мы еще за городом вылезем, - сказал Лион. - Возле мотеля, недалеко от
космопорта, там мой папа... работает. А молоко очень вкусное, спасибо.
Водитель кивнул и неожиданно наставительно произнес:
- Спасибо не мне говори, хлопчик.
- Спасибо владетельнице, - ответил Лион враз изменившимся голосом. - Но и вам
спасибо, дядько.
- Эх, довели Империю до ручки, - вздохнул водитель. - Синтетику кушаем,
гордость потеряли, любовь забыли. Если бы не Иней...
Он ничуть не изменился при этих словах. Остался все тем же добрым и хорошим
человеком, который с удовольствием подвез голосующих мальчишек, да еще и
накормил их вкуснейшим хлебом и молоком. Но у меня в ушах будто звоночек
тревожно зазвенел. И у Лиона взгляд стал собранным и беспокойным.
- А как думаете, дядько, Империя с нами воевать будет? - спросил Лион.
У водителя на скулах заиграли желваки.
- Все к тому идет, - скупо ответил он. - Да вы себе этим голову не забивайте,
хлопчики. Вам учиться надо.
- Мы учимся, - с готовностью ответил Лион. - Но мы ведь тоже за владетельницу
боимся. Если надо - воевать пойдем.
Одной рукой придерживая руль, водитель другой потрепал Лиона по загривку.
- Эх, хлопчики... - с тоской сказал он. - И что же Императору неймется?
Почему он нам жить мешает? Слышали небось? Про обстрел?
- Это когда "Самумом" стреляли? - наугад спросил я, вспомнив рассказ
Семецкого.
Водитель кивнул:
- "Самумом"... Надо же, каждый ребятенок знает... У меня дочка в той школе
училась.
У Лиона глаза стали будто старый нейрошунт - круглые и здоровенные. Я тоже
оцепенел. Неужели "Лютики" стреляли так неумело, что взорвали школу? С детьми?
- Теперь дома учится, - тем временем продолжал водитель, - Спасибо
владетельнице, что обстрел ночью случился... А вашу школу не разбомбило?
- Разбомбило, - неожиданно сказал Лион.
Водитель кивнул:
- Десять школ... до чего ж дошли, изверги... Чего в следующий раз ждать?
Больницы взорвут или скотину потравят? Вчера вот посольство прилетало...
Он замолчал.
- И что? - спросил я. - Мы не слыхали.
Водитель вздохнул:
- Да что тут говорить... пока владетельница с послом разговаривала, охранники
его в город вышли. Тут и поймали одного, когда он в водохранилище бактерии
сыпал...
- Чего? - поразился я.
- Диверсия готовилась, хлопец. - Лицо водителя вновь напряглось. - Фаг это
оказался, убийца-диверсант, а вовсе не охранник. Хотел язвенной чумой наш
водопровод заразить. Чтобы вся столица умерла, значит. И женщины, и детишки, и
старики...
- Его поймали? - спросил я, а перед глазами уже всплыло лицо Тьена. Чтобы он
решил убить миллион людей? Неделю летел вместе с нами, улыбался, а сам готовился
убить миллион человек? Да не может такого быть!
- Поймали, - ответил водитель. - Завтра вечером казнят, на площади, по
приговору трибунала. А посольство имперское с планеты выгнали... и правильно.
Нечего было и разговаривать с ними. Убийцы они все, прости их Господь. Убийцы.
Все сразу стало другим. Серым. Будто через дымчатое стекло. Значит, Сянь
Тьена схватили? И его казнят? Но ведь он не мог так поступить, это неправда!
- Вы на площадь не ходите, хлопцы, - произнес водитель. - Нечего вам на такое
смотреть.
- Не пойдем, - сказал Лион.
И посмотрел на меня.
А вдали уже виднелись небоскребы Аграбада. Разноцветные, лазурь пополам с
яичным желтком, праздничные и гордые.
- Конечно, не пойдем, - сказал я. - Вон, видите, справа от дороги указатель
мотеля, мы там слезем!
Все здесь было как раньше.
