Жанр: Научная фантастика
Заповедник смерти
...Форталеза, над которыми начинался вход в пещеру Утхупушго.
Летчики и проводник сразу начали выгружать альпинистское снаряжение, а
Улисс, назаметно наблюдая за ван Ховом, достал бинокль и прошелся взглядом по
полосе каменной стены над чер (*) Международная программа ООН по окружающей
среде. ным зевом пещеры. Высота Тумху в этом месте не превышала "километра, зато
здесь хватало наклонных плоскостей и карнизов над отвесными участками,
затрудняющими подъем. Тем не менее ничего непреодолимого, тем более для
профессионалов.
- Пойдешь первым? - раздался над плечом голос Торвилла.
Улисс опустил бинокль, прищурился, разглядывая подчеркнуто спокойное лицо
альпиниста, и вдруг понял.
- Пожалуй, я сегодня побуду на страховке, - сказал он. - Погляжу, как
работают спортсмены-спасатели из "Лемура-2".
От удовольствия и от того, что Улисс разгадал его желание, Кристофер
порозовел.
- Спасибо. Пойдем, как и намечали, зигзагом? От пещеры?
- Пожалуй, это наиболее безопасный и простой маршрут. Белые пятна здесь -
это, вероятно, известняк, обходите. Кронштейны для скользящего каната лучше
всего крепить на козырьках габбро.- Улисс заметил, что Неран прислушивается к
его словам со скептической усмешкой, и закончил.- Вы и сами знаете все не хуже.
Поставили палатку, проверили выгруженное снаряжение: клинья, крюки, ремни,
карабины, катушки с бечевой, альпенштоки и трикони, а главное - комбинезоны, в
которые были вшиты новейшие замки и узлы для сращивания бечевы. Неран и Торвилл
привычно облачились в костюмы и, общаясь друг с другом взглядами и жестами,
стали подниматься ко входу в пещеру.
- По-моему, они слишком самонадеянны, вы не находите? - проворчал в спину
Улиссу незаметно подошедший ван Хов.
Джонатан мельком посмотрел на него и стал подтаскивать к наклонной
поверхности скалы бухты бечевы и металлические костыли. Проводник суетливо
помогал ему, то и дело испуганно вздрагивая или шепча какие-то молитвы, когда
ему казалось, что кто-то из альпинистов сорвался и падает.
- Кстати, вы заметили? - Инспектор ООН почему-то нервничал, как и
проводник, хотя это было видно только внимательному глазу. - Здесь нет ни одной
кровососущей твари: ни москита, ни мошки. Знаете, почему? Где-то недалеко растет
омбу.
Улисс знал эту особенность гигантской древовидной травы, как знал и то,
что лагерь вблизи омбу разбивать было нельзя - ночью дерево-трава испускало
такое зловоние, что долго терпеть его было невозможно. Однако ван Хов не
учитывал еще одного обстоятельства: они находились на высоте почти четырех
километров над уровнем моря, а москиты плохо осваивали высокогорье.
Торвилл вбил первый костыль и по расщелине взобрался сразу метров на
десять вверх. Неран подтянул репшнур, щелкнул карабином пояса и, не оглядываясь,
полез за ним. Работали альпинисты быстро, сноровисто и привычно, выключив из
внимания все, что не касалось собственно подъема, хотя Улисс подметил некоторую
торопливость в действиях Кристофера: молодой человек, может быть, по большей
части неосознанно, хотел показать свое бесстрашие, готовность к риску, ловкость
и точность расчета.
- Они так до самого верха и полезут? - спросил ван Хов.
- Почти, - лаконично ответил Улисс и стал разминаться Голландец с
удивлением посмотрел на его упражнения.
- Вы тоже полезете?
- Только до пещеры. Мой день завтра, сегодня мы проложим прикидочную
трассу.
- Как вы думаете, сколько им понадобится времени на весь маршрут?
- На весь - часов шесть-семь, но сегодня они пройдут чуть больше половины
пути, во-он до тех козырьков. Дальше пойду я.
- Один?
