Жанр: Философия
Философская проза (Древнего Китая)
... грозен?"
Цзычжан спросил: "А что называется четырьмя безобразными
способами управления?" Учитель сказал: "Убивать
без наставления - это жестоко; требовать результата (в работе),
не сделав предупреждения, - это насилие; медлить с
приказом вплоть до срока (его исполнения) - это разбой;
проявлять скупость в оплате (труда) значит проявлять мелочность".
КНИГА О ДАО И ДЭ
"Книга о дао и дэ" ("Дао дэ цзин") возникла, по-видимому, не позже
III в. до н.э. и названа была "книгой"^', возможно, " параллель к конфуцианскому
канону. В монологической форме в ней излагаются тезисы
учения, в целом остающегося как бы за текстом. Голос строгого проповедника
звучит сдержанно, убежденно, а порой взволнованно. "Знающий не
доказывает, а доказывающий не знает" - в этой фразе заключено характерное
для древности представление о том, что истина не нуждается в доказательстве,
частично поколебленное лишь в III в. до и. э. китайскими "софистами".
Практически на протяжении всей древности слово учителя, как
показывают памятники, остается неоспоримым, что всегда сказывается на
несколько торжественном стиле монологов учителя. В "Дао дэ цзине", как
в "Изречениях" и в любом другом произведении древнего периода, нет
систематического изложения учения, хотя, безусловно, само учение представляет
собой систему. Для ее выражения существовал другой способ, чем
теперь. Поскольку вообще образное мышление, фантазия, воображение играли
очень большую роль, многое в изложении рассчитано на эмоциональное,
а не на логическое восприятие. Казалось бы, разрозненные фрагменты ~-
изречения Конфуция и его учеников, тезисы "Книги о дао и дэ", диалоги
Мэнцзы и Чжуанцэы, оказываются в тексте связанными в одно целое.
Огромную роль как стилистический прием играет повтор. Композиционный,
синтаксический, лексический и звуковой повторы подчеркивают смысловой.
Одни и те же темы, варьируясь, служат созданию многообразной, но единой
картины мира.
Дао и дэ, о которых толкует текст, суть главнейшие понятия даосской
философии. Как уже говорилось, дао значит "путь". На правильном пути
настаивал и Конфуций применительно к государству и "благородному мужу".
У даосов же дао значит путь природы, ее внутренний закон, по которому
она развертывается. И если дэ у Конфуция есть в некотором роде "мистическая"
сила, которую дает обладание всеми "необходимыми добродетелями
"благородному мужу" или даже Сыну Неба, то у Лаоцзы и последующих
даосов дэ значит силу, царствующую в природе наравне с дао и сообщающую
сему живому способность жить, не подвергаясь опасности порчи или безвременной
гибели- при условии ненарушения основного закона (дао).
Приводимые ниже фрагменты из "Книги о дао и дэ" даны в переводе
Ян Хин-шума с некоторой редакцией отдельных мест перевода.
§ 1
Дао, которое может быть выражено словами, не есть постоянное
дао. Имя, которое может быть названо, не есть постоянное
имя. Безымянное есть начало неба и земли, обладающее
именем - мать всех вещей.,.
§2^
Когда все в Поднебесной узнают, что прекрасное является
прекрасным, появляется и безобразное. Когда все узнают, что
доброе является добром, возникает и зло. Поэтому бытие и
небытие порождают друг друга, трудное и легкое создают
друг друга, длинное и короткое взаимно соотносятся, высокое
и низкое устремлены друг к другу, звуки инь и шэн согласуются
друг с другом. Поэтому совершенномудрый, совершая дела,
предпочитает недеяние; осуществляя учение, не прибегает к
словам...
§4
Дао пусто, но неисчерпаемо. О глубочайшее! Оно предок
всех вещей!.. Я не знаю, чей оно сын, но оно предшествует
небесному владыке.
Тридцать спиц соединяются в одной ступице [образуя колесо),
но употребление колеса зависит от пустоты между [спицами]
. Из глины делают сосуды, но употребление сосудов
зависит от пустоты в них. Пробивают двери и окна, чтобы
сделать дом, но пользование домом зависит от пустоты в нем.
Вот почему полезность зависит от пустоты.
