Жанр: Научная фантастика
Мост 2. Идору
...- А я не знала, - смутилась идору. - Извините. Я думала, что могу идти
куда угодно - кроме того места, откуда ты пришла.
- Сиэтл?
- Муравейник снов, окна, громоздящиеся к небу. Я вижу его, но не могу
войти. Я знаю, что вы с ней пришли оттуда, но это "там" - его там нет!
- Крепость? - Ну конечно же, ведь сейчас они с Соной пришли именно оттуда.
- Мы не там, мы только подключились оттуда. Сона сейчас в Мехико-сити, а я в
этом отеле, понятно? И нам бы надо поскорее вернуться, потому что я не знаю, что
там сейчас происходит...
Синий череп распух и стал Соной, мрачной и надутой.
- Наконец-то ты сказала хоть что-то осмысленное. И чего вообще
разговаривать с этой штукой? Она ведь ничто, чуть усовершенствованная версия
этой твоей игрушки, которую она украла и приспособила для своих целей. Теперь,
посмотрев на нее, я прихожу к печальному выводу, что Рез и вправду сошел с ума,
запутался в какой-то бредятине.
- И ничего он не сошел с ума, - возмутилась идору. - Мы это чувствуем, с
ним вдвоем. Он говорил мне, что нас не поймут. Во всяком случае - сперва; что
будет неприятие, враждебность. Но мы же не хотим ничего плохого, и он верит, что
в конечном итоге от нашего с ним союза будет только польза.
- Слушай ты, синтетическая шлюха, - ощерилась Сона, - ты что, нас за
дурочек держишь? Мы что, не видим, что ты делаешь? Ты ненастоящая! Ты даже
меньше настоящая, чем эта имитация затонувшего города! Ты пустое место - и ты
хочешь высосать из Реза все реальное. - Над ней опять разрасталась грозовая
туча, дрожало колючее сияние. - Эта девушка, она пересекла океан, чтобы найти
тебя и вывести на чистую воду, а теперь ее жизнь в опасности. А она даже не
понимает, что это ты в этом виновата. Вот такая она у нас дура!
Идору перевела взгляд с Соны на Кья.
- Твоя жизнь?
- Может быть. - Кья зябко передернула плечами. - Я ничего точно не знаю.
Мне страшно.
И идору исчезла, вытекла из Мьюзик-мастера, как краска, не имеющая
названия. Мьюзик-мастер щурился на свет двадцати свечей, на лице его была полная
растерянность.
- Извините, пожалуйста, - сказал он, - но о чем мы сейчас говорили?
- Ни о чем, - отмахнулась Кья, а затем очки были сняты с ее головы, вместе
с Мьюзик-мастером, венецианским "казино" и Соной, а на пальцах, державших очки,
жирно поблескивали золотые кольца, и каждое кольцо соединялось с золотым
браслетом золотых часов тоненькой золотой цепочкой. И светлые, почти бесцветные
глаза.
Эдди медленно улыбнулся.
Кья хотела закричать, но тут другая, не Эддина, ладонь, большая и белая, с
металлическим запахом какого-то одеколона, закрыла ей рот и нос. И еще одна
ладонь прижала сверху ее плечо, а Эдди уронил очки на белый мохнатый ковер и
отступил.
Все еще глядя ей в глаза, все еще улыбаясь, он поднес палец к губам,
сказал "т-с-с", а затем отвернулся и шагнул в сторону, и Кья увидела Масахико,
черные присоски на его лице и беспрестанно шевелящиеся пальцы.
Эдди бесшумно приблизился к сидевшему на полу мальчику, вынул из кармана
какую-то черную штуку, что-то с ней сделал и нагнулся. И тронул этой штукой его
шею.
Масахико резко дернулся, выкинул ноги вперед, свалился набок и застыл,
вытянувшись в струнку и чуть подрагивая. Его рот раскрылся, одна из присосок
упала на пол, вторая, правая, так и осталась на месте.
Эдди повернулся, взглянул на Кья и спросил:
- Где эта штука?
* 35. Испытательный стенд будущности
Шаннон протянул Лэйни высокую пенопластовую чашку, на дне которой
плескалось с полдюйма очень горячего, очень черного кофе. За его спиной, по ту
сторону оранжевого барьера, виднелся длинный белый "лендровер" с "кенгурятником"
и зелеными стеклами. Рядом с машиной стоял Куваяма, высокая фигура в темно-сером
костюме и тускло поблескивающих очках без оправы; одетый в черное водитель
тактично держался чуть сзади.
