Теории личности

страница №68

...нием теор^
Фрейда, Адлера и еще нескольких выдающихся теорий психодинамической ор:
ентаиии (напоимео. теории Юнга и Фромма), которые достигли расцвета в перве

)88  Глава 12. Психология личности
Таблица 122.
Исторический период, в течение которого были созданы
теории личности

Теоретики личности 1890 1930 1940 1950 1960 1970 1980 1990
Фрейд Адлер Юнг Эриксон фромм Хорни Олпорт Кеттел (1890 - 1939) (1907 -1937) (1913 -1961) Психодинамическая теория Теория индивидуальной психологии Теория аналитической психологии Психосоциальная теория

(1950 - 1975)
тическая теория Социокультурная психоаналитическая теория Теория черт личности Структурная теория черт личности Теория типов личности Бихевиорально-научающая теория
(1937- 1973) (1937 1961)
(1946 - 1990)

Скиннер Бандура Роттер Келли Маслоу Роджерс (1947 -1990)

(1959 - 1990) 1 ^^^ 17 ^ЛО"^ научения Теория социального научения Когнитивная теория Гуманистическая теория феноменологическая теория
(1955 -1965)

(1951 -1975)

трети нашего столетия, только в течение последних пятидесяти или около того
лет появились основные модели функционирования личности (табл. 12-2).
Следует также отметить, что некоторые из теоретиков, чьи взгляды мы обсуждали
в этой книге (например, Бандура, Кеттел и Айзенк), все еще активно принимают
участие в изучении поведения человека. Следовательно, психология личности -
очень молодая область исследований. Но с возрастом, как принято считать, приходит
мудрость. Менее чем за пять десятилетий персонология достигла "совершеннолетия",
заявив о себе как о жизнеспособной и обширной области исследований.
Несомненно, бурная научная деятельность в персонологии указывает на
растущее осознание того, что наиболее настоятельные проблемы человечества находятся
в нем самом; они касаются жизни человека и его реальных взаимоотношений
со значимыми другими. В самом деле, понимание человеческого поведения
- тайны сексуальности, агрессии, конфликта, межличностных отношений и
^ак далее - стало непременным условием для выживания нашего рода. Гарднер
^эрфи красноречиво выразил значимость изучения личности для нашей жизни,
^огда писал:

Недостаток знания о людях - это не пустая, а главная угроза жизни. Недостаток
знаний о личности, возможно, является стержневым вопросом, который наиболее важен
для нас сегодня - вопросом понимания, чем может стать человек при новой расстанов'
ке социальных сил [МигрЬу, 1968, р. 38].

Новые направления  589

Это утверждение, сделанное более чем два десятилетия назад, как нельзя более
актуально сейчас. Без такого знания, прочно закрепленного в эмпирических
исследованиях, человеческий род может не выжить.

Ценность альтернативных направлений

Вообще говоря, какими бы ни были формальные несовершенства и недостатки
различных теоретических направлений, представленных в этой книге, мы полагаем,
что темы, находки и исследовательские открытия, содержащиеся в них, будут
иметь заметное влияние на концепции поведения человека в обозримом будущем.
Иначе говоря, теоретический и эмпирический прогресс в области личности
будет основываться непосредственно на достижениях персонологов прошлого
и настоящего. Это не означает, что нам не следует критиковать существующие
подходы, гипотезы, методы и эмпирические данные, которые составляют эту дисциплину.
Это также не означает, что будущие исследования будут точной копией
настоящих. Наоборот, как показала краткая история персонологии, фактически
нет предела разнообразию теоретических моделей человечества, которые могут
изобрести ученые! Сколько умов, столько и альтернативных концепций человека.
В свою очередь, в будущем, вероятно, возникнут новые концепции и направления.
Однако, хотя теории личности, подобно кратковременным капризам моды, могут
приходить и уходить, проблемы, которые стояли перед нашими теоретиками, будут
постоянно привлекать серьезное внимание в последующие годы.

Итак, каковы же решающие и настоятельные вопросы современной психологии
личности? Можно перечислить восемь таких глобальных вопросов.

1. Как развивается личность человека?

2. Что мотивирует поведение человека?

3. Как человек приходит к тому, чтобы думать и узнавать о себе и окружении?


4. Какова природа социальной жизни человека?

5. Чем объясняется уникальность личности?

6. Каковы основные детерминанты личностного расстройства^

7. Каковы определяющие характеристики психически здорового взрослого?

8. Почему одни идут в направлении компетентности и зрелости, а другие
некомпетентности и незрелости?