§ 12
Пять цветов притупляют зрение. Пять звуков притупляют
слух. Пять вкусовых ощущений притупляют вкус. Охота и
скачки приводят в неистовство. Труднодоступные вещи влекут
к преступлению. Поэтому совершенномудрый устремлен к внутреннему,
а не к внешнему...
§ 14
Смотрю на него и не вижу, поэтому называю невидимым.
Слушаю его и не слышу, поэтому называю неслышимым.
Пытаюсь схватить его и не достигаю, поэтому называю его
мельчайшим. Эти три [свойства) неразделимы и составляют
одно. Вверху не освещено, внизу не затемнено. Оно бесконечно
и не может быть названо. Оно снова возвращается в
небытие. И вот называю его формой без форм, образом без
существа. [Поэтому] называю его неясным, туманным. Встречаюсь
с ним и не вижу лица его, иду следом за ним и не
вижу спины его.
§25
Вот вещь в хаосе возникающая, прежде неба и земли
родившаяся! О беззвучная! О лишенная формы! Одиноко стоит
она и не изменяется. Повсюду действует и не имеет преград.
Ее можно считать матерью Поднебесной. Я не знаю ее имени.
Обозначая словом, назову ее дао, произвольно давая ей имя,
назову ее - великое. Великое - оно в бесконечном движении.
Находящееся в бесконечном движении, не достигает предела.
Не достигая предела, оно возвращается [к своему истоку].
Вот почему велико дао, велико небо, велика земля, велик
также и государь. Во Вселенной имеются четыре великих,
и среди них - государь.
Человек следует [законам] земли. Земля следует [законам]
неба. Небо следует [законам] дао, а дао следует самому себе.
§ 30
Кто служит правителю посредством дао, не покоряет другие
земли оружием, ибо это может обратиться против него. Где
побывали войска, там растут колючки [и бурьян]. Где прошло
большое войско, там наступают голодные годы.
Искусный [полководец] побеждает и на этом останавливается,
[он] не смеет творить насилие. Побеждает и сам себя не
прославляет. Побеждает и не нападает. Побеждает и не гордится.
Побеждает, потому что вынужден. Побеждает, но не
воинственен.
Когда сильное [и здоровое] превращается в старое [и слабое]
, это противоречит дао. То, что противоречит дао, то
рано погибнет.
§ 32
Дао вечно и безымянно. Эта простая основа хоть и мала,
но никто в мире не может ее подчинить себе. Если бы хоу
и ваны были способны ее хранить, то тьма существ пришла
бы им служить, небо и земля, слились бы в гармонии и
пролили сладкую росу, а народ и без приказов бы успокоился...
§47
Не выходя со двора, можно познать мир. Не выглядывая
из окна, можно видеть естественное дао. Чем дальше идешь,
тем меньше познаешь. Поэтому совершенномудрый не ходит,
но познает [все]. Не видя [вещей], он проникает в их [сущность].
Не действуя, он добивается успехи
§ 51
Дао рождает [вещи] , дэ вскармливает [их] . Вещи оформляются,
формы завершаются. Поэтому нет вещи, которая бы не
почитала дао и не ценила бы дэ... Дао рождает [вещи],
дэ вскармливает [их], взращивает их, воспитывает их, совершенствует
их, делает их зрелыми, ухаживает за ними, поддерживает
их. Создавать и не присваивать, творить и не
хвалиться, являясь старшим, не повелевать - вот что называется
глубочайшим дэ.
16 Литература древнего Востока 229
§70
Мои слова очень легко понять, им очень легко следовать.
Но Поднебесная не может понять их, не может следовать им.
В речах есть корень, в делах есть закон. Но именно этого
не понимают. Вот почему не знают меня. Знающих меня
мало, идущих за мной единицы...
§76
Человек при своем рождении нежен и слаб, а по смерти
крепок и тверд* Все существа и растения при своем рождении
нежные и слабые, а при гибели иссохшие и ломкие. Твердое
и крепкое - это то, что погибает, а нежное и слабое - это
то, что начинает жить. Поэтому могущественное войско не
побеждает, крепкое дерево погибает. Место сильного и могущественного
внизу, а слабого и нежного наверху.
