Жанр: Научная фантастика
Запретный Мир 1. Запретный мир
...такие уж высокие. В ней не поместится много защитников,
за два месяца они бы уже начали страдать от голода.
- Не так все просто. Враг нападал на нас еще по дороге сюда. Их военачальник
страшен, он нанес нам обидные потери, а своих воинов сохранил. Знал бы ты, какие
у них мощные луки и крепкие стрелы, от них не спасают никакие доспехи. Мне
насквозь пробило левое плечо, рана беспокоит до сих пор. Мы в первые дни выбрали
темную ночь, засыпали их ров в нескольких местах. Но Трин, если бы ты видел, как
это было тяжело. Их машины метали огромные огненные снаряды на немыслимое
расстояние, стало темно как днем. Напрасно работали наши баллисты, их стена
покрыта льдом, то же, наверное, проделано с домами, нам не удалось вызвать
большие пожары. Их стрелки при этом убили очень многих солдат, сожгли большую
часть наших баллист.
- Но ров вы все же засыпали?
- Да, но какой страшной ценой! На другой день мы повели на приступ два тяжелых
тарана. Но враг применил невиданную хитрость, уничтожил обслугу и сжег машины.
Никто бы не успел помешать их черному замыслу. Нам пришлось заняться
изготовлением большого количества разнообразных машин. Но враг и здесь не дает
нам покоя. Долго перечислять все его гнусные преступления. Невиданным,
чудовищным способом, он убил двух моих атонов, третьего сильно покалечил, многие
дозорные потеряли свои жизни при их вылазках, сами они действуют так быстро, что
успевают избежать справедливого возмездия. Я сильно подозреваю, что они послали
своих людей в леса, те организовали местных крестьян, впавших в ересь, теперь те
без конца грабят наши обозы. Их сила довольно велика, разбойники смогли разбить
несколько наших достаточно больших отрядов, мы не получили из-за них многие
необходимые вещи.
- Неужели никак нельзя с ними справиться?
- Это их леса, они знают тут все тропы, чтобы их найти, необходимо послать на
поиски всю армию. Я организовывал несколько отрядов, но те ничего не добились,
более того, два из них бесследно исчезли, а один едва вырвался из ловушки,
потеряв многих солдат. Пришлось отказаться от поисков, теперь каждый обоз
конвоирует сотня всадников. Но и при этом разбойники ухитряются нападать, нанося
небольшие, но обидные потери.
- Это неслыханно! Я думал, что офицер, провожавший меня к лагерю, сильно
преувеличивает, или шутит.
- Все наши храмовые стражники день и ночь несут службу, наскоро отсыпаясь в
холодных палатках. Им вовсе не до шуток. Ополченцы строят легкие дома, но их
слишком мало. Все силы уходят на подготовку осадных машин. У нас много случаев
тяжелых обморожений, несколько часовых замерзли на посту. В это же время враги
спокойно спят в теплых домах и не прекращают готовить нам свои сюрпризы. В
Ноттингеме целыми днями стучат топоры и кузнечные молоты, не видно и признаков
голода, ветер доносит ароматы их обедов, мы так не едим. Наша основная пища -
мясо суфимов. Сильных и здоровых животных приходится забивать от недостатка
корма. Немудрено, что падает боевой дух. Солдаты ворчат, а среди ополченцев
учащаются случаи дезертирства.
- Зардрак, мне бы хотелось поближе взглянуть на этот знаменитый Ноттингем.
- Это несложно. Сейчас уже темно, но завтра с утра мы съездим туда вместе. Сам
увидишь, какие они метают валуны - настоящие скалы!
- Дивное искусство! Как они это делают?
- Не знаю, их машины скрыты за стенами. Я мечтаю схватить их вождя, Робина
Игнатова. Если пленить еще иссу Сату Неомо Кайю, то он расскажет все свои
секреты, только бы сохранить ей жизнь.
- Но держать иссу в плену? Это безумие! К тому же, как я слышал, она очень
сильна.