- Что ему нужно? - спросил Лэйни, осторожно пробуя обжигающе горячий кофе.
И сплюнул попавшую в рот гущу.
- Мы не знаем, - сказала Арли. - Но его направил сюда Рез.
- Рез?
- Он так говорит.
Рядом с Лэйни появился Ямадзаки. Очки на нем были целые, не иначе как
запасные, но зато рукав так и держался на булавках; две из них успели уже
расстегнуться.
- Мистер Куваяма - творец Рэи Тоэи в некотором смысле. Основатель и
бессменный руководитель "Аспекта славы", корпорации, являющейся ее юридическим
лицом. Инициатор и вдохновитель всего этого проекта. Он выразил желание
пообщаться с вами.
- Мне казалось, что эта работа с комбинированными данными жуть какая
срочная.
- Да, да, конечно, - закивал Ямадзаки. - Но все равно я думаю, что вам
нужно сейчас поговорить с мистером Куваямой.
Он провел Лэйни мимо черных аппаратурных блоков за барьер и обменялся с
Куваямой поклонами.
- Это мистер Колин Лэйни, наш специальный исследователь, - сказал
Ямадзаки, а затем повернулся к Лэйни: - Митио Куваяма, исполнительный директор
"Аспекта славы".
Глядя на Куваяму, никто бы и не предположил, что какой-то час назад он был
в непроглядной тьме "Западного мира", в самой гуще визжащей, панически мечущейся
толпы. И как он только оттуда выбрался, тем более что сидевшая рядом идору
должна была сверкать, как рождественская елка? Лэйни чувствовал кровь в своем
ботинке, пальцы левой ноги неприятно липли друг к другу. Интересно бы знать,
насколько возросла совокупная масса человеческой нервной ткани с того времени,
как Блэкуэлл увел их с Арли из жвачного бара? И какая часть этого прироста
приходится на его долю?
- Извините, - сказал он, - у меня нет визитной карточки.
- Это не имеет значения. - Куваяма говорил на безукоризненном, если не
считать несколько странной акцентировки, английском. Рука для пожатия, уступка
иноземным обычаям. - Я знаю, что вы очень заняты. Мы весьма признательны, что вы
сочли возможным выделить нам время.
Множественное число заставило Лэйни покоситься на водителя, обутого в
примерно такие же, как и Райделл из "Шато", ботинки - черные, эластичные, с
высокой шнуровкой и рифлеными каучуковыми подошвами. Нет, не похоже, чтобы он
был второй половиной этого "мы".
- А теперь, - Куваяма повернулся к Ямадзаки, - с вашего разрешения...
Ямадзаки коротко кивнул и ретировался на огороженную площадку, где Арли
возилась с кофеваркой, не забывая поглядывать краем глаза на происходящее.
Водитель распахнул перед Лэйни дверцу "лендровера"; Куваяма сел в машину сам, с
другой стороны. Щелчок захлопнувшейся дверцы, и они остались один на один.
Между сиденьями, на подставке с обтянутыми фетром зажимами, располагалось
нечто вроде большой серебряной фляги.
- Ямадзаки говорит, что во время обеда вы испытывали определенные
трудности с частотой пропускания, - сказал Куваяма.
- Да, - кивнул Лэйни.
- Мы провели небольшую юстировку... - между ними появилась улыбающаяся
идору; заранее подготовленная иллюзия обеспечила ее даже своим, отдельным
сиденьем, которое втиснулось между двумя настоящими.
- Вам удалось найти то, ради чего вы покинули меня в Стокгольме, мистер
Лэйни?
Лэйни посмотрел ей в глаза. Это какие ж нужны вычислительные мощности,
чтобы создать нечто такое, что отвечает тебе взглядом на взгляд. В разговоре с
Резом Куваяма упоминал "желающие машины", "комплексы субъективных желаний",
"модульную конструкцию ясно оформленного устремления"...
- Нет, - сказал он, - но уже был на подходе...
- А что вы такое увидели во время нашего ужина, из-за чего не смогли потом
смотреть на меня?