Это очень сложные вопросы, и, возможно, на них никогда нельзя будет определенно
ответить. Все же, для того чтобы очертить будущие направления теории
личности, в высшей степени необходимо изучать и понимать каждый из них. Это
возвращает нас к первоначальной посылке о том, что творческие теоретики будущего
будут опираться на богатое интеллектуальное наследие своих предшественников.
Именно это убеждение заставляет непредвзято изучать Фрейда, Юнга,
Эриксона, Хорни, Кеттела, Айзенка, Бандуру, Маслоу, Роджерса и других теоретиков,
представленных в этой книге. Каждый по-своему внес ценный вклад в понимание
переживаний и поведения человека.

Конечно, ни одна теория не может адекватно объяснить все, что мы знаем о
^т.тттт^^^п ТТ^т1отточт10 ттоттппо^а иа^тппт-1-п ппп-ж-нп И ИРПТТТТПЧНЯгтттп ЧТП ТПУТТНО

^

590  Глава 12. Психология личности

объяснить его в терминах отдельной теории или направления. Поэтому авторы
считают самонадеянным допущение, что кто-то может понять личность с помощью
только одной теории. Наоборот, мы полагаем, что разные теории могут быть полезны
для рассмотрения разных проблем или аспектов. Такая позиция, известная как
эклектизм, означает, что следует оставаться открытым для различных точек зрения.
Эклектическая ориентация также означает, что нам следует рассматривать
положения, концепции и методы с различных позиций, а не быть приверженным
единственной теории. Большинство, если не все существующие теории личности,
несомненно, будут пересмотрены, когда мы получим больше эмпирических данных.
Можно также ожидать, что будут предприниматься усилия, направленные на
интеграцию теорий и эмпирических исследований, - то есть на создание более
общей картины многообразных и сложных явлений, попадающих в поле зрения
личности. Однако пока нам следует искать пути, на которых концепции самых
различных направлений, даже идеи, кажущиеся противоречивыми, позволят нам
лучше понять, что значит быть человеком.

Обоснование эмпирических исследований

В этой книге мы все время представляли исследования, имеющие отношение к
эмпирической проверке различных направлений личности. Нашей целью было
убедить студентов, изучающих психологию личности в том, что наиболее важная
научная функция теории - стимулировать новые исследования. Чтобы это стало
возможным, теория должна не только объяснять накопленные факты, но также
быть плодородным источником гипотез, которые приведут к расширению
наших знаний. Следовательно, если различные теоретические подходы к личности
должны быть чем-то большим, чем просто фантастическими или сумасбродными
размышлениями о поведении человека, нам нужно представить их в
такой форме, чтобы можно было проверять их эмпирически. Вот что составляет
сущность научного поиска, отличающую его от здравого смысла или простого
высказывания мнений и убеждений. Это также то, что, по нашему мнению, будет
определять конечную научную значимость современных подходов к человеку,
предлагаемых психологией личности. Короче, доступность эмпирической проверке
- это не просто техническое достоинство, она крайне важна для установления
истинности альтернативных теоретических точек зрения на природу и индивидуальность
человека.

Это подводит нас к другому вопросу. Любая теория человеческого функционирования
и поведения является просто предварительным утверждением, которое
требует постоянного пересмотра, основанного на доказательствах, полученных
при проверке его гипотетических постулатов. Теорию нужно сформулировать
так, чтобы в ее рамках можно было согласовывать и объединять новые
эмпирические данные. Следовательно, для любой теории личности может наступить
время, когда она потеряет гибкость и выйдет из употребления. Когда наши
туфли изнашиваются, мы заменяем их новой парой. Если мы поправляемся, то
покупаем новый ремень. Любое теоретическое направление имеет предел в своей
способности расширяться, и когда оно перестанет выполнять свою функцию ин'егоапии
нпныу лянят-ту п пппоттатппя чопг"т"от/.^ п,- __._---_ — ^

Новые направления  59

тельно, теории личности должны иметь возможность для их коррекции в свет
новых фактов.

Несмотря на важность понимания существующих теорий, психология личнс
сти, можно надеяться, рано или поздно разработает набор теоретических конс1
руктов, достаточно больших, чтобы рассматривать человека в целом, причем удо1
летворяющим научную общественность образом. Со времени Фрейда, Адлера
Юнга и других персонология прошла долгий путь, но никто с полным правом н
может заявить, что поведение человека познаваемо или что исчерпались плоде
творные мысли и исследования. Следующий раздел в общих чертах намечае
некоторые гипотетические представления о творческом развитии теоретически:
представлений и экспериментальных исследований в области персонологии
ближайшем будущем.

НОВЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ В ТЕОРЕТИЧЕСКОМ И
ЭМПИРИЧЕСКОМ ИССЛЕДОВАНИИ ЛИЧНОСТИ

Какого рода проблемы и вопросы вероятнее всего привлекут внимание будущи:
персонологов? Не пытаясь стать пророками, мы предсказываем, что приорите
приобретут исследования в пяти проблемных областях. Каждая область, во вся
ком случае с нашей, субъективной точки зрения, потребует серьезных творчески:
и критических разработок, если мы хотим обогатить наше понимание человека

1. Исследование когнитивных процессов и их взаимосвязь
с другими аспектами психологического функционирования

За исключением Келли, Бандуры и Роттера, теоретики, которых мы обсуждали
либо преувеличивали, либо преуменьшали значение когнитивных процессов ал:
понимания функционирования человека. Фрейд утверждал, что все поведения
человека можно объяснить в терминах инстинктивных потребностей, ранних дет
ских переживаний и бессознательной мотивации. Скиннер, с другой стороны, пола
гал, что личность - это наблюдаемое поведение, приобретенное посредством стол
кновения с окружением. Роджерс, правда, уделял некоторое внимание когнитив
ным аспектам опыта человека, но делал больший акцент на чувствах или эмоциях
чем на интеллекте. Хотя Адлер, Юнг, Эриксон, Фромм, Хорни, Олпорт, Кеттел, Ай
зенк и Маслоу признавали важную роль интрапсихических процессов, никто и:
них прямо не обращался к основному вопросу бытия человека: как люди ассими
лиру ют информацию из внешнего окружения, перерабатывают и сохраняют эт^
информацию в памяти и потом извлекают ее для того, чтобы использовать адаптив
ным образом? По мере того, как развивалась психология, становилось ясно, чт(
когнитивные процессы (например, восприятие, память, внимание и решение про
блем) являются центральными в понимании функционирования человека. Поэто
му в последние годы в персонологии появились обширные и значительные разра
ботки в области когнитивной теории и эксперимента [Сап^оп, КлЫзЬгот, 1985
МагЬиз, 1983; М15сЬе1, 1976]. Можно сказать, что изучение когнитивных про

592  Глава 12. Психология личности

психическую репрезентацию своей реальности) фактически является сегодня доминирующей
дисциплиной не только для персонологии, но и для психологии в
целом. И по всем признакам исследования когнитивных процессов и объем накопленных
данных в этой области будут расти в следующие годы.

Джордж Келли сыграл ключевую роль в разработке когнитивного направления
современной персонологии. Он заслуживает особой благодарности за то, что
побудил психологов изучать рациональные и интеллектуальные аспекты человеческой
психики. Отдавая должное Келли, следует признать, что когнитивная теория
социального научения Альберта Бандуры оказалась еще более важным катализатором
для возникновения и интенсивного современного развития когнитивного
подхода к пониманию личности. Воодушевленные его успешной демонстрацией
того, что ключом к научению через наблюдение является способность человека
символически представлять наблюдаемое поведение, персонологи теперь начинают
исследовать огромные информационные хранилища человека, их организацию
и использование в ежедневной переработке информации. Неудивительно, что подходы
к личности, которые подчеркивают когнитивную деятельность человека, имеют
значительное влияние на клиническую психологию, где "когнитивная терапия"
быстро выходит на первое место по популярности [ВесЬ, 1976; ВесЬ е^ а1., 1979].

В центре внимания современных персонологов должны быть различные методы,
с помощью которых люди перерабатывают социальную информацию, и взаимоотношения
между этими процессами и другими аспектами человеческой психики.
Концепция схемы вызывает особый интерес у исследователей личности. Схема
- это организованная структура знаний об отдельном объекте, концепции или
последовательности событий [Р45^е, ТаПог, 1991]. Иначе говоря, схемы - гипотетические
когнитивные структуры, которые мы используем, чтобы воспринимать, организовывать,
перерабатывать и использовать информацию о мире. Очень похожие
на "личностные конструкты" Келли, схемы полезны, так как они упрощают поток
входящей информации и делают наше сложное социальное окружение более контролируемым.

К тому же схемы позволяют нам делать прогнозы о людях и событиях,
сосредоточивать наше внимание на подходящей информации, не обращая
внимания или не придавая значения остальному, и интерпретировать неоднозначную
информацию в уже существующие структуры [Р45^е, ЫпуШе, 1980; Тау1ог,
СгосЬег, 1981].

