Жанр: Научная фантастика
Запретный Мир 1. Запретный мир
...ь большим размером, верхние нависали надо рвом, не давая
заглянуть со стен в эти передвижные галереи.
По этим укрытиям потянулись цепочки вражеских солдат. Они тащили различную ношу
- связки тростника и хвороста, корзины с землей и камнями, обрубки бревен, все
это спешно подвозили на телегах обоза, разгружая их в отдалении. Свой груз
носильщики сваливали в ров, тут же разворачивались, шли за новой порцией.
Рейнджеры старались во всю, но противник почти не давал им шансов на удачный
выстрел, только у некоторых луки были такой мощи, что могли пробить не слишком
укрепленный щит. Стрелки переключились на охотников. Толку от мощных арбалетов
было больше, они пробивали все, но такого оружия на стенах было мало. Баллисты и
легкие катапульты иногда сваливали секцию галереи, но повсюду наготове стояли
нуры с запасными щитами, ими тут же закрывали образовавшиеся бреши.
Крепостные камнеметы дали второй залп. Он был гораздо удачнее первого, два
снаряда ударили в скопление телег, но их было так много, что потеря для врага
была довольно незначительна. Робин бил по щитам, его тугой лук прошивал их
навылет почти всегда, за этим часто следовал крик врага. Но он видел, эту
схватку ноттингемцы проигрывают. Ров постепенно сравнивали с землей, потери
врага стали уменьшаться, они приловчились к своей тактике, а рейнджеры устали
натягивать свои мощные луки. Слева послышались истошные проклятия, обернувшись,
он увидел, что лопнула дуга крепостного арбалета, не выдержала ударных нагрузок.
Высокий парень в кожаном доспехе, оставшись без своего орудия, сыпал
ругательствами, грозя вниз кулаком, в воздухе коротко прогудел камень,
выпущенный вражеской баллистой, с противным чавкающим звуком оторвал солдату
голову. Тело, все еще размахивая кулаком, сделало несколько неуверенных шагов
назад, упало вниз.
Едва придя в себя от страшного зрелища, Робин только сейчас понял, что противник
бросил попытки поджечь поселок, перенес огонь на стену. Доспехи от вражеских
баллист не защищали, его бойцы стали нести потери.
- Передать по цепи! - заорал вождь. - Всем баллистам и катапультам немедленно
перенести огонь на вражеские машины! Немедленно!
Он уже понял, что помешать замыслу врага все равно не удастся, ров им закопают.
Единственное, что утешало, большие потери противника. Щиты их существенно
уменьшили, но все равно, они были очень велики. А ров, это не еще последнее
укрепление Ноттингема, им еще потребуется преодолеть стены, предстоит второй
раунд.
Армия противника отступила под утро. Ров они сровняли с землей на двух широких
участках по обе стороны надвратной башни. Нечего было и думать, расчистить его
вновь, напоследок они вылили немало ведер воды, так что колючий утренний мороз
вмиг сковал завалы прочной коркой. Защитники потеряли полтора десятка солдат
убитыми и тяжелоранеными. В поселке сгорело два дома - снаряды баллист попали в
окна, немного пострадала одна из башен, но серьезного ущерба укрепление не
получило.
Потери врага установить было трудно, большинство тел они унесли. Но по самым
скромным подсчетам, они лишились не менее трехсот солдат. Правда, в большинстве
своем, это были простые ополченцы, местное пушечное мясо. Своих лучших солдат
Зардрак пока берег, для штурма.
Робин сформировал два рабочих отряда, те с утра принялись заливать стены на
угрожающих участках водой, но ничего серьезного сделать просто не успели, с
рассветом враг начал подводить к Ноттингему тараны. Защитникам явно не хотели
давать времени на отдых.
Глава 4
Зардрак акх Даутор был очень доволен. Военная кампания, наконец, пошла по
привычному для него руслу, без неприятных сюрпризов и нелепых потерь. Ночью у
него случались моменты, когда он был готов отдать команду на отступление. В
самом начале его напугали большие пылающие снаряды, летевшие на огромное
расстояние, но быстро выяснилось, что цохваны не могут их метать слишком часто.
