Жанр: Научная фантастика
Время - назад!: фантастические рассказы
...в лучшем
случае только ополоснули.
Зачерпнув и для себя чашку шупука из котелка, Даш-Даш Катун весело глянул на
Стверцова.
- Садись, Ник, садись! - махнул он свободной рукой и сам присел на возвышение,
покрытое огненно-рыжей, не иначе как крашеной шкурой.
Стверцов изобразил ответную улыбку, в знак благодарности наклонил голову и сел
на предложенное место.
- Ахш, шакаттак! - Даш-Даш Катун вскочил со своего места, кинул чашку с шупуком
на разбросанные по полу шкуры и дважды радостно хлопнул в ладоши. - Сел! Так!
Так! Сел!
Не зная, что сказать, Стверцов смотрел на гаррапа в полнейшем недоумении. Может
быть, ему тоже следовало кинуть чашку, вскочить на ноги и начать хлопать в
ладоши?
Даш-Даш Катун быстро успокоился, поднял с пола чашку, вновь зачерпнул себе
шупука из котелка и уселся, скрестив ноги, на рыжую шкуру.
- Нельзя сразу садиться на предложенное тебе место. - Гаррап сделал глоток из
чашки и, глядя на советника, с укоризной покачал головой. - Не так!
- Почему?
Ствероцов понюхал шупук в чашке, что держал в руке. Пахло крепким травяным
настоем.
- Колючку могли положить.
- Что за колючку?
- Ахш! - Даш-Даш Катун запустил руку под шкуру и вытащил небольшую веточку с
висевшими на ней тремя усеянными мелкими колючками плодами, каждый размером с
горошину. - Сядешь на колючку - и все - готово, помирай. Так.
- Ядовитая колючка? - догадался Стверцов.
- Так, - кивнул гаррап. - Сильно ядовитая. Нет лечения, так. Только помирай.
Стверцову сделалось немного не по себе.
- Кто же станет мне ядовитую колючку подкладывать? - Он все же улыбнулся, чтобы
показать, что воспринимает разговор всего лишь как шутку.
- Ахш! - едва ли не с восторгом выдохнул гаррап. - Ты - большой человек, -
указал он на советника. - Я, - ткнул себя пальцем в грудь, - большой человек,
так. У большого человека всегда есть враги, так.
- Но ты ведь тоже сел, не проверив свое место, - лукаво прищурился Стверцов.
- Так у меня же - во!
Даш-Даш Катун проворно вскочил на ноги, поставил чашку, расплескав шупук, кинул
в нее колючку, повернулся к советнику задом, слегка наклонился и звучно хлопнул
ладонью по обтянутым кожаными шортами ягодицам.
Стверцов даже рот слегка приоткрыл от изумления: что сие должно было означать?
- Смотреть! Смотреть!
Даш-Даш Катун еще раз хлопнул себя по заду ладонью. А сидевший у двери Шуни
восторженно цокнул.
- Не понимаю, - покачал головой Стверцов.
- Ахш, - разочарованно выдохнул Даш-Даш Катун. - Мой зад колючка не бояться, -
сказал он и на этот раз постучал по заду костяшками пальцев.
Услышав приглушенный стук, Стверцов наконец догадался, в чем дело:
- Металлическая подкладка!
- Так! - радостно кивнул гаррап. - Подкладка!
- Так ведь неудобно же, наверное, - скептически поджал губы советник.
- Неудобно, так, - согласился Даш-Даш Катун. - Зато живой!
Сильный аргумент, с таким не поспоришь.
Стверцов собрался с духом и попробовал шупук. Оказалось, ничего особенного, на
чай из зверобоя похоже.
- Почему ты не носить ничего? - спросил гаррап.
- В каком смысле? - не понял Стверцов.
- Ты не носишь шейот. - Даш-Даш Катун дернул за край жилета. - Шейот - хороший
кожа, так?
- Так, - согласился Стверцов.
- Земляне за шейот много товар дают, так?
- Так, - улыбнулся советник.
- Э-э, - прищурившись, погрозил советнику пальцем Даш-Даш Катун. - Знаю, у тебя
мало товар. Не мочь купить себе шейот, так?
