Жанр: Электронное издание
Skull-sky
...ить? И только-то? Но разве ты забыл, где находишься? Достаточно моим...
- Ваши специалисты, эрцгерцог, только и смогли, что загнать меня в клиническую
смерть. Я даже не испытаю боли от пыток. Просто умру, и всё. В положении биоморфа, как
оказалось, имеются и свои преимущества. Мне не сделаться огнедыщащим драконом, но вот
умереть я сумею, когда это нужно мне, а не вам. Поэтому не советую со мной торговаться,
Ваша Светлость регент. Да, и не советую также говорить, что мне следует спасать также и
самого себя, если сюда ворвётся Туча.
Если она ворвётся сюда, я и пальцем не пошевельну. Моя миссия останется
незаконченной, но, по крайней мере, я нанесу противнику неприемлемые потери. Простыми
словами, - в это мгновение меня захлестнула ярость, - что вы все сдохнете вместе со мной,
вся верхушка заговора, и пусть биоморфы подавятся вашей арийской кровью, если уж она
настолько важна! А я умру спокойно.
Наступила мёртвая тишина.
- И что ж тебе надо? - Адальберт попытался изобразить саркастическую ухмылку,
получилась она у него плохо, и я подумал, что дела новоявленного правителя Империи
действительно плохи.
Я ответил заученным давным-давно текстом. Как гордо он звучал когда-то, как казался
воплощением всех наших мечтаний!
- Свобода для моей планеты. Независимость. Никаких имперских гарнизонов, наши
собственные вооружённые силы, невмешательство во внутренние дела. Свободная торговля.
Передача боевых средств Имперского флота, достаточных для нанесения неприемлемого
ущерба атакующим, если в будущем какой-либо Император... или регент... сочтёт, что его
более не связывают никакие договоры.
Ну и, разумеется, свобода всем арестованным вместе со мной. Оберсту Валленштейну,
майорам Дитриху Мёхбау и Рудольфу Бюлову, а также политическим заключённым Сваарга.
Амнистия выжившим участникам Второго Варшавского восстания, равно как и...
- Это понятно, - нетерпеливо махнул рукой Адальберт. - С ними всё ясно, Фатеев, а
вот с остальным...
...Вам кажутся банальными мои требования, не правда ли? Да, это мы и планировали.
Свободу для того крошечного кусочка России, что нам удалось сохранить. Не всеобщее
добро и благо, не "счастье для всех, даром"; отец учил меня, что ставить следует самые
высокие цели, однако надо помнить, когда достигнут максимально возможный в данной
ситуации результат. Мы собирались идти к этому долгие годы, возможно - десятилетия,
будучи вполне готовы и к тому, что не увидим плоды своих трудов; и сейчас, поскольку
Империя явно собиралась торговаться - отчего бы не попробовать?
Наивно, говорите вы? Третий Рейх, ехидно напомните вы мне, не шибко утруждал себя
соблюдением каких бы то ни было договорённостей? Так стоит ли ожидать верности слову
от его духовных последышей, как бы тщательно они ни затирали свастику в лавровом венке?
Одна небольшая планетка никогда не сможет противостоять огромной Империи. И даже
заполучи мы несколько новейших мониторов и заполни всё небо орбитальным платформами,
Империя всё равно прогрызётся сквозь наши оборонительные рубежи, даже меняя одного за
сто.
Так на что ж тогда рассчитывать? Новый Крым - не Швейцария, не удобный плацдарм
в игре многих могущественных сил.
Но как Швейцария была нужна Третьему Рейху, так и Новый Крым может стать нужен
Империи.
Уже противно? Но мы - не Давид, а Империя, увы, не Голиаф. Мы не можем позволить
себе красиво умереть на последних рубежах. Потому что мы - последние. От полутораста
миллионов говорящих на русском за последние два века осталась горстка. Где остальные?
Рассеялись, ассимилировались, утратили память. Потеряли язык. Переняли
"общеимперское", многие даже модифицировали фамилии.
