Жанр: Научная фантастика
Николас Сифорт 5. Надежда смертника
...и качает головой и шепчет:
- Не смогу снова видеть его боль.
Мы все молчим, пока совсем не темнеет.
Снаружи раздается крик. Кому-то досталось ножом.
14. Роберт
Я диктовал своему компу Эйлин. Пока я отсутствовал, на основании моих
инструкций она отослала чип-заметки, подписала мои письма и доставила их. Теперь она
знала мой стиль гораздо лучше меня самого.
В кабинет заглянул Ван, мой административный помощник:
- Ваш отец просил заехать за ним в семь часов.
- Что ты ему сказал?
В его глазах мелькнула улыбка:
- Что вы опоздаете на двадцать минут, но беспокоиться не нужно. Воспользуетесь
шаттлом.
Поворачиваясь к клавиатуре, я погрозил ему пальцем, но улыбнулся. Когда-то
давно-давно я не успел на шаттл к Земле, и с тех пор отец решил, что я всегда безнадежно
опаздываю. Незаслуженная репутация.
Сегодня у меня была масса времени. Пожалуй, я покину вашингтонский офис в два,
хотя шаттл отлетает из Нью-Йорка только в 7.30. Можно будет спокойно принять душ в
собственной квартире в башне, немного выпить перед обедом. Только что-нибудь легкое,
иначе буду страдать во время ускорения.
Зазвонил мой телефон, но я его проигнорировал. Ван разберется со звонками. Он со
мной уже семь лет, и я вполне мог доверить ему улаживать разного рода дела, никого не
обидев.
Последний взгляд на письменный стол: терпеть не могу возвращаться туда, где
царит неразбериха.
- Роб, вам лучше ответить. - Ван показал на телефон.
Я вздохнул:
- С кем я говорю?
- С Тенером.
Можно было позвонить Адаму из вертолета или даже из душа: в квартире я
установил телефоны буквально на каждом шагу, но Адам всегда отвечал на мои звонки, я
тоже редко не снимал трубку, когда звонил он, хоть был молодым перспективным членом
Генеральной Ассамблеи от приморских городов, а он - всего лишь секретарем
отставного политика, который больше не имел никакого веса.
Я снял трубку:
- Боланд слушает.
У Адама был напряженный голос:
- Не заглянешь на несколько минут?
- Я уже...
- Прошу тебя.
Пришлось пересмотреть планы на ходу:
- ...выхожу. Скоро буду.
В вертолете я гадал, с чего он вдруг обратился ко мне с такой просьбой. Капитан
удалился в свой монастырь, поэтому дело явно не касается законопроекта о
реконструкции. Разве только отец начал претворять в жизнь свою кампанию по
нейтрализации влияния капитана, а Адам понял, откуда ветер дует.
Но отец обещал подождать, хотя последние высказывания капитана не слишком
обнадеживали. Сифорт предложил больше денег направить в нижние города.
Политически это было невозможно, особенно если учесть сегодняшние жесткие
настроения. Это понял бы любой - кроме капитана.
Пока мы летели в сторону пригорода, я смотрел на раскинувшийся внизу
Вашингтон. Несмотря на все попытки остановить процесс обветшания зданий, до сих пор
встречались места, куда не хотелось приземляться, особенно с перегретым ротором.
Идеализм Сифорта вызывал искреннее восхищение, но наша экономика все еще не
оправилась от нападения инопланетян. Это была настоящая катастрофа. Бомбей, Марсель,
Мельбурн были стерты с лица земли, множество других городов до сих пор залечивали
раны, нанесенные взрывами бомб. Хуже того, наш космический флот был фактически
уничтожен. Денежки на оборону текли тонким ручейком, не то что прежде.
Каждый юнибакс, направленный на поддержание запущенных городских улиц,
означал, что меньше средств будет израсходовано на башни или иные достойные проекты.
Только щедро подпитывая нашу финансовую базу, мы сможем обеспечить экономический
рост общества в целом.
И все-таки я пришел к выводу, что вопрос с Сифортом под контролем. Адам
напомнил капитану, что политическое будущее - и мое, и моего отца - зависит от
принятия этого законопроекта. И мы знали - Сифорт желает нам успеха. Я подозревал,
что в большей степени это относится ко мне. В конце концов, я был одним из его протеже.
