Жанр: Электронное издание
troes
...еуверенно заулыбался, но Олег открыл глаза, ехидно
заулыбался, а Мрак и вовсе хохотнул и похлопал Таргитая по спине, как
доброго, но глупого пса.
Бревно под Таргитаем крутнулось, он взмахнул руками, нога внезапно
проскользнула между бревен. Он задергался, уперся обеими руками, вытащил
ногу, содрав кожу на косточке. Веревки растрепались, размочалились, два
бревна потеряли на камнях, еще одно постепенно отодвигалось, истертые
веревки почти не держали. К счастью, все три мешка были крепко-накрепко
привязаны в самой середине плота.
— Правь к берегу,-- сказал Мрак. Потом посмотрел на Таргитая
внимательнее, сказал мягче: — Поменяй тряпку на плече... А к берегу я
подгоню сам.
Балансируя на раздвигающихся бревнах, Мрак добрался до рулевого
весла. Опорный столб трещал и шатался. Таргитай с Олегом перевязывали
раны, а Мрак мощно работал веслом, направляя плот к ближнему берегу.
Правда, на этом степняки, но до противоположного не доплыть, бревна
рассыплются раньше.
Мешки уцелели, но последние две стрелы смыло. Когда плот приблизился
к берегу, Таргитай и Олег нарубили веток, сплели шалаш. Куцый, не такой
роскошный, но от солнца спрячет. Олег натаскал глины, восстановил печь.
Успели заново стянуть бревна, добавили веревок. Мрак долго не появлялся,
изгои издергались, подпрыгивая при каждом вороньем карканье. Плот держали
на мели в десятке шагов от берега, но волны пытались вытолкнуть его
подальше. Изгои упирались шестами, вытаскивали на глубокую воду.
Мрак принес только два птичьих гнезда. Ужинали бедно, спать легли
голодными. Утром Таргитай проснулся от плеска воды. Плот шел посреди реки,
Мрак стоял за рулем.
— Доброе утро, Мрак,-- сказал Таргитай, не поднимаясь.-- Тебе бы
обращаться в жаворонка!
Мрак недовольно хмыкнул:
— Все распределено. Один червяк обращается в стрекозу, другой — в
бабочку. Головастик перекидывается только в жабу, а птицей — кишка тонка.
То ли боги так велели, то ли червяк не знает, как перекидываться иначе...
Ты просыпайся, вон на берегу какое диво, а ты спишь.
На левом берегу во весь опор неслись странные полукони-полулюди!
Скакали на четырех копытах, но от груди и дальше был мощный торс человека.
В руках блестели длинные луки, у некоторых были простые палки.
— Олег! — закричал Таргитай, срывая голос.-- Олег, вылезай!
Из шалаша на четвереньках выбежал Олег. Всмотрелся, сказал
потрясенно:
— Это же полканы!
— Кто-кто?
— Полканы! Полконя-полчеловека...
Мрак кивнул, тут же потерял к полканам интерес. В чистой воде то и
дело мелькали рыбьи спины. Мрак жалел, что нет у них острог, как у
дрягвы... Рядом Таргитай едва не падал в воду, жадно всматриваясь в берег.
Олег нырнул в шалаш, вернулся с книгой, начал листать, бормоча:
— Амазонки, аримаспы, агрипеи, алазоны, аводник, акудник, аларес...
Авзацкие горы... где же полканы?.. Ага, в третьей части. Полканы --
древнее племя, родственное киммерийцам и тернопольцам. Ведет начало от
Рода, который в облике жеребца однажды... гм, пропустим. Отличаются диким
нравом, прекрасные стрелки из лука. Известны южным народам, которые кличут
их кентаврами, то есть конями Таврии. Их буйный нрав можно усмирить только
игрой на свирели...
Он покосился на Таргитая, раскрывшего рот от восторга, безнадежно
махнул рукой:
— Смотря как играть... А то раздразнишь вовсе. Так... живут охотой!
Хоть кто-то в этом сумасшедшем мире живет как люди, то есть как невры --
охотятся...
Полигамия... Что бы это значило?.. Книга мудрости есть, а словаря к
ней нет...