§ 80
Пусть государство будет маленьким, а население-- редким.
Пусть будут в нем различные орудия, но пусть ими не пользуются.
Пусть народ помнит о смерти и не уходит далеко.
Пусть будут у него лодки и колесницы, но пусть им не будет применения.
Пусть будут у них щиты и оружие, но не будет
против кого их направлять. Пусть люди снова вернутся к
узелкам. Пусть пища их будет сладкой, одежда красивой,
жилище удобным, а жизнь радостной. Пусть соседние царства
расположатся так близко, что будут видны издали, крик петухов
и лай собак будет доноситься от одного к другом, а люди
царств никогда не будут иметь нужды друг в друге.
МЭНЦЗЫ
"Мэнцзы" -~ памятник, названный именем крупнейшего 9 древности
послелователя Конфуция М"и К", жившего в 372-289 гг. до н.э. Памятник
датируется временем не позже III в. до н. "., авторство принадлежит школе
Ммцэы.
В отличие от "Изречений" Конфуция, "Мэицэы" содержит не только
отдельные высказывания, но и диалоги, в которых подробАо излагается точка
зрения философа. Монолог зачастую значительно превалирует над диалогом,
диалогу же в этом случае отведена вспомогательная роль - он движет тему
вперед. Партнером Ммцзы является либо правитель, в царство которого
Мэнцзы прибыл с надеждой применить свое учение на практике, либо ученики,
либо другие философы. Монолог Ммцэы часто вводится словами: "Мэнцзы
сказал..." В этом памятнике довольно значительное место заммает повествование,
исторические амлогин, цитаты, притчи, примеры и цр" с помощью
чего Мэнцзы стремится представить свою мысль в доступной форме, поскольку,
в отличие от Конфуция, он заботится об убедительности. '
Фрагменты из "Ммцэы" даны в переводе Л.Д. ПоМ^ммй (5.4) и
Л.Е. Померанцевой.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Лянский ван Милостивый^
1.1.^ Мэнцзы был принят Лянским правителем Милостивым,
Ваи сказал: "0тец1 Вы приехали ко мне, не посчитавшись
с расстоянием в тысячу ли, вероятно, чтобы принести пользу
моему царству?"
Мэнцзы отвечал: "Ах, ван1 Зачем непременно говорить о
пользе? Ведь достаточно жэнь и долга! Ван скажет: "Как
принести пользу царству?" Дафу скажет: "Как принести пользу
семье?" Простые люди и ши скажут: "Как извлечь пользу
для себя?" Верхи и низы втянутся во взаимную борьбу за
выгоду, и государство окажется в опасности,.. Если на первом
месте будет выгода, а долг -~ на последнем, то борьба никогда
не кончится. Не будь жэнь, все оставили бы своих родичей;
не будь долга, все забыли бы о своем правителе. Ах, ваи1
Зачем непременно говорить о выгоде?"
1.2. Мэнцзы был принят Лянским правителем Милостивым.
Ваи, стоя на берегу озера и наблюдая за дикими гусями и
оленями, сказал: "А что достойным людям известно такое удовольствие?"
Мэнцзы отвечал: "Надо быть достойным человеком,
чтобы испытывать это удовольствие; недостойный же,
хотя бы и видел это, не испытал бы наслаждения. В Песнях
говорится:
Взялся строить Чудесную башню,
Размерил, расчертил.
Всем народом собрались -
И вот уже башня готова.
Взялся когда, "Не спеши", - говорил"
А народ только пуще старался.
Вот ван идет по Чудесному парку -
Оленихи мирно пасутся,
Их шерсть мягким блеском блестит,
Белых птиц оперенье сверкает.
Ван выходит к Чудесному озеру -
В нем во множестве рыбки резвятся.
Царь Просвещенный,^ хотя и использовал народ при постройке
башни, при закладке озера, но народ с удовольствием
[работал для него], назвал эту башню Чудесной, назвал это
озеро Чудесным, радовался рыбкам и черепахам в озере.
Древние вместе с народом наслаждались, потому и могли
наслаждаться. В "Клятве Тана" говорится: "Когда это солнце
закатится, мы погибнем с ним!" Народ хотел вместе с ним
погибну*Гь(Хотя и имеешь башни, пруды и парки с дикими
зверями, нЬ разве одному можно наслаждаться?"