Я прищурился на солнце, отыскивая взглядом резиденцию капитана. Мой пилот
направлял вертолет на посадочную площадку.
Одному только Богу известно, где бы поселился капитан после отставки, если бы
выбирал сам. Отец был одним из тех, кто организовал Секретарский фонд, занимавшийся
сбором средств для отставного генсека.
В проспекте фонда было написано: "От благодарного населения". В значительной
степени так оно и было. Несмотря на все свои недостатки как политика, изгнав рыб, Ник
Сифорт сохранил нашу цивилизацию и заслужил комфорт после отставки. Многие попрежнему
преклонялись перед ним. Он же, как всегда, реагировал на это с равнодушным
пренебрежением.
Мы пролетели над стеной, окружающей резиденцию. Построенная на месте бывшего
поместья Ферфакса, она была оснащена суперсовременной охранной системой и давала
самое драгоценное в нашем переполненном мире - уединенность. Трехметровая стена
позволяла капитану и Арлине растить сына, не опасаясь пристального внимания СМИ.
Только вертолеты подвозили все новых гостей, как сейчас меня Мы дали капитану
пространство, огражденное стенами, и постоянно нарушали его покой.
Я спрыгнул на землю, пока лопасти все еще вращались. Ф.Т. поднырнул под руку
стражника, который удерживал его на расстоянии.
- Привет, мистер Боланд. Мама в доме. Мистер Тенер в своем бунгало, но
наверняка сейчас выйдет. Он постоянно глядит на посадочную площадку, когда пролетает
вертолет.
- Здравствуй, Филип, - неловко обнял его я. Скоро он превратится в долговязого
подростка. Уже сейчас голос у него звучал ниже.
- Я закончил собирать модель, которую вы мне подарили, и написал изготовителям
о допущенных ошибках. В кормовой части у "Челленджера" три лазерные орудийные
башни, а не две. С двумя у модели более симметричный вид. Наверно, поэтому они и
погрешили против истины. А вон и мистер Тенер. Вы останетесь к обеду?
- Не думаю.
- О, - лицо у него вытянулось.
- Я надеялся... Я был... - Он умолк. Потом голосом примерного мальчика: -
Приятно видеть вас снова, сэр.
- Привет, Роб. - Адам протянул руку. - Выпьешь чего-нибудь?
Он рассеянно погладил Филипа по плечу.
- Что-нибудь легкое.
Тенер повел меня в бунгало, мальчик пошел следом. Через несколько минут мы
сидели в его дворике.
- Роб, мне нужно... - Адам проглотил откуда-то появившийся комок в горле - Не
мог бы ты... Я хочу сказать...
Я ждал.
Наконец он выпалил:
- Джареда больше нет.
- Умер? - поразился я. Ф.Т., сидевший напротив, широко раскрыл глаза.
- Боже, нет. - Адам был совершенно подавлен. - По крайней мере, я надеюсь на
это. Он ушел вчера во второй половине дня.
- Ты звонил в полицию?
- Сегодня утром, когда он не вернулся. Адам встал и принялся расхаживать.
- Я надеялся, что он потихоньку вернется через окно и утром я обнаружу, что он
спит у себя в постели. У военных в сети есть его голографическое фото, но передавать его
в общественные сети они не будут. Не хочу, чтобы трепали имя командира. Откровенно
говоря, я надеюсь, что он никогда не узнает об этом. Ты знаешь, в каком он настроении
после посещения Ланкастера. Нагрузить на него еще и эту ношу... - Покраснев, он
отвернулся. - Я подумал: может, с твоими связями...
- Конечно, - отрывисто отозвался я. - Позволь воспользоваться твоим
телефоном.
Отец по своим, а я по своим каналам, вдвоем мы поднимем на ноги все силы на
восточном побережье. Мальчишку обязательно найдут и с позором водворят домой.
Другого он и не заслуживает: Адам посерел от беспокойства.
