Жанр: Политика
Современные международные отношения
...Речь сегодня идет скорее о том, как лучше выстроить
"концерт" европейских организаций, в котором каждая из них исполняла бы свою "партию",
исходя из необходимости их тесного взаимодействия, а не конкуренции, и учитывая ресурсы
и возможности остальных.
Этот вывод предполагает признание того факта, что сейчас и в обозримом будущем
ни одна европейская организация не сможет самостоятельно решить все проблемы переживаемого
Европой переходного периода, а также справиться с возникающими рисками. Данный
вывод в равной степени относится и к ОБСЕ, и к НАТО. Ни укрепление и расширение
возможностей первой, ни расширение второй не являются ответом на все проблемы европейской
безопасности, хотя порой в пылу полемики сторонники той или другой точки зрения
абсолютизируют возможности отдельных организаций.
Таким образом, в действительности мы не стоим перед выбором: либо ОБСЕ - либо
НАТО. Если расширение НАТО позволяет распространить стабилизирующее действие атлантического
сообщества безопасности на ряд стран Центральной и Восточной Европы, то
ОБСЕ сохраняет неоспоримое первенство в целом ряде областей европейской политики. Это
единственная универсальная организация европейских государств, способная санкционировать
действия других региональных организаций за пределами их непосредственной "зоны
ответственности". ОБСЕ незаменима в сферах предотвращения и урегулирования локальных
конфликтов, контроля над вооружениями и укрепления доверия в военной области, контроля
за соблюдением прав человека и национальных меньшинств во всех государствах - участника
Организации.
В-третьих, это отсутствие необходимости создавать новые организации в Европе.
Задача сегодня состоит в том, чтобы упорядочить взаимодействие существующих региональных
организаций, при этом устраняя неоправданное дублирование в их деятельности
там, где оно возникает, улучшить координацию в интересах достижения синергетического
эффекта от согласованных действий. Иными словами, речь идет о совершенствовании взаимодействия
между ОБСЕ, НАТО, ЕС, ЗЕС, Советом Европы в соответствии с концепцией
безопасности, основанной на сотрудничестве, а не о формировании системы коллективной
безопасности в Европе.
Наконец, это вопрос о том, каким образом Россия будет встраиваться в новую систему
отношений в Европе. Смена парадигмы формирования единой Европы, безусловно,
имеет для России иное значение, чем для большинства восточноевропейских стран. Прежде
всего потому, что в отличие от них перед Россией не стоит вопрос о вступлении в ЕС или
НАТО. Расширение же последних сужает для России выбор путей интеграции в новую европейскую
систему. Вместе с тем нет никаких оснований драматизировать происходящее в Европе.
В нашем понимании главный интерес России заключается в том, чтобы иметь дело
с единой, а не с раздробленной Европой. И хотя соблазн поиграть на противоречиях между
европейскими державами велик, для России важнее стабильность и предсказуемость Европы,
обеспечиваемые в первую очередь многогранными интеграционными процессами как в ЕС,
так и в НАТО. В этом смысле главное заключается в том, чтобы европейцы не растеряли, а,
наоборот, укрепили и расширили свое единство.
Второй, не менее важный интерес России заключается в том, чтобы не допустить возрождения
враждебных отношений между Россией и Западом, и в частности с Европой; найти
пути приобщения России к расширяющемуся европейскому сообществу безопасности. Институционализация
партнерских отношении с ЕС и НАТО должна поэтому стать одним из
основных приоритетов российской политики в Европе. Специальные механизмы и институты,
связывающие Россию с ЕС и НАТО, позволяющие согласовывать общие интересы и политику,
должны стать новым звеном в системе европейских институтов (пока оно находится
в рудиментарном состоянии). Без этого звена новая система европейской безопасности выглядела
бы незавершенной, а заявления о том, что без участия России невозможно обеспечить
стабильную безопасность в Европе, остались бы пустым звуком.
