Жанр: Научная фантастика
Пришедшие из мрака 1. Вторжение
...ошептала она, - туахха, древний вихрь жизни... вихрь, что подхватил
нас и унес... - И, помолчав, добавила: - Я не знала, что это так прекрасно...
Он погладил ее нагие плечи, заглянул в глаза. В серебряных озерах сияли бирюзовые
зрачки.
- Вы так на нас похожи... во всем похожи, кроме того, чем отличаетесь. - Не
стопроцентная правда, но сейчас он искренне верил своим словам. Мечтательная улыбка
блуждала на его лице, и чудилось, будто он, покинув тесный отсек чужого корабля, вернулся на
Землю, в мир пусть не безопасный, но привычный и родной. Сидит себе на берегу Днепра, и
рядом девушка, краше которой нет...
Губы Йо тоже растянулись в неумелой улыбке. Ее ладонь скользнула от груди к животу,
потом - по гладкой мраморной коже бедра и замерла на колене. Кажется, ее не смущала
нагота.
- Искусство, - вдруг сказала она, - ваше странное искусство, стриптиз-шоу... У нас
такого нет. Я сейчас как та земная женщина, которая раздевалась... Мой вид тебе приятен?
- Приятен, - подтвердил Литвин. - Но стриптиз тут ни при чем. Ни стриптиз, ни
искусство, ни ваши и наши, ни долбаная Галактика. Это совсем другое, Йо, это касается только
тебя и меня. Тот вихрь жизни, о котором ты сказала... Он для нас двоих, понимаешь?
Ты еще поймешь, добавил он про себя. Поймешь, узнаешь смысл поцелуя, научишься
улыбаться и шептать слова любви. Если только...
Если мы останемся в живых, закончил он мысль. Если не сгорим в ядерном взрыве, когда
крейсера атакуют Корабль, не изжаримся в потоках плазмы, не умрем под залпом свомов. Если
нас не разыщут твои соплеменники, не прикончат тролли, не растерзает пхот... Жизнь - такая
тонкая ниточка во тьме и хаосе Вселенной! И так легко ее прервать!
Йо пошевелилась.
- Я хочу одеться. И еще мне нужен кафф... Без него неудобно ходить по Кораблю.
Приходится дезактивировать каждую мембрану.
- Где ты возьмешь все это?
- Где угодно. Везде есть такие... такие... у вас их называют распределительными
автоматами. Устройства, где можно получить одежду и кое-что еще.
- Оружие?
- Нет.
Литвин разомкнул объятия, и она поднялась. Нагая и прекрасная, она стояла и глядела на
него - не пленница и не союзник, а возлюбленная. Потом губы ее дрогнули, и плавные звуки,
так не похожие на отрывистую речь фаата, наполнили кабину.
- Что ты говоришь, милая?
- Древний язык, древние слова... В эру Первой Фазы ими встречали приход туахха.
Прежде они казались мне непонятными. - Вскинув руки, Йо запела, защебетала: - Две луны в
твоем взоре, на твоем лице их свет, жжет огонь твоих рук - то пламя туахха, пламя в тебе и во
мне. Я пыль, я прах, и вихрь несет меня в небо, вихрь жизни в твоих ладонях, долгий, как
вечность. Нет между нами преграды, нет разделяющих стен, я - это ты, ты - это я, два
перевитых стебля в огне туахха...
Она сделала странный жест, будто перекрестив наискосок мембрану, и исчезла.
И это у них было, думал Литвин, просовывая ноги в штанины комбинезона. Любовь и
любовные песни... Было и прошло! То ли потерялось в Затмениях, исчезло само собой, то ли
посчитали лишним и отбросили. Вместо дней любви, счастливого дара - искусственное
осеменение самок-кса, а всем остальным - летаргический сон. Может, и человечество дойдет
до этого? Скажем, после пары вселенских катастроф? Тем более, есть предпосылки - люди не
бино фаата, они не едины, и никогда едиными не были. И потому так просто сделать
следующий шаг, превратить китайцев в тхо, воинственных арабов - в олков, а африканцев и
индусов - в удобрение.