Так же зелено и тепло, домики и палатки, несколько человек, готовящих барбекю
в отдалении. В домике с надписью "Заселение" дверь была открыта, изнутри
доносился веселый смех. Мы с Лионом переглянулись - и двинулись туда.
За столом сидела симпатичная девушка - я ее сразу узнал, это она так
по-доброму ко мне отнеслась месяц назад. Я думал, что она с кем-то
разговаривает, но нет, она была одна, а смеялась над книжкой - настоящей,
бумажной. Когда мы вошли, девушка с улыбкой посмотрела на нас, кивнула, снова
уткнулась в книгу, но тут же внимательно посмотрела на меня. И воскликнула:
- Тиккирей! Ты малыш Тиккирей, пропавший месяц назад!
- Я не малыш, - зачем-то возразил я.
Девушка смутилась.
- Извини, мы называли тебя так в разговорах... конечно же, не малыш... А ты -
Лион? Ты тоже у нас жил, с родителями?
Лион только кивнул, с нетерпением ожидая следующих слов. Но девушку
интересовало другое.
- Господи, где же вы были, ребята? Мы все так переживали! Искали вас повсюду,
лес прочесали, озеро... чего только не подумали!
Мне показалось, что она вовсе не врет. Ни капельки. Что и впрямь все в
кемпинге бросились на наши поиски. А вот нам надо было врать.
- Тогда, ночью... - начал я. - Все уснули, и так страшно... а Лион как раз
пришел ко мне, тайком от родителей, мы хотели поиграть... тут какой-то капитан,
он жил в соседнем домике и тоже не уснул, увидел нас и заорал, что началось
вражеское нашествие, чтобы мы бежали в лес... мы с ним на машине доехали до
леса, он нас высадил, а сам поехал в столицу... А мы в лесу жили.
Девушка всплеснула руками.
- Ребята... да что вы... говорят, это был маньяк-убийца! В его номере потом
нашли убитого полицейского! Господи, как вы уцелели!
- Я же тебе говорил! - закричал Лион, больно пихая меня в бок. - Он странный
был какой-то, у него глаза были злые! Хорошо, что вылезли! Он бы нас на кусочки
разрезал!
- Ты же сам в машину полез! - крикнул я в ответ.
Таких комедий у нас было заготовлено несколько. Но в общем-то мы сразу
решили, что про Стася упомянуть придется. Ведь агент Инея за ним следил и
наверняка доложил начальству, кто такой Стась.
- Ну и полез... - будто бы остывая, огрызнулся Лион. И жадно посмотрел на
девушку: - Скажите... а мои родители... где они?
- Твой папа уехал в город, - ответила девушка. - А миссис Аннабель и
малыши... у тебя ведь братишка и сестренка, да? Они здесь. В том же коттедже,
твоя мама не захотела уезжать, пока ты не найдешься...
Договаривала она уже в спину Лиону - тот чесанул наружу.
- Вы извините, - сказал я. - Он очень по родителям скучал.
- А твои родители, они остались на другой планете, верно? - спросила девушка.
Я кивнул:
- Да. Они остались на другой планете. Я пойду, до свидания.
- Меня зовут Анна. - Девушка улыбнулась. - Если хочешь, Тиккирей, ты можешь
поселиться в прежнем коттедже, он свободен. Кстати, тебе на днях пришло письмо
из министерства по делам миграции...
- Я... я потом заберу, - пробормотал я, выскакивая за дверь. Лиона я едва
успел заметить - он уже врывался в дверь своего коттеджа.
Интересно, как примет Лиона его мама? Она ведь зомбирована Инеем...
- Дурак, - сказал я самому себе. - Она все равно - мама.
Мне тоже досталось немного заботы от миссис Аннабель. Нет, конечно, куда
меньше, чем Лиону, того мама даже попыталась сама выкупать - и Лиону пришлось
упереться в дверной косяк руками и завопить, что с мамой он в ванную не зайдет.
Но все-таки и меня миссис Аннабель обняла и даже заплакала, рассмотрев, какой я
"худой и исцарапанный", а потом я получил большой кусок горячего мясного пирога.