Я позвонил Вану и объяснил, что нужно сделать, зная: как только я положу трубку,
он обзвонит всех, кого нужно, по личным, незарегистрированным номерам. Когда я
вернулся в дом, Ф.Т. уже не было. Адам пробормотал:
- Спасибо тебе.
- Не за что, - совершенно искренне сказал я, - Что еще я могу для тебя сделать?
- Даже не представляю. Как у нас разыскивают пропавшего подростка?
- Мы предоставляем это делать профессионалам. - Я допил до конца и переставил
свой стул в тень. - С другой стороны, разве капитан не бросился разыскивать свою
первую жену?
- Это другое дело. Анни отправилась на улицы, одурманенная лекарствами. Даже
Джареду известно, что трущобников нужно избегать.
Адам снова заходил взад и вперед.
- Наверняка можно еще что-нибудь сделать.
Да, лишить этого щенка наследства, подумал я про себя.
- А Ф.Т. ничего не знает?
- Он сказал, что если бы знал, что Джаред собирается убежать, то взвесил бы:
сообщать ли мне об этом, - криво улыбнулся Адам. - Так и сказал: взвесил бы. Н-да.
Хороший мальчишка.
Возможно, выпитое придало мне храбрости.
- Ты заслуживаешь такого сына, как он. Не Джареда.
Я затаил дыхание, ожидая взрыва. Но так и не дождался.
- Иногда мне хочется...
Что ему хочется, я так и не услышал. Он вздохнул и встал.
- Спасибо за помощь. Ты не можешь остаться?
- К сожалению, нет. Сегодня мы с отцом отправляемся на станцию Наземного
порта. Прием, на котором обязательно нужно быть.
Ирония судьбы: несмотря на многочисленные бальные залы и центры для
проведения конференций, разбросанные по городским башням, Ассоциация строителей
проводила ежегодное собрание на высоте. Я посмотрел на часы:
- Пожалуй, лучше мне не опаздывать на шаттл. Адам проводил меня до
ожидающего вертолета.
- Если он... когда он вернется, я буду вести себя с ним по-другому. Я наблюдал, как
командир разговаривает с Филипом. Как бы мальчик ни был ему дорог, он делает так, как
лучше, а не как хочет его сын. Мне никогда не удавалось следовать его примеру.
- А теперь?
Его лицо посуровело.
- Я поступлю так, как предписывает долг.
Мгновение спустя резиденция осталась далеко внизу. Удастся ли Адаму сохранить
свою решимость? Вряд ли. Люди так легко не меняются.
Жаль Адама. Нельзя сказать, что никто не способен оказать ему содействие.
Общественные институты были готовы помочь ему с мальчиком в любую минуту. В
конце концов, Адам может ходатайствовать о том, чтобы поместить его в исправительную
колонию как подростка, сбившегося с пути. Мятежные века двухсотлетней давности были
признаны отклонением от нормы. До совершеннолетия, то есть до двадцати двух лет,
юридически за мальчика нес ответственность его отец.
На посещение Адама у меня ушло не больше часа, так что свободное время у меня
еще оставалось. Не представляю, как случилось, что я на десять минут опоздал на встречу
с отцом.
В шаттл-порту благодаря VIP-статусу мы быстро покончили с формальностями
отлета.
[???]
Отец положил свой [???]
Адмирал и глазом не моргнул.
- Верно, это составит половину того, что нужно иметь на сегодняшний день.
Эйврил Пибоди, член строительной группы, фыркнула в ответ. Официанты из
"Хилтона" вокруг нас сновали с подносами, уставленными закусками.
Адмирал Торн неодобрительно взглянул на Пибоди:
- Оружие нового типа позволило нашему флоту возобновить снабжение колоний,
но сколько лет потеряно! Новые исследования Космоса приостановлены. Открытие
колонии Касабланка пришлось отложить еще на два года.
Представительный Сулейман Франджи, бывший заместитель генсека, похлопал
Торна по плечу:
- Ну, ну, Джефф, не горячись. Флоту будут выделены большие фонды.
- При нашей полной поддержке, - заметил я.
Все одобрительно закивали. Отец добился признания, став главой ВоенноКосмического
Комитета, который он возглавлял до сих пор.