Полканы внезапно ускорили бег, Таргитай ахнул, показалось, что у
полканов шесть ног — неслись как выпущенные из лука стрелы. Земля
гремела, над головами взлетали черные галки. Не сразу понял — комья
земли, выброшенные копытами. Каждый полкан почти вдвое крупнее лошадок
киммеров, под ярким солнцем играют тугие мышцы, золотистая шерсть блестит,
а человеческие тела покрыты плотным загаром!
Один из полканов, коричневотелый гигант, увидев плот, вскинул лук над
головой, мгновенно пустил стрелу на всем скаку. Таргитай бросил быстрый
взгляд на Мрака, тот широко оскалился, поднял кверху большой палец. Только
он со своими острыми глазами увидел, как стрела взвилась в небо, описала
круглую дугу, а полкан в бешеной скачке подхватил ее на лету.
Полканы пронеслись по берегу, далеко обогнав плот, на полном скаку
скрылись в Степи.
Солнце нещадно палило головы, даже Мрак часто прятался в шалаше. Река
так широка, что проходило полдня, прежде чем замечали, что их сносит
течением к берегу. Олег старался первым взять весло в руки, умело отводил
плот на середину. Он загорел и облез, как ящерица, но плечи продолжали
раздаваться, обрастать мясом.
Однажды, когда все трое лежали в шалаше, снизу в бревна страшно
ударило. Таргитай вылетел, проломив плетеную стенку, упал на края бревен,
больно ушиб раненое плечо. Мрак выскочил взъерошенный, готовый к драке, с
горящими глазами Плот медленно несло дальше, только теперь его
разворачивало вокруг оси.
Мрак посмотрел на рулевое весло, сжал кулаки. Держак покосился, от
весла остался обломок, что едва доставал до воды. Таргитай поднялся,
морщась, пощупал плечо:
— Что стряслось?
— На камень налетели,-- ответил Мрак зло.-- Или какая-то подводная
зверюка хватанула зубами, дура.
— Чтоб она подавилась!
Плот медленно крутился, правый и левый берег уже трижды поменялись
местами. Правый берег был в двух полетах стрелы, а левый едва виднелся на
обрии, но плот медленно несло к нему. Олег нырнул в шалаш, выполз с
веревкой в зубах, подбежал к Мраку:
— Надо сейчас же плыть к берегу! Оттуда тащить плот. Без руля нас
занесет к Ящеру, а мы ничего не сделаем!..
Мрак, суровый и собранный, быстро пощупал веревку, подергал, проверяя
на крепость, сунул Олегу в ладонь:
— Молодец! Действуй!
Олег мгновенно побледнел, спросил осевшим голосом:
— Я?
— Разве ты не волхв?.. Торопись, плот уходит от берега. Поклон
водяному зверю.
Он мощно шлепнул Олега по спине, тот, как перышко, слетел с бревен.
Таргитай вскрикнул, бросил на Мрака негодующий взгляд. Голова Олега
скрылась под водой, несколько долгих мгновений везде были только волны,
наконец голова волхва вынырнула, как клочок коры, мелькнула рука.
Мрак следил за волхвом немигающими глазами. Его глаза сузились, а
руки будто сами по себе привязывали конец веревки к держаку. Голова Олега
дважды скрывалась под волнами, потом он приловчился, начал сдвигаться в
сторону берега.
— А если не доплывет? — спросил Таргитай шепотом.
— Тогда мы все не доплывем,-- бросил Мрак коротко.-- Наше положение
безнадежно... Тарх, мы все не умеем плавать! Но волхв хоть знает или
должен знать, как это делается. А я вообще воды боюсь.
— И я,-- признался Таргитай несчастливо.-- Нет, я боюсь только
глубокой. А так умываюсь каждое лето.
Голова волхва мелькала между волнами, его сносило, тянуло за плотом
на веревке. Наконец он добрался до берега, встал на ноги, но веревка
дернула, он упал навзничь, его потащило. Кое-как поднявшись, забежал по
ходу вперед, выбирая запас веревки, пытался набросить петлю на прибрежные
камни, наконец успел до огромного явора, что наклонился к воде, обвил
веревку вокруг ствола.