В домике начался полный переполох. Маленький братишка Лиона начал реветь, потому
что успел его забыть и никак не хотел верить, что это его брат. Сестренка,
наоборот, плаксиво требовала, чтобы Лион побыстрее вышел из ванной, и колотила
кулачками по двери. Миссис Аннабель носилась по кухне, что-то кидая в
микроволновку и разогревая духовку, звонила то мужу, то каким-то подругам,
рассказывая, что ее сын нашелся. Я тихонько вышел на веранду и присел на теплых
от солнца перилах. Вскоре следом выбрался и братишка Лиона, которому надоело
плакать, сел на полу подальше от меня и принялся играть двумя машинками. Я
смотрел на него и думал, что родители у Лиона остались совсем нормальные. Ничего
страшного с ними не случилось. И может быть, вовсе не так это ужасно - Иней.
Просто всем заморочили мозги насчет Империи. Зато во всем остальном люди
остались нормальными.
- Бух, бух! - сталкивая машинки, пыхтел Лионов братишка. Кажется, у него в
игре это были вовсе не машинки, а боевые космолеты. - Получай, плоклятый
импелец... Госпожа плезидент, задание выполнено...
Ну вот, значит, и самым маленьким тоже как-то голову задурили... Ну и что? В
остальной Империи дети тоже играют в войну, только у них имперские войска
побеждают.
- Есть, повелительница! - выкрикнул малыш. - Влаг будет взолван!
Он привстал и, бросив одну машинку на пол, принялся ожесточенно топтать ее
ногами. Вначале я подумал, что это он переволновался от приезда Лиона и сейчас
опять будут рев, слезы и вопли. С маленькими такое бывает, особенно если их
слишком балуют.
Но он вовсе не собирался плакать или кричать.
Он топтал машинку. Упорно и сосредоточенно, как взрослый. Топал маленькой
ножкой в крошечных сандаликах, все колотил и колотил по пластмассовому корпусу.
Игрушка оказалась прочной, те, кто ее делал, тоже знали о балованных детях.
Взрослые только не догадывались, что малыши могут быть такими упорными. Он все
топтал и топтал, сопел, переворачивал машинку поудобнее, когда она отлетала в
сторону, и принимался колотить то пяткой, то носком.
Наконец пластик треснул и развалился на маленькие округлые кусочки. Это
все-таки была специальная, безопасная пластмасса для детских игрушек.
Тогда малыш снова сел на пол и стал стягивать сандалету.
Я соскочил с перил, присел с ним рядом и помог разуться.
- Ногу усиб, - строго глядя на меня, сказал малыш и принялся тереть пятку.
- Зачем же так сильно топтал, дуралей? - спросил я.
- Я не дулалей, - обиделся малыш. - Я Саса.
- Ну и зачем было так колотить, Саша?
- Это влаги, импелцы, - с готовностью пояснил он. - Ты сам дулак. Это генелал
Володя Ихин и профессол Эдикян из Бастиона, они самые стлашные импелцы.
Я вспомнил мультик "Бастион Империи" и его героев: отважного генерала Володю
Ихина, который летал между звездами на волшебном скакуне, и мудрого профессора
Геву Эдикяна, который сидел в Бастионе и все время придумывал гениальные идеи.
Они повсюду защищали Империю и побеждали всех врагов. Значит, и этот мультик
делали на Инее. Он вроде как хвалил Империю, а на самом деле всех малышей
настраивал против нее. Я тоже этот мультик смотрел! Только совсем немного,
потому что он оказался очень уж детский. А если бы посмотрел побольше - у меня
бы появилась в голове программа...
Или она у меня все-таки есть и только из-за старого нейрошунта не сработала?
А если сработает - я сразу возненавижу Империю, Авалон, Стася... и даже смешных
рисованных человечков из мультика...
- Чего молчис? - спросил Саша.
- Думаю, - ответил я. - А разве нельзя было взять врагов в плен?
- Нельзя, они из плена всегда убегают, - разъяснил малыш. - Ты будес со мной
иглать?
- Я уже большой, - сказал я. - Я в машинки не играю.
Саша спорить не стал. Для него я и впрямь был большим.
- Тиккирей! - позвала меня миссис Аннабель. - Домой!
- Иду! - откликнулся я и вздрогнул. Она меня позвала почти как мама. -
Сейчас...