1.6-^М{цэы был принят Лянским ваном Сяном". Выйдя
от вана, Мэнцзы сказал: "Посмотришь на него издали, не
похож на владыку, подойдешь ближе, не внушает трепета.
Вдруг спросил: "Как укрепить Поднебесную?" Я отвечал: "Укрепить
можно одним". "Кто может это одно?", - спросил ван.
Я отвечал: "Тот, кто не кровожаден, может". - "Кто с ним
пойдет?" Я отвечал: "В Поднебесной не будет таких, которые бы
не пошли. Ван знает, как растут хлеба? Если в седьмуювосьмую
луны не будет дождя, колосья засохнут. Но если небо
нальется тучей и хлынет дождь, то колосья пышно зазеленеют.
Если будешь таков, то кто сможет тебе противостоять? Ныне
же среди человеческих пастырей не найдется ни одного, кто
бы не жаждал убивать. Если бы нашелся такой, то люди
Поднебесной, вытянув шеи, устремили бы к нему взоры с
надеждой. Поистине если бы так было, люди потекли бы к
нему, как вода устремляется вниз, кто смог бы противостоять
такой силе?"
1.7. Циский ван Сюань^ спросил у Мэнцзы: "Можно ли
услышать от Вас о делах Циского Хуаня и Цзиньского Вэня?^"
Мэнцзы отвечал: "Ученики Чжунни^ ничего не передавали
о делах Хуаня и Вэня, вот почему и последующие
поколения не передают, и мне никогда не приходилось слышать
Если ван не возражает, то, может быть, поговорим о том,
каков должен быть ван? '
- Каковы должны быть добродетели, чтобы быть
ваном?
- Храни народ и правь, и никто не сможет противостоять
тебе.
- Ну, а такой, как я, может хранить народ?
- Может.
- Откуда знаешь, что может?
- Мне пришлось слышать, как ХуХэ^ говорил: "Ван
сидел на возвышении, а внизу вели быка. Ван увидел и
спросил: "Куда ведете быка?" Ему ответили: "На освящение
колокола". Ван сказал: "Отпустите его! Я не могу вынести
его вида - как будто невиновного ведут на казнь". - "Значит,
отменить освящение колокола?" Ван отвечал: "Как можно отменить?
Замените на барана!" Не знаю, было ли это на
самом деле?
- Было.
- С таким сердцем можно быть ваном. Народ посчитал,
что ван пожалел [большого) быка, я же знал, что эан не
вынес его вида.
- Конечно. Значит были такие в народе... Циское царство
хоть и мало, но разве мог я пожалеть быка? Именно, что не
вынес его вида - как будто невиновного ведут на казнь, поэтому
и заменил на барана.
- Не удивляйтесь, ван, что народ решил, что вы поскупились.
Большое заменили на малое, откуда ему знать, почему.
Но если вану стало больно, что невиновного ведут^на казнь,
то как ван выбрал между быком и бараном? ^
Ван, улыбнувшись, сказал:
- Действительно, что я думал? Но я не из скупости
заменил его на барана. Народ же в самом деле должен
был посчитать меня скупым.
- Не сокрушайтесь! Это ведь и есть проявление жэнь^ -
вы видели быка, а барана не видели. Благородный муж, видя
животных живыми, не мо^ет видеть их смерти; слыша их
крик, не в состоянии есть их мясо. Вот почему благородный
муж относит свою кухню подальше от дома.
Ван обрадованно сказал:
- В Песнях говорится: "Ты подумал, я отгадал"^. Это
о Вас, учитель, сказано. Я все думал, так и этак, не мог
себя понять. Ваши, слова, учитель, сразу все прояснили... Так
почему же подобные чувства достойны вана?
- Предположим, кто-то скажет вану: "Моей силы достаточно,
чтобы поднять сто цзюней, но недостаточно, чтобы поднять
одно перо; зрения достаточно, чтобы разглядеть кончик осенней
паутинки, но недостаточно, чтобы видеть воз с хворостом". Ван
может допустить такое?
- Нет.