Так что вы, любители произносить красивые и пустые лозунги о том, что лучше
умереть стоя, ну и так далее, заткнитесь. Это вопрос последнего императива. Достоин ли
жить мой народ, мой язык, память о поколениях предков, о победах и поражениях, о взлётах
духа, обо всём, что делает нас народом? Или нет, или последние из могикан должны выйти
на открытый бой и лечь, безо всяких шансов на победу?..
Упав, можно подняться.
Как сказал давным-давно поэт Толстой:
А коль приключится над ними беда,
Потомки беду превозмогут!
Бывает, - добавил свет-солнышко князь,
Неволя заставит пройти через грязь,
Купаться в ней свиньи лишь могут!
Кто-то считает, что, упав, можно только умирать.
Кто-то говорит, что "лучше б они красиво пали!". Кто-то любит вспомнить некогда
гордых американских индейцев.
Да, подняться смогут не все. Но после "красивой смерти" вообще некому будет
подниматься. Моё дело - сохранить шанс встать.
Судите меня теперь, любители "последнего боя".
- ...Ты даже не спрашиваешь, зачем ты нам, Фатеев?
- Не спрашиваю, эрцгергог. Жду, что вы сами скажете.
Он шагнул ближе, в традиционной для императорской фамилии чёрной форме
бронетанковых войск.
- В последние часы произошло слишком много событий, - вполголоса произнёс он.
Видно было, что слова давались ему нелегко.
- Не все армейские офицеры... согласились с моим регентством.
Ещё бы, подумал я.
- Некоторым из них... удалось склонить вверенные их командованию боевые части к
неповиновению.
То есть у Валленштейна нашлось куда больше сторонников и единомышленников, чем
я полагал, а охранка сработала непрофессионально. Всех потенциальных мятежников
выявить не удалось.
- В настоящее время идут упорные бои... в районе императорской резиденции и... и в
других местах, жизненно важных для нормального функционирования Империи.
За спиной эргцерцога послышались встревоженные голоса.
- Молчите! - рявкнул тот, не оборачиваясь. - Вдобавок эти проклятые инсургенты, из
своей Федерации... забросили нам сюда биоморфов!
Ага, "забросили", подумал я. И каким-то образом все эти биоморфы оказались в районе
окружённой мятежными дивизиями императорской резиденции! Скорее уж это сам
Адальберт вынужденно прибег к последнему резерву.
- Да, конечно, - медленно сказал я. - Против дворцовой охраны, разленившейся и
растолстевшей, оказались испытанные боевые части, ветераны, и ваш личный полк не
выдержал. А тут ещё и невесть откуда взявшаяся Туча...
Конечно, можно было бы высказать ему, что я догадываюсь, как оно произошло на
самом деле, но не стоит показывать себя тем, кто слишком много знает.
- Именно так. А вообще смотри сам, Фатеев, - вздохнул эргерцог. - Вы, там, проектор!
Это была очень хорошая, качественная голографическая съёмка.
Я увидел утопающие в зелени сады Сан-Суси. Старый замок Фридриха Великого после
утверждения Империи из музея вновь сделался любимой резиденцией кайзеров, территорию
расширили, отрезав существенный кусок от Потсдама. Сейчас вокруг поднимались столбы
дыма, то тут то там взлетали чёрные султаны взрывов. Судя по всему, мятежники наступали
на Сан-Суси со всех четырех сторон.
А над древним куполом парила, шелестела сотнями тысяч крыльев Туча, самая плотная
из всех, что мне приходилось встречать. От неё тянулись рукава - туда, где то и дело
вспыхивали блики разрывов.
А потом я увидел стоящий у обочины бронетранспортёр с эмблемами охранного полка
Сан-Суси, неподвижные тела, густо облепленные тварями Тучи.
- Она нападает на всех. На мои войска и на мятежников. "Вышла из-под контроля?" -
едва не вырвалось у меня.