- Не совсем так, - вспомнив историю с костюмом из шейота, в котором он явился на
первую встречу с послом, Стверцов слегка поморщился.
- Э-э, - снова погрозил ему пальцем гаррап. - Так, так! Но Даш-Даш Катун тебе
друг. Большой друг. Даш-Даш Катун подари тебе много вещей из шейота.
- Спасибо, но...
- Не говорить ничего, - махнул на советника рукой гаррап. - Даш-Даш Катун все
понимать. Так.
Гаррап запустил руку под шкуру, на которой сидел, и достал пару великолепных
перчаток из шейота.
- Вот. Гаррапы такой не надевать. Для земляне делаем. На, тебе дарю.
Даш-Даш Катун протянул перчатки советнику.
Отказываться было неудобно. Стверцов поднялся со своего места, сделал два шага
вперед и с благодарной улыбкой принял из рук гаррапа перчатки.
- Надень, - велел Даш-Даш Катун.
Стверцов натянул перчатки. Мягкая кожа облегала кисть руки, как будто была ее
частью.
- Нравится, так? - спросил гаррап.
- Нравится, - не стал отрицать Стверцов.
В качестве ответного подарка Даш-Даш Катун получил пачку голографических
открыток с видами моря и два видеочипа с записями автогонок. Пока гаррап
перебирал открытки, то и дело восторженно цокая языком, а порой даже вскрикивая
"Ахш!", в голове Стверцова родилась любопытная мысль. Раз уж он все равно
оказался в Даш-Шадуне и раз уж они с Даш-Даш Катуном теперь друзья, почему бы не
пролить свет на одну из тайн, свято хранимую от всех, кто не был напрямую связан
с производством и поставкой на Землю одежды из шейота.
- Даш-Даш Катун, ты можешь рассказать мне, как вы получаете шейот? - спросил он
у гаррапа.
- Хороший кожа, так, - кивнул Даш-Даш Катун, не отрывая взгляда от открыток.
- Кожа животного? - задал новый вопрос советник.
На этот раз гаррап удостоил его взгляда.
- Животного. - Гаррап запрокинул голову и поскреб ногтями горло. - Животное,
так!
Сказав это, Даш-Даш Катун вдруг засмеялся. В унисон с ним рассмеялся и сидевший
у двери Шуни.
- Животное! - повернувшись в сторону Шуни, взмахнул рукой Даш-Даш Катун.
- Животное! - весело кивнул в ответ Шуни.
Стверцов посмотрел на руки, затянутые в шейот, сжал пальцы в кулаки и снова
распрямил.
- Наверное, для того, чтобы шейот получился такой мягкий и приятный на ощупь,
применяется какая-то специальная обработка кожи?
- Обработка?
Даш-Даш Катун растерянно посмотрел на Шуни. Тот пожал плечам и сказал несколько
слов по-гаррапски, из которых Стверцов понял только одно - "болото". Должно
быть, речь идет о коже какого-то болотного животного, решил советник. Почему бы
и нет? В свое время на земле была в моде крокодиловая кожа.
- Ахш! - Даш-Даш Катун с досадой хлопнул в ладоши. - Не могу объяснять. Много
слов не знать. Идти! - Как всегда порывисто, гаррап вскочил на ноги и замахал
руками. - Идти! Так, сам все смотреть!
А почему бы и нет, подумал Стверцов и следом за Даш-Даш Катуном направился к
выходу. Перчатки из шейота так и остались у советника на руках, он их почти не
чувствовал.
В прихожей Даш-Даш Катун что-то крикнул одному из охранников, и тот стрелой
вылетел за дверь.
- Идти! - вновь махнул рукой советнику самый главный на планете гаррап и первым
вышел на улицу.
К некоторому удивлению Стверцова, охранники за ними не последовали. По-видимому,
Даш-Даш Катун чувствовал себя спокойно на улицах своей столицы, а разговоры о
заговорах недоброжелателей и отравленных колючках оставались только разговорами.
По жидкой грязи Даш-Даш Катун шагал уверенно, Стверцов едва поспевал за гаррапом
и разок непременно бы упал, не подставь ему руку вовремя оказавшийся рядом Шуни.