Затем, на подходе к стенам, вражеские лучники и машины нанесли столь большой
урон, что солдаты дрогнули, стали поглядывать назад, а ополченцев пришлось
подбадривать щедрыми пинками. Но вскоре все наладилось и, хоть смерть продолжала
гулять по рядам нападающих, они на совесть справились со своим делом.
Ров был засыпан в нескольких местах, к стенам можно теперь без труда подвести
около десятка машин. Но хватит с них пока и двух таранов. Это были капитальные
сооружения, на огромных, выше человеческого роста, колесах, с мощной крышей,
укрытой несколькими слоями толстой кожи. Под ней, на цепях, раскачивалось
большое бревно с бронзовым острием. Нет в мире такой стены, которая могла бы
устоять против этого мощного орудия. Зардрак не боялся, что его тараны будут
повреждены вражескими машинами. Он уже понял, что большие валуны летят очень
неприцельно, а мелкие не смогут повредить таким крепким конструкциям. Обслуга
была укрыта от стрелков крепкими деревянными стенами и многими слоями сырой
кожи, покрытой коркой льда.
Атон стоял на опушке леса, с большим отрядом телохранителей. Он хотел дождаться
момента, когда стены начнут поддаваться, а после этого приказать вести сюда
нуров. Если все будет хорошо, не сегодня так завтра Ноттингем падет. Хорошо бы
при этом захватить в плен Робина Игнатова и Сату Неомо Кайю. Зардраку нравилась
живая красота девушки, он очень надеялся, что если пообещать хранить жизнь ее
возлюбленного, она подарит победителю немало приятных ночей. Жрец был стар,
видел многое, и надоело ему тоже немало обычных удовольствий мира. Но он не
уставал искать все новые услады, неужели победитель не достоин небольшого
вознаграждения? Что может быть необычнее любовной игры со смертоносной
волшебницей?
Из мира мечты Зардрака вырвал весьма необычный шум. К этому времени тараны уже
подходили ко рву, их никто даже не пытался обстреливать. Но не это привлекло его
внимание, изумленный атон смотрел на непонятно откуда взявшийся мост,
переброшенный через глубокий ров.
Робин бросил последний взгляд на приближающиеся местные танки, отошел от
бойницы, сбежал по лестнице к выходу из башни. Перед воротами столпились пол
сотни воинов на лучших суфимах. Вскочив на своего быка, он крикнул:
- Пора!
Зазвенели цепи, с грохотом рухнул подъемный мост, всадники с ревом рванули
наружу. Одновременно ударили несколько баллист, дальнобойными копьями целя во
вражеский отряд на опушке, туда же ушло пять валунов из камнеметов. Вырываясь из
ворот крепости, солдаты организованно разворачивались в разные стороны,
направляясь к таранам. Несколько человек держали факелы, у других наготове были
горшки с зажигательными снарядами. Не прошло и пол минуты, как первые пылающие
гранаты полетели под крыши осадных машин. Выскакивающая обслуга гибла под
ударами пик и мечей, покончив со всеми, всадники развернулись к воротам, на ходу
они радостно орали и показывали в сторону врага очень обидные жесты.
Заскрипели натягиваемые цепи, мост начал подниматься. Возле рва пылали оба
вражеских тарана, это схватка прошла в пользу Ноттингема.
Разъяренный атон смотрел, как жадное пламя пожирает его осадные машины. Очень
рано он расслабился, испугал свою удачу, проклятые враги преподнесли ему новый
сюрприз. Зардрак опасался вылазки, поэтому не стал закапывать ров перед
воротами. Мост враги уничтожили, а без него они не смогут быстро покинуть свою
крепость. Пока они спустятся со стен, к ним подоспеют всадники, в густой рубке
их стрелкам придется тяжело, те будут опасаться поразить своих. Так что все
действия противника были предусмотрены.