- Девчонка не станет сопротивляться, если ее возлюбленному пригрозить муками или
смертью. Исса его боготворит.
- Это конечно интересно, но вряд ли осуществимо. Все, что ты рассказал об этих
людях, доказывает, бой будет очень кровавым, вряд ли мы возьмем много пленных.
- Я тоже так думаю, но не оставляю надежды.
- Хорошо Зардрак, мне теперь есть, о чем подумать перед сном. До утра я тебя
покидаю, дорога была утомительной, очень хочется отдохнуть.
- Конечно Трин. Прости за долгий разговор, завтра мы все очень подробно обсудим.
Спокойной тебе ночи.
Если бы Зардрак только знал, насколько эта ночь будет неспокойной, он бы поседел
до последнего волоска.
В десмериуме было светло даже ночью, но свет был довольно странный. Небо не
имело звезд, его затягивали совершенно немыслимые цветные разводы, странно было
ясно видеть все предметы без всяких источников освещения. Сата стояла на берегу
Стайры, в километре выше вражеского лагеря. Она готовилась сделать то, что до
нее никто совершить еще не пытался.
Девушка улыбнулась, вспомнив, как с помощью своего любимого пыталась разобраться
в своей новой силе. Робин не мог делать подобные вещи, но его ум был
необычайным, слушая ее рассказы, после выходов из верхнего среза, он мог сделать
совершенно неожиданные и правильные выводы. Именно он догадался, что она может
приказывать неразумным существам, управляя биологическими процессами в их
нервной системе, от него же Сата узнала и другое - живые создания в основном
состоят из обычной воды. Заинтересовавшись этим, она поняла, что может
приказывать этому вездесущему веществу. Сейчас пришла пора проверить такое
предположение на практике, здесь ей никто не помешает, лагерь врага, с его
хитроумными защитами, остался далеко позади, за этой местностью никто не следит.
А воды тут вполне достаточно для самых масштабных опытов.
Зима в этом году выдалась очень суровая, девушка не помнила таких морозов и
снегопадов. Но быстрая река сопротивлялась холоду, он не смог сковать ее русло
льдом до конца, только вдоль берегов тянулись белые полосы. Взгляд иссы скользил
между прозрачных струй, она видела, что их замысел вполне осуществим, вода была
очень холодной, ей по силам разделить ее на разные струи, направив замерзающую
часть в места, где можно легко задержать течение.
В этом месте все благоприятствовало задуманному действию. Река недавно пробила
здесь новое русло, берега вздымались довольно круто, долина была узкая. На то,
чтобы перекрыть русло, не должно уйти много сил, но работы предстояло немало. К
сожалению, Сата не могла остановить течение всей реки, такой объем ей никак не
удержать, но из этого положения они нашли остроумный выход - перекрыть Стайру
ледяной плотиной.
Исса начала свой кропотливый труд. Вода, послушная ее воле, начала вести себя
необычно, разделяясь на две фракции - переохлажденную и более теплую. Остывшие
струи отжимались к берегам, где под приказами Саты, ускоренно кристаллизовались,
наращивая забереги вглубь и в стороны. Река недовольно зашумела в сужающемся
русле, легкий лед закрыл ее сверху, не удерживаясь под ним, вода стала
перехлестывать через преграду, но эти язычки тут же ее наращивали выше. Процесс
продолжался несколько часов, в конце его уровень реки поднялся на высоту
нескольких метров, долину перекрывала светлая плотина.
Вода, под давлением вышележащей толщи, с шумом вырывалась из-подо льда,
перехлестывать через плотину она уже перестала. Но поднять дамбу еще выше было
невозможно, в этом случае река потечет по старому руслу, что осталось выше по
течению. Настала пора приступить к следующей стадии их хитрого замысла.
Удерживая всю массу вырывающейся воды от того, чтобы она не размывала лед
преграды, Сата напрягала все силы, вызывая кристаллические изменения в теле
дамбы. Лед потрескивал, подчинялся неохотно и очень медленно, но, после двух
часов утомительной работы, она добилась желаемого результата. Теперь все линии
напряжений тела дамбы были стянуты в один узел посередине этого удивительного
сооружения.