Дом, в котором располагалась мастерская по выделке шейота, внешне ничем не
отличался от остальных домов в поселке. Вход никто не охранял - должно быть, в
отличие от землян гаррапы не делали тайны из процесса изготовления шейота. А
может быть, просто пока еще не понимали, что такое эксклюзив. Еще в прихожей
Стверцов почувствовал странный запах, для описания которого ему не удалось
подобрать нужных слов. Запах казался знакомым и в то же время страшно чужим, он
напоминал о чем-то далеком, почти забытом. Или, быть может, о том, что хотелось
забыть? В комнате, куда они прошли из прихожей, запах сделался плотнее,
насыщеннее, теперь он уже казался неприятным. Стверцов почувствовал, как плотный
комок подкатывает к горлу, но, поскольку остальные не обращали на запах
внимания, он притворился, что тоже не замечает его. На производственное
помещение, даже на ремесленную мастерскую комната была не похожа. Почти в самом
центре стояло громоздкое деревянное приспособление, отдаленно напоминающее
гимнастический тренажер. Узкая, гладко оструганная доска, снабженная несколькими
кожаными ремешками, крепилась в центре похожей на ворота рамы. Крепление было
подвижным, центральная часть могла свободно перемещаться, подобно детским
качелям: один конец - вверх, другой - вниз. Рядом со станком стоял небольшой
деревянный столик. Накинутый кусок красной материи скрывал то, что лежало на
столе. Пол комнаты покрывал плотный слой желтых, пахнущих смолой опилок - не
иначе как только что насыпали, услыхав, что Даш-Даш Катун ведет в мастерскую
землянина. Картину несколько оживляло солнышко, появившееся на небе после
дождичка и теперь заглядывающее в комнату через квадратное оконце.
- Ахш! - рявкнул во всю глотку вождь всех гаррапов.
Тотчас же из другой комнаты вбежали двое его сограждан, оба почти голые, только
передки кожаными фартуками прикрыты.
- Смотреть? - глянул на землянина Даш-Даш Катун.
- Так, - улыбнулся советник.
Стверцова разбирало любопытство. И, что удивительно, он уже почти не чувствовал
запаха, который поначалу показался ему едва ли не тошнотворным.
- Приступайте, - сказал по-гаррапски Даш-Даш Катун, махнув рукой специалистам в
кожаных фартуках.
Стверцову определенно понравилось, как вели себя мастера, - оба спокойны и
уверенны в себе, ни малейшего проявления подобострастия. А между прочим,
посмотреть на их работу пришел не кто иной, как глава нации.
Гаррапы в кожаных фартуках вышли из комнаты. Должно быть, за материалами пошли,
догадался Стверцов. Не прошло и двух минут, как мастера вернулись. И не одни.
Между ними шел совершенно голый человек с выбритой головой, ростом меньше самого
низкорослого из гаррапов. Кожа цвета темной меди лоснилась, будто маслом
смазанная. Вид у человека был цветущий, но глаза его испуганно бегали по
сторонам. И руки были связаны в запястьях. Один из мастеров снял со стола
покрывало, открыв взорам всех присутствующих набор хитроумных инструментов,
похожих на те, к помощи которых прибегают врачи, когда им требуется проникнуть
внутрь человеческого тела, и несколько баночек, наполненных растворами разных
цветов. Взяв одну из банок, мастер вылил ее содержимое на доску, закрепленную в
центре станка, и как следует растер тряпкой. Доска заблестела почти так же, как
кожа связанного человека. Голый что-то быстро залопотал на непонятном Стверцову
языке.
- Что он говорит? - спросил советник у Шуни.
- Не знаю, - с безразличным видом дернул плечом тот. - Если у шекконаров есть
свой язык, так, знать, он на шекконарском и говорит.
- Это шекконар? - с новым интересом посмотрел на голого человека Стверцов.
- Так, - кивнул Шуни.
- Что он тут делает?
- Так, шейот делать, - ответил гаррап.
- Шекконар будет делать шейот? - удивился сверх всякой меры Стверцов.
- Шекконар будет делать шейот, - как эхо, повторил следом за ним Шуни.
Даш-Даш Катун обернулся и строго погрозил пальцем двум болтунам.