Таргитай от внезапной остановки плота слетел в воду. Мрак даже не
подал руки, он с усилием тянул за туго натянутую веревку. Таргитай,
захлебываясь, бил по воде руками, врезался головой в твердое, с закрытыми
глазами, выбросил вперед руки, кое-как выбрался на бревна. Когда он
наконец ухватился за веревку, Мрак уже почти подтащил плот к берегу.
Едва плот оказался на мелком, Мрак спрыгнул с секирой, побежал по
мокрому песку, выискивая подходящие деревья. Таргитай добрался до Олега,
тот обхватил обеими руками ствол явора, содрогался в конвульсиях. Из него
хлестала вода, как из дырявого мешка.
— Ты нас спас,-- проговорил Таргитай с огромным уважением.-- Я бы не
решился, а ты вон как смело в воду прыгнул! Как жаба с берега. Ты герой,
Олег.
Олега трясло, вода выплескивалась, уже не такая чистая, как в реке,
но ее было много. Таргитай оставил волхва, бросился разводить костер.
Когда насобирал хворосту и разжег огонь, Мрак притащил два срубленных
ствола сосенки, люто обломал вершинки, зашвырнул с берега на плот.
— Сделаем два весла. Запас, как говорит наш волхв, в темя не клюет и
есть не просит. Олег, хвалю! Ты плавал как лебедь.
Волхв сидел возле костра, его все еще трясло. Таргитай заботливо
набросил ему на плечи и свою душегрейку. Олег стучал зубами, придвигался к
огню поближе.
— Неужто вода холодная? — удивился Мрак.-- Ты гляди, а? А с виду
вроде лето. Тарх, ты ему хотя бы рыбку поджарил.
— Только раки,-- сообщил Таргитай. Он показал Мраку котелок, на дне
шебуршилось и скреблось.-- Да и то мелкие, недавно вывелись. Или порода
здесь такая.
— Даже мелкий рак лучше крупного таракана,-- сказал Мрак с некоторым
колебанием.-- Хотя кто знает вкусы волхвов... У них все не как у людей. Ты
видел, как он плыл?
— Где я ему наловлю тараканов? — возмутился Таргитай.-- Пусть ест
раков!
Вода еще не закипела, а Мрак уже обтесал первую лопасть и закрепил в
стояке. Изгоям пришлось спешно перебираться на плот. Мрак видел пыль,
замечал блеск оружия, а когда ветер подул в их сторону, ощутил запах
конского пота и свежепролитой крови.
Плот отвели от берега и плыли на расстояние двух полетов стрелы. И
безопасно, и в случае нужды легко вернуться на твердую землю. Однажды
видели с дюжину кибиток, что тянулись по берегу, но степняки на них не
обратили внимания. Когда проплывали мимо высокого крутого берега, из
широких темных нор вылетали странные звери. Размером с крупных собак, но
летающих собак невры звали кожанами, те летали только ночами, этим же
яркое солнце нипочем, скользят на страшных когтистых крыльях над самой
водой, хватают огромными когтями рыбу прямо из реки.
Один крылатый зверь увидел людей на бревнах, быстро помчался над
водой, возле плота резко взмыл вверх, по неврам ударила волна зловония.
Мелькнули горящие красные глаза нетопыря, мелкие острые зубы были свирепо
оскалены.
Мрак мгновенно наложил на тетиву стрелу. Зверь завизжал яростно,
понесся зигзагом, не сводя с невров нечеловеческих глаз, взмыл и
растворился в синем небе.
— Понимает? — удивился Мрак.-- Добро, что в Лесу зверье подурнее. А
то бы наголодались наши охотники, особенно Громобой...
Он не договорил, что Громобой и так ненамного умнее зверей, на
которых охотится, ибо в небе мелькнули уже три кожана — пронеслись над
плотом. Таргитай подпрыгнул, когда у ног звучно что-то ляпнулось. Волна
смрада стала сильнее. Он с омерзением смотрел на зеленоватое пятно, что
разбрызгивалось на бревне, но в следующий момент услышал испуганный вопль
Олега:
— Мрак, стреляй! Их сотни!..