Именно поэтому, а не потому, что Североатлантический союз расширяется на Восток,
необходим диалог с НАТО. Хотя вопрос о строительстве отношений России с НАТО в последние
годы оказался тесно увязанным с вопросом о расширении последней, углубление
партнерства с альянсом имеет самостоятельное значение. Формирование долгосрочного
партнерства между Россией и НАТО не просто отвечает интересам всех сторон, но и призвано
стать одной из основ новой системы европейской безопасности. Для России же институционализация
партнерства с НАТО наряду с развитием отношений с Европейским
союзом является одним из важнейших путей обеспечения достойного места в этой системе
Институционализация отношений России с европейскими организациями
Стержневой линией российской политики долгое время оставалось противопоставление
укрепления ОБСЕ расширению западных структур, прежде всего НАТО. Тем не менее
начиная с 1994г. в политике России прослеживается акцент на постепенную институционализацию
отношений с ведущими европейскими организациями на основе налаживания механизмов
прямого политического диалога с ними.
24 июня 1994 г. было подписано Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между
Российской Федерацией и Европейским союзом , вступившее в силу 1 декабря 1997 г. Соглашением
учрежден механизм политического диалога между Россией и ЕС, включая
регулярные консультации по всему спектру политических, экономических и других проблем.
Два раза в год должны проходить встречи президента России с руководством ЕС - председателем
Европейского совета и председателем Европейской комиссии. Диалог на уровне министров
осуществляется в рамках Совета сотрудничества, призванного наблюдать за
осуществлением соглашения, обсуждать двусторонние и международные вопросы, давать
соответствующие рекомендации. Он опирается в своей деятельности на Комитет сотрудничества
в составе старших должностных лиц. Комитет парламентского сотрудничества в составе
депутатов Федерального Собрания России и Европарламента может давать Совету
свои рекомендации.
ЕС признал Россию страной с экономикой переходного периода, что позволяет применять
режимные положения в торговле и экономическом сотрудничестве на уровне, близком
к мировой практике. В 1998 г. ЕС принял решение о применении к России
антидемпинговых процедур в том же порядке, как и к странам с рыночной экономикой. Режим
торговли по основным элементам совпадает с правилами ГАТТ/ВТО. В ходе переговоров
Россия добилась отмены количественных ограничений на импорт в страны ЕС
российских товаров. Однако отдельными соглашениями регулируется торговля углем и товарами
черной металлургии, текстилем, сельскохозяйственной продукцией, товарами ядерного
топливного цикла, рынок коммерческих космических запусков. В 1998 г. завершился
процесс урегулирования большинства из этих вопросов.
Наиболее драматично складывались отношения России с НАТО. Принятие программы
ПРМ поначалу было позитивно воспринято российским руководством. Однако в условиях
публичной критики как идеи расширения НАТО, так и ПРМ приоритетное значение в
России было отдано оформлению "особых" отношений с НАТО, включая проведение консультаций
по широкому кругу проблем европейской безопасности.
22 июня 1994 г. Россия подписала рамочный документ ПРМ одновременно с протоколом,
в котором выражалось намерение подготовить широкую индивидуальную программу
партнерства, "отвечающую размерам, значимости и возможностям России", а также наладить
далеко идущие отношения сотрудничества "как в рамках, так и вне рамок" ПРМ. Россия
и НАТО договорились углублять диалог и сотрудничество путем обмена информацией
по проблемам политики безопасности, имеющим европейское измерение, проводя по мере
необходимости политические консультации по вопросам, представляющим взаимный интерес,
осуществляя сотрудничество по всему кругу вопросов безопасности, в том числе в сфере
поддержания мира.
В ходе последующих переговоров были подготовлены два документа, подписание которых
ожидалось 1 декабря 1994г., - индивидуальная программа сотрудничества России с
НАТО в рамках ПРМ и документ о механизме расширенного политического диалога с НАТО,
выходящего за более узкие военно-политические рамки ПРМ. Однако оба документа
были подписаны лишь 31 мая 1995 г. в Нордвейке (Нидерланды).
С этого времени Россия явно отдавала предпочтение более широкому политическому
диалогу с НАТО. Индивидуальная программа партнерства так и не была наполнена реальным
содержанием. Хотя с 1995 г. Россия неоднократно инициировала встречи по формуле
16+1, многие параметры этого механизма ее не удовлетворяли. Диалог осуществлялся на нерегулярной
основе и фактически был ограничен встречами на уровне послов, хотя с 1996 г.
встречи в составе "16+1" стали проводиться и на уровне министров иностранных дел и обороны.