Улисс вместо ответа прикрепил на спину бухту бечевы и вдруг полез по
вертикальной бугристой стене, как паук, подтягиваясь, на кончиках пальцев без
видимых усилий. Проводник, возбужденные летчики и инспектор ООН, открыв рот,
смотрели на него, как на ангела, возносящегося на небо. За две минуты достигнув
небольшой площади у черного зева пещеры, Джонатан прикрепил конец бечевы к
репшнуру, свисающему у стены, и перекинул через блоки, закрепленные на костыле.
Затем он тем же манером вернулсь обратно.
Проводник захлопнул рот и пробормотал:
- Вы так и работаете, без страховки? А если не за что будет зацепиться?
Улисс не ответил, глядя из-под козырька руки на две ползущие вверх фигуры.
- Я слышал об этом методе подъема, - пробурчал ван Хов, потоптался рядом.-
Но никогда не видел в исполнении. По-моему, вы просто самоубийца. Впрочем, это
ваше дело. Не будете возражать, если я попрошу летчиков доставить меня обратно?
Здесь мне пока делать нечего, а ждать три-четыре часа...
Улисс пожал плечами.
- Не возражаю.
Ван Хов улетел.
Альпинисты продолжали подъем, изредка советуясь с Улиссом, какое
направление избрать. За два часа они преодолели около четырехсот метров и
установили два промежуточных узла крепления будущего блочно-канатного
подъемника. Было заметно, что они устали, хотя и не снижали темпа, и, когда
подошли к нависающему козырьку гладкой скальной плиты, откуда начиналась самая
трудная часть маршрута, Улисс крикнул, чтобы они возвращались. Неран, как
старший в связке, повозражал для порядка, потом закрепил в стене финиш-блок и
показал, что будет спускаться скольжением.
Спуск занял всего двадцать минут, да и то потому, что альпинисты проверяли
крепления костылей и блоков; они могли бы оказаться на земле в три приема за
пять минут.
- Есть хочу, - заявил Торвилл, замазывая бактерицидной пастой палец:
содрал кожу на средней фаланге.
Проводник, смотревший на него, как на личного врага, сбегал к вертолету и
принес бутерброд в целлофане и жестянку кокаколы.
Пока альпинисты переодевались и утоляли голод, всегда сопутствующий
большой мышечной энергопотере, Улисс и летчики собрали лишнее снаряжение и
алюминиевые детали будущего подъемника в палатку.
- Неплохо бы оставить здесь кого-нибудь в качестве сторожа, - сказал
Неран, выбрасывая банку.- Я очень не люблю проверять перед подъемом свое же
снаряжение, а проверять во избежание сюрпризов придется.
- Резонно. От нас ждут сигнала, и как только мы пройдем стену и спустимся
с другой стороны, можно будет дать команду на перебазирование экспедиции к
подъемнику. До вечера я побуду здесь... с проводником.- Улисс посмотрел на
толстяка Типлера.- А часам к семи вы пришлете замену, пусть Косински
побеспокоится.
- Зачем тебе оставаться? - удивился Торвилл.- Вернемся вместе, а герр
Типлер побудет один.
- Нет, в Пирине мне пока делать нечего, а здесь тишина, природа,
развалины... романтика! Хочу погулять и подышать стариной.
Кристофер дернул плечом, но возражать больше не стал.
Вскоре вертолет улетел, в предгорье вернулась прозрачная, насыщенная
тысячью ароматов тишина.
Проводник побродил возле башен и сел в тени одной из них, обложившись
банками с кока-колой.
Улисс прикинул, стоит ли сначала проверить пещеру, манившую таинственным
соседством с построенными тысячу лет назад башнями-"Чульпами", и решил, что не
стоит. Пещеру можно было осмотреть и позже, и не только осмотреть, но я
попытаться найти ход, ведущий в долину, однако поход в пещеру требовал
подготовки. Тогда Джонатан снял куртку - было не очень жарко, но этот жест
означал, что он не собирается уходить далеко и надолго, - крикнул Типлеру, что
он побродит у скал, и направился вдоль стены на запад, в ту сторону, где
потерпел аварию вертолет археологов.