Но никто не ожидал, что мост у них все же есть, просто очень хитро устроенный.
Их всадники почти мгновенно вырвались за стены, покончили с таранами и спокойно
вернулись. Солдаты Зардрака никак не успевали им помешать, к тому же их как раз
обстреляли из вражеских машин, погибло несколько хороших воинов. Сам Зардрак был
на волосок от смерти, возле него с ревом пронеслось огромное копье с широким
медным острием, мимоходом оторвав руку одного всадника, оно насквозь пронзило
толстого суфима, раздробив ноги его наездника.
Развернув быка, атон направился к лагерю. Сегодня здесь делать больше нечего,
придется менять свои планы. На этот раз он спешить не будет, прикажет сделать
несколько башен и новые тараны. Враг не получит второй шанс, войско Зардрака
пойдет на приступ всей своей силой, пусть только попробуют открыть свои хитрые
ворота. Правда на подготовку уйдет очень много времени, деталей для машин больше
нет, все придется создавать самим, или заказывать в Коралиуме. Но ничего, их
никто пока не торопит, армия будет сидеть под этими стенами до тех пор, пока не
одержит победу. И хорошо бы, если при штурме в плен попадут Робин Игнатов и Сата
Неомо Кайя. Пока атон будет забавляться с красавицей иссой, пленный вождь
расскажет все свои секреты и хитрости, Зардраку это пригодится в других битвах.
Жрец был мудр и не уставал пополнять копилку своих знаний.
По лесной заснеженной дороге шел обоз из двух десятков телег. Скрипели колеса,
фыркали быки, выпуская облака пара, щелкали кнутами озябшие ополченцы, кутаясь в
тулупы. Они проклинали жестокость своего военачальника, разорившего всю округу,
теперь им негде будет переночевать в тепле. Колона направлялась в Коралиум, где
они должны были взять бронзовые детали к осадным машинам и припасы для армии.
Путь был немалым, по плохой дороге, в оба конца он займет около двух недель, а,
возможно, еще придется долго ждать в городе, пока кузнецы сделают заказ.
Впрочем, посидеть в городе никто не возражал. Даже два суровых храмовых воина,
двигавшиеся в голове обоза, с удовольствием задержаться в теплых казармах
стражей. Это гораздо лучше, чем мерзнуть в переполненных палатках зимнего
лагеря, питаясь почти одним вареным мясом.
Никто не ожидал неприятностей в этой пустынной, разоренной местности. Враги
остались далеко позади, в осажденном Ноттингеме. Воины не успели даже удивиться,
когда из кустов выскочили несколько мрачных мужиков в грубой крестьянской
одежде. В воздухе мелькнули длинные деревянные крюки, перехватили стражей за
шеи, сдернули на землю, по доспехам загремели удары топоров и дубин. Передняя
телега остановилась, поднялся удивленный возница, тут же заорал, получив
ужаленный стрелой в живот. Из кустов выскакивали все новые нападавшие, их было
не менее трех десятков. Ополченцы не собирались слаживать свою жизнь из-за
нескольких пустых телег, бросив свой транспорт, они побежали назад, провожаемые
насмешливыми криками.
Последний воин, все еще живой, лежал на спине, крича от нестерпимой муки, удар
топора достал его пах. Сквозь пелену боли он увидел над собой широкоплечую
фигуру крепкого крестьянина. Тот мрачно заговорил:
- Меня зовут Стабр Герн Акварн, я старший азат Нимры. Вы сожгли нашу деревню,
нам едва удалось скрыться в лесу, после предупреждения гонца от Робина Игнатова.
Мы собираем других людей, нас с каждым днем становится все больше. Вам не будет
выхода из лагеря возле Ноттингема, сидите там и не шастайте по нашей дороге.
Пусть ваши тела будут предупреждением остальным.