- И моей, - добавил Франджи. - Кстати, мы запланировали приступить к работе
в октябре. Так что на расчистку территории у нас остается около месяца.
Тучный мужчина из Хартфорда был поражен:
- Так быстро? Да ведь там, кажется, двадцать громадных кварталов?
Франджи улыбнулся:
- На них не проживает ни один избиратель. На этой территории нет башен.
Все было как всегда. Прежде чем стать избранными, в силу обстоятельств политикам
приходилось считать карточки голосования. Все службы Нью-Йорка фактически были
отсечены до Бронкса, когда уклонисты в конечном счете утратили здесь контроль над
ситуацией. Долгое время избиратели-уклонисты останавливали нас, но теперь старый
Бронкс, квартал за кварталом, сравнивали с землей и застраивали заново, вытесняя с них
банды одичавших трэнни. Так же, как это наконец произойдет и с центром города.
Франджи заслуживал поощрения и как строитель, и как человек, пекущийся о
партии.
- Сэр, мы ценим вашу работу в отношении городов. Будем надеяться, что на
будущий год вы приступите к третьему этапу.
- Боже, - он пришел в замешательство, - Нет, возведение одиннадцати башен так
быстро завершить не удастся. Он задержал официанта и взял другой бокал. Джефф Торн
промолчал, но, как только представилась возможность, отвел отца в сторонку. Я из
любопытства последовал за ними.
- ...строить как можно быстрее. Для выполнения задачи, которую нельзя
откладывать, нам пришлось отправить вперед почти весь флот. Понимаете ли вы, -
адмирал указал на восток, где располагались стоянки ВКС, - что местного флота теперь
почти не существует? Мы почти полностью полагаемся на кошачьи концерты Ника
Сифорта. Если опасность возникнет в Солнечной системе, нам будет непросто отыскать
корабль, годный для защиты.
- Опасность? - поднял брови отец. - В наше время очень маловероятно. Кроме
того, рыбы теперь больше не угрожают, а что касается восстания... - он махнул рукой в
ту сторону, где раскинулись просторные здания штаба ВКС, построенные вместо тех, что
разрушили рыбы в Лунаполисе на поверхности Луны. - Если возникнет что-нибудь в
этом роде, ваши лазерные установки смогут всех успокоить. По крайней мере так уверяли
нас ваши конструкторы.
Торн перешел к обороне:
- Конечно. Порт Земли находится на геостационарной орбите. Нью-Йорк и
Вашингтон всегда находятся на одной линии, и мы можем установить четыре лазера на
непрерывный огонь. После такой бомбардировки не выживет ни один враг. Что же до
Европы, то в случае необходимости мы можем придать ускорение земной орбите. Хотя
после этого восстановить орбиту будет невероятно трудно. Если дойдет до этого, мы
сможем точно определить фактически любую точку в пределах сорока градусов от
экватора. Вы не видели наши лазерные установки? В прессе сообщают, что церемония
открытия состоится через месяц, но они уже функционируют, и я с удовольствием
проведу вас туда.
Я застонал. Отец никогда не упустит возможности посетить все, что связано с ВКС.
Возможно, он услышал мой стон. Отец ласково улыбнулся:
- Мы с Робом будем в восторге. Возможно, после обеда.
Я отошел с застывшей на губах улыбкой. Я тоже любил Военно-Космический Флот,
но рассчитывал пораньше отправиться спать, а не тащиться по лабиринтам околоземной
станции.
Это была наша старейшая и самая крупная орбитальная станция. Сквозь множество
шлюзов тек постоянный поток пассажиров и грузов, предназначенных для наших
расширяющихся колоний. Сюда, в свою очередь, прибывали собранный урожай и
разнообразная продукция для Земли.
На станции работал и жил многочисленный персонал. "Хилтон", в банкетном зале
которого мы стояли, был одним из четырех роскошных отелей, которыми гордилась
станция.
Я остановился поговорить с группой строителей из кооператива Южной и Северной
Каролины, заверив их, что после принятия Постановления о реконструкции они получат
часть заказов.
