Жанр: Электронное издание
milev4
...нова вгрызлась в куриную ножку.
Пораженная Леля устремилась взглядом к Розе. Роза смущенно кивнула:
- Это так.
- Ничего не понимаю! - рассердилась Леля. - Что же на самом деле
произошло?
- Тайна, покрытая мраком, - констатировала Маруся, вновь исчезая в недрах
кухни.
Как только она ушла, я вздохнула с облегчением и сказала:
- Леля, не слушай ее. Она сексуально озабоченная маньячка. На самом деле
все было так, как я тебе рассказала.
Равиль меня душил, а твоего мужа в подвале не оказалось.
- Так, может, его там и не было? - бледнея, спросила Леля.
- Он там был! - закричала я. - Если утром я высказывала лишь
предположения, то теперь абсолютно уверена: твоего
мужа похитил Равиль и держал его в подвале Коровина. И сделал он это по приказу
Перцева. Если вы не будете мне мешать,
через несколько дней я припру этого Перцева к стене.
- Но сначала надо найти моего мужа, - напомнила Леля.
- Это непременно, - заверила я.
- О чем речь? - сердито спросила Маруся, вернувшаяся из кухни с пустыми
руками.
"Господи, - удивилась я, - неужели ничего больше не нашлось в
холодильнике?"
Задать этот вопрос Марусе я не успела, потому что зазвонил телефон. Леля
вскочила с дивана, подбежала к
телефонной стойке, схватила трубку, прижала ее к уху и рухнула в обморок. Трубка
повисла на проводе.
- Что такое? - недовольно пробурчала Маруся, которая находилась ближе
всех к Леле.
Она подхватила телефонную трубку и приложила ее к своему развесистому
уху. По возмущенному лицу Маруси я
поняла, что услышанное ее крайне не обрадовало.
- Пошел ты... - гаркнула она, употребив совершенно непристойное слово и с
отвращением возвращая трубку на
аппарат.
Роза бросилась к Леле, я бросилась к Марусе.
- Что? Что ты услышала? - закричала я.
- Какой-то козел потребовал у меня сто тысяч долларов! - возмущенно
сообщила Маруся и с досадой добавила: -
Прямо охренели совсем.
- Не у тебя, а, видимо, у Лели, - уточнила я.
- Видимо, да, - добрея, согласилась Маруся. - Сказали, что за сто тысяч
вернут Турянского живого и невредимого.
- Ничего не пойму, - удивилась я.
- Девочки! - закричала Роза. - Срочно вызывайте "Скорую"! Я никак не могу
привести Лелю в чувство.
Остаток ночи мы вызывали "Скорую" и возвращали к жизни Лелю. Потом
Маруся, почему-то громким матом
ругая только меня, развозила нас по домам. Она искренне недоумевала, за каким
фигом мы поперлись к Леле и (главное) на
каком основании.
- Неужели лишь на том основании, что Равиль тебя тискал в подвале? -
недоумевала она.
- На том основании, что у Лели громадный холодильник, полный деликатесных
продуктов, - успокоила я бедняжку
и, подумав, добавила: - Был.
Я совсем удручилась от этой поездки. Маруся-то, вспомнив про съеденные
продукты, повеселела, я же была близка
к панике.
Вопросы роились в моей голове.
Кто на этот раз похитил Турянского?
Жив ли он теперь?
Если верить последнему похитителю, то жив и невредим, но почему так мало
за него сейчас запросили?
Лично мне стало бы обидно, если бы похитители запросили за меня каких-то
жалких сто тысяч долларов. За эти
деньги не стоит и в подвале томиться. Пусть лучше сразу убивают.
Но дело не в этом. Где теперь искать Турянского? Полнейшая безнадега.
С этой мыслью я простилась с Марусей, с этой же мыслью и вошла в свою
квартиру.
Вошла и...
ГЛАВА 26
Увидела там Турянского!
Которого искала в подвале.
Искала в подвале, а нашла в своей квартире.
Турянский был сытно накормлен, обласкан бабой Раей и терпеливо поджидал
меня. Он даже успел вздремнуть на
диване в гостиной.
