Жанр: Психология
Основы теоретической психологии
...йствий. Иначе говоря, отношение невозможно
вне образа, мотива, действия, равно как и они на уровне
человеческого бытия немыслимы без отношения. Так обстоит дело в
реальности. Но чтобы эта реальность раскрылась перед научной
мыслью и стала ее предметом, потребовался длительный поиск. В ходе
поиска удалось освоить наиболее крупные "блоки" психического,
в частности, отчленить отношение от других психических проявлений
и только тогда соотнести его с ними.
Уже в 50-е годы XX века близость к теории ролевого поведения
обнаруживает популярная как на Западе, так и в России концепция
трансактного анализа Э. Берна. Отправляясь от идей психоанализа,
Э. Берн выделял три "эгосостояния" людей в их отношении друг к
другу ("взрослый", "родитель", "ребенок"). Согласно его концепции
в каждый момент жизни каждый человек находится водном из "эгосостояний",
определяющих его отношение к другим людям. Понятие
трансакция применялось для характеристики отношения "эгосостояний"
вступающей в общение диады. Вступая в отношения и взаимодействие
с другим человеком, индивид находится в одном из "эгосостояний".
"Взрослый" как"эгосостояние" обнаруживает компетентность,
рациональность, независимость; "родитель" - авторитарность,
запреты, санкции, догмы, советы, заботы; "эгосостояние" "ребенок"
содержит аффективные реакции, непосредственность, импульсивность.
В различных обстоятельствах индивид может проявлять
различные "эгосостояния", и на этой основе строятся его отношения
с другими людьми.
Наряду с "эгосостояниями" Э. Берн ввел понятие "игра", используя
его для обозначения различных способов манипулирования людьми.
Концепция трансактного анализа описывает множество игр, с помощью
которых вступающие в определенные отношения люди пытаются
управлять поведением партнеров.
В трансактном анализе теория ролевого поведения оказывается существенно
продвинутой и операционализированной, найдя применение
в психотерапии и детской психологии. Однако социальная природа
личности также мало может быть раскрыта исходя из теории ролевого
поведения, как и из учения о "коллективных представлениях".
Нельзя проникнуть в эту природу, игнорируя общественно-историческую
практику. Подобно тому, как Дюркгейм своим апсихологизмом,
оказавшимся неприемлемым для научного объяснения человеческого
поведения, побудил, тем не менее, искать пути разработки
категории отношения (показателен в этом смысле трансактный
анализ), так присущая мидовскому мышлению неразработанность категории
личности порождала неудовлетворенность ролевым редукционизмом,
игнорированием личностного начала человеческой активности.
Назревала потребность расчленить коммуникативное (ролевое)
и личностное.
Потребовались усилия огромного числа ученых, работающих в области
социальной психологии, чтобы отыскать решения, позволяющие
вскрыть сущность социальных межиндивидных отношений и общения
людей в связи с пониманием личности как психологической
категории. Однако для этого социальная психология должна была обрести
статус экспериментальной дисциплины.
Интерес к процессам взаимодействия
Развитие экспериментоль- людей в различных человеческих общной
социальной психологии ностях зародился на ранних этапах общественного
развития. Первые наблюдения
над социальным поведением - зачатки будущей социальнопсихологической
науки - отмечаются еще в античности в произведе^^""^'
ниях Платона и Аристотеля, позднее, в период Проспещения, -
у Ш. Монтескье, П. Гольбаха, Д. Дидро, Ж.Ж. Руссо, в России -
в трудах А.Н. Радищева и других мыслителей XVIII столетия. Не образуя
сколько-нибудь законченной системы знаний, эти наблюдения,
тем не менее, пробуждали стремление понять закономерности социального
развития индивида в обществе себе подобных и тем самым
подготавливали почву для первых социально-психологических концепций,
создание которых относится к середине и концу XIX века.
Философской базой для разработки этих социально-психологических
теорий послужил главным образом позитивизм Огюста Конта - философское
течение, считавшее задачей исследования в психологии
описание и систематизацию сведений, полученных в ощущении.