Лион, завернувшийся в халат, уже сидел на диване, а миссис Аннабель радостно
подступала к нему с машинкой для стрижки. У Лиона явно были какие-то опасения,
потому что он требовательно заявил:
- Только не как в прошлый раз! Мама, только не коротко!
- Хорошо-хорошо, - не слишком-то искренне пообещала миссис Аннабель. - Только
чтобы волосы рот не закрывали, а то подавишься.
- Ну мама! - взвыл Лион. - Вот посюдова, не выше!
Миссис Аннабель подмигнула мне, словно заговорщица. Лион и впрямь сильно
оброс.
- Тиккирей, иди мыться, потом я и тебя постригу. Я повесила тебе чистое
полотенце, большое зеленое, увидишь. И положила чистую одежду. Маечка и трусики
новые, а штанишки и рубашка Лиона, но чистые и выглаженные. Ты помоешь голову
сам или помочь?
- Мама! - взвыл Лион. - Тиккирей уже большой! И я тоже!
- Для мамы вы всегда маленькие, - укоризненно сказала миссис Аннабель. - Так,
не вертись и закрой глаза...
Машинка в ее руке торжествующе загудела.
Я быстро зашел в ванную, чтобы Лион лишний раз не переживал. Вытолкал его
сестренку, которая стояла перед раковиной и держала руки под струей холодной
воды. Заперся. Пустил в ванну воду и вылил колпачок пены.
Потом прислонился лбом к кафельной стене и закрыл глаза. Шумела вода, за
дверью гудела машинка, Лион возмущался длиной стрижки, снова хныкала его
сестренка.
А я вспоминал, как в первый раз познакомился с родителями Лиона. Они знали,
что я сирота. И что у меня денег нет. И вообще... что я тут совсем один. Но
вовсе не бросились меня обнимать, целовать, купать, стричь и подыскивать мне
одежду.
Мама Лиона стала другой. Неправильной. Может быть, даже стала добрей и
заботливей. Но она не сама такой стала. Ее такой сделали.
Глава 4
Лион вначале ничего не замечал. Он радовался. И маминому пирогу, и тому, что
сестренка по нему соскучилась, и тому, что все родные живы и здоровы. Он даже
посматривал на меня виновато и в то же время - торжествующе. Мол, видишь? Ничего
страшного не случилось.
Миссис Аннабель и впрямь про Империю ничего не говорила, а когда Лион
попытался заговорить о пойманном фаге-диверсанте, только досадливо махнула
рукой. Но вечером пришел мистер Эдгар.
- Папа! - завопил Лион, бросаясь к распахнувшейся двери. Мне захотелось
отвернуться, но я смотрел. Только в горле стало шершаво и колко.
Мистер Эдгар, чтоб он там про космиков ни говорил, сам выглядел как настоящий
потомственный житель космических станций. Высокий, худощавый, с длинными цепкими
пальцами, смуглой кожей, короткой стрижкой и немножко выпученными глазами. И
одевался он очень легко - в рубашку с коротким рукавом и шорты. Космики все
такие, при низкой гравитации на станциях люди мерзнут, у них кровь к коже плохо
приливает, поэтому на планетах космикам жарко.
Когда Лион повис у отца на шее, я даже подумал, что мистер Эдгар грохнется.
Но он все-таки устоял. Подождал несколько секунд, потом отстранил от себя Лиона
на вытянутую руку, внимательно посмотрел на него. И произнес:
- Ты вырос, сынок.
- Папа! - как-то по инерции повторил Лион.
Мистер Эдгар взъерошил ему волосы.
- Мы очень волновались. Здравствуй, Тиккирей... Ну с чего вас понесло
прятаться в лес, сынок?
Лион начал снова рассказывать нашу историю, отец его внимательно слушал. И
про то, как мы уехали из кемпинга вместе с капитаном Стасем, а потом он нас
бросил в лесу. И как мы пошли подальше от города, к горам, "как в кино про
инопланетных захватчиков". И как жили в пустом домике лесничего, ловили рыбу и
даже научились ловить силками кроликов. А назад идти боялись, потому что в небе
видели очень много космических кораблей, а со стороны столицы иногда раздавались
взрывы. Но потом все-таки решили вернуться. На плоту сплавились по реке, вышли к
поселку и убедились, что везде мирная жизнь и все хорошо. И как нас подвез
добрый водитель, накормивший нас хлебом и молоком.