- Смотреть!
Так вот оно в чем дело, прикусил губу Стверцов. Выходит, шейот делают шекконары,
таинственные обитатели болот, которых гаррапы заставляют работать на себя.
- Видить, какой толстый шекконар, - зашептал на ухо советнику Шуни. - Специально
кормить, так. Долго кормить. Специальными маслами мазать.
- А почему он голый? - так же тихо спросил Стверцов.
- Так удобно, - ответил Шуни.
Тем временем гаррапы в кожаных фартуках подхватили под руки голого шекконара,
подвели его к станку И уложили на доску. Стверцову показалось, что шекконар
пытался противиться этому, но то ли слаб он был совсем, то ли особого желания у
него не было, только гаррапы легко положили его на доску. Пока один из гарраповмастеров
прижимал шекконара к доске, другой быстро затянул на его щиколотках
кожаные ремешки. Еще один ремешок обвил шекконару горло. После этого шекконару
развязали руки и зафиксировали их в запястьях такими же кожаными ремешками.
- Что происходит? - в полнейшей растерянности произнес Стверцов.
Ему никто не ответил.
Один из гаррапов-мастеров посмотрел на Даш-Даш Катуна. Отец нации благосклонно
наклонил голову. Мастера взялись за доску, на которой был распят голый шекконар,
повернули ее и зафиксировали в вертикальном положении. Тот, что стоял ближе к
столу, взял в руку нож с длинным узким лезвием и одним уверенным движением
сделал вертикальный надрез на левом запястье шекконара. Передав нож другому
мастеру, он взял белую шерстяную нитку, ввел один ее. конец в надрезанную вену,
а другой бросил в стоявший на полу горшок. Кровь из вскрытой вены потекла по
нитке. Второй мастер проделал ту же самую операцию на правой руке шекконара.
Бедняга-шекконар, казалось, не понимал, что происходит. Возможно, перед тем, как
начать операцию, его опоили дурманящим настоем. Разинув рот, шекконар
вытаращенными глазами тупо пялился перед собой. И вдруг заорал - громко,
протяжно, с надрывом, - казалось, с криком этим жизнь уходит из его тела.
- Что вы делаете! - закричал Стверцов, которому наконец стало ясно, что за роль
была отведена шекконару в процессе изготовления шейота.
- Так надо, - объяснил ему Шуни. - Надо сначала много крови выпустить. Но кожу
надо сдирать, когда шекконар еще не помирать. Так, или шейот плохой выйдет.
- Прекратите! - Стверцов рванулся было вперед, но на плечах у него повис Шуни. -
Это же человек! Такой же, как и вы!
- Не так, - с улыбкой посмотрел на Стверцова Даш-Даш Катун. - Не человек -
шекконар.
- Шекконар жить в болоте, - добавил Шуни. - Ходить голый и не уметь говорить.
Не обращая внимания на шум, поднятый одним из зрителей, гаррапы-мастера
продолжали заниматься своим делом возле привязанного к станку шекконара.
Стверцов старался не смотреть в их сторону, боясь, что ему станет дурно.
- Да вы все спятили! - Советник взмахнул рукой так, что непременно заехал бы по
физиономии Даш-Даш Катуну, если бы тот вовремя не отклонился. - Шекконары -
такие же люди, как и мы! Люди не должны убивать людей!
- Ахш! - Даш-Даш Катун улыбался, похоже было, ему пришлась по душе горячность
землянина. - Нельзя, говорить, убивать, - заговорщицки подмигнул он Шуни. - А
одежду из шейота носить, значит, можно? Так?
Стверцов с ужасом посмотрел на свои руки, затянутые в шейотовые перчатки,
которые были так легки и удобны, что он совершенно про них забыл. Его
передернуло от омерзения. Следовало немедленно стянуть перчатки с рук и кинуть
на пол или лучше в лицо Даш-Даш Катуну, чтобы гаррап понял... Чтобы поняли все
они... Снова закричал привязанный к станку шекконар, и Стверцов понял, что он
ничего не сможет сделать, потому что сейчас потеряет сознание.
- Почему вы сразу не рассказали мне обо всем?! Посол посмотрел на ворвавшегося в
его кабинет
Стверцова и тихонько, почти неслышно похлопал ладонью по столу.