В Европе и Америке первые попытки создания социально-психологической
теории в конце XIX - начале XX века связаны с именами
представителей психологической школы в социологии Г.Тарда, Г.Лебона,
У. Макдугалла, С. Сигеле, Э. Дюркгейма. По установившемуся
мнению, первой публикацией по социальной психологии на Западе
считается "Введение асоциальную психологию" Макдугалла (английского
психолога, работавшего затем в США). Год выхода этой книги
- 1908-й - иногда рассматривается как своеобразная точка отсчета
в истории социальной психологии.
Пионеры социальной психологии пытались найти всеобщие законы,
которые можно было бы применить для объяснения социальных
явлений. Например, объяснение истоков солидарности и сплоченности
людей Тард искал в категориях имитации и подражания, Лебон -
в "законе духовного единства", Дюркгейм - в "коллективных представлениях".
Таким образом, они подменяли законы истории законами
психологии, сводя общественные явления к психическим. Личность
растворялась, размывалась в человеческой общности, теряя свои
индивидуальные особенности и способность самостоятельно действовать
и принимать решения.
Большое влияние на развитие социальной психологии оказали работы
Г. Зиммеля и Ч. Кули. Они первые стали рассматривать личность
не абстрактно, а в связи с процессами взаимодействия людей с группами
и внутри групп, представляя личностные черты как своеобразную
проекцию взаимоотношений человека с социальными группами.
Личность нельзя изучать вне социального контекста, вне среды -
таков был справедливый вывод. Кули ввел в социальную психологию
термин "первичная группа" (семья, неформальные объединения по
месту жительства или работы и т. д.). Однако само понятие социальной
среды было у Зиммеля и Кули чрезвычайно узким и сводилось к
"малой группе", а контакты "лицом к лицу" определяли сущность
межличностного общения в группах. Обосновывая общественный характер
психической жизни личности, Кули вместе с тем трактовал само
общество как совокупность психологических связей, игнорируя
тот факт, что любая группа - это не нечто замкнутое и автономное, а
часть общества. Акцентирование внимания на чисто психологических
отношениях, возникающих на основе взаимодействия "лицом к лицу",
не давало подлинной картины межиндивидных отношений.
Психологизирование природы общественных отношений в группах
присуще и современным исследователям (Дж. Морено, Р. Бейлс,
М. Аргайл, Ч. Осгуд, Л. Беркович и др.).
Начиная с 20-х годов XX века социальная психология становится
ведущим направлением в психологической науке США, Англии, Германии,
Франции и Японии.
В. Мёде и Ф. Олпорт положили начало исследованиям по выявлению
влияния (положительного или отрицательного), которое оказывают
первичные группы на своих членов в процессе выполнения ими
определенной деятельности. При этом интерес привлекали случаи как
позитивного, так и негативного отношения индивида к группе. Выяснилось,
что общий эффект деятельности групп находится в прямой
зависимости оттого, "рядом" или "вместе" они действовали, выполняя
определенные задания. Было даже обнаружено, что присутствие
наблюдателей из числа авторитетных для группы лиц создавало атмосферу,
которая приводила к повышению производительности всей
группы и отдельных ее членов (эффект фасилитации).
Значительный интерес во всем мире вызвали исследования того, в
какой мере межличностные отношения влияют на повышение производительности
труда, на отношение к труду, трудовую дисциплину.
В ходе так называемых хотторнских (Хотторн - город в США) экспериментов
Э. Мейо сделал выводы, которые легли в основу последующих
исследований роли психологических факторов в современном
производстве. Было выявлено, что производительность труда каждого
рабочего зависит от его самочувствия в группе и соответствует чаще
всего не столько его возможностям, сколько системе ценностных
ориентаций, норм, установок, сложившихся в группе, определяется
не только оплатой и условиями труда, но и характером возникших и
упрочившихся неформальных отношений. Неформальная структура
способна тормозить или, наоборот, обеспечивать процессы управления
на уровне малых групп.