- Смотрите, не нарвитесь на ягуара, - крикнул вдогонку проводник.-
Говорят, их в здешних местах много.
Сначала он шел по голой щебнистой поверхности, обходя скалы, каменные
россыпи и отдельные хилые деревца, нашедшие крохи влагодающеи почвы, потом
открытое пространство кончилось, сельва придвинулась вплотную, над головой
сомкнулись кроны деревьев верхнего яруса: баньянов, тиса, сейб, кипарисов,
платанов. Пахнуло душной и влажной смесью запахов сельвы, заметно возросла
температура - ветру негде было разгуляться и унести часть тепла с собой.
Почва была на удивление мягкая, несмотря на близость горной гряды, без
травы, лишь кое-где на могучих корнях панданусов встречались эпифиты и семейства
грибов, добавляющих к густой смеси ароматов гнилостные запахи, да изредка
попадались обломки скал и валуны, свалившиеся с гор в незапамятные времена.
Улисс шел быстро, зорко всматриваясь в полумрак гигантских серых, зеленых и
коричневых стволов, клубков лиан и редких глыб кустарника, потом побежал.
Через пять минут он продрался сквозь заросли молодого бука и выбрался на
край леса, круто поднимающийся к скалам. Остановился, прислушиваясь.
Сквозь шорохи сельвы изредка доносились другие звуки: хлопанье крыльев,
треск ветвей, крики птиц, приглушенный звон и тихое рычание. Как будто никого не
слышно, присутствие человека всегда обнаруживается по встревоженной возне птиц и
мелких животных.
Улисс перебежал открытое пространство до ближайшей скалы и сразу же
наткнулся на блестящую полосу, похожую на металлического удава. Винт от
вертолета, вернее, его половина. А вот еще какой-то обломок, похож на панель
управления, и еще - кусок двери. А где же сам корпус? Не мог же он рассыпаться
на мелкие части? Упал, смялся от удара, но не испарился же? ..
Однако вертолета нигде не было. Дважды Улисс находил прозрачные осколки
блистера, лобового стекла кабины, и мелкие обломки каких-то приборов, но сам
корпус с двигателем и винтами исчез. И это обстоятельство наводило на
размышления: вертолет не мог провалиться в болото, топей здесь не было, не мог
он и взлететь после падения с высоты в полтора километра, значит, его вывезли.
Кто - неизвестно, ясно, что не полиция Пикаля, у капитана Эрнандеса нет таких
возможностей, но и не индейцы, им обломки летающей железной машины ни к чему, на
них не заработаешь. Но тот, кто это сделал - великий искусник, маг, ибо пронести
почти полуторатонную махину через сельву без волшебства невозможно. И этот ктото
очень не хотел, чтобы обломками вертолета заинтересовались компетентные
органы.
Улисс повертел в руках мятый стальной лист площадью около двух квадратных
футов, вероятно, часть сиденья летчика, и вдруг увидел маленький острый осколок,
впившийся в лист; Джонатан принял поначалу этот осколок за заклепку. Он
внимательно осмотрел его, понюхал и хмыкнул. Осколок, пробивший лист на излете и
застрявший в нем - на большее его не хватило - был осколком зенитной ракеты,
которая выстреливалась из переносного ЗРК, с плеча. Интересно, откуда здесь, в
Паракасе, переносные ЗРК американского производства? И какой охотник им
балуется? ..
Улисс упал за ствол саговника прежде, чем сообразил, что за шум раздался
за спиной. По стволу словно хлестнули бичом, так что он вздрогнул и уронил
несколько сухих листьев. Там, где только что была голова альпиниста, в коре
дерева зияла маленькая дырочка - след вошедшей пули. Так, это уже игра
посерьезней! Калибр одиннадцать и девять, кольт с насадкой бесшумного боя. Что
мы можем ему противопоставить?