- Снег...- Лэйни с удивлением почувствовал, что краснеет. - Горы... Но
теперь я понимаю, что это попросту был сделанный вами клип.
- Клипы Рэи не "делаются", - вмешался Куваяма. - Во всяком случае, в
общепринятом смысле этого слова. Они возникают из ее непрерывного общения с
миром. Это, если вам угодно, ее фантазии.
- Вы ведь тоже фантазируете, да, мистер Лэйни? - поддержала его идору. - В
этом ваш талант. Ямадзаки говорит, что это - как видеть лица в облаках. С тем
отличием, что эти лица действительно существуют. Я не могу видеть лица в
облаках, но Куваяма-сан обещает, что и это когда-нибудь придет. Здесь все дело в
практике.
(Ямадзаки? Говорит? )
- Я и сам этого не понимаю, - сказал Лэйни. - Делаю, но не понимаю.
- Экстраординарный талант, - сказал Куваяма. - Мы считаем, что нам
улыбнулась удача, огромная удача. И нам очень повезло с мистером Ямадзаки,
который, даже будучи подчиненным Блэкуэлла, проявляет необыкновенную широту
взглядов.
- Мистер Блэкуэлл не слишком одобряет отношение Реза с... - Лэйни кивком
указал на идору. - Мистер Блэкуэлл может огорчиться, что я разговаривал с вами.
- Блэкуэлл любит Реза, хотя и по-своему, - сказала Рэи Тоэи. - Он
тревожится. Но он не понимает того, что наш союз уже состоялся. Наше
"бракосочетание" будет постепенным, нарастающим. Мы просто хотим развиваться
вместе. Когда Блэкуэлл и остальные поймут, что наш союз благотворен для нас
обоих, все будет хорошо. И вы, мистер Лэйни, можете нам в этом помочь.
- Я? Могу?
- Ямадзаки объяснил нам смысл вашей работы с архивом фэнов группы
"Ло/Рез", - сказал Куваяма. - Но в этих архивах нет ничего - почти ничего - о
Рэи. Мы предлагаем добавить к двум вашим слоям информации третий, касающийся ее,
и тогда перед вами вырисуется картина их союза.
Информация о ней? Лэйни взглянул на идору. Но ведь она же сама -
информация. Чудовищный объем информации, в обработке которой задействовано бог
уж там знает сколько машин. И в то же самое время - тревога и надежда в ее
глазах. Нечто, абсолютно неотличимое от тревоги и надежды.
- Вы согласитесь, мистер Лэйни? Вы нам поможете?
- Послушайте, - сказал Лэйни, - я же здесь ничем не распоряжаюсь. Я сделаю
то, что скажет мне Ямадзаки. Захочет он взять на себя ответственность, ну и ради
бога. Но я хотел бы, чтобы вы сказали мне одну вещь.
- Что вы желаете узнать? - Куваяма.
- Про что это все? - Вопрос удивил самого Лэйни, который не совсем
понимал, что именно он собирался спросить.
Внимательные глаза Куваямы за круглыми стеклами очков.
- Это про будущность, мистер Лэйни.
- Будущность?
- Знаете ли вы, мистер Лэйни, что какую-нибудь сотню лет назад у нас не
было слова "природа"? У нас не было и нет пессимистичного отношения к технике.
Техника - одна из граней природного, единого. Нашими усилиями единое
совершенствует себя. А популярная культура, - улыбнулся Куваяма, - это
испытательный стенд нашей будущности.
Арли справилась с эспрессницей не в пример лучше Шаннона. В зеленом
фургоне, сидя на корточках среди звонко хлопающих обрывков пузырьковой упаковки,
Лэйни смотрел на Ямадзаки через край чашки с новой порцией кофе.- Не понимаю,
Ямадзаки, о чем вы только думаете? Вы что, хотите, чтобы мы с вами носили
ботинки на пару размеров меньше, или что? Блэкуэлла хлебом не корми, только дай
прибить чьи-нибудь руки к столу, а вы тут стакнулись с идору и ее боссом.
Разговор был перенесен с площадки в мини-вэн по его настоянию, из
соображений конфиденциальности.