Было установлено, что характер неформальных отношений существенно
влияет на все производственные показатели, в том числе такие,
как производительность труда, текучесть рабочей силы, а также
на отношение рабочих к изменению норм, расценок.
Основы социальной психологии закладывались первоначально под
влиянием гештальтпсихологии, бихевиоризма и психоанализа. Это
влияние ощущалось и в последующей методологической направленности
работ психологов.
Вторая мировая война активизировала исследования процессов
группового развития. Сплоченность и боеспособность групп, устойчивость
их структуры при действии сил, направленных на разрыв и
разрушение внутригрупповых связей, эффективность деятельности
групп в зависимости от типа или стиля руководства - все это явилось
предметом экспериментального изучения. Группы (формальные и неформальные,
первичные и вторичные, референтные и др.) стали объектом
особого внимания, а изучение межиндивидных отношений -
ведущим направлением в зарубежной социальной психологии.
Исследования групповых феноменов вышли за рамки социальной
психологии и стали широко использоваться в управлении промышленностью.
Эти феномены учитываются при решении сложных вопросов
подготовки кадров, научной организации труда, комплектования
различных человеческих общностей. В центре исследований и
оказалась малая группа, своеобразное промежуточное звено в системе
"личность - общество". По отношению к личности малая группа
рассматривалась как та социальная среда, которая жестко детерминирует
поведение и особенности человека, а по отношению ко всему
обществу малая группа выступала, таким образом, аналогом, своеобразной
моделью общественных отношений.
Соответствующий раздел социальной психологии получил название
"исследование малых групп", или "групповая динамика". Один
из крупнейших социальных психологов США Л. Фестингер отмечает,
что групповая динамика возникла как ответ на вопрос, почему одни
группы имеют влияние на своих членов, а другие - нет. Чтобы объяснить
это различие, могущее иметь широкое практическое значение,
нужно было найти такие законы группового развития, которые позволили
бы не только объяснить, но и предсказывать способность
группы влиять на своих членов в области их установок и поведения.
К. Левин, как уже говорилось, видел источники и движущие силы
развития взаимоотношений людей в их социальной жизни. Он рассматривал
потребности как стержень направленности личности, называя
их главным генератором, источником активности человека.
Центр внимания переместился на изучение эффективности группового
взаимодействия, лидерства, коммуникаций, распространения
влияния и создания авторитета. Левин применял понятия "силовое
поле", "напряженность", "вектор", заимствованные у физики, пытаясь
связать ее законы с человеческим поведением.
II-1253 305
На общее развитие групповой динамики как особой области социальной
психологии оказали в наши дни несомненное влияние не
только теория "поля" К. Левина, но и иные социально-психологические
концепции, связанные с именами Дж. Морено, Л. Фестингера
и др.
Одна из характеристик особенностей развития социальной психологии
за рубежом, в первую очередь в США, - огромное количество
накопленного эмпирического материала (библиография только по
прикладным аспектам социальной психологии достигает в США свыше
10 000 наименований).
Начиная с экспериментов С. Аша и
Принцип деятельностного М. Шерифа (40-е годы, США), считалось
опосредствования отно- установленным, что поддавлениемгрупшений
людей в группе пы по меньшей мере треть индивидов меняет
свое мнение и принимает навязанное
большинством, обнаруживая нежелание высказывать и отстаивать
собственное мнение в условиях, когда оно не совпадает с оценками
остальных участников эксперимента, то есть проявляя конформизм.
Индивид, находясь в условиях группового давления, может быть
либо конформистом, либо нонконформистом. Дальнейшие исследования
носили характер уточнения этого вывода. Выяснилось, усиливается
ли конформизм при увеличении группы, как сами испытуемые
интерпретируют свое конформистское поведение, выявлялись
половые и возрастные особенности конформистских реакций и т. д.