-В нашем же случае любви достало даже на животных,
почему же добрые дела не достигают народа? Если так, то значит
тот, кто не может поднять одно перо, просто не прикладывает
усилий; кто не видит воза с хворостом, тот не смотрит;
если народ не чувствует заботы, то значит милость не проявлена.
Поэтому ван не правит как должно не потому, что не может,
а просто не делает этого.
- Какая разница между тем, кто не делает и тем, кто не
может?
- Если дать кому-нибудь под мышку гору Тайшань и велеть
перенести ее через Бэйхай^, а он говорит, что он этого не
может, то он действительно не может; если взрослого человека
попросить переломить ветку, а он говорит: "Я не могу", - это
значит, что он не пытается делать, а не то, что не может. Поэтому,
когда ван не правит как должно, относится не к случаю, когда
гору Тайшань надо под мышкой перенести через Бэйхай, а к
случаю с ветками.
3.6. Мэнцзы сказал: "Все люди обладают состраданием.
Прежние ваны, обладая состраданием, были и в управлении
сострадательны. Если, обладая состраданием, управлять
сострадая, править Поднебесной будет так же легко, как
катать шарик на ладони. Ведь все люди обладают состраданием
- каждый, увидев, что ребенок сейчас упадет в колодец,
испытывает чувство страха и острой Шалости не потому, что
тем он может вызвать дружбу родителей ребенка, не потому,
что может приобрести славу среди друзей в селении, и не потому,
что ему неприятен крик ребенка, и тому подобное. Отсюда
заключаем, что кто не обладает чувством жалости, не человек;
кто не имеет совести, не человек; кто не обладает уступчивостыо,
не человек; кто не чувствует, где правда, а где ложь, не
человек. Чувство жалости есть высшее выражение жэнь; совесть
есть высшее выражение справедливости; уступчивость есть высшее
выражение ритуала; чувство правды и лжи есть высшее
выражение ума. Обладание этими четырьмя высшими [чувствами]
так же (естественно) , как обладание четырьмя конечностями.
Когда обладающий этими четырьмя [чувствами] говорит
себе, что он не спосрбен, он обкрадывает самого себя; когда он
говорит о своей неспособности господину, он обкрадывает
своего господина. Тот, кто обладает этими четырьмя высшими
(чувствами], знает, что они требуют выхода и простора, как
разгорающийся огонь, как разливающийся источник. Если дать
. им этот простор, их будет достаточно, чтобы хранить пространство
меж четырех морей; если нет, то их будет недостаточно
даже для служения родителям.
5.4. Некий 'Сюй Син^, исповедовавший учение Шэньнуна^,
из Чу прибыл в Тэн. Придя к Тэнскому гуну Вэню, он сказал:
"Я прибыл издалека и слышал, что государь правит, руководствуясь
жэнь. Хотел бы получить пристанище и стать
Вашим подданным." Вэнь дал ему жилище. С ним было
несколько десятков учеников, которые все были одеты в грубое
платье, плетеные сандалии и зарабатывали себе на пропитание
тем, что плели циновки.
Ученик Чэнь Ляна^ Чэнь Сян вместе со своим братом
Синем, неся на спине сошник, пришел из Сун в Тэн и сказал:
"Я слышал, что государь проводит политику мудрецов и значит
сам мудрец, хотел бы стать подданным мудреца".
Чэнь Сян, встретившись с Сюй Сином очень ему обрадовался,
оставил свое учение и стал учиться у него.
Чэнь Сян, встретившись с Мэнцзы, передал ему слова Сюй
Сина: "Тэнский правитель поистине достойный государь, однако
ему еще не знакомо дао. Ведь достойный человек должен
вместе с народом обрабатывать землю для своего пропитания,
готовить пищу утром и вечером и управлять. Как же он может
быть добродетельным, если у него хлебные амбары и сокровищницы,
если он кормится тем, что притесняет народ?"
Мэнцзы ответил ему:
- Философ Сюй, конечно, ест просо, которое посеял сам?
- Да.
- Философ Сюй, конечно, одевает то платье, которое
сам ткал?
- Нет, он носит грубое платье.
- Носит ли философ Сюй шапку?
- Носит.
- Какую шапку?
- Простую шапку.
- Сам ли он ее сделал?