- Стакнулся? - недоуменно сморгнул Ямадзаки. - Очевидно, вы считаете, что
я вошел с ними в сговор, но это совершенно не в моих обычаях. Рез и Рэи Тоэи
находятся теперь в почти постоянном контакте, а последние усовершенствования
обеспечили ей очень большую степень свободы. Рез дал ей доступ ко всем данным, с
которыми вы пытались работать. Не информируя об этом Блэкуэлла. А теперь она
ознакомилась и с данными фэн-клуба. Их предложение кажется мне вполне
продуктивным, оно может приблизить всю эту историю к развязке. Блэкуэлл
окончательно уверился в наличии некоего заговора. Нападение на ночной клуб...
- А что это было такое?
- Я не знаю. Неудавшееся похищение? Попытка искалечить Реза? Украсть
периферийные устройства идору? Поразительная топорность работы, но Блэкуэлл
говорит, что это как раз и есть клеймо Комбината... Так говорят - "клеймо"?
- Не знаю.
- Или "тавро"?
- А вы не боитесь, что Блэкуэлл оттяпает нам за это пальцы? Хромать ведь
будем, на две ноги каждый.
- Нет. Мы работаем на одну из подставных фирм "Ло/Реза"...
- "Парагон-Эйша"?
- ...но сам-то Блэкуэлл работает на Товарищество Ло/Рез. Если Рез
приказывает нам что-то сделать, мы должны ему подчиниться.
- Даже если Блэкуэлл думает, что это ставит под угрозу безопасность Реза?
Ямадзаки пожал плечами. Глядя в заднее окно мини-вэна, Лэйни видел, как
Шаннон катит на тележке серый аппаратурный блок, выгруженный ими ранее из
багажника "лендровера". Блок был большой, раза в два больше тех черных, которые
у Арли.
Шаннон протолкнул тележку в просвет оранжевого барьера.
* 36. Мэриэлис
- Не кричать, пожалуйста, - сказал этот, зажимавший ей рот, и снял свою
лапу с ее рта.
- Где эта вещь? - Бесцветные глаза Мэриэлисового Эдди.
- Там. - Кья указала на сумку, из которой торчал драный угол сине-желтого
пластикового мешка. А потом увидела, что Мэриэлис лежит на мохнатой розовой
кровати. Спит себе, прижав подушку к лицу, даже туфли свои на шпильках не сняла.
А крошечный холодильник сплошь заставлен сверху маленькими пустыми бутылочками.
Эдди достал из кармана черную с золотом авторучку и подошел к сумке.
Наклонился и осторожно, словно мину разминируя, отодвинул авторучкой край мешка.
Всмотрелся.
- Здесь оно.
- Это там?
Вторая рука все еще давила на плечо Кья, не давая ей встать.
- Это оно, точно, - сказал Эдди.
- Оставайся сидящей.
Рука убралась. А мужик, который, наверное, все это время стоял на коленях
у нее за спиной, встал, подошел к Эдди и тоже заглянул в сумку. Он был заметно
выше, в темно-бежевом костюме и ковбойских сапогах со всякими прибамбасами.
Ширококостное лицо, волосы посветлее, чем у Эдди, и большая багровая родинка на
правой скуле.
- Каким образом ты уверен?
- Да господи, Евгений...
Мужик распрямился, посмотрел на Мэриэлис, снова нагнулся и отнял у нее
подушку.
- Как твоя женщина спит на кровати этой комнаты, Эдди?
Эдди взглянул на Мэриэлис.
- Черт.
- Ты говоришь нам девочка и твоя женщина это "случайно". Ты говоришь нам
они встретились на самолете это только случайно. Твоя женщина здесь это тоже
случайно? Мы не любим такие случайно.
Эдди перевел взгляд с Мэриэлис на мужика (русский он, не иначе), а затем
на Кья.
- Какого черта эта сука здесь делает? - Словно Кья в этом виновата.
- Она нашла нас, - сказала Кья. - Она сказала, что знает кого-то в
таксишной фирме.
- Нет, - покачал головой русский, - мы знаем кого-то в таксишной фирме.
Это слишком много случайного.
- Но ведь теперь-то все в порядке, эта штука у нас, - вмешался Эдди. -
Зачем усложнять ситуацию?
- Пожалуйста, разберись. - Русский потер правой рукой щеку, словно в
надежде отшелушить родимое пятно. - Мы даем тебе изотоп. Ты хочешь узнать, есть
изотоп, ты можешь тестировать. Ты даешь нам это. - Он пнул сумку острым носком
сапога. - Как мы уверены?