Указанная альтернатива оборачивалась педагогической дилеммой:
либо видеть смысл воспитания в формировании личности, находящейся
в непрерывном противостоянии с социальным окружением,
то есть негативиста, либо воспитывать индивидов, склонных всегда
соглашаться с остальными, не умеющих и не желающих противостоять
влиянию группы, то есть конформистов. Очевидная неудовлетворительность
подобной постановки вопроса наводила на мысль об
ошибочности исходной альтернативы. Видимо, в самом понимании
сущности взаимодействия личности и группы крылась некая серьезная
методологическая ошибка, заводящая психолога в тупик. Выход
из этой ситуации состоял в том, чтобы переместить сущность концепции
групповой динамики и выяснить, насколько правомерно использование
предложенной в ней модели группового взаимодействия.
Казалось бы, теория малых групп учитывала общественный фактор.
Однако на поверку вышло не так. Что представляет собой группа,
которая воздействует на индивида в классических экспериментах
С. Аша, Р. Крачфилда, М. Шерифа? Это-случайное объединение людей,
то, что может быть названо диффузной группой {от лат. diffusio"рассеивание",
"разлитие", антоним "сплоченности"). По условиям
эксперимента предусматривалось изучение чисто механического воздействия
группы наличность, группы как простой совокупности индивидов,
ничем, кроме места и времени пребывания друг с другом,
не связанных.
Концепция "группового давления" позволила выяснить особенности
некоторых форм взаимодействия личности с группой и возникающих
явлений конформизма, но вместе с тем невольно заставляла
исследователей вращаться в замкнутом кругу представлений о том,
что единственной альтернативой конформности является нонконформность,
асуггестивность (устойчивость личности к внушению). В группе
людей, лишь внешне взаимодействующих друг с другом, притом
по поводу объектов, не связанных с их реальной деятельностью и жизненными
ценностями, иного результата и не приходилось ожидать:
подразделение членов группы на конформистов и нонконформистов
делалось неизбежным. Однако давало ли такое исследование возможность
сделать вывод, что перед нами была модель отношений в любой
группе, деятельность в которой имеет личностно значимое и общественно
ценное содержание?
В свете данного вопроса становится понятным, что составляет суть
концепции "малой группы", принятой исследователями групповой
динамики. Взаимоотношения людей мыслятся ими как непосредственные,
взятые безотносительно к реальному содержанию совместнойдеятельности,
оторванные от социальных процессов, частью которых
они на самом деле являются. В этой связи была выдвинута гипотеза,
что в общностях, объединяющих людей на основе совместной
деятельности, взаимоотношения людей опосредствуются ее содержанием
и ценностями (А. В. Петровский). Если это так, то подлинной
альтернативой конформности должен выступить не нонконформизм
(негативизм, независимость), а некоторое особое качество,
которое предстояло изучить экспериментально.
Гипотеза определила тактику экспериментальных исследований.
Была сделана попытка сопоставить внушающее воздействие наличность
неорганизованной группы и сложившегося коллектива. И совершенно
неожиданно выяснилось, что внушающее влияние случайно
собравшихся людей на индивида проявляется в большей степени,
чем влияние организованного коллектива, к которому данный индивид
принадлежит.
Состояние индивида в незнакомой, случайной, неорганизованной
группе в условиях дефицита информации о лицах, ее образующих,
способствует повышению внушаемости (связь между неопределенностью
ситуации и внушаемостью отмечалась многими авторами).
II* 307
Таким образом, если поведение человека в неорганизованной, случайной
группе определяется исключительно местом, которое он выбирает
для себя (чаще всего непреднамеренно) в градации "автономия
- подчиненность группе", то в коллективе существует еще одна
специфическая возможность - самоопределение личности. Личность
избирательно относится к воздействиям конкретной общности, принимая
одно и отвергая другое в зависимости от опосредствующих факторов
- оценок, убеждений, идеалов.
Таким образом, было выявлено, что дилемме "автономия - подчиненность
группе" противостоит самоопределение личности, а противоположность
неосознаваемым установкам внушаемости составляют
осознаваемые волевые акты, в которых реализуется самоопределение.
Все это позволило сформулировать задачу новой серии исследований.