Я знал, что адмирал Торн искренне беспокоится о флоте. Благосостояние Земли в
значительной степени зависело от импорта из ее далеких колоний. Для перевозки
космические корабли были жизненно необходимы, а со времени вторжения рыб ВКС
испытывали постоянную нехватку кораблей.
Торговля продолжалась, но цены росли. Беспокойное правительство Дерека Кэрра на
планете Надежда, например, в два раза подняло пошлину на импорт с Земли, чтобы
отомстить за высокую стоимость перевозки, назначенную ВКС.
Ввиду этого секретарь по колониальным делам в правительстве был вторым по
значимости и влиянием превосходил даже главного заместителя генсека.
Даже отец не знал о том, что я уже давно наметил этот пост для себя.
Сначала пройти в Сенат. А потом пробьет мой час.
15. Педро
Я ворчал на Пуука, пока он помогал мне нагружать тележку. Пришла пора снова
отправляться к сабам. На этот раз парнишка не жаловался, что ему придется тащиться со
мной. Похоже, он очень этого хотел.
Как только мы добрались до лестницы сабов, он совсем затих, а когда мы начали
спускаться, вцепился в меня. Я шлепнул его по руке:
- Что с тобой? Может, лестница обледенела и боишься поскользнуться?
Это летом-то, в жару?
- Темно. - Он сделал еще шаг, снова схватил мою руку. - Не сыграй вниз,
старик.
Я улыбнулся. Парнишке тринадцать или четырнадцать, а в нем еще столько от
шестилетнего. Я выудил из кармана свой свисток, дождался, когда сабы, как всегда,
подойдут сзади. Пусть позабавятся, лишь бы нож не воткнули, как раньше бывало.
Сабы провели нас по туннелям к своему убежищу, где уже ждал Халбер. Пуук не
отходил от меня, пока не увидел парочку знакомых ребят-сабов. Он уселся в уголке и,
тихонько разговаривая, все время поглядывал в мою сторону, будто спрашивая: вы здесь,
мистр Чанг?
- Сколько еще можешь достать? - При свете перм лицо Халбера выглядело
желтым.
- Сколько хочешь, - заверил я его. И поспешно добавил: - Если найдешь, на что
поменять.
Он широко улыбнулся. Зубы жуткие, а некоторых так и вовсе нет.
- Заметано. Чанг ведь торгаш.
Я ждал.
- Еще штук семьдесят-восемьдесят.
Я поглядел ему в глаза:
- Саб Халбер, что ты задумал? Хочешь включить целую линию подземки?
Он выглядел мрачным.
- Откуда знаешь про это?
- Хотел надуть Педро Теламона Чанга? - хмыкнул я.
Наверно, никто не сказал Халберу, что мэйс, который когда-то вместе с Рыболовом
проехал в подземке, был мой Эдди.
- Чанг, - задумчиво проговорил он, - Ты тут предлагал созвать нижних на совет.
Как нам собрать вожаков всех племен?
Я скрыл радость.
- Точно не знаю. С чего это ты вдруг заинтересовался?
Халбер размышлял вслух:
- Последнее время выпихнули кучу племен. Не знаю почему, да только скоро мы не
будем знать, кто над нами.
Он сплюнул.
- Бронки - сущее дерьмо. Синие банданы, татуировка - вот и все. Ни мозгов, ни
племени. Их держит вместе только злоба. Не хочу, чтоб хэггы превратились в такое же.
В углу зашумела ребятня. Похоже, небольшая драка.
Халбер встал:
- Чако, утихомирь их! Пусть заткнутся!
Чако вскочил с места и ринулся было к ним, но Халбер его остановил:
- Хочешь, твоего парнишку утихомирим отдельно?
- Не.
Пуука пора учить уму-разуму, пока он не доведет кого-нибудь до крайности.
Раздался визг, затем наступила тишина. Халбер снова сел.
- Сколько нейтралов ты знаешь?
Я поднял глаза:
- Знаю кой-кого. Зачем спрашивает?
- Можешь попросить нейтралов передать племенам, что обещаем вожакам
безопасность, если они спустятся к сабам? Послушаются все племена?
Педро, осторожно. Ты же хотел, чтоб Халбер согласился с тобой.
- Нужно доказать, что сабы не нарушат слово.