Титанический труд вымотал девушку почти до предела, но сейчас оставался
последний, завершающий штрих. Продолжая удерживать реку в узде, Сата подняла
лук, из Ряби соткала огненную стрелу, наложила на тетиву. Разбрасывая цветные
искры, снаряд ударил в нужную точку по центру плотины, дамба треснула,
разваливаясь на множество огромных ледяных глыб, освобожденная из плена вода,
потащила их вниз, закручивая в огромной бушующей волне.
Только тут Сата поняла, чего ей это все стоило. Она была страшно вымотана, сил
хватило только на то, чтобы понять, куда же ей следует возвращаться. Если бы не
это, можно было бы направиться в лагерь врага, попытаться атаковать их осадные
машины. Атонам сейчас будет вовсе не до защиты. Но сила девушки была исчерпана,
теперь придется много отдыхать, нечего и думать о новой атаке. Повернувшись,
исса пошла домой.
Проснувшись от страшного шума, Зардрак сразу понял, неугомонные цохваны опять
что-то придумали. Шатер странно шатался, на улице слышался непонятный, рокочущий
звук, его заглушали многочисленные крики людей и быков, истошно выли нуры. В
лагере осаждающей армии происходило нечто очень страшное.
Атон соскочил с ложа и не удержался от испуганного вопля, по колено погрузившись
в непонятно откуда взявшуюся воду. Сыпля ругательствами, он побрел к выходу,
видя, что вода поднимается прямо на глазах. Встав на пороге, жрец не сдержал
вопля отчаяния. Огромного куска лагеря больше не было, к озеру уходила огромная
волна, уносящая с собой палатки и шатры, среди них барахтались люди и бились
суфимы. Было еще очень рано, хотя уже довольно светло, стихия застала сонный
лагерь врасплох.
Зимой не бывает наводнений, но задумываться об этом было некогда, Зардрак
поспешил к лесу, на более высокое место. На ходу он радовался, что его шатер
стоял далеко от берега, волна его не достала всей силой, он даже смог устоять,
спасибо Туксу, позаботился о том, чтобы жилище обкопали землей и снегом. А вот
бедняге Трину акх Реудину повезло гораздо меньше. Шатер любителя водных процедур
стоял на самом берегу, в том месте не уцелело ничего. Но его возможная гибель не
слишком волновала полководца, гораздо страшнее было то, что вода снесла
значительную часть загонов нуров вместе со всеми обитателями. Эти уроды
совершенно никудышные пловцы, наверняка в холодной реке погибнут очень многие.
Вода спала так же быстро, как и поднялась, в разоренный лагерь принялись
спускаться замерзающие солдаты. Потери были страшные, армия лишилась почти сотни
нуров, недосчитались десятков солдат и ополченцев, Трин исчез с половиной своих
телохранителей. Вымокли последние запасы продовольствия, не осталось ни одной
сухой тряпки, унесло много палаток и шатров. Обидно было, что Ноттингем
совершенно не пострадал, крепость стояла высоко, вода даже не добралась до ее
рва.
Узнав об этом, Зардрак сразу заподозрил неладное, слишком уж странным было это
зимнее наводнение. Прихватив с собой Тукса, он направился вверх по реке и очень
скоро обнаружил искомое. Осмотрев развалины плотины, атон остановился возле
исполинской глыбы льда, постучал по ней костяшками пальцев, не замечая, что
обдирает их в кровь.
- Великий, что это? - охнул охотник. - Такой лед бывает только на вершинах
высоких гор! Откуда он здесь взялся?
- Проклятая исса! Она перекрыла русло реки этим льдом, из-за этого произошло
наводнение.
- Но великий! Как? Никто не слышал о таком чуде!
- Я не знаю, как, но очень хочу узнать. Ах, если бы она попала в мои руки!
Сколько тайн можно узнать от этой иссы и ее мерзкого мужчины!