Если, конечно, сами фаата этим не займутся. Почему бы и нет? Судя по корабельным
условиям, все им на Земле подходит: и воздух, и вода, и тяготение, и климат, а что до земных
болезней, так с этим они, наверно, уже справились. Справились, размышлял Литвин, натягивая
башмаки; если бы тут были проблемы, всех пришельцев уже грипп скосил или кровавый понос
с дизентерией. И с остальным разберутся - с великой западной цивилизацией, с зелеными и
нью-луддитами, с космическим флотом и с Поднебесной, с бунтовщиками, террористами,
черными, желтыми, белыми, со всеми не вполне разумными землянами. Не уничтожат, но
превратят в рабов. Как сказал Корабль, мыслящие существа, способные трудиться - самый
ценный ресурс в Галактике.
Сквозь мембрану бесшумно проскользнула Йо и села напротив Литвина. Ее поза была
естественна и грациозна, как у японки; подобно этому народу, бино фаата почти не
пользовались мебелью. Кроме, возможно, столов для еды; что до сидений, диванов и коек, то их
заменяли пол и зоны невесомости.
На Йо, словно вторая кожа, переливался хризолитом комбинезон, в темных волосах
мерцал сфероид. Литвин вытащил свой кафф из ранца и тоже пристроил на виске.
Пространство раздвинулось, развернулось, тысячи зрительных нервов соединили его с
тысячами глаз в тысячах отсеков, но он, уже знакомым усилием, отключил мираж. Он хотел
смотреть только на Йо, видеть ее, любоваться, говорить с нею.
Глаза женщины вдруг расширились, бирюзовые зрачки поблекли, утонули в серебряном
фоне.
- У тебя кафф? Откуда?
- От тебя. Разве не ты мне его подбросила? В моей камере?
- Нет. Я... я хотела бы тебе помочь... даже еще раньше, до того, как нас связала
туахха... Но я не могла.
- Боялась?
Йо жестом отрицания развела руки.
- Это было бы бессмысленно. Наш кафф не подходит для людей Земли. Ваш разум...
мозг... устроен по-другому, чем у бино фаата. Не просто другие частоты, но иные связи между
нейронами, иное видение мира, более сильные эмоции... Так сказал Айве. Еще сказал, что ваше
подсознание - как бездна, затянутая туманом: пар возносится вверх, к разуму, влияет на вашу
оценку реальности, но этот процесс так сложен, что Айве с ним не разобрался. Вероятно,
подсознание - источник вашего искусства и религии, явлений, которые нам незнакомы и не
совсем понятны. Здесь, - Йо коснулась лба, - отличий больше, чем здесь. - Он прижала
ладошку к низу живота.
Их кафф не подходит! Вот так фокус! - подумал Литвин. Ясное и очевидное вдруг
обернулось тайной. Нахмурившись, он сдернул кафф и протянул его Йо.
- Дай мне твой. Хочу попробовать.
Шарик послушно присосался к виску. Ничего. Ни ощущения единства с Кораблем, ни
многоцветных картин от тысяч зрительных эффекторов... Йо тоже спрятала маленькую сферу в
волосах, но она осталась мертвой, не засветилась, не вспыхнула радужными огоньками. Ни тот,
ни другой интерфейс не работал.
Они снова поменялись каффами.
- Если не ты мне его подарила, то кто же? - произнес Литвин. - Без каффа я не прошел
бы через мембрану... я вообще не смог бы бродить по Кораблю!
- Он, - сказала Йо, широко раскинув руки, - он изготовил кафф для тебя. Айве
говорил, что не может понять, какие вы - полностью или частично разумные. Может быть,
такая классификация к вам вообще не подходит. Он этим заинтересовался и захотел вступить с
тобой в прямую связь. - Склонившись к Литвину, она шепнула: - У этих творений даскинов
бывают странные желания... очень странные!
- Он - это Корабль?
- Да.
- Но как он может что-то изготовить? Он - мозг!
- Есть такое... такие... ты бы назвал их мастерскими. В них он обходится без тхо и
делает разные вещи. С помощью механических рук.
