Жанр: Электронное издание
milev4
...ь тихим голосом? Почему мне
все время орать приводится? Что за
жизнь у меня настала?
- Мама, не ори, Даню разбудишь, - кутаясь в свой кошмарный халат,
спокойно ответствовала Тамарка. - Силы дала
мне ты, за что я тебе и благодарна.
Хоть что-то приятное от нее услышала, в кои-то веки. Но что она говорит?
Что я ей дала? Какие силы, когда их нет
и у меня?
Все эти вопросы, естественно, я и задала Тамарке.
- Мама, ты моя золотая, - заворковала она. - Как я люблю твой длинный
носик, порой он в такие удачные щели
влезает.
"Уже где-то куш, бестия, сорвала благодаря моему длинному носу", -
подумала я.
- Мама, родная, как я тебе признательна! Умница ты моя!
"И куш, видно, приличный. Надо же, какой патокой разливается".
- Уж и помогла ты мне, Мама, даже не знаю, как и благодарить тебя, -
продолжала ворковать Тамарка.
- Что - не знаешь? - закричала я. - Давай плати. С тех пор как финикийцы
придумали деньги, с благодарностью нет
проблем.
Весь мед с Тамарки как медведь слизал.
- Что - плати? - восстала она. - Сразу тебе плати! Боже, сколько жадности
в тебе!
- А в тебе? Это как же ты на мне нажилась, если уже не нуждаешься в
кредитах! По миру меня хочешь пустить? -
наступала я. - Сейчас же плати проценты!
- Окстись, Мама! Какие проценты? Разве у нас был договор? Если не
расскажу тебе, в чем дело, так и не узнаешь,
как я на тебе нажилась.
Я остолбенела, быстро перебирая в голове варианты всевозможных кар,
могущих напугать Тамарку. Хитрая
Тамарка поняла работу моей мысли и правильно оценила.
- Но я, Мама, честная, - примирительно сказала она, - и правды не утаю. Я
не похищала Турянского, потому что
мне это было невыгодно на тот момент. Теперь же мне наплевать, найдут его или не
найдут. Если он труп, и фиг с ним.
Дерьмо твой Турянский приличное. Надеюсь, он все же умрет своей смертью, иначе и
вовсе подлец.
- Тома, речь шла о кредите, - напомнила я. - Вот о кредите и говори.
Почему ты в нем уже не нуждаешься?
- Потому, что ты сегодня вовремя показала мне папку. В папке Турянского я
увидела учредительные документы
фирмы, которая недавно инвестировала значительные суммы в мое предприятие.
- И что с того? - удивилась я.
- А то, что из документов явствовало: фирма фактически принадлежит
Турянскому, хотя оформлена на подставное
лицо. Деньги в эту инвестиционную фирму хитрым способом закачаны из банка и,
представь, без ведома Перцева -
компаньона Турянского. Тебе ясно, что это значит?
С огромным нежеланием я признала, что Тамарка в этих вопросах меня умней.
- Не ясно, - с трудом выдавила я.
- Турянский фактически обокрал Перцева с помощью этой фирмы. Я-то с
Перцевым дел никогда не имела и наивно
полагала, что он знает о существовании этой фирмы, с которой я тесно
сотрудничала, а из документов мне стало известно,
что нет. Если Турянский пропадет или погибнет, Перцев не потребует с меня денег.
И пошел он со своим кредитом, который
еще надо отдавать. Я выкручусь с помощью фирмы Турянского, - Тамарка радостно
потерла руки.
Я была возмущена. О люди, порождения крокодилов! Еще недавно Тамарка
называла Турянского достойным и
уважаемым человеком, а теперь, когда она собралась запустить руку в его карман,
тут же изменила свое мнение, и
Турянский уже дерьмо. И где мой процент?!
- Тома, где процент? - спросила я.
- Ладно, Мама, будет, будет, - зевая, ответила она.
- Что значит - будет? - вспылила я. - Тома, ты шутишь с огнем! Я тебе
такого шороха наведу!
- Да будет тебе, Мама, будет процент! Только отвяжись!
- Хороший процент? - деловито осведомилась я.
- Хороший, Мама, хороший, - зевая во весь рот, пообещала Тамарка. -
Только отвяжись...