Можно представить мое состояние. Я заметалась, разрываемая множеством
чувств и желаний, но все чувства
побеждали любопытство и неуемная жажда информации. Однако, боясь ссоры с мужем,
я опасливо глянула на дверь нашей
спальни и спросила у бабы Раи:
- Женька не приходил?
- Нет жа ж, звонил, сказав, что к утру будеть, - ответила она.
Я глянула на часы и поняла, что уже и есть то самое утро.
- Если придет, нас не беспокоить, - приказала я, демонстративно закрывая
дверь гостиной, где баба Рая с уютом
устроила Турянского.
Памятуя о пристрастии любопытной старушки, я максимально понизила голос и
спросила:
- Александр Эдуардович, что произошло? Только шепотом, нас подслушивают.
И я на всякий случай гаркнула:
- Баба Рая, иди-ка спать!
- Тю-юю, - раздалось из-за двери, - да на кой ляд мне это нужно.
Конечно же, она имела в виду наш с Турянским разговор, потому что спать
баба Рая не пошла, а осталась на своем
посту. Вот в таких нечеловеческих условиях и пришлось мне вести конфиденциальный
разговор.
- Что произошло? - повторила я свой вопрос, и Турянский спокойно ответил:
- Меня похитили.
- Это я знаю, - отмахнулась я. - Вас похитил Равиль по приказу Перцева...
Турянский, похоже, потерял дар речи. Было очевидно, что этим сообщением
он собирался насмерть сразить меня, а
тут выясняется, что я в курсе. Мне захотелось его добить, не в прямом, конечно
же, смысле слова, а в переносном.
- Равиль спрятал вас в подвале, - желая еще больше удивить Турянского,
прошептала я, - и все это время там вас
держал в ожидании вашей естественной смерти.
Турянский, хватаясь за сердце, хлопал глазами и недоумевал.
- Откуда вы это знаете? - спросил он. Указательным пальцем я постучала по
своей голове и, не таясь, сообщила:
- Отсюда.
- Поразительно! - выдохнул Турянский, а я решила не останавливаться на
достигнутом и поражать его в том же
духе.
- Перцев рассчитывал на вашу скорую, но естественную смерть!
На слове "естественную" я поставила акцент и повысила голос, от важности
забыв про бабу Раю. Турянский же не
забыл и, сделав знак в сторону двери, прошипел:
- Пожалуйста, тише.
Понизив голос, я продолжила:
- Перцев в расчете на ваши болезни: порок сердца и клаустрофобию, и
затеял это преступление (эту бодягу). Он вас
похитил, запугал вашу жену и, пользуясь ее неопытностью и страхом, намеревался
сохранить ваше похищение в тайне и
после вашей смерти, которую он выдал бы за естественную. В случае вашей
естественной смерти он получит приличную
страховку и, избавившись от компаньона, оставит вдову Лелю с носом.
- Софья Адамовна, - зачарованно прошептал Турянский, - вы опасный
человек.
Я была страшно горда! Горда невероятно, а потому воскликнула:
- Это еще не все, кто-то уже вторично пытался потребовать с Лели выкуп.
Такса сильно снижена - всего сто тысяч
долларов.
Турянский опешил:
- Когда?
- Да вот совсем недавно, несколько часов назад, когда вы уже были в
бегах. Кстати, как вам удалось выбраться из
подвала и почему вы прибежали ко мне?
Турянский, держась за сердце, поведал:
- Я был в очень критическом состоянии, буквально умирал и просил о
помощи. Каждый день Равиль заглядывал ко
мне и вел себя издевательски. Было очевидно, что он жаждет меня добить.
- Кстати, вы совсем неплохо выглядите, - заметила я, имея в виду чистоту
его костюма. Турянский горестно закатил
глаза.
- Эти варвары держали меня в идеальных условиях, - простонал он. - Даже
вкусно кормили. Если вы заметили, в
той комнатке есть даже душ.
- К сожалению, не имела такой возможности, - разочаровала его я. - Да это
и неважно. В чем же заключалась
экзекуция, раз условия были хороши? Этак вы и сто лет там могли прожить.
- Вряд ли, - усомнился Турянский. - Каждый день Равиль рассказывал мне,
как безнадежно мое положение. К тому
же я жутко переживал за Лелю. Девочка совсем беззащитна. Эти подлецы способны на
все, способны нанести и ей вред.