Роботизированный завод, догадался Литвин. Похоже, Корабль нес не только экипаж с
боевым флотом, но целое производство - для ремонта, переработки сырья, возобновления
запасов и иных потребностей.
Подумав, он сказал:
- Я могу его спросить. Могу узнать у него, зачем он это сделал.
- Он не ответит.
- Ответит, если я прикажу.
- Прикажешь? - Зрачки в глазах Йо опять померкли. Видимо, это было знаком
удивления.
- Разве ты не можешь отдавать ему команды? С помощью каффа?
- Нет. Кафф всего лишь интерфейс для тхо. Он помогает поддерживать мысленную связь
во время разговора, пользоваться транспортом и распределителями, включать визуальные
устройства в нишах. Через кафф я связываюсь с Айве и другими полностью разумными. Еще...
- Подожди. - Литвин придвинулся к ней ближе и стиснул тонкое запястье. - Подожди,
девочка. Я поговорю с ним, а ты слушай. - Закрыв глаза, он позвал: - "Корабль! Мой кафф не
похож на обычный прибор для связи? Как он здесь появился?"
"Не похож, - подтвердил бесплотный голос Корабля. - О его появлении нет данных. Не
было, потом был".
"То есть он сделан не тобой?"
"Нет".
Секунду Литвин сидел как оглушенный, потом открыл глаза и произнес: "Со мной
женщина тхо. Заблокируй информацию о том, где она находится".
"Команда принята".
Он посмотрел на Йо. Она развела руки.
- Я ничего не слышала. Ты связался с ним?
- Связался. Он утверждает, что кафф и правда необычный, но изготовлен не им. Как
появился, тоже неизвестно. Не было, не было, потом - был.
Они уставились друг на друга.
- Даскины, владыки Галактики... - едва слышным голосом прошептала Йо. - У них
врата на газовом гиганте... Даскины могут появиться здесь за время вздоха...
- Мне казалось, что они давно исчезли. Миллионы лет назад... Разве не так?
- Считается, что исчезли, но кто об этом знает? Кто побывал на их мирах? Кто видел их
гибель? Кто познал пути даскинов?
Она задрожала, и Литвин привлек ее к себе. Расспросить бы подробнее об этих даскинах!
Глядишь, и ключик к Кораблю нашелся бы... Как-никак, эти квазиразумные твари - создание
даскинов, их имущество. Может, инструменты, брошенные за ненадобностью, а может, просто
мусор, который забыли или не пожелали уничтожить...
Но эта тема пугала Йо, и он решил не настаивать. Вдыхая сладкий запах кожи, он
поцеловал ее глаза, почувствовал, как трепещет тело под тонкой тканью одеяния. Как его
снять?.. - подумал Литвин и потянулся к застежке своего комбинезона.
Его рука остановилась на половине пути. Макнил! Он совсем забыл про нее! И что-то
еще... Что-то такое, что собирался непременно выяснить...
- Ты знаешь о многом, Йо, даже древний язык и древние песни вашей расы. Можно ли
сомневаться в твоем уме? И все же тебя считают тхо, ограниченно разумной. Тебя и Йегга...
Почему? Вы не похожи на олков и пилотов этих модулей, вы такие же, как Айве и другие
фаата. Вы...
Она прикоснулась ладонью к губам Литвина и снова зашептала:
- Ты ошибаешься, мы не такие, как Айве. Полностью разумные могут мысленно
общаться без приборов-усилителей, говорить почти без слов и отдавать приказы тхо,
дотянувшись до их сознания. Кафф им не нужен, понимаешь? Кафф, это... у вас бы сказали -
словно костыль для калеки, а калека - тхо, ментально недоразвитый, все породы тхо, и такие,
как я, и олки, и кса, и восемь прочих видов. - Шепот Йо стал быстрым, неразборчивым; она
бормотала как в бреду, обжигая дыханием шею Литвина: - Разумные приказывают, мы
повинуемся... не можем не повиноваться... не можем что-нибудь скрыть, да и скрывать нам
нечего... Мы служим, работаем, охраняем и в должный срок уходим в т'хами... в Новых и
Старых Мирах... цикл за циклом, без перемены, без радости.. Наше время быстро истекает, а у
фаата жизнь длинна... есть такие, что живут с начала Третьей Фазы...