- Как же Туча вообще оказалась здесь?
- Об этом надо спросить мой штаб, - угрюмо сказал эрцгерцог, однако угрюмость эта
показалась мне явно наигранной.
Конечно, мне надо было задавать совершенно иные вопросы. Почему Тучу вообще
решились пустить в ход? Как ею собирались управлять? Как, в конце концов, намерены были
потом от неё избавиться?
- Что ж вы хотите от меня, Ваша Светлость?
- Я читал отчёты о боевых действиях на Каппе-4, Фатеев. Вы с Паттерс - и ты это
подтвердил - могли притягивать к себе Тучу. Я прошу тебя сделать то же и здесь. Удивлён,
что я обращаюсь к тебе именно с просьбой? Чтобы мы могли истребить её точно так же, как
истребляла бригада "Танненберг".
- Не слишком, ваша светлость. Но не могу ли я переговорить с вами... в сугубо
приватной обстановке? Где гарантировалось бы отсутствие "жучков", в том числе и
поставленных теми, кому вы привыкли доверять?
Эрцгерцог свирепо зыркнул на меня.
- Можешь говорить здесь.
Я выразительно посмотрел в темноту за спиной Адальберта.
- Ну, хорошо, - нехотя уступил тот. - Иди за мной.
...Мы оказались в тесном бункере с фальшивыми окнами-экранами. За ними в
пугающей близи парила Туча. Адальберт поморщился и задёрнул шторы.
- Не могу на это смотреть.
Как же, как же, подумал я. Это ты сейчас разыгрываешь передо мной комедию.
- Могу ли я осведомиться для начала, что с шарфюрером Паттерс?
- Во-первых, бывшим шарфюрером. Во-вторых, ты звал меня сюда только для того,
чтобы задать этот вопрос?
- Нет, ваша светлость. Я не хотел давать вашим приближённым лишних аргументов в
пользу моей ликвидации.
- Вот даже как, - хмыкнул Адальберт. - И что ж это за аргументы?
- Ваша светлость, вам требуется моя помощь. Взамен я хочу получить несколько
честных ответов.
- В многой мудрости - много печали, как справедливо отмечали ещё древние, не
правда ли, Фатеев?
- Для меня это не так, эрцгерцог. Мне нет дела до вашего переворота, но вот с
биоморфами... мне не хотелось бы, чтобы вы вводили меня в заблуждение. Ведь Туча была
выпущена по вашему приказу, не так ли? Когда положение защитников Сан-Суси стало
отчаянным, все потайные отнорки оказались перехвачены - и неудивительно, поскольку
против вас сражается часть высшей аристократии, посвящённая во все тайны старого замка,
- вы решились выложить последний козырь.
Адальберт смотрел мне прямо в глаза. Ни он, ни я не опускали взгляда.
- Мне следовало или расстрелять тебя, или назначить рейхсканцлером, - медленно
проговорил эрцгерцог. - Я понимаю, что никаких настоящих доказательств у тебя нет и быть
не может... и мы могли бы долго перебрасываться пустыми словами, словно адвокаты при
бракоразводном процессе медийной звезды. Но мне действительно нужна твоя помощь,
Фатеев, если ты и впрямь можешь её оказать. Да, ты прав. Туча была специально выращена
здесь, на Земле. В своё время мы получили образцы от Дарианы Дарк.
- Контролируемое вторжение, ваша светлость?
- Что-что?.. А, понял. Можно назвать и так. Не стану играть в прятки и отпираться. Ты
всё определил правильно. Едиственное, в чём ты не прав, - я лично не давал приказа
выпустить это, - словно оправдываясь, произнёс Адальберт. - Мы... проводим
расследование всех обстоятельств данного инцидента.
Неужели то место, где держали готовых к бою биоморфов, не запиралось на сто замков,
а Его Светлость регент не держал ключей у себя под подушкой? Ни за что не поверю.