Занимая крайне отрицательную позицию в отношении расширения НАТО, Россия
вплоть до начала 1997 г. отказывалась вести официальный диалог о совершенствовании механизма
политических консультаций, хотя соответствующие предложения от НАТО неоднократно
поступали.
Лишь в декабре 1996 г. Россией и НАТО было согласовано начало с января 1997 г.
консультаций о взаимных отношениях, перешедших в переговоры, которые завершились
подписанием 27 мая 1997 г. в Париже Основополагающего акта о взаимных отношениях, сотрудничестве
и безопасности между Россией и НАТО. В этом документе зафиксированы
принципы сотрудничества между ними, механизм регулярных консультаций и сотрудничества
в рамках Совместного постоянного совета (СПС) Россия - НАТО, собирающегося дважды
в год на уровне министров и ежемесячно - на уровне послов, сформулированы области
консультаций и сотрудничества.
Процесс институционализации механизма политического диалога оказался затяжным.
Первое заседание СПС на уровне министров иностранных дел 17 государств и генерального
секретаря НАТО состоялось в Нью-Йорке 26 сентября 1997 г. С первым визитом начальника
российского Генерального штаба в НАТО и назначением Россией в конце 1997 г. главного
военного представителя в альянсе, а также с созданием в Брюсселе военной миссии связи с
НАТО были сделаны важные шаги в направлении формирования механизмов взаимодействия
с этой организацией. На заседании СПС на уровне послов 24 октября 1997г. было принято
решение о создании первых рабочих групп, в том числе по вопросам миротворчества, по
ядерным вопросам, по военно-техническому и другим аспектам сотрудничества.
Несмотря на драматизм отношений России с НАТО и неизбежные политические издержки
жесткой риторики с российской стороны, состояние отношений России с европейскими
организациями во второй половине 90-х годов свидетельствует в целом о
возможностях их дальнейшего выравнивания и позитивного развития в интересах как России,
так и Европы в целом.
Заключено в целом благоприятное для России соглашение с ЕС, хотя на рубеже XX и
XXI вв. сложности в их отношениях будут возрастать ввиду торгово-политических последствий
для России предстоящего расширения Европейского союза. Создан, хотя и работает со
сбоями, механизм сотрудничества с НАТО. В 1996 г. Россия стала полноправным членом
Совета Европы. С 1994 г. начался постепенный, хотя и медленный процесс институционализации
отношений сотрудничества России с ЗЕС.
Главное же заключается в начале формирования механизмов прямого диалога и взаимодействия
России с основными европейскими институтами в политической, экономической
и военно-политической областях, хотя этот процесс и шел со сбоями и откатами. Наполнение
взаимодействия с ЕС и НАТО реальным содержанием, а также развитие двусторонних отношений
с европейскими державами и США наряду с сохранением активного участия России в
ОБСЕ способны заложить институциональную основу взаимодействия и согласования интересов
России с главными субъектами европейской политики, ее полновесного участия в
формировании новой системы отношений в Европе.
Рекомендованная литература
Ежегодник ОБСЕ 1995. Ежегодник по вопросам Организации по безопасности и сотрудничеству
в Европе. - М., 1996.
Ежегодник ОБСЕ 1996/1997. Ежегодник по вопросам Организации по безопасности
и сотрудничеству в Европе. - М., 1998.
От Хельсинки до Будапешта. История СБСЕ/ОБСЕ в документах (1973 -1974 гг.). В 3х
томах - М., 1996 - 1997.
Der Osten Europas im Prozefi der Differenzierung: Fortschritte und Mifierfolge der Transformation
// Bundesinstitut fur ostwissenchaftli-che und Internationale Studien. - Munchen - Wien,
1997.
Russia and Europe. The Emerging Security Agenda /Ed. by V. Baranovski. - Oxford, 1997.
Subregional Cooperation in the New Europe. Building Security, Prosperity and Solidarity
from the Barents to the Black Sea. - N.Y., 1999.