Он обдумал мои слова и осторожно спросил:
- Как?
Пора рубить напрямик.
- Для Чанга достаточно и слова, которое дал саб. Но пойми: другие племена боятся
сабов. Они в туннель ни ногой, если... - Я молчал, пока не почувствовал его нетерпение.
- Если ты не направишь кого-то из своих людей к племенам для гарантии.
Вид у него был потрясенный.
- Сабам - на улицу? Наружу?
Я кивнул.
- Дерьмо?
Пора надавить.
- Твои люди боятся?
Его рука потянулась к ножу, как я и ожидал. Я не шелохнулся.
- Потому что страх - одна причина не предложить своих людей в заложники на
время переговоров.
Если б вместо него был Карло или кто другой из мидов, я бы даже не пытался
затеять этот разговор, но Халбер человек разумный. Его гнев медленно затихал.
- А где их держать?
- Не знаю. Но это не так уж важно. Пусть племена решают. Когда вожаки вернутся
домой, сабов отпустят.
- Сколько?
Он обмозговывал идею. Это хорошо.
- Несколько.
Достаточно, чтобы сабам не пришло в голову обмануть.
- Детишек не брать, - предупредил он. - И взрослых сабов не слишком много.
- Можно обговорить, - я похлопал его по колену. - Предоставь это старому
Чангу. Когда?
На обратном пути Пуук шел надутый. Я прикрикивал на него, чтоб глядел в оба. А
заодно, чтобы отвлечь.
- He трогайте меня, мистр Чанг.
- Крови не видно, - поддразнил я его. - Ну, вздул он тебя слегка. Не сильнее
главаря мидов.
- Не в этом дело, - он с усилием толкал тележку, - Нисколько больно не было.
Тут Пуук застенчиво глянул на меня.
- Элли обещала показать мне туннель, но не могла, потому как вожаки наблюдали.
- А что такого особенного в туннеле? У сабов всюду туннели. Эй! Переверни
тележку, и я так тебя вздую!
- Не переверну, - буркнул он. - Не знаю, что такого особенного в этой тележке?
Выждал, пока мы шли по территории бродов. Проклятая мзда. Мы зашагали дальше.
- Элли говорит, - он понизил голос, - сабы собираются открыть туннель паркам.
Я не должен говорить.
Хорошо бы разузнать побольше. Разговорить Пуука можно только одним способом.
- Лажа, малыш. Не будут сабы устраивать обмен с парками.
- Она говорит, уже почти готовы отпереть лестницу. Выходит к Парку. Куча сабов
перебрались туда жить. Будут готовы, когда надо.
Что такое задумал Халбер? Сабов боялись по всему городу. Очень буйное племя. Но
парки... это просто животные. Как крипснблады в Бронксе. Никто не приближался к
Парку ни днем ни ночью, он зарос высокими деревьями и кустарником. Если кто из
нижних зайдет, больше не выйдет. Верхние тоже.
Если Халбер собирается открыть вход в туннель на краю Парка, значит, у него чтото
на уме. Вот только что? Быть что будет.
Все-таки лучше выяснить, прежде чем устраивать встречу всех вожаков.
Ночью я сидел и убаюкивал себя при свете пермы, Пуук не мог долго спокойно
сидеть на месте. Да, этот паренек весь в движении.
Он не понимал.
Да я и сам не понимал. Нужно на время перестать об этом думать, пока в голове не
прояснится.
Тем временем с водой становилось все хуже.
Я изо всех сил старался уговорить Эдди еще раз навестить своего Капитана, но он
твердо сказал "нет" и стоял на своем. Настаивать я не мог. Только потерял бы друга. И
все-таки Капитан был единственным известным нам верхним, который не забывал о
нижних. Но его одного тоже недостаточно.
Пуук начал приставать:
- Мистр Чанг, пустите на улицу! Не могу больше в темной комнате.
Я передвинул все коробки, как вы велели.
Я отпустил его, чтоб не приставал, и налил себе чаю.