- Евгений, - вздохнул Эдди, - ты должен знать, что подобные сделки
неизбежно основываются на определенном доверии.
Русский задумался и упрямо покачал головой.
- Нет, основа не хорошая. Наши люди проследили эту девочку к большой
рокерской команде. На что она работает, Эдди? Сегодня мы послали людей с ними
поговорить, они бросились на нас, как долбаные волки. Одного из людей я еще
недостаю.
- Да не работаю я на "Ло/Рез"! - взмолилась Кья. - Я просто состою в
клубе. Мэриэлис подсунула эту штуку мне в сумку в самолете, когда я спала.
Масахико застонал, вздохнул и снова отключился.
- Очухался? Мало было? Добавить? - Эдди угрожающе поднял руку с
парализатором.
- Эдди, - сказала Мэриэлис. - Ты неблагодарное говно.
Она сидела на краю кровати, сжимала свою зажигалку двумя руками и целилась
из нее в Эдди.
Эдди окаменел. Как струя мочи, посыпанная хитрым японским порошком.
- Вот это основа, - сказал русский.
- Господи, Мэриэлис, - затараторил Эдди, - да где ты взяла этот ствол? Ты
хоть представляешь себе, насколько это незаконно, здесь, в Японии?
- Сняла с одного русского мальчика. Выходные отверстия размером с
грейпфрут... - Мэриэлис говорила вполне нормально, без всяких заплетаний языком,
но вот в ее покрасневших, с набрякшими веками глазах было что-то определенно
пьяное, устрашающе пьяное. - Ты думаешь, Эдди, что можешь так вот пользоваться
людьми? Попользовался и выбросил?
Мэриэлис сковырнула левую туфлю носком правой, затем пальцами левой ноги -
правую и встала. Чуть покачиваясь, однако зажигалка, которую она держала, точьв-точь
как копы в телевизоре, двумя плотно сцепленными, вытянутыми вперед
руками, оставалась направленной прямо на Эдди.
В руке Эдди тускло поблескивал парализатор.
- Мэриэлис, - крикнула Кья, - скажи ему бросить эту черную штуку.
- Урони на ковер, и без резких движений, - сказала Мэриэлис, явно
наслаждаясь, что вот выпал и ей случай произнести эту тыщу раз по телевизору
слышанную фразу, и произнести вполне серьезно, без шуток.
Эдди беспрекословно разжал пальцы.
- Теперь отбрось ногой в сторону.
Вторая половина той же фразы, подумала Кья.
Парализатор остановился в паре футов от ее коленки, рядом с так и
подключенными к "Сэндбендерсу" гляделками. На черных слепых стеклах гляделок
выделялись плоские квадратики простейших видеокамер; если она их активирует, то
увидит с тараканьей точки зрения босые ступни Мэриэлис, ботинки Эдди, ковбойские
сапоги этого Евгения и, может быть, щеку Масахико.
- Говно, - сказала Мэриэлис. - Говно неблагодарное. Убирайся в ванную.
Непрерывно удерживая Эдди и русского под прицелом зажигалки, она
переместилась по широкой дуге, теперь открытая дверь ванной была прямо за их
спинами.
- Я понимаю, что ты раздосадована...
- Говно. А говну, Эдди, место в сортире. Убирайся в ванную.
- Сейчас, сейчас.
Эдди вскинул перед собой раскрытые ладони, словно призывая ее к разуму и
пониманию. И осторожно попятился. Русский последовал его примеру.
- Семь, - сказала Мэриэлис. - Семь трижды долбанных лет. Тогда, вначале,
ты еще не был говном. С виду не был. Господи. Ты и все эти твои разговорчики по
пижонскому мобильнику. Меня сейчас стошнит. Кто платил за эту долбаную квартиру?
Кто покупал еду? А кто тебе, пижону сраному, покупал твои долбаные костюмы? Ты с
твоим хитрым мобильником и твоим долбаным имиджем, и тебе ж, конечно, нужно
иметь самый маленький мобильник, потому что член у тебя совсем не самый большой,
уж это ты мне поверь.
Руки Мэриэлис начали трястись, теперь зажигалка казалась вдвойне опасной.