Равиль очень старательно вызывал у меня панику, по нескольку раз на дню
спускался в подвал и твердил: "Ты труп! Ты
труп!" Да я и сам понимал, что попал в западню, из которой вряд ли есть надежда
выбраться.
- Он нарочно расстраивал вас, чтобы вызвать сердечный приступ, - проявила
я сметливость.
Заплывшие жиром глазки Турянского наполнились ужасом.
- Именно! - закричал он, но, вспомнив про бабу Раю, охавшую за дверью,
лихорадочно зашептал: - С этой же
целью, уходя, Равиль гасил свет. Боже, как это было мучительно. Порой мне
казалось, что все. Еще немного - и я точно
умру.
- Но все не умирали и не умирали.
- Да, - не без самодовольной важности согласился Турянский. - К своему
удивлению, я оказался гораздо крепче,
чем предполагал. Стоит признать: я крепкий мужчина. Приступы были, но я выжил.
- Но как же вам удалось сбежать? - с недоумением воскликнула я, не
слишком рассчитывая на халатность Равиля.
- Сегодня, - начал свой рассказ Турянский, но я вынуждена была его
перебить.
- Уже вчера, - уточнила я.
- Да, вчера вечером ко мне заявился, - здесь Турянский, стараясь добиться
эффекта, выдержал паузу и с пафосом
закончил: - Геннадий!
- Перцев! - ахнула я.
- Да, он, - глаза Турянского полыхнули ненавистью. - Генка вел себя
вызывающе, оскорблял меня, называл старой
скотиной.
- Будто сам намного моложе, - ядовито вставила я, вспоминая плешь
Перцева.
Турянский наградил меня благодарным взглядом и продолжил:
- Перцев долго издевался надо мной, расписывал, как завладеет моими
капиталами, как вышвырнет из дела моих
друзей. В конце концов он сказал мне немыслимую вещь. "Ты скоро сдохнешь, а я
женюсь на твоей Леле", - сказал Перцев
и вышел.
- Не может быть! - воскликнула я.
- Так он сказал, - горюя, повторил Турянский. - Тут уж мне стало совсем
нехорошо. Сердце, сердечный приступ. Я
упал, начал задыхаться, хотя эти изверги еще и не погасили свет. Перцев,
довольный собой, вернулся, склонился надо мной
и рассмеялся мне прямо в лицо. "Сдохнешь! Сдохнешь!" - кричал он.
- Какая жестокость!
- Ну да, так и было бы, но, Софья Адамовна, не понимаю, на что он
рассчитывал? Видя его решимость, я осознал,
что мне конец, но и ему от этого мало пользы. Нет, - Турянский покачал головой,
развел руками и повторил: - Не понимаю,
как он мог на такое пойти и на что рассчитывал?
Сложно не поразиться такой наивности. Лично я поразилась.
- Перцев рассчитывал на то, что вы умрете от сердечного приступа, - я
просветила Турянского. - Приступа,
помноженного на клаустрофобию. Вы умрете, а Перцев с Равилем быстренько погрузят
вас в машину и повезут в больницу,
где доктора и установят вашу естественную смерть. И запестрят сообщения в
газетах: "Банкир Турянский умер прямо на
рабочем посту!" И все в таком роде.
- Но Леля! Леля! - страдая, закричал Турянский. - Леля не дала бы им
сделать этого! Леля сказала бы, что я
похищен. Вы же сами утверждали, что эти скоты требовали выкуп. Их погубила бы
жадность. Леля обратилась бы в
милицию, тут же завели бы уголовное дело. Нет, Сонечка, они дураки. В случае
моей смерти все раскрылось бы.
- Черта с два! - возразила я с присущей мне девичьей пылкостью. - Говорю
же, Лелю они запугали. К тому же мы
не знаем, как Перцев собирался поступить с Лелей в дальнейшем. Бедняжка может
погибнуть при очень таинственных
обстоятельствах, ведь насчет ее смерти никакого страхового договора не было.
Руки у Перцева развязаны.
Турянский схватился за голову и с душераздирающим воплем попытался
выбежать из гостиной. Я его остановила:
поймала за полу пиджака и закричала:
- Куда?!
- Спасать Лелю!
- Пока вы живы, Леле ничего не грозит, - заверила его я. - Поэтому
успокойтесь и рассказывайте, что было дальше.