Когнитивные психологи утверждают, что каждый человек использует большой
и сложный набор схем для осмысления мира. Кроме того, последние достижения в
изучении социально-когнитивного процесса предполагают, что схемы дают общую
структуру, посредством которой перерабатывается и организуется информация, относящаяся
к "Я". Я-схемы являются "когнитивными обобщениями о самости, полуенными
из прошлого опыта, которые организуют и контролируют переработку информации,
относящуюся к "Я"" [Маг1ша, 1977, р. 64]. Я-схема состоит из свойств,
определяющих "Я", которые мы считаем наиболее репрезентативными по отношению
к тому, чем мы являемся. Это включает такую личностно значимую информацию
о нас, как наше имя, физические признаки, характерные аспекты наших взаимоотношении
со значимыми людьми, осознанные черты личности, мотивы, ценности и цели,
которые, как мы считаем, составляют нашу общую Я-концепцию. Следует помнить,
что Я-схемы также могут подвергаться изменению по мере того, как мы заново опре'"м
для себя - ктп мм и ь-як-имм ^тл мпгтти "-га-гт. П тг^^^т", ^"^,^,"",

Новые направления  593

Совокупность имеющихся эмпирических данных показывает, что люди перерабатывают
информацию, которая релевантна для их Я-схем [Ье^1сЬ1, 1984;
Маг1ш5, 1983; Маг1ш5, Зт^Ь, 1981]. Например, в одном исследовании [Маг1ш5,
1977] изучали величину "независимость-зависимость" в Я-схемах. На основе
этой начальной фазы исследования (то есть самоотчетов по нескольким личностным
опросникам), женщины-испытуемые были классифицированы как имеющие
сильную независимую схему, сильную зависимую схему или как асхематичные
(те, у кого не было схемы). Через 3-4 недели эти испытуемые участвовали в
эксперименте, во время которого им на экране предъявлялись по одному прилагательные,
обозначающие черты личности. Прилагательные либо соответствовали
схеме (синонимы независимости, например, напористый и индивидуалистичный;
или синонимы зависимости, например, робкий и приспосабливающийся) либо не
соответствовали схеме (набор прилагательных, обозначающих черты личности,
относящиеся к "креативности"). Испытуемый должен был нажать одну из двух
кнопок, помеченных "Я" или "Не Я", чтобы показать, подходит прилагательное
для его описания или нет. Таймер, соединенный с кнопками, регистрировал, как
быстро испытуемые в каждой из трех групп реагировали на каждый из трех
типов прилагательных.

Было обнаружено, что испытуемые с сильной независимой схемой быстро нажимали
кнопку "Я" в ответ на прилагательные, относящиеся к независимости, но
дольше реагировали на прилагательные, относящиеся к зависимости или не соответствующие
схеме. Противоположный тип реакций был обнаружен у испытуемых
с'сильной зависимой схемой, они быстрее реагировали на прилагательные, относящиеся
к зависимости, которые характеризовали их. С другой стороны, асхематичные
испытуемые не показали различий во времени переработки любого типа слов.
Эти результаты явно выступают в поддержку существования Я-схем, так как показывают,
что люди перерабатывают информацию быстрее, когда у них есть сильная
когнитивная структура, связанная с этой информацией. Эта поддержка в пользу
концепции Я-схемы, в свою очередь, поддерживает теорию схемы, которая объясняет
относительно стабильные индивидуальные различия в поведении различиями
в когнитивных структурах.

Исследования, подобные тому, которое выполнил Маркус, показали, что при
переработке информации люди:

 делают быстрые суждения и принимают решения о себе, если вопрос относится
к их Я-схеме;

 быстро вспоминают или реконструируют эпизоды из своего прошлого, которые
подходят их Я-схеме;

 часто воспринимают других сквозь призму своей собственной схемы;

 отвергают информацию, которая не соответствует их Я-схеме [СапЬзг, К1Ыэ^от,
1987].

Эти открытия особенно важны, потому что они поддерживают основной постулат
когнитивной парадигмы о том, что переработка Я-релевантной информации
контролирует как причины, так и следствия внешнего поведения. Можно также
считать, что эти результаты подтверждают идею Роджерса о том, что переживания,
не совместимые с существующей Я-структурой, не символизируются или симво594
 Глава 12. Психология личности

Последнее десятилетие характеризовалось значительно возросшим интересом
к когнитивному подходу в персонологии [Ьагаша, 1984]. Кроме того, одним из
самых впечатляющих завоеваний "когнитивной революции" стало широкое распространение
этого подхода. Фактически не осталось ни одной сферы поведения
человека, где исследователи не рассуждали бы о возможном когнитивном влиянии.
Когнитивный аспект искали в таких различных областях, как тревога, депрессия,
навязчивость, расстройства речи, сексуальность, искусство и спортивные состязания.
Недавние исследования даже заставляют предположить, что когнитивные
процессы оказывают существенное воздействие на физическое самочувствие человека
[Ре1ег5оп е1 а1., 1988; 415, МиНеп, 1981]. Как видите, образ человека в когнитивном
направлении обещает богатство концептуальных и исследовательских возможностей
в ближайшем будущем.