Конечно, выпустили сами. Когда поняли, что дело плохо, охрана не справляется. Интересно,
конечно, как это мятежники сумели доставить на тщательно охраняемую Землю столько
войск, - похоже, не обошлось без засланного казачка и среди непосредственного окружения
эрцгерцога.
- Туча убивает всех, - сумрачно повторил Адальберт. - И растекается по округе, как
лесной пожар. Поэтому, когда стали известны данные твоих анализов...
Несомненно, Адальберт знал много больше, чем пытался показать. Уж слишком быстро
догадался, к кому обращаться за помощью, когда Туча вырвалась на свободу.
- Я сказал свою цену, Ваша Светлость. Не хотите - не надо.
- Твоя планета под Дарианой Дарк!
- Разве вы не можете ей приказать, эрцгерцог?
Я намеренно опускал правильное титулование. Адальберт только кривился,
старательно делая вид, что ничего не замечает и вообще "выше этого".
- Если б мог, - процедил он сквозь зубы, - неужели не приказал бы ей вообще
прекратить всё это безумие?
- Полноте, Ваша Светлость, - приглушённо сказал я. - Дариана Дарк оказала вам
громадную услугу. Разве без её войны, без биоморфов могли б вы сыграть роль спасителя
отечества?
Глаза Адальберта сузились, однако он быстро овладел собой.
- Много болтаешь всякой ерунды, Фатеев. Я не скрываю, откуда у нас взялась активная
биомасса, поскольку Дариана Дарк действительно сотрудничала в своё время с имперской
разведкой. Но потом она, похоже, лишилась рассудка, устроила восстание, основала
Федерацию... на вызовы из Берлина не отвечала, все наши люди в её окружении были
уничтожены, причём совершенно бесчеловечным способом. Газовая камера по сравнению с
этим показалась бы истинным благодеянием. Ну, ты видишь - я откровенен с тобой. Потому
мы и убрали кайзера, что...
- Что кое-кто вконец стосковался без расовой теории, без "недочеловеков" и
"неполноценных народов", без концентрационных лагерей и жёлтых шестиконечных звёзд
на одежде евреев?
- Только не сейчас! - рявкнул Адальберт. - Сперва надо справиться с Тучей, а уж
потом...
- Потом не будет, Ваша Светлость. Если вы решили воссоздать Третий Рейх под видом
модернизации нынешнего, то пусть уж лучше Туча доведёт до конца своё дело.
Адальберт некоторое время молчал.
- Если я скажу тебе, что не собирался делать ничего подобного? Что всё это было
рассчитано исключительно на экстремистов из "Арийского легиона"?
- Вот даже как, Ваша Светлость... а что же будет, когда ваши сторонники поймут, что
вы не собираетесь воплощать их заветные чаяния? Что, если они найдут другую фигуру,
чтобы посадить на трон?
- Я не слабак, в отличие от Его Императорского Величества! - громыхнул эрцгерцог. -
Я бы не допустил катастрофы...
- Не тратьте даром слов, Ваша Светлость. Вы слышали мои условия. Присовокупите к
ним безусловное уничтожение всех запасов активной биомассы. Потому что иначе может не
остаться вообще ничего - от всей людской расы.
Адальберт скривил губы в горькой усмешке.
- Я могу пообещать тебе сейчас вообще всё, что угодно. Вплоть до места канцлера, как
уже говорил. Но достаточно ли этого будет для того, чтобы ты действительно вызвал Тучу на
себя?
- Я удовлетворюсь рескриптом регента, со всеми неподделываемыми подписями и
печатями. Обязательством предоставить независимость Новому Крыму, уничтожить
биоморфов, находящихся на Земле или иных мирах, подконтрольных Империи, и так далее.
Разумеется, я также хотел бы получить аналогичным образом заверенный ваш рассказ о
сотрудничестве с Дарианой Дарк, о теории и практике "контролируемого вторжения"... это
послужит пусть и слабой, но всё-таки некоей гарантией. Едва ли аристократия будет очень
счастлива, если подобные сведения, да ещё снабжённые неоспоримыми признаками
подлинности, будут опубликованы.