Потом вместе будем думать, как нам лучше поступить. Кстати, я уверена, что вас
уже подстерегают во дворе вашего дома.
- Я и сам так думаю, - пригорюнился Турянский. - Поэтому к вам и пришел.
Там, сидя в подвале, я понял, что идти
мне положительно некуда. Перцев не успокоится, пока меня не схватит.
- Дальше! Дальше! - нетерпеливо воззвала я, и Турянский вернулся к
подвалу.
- Когда мне стало совсем плохо, - продолжил он, - Перцев, удовлетворенно
рассмеявшись, направился к выходу.
Равиль поплелся за ним. "Сегодня же замани в подвал эту дуру", - раздраженно
приказал Перцев Равилю.
Я опешила:
- О ком же шла речь?
- О вас, - пояснил Турянский, - о ком же еще?
- Обо мне?!!
Нетрудно представить мое изумление.
- Да как они смеют? - закричала я. - Как смеет Равиль, после того, как я
с ходу его вычислила?! Перцев ладно, это
надутый индюк... Хотя и он мог бы знать о том, о чем знает вся Москва.
- А. о чем вся Москва знает? - до обидного буднично осведомился
Турянский.
- О моем уме! Моем гениальном уме! И уникальной сообразительности! Вот о
чем знает вся Москва, вся страна!
Весь мир знает!!!
Господи, куда меня опять понесло. Вот так всегда. Умом-то я обзавелась,
но где скромности набраться, когда ни у
кого ее нет. Нет нигде!
К тому же я увлеклась и совершенно перестала щадить бабу Раю. Бедная
старушка! Представляю, как нелегко ей
было за дверью после таких моих слов. Мой ум почему-то особенно ее ранит - она
уже не может слышать о нем.
Впрочем, вернемся к Турянскому. Турянский, когда до него дошло, о чем
идет речь, смутился и залепетал:
- Ах, да, ваш ум... Ваш ум, это что-то! Простите, об этом действительно
знают все, но не все в это верят.
- Те, кто не верит, сильно об этом пожалеют, - пообещала я и тут же с
жаром воскликнула, не в силах смириться: -
Но неужели он так сказал? Этот Перцев! Этот негодяй! Он посмел так сказать обо
мне?
- Да, это так, - конфузясь, подтвердил Турянский. - Речь шла о вас.
- Почему вы так уверены? - мне очень хотелось сомневаться.
- Потому что Равиль переспросил. "Вы имеете в виду Мархалеву?" -
переспросил он. "Да, - ответил Перцев. -
Замани эту дуру и, выяснив, что она знает, кокни ее на глазах этого..."
Турянский смущенно глянул на меня и добавил:
- Ну, думаю, продолжать нет смысла, вы уже поняли.
Конечно, я поняла, потому что до гениального сообразительна.
- Они хотели кокнуть меня на ваших глазах?! - возмутилась я.
Турянский скромно кивнул.
- Если бы так случилось, я бы точно помер, - сказал он.
Я взглядом его поблагодарила и спросила:
- Но как же вам удалось сбежать?
- Видимо, есть бог на свете, - воскликнул Турянский.
- Я сама уже так думаю, - согласилась я. - Но продолжайте.
- Когда Перцев и Равиль вышли из подвала, вдруг зазвонил телефон. Не
знаю, кто звонил и кому, но эти изверги
переполошились. Равиль запаниковал, начал подгонять Перцева: "Скорей! Скорей!"
- Уверена, что звонил Коровин и ругал Равиля за опоздание на сеанс,
поэтому мерзавцы и переполошились. Можно
представить, как им не хотелось, чтобы в бильярдную спустился маэстро. Мне
кажется, дальше я знаю. Дальше можете не
продолжать. В конце концов они выбежали из подвала и забыли закрыть дверь, -
подытожила я.
- В том-то и дело, что нет, - возразил Турянский. - Все, как положено,
они закрыли, хоть и очень торопились, даже
выключили свет в подвале и поспешно ушли. Мне стало совсем дурно, как обычно и
бывает в закрытом пространстве да еще
в кромешной тьме. Я, конечно же, снова пошел в душ.
- В душ? - изумилась я.