Сделав паузу, Зардрак угрожающе добавил:
- И сколько я мог бы придумать для них унижений. Но ничего, через несколько дней
мы придем в себя, исправим ущерб, причиненный наводнением, к счастью оно не
повредило нашим машинам. Берегись, Робин Игнатов, никто не защитит тебя от моего
гнева!
Глава 8
Ликующие Ноттингемцы высыпали на восточную стену, все смотрели на
разбушевавшуюся реку. Бурные воды несли множество разнообразных предметов: куски
льда, обрывки палаток, деревья, барахтающихся людей, суфимов и нуров.
Закоченевшие солдаты выползали на берег, падая без сил, они барахтались в грязи.
Вокруг суетились сбежавшиеся отовсюду дозорные, помогали своим пострадавшим
товарищам.
Робин гладил длинные волосы Саты, напряженно ожидая тот момент, когда в ее тело,
наконец, вернется душа. Рядом сидела застывшая Анита, без перерыва раздавались
ритмичные хлопки. Они слышали радостные крики защитников, понимали, что исса
выполнила задуманное, и ждали ее возвращения с минуты на минуту. Вдруг тело
девушки напряглось, открылись карие глаза, явив измученный, опустошенный взгляд.
- Милая, что с тобой?! - вскрикнул Робин.
- Пить! - еле прошептала она.
Анита суетливо поднесла заранее приготовленный стакан. Сата сделала глоток,
закашлялась, с трудом произнесла:
- Все нормально, просто я очень устала. Надо отдохнуть.
- Конечно! - сказал Робин. - Спи, никто тебе не помешает.
Исса заснула почти мгновенно, так и не допив содержимое стакана. В дверь
постучали, Робин встал, открыл ее. На пороге стоял запыхавшийся Игорь.
- Там, к воротам! Туда мчится какой-то большой отряд всадников от леса. Они все
машут шлемами на копьях.
- Хорошо, сейчас приду. Анита, посмотри пока за Сатой.
Робин поднялся на стену в тот момент, когда всадники достигли рва. Здоровяк в
стальных доспехах, завидев его, заорал:
- Робин, это я Густав, с крестьянами Стабра. Вели открыть ворота, пока никто из
дозорных не очухался.
С грохотом опустился мост, по нему зацокали копыта суфимов, двойная колона
воинствующих крестьян входила в Ноттингем. Впрочем, на крестьян они походили не
больше чем на балерин. В отборном снаряжении храмовых стражников, с отличным
оружием, из-под низких шлемов смотрели холодные глаза. Жестокость атонов сильно
изменила этих людей, из мирных землепашцев они превратились в жестоких убийц.
Густав отъехал от ворот, быстро спешился. Обняв прибывшего товарища, Робин
хлопнул его по спине:
- Здорово, партизан! Чего тебе в лесу не сиделось?
- Да скучно стало. Мы славно им перышки пощипали, теперь они меньше чем по сто
человек даже посрать не ходят. Стало скучновато, решил к вам пробиваться. Долго
караулили удобный момент, несколько раз чуть не нарвались, а сейчас все дозоры
как с катушек слетели, к реке зачем-то умчались. Мы и дернули напрямую.
- Это Сате спасибо скажи, она им неплохое развлечение подкинула.
- Обязательно поблагодарю. Но ты гляди, каких я орлов вам привел! Семьдесят пять
человек, все в доспехах, на отличных быках, с кучей оружия. Да еще с женщинами в
лагере осталось почти сорок, но среди них много раненых. Это ничего, что я в
лесу не остался? Сейчас воевать трудно стало, против сотни мы не потянем.
- Все правильно, эти люди здесь не помешают. Зардрак приготовился к штурму, нам
каждый человек дорог.
- У нас стрелы закончились, остались только трофейные, короткие, с медными
наконечниками.
- Ничего. За время осады стрел и болтов изготовили достаточно, всем хватит.
Пойдем, надо позаботиться о размещении новых людей.