Нет, со встречей нижних ничего не получится. Может, когда-нибудь нам удастся
сколотить нижних в единое племя вместо воюющих друг с другом кучек. Вот только
хватит ли мне времени остановить верхних, пока все племена не перемерли. Рано или
поздно они пришлют сюда людей, чтобы все снести, как это случилось с мэйсами, а потом
понастроят еще башен, высоких и надменных.
Снести дома-развалюхи - в этом нет ничего плохого. Вот только что они сделают с
теми, кто живет внутри? Да ничего. Просто выпихнут их. Убьют, если будут
сопротивляться. И думать не о чем. Никому до этого дела нет. Если они убьют несколько
сотен или больше, никаких сообщений об этом в голографических журналах не появится.
Как же остановить?
Пуук вернулся усталый, но довольный. Поносился вокруг, как и положено
мальчишке. Почему мы живем в мире, где ему приходится всюду ходить с ножом, чтобы
остаться в живых?
Мир нижних. Вот так-то, Чанг. И нечего беспокоиться. Лучше еще чаю.
Пока возможно.
Не удастся мне сидеть и пить чай, пока бульдозеры не снесут магазин. Встреча с
сабами - хорошее начало, но нужна еще одна козырная карта. На всякий случай.
Пуук уселся на скамеечку.
- Думаешь, здоровяк Эдди нормально добрался домой?
Я засмеялся:
- Об Эдди не переживай. Кто сумеет его остановить?
Он положил подбородок на подлокотник моего кресла.
- А почему он печалился за Рыболова?
Я взъерошил ему волосы:
- Он дважды взял женщину капитана.
- Не, не может быть. Не то Рыболов бы его пришил.
- Рыболов, он... другой.
Я умолк, вспоминая две свои встречи с капитаном. В моем магазине и в монастыре.
Может, устроить еще одну встречу?
Старому человеку нелегко добраться до города. Но это будет не первая моя вылазка
из Нью-Йорка. Как-то раз пришлось стиснуть зубы, истратить почти половину
скопленных монет, чтоб заплатить за билет на суборбитальный. Эдди я заставил заплатить
за себя. Ему не страшно, он получает пособие, а Чанг нет.
Проблемы мэйсов интересовали не меня, а Эдди, но он не решился бы встретиться с
капитаном, если б Чанга не было рядом, словно он все еще был мальчишкой. А потому
старый Чанг надел спортивный костюм, постригся как будто он из предместья и двинулся
в путь.
Это сработало. Могло б сработать и на этот раз, если б Эдди попытался. Но он
боялся. На лице капитана он увидал собственную вину.
Пуук пошевелился.
- Рыболов просто испугался Эддибосса, потому как он жутко большой.
- Рыболов ничего не боится. В этом его сила.
Я сидел и размышлял над собственными словами. И вдруг понял, что делать.
Людей с улицы к нему не допускали, но нужно было попробовать. Я поглядел на
Пуука:
- Может, возьму тебя еще в одно путешествие.
Парнишка засиял:
- К сабам? Ладно, мистр Чанг. Сделаю все, что скажете.
- Не, - засмеялся я. - Гораздо дальше.
На подготовку у меня ушло около дня. Сначала нужно было отыскать приличную
одежку Пууку. Это легко - наверху лежит целая куча.
Дальше было потруднее. Следовало придать Пууку мало-мальски приличный вид,
чтобы его пустили в поезд. Всех нижних обычно останавливали у ворот. У них было при
себе слишком много оружия.
Первым делом волосы. Когда я попытался его остричь, он сопротивлялся, словно
Самсон. Наконец я потерял терпение и стегнул его пару раз, чтоб успокоился. Он сразу
присмирел - понял, кто тут главный. Но Господи Иисусе, как же он возненавидел
стрижку! То и дело гляделся в зеркало и сам себе показывал язык.
Мытье я оставил напоследок. Не притворное мытье, что он сам проделывал, а как
следует, с мылом. Пришлось потратить много драгоценной воды, но раз надо, так надо.
Думал, не справлюсь с ним. Кончилось тем, что от отчаянья я выкинул его из
магазина и запер дверь. Единственный способ успокоить этого мальчишку. Когда я
наконец впустил его, Пуук утихомирился. Лицо мрачное, но
...Закладка в соц.сетях