Коротко замахнувшись, Стабр вонзил в горло раненого копье. Повернулся к своим
людям:
- Ратин, высеки огонь, телеги мы сожжем, нам их не спрятать. Возьмите всех
суфимов, снимите с воинов доспехи и заберите оружие. Тела повесим на деревьях,
пускай их клюют голодные птицы. Поторопитесь, нам еще надо успеть до вечера
вернуться в свой лагерь, к ночи пойдет снег, он скроет наши следы.
Петрович неподвижно сидел на высоком дереве уже довольно давно. Перед ним
тянулась полоса прибрежного кустарника, следом темнела река, белели только
неширокие забереги тонкого льда. За Стайрой расстилался огромный вражеский
лагерь, к нему и было приковано внимание егеря последние несколько часов.
Сата хорошо описала увиденное, и Петрович легко приметил нужный шатер, выбрал
удобную позицию. Там действительно обитали атоны, они часто выходили на улицу,
но всегда только по одному. Егерь понял, что еще немного, и мороз окончательно
достанет его тело, скует пальцы, не даст выполнить задачу. Придется
довольствоваться малым.
Как бы послушав его мысли, качнулся полог шатра, показалась долговязая фигура в
темном харге. Охотник слился в одно целое со своим карабином, дистанция была
немалой, а оптического прицела не было. Но оружие было хорошо знакомым,
привычным, Петрович ему доверял, простое и надежное творение конструктора
Симонова одинаково хорошо себя зарекомендовало как во влажной духоте зеленых
джунглей Вьетнама, так и среди трескучих морозов сибирской тайги. Палец плавно
потянул за спусковой крючок, в плечо ударила пятка приклада, отрывистый грохот
выстрела пронесся по речной долине. Пуля угодила удачно, очевидно попала в
позвоночник, тело жертвы отбросило вбок, он изломанной куклой растянулся на
земле, раскинув руки.
Егерь довольно улыбнулся, собрался спускаться, но замер, из шатра выскочили еще
два жреца, склонились над убитым. Упускать такой шанс было нельзя, вновь треснул
выстрел, упал второй атон. Оставшийся сложил в уме два плюс два, понял, к чему
может привести дальнейшее развитие событий, бросился в шатер в тот момент, когда
снайпер вернул прицел после отдачи. Выстрел с такого расстояния по движущейся
мишени вышел смазанным, но пуля попала. Петрович не понял, насколько сильно
пострадал жрец, тот все же скрылся в шатре, вокруг забегали возбужденные
солдаты.
Поняв, что больше ему здесь ничего не обломится, егерь слез вниз, несколько раз
подпрыгнул, разминая затекшее тело. Свою задачу он выполнил, теперь можно путать
следы до самого вечера, а темноте вернуться в Ноттингем, переправившись через
реку на спрятанной лодке. На том берегу хватает патрулей, но у Петровича был
хороший масхалат, он белой тенью проскользнет мимо всех постов, а на стене его
будут ждать. Эх, жаль, что так мало патронов. С дерева можно было прикончить
сотню врагов без всякого риска, брода поблизости не было. Вздохнув с сожалением,
егерь подхватил рюкзак, повесил винтовку на плечо и направился прочь от берега.
Цохваны вновь показали, на что они способны. Их чудовищное оружие поразило трех
сильных атонов в тот момент, когда никто этого не ожидал. Рилг акх Патран
остался жив, но страшная сила оторвала ему нижнюю челюсть, иминам едва удалось
спасти его от полной потери крови. Несчастный мог только мычать и горестно
сверкать глазами. Сражаться он теперь не в состоянии.
Зардрак остался всего с тремя атонами, их общая сила стала теперь меньше,
придется нести дежурство по одному, что очень опасно. Сата Неомо Кайя может
попробовать напасть, страшно представить, что может устроить ее сила,
разбушевавшись в лагере. Им придется все время быть настороже, оплетать лагерь
новыми слоями хитроумной защиты, расходуя свои запасы силы. К главнокомандующему
подскочил гонец:
- Великий, отряд доблестного Эсира Ларн Гракоса нашел брод выше по течению,
солдаты переправились на другой берег, и скоро достигнут места, откуда доносился
странный гром. Они найдут тех, кто совершил страшное святотатство - убил атонов!