Ощущая безмерную жалость, Литвин обнял ее и посадил на колени. Через несколько
минут, когда одежды были сброшены, когда их дыхание смешалось и тихие стоны Йо
всколыхнули воздух, когда его губы приникли к ее губам, он заметил, что кафф на ее виске
горит ослепительным пламенем. И в тот же миг его настигла мысль Корабля:
"Эмоции... какие сильные эмоции... в первый раз они не были так отчетливы..."
Глава 13
На Земле и в других местах
ОНИ - ЛЮДИ! Это было самой важной новостью, распространенной тысячами
информагентств, теле- и радиоканалов, сайтов Ультранета, газет, еженедельников и
обозрений. Новость обсуждалась всесторонне, что и подчеркивали заголовки репортажей:
"Контакт Третьего флота с кораблем Чужих", "Бино фаата - люди, а не чужаки",
"Пришествие братьев по разуму", "Бинюки - две руки, две ноги", "Они не ангелы, но повода
для опасений нет", "Эйнштейн ошибался: скорость света - не предел", "Посрамление
скептиков: новый взгляд на обитаемость Вселенной", "Адмирал Тимохин ведет переговоры с
бинюками", "Женщины бино фаата прекрасны", "Тайна перемещения в пространстве:
поделятся ли ею с нами?". Была озвучена директива ООН "О дружелюбном сдерживании",
после чего политиков прорвало: их прогнозы и гипотезы хлынули как из ведра, вливаясь в
мутный поток фантазий пишущей братии и мнений ученых мудрецов. Президент Франиспании
считал контакт столь же великим событием, как и создание общего рынка; британский премьер
не сомневался, что встреча двух цивилизаций, бино фаата и землян, откроет перед ними
блистательные перспективы; Конгрессом СШК был подготовлен меморандум с весьма
интересными мыслями - в нем, например, предлагался обмен идей: идеи демократии на
чертежи межзвездного двигателя. Тут же откликнулась Москва; там полагали, что молодая
демократия России может одарить пришельцев более свежими рецептами. Главы обеих великих
держав выступивши с посланиями к стране и миру. Российский лидер вспоминал о собственной
предусмотрительности, благодаря чему пришельцы - у орбиты Марса, а не над весями и
градами Земли; его коллега в Вашингтоне (ему оставалось шестнадцать месяцев до выборов)
избрал другую тему - межзвездную торговлю и оживление экономики. С оживлением не
задержалось: в Аргентине утвердили льготы на поставку мяса чужакам, Австралия решила
увеличить производство шерсти, Китай - фарфоровых чашек, шариков из яшмы и прочих
сувениров, в Италии, Греции, Франиспании производили ревизию вин, косметики, изделий
высокой моды и курортов, в Египте срочно ремонтировали пирамиды, Афганистан расширил
под шумок посевы конопли и мака. Террористы, включая непримиримых мусульман, притихли
- видимо, решили, что Пришествие ничем ужасным не грозит, кроме изрядной суеты, которая
весьма подходит для похищений, шантажа и взрывов.
Казалось, на Земле и в Солнечной системе все в порядке, все готово к рандеву с
пришельцами - даже акции энергетических компаний поднялись на два пункта. Пожалуй,
единственным диссонансом была статья Гюнтера Фосса в "КосмоШпигеле", озаглавленная так:
"ОНИ - ЛЮДИ. САМОЕ СТРАШНОЕ СВЕРШИЛОСЬ".