И тут меня осенило: а на Пупса-то зачем она меня натравила? Чем ей Пупс
не угодил? Знала же наверняка, о чем он
с Равилем договаривается.
- А как еще от тебя отвязаться можно? - изумленно ответила Тамарка,
услышав мой вопрос.
- Ты же сама меня для разговора приглашала? - поразилась я такой
наглости. - Поломала мой ужин с Равилем. Ха!
Позавидовала моему успеху у этого красавчика! Расстроилась, что он на меня
запал, а не на тебя! Вот в чем секрет
срочности разговора!
- Мама, - охотно разочаровала меня Тамарка, - не тешь себя глупой мыслью.
Этот Равиль западает только на
деньги, и тебя, старую дуру, хочет всего лишь ободрать, а не то, что ты думаешь,
хоть слова и однокоренные.
- Фу-уу! Какая ты грубая, - брезгливо молвила я.
- Зато честная, - парировала Тамарка. - Не зря же он у меня интересовался
твоим материальным состоянием. Что
же касается нашего разговора, то ты бы еще под утро пришла. Где тебя носило?
Глянь на часы.
Я глянула и схватилась за голову:
- Боже! У меня же семья!
- А я про что? - вздохнула Тамарка. - Семья фигня, у меня компания.
- Компания у тебя очень дурная, - не удержалась я от сарказма. - Знала бы
твоя покойная мама. Все эти министры и
банкиры тебя до добра не доведут. Одумайся, Тома, тебя же народ ненавидит!
Домой от Тамарки я приплелась из последних сил. Открыла дверь, сделала
три шага и наткнулась на вьетнамский
веник.
- Наконец-то я его нашла! - обрадовалась я. Молнией пронеслось в голове:
"В трех шагах!" Я восхитилась: "Надо
же, не обманул император!"
ГЛАВА 19
Едва я коснулась головой подушки, едва сомкнула веки - сон мгновенно
овладел мною, и тут же раздался
телефонный звонок.
- Это черт знает что такое! - завопила я, вырываясь из сна и хватая
трубку. - Ни днем ни ночью нет покоя!
Звонила Роза.
- Что нам делать? - робко спросила она.
- Кому "нам"? - возмутилась я.
- Мне и Леле, - горько вздыхая, ответила Роза. - Когда ты приедешь?
Боже, Роза все еще у Лели! Пупс меня убьет! Надо же, два часа ночи, а
Роза все еще там! А я совсем про них
забыла! Эта Тамарка (с ее дурацким японским халатом) вышибла из меня мозги.
- Роза, хорошо, что ты позвонила, - демонстрируя радость, воскликнула я.
- Представляешь, не обманул император!
Похоже, Роза была не в лучшей форме, видно, устала бедняжка, потому что с
ходу понять, о чем идет речь, она не
смогла и спросила:
- Какой император?
- Наполеон! - с упоением сообщила я. - Этот Наполеон не обманул!
- Ах, Наполеон! - обрадовалась Роза.
- Да, молодчина Равиль. И он, и его Наполеон - оба не обманули.
Роза завизжала от восторга:
- Ииии! Что ты говоришь? Значит, нашелся твой веник? И где он был?
- Там, где сказал дух: в трех шагах. В трех шагах от двери, на самом
видном месте, как это обычно и бывает. Но
дух-то попал в самую точку! Я потрясена!
- Я тоже. Раз дух не обманул тебя, значит, и мне он сказал правду, -
загорелась надеждой Роза. - А если
предположить, что Пупс спрашивал про Турянского, значит, тот и в самом деле
умирает во тьме, если уже не умер.
Не успела Роза закончить фразу, как в трубке раздался звук падающего
тела, и она истошно завопила:
- Леля! Леля опять упала в обморок!
- Нельзя же так увлекаться, - укорила я Розу, но бедняжке уже было не до
меня.
Она бросила трубку. Во мне заговорила совесть.
"Добрая Роза возится с Лелей, я же, вместо того чтобы ей помочь, только
время от времени провоцирую обмороки.
Эх-хе-хе, придется ехать к Леле".
Я с опаской посмотрела на мужа: он спал крепким сном.
"Следовательно, ругаться не будет, - решила я, - позвоню-ка Тамарке,
пусть за мной машину пришлет. Не
напрягать же свой новенький "Мерседес". Этак он раньше меня состарится".