- Знаете, Сонечка, в этом их ошибка. Душегубы не знали про душ. Холодная
вода очень благотворно действует на
меня. Я наощупь добрался до душа, разделся и стал под воду. Поток холодной воды
успокоил меня, снял сердечный приступ
и приступ удушья, потихоньку я начал приходить в себя и тут услышал какой-то
грохот.
- Вернулся Равиль? - Турянский покачал головой.
- Тогда явился Коровин, - предположила я.
- Не знаю, возможно. Я выключил воду, чтобы не шумела, и услышал приятный
мужской голос, этакий бархатный
низкий баритон. "Да нет здесь никого", - сказал неизвестный и с топотом
удалился.
- Так и есть, это был Коровин. Что же вы не кричали? - изумилась я.
Турянский пожал плечами:
- Не знаю. Во-первых, Сонечка, простите, я был в полном неглиже. Вовторых,
растерялся. В третьих... В общем, не
знаю сам, почему не кричал, но в результате вышло гораздо лучше. Я оделся,
наощупь выбрался из душа и вот тут-то увидел
полоску света, пробивающуюся сверху. Дверь в подвал была неплотно закрыта, чем
я, естественно, и воспользовался.
- Но почему вы прибежали ко мне? - удивилась я. - Почему не в милицию?
На лице Турянского отразился запредельный ужас.
- Какая милиция, Соня! - воскликнул он, забыв про бабу Раю, которая
мгновенно согласилась с ним из-за двери.
- Ты шо, сдурела! - закричала она. - Какая жа ж милиция!
- Баба Рая! - возмутилась я. - Идите спать!
- Не ори, ребенка разбудишь, - баба Рая и не тронулась от двери.
- Что я скажу в милиции? - уже шепотом спросил Турянский.
Я задумалась. И в самом деле, что он скажет? Разве у него есть
доказательства? Его похищение держалось в тайне.
Перцев и Равиль мгновенно от всего откажутся, выставив дураком Турянского же.
- Вы правильно сделали, что пришли ко мне, - похвалила я его.
- Мне некуда больше идти, - промямлил он. - В том, что со мной произошло,
даже стыдно признаться. И к вам бы
не пошел, когда бы не узнал от Перцева, что вы некоторым образом в курсе.
Правда, не подозревал, что до такой степени.
- Да, я такая, - не без гордости согласилась я. Турянскому же было не до
меня. Он горевал, и горевал крепко.
- Эти мерзавцы вселили в меня такую неуверенность, - пожаловался он. -
Сонечка, вы не поверите, но даже моя
вера в жену на какой-то миг поколебалась. Страшно сказать, что я испытал, когда
Перцев сказал, что после моей смерти
женится на Леле.
- Выбросьте эти глупости из головы, - отмахнулась я. - Это же
классический номер - кинуть тень на жену. Тем
более на молодую. Равиль вас порнофильмами с участием Лели не шантажировал?
- Вы и про это знаете? - с ужасом отшатнулся Турянский. - Как? Откуда?
- Я знаю жизнь. Этими фильмами он вас в ловушку и заманил. Ай-яй-яй,
нельзя же быть таким ревнивым. Жена
вас любит, такая умница, красавица, а вы готовы верить первому встречному
Равилю, поливающему грязью святую
женщину.
Турянский с жаром согласился, видимо, он не знал, что святых женщин не
бывает так же, как и мужчин - земля не
место для святых.
- Да, именно так все и было, - закричал Турянский, - но фильмов Равиль
так и не показал.
- Потому что все это подлый вымысел, - заверила его я. - Уж мне-то
верьте, уж я-то знаю вашу Лелю.
Турянский омрачился:
- Как она, бедняжка?
- Плохо, очень плохо. Все время рыдает. Готова все продать, лишь бы
вернуть вас обратно. - На лице Турянского
отразилась боль.
- Ах я подлец! - хватаясь за сердце, воскликнул он. - Как я мог не верить
Леле? За это бог меня и наказал! Ox! Ox!
Мне плохо! Плохо!
Он действительно как-то даже посинел. Баба Рая (что за человек?)
ворвалась в комнату с валокордином и приказала
мне:
- Фатит! Фатит человека вопросами лупцевать! Дай жа ж ему успокоиться.