Из нор вылетали все новые кожаны, воздух зарябил от множества
крылатых тел. Все как один устремились к плоту, на бревна посыпались
жидкие экскременты. Олег упал на колени, его выворачивало, а Мрак зло
опустил лук. Стрела, которую накладывал на тетиву, без наконечника, и
подшибить кожана на лету нечего и думать.
— Тарх,-- крикнул он,-- отводи плот от берега! Здесь утопят в
дерьме.
Таргитай и сам видел, что высокая круча тянется на версты и везде
источена норами. Он бросился к рулевому веслу, налег, задерживая дыхание,
спросил только:
— А если опять пороги?
— Ты совсем дурак? — заорал Мрак.-- Лучше разбиться, чем утонуть в
дерьме!
Таргитай отчаянно заработал веслом, Мрак ухватился за древко рядом.
Олег поднялся, бледный и сразу похудевший, прохрипел:
— Мы погибнем, если... Мы отравимся...
— Не надо нажираться,-- прохрипел Мрак. Он свирепо орудовал веслом,
тяжелый плот рывками отодвигался от берега. Над головой стоял неумолчный
крик, словно сотни ножей скребли сковороды. На бревна, на головы и плечи
невров беспрерывно шлепались горячие жидкие экскременты. Воздух стал
плотный и удушливый.
Тело жгло, невыносимо зудело. Таргитай услышал стон, но это стонал он
сам. Совсем близко дергалось лицо Мрака с оскаленными зубами. Весло шумно
било по воде. Мрак прохрипел:
— Волхв, несмелому взяться негде?.. Помогай, а то в дерьме сам
утоплю!
Таргитай яростно рвал весло на себя, стараясь не запрокидывать лицо,
Мрак ругался, грозил кожанам, небу и земле, верещал Олег, но постепенно
визг ослабел. Таргитай рискнул поднять голову, перед глазами мелькнули
горящие глаза. Он ощутил слабый удар по голове, едкая вонь перехватила
дыхание. Он упал, ухватившись за обожженное лицо.
— Лезь в воду,-- услышал он хриплый голос.-- Смой подарочки...
Он открыл глаза, успел увидеть Мрака, тот оставил руль, смотрел вслед
кожанам. Плот был уже на середине реки, берег едва-едва виднелся. Тут же
острая боль ожгла глаза, Таргитай взвыл, пополз на четвереньках, сам не
зная куда. Потом оказался в холодной воде, его трясли, волочили, больно
терли, в конце концов вышвырнули вверх, где Таргитай ударился о твердое.
Он раскрыл глаза. Мрак еще плескался в воде, вцепился в веревку, его
волочило за плотом. Мрак высоко вскидывал голову, скалил зубы ободряюще,
набирал воздуха и рывком опускался под воду. Таргитай замер, восхищаясь
оборотнем. Рядом всхлипывал Олег. Таргитай посмотрел на него, ахнул, потом
не выдержал, рассмеялся.
— На себя посмотри,-- огрызнулся Олег.-- Это Мрак тебя отмыл! Но ты
снова... Свинья дерьмо найдет.
Бревна были забрызганы зелеными, едко пахнущими экскрементами.
Таргитай снова ощутил тошноту. Олег лег животом на край плота, смывал
лицо. Таргитай хотел предложить вымыть плот, услышал странный шум,
насторожился.
С другой стороны на плот вскарабкался Мрак. Лицо его было хмурым, в
глазах — злость и отчаяние.
— Что совой о пень,-- сказал он медленно,-- что пнем о сову... а все
сове как-то не по себе.
— Что стряслось?
— Еще не понял? Счастливец. Зря тебя отмывал, сейчас снова мыться.
Начиная со штанов.
Таргитай прислушался, наконец поднял к Мраку побледневшее лицо:
— Пороги?
— Да. Эти твари нарочно отогнали нас от берега. Теперь прем
посередке.
— Не успеем?
Слабый шум быстро превращался в рев. Олег наконец перестал
плескаться, поднялся. Мрак развел руками, показывая, что ревет не он, даже
не Таргитай играет на сопилке, кивнул. В той стороне, куда несло плот,
поднималось белое облачко водяной пыли..