Тамарка пришла в ужас, когда узнала, по какому ничтожному поводу я ее
бужу.
- Мама, я зверски имела и тебя, и Розу, и вашу Лелю, - загремела она.
- Успокойся, половой ты наш гигант, - посоветовала я, - а лучше вспомни о
той прибыли, которую я тебе в
последнее время приношу.
Тамарка вспомнила и успокоилась, лишь пробурчала:
- Не прибыль, а пока лишь пользу. И чем ты лучше Турянского? Такая же
шантажистка.
Но машину за мной прислала.
В кратчайший срок я была у Лели. Роза к тому времени уже оживила
бедняжку. Заплаканная и бледная Леля где-то
находила силы для новых стенаний.
- Саша, Сашенька, - то и дело приговаривала она.
- Замучилась я с ней, - украдкой шепнула мне Роза. - Пупсик тебе не
звонил?
- Нет, - машинально ответила я.
- Слава богу! - обрадовалась Роза. - Вот будет шуму, если раскроет мой
обман. Я же, уезжая, сказала ему, что ты
больна.
- Знаю, - снова машинально бросила я. Роза восхитилась.
- Неужели ты мои мысли прочитала? - затаив дыхание, спросила она.
- Нет, Пупс просветил, - брякнула я. Роза оцепенела:
- Как - просветил?
Пришлось во всем сознаться.
- Я пропала, - прошептала Роза и запричитала: - Он меня убьет... Бросила
его гостя Равиля, тушеное мясо бросила,
все бросила...
- Да ладно, не убьет он тебя, - успокоила ее я. - И чем Леля хуже меня?
Скажи, что больна она.
Покладистая Роза неожиданно взбунтовалась.
- Как это выходит, что ты все время заставляешь меня лгать? - возмутилась
она. Пригорюнившись, и я посетовала:
- То же происходит у меня со всеми вами, моими друзьями: как с вами
свяжусь, буквально вся изолгусь. Сама
себе, честной, поражаюсь.
- Ты поражаешься? А я? - вдохновенно начала Роза, но Леля ее прервала.
Она перестала плакать и жалобно попросила:
- Девочки, не ругайтесь.
- Вот именно, - поддержала я Лелю. - Иди скорей домой, Роза, пока не
потратила на меня весь запал. Боюсь, Пупсу
ничего не останется.
- Да, мне пора, - Идем, проводишь меня.
Мы удалились в прихожую.
- Соня, не вздумай оставлять ее одну, - лихорадочно зашептала Роза.
- А я, по-твоему, для чего приехала?
Роза же меня не слушала, а с жаром продолжала:
- Леля и руки на себя наложить может. Она в жутком состоянии, а ее мысли!
Я их прочла! Все! Все! Кошмар!
Настоящий кошмар!
"Кошмар будет, если она сейчас начнет мне пересказывать все Лелины мысли,
- подумала я. - Уж их-то я еще
наслушаюсь за ночь".
- Пупс там сходит с ума, - сказала я, и Роза мгновенно удалилась. Я
вернулась к Леле.
- Ты не рассказывала ничего о Равиле? - осторожно спросила я.
Она покачала головой:
- Нет.
- О чем же вы разговаривали?
- Роза читала мои мысли.
- И как?
- Потрясающе! - воскликнула Леля. Мне стало обидно. Вот уже и Розу
похвалили, только я одна не дождусь похвал.
Ха, Роза читает мысли Лели! Только дурак их сейчас не прочтет! Такие мысли и я
прочитаю.
- Леля, может, ты поспишь? - без всякой надежды предложила я. Она опять
покачала головой:
- Не смогу.
Я поняла, что придется у нее остаться, но что будет с моим Женькой? И
недели не минуло, как мы с ним
поцапались на почве ремонта: в доме ремонт, а муж не может найти жену - все по
подругам, все по подругам. Поцапались
сильно - до развода едва не дошло. Слава богу, опомнились, помирились и зажили
счастливо. Дня четыре в любви живем, и
вот теперь он проснется, а моя постель пуста, меня нет дома. Что он подумает?
Пользуясь тем, что у Лели снова разболелась голова и она отправилась в
спальню за лекарством, я позвонила
домой. Трубку подняла баба Рая. Пришлось рассказать ей о горе, которое постигло
нашу Лелю, в противном случае
старорежимная баба Рая, наскоро осудив мой поступок, тут же бросилась бы
открывать на меня глаза Женьке. А какому
мужу понравится, если жена дома не ночует?