- Нет, все в порядке, - неожиданно запротестовал Турянский, но валокордин
все же принял.
Баба Рая попыталась остаться в комнате, но под моим настойчивым взглядом
все же вынуждена была удалиться за
дверь.
- Сонечка, - взмолился Турянский, - Перцев и Равиль должны сидеть в
тюрьме, а вы должны мне помочь вывести
этих мерзавцев на чистую воду.
- Охотно, - заверила я, имея свой зуб на Равиля. - Говорите, что надо
делать.
- Надо подумать, - ответил Турянский и начал думать, будто у него в
подвале мало было для этого времени.
- Кстати, вы знаете, что у вас по всей квартире натыканы "жуки"? - чтобы
не скучать, сообщила я.
Турянский уставился на меня так, как обычно смотрят люди, не совсем
понимающие, о чем идет речь. Пришлось
пояснить.
- В вашей квартире полно подслушивающих устройств, - сказала я, и
Турянский прозрел.
- Эврика! - закричал он. - Сонечка, если вы не ошиблись, то я все понял!
В моей квартире точно есть "жучки"?
- Сумасшедшее количество.
- Тогда я знаю, кто их туда натыкал. Это сделал Перцев.
- Само собой, но как нам это доказать?
- Очень просто. Перцев совершенно официально платит за пользование
эфиром, следовательно, у него есть
передатчик, из которого легко сделать ретранслятор. Вы в курсе, как работают
подслушивающие устройства?
Мне стало смешно.
- Еще бы, - фыркнула я. - В наше время об этом знают даже младенцы.
- В таком случае следите за моей мыслью. Подслушивать из моего дома
Перцев вряд ли станет. Во-первых, сам он
появляться там не рискнет, да и не слишком-то по нашему дому походишь.
Он был прав. В дом Турянского так запросто не зайдешь - неизбежно
придется иметь дело сначала с охраной
стоянки, потом с охраной самого дома, а потом с консьержкой, которая в курсе
жизни всех жильцов.
Значит, Перцев мог бывать в этом доме только до похищения Турянского, а о
том, что в дом проникнет сообщник
Перцева, даже думать смешно. О любом сообщнике я легко узнаю от консьержки. Раз
узнаю я, значит, и милиция.
Следовательно, прослушивание из соседней квартиры сразу отпадает, если, конечно,
Перцев не нашел сообщника среди
жильцов, что крайне сомнительно. Соседи Турянского приличные люди и нарушать
Конституцию согласятся лишь за очень
пристойные деньги. Вряд ли Перцев сможет столько предложить за эту услугу.
- А Перцеву информация нужна каждый день, - продолжила я мысль
Турянского, - следовательно, он должен гдето
поблизости установить ретранслятор, на который поступит сигнал с "жучков" и
проследует на приемное устройство
Перцева, находящееся где-нибудь далеко от вашей квартиры.
- Другого варианта не вижу, - согласился Турянский, - в нашем доме нет
чердака, а подвалы в частной
собственности жильцов первого этажа.
- А чужой автомобиль у вашего дома слишком быстро намозолит глаза, - я
снова продолжила его мысль. - С этой
проблемой я лично не раз сталкивалась. Если не оказывается на вашей стоянке
мест, я оставляю машину в соседнем дворе, и
ваш охранник, увидев это, сразу несется ко мне с претензиями. Этот цербер
отстает, только узнав, что я ваша гостья.
Следовательно, установить ретранслятор Перцев мог только в чьей-то квартире в
самом доме. Неужели у него есть
сообщник среди ваших соседей?
- Не совсем так, но вы, Сонечка, на верном пути. Более того, я даже почти
точно знаю, где может быть установлен
этот ретранслятор.
- Где?
- В соседней квартире. Там уже год никто не живет.
Я с недоумением уставилась на Турянского.
- Хозяйка соседней квартиры, одинокая женщина, со мной на ножах, -
пояснил он. - Я несколько раз хотел эту
квартиру купить и предлагал солидную сумму, но она отказывала наотрез. Очень
вредная бабенка. Сотрудничать с
Перцевым она не стала бы, а вот сдать ему квартиру могла.
- Как же Перцев подъехал к ней? - удивилась я. - Судя по всему, эта
вредная бабенка не слишком нуждается, если
имеет такую квартиру и не хочет ее продавать.