Жрец кивком головы отпустил гонца, не показывая, что очень мало верит в
благополучный исход. Он давно понял - его противники вовсе не дураки, если чтото
делают, то делают весьма основательно. Да и что толку искать убийц, ведь свое
черное дело они уже сделали. А теперь еще придется мучить солдат, заставлять
воинов патрулировать левый берег Стайры. Им и так приходится несладко, вместо
спокойного отдыха в лагере, они выматываются из сил в многодневных переходах,
сопровождая обозы. Мерзкие еретики повадились нападать на караваны, армия
потеряла уже несколько десятков солдат и ополченцев, а уж сколько телег и
суфимов - страшно подумать.
Зардраку поморщился от боли в плече, рана все еще продолжала давать о себе
знать. Ему все меньше и меньше нравилась эта война.
Высокий хлок-альбинос в парадной сбруе адмирала Имперского флота сидел напротив
Главного Лорда Семьи Гвен и смотрел на него холодным, безучастным взглядом. Тот
чувствовал себя очень неуютно, но всячески пытался это скрыть. Такору Заракодину
эта беседа очень не нравилась, будь его воля, он бы век не видел этого
проклятого адмирала. Увы, на происходящие события лорд не имел никакого влияния.
Красноглазый Коуфф только что прочел ему довольно длинную лекцию, где в
хронологическом порядке скрупулезно перечислил бесчисленные преступления Семьи
Гвен, совершенные в последние годы. Особенно Такора поразили некоторые эпизоды,
о которых он даже сам не подозревал. Многочисленные детали показывали, что
адмирал легко сможет доказать все эти случаи, что чревато большими
неприятностями.
Выдержав долгую паузу, Коуфф продолжил:
- В свете перечисленных мною фактов, я вижу два варианта развития наших
дальнейших взаимоотношений. Первый - вы делаете нам небольшую уступку в одном
маленьком деле, которое мы не можем начать без вашего согласия, после этого мы
расстаемся почти друзьями. Второй - все доказательства вышеперечисленных
эпизодов попадают в руки специальной комиссии Совета, причем на нее оказывается
нешуточное давление с целью ускорить расследование. По окончании
разбирательства, мы получаем от вас то, что хотим, уже без всякого согласия.
Хочу добавить, что моя сторона заинтересована в первом варианте только из-за
того, что он позволяет не терять лишнее время.
Постаравшись принять спокойный вид, Такор произнес:
- Что именно вас интересует?
- Запретный Мир, - коротко заявил адмирал и пояснил. - Нам нужен Октаэдр и все
ваши права.
Лорд едва сдержал гнев, закрыл глаза, стараясь успокоиться. Эта грязная военщина
посягает на самое святое. В свое время никто не рисковал включать страшную
планету в сферу своих интересов. Его отец, вот кто смог получить концессию,
приложив для этого колоссальные усилия. Правда, она была с огромным числом
строгих ограничений, но это был первый коммерческий проект в системе, где не
было ничего кроме наблюдательных зондов. Их Семья поставила шесть станций
Октаэдра, потратив колоссальные средства, затем начала работать их локальная
программа, в Империю потек тонкий ручеек незаменимых товаров. Вся Империя
восхищалась смелой идеей отца. Отдать гордость их рода?! Но с силами, что
представляет адмирал, они не смогут тягаться. Проклятие! Еще бы немного, и можно
было пробовать увеличивать масштабы, но теперь все кончено.
Такор вспомнил некоторые вещи, рассказанные Коуффом. Если в информационную сеть
Империи во всей своей красе попадут кое-какие эпизоды его глубоко личной жизни,
останется одно - очень быстро совершить ритуальное самоубийство. Медлить в этом
вопросе будет нельзя. Проклятый вояка ткнул его лицом в отборнейшее дерьмо, а
теперь еще надо сделать вид, что ему это очень понравилось. Какой неприятный
день.