Мрак бросился в шалаш, спешно закрепил мешки. От оглушительного рева
трясся воздух, в голове гудело, в ушах стало больно. Мрак швырнул веревку
Таргитаю, сам лег на бревна и крепко ухватился за лыковую связку. Таргитай
спохватился, пропустил конец веревки Олегу под поясом, привязал к бревну,
а плот нырнул в гигантское облако водяной пыли. Снизу страшно ударило,
Таргитай взлетел в воздух, затем его бросило плашмя на бревна. Пальцы
ожгло, веревка начала выскальзывать, сдирая кожу. Таргитай стиснул зубы,
вцепился покрепче. Плот под ним прыгал как взбесившийся конь. Раненое
плечо кололо, словно там появилась стрела.
Плот подбросило, затем вдруг раскололо прямо в воздухе. Мрак лежал на
той половине. Таргитая окатило с головой, он задержал дыхание, слыша
только рев, грохот, чувствуя ледяные струи воды.
Вдруг рев начал удаляться. Таргитай открыл глаза, увидел рядом
плещущуюся воду. Плот кружило в белой пене, стена пыли удалялась. Кто-то
пнул его в ребра. Таргитай увидел Мрака.
— Вставай,-- сказал Мрак настойчиво.-- Дома отсыпаться будешь.
— Мрак,-- пролепетал Таргитай,-- я сам видел, как ты на той
половинке...
— Перепрыгнул, чего проще? Быстро собирайся. Олег, перестань играть
в жука-притворяшку. Плот рассыпается.
Таргитай подхватился, пополз по бревнам к мешкам, но там было пусто.
Мешки остались на той половинке плота. Олег полз навстречу, губы его
тряслись:
— Все пропало... Мои обереги!.. Книга была в мешке... лечебные
травы... Я же теперь совсем беспомощен! Я теперь никто!
Таргитай пощупал за пазухой сопилку, только ее и сохранил, спросил
участливо:
— А Цвет... тоже?
Олег покачал головой:
— Я же не совсем дурак, как некоторые из нас. Цветок, одолень и
разрыв у меня в узелке за пазухой. Но книга пропала, ты можешь это понять?
— Я неграмотный,-- ответил Таргитай.-- У Мрака пропала большая
секира, и то жив. Ты лучше подумай, что делать? Рулевого весла нет. Как
доберемся до берега?
Олег посмотрел на край плота. Держак торчал с обломком весла. Вокруг
было пусто. Мрак сидел, свесив ноги в воду. Поймав взгляд волхва, он криво
улыбнулся, сказал:
— Добро, что я второе весло не выстругал. Все одно бы пропало.
— И мыть плот не пришлось,-- добавил Таргитай.-- Все само
получилось.
— А где нас не отмыло,-- сказал Мрак,-- то очень скоро отмоемся...
Еще как отмоемся! Бревна уже разъезжаются.
Таргитай сел, вытянув ноги вдоль бревен. Хлюпала вода, между бревен
плавали кусочки содранной коры. Попадет туда нога, будут плавать лохмотья
кожи, а то и раздробленные кости — Мрак рубил на плот могучие стволы. И
тяжелые, у Таргитая до сих пор ноют от них плечи.
— Неужто придется в воду? — прошептал Олег в ужасе.
— Тебе-то чего страшиться? — удивился Мрак.-- Уже плавал!
— Потому-то и боюсь!
Бревна разъехались к полудню, когда солнце стояло над головой. Мрак
пробовал удерживать, изгои помогали, но руки быстро занемели. Мрак
соскользнул в воду, пробовал связать два последних бревна, но лыковая
веревка истерлась, волоконца лопались под его пальцами.
— Лезьте сюда,-- буркнул он,-- жабы вон всю жизнь в воде — и ничо.
— Так то жабы!
— Жабы хоть дождь умеют выпрашивать.
Он опустил бревна, Таргитай кувыркнулся в воду. Олег некоторое время
ехал на бревне верхом, даже ноги начал поджимать, вытаскивая из воды, но
тут бревно крутнулось, волхв с шумом обрушился в реку. Мрак ухватил, не
дал скрыться в глубине.
— Цепляйтесь за бревно. Слава богам, не зима...