Войско атонов не поддалось растерянности, вызванной наводнением. Лагерь быстро
перенесли подальше от берега, закончили все осадные машины. Много солдат
серьезно заболело, промерзнув в холодной воде, но имины работали без перерыва,
подняли почти всех на ноги в течение недели. Цохваны не смогли армии помешать,
они только отодвинули свою гибель, продлив свои жалкие жизни всего на несколько
дней.
Зардрак стоял на опушке леса, глядя на стены Ноттингема. За его спиной слышался
стук топоров, мастера разворачивали свои машины, расчищая им путь. К вечеру это
работа будет закончена, на ночь останется огромная стража. Солдаты, сменяясь
поочередно, не дадут врагу возможности повредить планам полководца. Каждую
машину защищали связки всевозможных оберегов, призванных помешать Сате Неомо
Кайе нанести большие повреждения. Да и шатер атонов перенесли на опушку, этой
ночью они будут охранять все вокруг.
Природа, наконец, сжалилась над воинами Одинокого бога, трескучие морозы
унялись, имины предрекали скорую оттепель, что будет уже совсем некстати, дороги
развезет, армии будет тяжело двигаться к другому гнезду цохванов, или ловить в
лесах разбойничающих еретиков. Но Зардрак готов был месить грязь сколько угодно,
только бы закончить эту осаду.
Завтра утром его солдаты пойдут на штурм.
- Писец, это не только северный зверь с ценным мехом, - глубокомысленно изрек
Хонда. - Это еще и то, что нам завтра будет.
- Без тебя тошно, помолчал бы, - не сдержался Мавр. - Может все же попробовать
рискнуть, пойти на вылазку?
- Нет, - Робин отрицательно покачал головой. - Там полно стражей, да и нуров
привели несколько десятков. До машин мы если и доберемся, то с огромными
потерями. А их еще сжечь надо будет успеть, при непрекращающейся схватке.
Нереально.
- А, может Сата что сможет? - с надеждой отозвался Густав.
После памятного наводнения, он преисполнился глубокого уважения к возможностям
девушки. Всем ноттингемцам партизан по нескольку раз успел рассказать немудреную
историю, как однажды, на заре их пребывания в этом мире, сумел хлопнуть эту
волшебницу по мягкому месту, и отделался за это святотатство только оплеухой от
Ахмеда.
- Не надейтесь, - мрачно ответил Робин. - После того потопа она до сих пор сил
не набралась, а на опушке я в бинокль видел атонов. Они будут нести там вахту
всю ночь, даже в лучшие дни ей не стоило там показываться, а сейчас и подавно.
- Вернемся к северным животным, - не унимался Хонда. - Я считаю, завтра придется
использовать все. У нас есть немного патронов, несколько ручных гранат, это
поможет против нуров. Будем стрелять из всего, что есть, не жалея зажигательных
снарядов и бомб.
- Их не так много, - вздохнул Тевтон. - Доступа к устройству связи у нас нет,
спирт брать негде, да и смолы не так много было. А их машины обтянуты мокрой
кожей в несколько слоев, а местами даже укреплены бронзовыми и медными листами.
Их даже напалм не сразу возьмет.
- У нас есть некоторые сюрпризы, - сказал Мавр. - Мы истолкли в пыль маленько
алюминиевых котелков, сделали несколько зажигательных гранат. Температура
сгорания термита гораздо выше тысячи градусов, вся проблема, что таких зарядов у
нас всего пять штук, бросать их надо наверняка, да и разгораются они не сразу.
- А ты сосчитал, что против нас выставили? - спросил Тевтон. - Я все очень
хорошо рассмотрел. Шесть огромных осадных башен, два тарана, здоровенная
катапульта. Все сооружения сделаны очень капитально, боюсь одной термитной
гранатой никакое из них быстро не сжечь. В ручном заряде не так много
зажигательного состава.
- Зато у нас артиллерия усилилась за эти месяцы, - довольно произнес Мавр. -
Мощных камнеметов восемь штук, куча баллист, малых катапульт и крепостных
станковых арбалетов. Стрел и болтов наделали хороший запас. Вместе с прибывшими
крестьянами у нас сорок девять лучников-рейнджеров и тридцать человек имеют
арбалеты. Вместе с оставшимися патронами это немало.