Панно со святым Георгием, пронзающим дракона, закрывал большой пленочный экран,
наспех установленный в адмиральском салоне. В соседних отсеках, где размещался штаб
флотилии, экранов хватало, но Тимохин вел переговоры только из салона, и только здесь
находились передающие камеры. На огромном корабле, висевшем в ста тридцати километрах
от "Суздаля", могли увидеть кресла, шкафы и столы, но не боевое оборудование
На экране маячили лица трех чужаков. Один был явно стар, с морщинистой кожей,
шевелюрой с прозеленью и отвислыми губами; звали его Айве, и в иерархии пришельцев он
занимал высокий пост то ли посла, то ли посредника. В общем, искушенный дипломат,
усвоивший английский и массу земных реалий - видно, прослушивал передачи по сотне
каналов в течение месяца. Две его помощницы являлись женщинами редкой красоты, и
Тимохин не сомневался, что их изображения, отправленные вместе с отчетами на Землю,
произвели фурор. Хотя бы уже потому, что половой диморфизм у бинюков был выражен не
меньше, чем у землян: тонкие черты, полные яркие губы, гладкая кожа и пышные волосы резко
контрастировали с физиономией Айве. Правда, глаза казались странными: по временам зрачки
тонули в серебристом фоне, и было непонятно, куда направлен взгляд.
Своих помощниц Айве не представил, и при начале переговоров, в пылу изумления и
шока, чудилось, что обе на одно лицо. Тойдзе, второй адъютант, (термин "бинюки"
принадлежал ему) разницу все же заметил; будучи специалистом по персоналу и опытным
психологом, он отличался редкой наблюдательностью. У одной из девушек верхняя губка
нависала над нижней и волосы были потемней - этой присвоили имя Морганы; вторую, для
симметрии, назвали Элейной . Они, вероятно, занимались тем же, что Тойдзе и Джарвис,
сидевшие по обе стороны Тимохина: наблюдали, слушали, анализировали.
- Предложенный вами вариант отвергнут, - сказал Тимохин, стараясь отчетливо
произносить слова. - В данный момент ваше присутствие на Земле или вблизи планеты
нежелательно. Мы настаиваем на другом решении.
- Почему? - проскрипел Айве. Его английский заметно улучшился к четвертому сеансу
связи, только выговор был еще слишком отрывистым и резким.
- Существует несколько причин. Первая. В околоземном пространстве много
искусственных объектов - спутники связи, верфи, радиотелескопы, космические поселения.
Ваш корабль очень велик. Маневрируя среди этих сооружений, он может их повредить. Второе.
Население Земли различается по уровню информированности и культуры. Приближение
вашего корабля может вызвать панику в отдельных сообществах. Паника ведет к человеческим
жертвам. Третье. Это наша звездная система. Пока ваш корабль находится здесь, мы желаем его
контролировать. Функция контроля будет осуществляться так, как нам удобно. Четвертое...
Переговоры - штука муторная, но Тимохин был доволен. Причины этого он мог бы
перечислить с такой же скрупулезностью - первая, вторая, пятая, десятая. Главное, конечно, с
кем вести переговоры; не каждый день встречаешь инопланетян, да еще в ситуации, когда эта
встреча как бы предугадана заранее. Ну, предугадавший свои дивиденды получит, а он,
Тимохин, свои... Но в дивидендах ли дело? Был он с этими маневрами осел ослом, а сделался
исторической личностью. Хорошо, что никому не выдал раздражения и злости, ни капитанам,
ни штабу, ни адъютантам. Вел себя так, словно нет дела важнее, чем дурацкие маневры в
пустоте - а она, глядишь, не пустой оказалась! Надо бы теперь Горчакову депешу отбить.
Мол, благодарствую, Борис, и камня на сердце не держу...
Посредник внимал речам Тимохина с бесстрастной, как у сфинкса, физиономией. Тойдзе
казалось, что эмоции у бинюков проявляются слабее, чем у землян, и в этом, после анализа
записей, его поддержали медики флота и земные специалисты. Рекомендации Тимохину и его
советникам были таковы: не улыбаться, не чесаться, не хмурить брови, не дергать головой, не
пялиться слишком откровенно на пришельцев. Лучше всего получалось у Тойдзе - он был
японцем и с юных лет привык к сдержанности.
- Я понял. - Айве повернулся к Моргане, потом к Элейне, как бы интересуясь их
мнением, потом опять уставился на Тимохина. - Должен возразить. Первое. Обещаю, что при
маневрах Корабля ваши конструкции не будут повреждены. Второе. Не информируйте
население о нашем приближении. Мы сядем в любой безлюдной местности, доступной только
группам контактеров. Третье. Ваш контроль за Кораблем будет гораздо эффективнее, когда он
приземлится. Неподвижный объект легче контролировать. Четвертое...