Ноги зябли, но голову и плечи пекло. Таргитай намотал на кисть
обрывок веревки, что свисала с бревна. Мрак и Олег держались за бревно с
другой стороны, так плыло ровно, не крутилось.
Мрак цедил проклятия, бревно упорно плыло посреди реки, не сдвигаясь
ни к правому, ни к левому берегу, а сколько приходилось трудиться, чтобы
удерживать плот посредине?
Мимо сновали рыбы, пощипывали за ноги. В глубине скользили крупные
тени, вода от них сворачивалась коловоротами. Бревно иной раз
разворачивало то одним боком, то другим, но чаще несло комлем вперед.
Таргитай быстро устал, замерз. Волны плескали в лицо, попадали в рот, нос.
Олег исхитрился держать голову сухой, он не пробовал взобраться на бревно,
как рискнул Таргитай, и не окунался весь.
— А если никогда не прибьет к берегу? — спросил он тревожно.
— Узнаем, в самом ли деле течет прямо в пасть Ящера,-- ответил
Мрак.-- Как в твоей книге записано?
Олег в ответ простонал, закрыл глаза. Холод сковывал тело, Таргитай
уже не помнил, сколько плывут, куда плывут. Пальцы прочно сомкнулись на
измочаленном лыке, несет вместе с бревном, к Ящеру так к Ящеру, а в
подземный мир так в подземный...
Рядом послышался слабый прерывающийся голос:
— Светлые боги... услышьте меня... слабого и неудавшегося волхва...
Я жил неправильно... Я лгал, бездельничал... думал о себе, потакал
себе...Если мне позволено будет спастись, я клянусь, что буду жить только
для людей, никогда больше не...
— Стой! — рявкнул рядом сиплый голос.-- Погоди, еще не клянись. Мне
кажется, нас несет прямо на землю!
— Подходим к берегу? — прошептал Олег неверяще.
— Не... совсем. Посреди реки остров. Огромный! Держись, скоро все
узнаем.
Дальше Таргитай помнил смутно, урывками. Тело сводило судорогами,
зубы стучали, его всего трясло. Как сквозь туман видел свои посиневшие
бескровные пальцы, похожие на лапы упыря. Они медленно соскальзывали с
толстой коры бревна, а веревка совсем изодралась, разлезлась в воде.
Потом его ноги поволоклись по твердому. Он упал, выпустил бревно.
Волна накрыла с головой. Он встал, от слабости упал на четвереньки, прошел
так, потом поднялся, двинулся к берегу.
Мрак и Олег уже выходили из воды. Дальше был пологий берег, навстречу
бежали крепкие загорелые мужчины. Все в лохмотьях, но на каждом оружия
больше, чем одежды. Боевые секиры, ножи на поясах, мечи, акинаки — все из
прекрасного железа, а на рукоятях сверкают драгоценные камни!
Таргитай остановился по колено в воде, не в силах двигаться.
Оборванцы стояли теперь плотной цепочкой, загораживая выход на сушу. С
жесткими лицами, обожженными солнцем и ветром. Почти все обнажены до
пояса, ни капли жира на сухих жилистых телах. Крутоплечие, с рельефными
мышцами, часто помеченными белыми и сизыми шрамами,-- смотрели жестоко,
хищно, зубы блестели на темных от жгучего солнца лицах.
Глава 9
Раздвинув вооруженных людей, к берегу спустился огромный, жестоко
ухмыляющийся человек. Почти на голову выше других, с мощной, как
наковальня, грудью, а плечи были так широки, что Таргитай невольно
повертел головой, чтобы увидеть оба. Под загорелой кожей мышцы даже не
играли, он был словно вырублен из старого дуба. На темном лице ярко
блестели удивительно синие глаза.
Он был обнажен до пояса. На широком ремне висела тяжелая секира с
расплюснутым концом, а на поясе — швыряльный нож.
— Я Конан,-- сказал он ясным мужественным голосом,-- гетман этих
казаков._ Кто вы?
Он внимательно рассматривал Мрака, который был одинакового с ним
роста, так же широк в плечах, но если Конан был золотоволосый и
синеглазый, как ясный день, то темноглазый и черный, как ворон, Мрак
выглядел темной ночью.