2. Изучение взаимодействия ситуационных факторов и
личностных переменных и их относительный вклад в поведение

Хотя большинство персонологов давали разные описания и объяснения поведения,
они допускали, что внутренние задатки (или то, что иначе называется переменные
человека) ответственны за поведение человека и могут адекватно объяснить
его. Иначе говоря, главный тезис психологии личности заключается в том,
что внешнее поведение отражает действие причинных факторов, лежащих в его
основе, которые относительно стабильны во времени и ситуациях. Психодинамическая
теория Фрейда является ярким воплощением этой точки зрения, ориентированной
на человека. Более чем любая другая теоретическая позиция, представленная
в этой книге, психодинамическое направление допускает, что поведение
человека диктуется стойкими личностными характеристиками, которые берут
начало из кризисов в детском возрасте. Диспозициональное направление, представленное
здесь в лице трех таких наиболее выдающихся теоретиков, как Олпорт,
Кеттел и Айзенк, также в большой степени опирается на положение, что
поведение определяется факторами внутри человека. Эти три теоретика, несмотря
на их несогласие по поводу природы и количества диспозициональных характеристик,
разделяют важное положение о том, что они оказывают причинное влияние
на поведение человека во многих ситуациях. В отношении Кеттела нужно
отметить, что он не игнорировал влияния специфических ситуаций окружения на
поведение. Как вы, вероятно, помните, Кеттел полагал, что каждая черта личности
должна оцениваться по ее значимости в определенной ситуации. Тем не менее,
концепция глубинных черт личности составляет наиболее важный конструкт в
его теории.

В меньшей степени важность интрапсихических структур и процессов также
видна в постфрейдовских теориях, таких как теория Юнга (психологические
типы), теория Адлера (чувство неполноценности) и теория Хорни (базальная тревога).
Эти теоретики, несмотря на различие их подходов, сходились во мнении, что
личностные задатки имеют большое влияние на жизненный опыт человека. Келли
в своей когнитивной теории концентрируется почти исключительно на переменных
человека, его больше всего интересовало объяснение того, как уникальная
конгтпуктная система человека влияет на внешнее ппнрлгрнир Тякжр и гЬрнпмрнпНовые
направления  595

логическое направление Роджерса склоняется к трактовке переменных человека
(стремление к самоактуализации, Я-концепция) как важнейшей движущей силы
поведения. Все эти теоретики разделяют положение о том, что личность состоит из
глобальных устойчивых задатков, которые определяют поведение в самых разных
ситуациях.

Соответственно эти, такие непохожие, персонологи разделяют положение о
том, что ситуационные воздействия играют второстепенную роль в формировании
и модификации поведения. Все же мы знаем, что люди на протяжении жизни
изменяют свое поведение в ответ на изменяющиеся условия окружения. Человек,
который женится, изменяется в соответствии с новым статусом; также и человек,
который разводится. Приобретение нового статуса и исполнение новых ролей,
например, роли студента, родителя, спортсмена и работника также приводит к
изменению поведения. Причиной нашего изменения может стать завершение образования,
смерть близкого человека, достижения науки и появление новых технологий.
Становится очевидно, что по крайней мере какая-то доля нашего поведения
регулируется социокультурным контекстом (например, проживание в
малонаселенной местности - проживание в переполненном, наводненном наркотиками
гетто). Акцент Фромма на социальных, политических и экономических
факторах как главных силах, определяющих развитие типа характера, иллюстрирует
подход с этих позиций. Теория Эриксона также рассматривает взаимосвязь
самости и контекста окружения, но главное внимание теоретика направлено
внутрь человека. Позиция Скиннера представляет высшую степень инвайронментализма,
он даже не признает организмических или интрапсихических переменных,
с которыми могут взаимодействовать ситуационные факторы! И наконец,
Бандура, хотя его позиция по положению инвайронментализма значительно менее
экстремальна, чем у радикальных бихевиористов, также признает влияние
ситуационных переменных на поведение.