- Присядь, сынок.
Стверцов точно на невидимую стену налетел. Он ожидал всего, что угодно -
упреков, оправданий, обещаний, угроз, - только не обращения "сынок".
- Сядь, сядь, - повторил свой жест Бэрд. Стверцов тяжело выдохнул застоявшийся в
легких воздух и почти без сил упал в кресло.
- Вы должны были сразу обо всем мне рассказать, - произнес он с упреком. - А не
укорять за то, что я надел костюм из шейота.
- Да? - Губы посла скривились. Что сие означало, насмешку или презрение, поди
разбери. - И что бы ты после этого сделал? Полагаю, умотал бы с Нионы первым же
рейсом. Тебе нужно было время, чтобы не просто понять, а почувствовать, что
представляет собой Ниона.
- Мой предшественник...
- Твой предшественник именно так и поступил, когда узнал, что собой представляет
шейот.
- Как? - Чтобы не смотреть на Бэрда, Николай прикрыл глаза ладонью. - Как вы
могли такое допустить?
Посол откинулся на спинку кресла и сложил руки на животе.
- Начнем с того, что не мы шейот придумали. Гаррапы занимались этим испокон
веков. Я как-то раз поинтересовался у гаррапа-мастера, не приходилось ли ему
выделывать кожу представителей других рас. Он пришел в ужас от самой мысли о
том, что человеческую кожу можно использовать для изготовления одежды.
- Но шекконары...
- Шекконары для них - дикие звери, по причуде создателя имеющие человеческий
облик. Причем так относятся к шекконарам не только гаррапы, но и представители
других рас. И, если бы не те же гаррапы, шекконары давно бы вымерли.
Эмпирическим путем гаррапы определили, какова должна быть оптимальная
численность популяции шекконаров, и поддерживают ее на этом уровне. Во время
отлова гаррапы редко когда забирают женщин и детей. А случается, гаррапы даже
подкармливают умирающих на болоте с голоду шекконаров. Гаррапы заботятся о них,
как хороший хозяин о скотине. И большего от них требовать невозможно.
- Но сейчас этому можно положить конец. Посол наклонился, открыл боковой ящик
стола и бросил на стол увесистый том толщиной в три пальца.
- Можешь взять, почитать на досуге. Это договор, утвержденный Сенатом
Галактической Лиги, в соответствии с которым Земная Федерация получила право
заниматься проектом восхождения Нионы. Сенат вынес вердикт в пользу Земли лишь
потому, что разумные обитатели Нионы являются гуманоидами, как и мы. Вторыми
претендентами на возвышение Нионы были и остаются сидонны. Они тут же займут
наше место, стоит лишь нам допустить малейшую оплошность. По требованию сидоннов
данный договор, - указательный палец посла уперся в переплет книги, - включает
квоты на товары, которые мы имеем право завозить на Ниону в качестве
гуманитарной помощи. Сто пятьдесят три страницы мелким шрифтом. - Подцепив
большим пальцем, Бэрд, не глядя, перелистнул страницы. - Они учли все, от
памперсов до высокотехнологического оборудования. Любые поставки сверх
оговоренных квот должны быть оплачены местным населением. Нарушение квот влечет
за собой автоматическое расторжение договора. Вот так. - Посол ладонью
припечатал толстый том к столу. - Если вести работу в рамках договора, то проект
восхождения Нионы затянется на десятилетия, что также сработает на руку
сидоннам. Со временем, когда аборигены Нионы начнут разработку полезных
ископаемых, проблема будет снята. Но пока шейот является единственным товаром,
пользующимся стабильно высоким спросом на всех территориях, подконтрольных
Земной Федерации, в обмен на который мы можем на вполне законных основаниях
завозить на Ниону все необходимое для проекта восхождения. - Бэрд развел руки в
стороны. - У меня все.
Стверцов задумчиво смотрел на книгу, лежавшую перед ним на столе.
- И что теперь? - спросил он спустя какое-то время.
- Теперь ты должен сделать свой выбор.
- Выбор? - Стверцов горько усмехнулся. - Можно подумать, у меня есть выбор.