Олег шагнул вперед, сказал осторожно, взвешивая слова:
— Мы изгои... Я волхв, это вот наш охотник Мрак, а позади стоит
Таргитай, игрок на дуде. Мы попали в беду на порогах...
Конан скупо улыбнулся, показав на миг ослепительные зубы:
— В беду? Вам неслыханно повезло!.. Редко кто остается на порогах
цел. А уж доплыть сюда никому не удавалось. Из крепкого дерева вас тесали,
парни. Идите в лагерь, там согреетесь у костра. Вам дадут поесть.
Он ушел, потеряв к ним интерес, а оборванцы со смехом и шуточками
помогли выбрести из воды Таргитаю. Кто-то похлопал ободряюще по спине,
другой дал хлебнуть из баклажки. Таргитай жадно хлебнул, по гортани будто
прокатился огненный еж, раздирая иголками горло. Таргитай с воплем
бросился в воду.
Оборванцы, казаки — как их назвал Конан — весело ржали. Один
хлопнул Мрака по мощному плечу, подбодрил:
— Уцелели, чего еще? Казак не без доли. Если рожден для виселицы, то
не утонешь!
— Да уж,-- пробормотал Мрак. Он осторожно оглядывался, его рука
хваталась за пустой пояс. Казак заметил, сказал мирно:
— Брось. Мы казаки Конана, понял? Над нами никто не властен. Даже
богам не кланяемся, понял? Так что особенно не прыгай, здесь собрались
самые умелые и лютые бойцы. Со всего света собрались!
На берегу в сотне шагов горели костры, между ними стояли врытые в
землю длинные столы из грубо отесанных дубовых досок. Виднелись
бревенчатые дома, сараи, загоны для скота. У коновязей жевали сено кони --
высокие, тонконогие, с сухими мускулами и огненными глазами. Еще дальше
темнел лес, на опушке пасся табун коней. Все крупнее, мощнее низкорослых
лошадок степняков.
За столами пировали оборванцы. Орали лихие песни, хвастались,
обнимались, клялись в вечной дружбе, двое между столов рубились на мечах.
У одного со лба бежала красная струйка, у другого рубашка намокла от
крови, но рядом пили, смеялись грохочуще, на схватку никто не повел и
глазом.
Один из казаков мощно влупил Таргитаю по спине широкой, как лопата,
ладонью, расхохотался, словно взревел. Таргитай с разбега наткнулся на
стол, где стояли кувшины с вином, на неструганных досках лежали жареные
куски мяса, рыба, зайчатина, птица.
— Лопайте,-- велел казак.-- Потом решим, что с вами делать.
Мрак проводил хмурым взглядом его громадную широкую спину, что
разучилась гнуться даже перед богами, буркнул:
— Налегайте, ребята. Кто знает, что нас ждет? Сытому и смерть не так
страшна.
Он опустился на лавку, подгреб обеими руками к себе еду, освободив
сразу две трети стола. Таргитай и Олег подсели на другую сторону, но ели
вяло. Устали, промерзли, а тут еще вблизи весело орали, жутко звякали
огромные ножи. Лица дикие, еще свирепее, чем у степняков, острые
вызывающие взгляды, смуглые мускулистые тела, сплошь в белых и сизых
шрамах, развешанные на всех крючьях секиры, мечи, кинжалы, копья, щиты,
швыряльные ножи, луки и колчаны со стрелами.
Мрак ел быстро, куски мяса исчезали мгновенно, кости хрустели. Он
выплевывал разгрызенные кости на середину стола, откуда Олег пугливо
отгребал к себе поближе пучки травы, потом смахнул их под стол, где уже
нетерпеливо повизгивал худой пес. Пес понюхал разгрызенные кости, где не
осталось и капли мозга, укоризненно посмотрел на Мрака, помчался под
другие столы, заметая след хвостом.
Мрак хмуро усмехнулся:
— Псу с волком не тягаться! Ешьте, а я поищу Конана.
Олег, что сидел напротив, сказал тихонько, не поднимая глаз:
— Про волка помолвка... Он идет сюда.
Сзади упала громадная тень. Конан приблизился, огромный, в самом деле
пох
...Закладка в соц.сетях