Джонатан перекатился за камень, достал из кармашка на брюках узкий и
длинный стилет для метания, прислушался. Ни шагов, ни шороха, тишина. А ведь
ждать событий опасно, надо действовать, причем действовать нестандартно, так,
как никто не ожидает, при отсутствии серьезного оружия против профессионалов
помогает только этот прием.
Где-то громыхнуло, в ту же секунду Джонатан прыгнул за ствол соседнего
дерева, затем следующего, перебежал ложбину, прячась за стволом пандануса,
ходульными корнями напоминающего гигантскую многоножку. Затем бесшумным бегом
сделал полукруг и выбрался к тому месту, откуда по прикидке в него стрелял
неизвестный "охотник".
Он не ошибся. С момента выстрела прошло всего две минуты, и стрелявший еще
не решился проверить результат своей охоты. В зелено-серо-коричневом маскхалате
он был почти невидим на фоне листвы и стволов, и Джонатан бы его не заметил,
если бы не знал, кого искал. Стрелок - крепкий парень с бритым затылком, был
вооружен кольтом с трубкой глушителя и, кроме этого, бельгийским автоматом без
приклада.
Подождав еще немного, он тенью скользнул вперед, к стволу саговника, за
которым должен был лежать его "крестник". Джонатан догнал его и в прыжке рубанул
ребром ладони по мускулистой шее. Перевернул на спину. Блондин, но загорел до
медного блеска, лицо смутно знакомо. Отдохни, парень. Интересно, давно он здесь
и видел ли свою "жертву" в лицо? Если видел - дело швах! ..
Улисс наклонился над потерявшим сознание убийцей и едва успел отвернуться
от удара двумя пальцами в лицо. Неизвестный был профессионально обучен для
такого рода дел и знал все жестокие приемы рукопашного боя.
Джонатан среагировал на второй выпад - колено в пах - и ответил ударом в
живот, но парень все же успел вскочить, и схватка продолжалась до тех пор, пока
противник вдруг не выхватил из бокового кармана комбинезона еще один пистолет -
миниатюрную "беретту". Улисс понял, что ситуация переросла рамки схватки опытных
борцов и подошла к пределу "или-или", тем не менее он все же сначала попытался
обезвредить противника - убивать было противно, хотя все было честно - на него
напали из засады и стреляли в спину.
Удар в руку с перехватом ответа - прием бад-кан, прыжок - чтобы не попало
по ногам, полусальто с поворотом (какие холодные и равнодушные глаза у этого
мальчишки! ), прием мкхан-юонг и в ответ потрясающий удар по копчику - прямой
браг-чжа-ха-бо (в переводе - "прекращает воспалительный понос"). Черт возьми,
как больно, когда бьют со знанием дела и не на тренировке!
Пистолет вылетел из руки парня, а сам он отпрыгнул назад и не рассчитал -
налетел спиной на груду камней. Один из них качнулся, замер на мгновение и
рухнул вниз с трехметровой высоты. Отчетливый хруст костей, вскрик и тишина...
Улисс перевел дыхание, расслабился. Ноги дрожали, в нижней части
позвоночника родилось ощущение, что в нем торчит топор. Если не перелом, то ушиб
приличный, здорово, гад, дерется... дрался. Джонатан сплюнул. Извини, я не
хотел, сам виноват...
Кругом царило спокойствие, никто не появлялся из-за деревьев, не звал
пропавшего, не окликал победителя, птицы продолжали свои разговоры, и лес не
перестал шептаться с верхним ветром. Улисс быстро осмотрел карманы убитого и
нашел удостоверение водителя на имя Абу Али Райхана, два пакетика наркотической
жвачки, плоскую японскую рацию величиной с два спичечных коробка и фотографию:
он, Крис Торвилл и Фред Неран возле Пирина. Быстро работают, надо признаться, и
почти безошибочно!
Улисс забрал рацию, разрядил автомат, бросил в яму, пистолет вложил в руку
бывшего водителя, фото оставил в кармане. Затем затащил труп поглубже в скалы и
засыпал камнями. Внимательно осмотрев место боя - не оставил ли следов? - он
быстро направился к недалеким скоплениям скал. Но с полдороги вернулся -
сработало подсознание - разобрал камни и отогнул воротник маскировочного
комбинезона убитого на груди, раздавленной каменной глыбой. Под комбинезоном
оказалась голубая форменная рубашка без воротника, с полосой у шеи, такие
рубашки носили все работники фирмы "Птичий глаз"...