- На стенах завтра будут все, - сказал Робин. - У камнеметов оставим по одному
спецу, пусть их взводят и заряжают женщины. Понимаю, что им это нелегко, но нам
потребуется каждый меч. В надвратной башне, на нижнем этаже, устроим лазарет,
там будет Сата с умелыми помощницами. Всех раненых сразу отправлять к ним.
Врагов много, но и нас немало, а стены все еще крепки. Бог даст, завтрашний день
переживем, хоть и не всем из наших бойцов так повезет. Берегите себя, ребята.
Маленький нур сбежал из клетки, воспользовавшись невнимательностью смотрителя.
Он не знал, что такое изменение и своим забавным видом мог вызвать улыбку у
любого зрителя. Малыш спешил изо всех сил, он карабкался по стенам, проникал в
узкие лазы, шлепал по сырым коридорам, проделывая это с ловкостью, недоступной
его измененным собратьям. Нур спешил вверх, к центру Сердца Мира, там накопилось
очень много работы, ведь все его сородичи уже много лет сидят в заточении,
некому чистить плесень со стен и поедать ядовитые грибы, не давая им наполнять
воздух запахом гнили.
Хранитель очень устал. Ему было очень грустно, этот мир потерял для него почти
всякий интерес, он отрывался от действительности все больше и больше. Он знал,
что должен продолжать выполнять свое нынешнее призвание, но с каждым днем это
было все труднее и труднее. Хранитель уходил в свой замысел, не в силах
противостоять своему главному предназначению. Такое уже случалось, не с ним, с
другими, но каждый раз находился какой-нибудь выход.
Выход был и у него. Нужное ему создание преодолело немыслимый лабиринт развилок,
оно уже рядом, но все же, как далеко. Завтра путь его снова разветвляется,
возможность может потеряться навсегда, но Хранитель знал, этого не произойдет,
ведь он сам помог собрать игрушки. Но даже это знание не могло преодолеть скуку
и отчаяние, терпеть ленивый ход времени, становилось все труднее и труднее, ведь
созревший Замысел сиял перед его взором во всей своей первозданной красе,
требовал немедленного воплощения.
Крошечный чистильщик скатился на пол, из какой-то сырой щели в стене. Глаз
зверька сиял диким восторгом, он увидел Бога! Запищав от радости, нур бросился к
Хранителю и потрясенно замер, глядя, как огромный глаз рождает слезу. Налившись
влагой, она сорвалась вниз, упала в Колодец, медленно опустилась на дно,
застывая блестящей риалой.
Опешивший нур оглядел стены, скрытые порослью плесени, гроздья грибов,
высыпавшие на потолке, кучи гнили во всех углах зала. Зверек застонал, ему
никогда не справится в одиночку с таким запустением. Сев возле головы Бога, он
горько заплакал, разделяя его печаль.
Робин стоял на стене немного левее от надвратной башни. Он смотрел, как враги
готовятся к штурму. Спешенные воины выстраивались колонами, перед ними толпились
ополченцы с лестницами, их прикрывали нуры с огромными щитами, в этой же линии
становились охотники и ополченцы с пращами. Осадные машины уже медленно ползли
вперед.
В Ноттингеме никто не бил тревогу, все заняли свои места с рассветом. Люди не
завтракали, мало кто мог сейчас думать о еде, да и на полный желудок тяжело
переносятся раны в живот. Все надели чистую, белую одежду, на которой санитарки
легко увидят кровь и по ней найдут опасные раны. Каждый защитник получил по чаше
с вином, успокаивая тревогу и заодно причащаясь, возможно в последний раз. Утро
было довольно морозное, но никто не мерз, все стояли молча, делать им было уже
нечего, все приготовления давно закончены.