WEB сайты:
ОБСЕ: http://www.osceprag.cz
EC: http://europa.eu.int
НАТО: http://www.nato.int
Глава 3. Международные отношения в Восточной Азии
Ко второй половине 90-х годов восточноазиатская подсистема стала второй по значению
после Европы подсистемой мира. Высокая динамика развития, в основе которой - опережающие
темпы роста стран Восточной Азии, их успешный диалог между собой и с
внерегиональными державами могут сделать Азиатско-тихоокеанский район основным центром
мирового экономического и политического тяготения подобно тому, как таким центром
в предшествующие эпохи была Европа. Восточная Азия - часть Азиатско-тихоокеанского
региона (АТР). Имеется несколько вариантов определения его географических границ. Согласно
первому к АТР относят гигантский район, ограничиваемый западным побережьем
обеих Америк, восточным побережьем Азии и зоной Австралии. При такой интерпретации в
АТР включают и страны Южной Азии. Второй вариант предполагает включение в АТР стран
Тихоокеанской Азии, США, Канады и зоны Австралии и Новой Зеландии. Государства Южной
Азии в этом случае также попадают в перечень стран АТР, но из него исключаются латиноамериканские
государства.
Третий вариант предполагает фокус на азиатских составляющих АТР от Берингова
пролива до Бирмы. Материалы, связанные с политикой внерегиональных держав - США, Австралии,
Индии, Канады и стран Европейского союза, привлекаются для анализа постольку,
поскольку это необходимо для понимания региональных событий. Третье толкование и принято
за исходное в настоящей главе. В ней в основном будет употребляться термин "Восточная
Азия" притом, что Восточная Азия включает в себя северо-восточную (Дальний Восток)
и юго-восточную части.
В 70 - 80-х годах на региональном уровне структура межгосударственных отношений
определялась существованием треугольника СССР - США - КНР, который вписывался в контекст
мирового биполярного противостояния Советского Союза и США. Распад СССР разрушил
эту структуру. В Восточной Азии обстановка перестала зависеть от отношений
Москвы и Вашингтона. Это дало толчок развитию региональной многополярности. В АТР
стали действовать несколько центров влияния - Китай, Япония, государства Ассоциации
стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Россия. США хотя географически и не принадлежат к
восточноазиатской подсистеме, но оказывают на нее огромное влияние.
Многополярность на уровне региона определяет подход стран Восточной Азии к
оценке мировых тенденций. Китай является активным пропагандистом концепции формирования
многополярной структуры международных отношений во всем мире. В апреле 1997 г.
эта точка зрения КНР получила поддержку России, когда в Москве по итогам российскокитайского
саммита была подписана совместная российско-китайская Декларация о многополярном
мире и формировании нового международного порядка.
Основные компоненты обеспечения региональной стабильности
Отношения в области безопасности между странами региона в основном базируются
на двусторонних обязательствах. Хотя в АТР имеется несколько многосторонних военнополитических
соглашений, они не играют определяющей роли.
Комплексы двусторонних отношений. В связи с прекращением советскоамериканской
конфронтации вооруженные силы США в регионе были сокращены со 110 до
100 тыс. человек в 1990 - 1992 гг. От новых сокращений американская администрация намерена
воздерживаться. Важнейшие союзы США в регионе - прежде всего с Японией и Южной
Кореей.
Первый из них опирается на подписанный в 1951 г. в Сан-Франциско японоамериканский
Договор о взаимном сотрудничестве и гарантии безопасности, который был
пересмотрен и продлен в 1961 г., а затем еще раз в 1971 г. Этот договор не имеет четко оговоренного
срока действия и ежегодно автоматически продлевается. Он предусматривает оказание
Соединенными Штатами помощи Японии в случае возникновения угрозы миру и
стабильности на Дальнем Востоке. Договор о взаимной обороне между США и Южной Кореей
был заключен в октябре 1953 г. после подписания соглашения о прекращения огня, положившего
конец боевым действиям в Корее (1950 - 1953 гг.). Оба договора позволяют США
иметь базы на территориях союзников.
Договор о взаимной обороне с 1952 г. связывает США с Филиппинами. Изначально
он предусматривал присутствие американских баз на филиппинской территории. Однако в
конце 70-х годов правительство Филиппин поставило вопрос об их удалении. Фактический
вывод баз состоялся только в 1992 г.
Однако страны региона приняли меры, чтобы сохранить здесь американское присутствие.