Типлер ждал его возле палатки, изнывая от безделья, и то и дело вытирал
шею и грудь, смоченным в воде платком.
- Ну, как, вкусили экзотики? Ягуара не встретили?
Улисс небрежно махнул рукой.
- Едва ли он отважится напасть, даже если захочет жрать. Вообще-то места
здесь красивые, а главное, не заблудишься. Тумху и эти башни видны издалека.
Толстяк внимательно посмотрел на альпиниста.
- У вас царапина на щеке. Залезли в колючки?
- Нет, пытался пройти между скалами и вызвал небольшой обвал. Не хотите со
мной подняться к пещере?
- Что я там не видел? Скоро придет вертолет. Да и не умею я лазить по
горам, как обезьяна.
- А мне любопытно, все-таки индейцы не могли поставить свои "Чульпы" рядом
с ней без причины.
Улисс взял моток веревки и полез на скалы, будто совсем не устал после
прожитого дня и часовой прогулки по сельве.
* ПИКАЛЬ
Косински дал команду на перемещение экспедиции к горам Тумху, к месту, где
готовился вступить в строй подъемник на стену, и Миллер вынужден был исполнять
функции главного квартирьера, заниматься организацией базы и размещением
прибывающих членов экспедиции. Но в ночь на двадцать девятое сентября произошло
событие, на несколько дней задержавшее передовой отряд: выстрелом из духового
ружья был убит сторож подъемника, а сам подъемник сброшен с километровой высоты
вместе с костылями и узлами крепления. На месте преступления было найдено перо
кондора и каменный нож, что дало повод говорить о нападении индейцев. Поскольку
местные индейцы кечуа и аймара давно пользовались благами цивилизации в виде
ружей, винтовок и пистолетов, то подозрение пало на недавно открытое в долине
Пируа племя индейцев-пигмеев, якобы не желавших, чтобы в их мир проникли
чужестранцы.
Воспользовавшись тем, что полиция занялась расследованием и заблокировала
подступы к лагерю, Миллер решил проверить идею, родившуюся у него после изучения
обстоятельств гибели паракасского ученого Карлоса Хонтехоса. После первого
выстрела Хонтехос, по словам капитана полиции Пикаля Эрнандеса, будто бы
произнес два слова: "сильяр" и "чаранга". "Сильяром называли белый известняк,
легко поддающийся обработке, из которого мастера Паракаса делали белоснежные
фасады домов с резьбой и скульптурными изображениями, а чаранга была струнным
музыкальным инструментом. После долгих размышлений Миллер подумал, что надо
побывать в каменоломнях, где добывают сильяр, тем более, что они располагались
недалеко от Пикаля в горах Халька, соседствующих с Тумху, и поискать там
чарангу. Мысль была, что называется, на грани бреда, но Миллер доверял интуиции
и не сомневался, что искать надо в каменоломнях.
С разрешения директора Пирина он взял вертолет и, собравшись за несколько
минут, вдруг понял, что один ничего не сделает: нужен проводник. Поразмышляв,
Стэнли решил положиться на случай и выбрал того самого проводника, с которым
ходили альпинисты, Карла Типлера. Никто не мог знать цели его самостоятельного
поиска, а предполагать во всех работниках "Птичьего глаза" агента Дела или
лаборатории "Демиург" было бессмысленно.
Взлетели в полдень, сопровождаемые длительным взглядом дежурного по
"аэропорту", как громко именовали в институте~посадочную площадку возле Пирина.
Минут пять Миллер рассматривал полог леса под вертолетом, скрывающим реку, и
машинально отмечал отдельные группы разрушенных временем скал, пронизывающие
пятнисто-зеленый покров сельвы. Скалы ослепительно сверкали вкраплениями кварца,
словно усыпанные драгоценными камнями. Некоторые из них напоминали развалины
замков, индейских уступчатых пирамид, другие походили издали на челюсти
динозавров.