- Удивительные приключения, - сказал мистер Эдгар. Я решил, что он ничуть не
поверил Лиону и сейчас нас разоблачит. Но мистер Эдгар как ни в чем не бывало
продолжал: - Думаю, ты должен сделать вывод из случившегося, сынок. Нельзя слепо
бояться неизвестного. Надо идти навстречу своему страху и подминать его под
себя! Ты потерял целый месяц, ты вовремя не приступил к занятиям. Но, - он
поразмыслил, - с другой стороны, ты приобрел замечательный опыт выживания в лесу
и получил серьезный жизненный урок. Я ничуть не сержусь!
- Папа... - пробормотал Лион.
А я вспомнил, как еще в пути с Авалона он размышлял, что с ним сделают
родители. Вначале обрадуются, конечно. Потом выдерут, хоть папа и противник
телесных наказаний.
Кажется, Лион предпочел бы быть наказанным.
- Ну что, молодые люди? - Мистер Эдгар разулся, надел уютные домашние
тапочки. - Садитесь за стол. Я вымою руки и присоединюсь к вам.
- Я приготовила твою любимую запеканку, - сказала миссис Аннабель. - И купила
торт-мороженое, который любит Лион. Саша, Полина, умывайтесь и за стол!
Малыши бросились в ванную вслед за отцом.
Я сел за покрытый красивой зеленой скатертью стол рядом с Лионом -
растерянным и помрачневшим. И вдруг понял, что мне все это напоминает.
Сериал. Семейное кино вроде "Папа, мама и мы" или "Комедии и драмы Эдема".
Там обязательно были небольшие тайны, нестрашные проблемы, послушные маленькие
дети и непокорные подростки. Обязательно кто-нибудь убегал из дома или терялся,
а потом, когда возвращался обратно после разных неприятных приключений, ему все
радовались, немножко читали мораль и садились за праздничный стол.
И мистер Эдгар, и миссис Аннабель вели себя как герои этих сериалов.
- Полагаю, ребятам тоже можно налить капельку вина! - сказал мистер Эдгар.
Лион едва заметно вздрогнул.
Поздно вечером мы с Лионом легли спать в его комнате. Кровать там была только
одна, но мне постелили рядом, на полу, и получилось совсем неплохо. Вот только
Лион был будто пришибленный, молчал, и лишь когда мы погасили свет, тихо
спросил:
- Слушай, что с ними, Тиккирей? Что теперь делать?
Я пожал плечами:
- А они раньше так себя не вели?
Лион энергично замотал головой.
- Ну... они же не стали хуже, верно? Они тебя любят. И...
- Они другие! - прошипел Лион, свешиваясь ко мне с кровати. - Дурак, они
совсем другие!
- Как в кино, - подсказал я, решив не обижаться.
- Да! А я не хочу жить в кино! Тебе бы таких...
Он осекся и испуганно посмотрел на меня.
Я лег на спину и стал смотреть в потолок. Нет, я и сейчас не обиделся. Я
думал, что на самом деле хуже: когда родители погибают ради того, чтобы у тебя в
жизни ничего не изменилось, или когда они сами меняются так, что хочется
умереть.
Наверное, все-таки лучше, если они живые.
- Тиккирей...
- Лучше бы таких, - сказал я. - Честное слово.
- Прости меня.
- Угу. Ты только никогда больше так не говори, Лион.
Он виновато сопел, ворочаясь. Потом сказал:
- Они ведь меня из дома гонят!
- Не ври, - сказал я. - Вовсе не гонят.
Но на самом деле Лион был прав. Когда мы сидели за столом, то родители завели
с Лионом разговор. О том, что они будут еще "какое-то время" жить в кемпинге,
потому что на Новый Кувейт прибыло много мигрантов с Инея и жилья не хватает. И
что добираться каждый день до города ему будет очень неудобно. Так что лучше
всего, если Лион будет учиться в Аграбаде, в колледже для детей фермеров и
детей-сирот. А по выходным дням станет приезжать к родителям. Это так
противоречило всему их поведению, что Лион будто оцепенел и спорить не стал,
хотя я на его месте обязательно принялся бы спорить. Ведь мистер Эдгар и так
ездит каждый день в Аграбад на работу, он устроился работать на завод
космических двигателей, что ему стоит подвозить Лиона туда и обратно?