- Нет, выменивает на просо. "
- Отчего он не делает ее сам?
- Помешало бы обработке земли.
- Философ Сюй варит пищу в котлах и горшках, пашет
железом?
- Да. ,
- Сам он их выделывает?
- Нет, выменивает на просо.
- Если обмен проса на орудия и посуду не является
притеснением гончаров и литейщиков, то разве гончары и
литейщики, меняющие орудия и посуду на просо, притесняют
земледельца? Почему же философ Сюй не занимается гончарным
делом и литьем и не берет все для потребления в
собственном доме? Зачем он так часто обменивается с ремесленниками?
И как это ему не надоест!
- Земледелием никак нельзя заниматься вместе с ремеслом!
- Тогда только управлением страной можно заниматься
вместе с земледелием? Есть дела великих людей и есть дела
малых людей. Если бы каждый делал для себя все, что
изготовляют сотни ремесленников, то все в стране бегали бы
по дорогам. Поэтому и говорится: одни работают головой
^сердцем), другие-силой. Работающие головой управляют
людьми, работающие силой управляются людьми. Управляемые
кормят людей, управляющие кормятся от людей - такова всеобщая
справедливость Поднебесной.
6.2. Цзин Чунь сказал: "Гунсунь Ян, Чжан И^ - разве
не великие мужи? Стоит им разгневаться, и чжухоу охватывает
страх; они спокойны, и Поднебесная утихает".
Мэнцзы ответил: "Откуда им быть великими мужами? Ты
разве не знаешь ритуала? Когда мужчина надевает шапку^,
то его наставляет отец; когда женщина выходит замуж, ее
наставляет мать; она провожает ее до ворот и, наставляя,
говорит: "Придешь в новый дом, будь почтительна, будь осмотрительна,
будь покорна мужу!" Послушание - это дао женщины.
Жить в просторном храме Поднебесной, занимать истинное
место в Поднебесной, осуществлять великое дао Поднебесной;
удастся достигнуть желаемого - идти вместе со всеми, не
удастся - одному идти по своему пути; богатство и знатность
его не волнуют, бедность и незнатность не меняют;
ни угрозой, ни силой его не согнуть - вот кто называется
великим мужем Поднебесной!"
7.27. Мэнцзы сказал: "Сущность жэнь - в служении родичам;
сущность долга - в покорности старшим; сущность мудрости
- в знании этих двух начал и в неотступлении от них;
сущность ритуала - во внесении меры и украшения в эти два
начала; сущность музыки - в наслаждении этими двумя началами.
Когда приходит наслаждение, рождается радость; рождается,
и ее не остановить) не остановить, и непроизвольно
ноги начинают притоптывать, а руки делать танцевальные
движения".
ЧЖУАНЦЗЫ
приб^е^вТб^ ^^ ^^^^Фи^офа Чжуан Чжоу, жившего
позже III в. до н. э^ ш^фи^фа" ""'"" ^^ ^^ -
Но "Г- ° "^"^ - ^^
делять его как пе^выГпро^^к^^ ^^ ^^ "^^яет опретекст,
в котором существует Тиа^ге^^ ^^ ^ философский кон.
венное целое^ Им^но в^^с^е^в^ Рассматривать как художести-
пп^пу^ит ^ ^ ^вием виде он надолго сохоанит ^наирмив
^^к^^^-
последующиЙ^моноло7о^а^ет^ ^ ^^^^ ^" провоцирует
Он легко промает в^я^у^^^^"^' ^Р^ему поучение.
свободным: в^еГе ^ ^ь очень
оно может перерезать монолог гп^я"^' ^ диалог; иногда
завершаясь т^ко в концовке ^з^^ ^^^ сюжета н
-
^
^о^^
и вопроса. Разнообразен ^р^роев ^ ^^"^ ^^" Ф^ ответа
в вообрГжени:
-^- ^ДУ, ^л той фор.
^е^п^к
ложное - героев темы образь^ ^^ Чжуанцзы сталкивает противопо.
бесконечным превращением поо^' ^ "^У^^изнь представляется ему
оружие, "Р"^ ^^ ^^ое сильной
серьезного в смешке Тстав^ ^^""^ "Р^Р^ение в ней
признанной правд^^д^мон^ациГ^ "^ ^^ительностью всеми
калек,такхорошоизвес^ныГиз^ж ^^^ Образы безумцев, горбунов.