Правительство Сингапура в 1990г. предложило разместить на своей территории службу
снабжения ВМС США и обеспечивать техническое обслуживание американских боевых
кораблей и военных самолетов. Малайзия и Индонезия согласились предоставить США условия
для ремонта военных кораблей в своих портах. В 1993 г. аналогичные услуги обязался
предоставлять США и Бруней. Филиппинское правительство тоже согласилось разрешить
ВМС США использовать ремонтные доки бывшей американской базы в Субик-Бэй, но только
на обычной коммерческой основе.
Таиланд не имеет военно-политического договора с США. Но сотрудничество двух
стран развивается на базе подписанного в 1962 г. государственным секретарем США Д. Раском
и министром иностранных дел Таиланда Танат Хоманом Совместного заявления о политике
США в отношении Таиланда. Этот документ (коммюнике "Раск - Танат") не включает в
себя прямого обязательства США защищать Таиланд, но предусматривает предоставление
американской помощи на цели укрепления способности Таиланда противостоять прямой или
косвенной внешней агрессии.
Важно принимать во внимание и существование принятого американским конгрессом
в 1979 г. Закона об отношениях США с Тайванем, согласно которому американская сторона
обязалась продолжать оказание помощи Тайваню в интересах повышения его обороноспособности.
По смыслу, хотя и не формально, этот закон предусматривает предоставление
Тайваню неофициальных американских гарантий на случай чрезвычайных ситуаций в зоне
соприкосновения сфер контроля Тайваня и КНР.
Военно-политические обязательства России перед странами региона скромнее. Российская
Федерация признает действенность договора 1978 г. между СССР и СРВ. На основании
этого договора с 1979г. по конец 80-х Советский Союз арендовал во Вьетнаме две базы -
военно-морскую в Камрани и военно-воздушную в Дананге. Советское присутствие на этих
базах должно было уравновешивать американское присутствие на Филиппинах. Но к началу
90-х годов советское присутствие во Вьетнаме было свернуто. После 1991 г. было объявлено
о намерении вообще ликвидировать российские военные объекты во Вьетнаме. Затем ситуация
изменилась еще раз. В связи с активизацией военного строительства в Китае вьетнамская
сторона модифицировала свою позицию. В настоящее время на базах во Вьетнаме сохраняется
ограниченное военное присутствие России до 2004 г. Вьетнамская сторона не возражает
против использования этих же баз Соединенными Штатами. Страны АСЕАН и США относятся
к российскому присутствию во Вьетнаме с пониманием. Вступление Вьетнама в АСЕАН
в 1995 г. при наличии российско-вьетнамского договора означает косвенное
подключение России к совместному со странами этой группы регулированию вопросов региональной
безопасности.
Формально не денонсирован и советско-северокорейский военно-политический договор
1961 г., предусматривающий оказание помощи КНДР в случае возникновения конфликта
на Корейском полуострове. Однако с 1995г. в стадии обсуждения находится вопрос о его пересмотре
в направлении изменения обязательств российской стороны и приведения содержания
договора в соответствие с новыми конституционными процедурами Российской
Федерации (процесс прохождения через Федеральное Собрание решений об оказании военной
помощи зарубежным государствам).
Из новых активов российской политики можно назвать два. В ноябре 1992 г. был заключен
Договор о дружбе и сотрудничестве между РФ и Республикой Корея. Это единственный
случай подписания Россией такого рода документа с восточноазиатским
государством - союзником США. Он может при необходимости служить "мостком" для косвенного
подключения Российской Федерации к избирательному сотрудничеству с замкнутой
на США системой региональных военно-политических обязательств.
В 1993 г. был заключен новый договор России с Монголией. В отличие от прежнего
советско-монгольского договора 1966 г. новый договор имеет чисто политический характер.
Из комплексов двусторонних соглашений других держав важно отметить договоры
Австралии с Новой Зеландией и Индонезией. Первый из них был заключен в 1943 г. и изначально
предусматривал сотрудничество обеих стран в интересах обороны против Японии.
Он остается в силе. Второй документ, подписанный в декабре 1995 г., не содержит упоминания
о заключении союза между Канберрой и Джакартой, но в него включены традиционные
для военно-политических договоров статьи о проведении консультаций в случае возникновения
опасных вызовов для принятия соответствующих мер. Предполагается, что договор
подписан с учетом растущей мощи КНР.