- Ну, так какой вариант выбираете? - не выдержал адмирал, прервав затянувшееся
молчание.
- Мне более по душе первый, - с бледной усмешкой произнес Такор.
- Разумное решение.
- Но есть еще один вопрос. Раз уж наша семья лишается всех прав на Запретный
Мир, то хотелось бы...
- Я понимаю, - перебил его Коуфф. - Вы получите расширенную концессию на Олде -
11. Детали уточните с моими помощниками. Но больше ничего не просите, вы
полностью исчерпали свой лимит.
Такор почти обрадовался, на столь щедрую компенсацию он не рассчитывал.
- Хорошо, мы немедленно передадим в ваши руки все системы управления.
- Вот и отлично, раз уж мы остались почти друзьями, - рот адмирала дернулся в
кривой усмешке, - то не подскажите мне, с чем связано почти полное прекращение
поступления меркита в последнее время.
- Я скажу только то, что нам известно, - Такор вполне успокоился. - Почти весь
меркит поступал из одного источника. Это малое транспортное устройство 14-3.
Более того, в основном его поставлял похищенный хлок с порядковым номером 701.
По нашему мнению в этом районе располагается богатое месторождение этого ценного
сырья. Однако уже около тридцати дней устройство 14-3 не посылает сигналов
активации. Тесты показывают, что оно вполне исправно. Проблема в хлоках, скорее
всего они погибли, или покинули этот район. Мы не можем за ними следить, с
периметра Октаэдра невозможно получать качественную информацию в оптическом
диапазоне.
- Очень жаль, - произнес адмирал, - мы очень рассчитывали на большие поставки
меркита.
Такор не удержался от злорадства:
- Что же, теперь все в ваших руках. Попробуйте сами добраться до огромных
богатств Запретного Мира, Семья Гвен вам больше не помощник.
В большом помещении первого этажа надвратной башни у небольшой печки грелись
около десятка бойцов. Они сидели здесь на случай неожиданного нападения, но
ничего подобного никогда не происходило. Дозорные на башнях не упускали из виду
никаких подозрительных передвижений врага. Текли неспешные разговоры:
- Ребята, у всех вас клички так клички - Мавр, Тевтон, Пересвет. Раз уж я с
вами, то зовите меня по-другому.
- Да? - странно серьезно сказал Хонда. - А чем тебе старое не нравится? На мой
взгляд, оно довольно оригинальное.
Все затихли, по тону пересмешника понимая, сейчас что-то будет. Но глупый Крыс в
который раз намеревался наступить на те же грабли. Он поспешно пояснил:
- Да оно мне совсем не в тему! Вот, смотрите, - бывший бритоголовый указал на
свои доспехи, выданные из трофеев отряда рейнджеров, - на мне бронзовая броня
античных времен. Надо чтобы имя тоже соответствовало тому времени. Раз это
бронзовый век, то пусть будет что-то римское, например Цезарь.
- Ты чего несешь, придурок? - возмутился Тевтон. - Где ты видел легионера эпохи
Цезаря в бронзовых доспехах?
- Тише, тише! - поспешил его успокоить Хонда. - Парень прав, называть его Крысом
больше нельзя. Но и на Цезаря ты пока не тянешь, так что извини.
Хонда горестно вздохнул, всем своим видом демонстрируя немалое сочувствие.
- Ну, это, а может какое другое можно? Но только с римских времен! - Крыс не
успокаивался.
- Ну конечно можно! - умильно заявил Хонда. - Хочешь с римских времен, так и
сделаем. Будешь Клеопатрой, она как раз была возлюбленной Цезаря.
Башня закачалась от исполинского хохота, незатейливая шутка пришлась всем по
вкусу. Едва не поседевший от унижения Крыс отчетливо понял, теперь он будет
Клеопатрой до самой смерти, а если Хонда его переживет, то и на памятнике выбьют
новое прозвище. Впрочем, если сбудется хоть миллионная доля того, что он желал
этому шутнику в душе, то он должен умереть в течение ближайших трех секунд. Он
попытался хоть что-то сказать, но из горла вырывался только обиженный писк.