Адальберт скорчил гримасу.
- Хорошо, - мрачно бросил он напоследок. - Ты получишь всё, что просишь. Вот
только дать тебе в товарищи dame Паттерс я, увы, не смогу. Она в коме после... после
форсированных методов допроса.
- Это плохо, - я постарался, чтобы на лице у меня ничего не отразилось. - Вдвоём мы
могли бы действовать куда эффективнее.
- Я понимаю. Но наши специалисты... несколько перестарались. И, само собой, они не
могли учесть того, как скажется на вас присутствие биоморфной составляющей.
- А что же дальше, Ваша Светлость? После того как нам удастся избавиться от Тучи?
Ваши противники наступают.
- Я уже предложил им перемирие на условиях совместной борьбы с биоморфами. Они
видят, что мои войска терпят от Тучи такой же урон, как и их собственные.
- И они согласились? Вот так просто? Не поставили никаких условий насчёт, гм,
дальнейшего государственного устройства?
- За кого ты их принимаешь, Фатеев? Ещё б не выставили! Правда, с рядом моих
доводов они тоже согласились. Император возвращается на трон. Но я остаюсь
пожизненным регентом.
- А что думают остальные наследники? Кронпринц Зигфрид?
Адальберт зло ухмыльнулся.
- Подумай как следует, Фатеев. Кажется, в истории твоей страны был... несколько
похожий случай, однако у нас, в отличие от русских, кровь членов императорской фамилии
не пролилась.
Мне не потребовалось сильно напрягать память.
- Убийство Павла Первого?
- Совершенно верно, - кивнул Адальберт. - Я тоже изучал вашу историю, Фатеев. Так
вот, их высочество кронпринц - почитатель Третьего Рейха, и притом фанатичный. У него на
столе стоит портрет Адольфа Гитлера. Мне кажется, это о многом говорит. Только об этом
не принято распространяться. Мне надо продолжать дальше?
Признаюсь, что несколько растерялся. Кронпринц Зигфрид долгие годы оставался едва
ли не самой загадочной личностью императорской фамилии. Он если где-то и появлялся, то
исключительно на "всеарийском слёте патриотов-рекреаторов", занимавшихся
"воссозданием славных битв германской и австро-венгерской наций". Правда, никогда не
участвовал, сидел в ложе почётных гостей, и на это мало кто обращал внимание...
И, как оказывается, зря не обращали, так, что ли?
- Но об этих материях можно поговорить и после, верно, Фатеев? Пока что нам надо
справиться с Тучей.
- А на что вы рассчитывали, её выпуская?
Адальберт отвернулся, не выдержав моего взгляда.
- Дариана Дарк заверяла нас и проводила практические демонстрации с
короткоживущими боевыми формами. Иными словами, они вылуплялись, пожирали всё, что
могли, и после этого умирали. А тут всё оказалось совсем иначе...
- У Дарианы был свой расчёт.
- Это уж точно, - эрцгерцог вновь решился взглянуть мне прямо в глаза. - Так что же
будем делать, Фатеев? Я, правитель огромной Империи, разговариваю тут с тобой, выдавая
самые сокровенные государственные секреты. Ни у тебя, ни у меня нет выбора. Мы то, что
мы есть. И либо мы уничтожим Тучу, либо она уничтожит нас. Не знаю, на что рассчитывает
Дарк...
- На то, что она-то действительно может контролировать биоморфов. Хотя, по-моему,
их никто не может по-настоящему контролировать. Они сами по себе.
Регент кивнул.
- Я принимаю твои условия. Но хочу напомнить - Туча в данный конкретный момент
штурмует и этот бункер. Стальные двери можно, гм, размягчить кислотами, армированный
железобетон - прогрызть на манер термитов... Мы продержимся ещё какое-то время, но не
слишком долго. В качестве же первого шага, жеста доброй воли... - он расстегнул кобуру на
поясе. - Вот, возьми. Мой собственный, с полной обоймой. Твоих арестованных товарищей
сейчас доставят.