Многосторонние соглашения. В сентябре 1951 г. в Сан-Франциско был подписан
трехсторонний Договор безопасности между Австралией, Новой Зеландией и США (АНЗЮС).
Изначально направленный против возобновления японской агрессии, этот блок со
временем изменил характер. Однако с 1986 г. вследствие американо-новозеландского конфликта
из-за отказа Новой Зеландии допускать в свои порты американские боевые корабли с
ядерным оружием на борту американская администрация в одностороннем порядке заявила о
"приостановке членства" Новой Зеландии в АНЗЮС и отказалась продолжать с ней военное
сотрудничество. Хотя в 90-х годах конфликт утратил остроту, в работе АНЗЮС Новая Зеландия
не участвует. Блок трансформировался в две подсистемы двустороннего сотрудничества
- США с Австралией и Австралии с Новой Зеландией. Одновременно продолжается и
сотрудничество Канберры и Веллингтона по линии уже упоминавшегося военнополитического
соглашения между Новой Зеландией и Австралией (АНЗАК), заключенного в
1943 г. Таким образом, косвенно Новая Зеландия по-прежнему подключена к американской
системе стратегических партнерств.
С начала 70-х годов в регионе действует система Оборонных мероприятий пяти держав
(Five Powers Defense Arrangements). В нее входят государства Содружества - Великобритания,
Австралия, Малайзия, Новая Зеландия и Сингапур. Их взаимодействие строится на
базе шести документов: о системе единой военно-воздушной обороны; о сотрудничестве в
области обороны Великобритании, Австралии и Новой Зеландии с Сингапуром; о сотрудничестве
тех же первых трех стран с Малайзией; о военно-политическом сотрудничестве стран
на пятисторонней основе и о таком же сотрудничестве между Великобританией, Австралией
и Новой Зеландией (АНЗЮК).
Следует сказать о Манильском пакте. В его основе - подписанный в ноябре 1954 г.
Договор о коллективной обороне в Юго-Восточной Азии между США, Великобританией,
Францией, Австралией, Новой Зеландией, Филиппинами, Таиландом и Пакистаном. На базе
договора до конца 70-х годов довольно неудачно действовал многосторонний блок СЕАТО.
В 1976 г. по инициативе Филиппин и Таиланда его организационные структуры (секретариат
и др.) были распущены. Но формально пакт не денонсирован, и решение о возобновлении
работы его органов может быть принято в любое время.
Новым многосторонним институтом является действующий с 1995 г. региональный
форум по вопросам безопасности. Его участники - девять стран АСЕАН (Бруней, Вьетнам,
Индонезия, Лаос, Малайзия, Мьянма, Камбоджа, Сингапур, Таиланд, Филиппины) и государства
- партнеры АСЕАН - США, Япония, Австралия, Новая Зеландия, Канада, Южная
Корея, Россия, КНР, а также представитель Европейского союза и КНДР. Эта организация не
является военно-политической структурой в обычном смысле слова. Значение ее деятельности
- в поддержании диалога и мониторинге стратегической ситуации. Участники форума не
принимают формальных обязательств. Задача организации - ставить вопросы, связанные с
поддержанием стабильности и предотвращением конфликтов. Малым и средним странам
форум дает возможность привлечь внимание сильных держав к своим опасениям и в случае
появления конкретных угроз попытаться сформировать в регионе неформальную коалицию
для их устранения. Это "мягкий" тип многостороннего сотрудничества в сфере безопасности,
не апробировавшийся в других частях мира.
Экономическая составляющая региональных отношений
К началу 90-х годов в Восточной Азии на основе развития торгово-экономических и
финансовых связей, производственной кооперации, взаимных переливов капиталов, товаров
и технологий, взаимопроникновения и взаимосращивания хозяйственных интересов Японии
и Соединенных Штатов Америки сформировался крупнейший в мире межгосударственный
производственно-экономический комплекс, который стал локомотивом ускоренного развития
всего региона.
Повышение уровня развития сопредельных азиатских стран стало для Японии и США
необходимостью по нескольким причинам. Во-первых, при низкой покупательной способности
населения бедные страны не могли стать рынками
...Закладка в соц.сетях