Металлическая стрекоза пролетала над рощей лепидодендронов, и Миллер
задержал взгляд на этих удивительных растениях, реликтах палеозоя,
произраставших только на территории Парамо - высокогорий Паракаса, выделяющихся
необычной красотой даже из роскошной растительности в районе Пикаля.
Лепидодендроны принадлежат к виду древовидных. Кора их, серо-зеленая,
светлая, ромбовидно иссечена и напоминает рубчатую подошву армейского ботинка.
Кроны ветвятся, заканчиваясь пушистыми метелками. Цветут лепидодендроны необычно
- цветы у них появляются прямо на верхних толстых ветвях, на коре, а основание
дерева похоже на металлическую колонну с мощными контрфорсами и досковидными
корнями.
- Интересные деревья, - прокричал сквозь гул мотора Типлер, заметивший
взгляд заместителя директора экспедиции.- И пахнут, как парфюмерный цех, стоять
вблизи в период цветения невозможно.
Местность под вертолетом постепенно повышалась, в сплошной шкуре сельвы
появились пролысины, песчаные и каменистые плеши, сельва вскоре поредела,
распалась на островки и словно ушла под землю. Горы Халька, дикие, неприступные,
исчерченные синесерыми тенями, надвинулись вплотную. Проводник стал показывать
пилоту дальнейший маршрут, хотя, по мнению Миллера, не очень хорошо
ориентировался и сам.
Сели возле живописной группы скал, на краю громадного котлована,
созданного человеческими руками. И стоило Миллеру вылезти из кабины, как он
сразу увидел то, что искал, вернее, надеялся найти: одна из скал у каменоломни
издали очертаниями идеально напоминала старинный музыкальный инструмент -
чарангу.
Отказавшись от помощи Типлера, Стэнли неторопливо побрел по краю обрыва и
скалам, делая вид, что ищет удобный спуск в котлован, отсвечивающий
кристалликами слюды и квардца в изломах сильяра. Сначала он попробовал подняться
на скалу, похожую на безголового верблюда, потом поискал обход и наткнулся на
удобную расселину, ведущую вверх, прямо к скале - "чаранге". Оглянувшись - не
следит ли кто? - Миллер пролез в расселину и начал подъем, вглядываясь в трещины
стен узкого естественного коридора. И уже через несколько ярдов увидел на стене
справа нацарапанную чем-то острым стрелу. Человек, занятый только подъемом, ее
бы не заметил.
Начальник "Эола" удвоил внимание. Через полсотни ярдов расселина обмелела
и превратилась в тропу на краю обрыва, опоясывающую корпус "чаранги". Вторая
стрела была выцарапана прямо на тропе в виде штрих-пунктира, и заметить ее мог
только острый глаз того, для кого она предназначена. А на самом верху скалы,
ровном, как стол, лежал камень весом в три-четыре сотни килограммов. Он явно был
принесен сюда специально, потому что отличался от скалы по цвету и осколком ее
быть не мог.
Миллер прошелся по макушке "чаранги", но больше ничего не обнаружил, даже
мелких камешков и песка. Тогда он попытался приподнять глыбу или хотя бы
повернуть на другой бок, однако без рычага его сил на это не хватало. Надо было
звать кого-то на помощь. И в этот момент сзади раздался шорох.
Как он удержался от выстрела, Миллер не знал, сработало какое-то "реле"
безопасности, затормозившее палец на курке в последнее мгновение. Из-за края
площадки со стороны тропы, по которой он шел, торчала голова индейца, причем,
судя по размеру - ребенка. Несколько секунд Миллер и непрошенный гость смотрели
друг на друга, потом Стэнли опустил пистолет и поманил индейца пальцем, не сводя
с него взгляда.
Индеец улыбнулся - так можно было расшифровать его гримасу - и легко
поднялся на край скалы. Миллер понял, что перед ним не ребенок, а пигмей. Руки
индейца были пусты, он вытянул их ладонями вперед и что-то произнес на птичьем
языке, показывая на камень.