В общем, выхода у меня не было, пришлось сказать правду, поскольку трудно
найти более веский аргумент, чем
похищение мужа. Напичканная жуткими новостями баба Рая пришла в хорошее
расположение духа и согласилась:
- А как жа ж, надо жа ж друг дружке помогать. Усе поняла, отмажу тебя
Еугению, не волнуйся. И за Саньком
пригляжу.
Успокоившись, я всю себя отдала Леле. Мы уселись перед телевизором и,
перекрикивая пребывающую в
бесконечном оргазме героиню эротического фильма, до самого утра перебирали
варианты: кто мог похитить ее мужа?
Все сходилось к Перцеву. Леля, правда, поверить в это не могла, но и
других подозреваемых она тоже отвергала.
Ломали голову мы долго и где-то на сто первом оргазме героини незаметно и уснули
перед телевизором: в одежде и в
неудобных позах прямо на диване.
Разбудил нас телефонный звонок. Часы показывали полдень. Леля вскочила,
сняла трубку и растерянно уставилась
на меня.
- Это Маруся, - сказала она, - просит тебя. Странно, как она узнала, что
ты здесь?
- Я же предупредила бабу Раю, что буду ночевать у тебя, - вынуждена была
пояснить я.
- Надеюсь, ты не говорила ей о моих проблемах? - разволновалась Леля.
Пришлось изображать обиду.
- Ну как ты можешь обо мне так думать, - воскликнула я, хватая трубку и
поспешно переключаясь на Марусю.
- Старушка! - радостно вопила та. - Ты же еще ничего не знаешь! Нет,
держите меня, я прямо вся сейчас упаду!
Меня прошиб пот. Общение с духами, с Коровиным и Равилем, нервная
Тамарка, взвинченный Пупс, убитая горем
Леля, вторая бессонная ночь и обилие чужих оргазмов сделали свое дело: нервы мои
изрядно поистрепались, а тут еще
Маруся - нечеловеческая нагрузка даже на здоровую нервную систему.
- Чего еще я не знаю? - заранее паникуя, спросила я.
- Не знаешь, что мы сегодня идем в ресторан, - торжествуя, сообщила
Маруся.
- Кто это "мы"? - насторожилась я, хотя в общем-то мне полегчало.
- Мы с тобой! - задыхаясь от восторга сообщила Маруся.
- С чего это?
- У меня два пригласительных, представляешь, два бесплатных обеда. Не
пропадать же добру.
Леля с напряженным интересом прислушивалась к нашей беседе. В конце
концов она не выдержала и шепотом
спросила:
- Что случилось, Соня? Почему она сюда позвонила?
- Не знаешь нашу Марусю, что ли, - прикрыв трубку рукой, ответила я. -
Если ей приспичит, она из-под земли
человека достанет. Теперь на нее нашло перебиваться бесплатными обедами. Тащит
меня куда-то, она же не может и шагу
без подруг ступить. Ха, я должна идти с ней лопать бесплатные обеды! Это я-то,
хронически страдающая жесточайшими
диетами. У Маруси же нет таких проблем. Она всегда ест раза в два больше, чем
способен переварить ее желудок.
Леля, которая тоже изводила себя диетами, схватилась за сердце:
- О боже!
Удовлетворенная, я вернулась к беседе с Марусей.
- Представляешь, сегодня утром принесли два пригласительных на обед в
ресторане, - восторженно гремела она. -
Оказывается, я выиграла по телефонному номеру. Ресторан устроил акцию - кормит
народ бесплатно, дают поглядеть
народу, как жируют буржуи. В результате дали и мне два билета.
- Так возьми Ваню своего и отстань, - посоветовала я. - У меня диета. На
кой черт мне твой ресторан? Все равно я
есть не могу.
- Не переживай, я все съем за тебя, а Ваню нельзя, - удручилась Маруся. -
Ваню не пустят.
- Почему это? - удивилась я.
- Билеты женские.
- Час от часу не легче. Тогда Розу возьми.
- И Розу нельзя.
- Почему нельзя Розу? - возмутилась я. - Билеты же женские! А Роза у нас
не мужчина!