- Перцев ловелас и без труда мог наладить с ней контакт. Сонечка, нужно
срочно проверить эту версию.
Консьержка знает, как эту мегеру, мою соседку, найти. Вы бы съездили к ней,
Сонечка, поговорили, может, узнаете чтонибудь,
- Турянский жалобно посмотрел на меня и добавил: - Очень вас прошу.
- Хорошо, так и поступлю, - согласилась я, - и надо срочно позвонить
Леле, обрадовать ее, что вы нашлись.
Турянский замахал на меня руками и закричал:
- Ни в коем случае, Сонечка! Вы сразу все испортите! Леля ничего не
должна знать, она слишком простодушна,
совсем не умеет играть, а квартира прослушивается!
Выпалив это, Турянский застыл, ошарашено посмотрел на меня и деловито
осведомился:
- Кстати, как вы собрались звонить? Квартира-то прослушивается.
Я схватилась за голову.
- Вот видите, - попенял мне Турянский, - даже вы, с вашим легендарным
умом, забываетесь, а чего же ждать от
моей простодушной Лели? Она не проболтается в единственном случае.
- В каком? - заинтересовалась я.
- Если ничего не будет знать. К тому же, когда Перцев осознает, что я
недосягаем, он может похитить мою Лелю и
шантажировать уже меня. Ради Лели я от всех капиталов откажусь! - с пафосом
закончил Турянский.
- Хорошо, вы меня убедили, - согласилась я. - Ничего Леле не скажу, более
того, постараюсь ей внушить, что надо
остерегаться Перцева и Равиля.
- Софья Адамовна, поклянитесь, что сохраните тайну! Умоляю, поклянитесь!
- Господи, о чем разговор, конечно, клянусь, хотя достаточно и одного
моего слова. Клянусь, ни намеком Леле вас
не выдам, а вам советую прилечь поспать. Да и мне поспать не мешало бы. Видите
ли, я совсем замоталась с вашим
Перцевым и его Равилем. Признаться, еле стою на ногах.
Едва я успела это промолвить, как баба Рая ворвалась в комнату и начала
взбивать лежащую на диване подушку.
- Иди спи, - приговаривала она, - а я тут с тиллигентным человеком сама
разберуся. - И я отправилась спать.
Проснувшись, я с удивлением узнала, что явился с работы мой муж Евгений,
который тут же (пока мы с банкиром
спали в разных комнатах) и был введен бабой Раей в курс проблем Турянского.
Евгений как деятельный мужчина
оставаться в стороне не пожелал, разбудил Турянского и при всяческом его
одобрении энергично взялся за дело.
Нет, ну кто мог подумать, что Турянский такой ренегат? Кто мог подумать,
что он к Женьке моему переметнется,
когда ему так повезло и за дело взялась я - умница и красавица с гениальными
аналитическими способностями!
- Значит, так, - с глупой мужской самонадеянностью просветил меня
Евгений, - все решено, я сам распутаю этот
клубок.
- И добудешь на мерзавцев улики? - скептически поинтересовалась я.
- И добуду улики, - подтвердил он, - потому что твоя самодеятельность у
меня в печенках сидит. Оставайся дома и
никуда не выходи, а мы с Александром Эдуардовичем и бабой Раей срочно уезжаем.
Я опешила:
- Как уезжаете? Куда?
- К моей сестрице в деревню, - горделиво сообщила баба Рая, чувствующая
себя гвоздем программы.
Однако мне этот самый гвоздь представился гвоздем, вбитым в крышку гроба
моей карьеры. Ха! Они уезжают! А
я? Будто это не я разоблачила Равиля и Перцева! Будто это не я гениальный
детектив, рядом с которым все эти Эркюли
Пуаро, Шерлоки Холмсы, Мегре, а также миссис Марпл и надоевший всем Коломбо
словно малые дети.
Я кипела. Мой Женька увозит Турянского в деревню! Он его увозит!
На каком основании, черт возьми!
"А и пусть себе увозит, - вдруг подумала я. - Мне только больше простора
для деятельности. Чем меньше народу
путается под ногами, тем быстрей я Перцева прищучу".
- Саньку с собой возьмите, - посоветовала я.
- А
...Закладка в соц.сетях