- Ценю ваше доверие, эрцгерцог, - медленно сказал я, осторожно принимая оружие
забинтованными пальцами. Признаюсь, на миг я испытал сильное искушение - всадить пулю
в самую середину лба моего партнёра по переговорам. - Начну действовать, как только
увижу полковника Валленштейна. И Гилви Паттерс, в каком бы состоянии она ни пребывала.
- Очень хорошо, Фатеев. В таком случае предлагаю вернуться к остальным.
Герр оберст Иоахим фон Валленштейн выглядел неважно. К нему явно применяли все
технологии "форсированных допросов", причём и самые примитивные: оба глаза
полковника украшали величественные "фонари".
- Герр оберст, - я постарался щёлкнуть каблуками, однако вышло это скверно.
- Вольно, герр обер-лейтенант, - столь же формально отозвался Валленштейн. Во рту у
него не хватало нары передних зубов, он присвистывал и шепелявил.
- Полковник, - рыкнул эрцгерцог, - вы можете говорить со мной спокойно, без
истерических заклинаний о верности императорскому дому?
Валленштейн едва заметно вскинул подбородок.
- Моя верность императорскому дому - не предмет для обсуждения, Ваша Светлость.
- Тогда, быть может, ты возьмёшь на себя переговоры с теми, кто сейчас пытается
наступать на Сан-Суси? Мы договорились с Фатеевым, что он поможет остановить Тучу, с
тем чтобы по ней могли вести огонь и мы, и они.
- Тучу, бесспорно, необходимо уничтожить, - согласился Валленштейн. - Хочу только
заметить, Ваша Светлость, что испытанное мною здесь совсем недавно отнюдь не
прибавляет мне доверия к вашим целям и средствам.
Я невольно взглянул на забинтованные кисти рук. Хорошая у них анестезия...
- У меня нет времени препираться с тобой, Валленштейн. Если тебе непонятно, куда
вёл Империю мой бедный дядюшка... - Адальберт презрительно фыркнул. - Он добрый,
мягкий человек, прекрасный семьянин, баловавший до невозможности кронпринца. В
результате Зигфрид твердит о "еврейском заговоре" и о том, что "Третий Рейх оболган
победителями". Для тебя это новость, полковник? Не верю, не притворяйся. У тебя
достаточно влиятельных друзей при дворе.
Валленштейн смотрел на эрцгерцога, злобно сощурившись.
- Я говорил это Фатееву, скажу и тебе. Пусть лучше "Арийский легион" думает, что
своего добился. Пусть я буду во главе Империи, чем Зигфрид. Потому что я...
Валленштейн что-то резко ответил, похоже, начиналась перепалка.
Я отвернулся. В голове нарастал странный гул, словно сотни тысяч буровых машин изо
всех механических сил вгрызались в неподатливую породу.
Туча пробивала себе дорогу внутрь.
- Господа, - произнёс я, ни к кому в отдельности не обращась, - они будут здесь самое
большее через четверть часа. Предлагаю хотя бы на время прекратить ненужные дебаты.
Напоминаю также Его Светлости регенту об обещанном рескрипте.
- Рескрипт сейчас будет, - посулил Адальберт с видом человека, лично подающего на
подпись инквизитору свой собственный смертный приговор.
Он зло пролаял что-то в наручный коммуникатор.
В это самое время люди в белом, с надвинутыми респираторами осторожно вкатили
носилки с dame Гилви Паттерс. К введённым в вены катетерам тянулись прозрачные трубки,
негромко урчал моторчик, перекачивая жидкость. Вид у Гилви был как раз для похорон.
Лицо даже не бледное, а отливающее какой-то трупной синевой, глаза глубоко запали,
бескровные губы стянуло нитью.
На аппаратуре жизнеобеспечивания перемигивались многочисленные огоньки, дисплеи
рисовали медленные кривые.