- Да, но Роза маленькая женщина, а мне сказали взять длинную, худую и
страшную, а из таких у меня только ты.
Когда-нибудь я поколочу эту Марусю! Давно бы уже поколотила, если бы она
не была такой огромной. Ее кулак
больше моей головы, и она этим нагло пользуется.
- Как длинная, худая и страшная, я с тобой никуда не пойду, и не проси,
слышишь, ты, бегемот! - рявкнула я и
бросила трубку.
Марусю это не остановило. Она тут же позвонила опять и проворковала:
- Я пошутила, старушка. Кому нужна в ресторане длинная, худая и страшная?
Подумай сама. У них же там на
эстраде этого "добра" навалом. Меня просили взять с собой высокую, стройную и
красивую подругу, а разве такими
качествами обладает кто-нибудь, кроме тебя?
Я (с присущей мне объективностью) вынуждена была признать, что нет, кроме
меня, такими качествами никто из
Марусиных подруг не обладает. Да и вообще не обладает никто.
- Следовательно, принарядись и жди, - заявила Маруся. - Через три часа я
за тобой заеду. После обеда сразу
отправимся к Коровину.
Я сдалась. А для чего еще мы на этом свете живем, если не для того, чтобы
помогать любимым подругам?
- Леля, дорогая, я вынуждена выручать Марусю, иначе ее билеты в ресторан
пропадут, - воскликнула я.
- А как же твоя диета? - испугалась Леля.
- Буду украшением стола - мне не привыкать. Маруся прекрасно справится с
моими порциями.
Леля успокоилась:
- Тогда, конечно, поезжай.
- Заеду к тебе после Коровина, - пообещала я и засуетилась: - Времени в
обрез, а надо еще заскочить домой и в
порядок себя привести. Все. Звоню Тамарке. Пускай присылает за мной машину.
Тамарка снова пришла в ужас. Что такое? Почему она все время нервничает
по пустякам?
- Мама, - закричала Тамарка, - в чем дело? Отвези-привези! Я тебе не
ямщик! Мне самой нужна машина.
- Машина у тебя не одна: целый парк "Мерседесов", - напомнила я и весомо
добавила: - Не будь жмоткой. Тебя это
сильно полнит.
- Мама, ты невозможная! - взвыла Тамарка, на что я резонно возразила:
- Тома, учитывая ту прибыль, которую я приношу, ты могла бы...
- Все, Мама, высылаю! Жди! - гаркнула она.
- Какое счастье, что у меня так много подруг! - призналась я, умильно
глядя на Лелю. - Без них жизнь была бы
невыносима и скучна!
- Совсем как без моего мужа, - прошептала Леля.
Выйдя из Тамаркиного автомобиля и по-родственному простившись с ее
водителем, я бодро направилась к своему
дому, но не успела сделать и десяти шагов, как наткнулась на соседку Татьяну.
Татьяна, как всегда, была пьяна и весела, потому что (как всегда)
провожала очередных гостей, на этот раз
мурманчан. Дружной гурьбой они окружили меня, на все лады приглашая в Мурманск.
После клятвенных заверений с моей
стороны приехать как только, так сразу, мурманчане успокоились и затянули
прощальную, Татьяна же заговорщически
толкнула меня в бок и, подмигивая, спросила:
- Ну как?
- Что - как? - опешила я.
- Нашли банкира?
Я потеряла дар речи, Татьяна же, вздыхая и шмыгая носом, продолжила:
- Жаль мне бедную нашу Лелю. Такая дивчина хорошая, а вот поди ж ты, не
везет ей и все. "Убью бабу Раю!" -
подумала я и заспешила к подъезду.
У лифта меня поджидал новый сюрприз в образе Старой Девы. Старая Дева,
узрев меня, едва не захлебнулась от
восторга.
- Какая встреча! - задребезжала она. - Я вся исстрадалась! Как там наша
Леля?!
Забыв про лифт, я припустила на свой девятый этаж по ступеням. Бежала в
исступленном желании если и не убить
бабу Раю, то хотя бы покалечить. Пока я до своей квартиры добралась,
наизумлялась вволю. Оказывается, весь мой подъезд
знает Лелю, любит ее, называет нашей и переживает за ее банкира всей душой.
В свою квартиру я ворвалась опасно взведенная, как курок нагана.