"Что-то тут не так, - думал Тимохин, слушая Айве. - Очень уж на Землю рвутся... А
зачем? Соскучились по солнышку и травке? Это вряд ли... Посудина у них огромная, наверняка
с удобствами. Можно было бы и не спешить... Упорство слишком подозрительно".
Он принялся разглядывать Моргану и Элейну, их странные глаза и пышные волосы, в
которых переливались маленькие яркие сферы. Красивая раса, ничего не скажешь! Увидеть бы
других мужчин и женщин... Корабль велик, и в нем, возможно, даже дети есть...
- С-сэр, - прошипел Тойдзе на русском, - прош-шу прощения, с-сэр... и ты,
Джарвис... Не с-смотрите так пристально на девушек, с-смотрите ниже, в центр экрана.
Айве замолчал.
- Не исключаю, что вы правы, - произнес Тимохин, - но мы не склонны полагаться на
непроверенные утверждения и факты. Столп Порядка передал мне ясные инструкции: вашему
кораблю нельзя приближаться к Земле. Решение не окончательное - вполне вероятно, мы его
изменим, но это требует взаимного доверия.
Столп Порядка - термин чужаков, обозначавший руководителя или главу.
Предполагалось, что Тимохин действует от имени некоего лидера Земли, где, тем временем,
готовили команду дипломатов и ученых. Эта процедура была нелегкой и протекала в спорах,
поскольку Китай, арабские страны и Индия настаивали на полноправном представительстве.
Пока эта история тянулась, Тимохин был обязан сдерживать космических гостей - мягко,
дружелюбно, но при нужде всей мощью своих крейсеров. Решив усилить флотилию, он отдал
приказы о передислокации "Старфайру" и "Сибири", а также "Барракуде", которая шла от
орбиты Юпитера.
Посредник молча глядел на Тимохина - кажется, ждал, что тот продолжит.
- Мы готовы доставить на Землю ваших представителей. Группа в двадцать-тридцать
человек разместится на крейсере с комфортом, и их отсеки будут считаться вашей суверенной
территорией. Чем плох подобный вариант?
Моргана что-то чирикнула. Выслушав ее, Айве сказал:
- Мы не можем покидать Корабль на длительный срок. Здесь созданы... созданы
физиологически необходимые условия. Воспроизвести их на вашем транспортном средстве
нельзя.
- Тогда рассмотрим другую возможность. Скоро прибудет миссия с Земли, и первый
этап взаимного ознакомления мы проведем в пространстве.
Но это тоже не устроило посредника. Он хотел, чтобы огромный корабль фаата опустился
на Землю, и его настойчивость казалась Тимохину все более подозрительной. Конечно, легче
контролировать неподвижный объект, но где гарантии, что этот летающий монстр
приземлится? Оказавшись рядом с планетой, он мог начать враждебные действия, а бой у
границ атмосферы, над городами, лесами и океанами, почти наверняка завершился бы
экологическим катаклизмом.
Впрочем, такого поворота событий Тимохин не допускал, считая, что он хозяин
положения. "Суздаль" висел перед огромным кораблем прикрытый двумя крейсерами,
"Викингом" и "Волгой"; "Сахалин", "Памир" и "Ланкастер", три тяжелых рейдера, окружали
пришельца с трех сторон, а в промежутках между ними находились еще шесть боевых единиц.
Тактическая схема "кольцо", которую использовали для распыления астероидов... Последний
уничтожили лет семь назад, и был он никак не меньше звездолета фаата. Ракетный залп с
дистанции сотни километров взламывал кору планеты до гранитного слоя; искусственные же
конструкции просто испарялись в ядерном взрыве, и световое давление выбрасывало плазму за
границы Солнечной системы. Там, в космической пустоте, мог упокоиться пришелец - в виде
разреженного газового облака.
Понимал ли это Айве?
Если понимал, то это, кажется, его не волновало.
- Столп Порядка, - вдруг каркнул посредник. - Столп Порядка в вашем мире не один!