- Мэриэлис, - сказал Эдди, - ты должна понимать, что я прекрасно понимаю,
чем я тебе обязан, сколько ты сделала для моего роста. Я не забываю об этом ни
на секунду, ни на полсекунды, и никогда, поверь мне, лапочка, никогда не забуду,
а все это, это просто небольшое недоразумение, случайный ухаб на нашем с тобой,
лапочка, жизненном пути, и если ты только перестанешь махать этим долбаным
пистолетом и успокоишься и мы с тобой выпьем, как разумные, культурные люди...
- Заткнись на хрен! - взвизгнула Мэриэлис, взвизгнула с такой
пронзительной громкостью, что Кья всерьез испугалась за свои барабанные
перепонки.
Рот Эдди захлопнулся почти со стуком.
- Семь трижды долбанных лет, - сказала Мэриэлис и повторила, как
заклинание: - Семь трижды долбанных лет. Год за годом. И два из них здесь, Эдди,
два из них здесь, мотаясь взад-назад, Эдди, и все это для тебя, и все для тебя.
И всегда свет, здесь... - По щекам Мэриэлис покатились цветные от смытой
косметики слезы. - Везде. Никогда не уснуть из-за этого света, как туман над
городом... В ванную.
Мэриэлис шагнула вперед; Эдди и русский отшагнули назад.
Кья протянула руку и схватила парализатор, не совсем понимая - зачем.
Спереди у него были два тупых металлических зуба, а сзади, сбоку, - красная
рифленая кнопка. И поразительно легкий. В школе, у гопников, их самоделки из
одноразовых фотокамер были куда тяжелее.
- И он всегда находит меня, этот свет, - пожаловалась Мэриэлис. - Всегда.
И все равно, что я пью, сколько пью и чем догоняю. Он находит меня и будит.
Взрывается из-под двери, как порох. И ничего с ним не сделаешь. Залезает в
глаза. И вся эта яркость сыплется...
Эдди был уже наполовину в дверях, а русский за его спиной, совсем в
ванной, и Кья это совсем не нравилось потому что рук его не было видно. Ванная
почувствовала русского и защебетала птичьими голосами.
- И это ты затащил меня туда, Эдди. - Мэриэлис перестала жаловаться, она
снова обвиняла. - В этот твой Синдзюку. Ты затащил меня, где этот свет всегда
может меня достать, а я никогда не могу от него спрятаться.
А затем она нажала курок.
Эдди завопил как резаный, начисто заглушив щелчок зажигалки, которая даже
и не зажглась.
Мэриэлис не растерялась, не запаниковала, а прицелилась получше и снова
нажала курок.
Из черного короткого ствола выплеснулся язычoк пламени; умолкнувший было
Эдди яростно взревел вышиб зажигалку из рук Мэриэлис, схватил ее за горле и
начал молотить кулаком по лицу, выкрикивая в такт ударам: "Сука! .. Сука...
Сука! "
Ни о чем не думая, Кья вскочила на ноги - и тут же обнаружила, что они
онемели от долгого сидения на полу и не слушаются. Тогда она превратила свой
бросок в кувырок, перекувырнулась еще раз, увидела перед собор щиколотку Эдди,
ткнула в нее парализатором и нажала красную кнопку.
Она не была уверена, что щиколотка - подходящее место и что разряд пройдет
через носок, но все обошлось наилучшим образом. Может быть, потому, что Эдди
отдавал предпочтение самым тонким носкам.
Однако разряд достал и Мэриэлис, так что они с Эдди дружно содрогнулись и
упали друг другу в объятья.
Мгновение спустя Масахико вихрем пересек комнату, захлопнул дверь перед
носом русского, схватился обеими руками за ручку, в прыжке упер одну ногу в
дверь, а другую в стену и так повис.
- Беги, - пробормотал Масахико, изо всех сил напрягая руки и ноги, а затем
его пальцы соскользнули с круглой хромированной ручки, и он приземлился задом на
милосердно мягкий ковер.
Кья увидела, что ручка начинает поворачиваться, прижала к ней парализатор
и нажала кнопку. А потом нажала еще, и еще, и еще...