- Хочешь помочь? - пробормотал начальник "Эола". - Что ж, попробуй. А в
спину никто не выстрелит, пока ты мне помогаешь? Как в лагере Тумху?
Индеец снова что-то прощебетал, указал на пистолет Миллера и сделал
отрицательный жест.
- Ну, хорошо.- Стэнли решился.- Берись за тот угол, - он показал, как
встать и куда толкать, - и по команде толкай вперед.
Со второй попытки им удалось сдвинуть глыбу с места, и в углублении под
камнем блеснул небольшой цилиндрик с завинчивающейся крышкой, в таких упаковках
в Паракасе продавали таблетки от головной боли. Миллер спрятал цилиндрик в
карман, спохватился, что выпустил добровольного помощника из виду, но рядом уже
никого не было, индеец сгинул, как мираж.
Спустившись на землю с "чаранги", Стэнли отвинтил колпачок металлического
пузырька. Внутри оказались миниатюрная кассета звукозаписи от диктофона и клочок
бумаги с надписью по-испански: "Тому, кто найдет. В долину можно пройти через
одну из "Чульп" Сильюстани".
К вертолету Миллер добрался через полчаса, размышляя над загадкой
неожиданного появления индейца-пигмея. Напрашивалось два вывода: индейцы,
обитатели долины Пируа, появились здесь неспроста, они знали, что спрятано на
скале у каменоломни, кем спрятано и зачем. И второе: в таком случае археолог
Хонтехос, убитый в Пикале, был с ними связан. Как? Это уже другой вопрос, но
Миллер надеялся, что разгадка кроется в маленькой кассете для диктофона.
- Что вы здесь искали? - спросил проводник, не знавший, зачем он
понадобился главному квартирьеру экспедиции.- Если место для нового лагеря, так
спросили бы у меня заранее: тут на двадцать миль в округе нет ни глотка воды.
- Зато есть сильяр, - сказал Миллер, пожалев, что взял Типлера с собой.
Летчик наверняка знал, где находятся известняковые каменоломни, и он мог
обойтись без поводыря.
В Пирине, в своей каюте, Стэнли еще раз проверил содержимое цилиндрика,
подумал и спрятал кассету в обойму для патронов, заменив ею один патрон. Обойму
загнал в свой "ама-рапид", а пистолет упрятал в кобуру под мышкой. После этого
он отправился на поиски диктофона. Судя по кассете, она подходила только для
американской модели "Райтер" фирмы "Итон", работавшей на Пентагон.
* ПИКАЛЬ, ПИРИН
Улиссу пришлось показать свое умение перед многочисленной публикой, в
которую входили ученые, местные жители, работники "Птичьего глаза" и
представители полиции Пикаля. Размяв пальцы, проверив гибкость и подвижность
суставов, Джонатан за час преодолел километровую стену Тумху и закрепил на ее
гребне механизм блока, с помощью которого Торвилл и Неран начали восстанавливать
подъемник.
Отдохнув, Улисс взял бинокль и принялся разглядывать развернувшуюся перед
ним в направлении на север панораму долины Пируа с редкими низменностями,
многочисленными перегородками и нагромождениями скал, а также группами
столообразных скал, на удивление ровных, словно обработанных человеческими
руками, протыкавших мощный покров трехъярусной сельвы. Река скрывалась под ним
полностью, хотя Улисс знал, что она пересекает долину с востока на запад. С виду
долина и в самом деле представляла собой уголок дикой природы, не имевший ни
одной удобной посадочной площадки. Вертолету сесть здесь было негде. Разве что
на вершине одной из столбовых скал.
Джонатан сделал несколько общих снимков долины широкоугольным "Компактавтоматом"
и сфотографировал одну из самых красивых групп скальных останцев,
которую мысленно назвал "замком": скалы издали действительно напоминали
развалины колоссальной крепости или замка, хотя по высоте превосходили настоящие
замки раз в тридцать. Затем, дождавшись Торвилла, Улисс
...Закладка в соц.сетях