- Гонят, - упрямо сказал Лион. - А знаешь почему?
- Почему?
- Это все из-за потока. Из-за зомбирования. Почему родители боятся отпускать
детей из дома, особенно надолго? Им всегда кажется, что дети еще маленькие, с
ними что-то может случиться...
- Твоя мама так и говорит...
- Да ничего ей такого не кажется! - выпалил Лион и понизил голос. - Она меня
уже вырастила, понимаешь? И внуков моих вырастила. Она уже привыкла к тому, что
я взрослый!
- Ты чего?
- Ну, вот в моем сне...
- Так это в твоем. Откуда ты знаешь, что снилось твоей маме? Да она и не
вспоминает ничего, все забыла.
- Умом - забыла. Но ей тоже что-то такое снилось. Будто она живет в Федерации
Инея. Что я вырос, что она работала на военном заводе, что Сашку убило на
войне... или меня... Потом она все забыла, конечно. Но в подсознании такое
убеждение осталось. Так что ничуть ей не страшно меня отпускать.
Наверное, так оно и было. Я смолчал, а Лион с жаром продолжил:
- Ты понимаешь, что этот Иней делает? Заставляет людей жить чужой жизнью,
так, как хочется Инею. А если человека заставить всю жизнь что-то делать, он к
этому привыкает, это уже рефлекс становится. Вот...
- Раньше ты не думал, что это так уж плохо, - не удержался я.
- Дурак я был, - буркнул Лион. - Я хочу, чтобы они стали прежними. Пусть мне
достанется, но они не будут радоваться, что я уеду в "хорошую школу".
- Лучше давай думать, что делать с Тьеном.
Лион беспокойно заерзал:
- Если бы мы могли со стариком Семецким связаться...
- И что? Разве смогут двадцать девчонок освободить Тьена?
- А двое мальчишек смогут?
- У меня бич, - напомнил я.
- Ха! - пренебрежительно выдохнул Лион. - Бич у него! Без батарейки...
- На чуть-чуть можно поставить любую батарейку. Хоть от фотоаппарата.
Лион помолчал. А потом горько сказал:
- Даже если бы у тебя был исправный бич, а у меня - нейтринная пушка, все
равно мы бы ничего не сумели сделать. Это же центр города, площадь перед дворцом
султана. И вокруг будет охрана. И еще толпа. А в толпе все зомбированные, они на
твой бич бросятся, чтобы за Иней умереть.
- А если эта, владетельница, будет присутствовать на казни? Можно ее взять в
заложницы...
- Ее нельзя убить, - спокойно ответил Лион. - Я точно знаю. Она повсюду и
бессмертна.
- Что она, Бог, что ли? Это все пропаганда!
- Может, и пропаганда, но ничего не получится, - спокойно ответил Лион. - Я
помню, был такой случай... ну, во сне... имперцы взяли владетельницу в плен,
чтобы Иней победить. А она рассмеялась им в лицо и приказала стрелять по
кораблю... в общем, корабль с ней и имперцами взорвался. На другой день
владетельница выступила по ти-ви и сказала, что все правильно и всегда надо так
делать.
- Но не может такого быть! - выпалил я.
Лион только вздохнул.
Так мы ничего и не решили. И уснули.
А утром нас и впрямь повезли в Аграбад.
Машина у мистера Эдгара была дрянная, обтекаемая и прилизанная пластмассовая
"мыльница". Такие машины даже не ремонтируют по-настоящему, если что-то ломается
- меняют сразу блоками. Блок двигателя, блок управления, блок передних сидений,
колесный блок...
- Очень экономичная машина, - разъяснял нам мистер Эдгар, усаживаясь на место
водителя. - Поместились? Не тесно?
- Ничего, - сказал Лион. В машине было очень неу
...Закладка в соц.сетях