* 37. Трудовая практика
Лэйни вернулся на переднее пассажирское сиденье зеленого фургончика и
теперь ждал, пока Арли подключит серый Куваямов блок. За ветровым стеклом серела
глухая бетонная стена. Бок малость отошел, но вот встреча с Куваямой и идору
плюс последующее выяснение отношений с Ямадзаки окончательно его запутали. Если
Рез и Рэи Тоэи решают все вместе и если Ямадзаки решил им подыгрывать, в какое
положение ставит все это его? Трудно ожидать, чтобы Блэкуэлл так вот сразу взял
и проникся идеей, как это мило и очаровательно, что Рез и Рэи соединят свои
судьбы. С его точки зрения, Рез все еще пытался жениться на виртуальной девице,
а это есть чушь, если не того хуже.
С другой стороны, Лэйни теперь понял, что идору куда сложнее и мощнее
любого голливудского синтактера. Особенно если Куваяма не врет насчет ее
фантазий, превращающихся потом в клипы. Все - крайне немногие - познания Лэйни
об искусственном интеллекте были получены в "Слитскане" как побочный продукт
исследования бестолковой личной жизни одного из ведущих специалистов по этому
предмету, однако он твердо усвоил, что, по всеобщему мнению, настоящий ИИ так
еще и не создан и что все последние разработки осуществляются в направлениях, и
близко не лежащих с созданием программы, разыгрывающей из себя очаровательную
юную особу.
Считалось, что, если истинный ИИ будет в конце концов построен, в нем,
скорее всего, не будет ровно ничего внешне человеческого. Лэйни запомнился
просмотр лекции, в которой этот самый специалист высказывал предположение, что
ИИ может быть создан по чистой случайности, так что сами его создатели не сразу
поймут, что же это такое у них получилось,
- Прости, что мы так долго возимся, - сказала Арли, залезая в фургончик с
водительской стороны.
- Да понятно, вы же ничего такого не ожидали.
- И заморочка-то самая глупая, с оптическим разъемом. Кабель не
присоединить. Они применяют другой стандарт, французский. - Арли обвила баранку
руками и уткнула в них подбородок. - Вот так-то и получается, мы спокойно
справимся с этими огромными объемами информации - и не имеем под рукой нужного
переходника.
- А что же тогда?
- Шаннон побежал в свой номер, говорит, у него там есть. Не иначе как
порнуху японскую смотрит. И еще. У него, у Шаннона, есть дружок в охране, и он
говорит, что Блэкуэлл "порасспрашивал" одного из мужиков, которые пытались
сегодня захватить Реза.
- Так это что, это все-таки он был им нужен? Рез?
- Вроде так. Они комбинатские, и им сказали перед налетом, что Рез что-то
такое у них украл.
- Украл? Что?
- Этот мужик не знает. - Арли прикрыла глаза.
- А что с ним теперь, с этим, которого допрашивал Блэкуэлл?
- Не знаю. - Она открыла глаза и села прямо. - И как-то сомневаюсь, что мы
когда-нибудь это узнаем.
- Он что, и вправду такое может? Пытать людей, убивать?
Арли молчала.
- Как бы там ни было, - сказала она в конце концов, - заставляя нас
думать, что это возможно, он получает серьезное преимущество. А в прошлой своей
жизни он точно этим занимался. Ты знаешь, что меня больше всего в нем пугает?
- Что?
- Иногда я ловлю себя на том, что вроде и привыкла к нему.
Стук в дверцу с ее стороны. За окном - Шаннон с соединительной кишкой в
руках.
- Скажи, когда будешь готов. - Арли открыла дверцу и выскользнула наружу.
Лэйни смотрел сквозь тонированное ветровое стекло на бетонную стену и
вспоминал ступеньки у дверей гейнсвиллского муниципального суда, как он следил
за чистотой на этих ступеньках вместе с еще двоими приютскими, Шакиллом и Кенни.
Шакилл тоже участвовал в тестировании медицинских препаратов, а Келли вскоре
перевели в другое место, куда-то около Денвера. Лэйни не знал их дальнейшей
судьбы, но это Шакилл первым заметил, что, когда вкалывают настоящий препарат,
во рту появляется такой металлический вкус, вроде как алюминий или еще что. От
пла-це-бо, сказал Шакилл, нет привкуса.
И ведь точно. Ты всегда мог сказать, то тебе ввели или это.
Они трое проходили там "трудовую практику", пять или шесть дней убирали
подношения, которы
...Закладка в соц.сетях