Затрещали механизмы камнеметов, давая первый залп. Робин с сожалением проследил
за его почти нулевыми результатами. На одной осадной башне оторвало колесо, но
деловитая обслуга кинулась исправлять повреждение, ясно было, что не пройдет и
часа, как машина вновь двинется вперед. Развернувшись, вождь прошел в башню,
спустился вниз:
- Ну как? - тревожно спросила Сата.
- Нормально, - улыбнулся Робин. - Мы повредили одну машину.
- А можно мне посмотреть?
- Нет, милая, я же запретил тебе выглядывать отсюда. Твоя задача - раненые,
только ты можешь спасти многие жизни.
- Да Робин. Я буду очень стараться, но, пожалуйста, будь сам осторожнее! Мне
больно думать, что ты на стене, среди всех этих опасностей.
- Милая, ничего не поделаешь, мое место там.
- Я понимаю, но не могу это принять. Мое сердце так сильно боится за тебя!
- Успокойся, дай я тебя поцелую... Вот так. Не бойся, у меня хорошие доспехи и
очень крепкая рука. Сиди здесь, мне надо уходить, помни, мое сердце с тобой.
- Удачи тебе, любимый, - шепнула девушка вслед.
Из башни Робин вышел уже другим человеком, на лице было суровое, решительное
выражение, его люди не должны видеть малейших следов неуверенности или
неуместной нежности. Он должен казаться всем машиной смерти, перед таким вождем
им будет стыдно выказывать свою слабость. Начали бить дальнобойные баллисты,
посылая в атакующих врагов тяжелые копья. Но большого ущерба они не причиняли,
хотя при удачном попадании выводили из строя иногда сразу нескольких бойцов.
Вскоре ударили катапульты и слабые баллисты, заработали крепостные арбалеты.
Робин поднял свой лук, натянул, чуть повел в сторону, учитывая слабый ветер с
озера, тетива хлопнула по перчатке, все вокруг охнули от восхищения, один из
охотников упал замертво. Никто не мог бить на такие дистанции, да и не было в
Ноттингеме второго такого лука. Он успел выпустить больше десятка стрел, когда
его начали поддерживать другие рейнджеры. Потери врага резко возросли и
усиливались все более чем ближе они подходили. Щиты спасали лишь отчасти, стрелы
все равно находили цели. Вскоре начали отвечать вражеские охотники, тучи стрел
летели в разные стороны, между ними изредка пролетали увесистые снаряды баллист
и катапульт.
Ударила тяжелая вражеская камнеметная машина, увесистый булыжник пролетел над
стеной, разбив навес в щепки, всех осыпало осколками черепицы. Защитники уже
стреляли из всего, что можно, враг подходил ко рву. Кроме поврежденной осадной
башни все остальные машины серьезного ущерба не понесли. Этим мощным сооружениям
не могли повредить баллисты, а зажигательные снаряды только опалили их в
нескольких местах.
На участок стены, выбранный Робином для своей позиции, надвигалась осадная
башня. Это было огромное сооружение с неподвижным мостом, его удар должен был
прийтись на самый верх парапета. Вход закрывал сплошной щит, оббитый кожей, в
нужный момент его собьют изнутри. Выше поднимался закрытый этаж с лучниками, те
били из трех бойниц. Робин перенес прицел по ним, целя по шевелению в темных
щелях. Хватило нескольких выстрелов, чтобы охотники угомонились, если кто и
выжил, то боялся и нос высунуть.
Рядом появился Хонда, хлопнул Робина по плечу:
- Не скучал тут, без меня? - и заорал во всю глотку. - Смертельный номер,
демонстрируется впервые и всего один раз! Спешите приобретать билеты, число мест
ограничено!
Робин не успел ничего сказать, как Хонда тигриным прыжком перемахнул на
приближающийся мост, подскочил к щиту, подпрыгнул, забросив в узкую бойницу
дымящуюся термитную бомбу. Без остановки достал ребристую гранату, выдернул
кольцо, просунул ее в щель поверх щита, тем же прыжком вернулся на стену. Все
заняло менее десяти секунд. Обведя веселым взглядом восхищенные лица защитников,
Хонда успе
...Закладка в соц.сетях