Если побуждать личность якобы от имени коллектива, к которому
она принадлежит (методика "подставной группы"), отказаться от принятых
в нем ценностных ориентаций, то возникает конфликтная ситуация,
которая разделяет индивидов, проявляющих конформность,
и индивидов, способных осуществить акты самоопределения, то есть
действовать в соответствии со своими внутренними ценностями.
Самоопределение возникает в том случае, когда поведение личности
в условиях специально организованного группового давления
обусловлено не непосредственным влиянием группы и не индивидуальной
склонностью к внушаемости, а главным образом принятыми
в группе целями и задачами деятельности, устойчивыми ценностными
ориентациями. В высокоразвитой группе, в отличие от диффузной,
самоопределение является преобладающим способом реакции
личности на групповое давление и потому выступает как формообразующий
признак. Обратимся к конкретному эксперименту.
Сначала выявлялись общие позиции согласия или несогласия членов
группы с предложенными этическими суждениями. Как правило,
выделялась основная масса испытуемых, которые выражали согласие
с общепринятыми нормами, отраженными в предложенных экспериментатором
суждениях, и небольшая группалиц, которые занимали негативную
позицию. В дальнейшие эксперименты последняя группа не
включалась, так как изучение нагативизма как психологической проблемы
не входило в задачи данного исследования. По отношению ко
всем остальным возникал вопрос: что означает психологически их согласие
с предложенными этическими суждениями? Является ли оно
результатом подчинения групповому давлению, неявно выраженному
в самом факте общепринятости моральной нормы? Другими словами,
не результат ли это конформизма? Но можно было выдвинуть диамет""ЙА""
"ft
рально противоположное предположение: быть может, согласие есть
не подчинение групповому давлению, не конформизм, а результат совпадения
ценностей личности с общепринятыми этическими суждениями,
выраженными экспериментатором? И тогда то, что внешне выглядит
как конформизм, несет в себе иной психологический смысл и
выступает как подлинная альтернатива конформизму.
Последующий эксперимент был построен таким образом, чтобы
давление группы (это была, разумеется, "подставная группа") направить
вразрез с общепринятыми ценностями и создать конфликтную
ситуацию, в которой должно было быть подтверждено или опровергнуто
одно из выдвинутых выше предположений. Тем самым производилась
экспериментальная дифференциация группы на конформистов
и людей, которые обнаруживают самоопределение, беря на себя
защиту общегрупповых ценностей даже в тех случаях, когда от них
"отказывается" остальная часть группы.
Постановка вопроса о самоопределении связывала проблему внутригруппового
взаимодействия с содержанием того, что воздействует
наличность через групповые коммуникации. Это позволяло отвергнуть
представление о фатальном приоритете коммуникации и коммуникатора
перед объективным содержанием информации.
Формула "стимул - реакция" была пригодна для психологической
интерпретации искусственно созданной экспериментальной ситуации.
Однако при обращении к реальным отношениям эта схема (или конформист,
или нонконформист) обнаруживала свою несостоятельность.
Феномен самоопределения оказался той самой искомой "клеточкой",
в которой обнаруживаются важнейшие социально-психологические
характеристики живого социального организма - группы. Отношения
между двумя или несколькими индивидами не могут быть
сведены к непосредственной связи между ними. Относительно непосредственные
взаимоотношения могутбытьзафиксированы вдиффузной
группе. В группах же, осуществляющих совместную деятельность,
отношения неизбежно опосредствуются содержанием, ценностями и
целями совместной деятельности. Таким образом, по своим психологическим
характеристикам группа высокого уровня развития качественно
отличается от других малых групп. Поэтому попытка распространить
те выводы, которые были сделаны при их изучении, на группу
высокого уровня развития обречены на неудачу.
Тот факт, что межличностные отношения опоМногоуровневая
средствуются содержанием реальной деятельноструктура
межлич- сти, позволяет увидеть объемную структуру выностных
отношений сокоразвитой группы. Если в традиционно трактуемой
группе отношения между индивидами
выступают как иерархизированные по отношению к групповой деятельности,
ее целям и принципам, то в высокоразвитой группе групповые
процессы иерархизируются, образуя многоуровневую структуру.