- Как, очевидно, и в вашем, - отозвался Тимохин, но Айве оставил его слова без
внимания.
- Мы ловим сигналы с вашей планеты и знаем, что некоторые Столпы Порядка
изъявляют готовность нас принять. Если мы опустимся па земную поверхность в пределах их
территорий, они получат выгоды.
- Какие именно?
- Новые знания и технологии, ведущие к процветанию. Производство пищи из любых
органических веществ. Способы борьбы с губительными для вас микроорганизмами. Дешевые
источники энергии. Гравитационный движитель. Средства связи, основанные на излучениях
мозга. Легкие прочные материалы, - равнодушно перечислял Айве, прикрыв глаза
морщинистыми веками. Внезапно они приподнялись, и посредник вымолвил: - Еще волновая
терапия. Иные методы, чем у вас. Наши позволяют отодвинуть старость и продлить жизнь.
Не поворачивая головы, Тимохин ощутил, как насторожились его советники. "Внимание,
с-сзр", - шепнул Тойдзе, но он не нуждался в этой подсказке, он понимал: вот случай, чтобы
узнать о бинюках нечто действительно важное. Кроме очевидных фактов: того, что они похожи
на людей и умеют перемещаться в галактическом пространстве.
- Глядя на вас, трудно поверить, что вы отодвинули старость, - произнес Тимохин.
- В земном исчислении я прожил около двух тысяч лет. А лицо... Если бы понадобилось,
я бы его заменил. Но нет необходимости.
Джарвис едва заметно пожал плечами. Сомневается... Что ж, справедливо: сказанного
Айве не проверишь, Тацит и Плиний его колыбель не качали. Список благ, однако,
интересный... Только что за них потребуют?
- Ну, вернемся к нашим баранам, то есть к Столпам Порядка, - сказал Тимохин. -
Быть может, в вашей общественной структуре все они равны, но у нас другая ситуация. Пока
вы с ней не ознакомитесь, очень опасно слушать безответственные заявления и еще опаснее им
верить.
- Чем вы это докажете?
- Фактом нашей встречи. Здесь нет других кораблей, кроме посланных моим Столпом
Порядка. Если хотите, мы можем подождать... Но уверяю вас, больше никто не появится.
Элейна и Моргана одновременно чирикнули, и посредник, словно прислушиваясь к ним,
закрыл глаза. Потом буркнул:
- Мы будем думать. Связь прерывается.
Экран погас. Тимохин расстегнул крепления кресла, затем, вместе с Тойдзе и Джарвисом,
переместился из салона в штабные отсеки. Там, плавая в невесомости у пультов и консолей,
трудились эксперты и десяток офицеров. Связисты и два лейтенанта информационной службы
готовили, под руководством Мяги, полную запись для передачи на Землю, в Совбез, и
сокращенный вариант для прессы. В группе наблюдателей и аналитиков, собравшихся вокруг
коммодора Шенгелия, первого заместителя и помощника по тактике, что-то обсуждали.
Дублирующие экраны были включены, и на каждом застыла физиономия Айве с белесыми, как
у вареной рыбины, глазами.
- Адмирал на борту! - рявкнул Шенгелия.
- Вольно. - Тимохин махнул рукой офицерам и, зацепившись за скобу, повернулся к
помощнику. - Что скажешь, Арчил?
- Скажу, что девушки у них красивые. Еще скажу, что им знакомы обман, интриги и
концепция угрозы. Все это его не удивляет. - Коммодор кивнул на экран. - И что-то еще...
что-то...
- Лицемерие, - подсказал Тойдзе.
- Да, правильно. Вы угрожали ему, он угрожал вам, но не открыто. Так, махал кулаком за
спиной.
- Плюс попытка подкупа, - добавил один из аналитиков.
- Слишком много обещано благ, - сказал другой. - Не верю я этим бинюкам.
- Я тоже, - кивнул Тимохин и посмотрел на световой тактический планшет. В его
глубине повис звездолет фаата, цилиндрик размером с палец, а вокруг него поблескивали
стрелки крейсеров. Такие крохотные, но затаившие сокрушительную мощь... Внезапно ему
вспомнился чи
...Закладка в соц.сетях