Ворвалась и дурным голосом завопила:
- Баба Рая! Черт возьми!
Вместо бабы Раи меня ждала записка: "Позавтракали и ушли гулять".
"Могла бы и сама догадаться, - удрученно подумала я, - станет заряженная
такой информацией баба Рая сидеть
дома. Тогда это будет уже не баба Рая".
Однако времени на страдания не было. Маруся не так часто приглашает меня
в ресторан. Последний раз с ней такое
случилось лет пятнадцать назад, поэтому я решила быть убийственно красивой.
Пускай видит, какое впечатление я
произвожу. Видит и завидует.
Когда Маруся появилась на пороге, я поняла, что в ресторан она собиралась
с той же мыслью: сразить и заставить
завидовать меня. Боже, какой красивый был на Марусе... чехол для самолетов!
Иначе ее наряд не назовешь, учитывая
фантастические габариты самой Маруси. Этот чехол весь состоял из бархатных
аппликаций, которые в свою очередь были
расшиты золотом и бисером. Просто блеск!
- Кто тебе все это сделал? - изумилась я.
- Никто, - горделиво отвечала Маруся, - такая красивая готовая ткань.
Тоське соседка из Алжира привезла, а она
прямо все мне по зверской цене продала, спекулянтка чертова.
- Жаль, не знала, - посетовала я, - с удовольствием купила бы себе на
портьеры.
- И эту язву я прямо вся в ресторан веду, - горестно воскликнула Маруся.
- Чтобы полакомиться и моей порцией, - не испытывая угрызений совести,
напомнила я, подозревая, что Маруся не
зря меня в попутчицы выбрала - не у всех наших подруг есть та сила воли, которой
могу похвастаться я.
Тамарка, к примеру, сидит на диете только между завтраками, обедами,
полдниками и ужинами. Остальное время
она тратит на обжорство, утонченно называя это воздержанием.
В ресторане нас встретили так, словно всю жизнь ждали. Егозливый
администратор самолично отвел в самую
лучшую (как он же и сказал) кабинку, поздравил с выигрышем, выразил надежду, что
нам здесь понравится и в следующий
раз мы завалим к ним за свой счет и с толпой народу. В довершение он пожелал нам
приятного аппетита и удалился. Сейчас
же налетели официанты, эти садисты, по-другому их не назовешь, если сидишь на
диете. Чего только не натащили они на
наш стол. Я едва не захлебнулась слюной, Маруся же, вооружившись вилкой и ножом,
хищно обозревала щедрое угощение.
- Приступим? - спросила она и сразу же приступила, угощаясь сразу с двух
тарелок.
Я скромно положила на свою сиротку-тарелочку прозрачный кружочек свежего,
но чахлого огурчика, героически
убеждая себя, что этим блюдом надо бы и ограничиться. Ах, как мне стало себя
жалко.
"Зачем я сюда пришла? Чтобы сидеть над хворым огурчиком, пока Маруся
будет безбожно работать челюстями над
шашлыком и маринованной говядиной?"
Короче, я была разочарована. Во-первых, мне не понравилось, что нас
затолкали в кабинку. Не для этого же я
надела новое платье, чтобы прятаться от приятных мужчин. Только и радости
получила, что их заинтересованные взгляды,
проводившие меня до этой чертовой кабинки.
Своей мыслью я поделилась с Марусей, на что она мне ответила:
- Зато отсюда можно наблюдать за этими обезьянами, как в зоопарке. Мы их
видим, а они нас нет.
Здесь Маруся была права. И без ее напоминания я с удовольствием наблюдала
в щели жалюзи за всеми, кто сидел в
зале, а также за теми, кто в него входил, благо кабинка располагалась как раз
напротив двери. Конечно же, я наблюдала, чем
еще можно заниматься в ресторане. Я наблюдала, наблюдала...
И увидела Равиля. Похоже, он в этом ресторане частый гость, потоку что
метрдотель встретил его едва ли не с
распростертыми объятиями и самолично провел в соседнюю с нами кабинку.
Я уставилась на Марусю, она же не видела ничего, кроме того, естественно,
что с аппетитом поглощала. "Бог с
ней", - подумала я и, поднявшись из-за стола, направилась к перегородке.
Я принялась исследовать перегородку, отделявшую нашу кабинку от той, в
которой скрылся Равиль.