В этой многоуровневой структуре можно выделить несколько страт
(слоев), имеющих различные психологические характеристики, применительно
к которым обнаруживают действие различные социально-психологические
закономерности.
Центральное звено групповой структуры (А) образует сама групповая
деятельность, ее содержательная характеристика. По сути своей
это хотя и ядерное - по отношению к психологическим стратам, но
не собственно психологическое образование. Это предметно-деятельностная
характеристика группы. В настоящее время выделен набор
эмпирических показателей, которые могли бы быть сведены в блоки
оценок предметной деятельности, дающие общую характеристику ядра
групповых процессов.
Так, были выделены три критерия оценки группы: 1) оценка выполнения
основной общественной функции - участия в общественном
разделении труда; 2) оценка соответствия группы социальным
нормам; 3) оценка способности группы обеспечить каждому ее члену
возможность для развития. Все психологические характеристики
группы оказываются зависимыми от этих социально обусловленных
образований.
Выделение указанных блоков оценки совместной предметной деятельности
позволяет определить социально-психологические параметры
групп разного уровня развития.
Следующая за описанным выше слоем страта Б - психологическая
по своей сущности - фиксирует отношение каждого члена группы к
групповой деятельности, ее целям, задачам, принципам, на которых
она строится, мотивацию деятельности, ее социальный смысл для
каждого участника.
В страте В локализуются характеристики межличностных отношений,
опосредствованных содержанием совместной деятельности (ее целями
и задачами, ходом выполнения), а также принятыми в группе принципами,
идеями, ценностными ориентациями. Именно сюда, видимо,
следует отнести различные феномены межличностных отношений, например,
самоопределение личности и другие, о которых речь пойдет
дальше. Деятельностное опосредствование - принцип существования
и принцип понимания феноменов этой психологической страты.
Наконец, последний, поверхностный слой межличностных отношений
(I) предполагает наличие связей (главным образом эмоциональных),
по отношению к которым ни цели деятельности группы,
ни общезначимые для нее ценностные ориентации не выступают в
качестве основного фактора. Это не значит, что такие связи в полном
смысле слова непосредственные. Вряд ли можно предположить, чтобы
отношения любых двух людей не имели опосредствующего звена
в виде тех или иных интересов, вкусов, эмпирических тяготений, суггестивных
влияний, привычных ожиданий и т.д. Но содержание групповой
деятельности на этих связях, по существу, не сказывается или
обнаруживается в очень слабой степени.
Подобно тому, как недопустим перенос закономерностей, свойственных
диффузной группе, на высокоразвитую группу, было бы неправомерно
универсализировать выводы, полученные при изучении
феноменов поверхностного слоя межличностных отношений в группе.
Точно так же связи в страте В являются необходимыми, хотя и недостаточными
для характеристики группы без учета данных о страте
Б, то есть без выяснения социального смысла деятельности ее участников,
мотивов их деятельности и т. д.
В ряде социально-психологических исследований высокоразвитых
групп (производственных, учебных, спортивных), особенно имеющих
прикладной характер, результаты экспериментального изучения поверхностного
слоя используются для характеристики группы в целом.
При этом определяющая роль приписывается шкале приемлемости,
коммуникативности и прочим факторам, не связанным с предметной
деятельностью группы. Естественно, что психологические оценки,
предлагаемые в результате этих обследований, не являются адекватными,
а иногда могут оказаться дезориентирующими.
Анализ феномена самоопределения личности позволил предположить,
что в развитой группе закономерно должны обнаруживаться и
другие социально-психологические феномены, качественно отличающиеся
от явлений, характерных для случайного скопления людей.
Традиционная социальная психология абсолютизировала схему
взаимоотношений и взаимодействия, которая вводила в условия эксперимента
лишь групповые стимулы и групповые реакции, но не
принимала во внимание бесчисленное многообразие промежуточных
звеньев. "Надсознательный категориальный строй" психологии, замык
...Поділитися у соцмережах