Вдруг скрипнула массивная дверь, впустив поток холодного воздуха, на пороге
показался Робин. Обведя пристальным взглядом притихшее собрание, он заявил:
- Вечером мы сделаем вылазку, атакуем вражеские дозоры. Нужны добровольцы, кто
согласен, идите к столовой, там формируется отряд. Пойдут только хорошие
стрелки.
Повернувшись, вождь вышел. Хонда заговорщицки подмигнул Крысу:
- Ну что, Клеопатра, размяться не желаешь?
Подъемный мост Ноттингема на этот раз опустился почти беззвучно. По нему мягко
прошлепали два десятка суфимов, копыта животных были плотно обернуты тряпьем. На
вылазку шли самые лучшие стрелки, у всех были луки или редкие арбалеты. Немного
отъехав от ворот, отряд развернулся, идя вдоль стен по касательной, постепенно
удаляясь. Робин надеялся, что посты противника, завидев отряд всадников,
кружащий вокруг крепости, примут их за своих. Его предположения оправдались
полностью, на них не обращали внимания. Враг расслабился, почти месяц царило
спокойствие, ноттингемцы только изредка обстреливали разъезды. Этой ночью
беспечность обещала выйти им боком.
Отъехав подальше, отряд развернулся, направился в сторону маленького стана
противника, сделанного у опушки леса. Там темнели несколько навесов и постоянно
горели костры, где отогревались патрули. Ноттингемцев приняли за своих, никто не
подозревал подвоха до последнего мгновения.
Робин уже ясно видел выражение лиц врагов. Тех было около четырех десятков,
рассевшись вокруг костров, они с наслаждением отогревали озябшие руки. Натянув
лук, он выпустил первую стрелу. Тетива резко хлопнула по рукавице, тут же
заскрипела снова, вокруг заработали другие бойцы. Треть врагов рухнула сразу, а
пока остальные поняли, что происходит, Робин успел выстрелить четыре раза и все
без промаха. На таком расстоянии доспехи не защищали, тела врагов прошивало
насквозь. Около десятка вскочили, выхватили оружие, часть кинулась на врага,
другие к суфимам, но не ушел никто.
- Собрать лучшие доспехи и оружие! - приказал вождь. - Быков тоже забираем и
стрелы не забудьте! Шевелитесь, как бы не подошел очередной патруль!
Быстро, но без суеты собрали все необходимое, направились к воротам. Робин был
доволен, вылазка удалась на славу, они не получили ни царапины, а враг лишился
почти четырех десятков отличных воинов. Теперь они будут вынуждены усилить
патрули, пусть их солдаты мерзнут на холодном ветру, чем хуже врагам, тем лучше
ноттингемцам. Сбоку подъехал Хонда:
- А не напасть ли сейчас на один из разъездов?
- Не стоит, те держатся настороже, удивятся, завидев, что к ним направляется
другой отряд. Могут поднять крик, призовут других дозорных, нам оно надо? Пусть
лучше перепугаются, когда найдут своих приятелей, перебитых без лишнего шума.
Это надолго испортит им сон и аппетит.
Впереди показалась громада надвратной башни, у моста стояло несколько
рейнджеров, с луками наготове. Заслышав условный свист, они расслабились,
повернули в крепость, спеша предупредить стражу. Трофейные быки застучали по
доскам моста незамотанными копытами, вылазка удалась.
Робин осторожно приоткрыл дверь, проскользнул в дом, стараясь не загреметь
металлом. Впрочем, как он и ожидал, все предосторожности оказались излишними,
Сата не спала.
- Ну, как? - взволновано, спросила она, вскакивая с кровати.
- Все нормально, никто даже не пострадал. Ты, почему еще не спишь, даже свет не
погасила, что я тебе говорил?
- Робин, как можно уснуть, когда ты сраж
...Закладка в соц.сетях