- Что ты делаешь? - спросила Маруся. Просто удивительно, что ее можно
как-то отвлечь от тарелки.
- Ищу, нет ли где трещинки-щели.
- Трещинки? Щели? Старушка, зачем ты в ресторан пришла? Ты бы еще
проверила, в каком здесь состоянии полы.
Я вспылила:
- Вот именно, зачем я сюда пришла? Есть мне нельзя, показать себя я тоже
лишена возможности, дай хоть заняться
тем, чем хочу.
- Пожалуйста, - разрешила Маруся. - Занимайся, только скажи, зачем? Мне
же любопытно. Зачем тебе трещинка?
- Чтобы наблюдать за Равилем, - призналась я. - Он сидит в соседнем
номере.
Маруся к моему сообщению отнеслась без энтузиазма.
- Сидит, ну и фиг с ним, - сказала она, не прекращая энергично работать
челюстями. - Пускай человек спокойно
обедает. Тебе-то что за дело?
- Равиль вчера меня на ужин приглашал, а теперь с кем-то обедает. Тебе не
приходит в голову, что я могу
ревновать?
- Да ну?! - изумилась Маруся и, бросив шашлык, полезла из-за стола.
Я поняла, что стою на правильном пути.
- Что искать ее, трещинку? - риторически поинтересовалась Маруся. -
Сейчас я прямо вся тебе какую нужно щель
соображу.
- Как?
- Расковыряю.
И она принялась бессовестно портить ресторанное добро, отдирая от стены
парчу.
- Ниже-ниже, не на самом же видном, месте, - советовала я, стоя рядом.
Но там ее поджидала неудача: под парчой был заурядный лист ДСП, в котором
дырку, конечно, проделать было бы
можно, но не бесшумно. Настырная Маруся переместилась в другое место, потом в
третье и в конце концов ей удалось в
углу между стеной и перегородкой обнаружить узкую щель, скрывающуюся все под той
же парчой.
- На, смотри сколько влезет, - сказала она, отрывая от стены парчу и
припадая к щели глазом. - Ха, да Равиль там не
один, а с Генкой Перцевым. О чем-то шушукаются.
Я решила не обнаруживать своих знаний, а потому спросила:
- Кто такой Перцев?
- Разве не знаешь, старушка? - осуждающе воскликнула Маруся. - Это же
компаньон Турянского. Когда тот в
министерстве работал, Генка у него в подчинении был. Ох и красавчик же был
Перцев! - Маруся оторвалась от щели и
мечтательно закатила глаза.
- Ростом для меня маловат, - огорчаясь, заключила она и, жадно облапав
собственный бюст, снова припала к щели..
- А потом Турянский из министерства в собственный банк перебрался и Перцева за
собой утащил, - продолжила она. -
Раньше они были друзья - не разлей вода, а потом словно кошка между ними
пробежала. На, удостоверься, что твой Равиль
с мужиком, и успокойся.
Маруся уступила мне место у щели и отправилась к столу.
- Сейчас и к мужику вполне ревновать можно, такие времена настали, -
посетовала я, поспешно занимая место
Маруси, потому что очень уж хотелось посмотреть на этого Перцева, о котором я
много слышала, но которого ни разу не
видела.
Перцев как Перцев, не многим лучше Турянского. Чуть моложе, чуть
стройнее, чуть выше и чуть симпатичней. Он
действительно о чем-то шушукался с Равилем, здесь Маруся была права. Я
заметалась.
- Что опять не так, старушка? - громко чавкая, спросила Маруся.
- Хочу послушать, о чем они говорят, - заявила я. - Но как это сделать?
Они шепчутся.
- Возьми бокал, - посоветовала Маруся. - Говорят, помогает.
- Вообще-то я слышала про стакан.
- Геометрически они похожи.
Я схватила бокал и приставила его к щели. Без бокала слышимость была
гораздо лучше, бокал только ухо затыкал.
Не знаю, кто это придумал, но вынуждена развеять глупый миф: без бокала слышно
лучше! Лучше, но плохо было слышно,
хоть с бокалом, хоть без бокала. Я снова заметалась.
- А если журнал попробовать? - смекнула Маруся. - В трубочку его сверни и
приставь к уху.
Она достала из сумочки журнал, пестрящий диетами, котор
...Закладка в соц.сетях