Услышав такое, Бэрд несколько расслабился, хотя внешне это никак не проявилось.
Предшественник Стверцова после такого же разговора тут же схватил лист бумаги и
написал прошение об отставке, которое Бэрд тут же утвердил - ему не нужны были
тайные диссиденты, и даже послушные исполнители послу были ни к чему, ему
требовались единомышленники.
- Землян на Нионе тридцать два человека. Включая тебя. После того как сбежал
прежний советник по культуре, нам хотели вообще срезать эту должность. Ты сам
видел Ниону и должен понимать, какова роль советника по культуре в проекте
восхождения для этой планеты.
- Это я понимаю, - наклонил голову Стверцов. - Мне не ясно другое...
- Все свои сомнения пока оставь при себе, - прервал его Бэрд. - Я не смогу вот
так запросто, разом их рассеять. Сомнения еще долго будут тебя мучить,
независимо от того, останешься ты здесь или покинешь Ниону. Подумай лучше о том,
что то, чем мы здесь занимаемся, - это не наша личная прихоть. Мы делаем это
ради Земли, ради ее возвышения. И в конечном итоге ради тех же шекконаров,
которые получат свободу лишь после того, как гаррапы смогут расплачиваться с
нами не только шейотом.
- А стоит ли оно того? - спросил едва слышно Стверцов.
- Что? - не понял посол.
- Все. - Советник по культуре сделал широкий жест руками. - Свобода,
"Восхождение", Земля.
Посол наклонил голову и провел пальцами по лбу.
- Древняя дилемма. Универсального решения ее по сей день не существует. А
гаррапы, насколько мне известно, пока даже не ставили перед собой такой вопрос.
Между прочим, - из-под руки посмотрел он на советника по культуре, - хорошая
тема для научной статьи. - И после паузы: - Что скажешь?
- Я подумаю, - ответил Стверцов.
Посол одобрительно улыбнулся - ему нравились рассудительные молодые люди. Но это
был еще далеко не конец.
Старики
Весть о смерти последнего старика принес Серега Завидов. Он прискакал черт-те в
какую рань и заорал под окнами:
- Димка! Вылезай! Старик Федот помер!
- Чего орешь!.. Чего орешь-то, как оглашенный! - тут же прикрикнула на Серегу
мать. - Дима весь вечер в кузне работал, лег уже за полночь.
- Так а я что?.. Я тоже без дела не сижу! - отозвался Серега. - Мы с Семкой уже
овец за реку отогнали!.. Разбудите Димку, тетя Лиза!.. Старик Федот помер!
- Ну, помер и помер, что с того... Он на то и старик был. Помер - похороним.
Рядом с остальными стариками.
- Димка!.. Димка, вставай!..
- О, ща я тебя жердиной-то!..
Повезло Сереге, что отец вчера на дальнем пастбище заночевал. Отзвонился вечером
по мобильнику, говорит, погода, мол, хорошая, гурлы на восток откочевали, чего
мотаться туда-сюда. Мать только грозится, а отец уж точно огрел бы Серегу чем
под руку подвернулось, разбуди он его в такую рань. Должно быть, знал Серега,
что отца нет дома, поэтому и орал, не боясь, во всю свою дурацкую глотку. Но то,
что он орал, действительно имело огромное значение. Во всяком случае, для нашей
компании. Если Серега не выдумал все только ради того, чтобы вытянуть меня
поутру из дому. С него станется.
Спать хотелось невообразимо. Но я все же продрал глаза, поднялся с постели и,
навалившись грудью на подоконник, выглянул в окно.
- Димка! - пуще прежнего заорал, увидев меня, Серега. - Старик Федот помер!
Серега, как обычно, на своей белой лошади верхом и без седла. Красуется. И
ружьишка даже самого паршивого не прихватил. Ну да, чего с оружием возиться,
если гурлы на восток откочевали. Да только дед мне рассказывал, что порой
бродяги встречаются. Их то ли из племени выгнали, то ли они сами ушли из-за
характера вреднючего, да только такие одиночки злее десяти других гурлов. Дед,
конечно, любит приврать, но это он серьезно говорил. Так что без облегченного
трассера, что мне отец на тринадцать лет подарил, я теперь никуда.