против официальной ку^^^ у^^ ^ ^^ ^^ "Р^^
жанием: важно не внешнее ва^н^н наполняются новым содер.
РОСТИ над невежеством внутреннее, дающее превосходство му^д.
свое^х^иеТС^"""^ ' ^^ ^^ " ^^
Стоя на той п^иич^т^ ^^ ^ ямского отшельничества
поняли коифу^:нс^^^-и-т^тн-ю^^^^
ния - неслужение. Герои Чжуанцзы бродят, скитаются, покидают семью и
родных, предпочитая родственным узам дружеские, живут в бедности, встречаются
Друг с другом на дорогах, в харчевнях, гуляют у рек, водопадов.
Мудрецы, или те, кто стремится к мудрости, говорят об истинном странствии,
под которым имеют в виду странствие духом, в чудесном краю, который
открывает познание. Для этого мудрец покидает суетный мир, где все охвачены
борьбой за славу и богатство, поселяется в уединении в горах, у ручья,
проводит время один, размышляя о дао, либо в окружении учеников и
единомышленников предается размышлению или беседе, а более - молчаливому
единению с природой. Эта форма отшельничества исключает аскезу,
наоборот, мудрец весь открыт миру, но миру природы. Действительно, он
обходится малым, чтобы прокормить себя, занимается простым ремеслом -
плетет сандалии, обжигает горшки и пр., бывает голодно, весной приходится
собирать на поле оставшиеся с осени колоски, но это его не печалит, он
совершенно счастлив своим единством с природой, открывающей ему, созерцателю
и философу, свои тайны.
Переводы из Чжуанцзы принадлежат Л. Д. Позднеевой^.
Странствия в беспредельном
На Крайнем Севере, где нет ни деревьев, ни трав, находится
Пучина-Океан. Это - Небесный водоем. В нем водится рыба
шириной в несколько тысяч ли, а сколько ли она длиною -
неведомо. Имя ей Кит. Водится там птица, имя ей - Феникс.
Спина у него точно гори Великая, распростертые крылья -
точно нависшие тучи. Оперевшись о волны и раскачавшись,
он взвивается по спирали на высоту девяносто тысяч ли -
туда, где нет ни облаков, ни воздуха, над ним - лишь небесная
синь, а затем устремляется на юг, к Южному океану.
- И куда он стремится? - усмехнулась перепелка на болоте.
- Я подпрыгну, взлечу, а через несколько жэней опущусь.
Порхать между кустиками полыни - вот предел полета. Куда
же он стремится?
Вот в этом и заключено различие между малым и великим!..
Высочайший^, уступая Поднебесную Никого не Стесняющему^,
сказал:
- Я вижу свои недостатки и прошу вас принять Поднебесную.
Разве не следует погасить факел, когда восходит
солнце или луна? Ведь его свет все равно померкнет! Разве
следует орошать поле во время дождей? Ведь труд этот будет
напрасным! Зачем мне занимать трон, если вы взойдете на него
и в Поднебесной воцарится порядок?
- Вы управляете Поднебесной, и в ней царит порядок, -
ответил Никого не Стесняющий. - Мне заменить вас только
ради имени? Ради того, чтобы стать гостем? Ведь имя относится
к сущности, как гость к хозяину! Королек вьет гнездо
в лесной чаще, но занимает лишь одну ветку. Крот пьет из
реки, но лишь столько, сколько вместится в желудке. Оставьте
это и возвращайтесь, государь! Мне нечего делать с Поднебес237
ной. Если повар не приготовил кушанья. Покойник и жрец не
станут его заменять и подносить чаши с жертвенными яствами^.
Цзянь У сказал Лянь Шу^:
- Я внимал Встречающему Колесницы^. Он велик и бесконечен,
отправился и не вернулся. Я удивился его рассказу:
ему нет предела, точно Млечному йути. Он так далек от мира
и человеческих чувств.
- О чем же он рассказал? - спросил Лянь Шу.
- Далеко-далеко на горе Охотниц-
...Закладка в соц.сетях