- Слышал уже, - ответил я хрипловатым спросонья голосом.
- От кого? - опешил Серега.
- Да ты ж под окнами уже битых полчаса орешь. Насчет получаса я, конечно, загнул
- думал, пусть
Серега малость успокоится. Но он только сильней разошелся.
- Выходи, Димка, ждать не станем! Я по дороге уже Николку кликнул. Он обещал за
Мударом заскочить. На холме встречаемся.
- Ладно, - говорю, - погоди чуток, сейчас выйду. Рубашку накинул, штаны натянул.
Подошел к умывальнику, воды в лицо плеснул.
Тут мать в дом вошла.
- Куда, - спрашивает, - собрался? Будто не знает.
- Надо, - степенно ответил я ей. - Старик последний умер.
- И что с того? - Мать руки в боки. - Что, покойников никогда не видел?
- Так то ж старик, - объясняю я ей. - Последний.
- Димка! - снова донеслось со двора. - Давай скорее!
- А сколько лет было Федоту? - спросил я у матери. Она призадумалась.
- Ну, тебе сейчас пятнадцать, мне - тридцать восемь, деду нашему - шестьдесят
девять... Получается, Федоту не меньше ста лет было.
- Все, я побежал, - сказал я матери, схватил стоявший в углу трассер и выбежал
на двор.
Оседлать Часики - так мою гнедую лошадку звали - для меня дело двух минут. Я,
как Серега, без седла ездить не люблю. Трассер в седельный чехол сунул и на двор
выехал.
- Ну, наконец собрался, - усмехнулся Серега. - Поехали. Мудар с Николкой
заждались уже, поди.
И мы поехали к холму.
Серега хотел было лошадь в галоп пустить, но я его попридержал.
- Погоди-ка, - говорю, - а с чего ты взял, что старик Федот помер?
- Мы с Семкой решили сегодня путь срезать. - Семка - это старший брат Сереги,
ему месяц назад двадцать четыре стукнуло. - Погнали стадо мимо Федотова поля. А
старика-то не видно. - Серега многозначительно глянул на меня. - Ну, я Семке-то
и говорю, не видно что-то старика. Семка для верности из пистолета в воздух
пальнул. Минут пять ждали. Нету старика Федота. Ну а коли старик даже на выстрел
не выглянул, значит, точно помер.
Серега был прав. Старик Федот и прежде-то нелюдимым был, а последние лет пять
так и вовсе свихнулся. Трассер из рук не выпускал. Как кого завидит, так бежит к
ограде и ствол - вперед. Орет: "Пошли вон отсюда, вражьи дети! Это моя земля!
Никого сюда не пущу!" Можно подумать, кому его ранчо нужно. Большое у старика
ранчо, земля хорошая, кто спорит? Так вокруг такой земли столько, что за сотню
лет не перепахать!
- Может, не помер старик, а заболел? - предположил я.
Серега усмехнулся.
- Единственная болезнь, которая старика в постель уложит, смертью зовется. Ты
помнишь, чтобы хоть кто-то из стариков болел?
Тут он тоже прав был. К тому времени, когда я вырос настолько, что понимать
начал, что вокруг происходит, стариков только двенадцать осталось. Когда
приходила их пора, помирали тихо, а болеть не болели. Никогда. Когда-то стариков
было двадцать четыре. И вот сегодня последний умер.
- Это что ж получается? - спросил я у Сергея, сам удивленный мыслью, что пришла
в голову. - Выходит, теперь мы сами по себе? Без стариков жить будем?
- Выходит, так, - кивнул Серега. - Должно ж это было когда-то случиться.
- Должно, - согласился я. - Но теперь, без стариков, мир станет другим?.. Или
нет?
- Для того мы и едем на ранчо старика Федота, чтобы понять, - с необычной для
него серьезностью ответил Серега.
Хотя вопрос-то был задан не ему. Это я так, вслух размышлять начал. Отец
говорит, что ежели человек начинает разговаривать сам с собой, то добра от этого
не жди.
Мудар и Николка уже ждали нас на холме. Оба сидели на Николкином коньке. Старый
конек, далеко на таком не уедешь.
...Закладка в соц.сетях