- Всё на искусственном поддержании, - сказал мне один из белых халатов. -
Вентиляция лёгких, кровообращение, гемодиализ, внутривенное питание... Но состояние
стабильное, тяжёлое, но стабильное...
Руки Гилви тоже были забинтованы. Так же, как и мои.
- Всё готово, всё здесь, Фатеев, - Адальберт встал рядом. - Мой адъютант несёт
затребованный тобой рескрипт. Не знаю, как ты станешь проверять его подлинность, боюсь,
тебе придётся поверить мне на слово.
- Я обойдусь тем, что есть. Господин эрцгерцог, я пойду вперёд. Мне нужно выманить
Тучу на открытое место. После чего ваша охрана сможет расстрелять её фланговым огнём.
Надеюсь, ваши нынешние противники присоединятся к нам в этом начинании. Я был бы
признателен, если бы мне выдали броню.
- Распорядитесь, - мрачно кивнул Его Светлость регент. - А вы, Валленштейн, не
можете не понимать, что...
"Мне надо идти, Гил. Может, ты услышишь меня? Не ушами, нет. А тем, что нас
действительно объединяет?"
Я бросил последний взгляд на неподвижно возлежавшую на носилках Гилви и шагнул
в тёмный проход.
Никогда прежде не бывал на Земле, тем более - в имперской столице, тем более - в
тщательно охраняемом всеми мыслимыми и немыслимыми средствами Сан-Суси.
Всё-таки Новый Крым невозможно было даже сравнить со старой колыбелью
человечества. Конечно, сейчас воздух пропитан был гарью от полыхавших невдалеке
пожаров, воняло горелым мясом - от сбитых и упавших в пламя биоморфов. Горело пока
ещё не в старых парках, помнивших ещё Фридриха Великого, кумира нынешних кайзеров,
дальше, на берегу Хавеля, однако пламя неумолимо приближалось. Небо почернело от дыма
и носившихся туда-сюда крылатых тварей Тучи. С юга, от Шарлоттенхофа, слышалась
непрерывная стрельба.
За мной из боковых дверей выныривали фигуры в броне, у многих на рукавах -
эмблемы "Арийского легиона".
Я вздохнул и привычно потянул к себе круживших над головой бестий.
На сей раз это оказалось посложнее. Туча плохо откликалась на зов, рыскала по
сторонам, и мне далеко не сразу удалось заставить её кинуться на меня и только на меня.
Но всё-таки удалось.
ИМПЕРСКИЕ НОВОСТИ. ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК
Достигнуто соглашение о прекращении огня в столице. Его Императорское Величество
кайзер, выйдя из-под домашнего ареста, выступит сегодня со специальным заявлением о
текущем положении и о возможных изменениях в законе о престолонаследии.
Его Светлость эрцгерцог Адальберт остаётся регентом Империи.
Его высочество кронпринц Зигфрид через своего пресс-секретаря отказался от каких бы
то ни было комментариев.
Необоснованно арестованные военачальники и старшие офицеры освобождены.
Части и подразделения "Арийского легиона" покидают Берлин.
Бундестаг и политические партии возобновляют работу.
Никаких карательных мер против кого-либо не предусмотрено, Его Императорское
Величество объявил о полном прощении всем участникам последних трагических событий,
на какой бы стороне они ни выступали...
А теперь эти и другие новости в подробном изложении...
Я был несказанно удивлён, как быстро всё кончилось. Вчерашние враги дружно
клялись в верности своей Великой Империи. Кайзер действительно выступил, заявляя, что
виной всему было "трагическое недопонимание среди членов императорской семьи". Семьи
погибших в результате "инцидента" рядовых и младших офицеров, равно как и
добровольцев "Арийского легиона" получали полный соцпакет. Его светлость регент
встречался с высшими офицерами. Вокруг Сан-Суси тушили пожары, убирали груды
обугленных трупов - Туча послушно шла на мой зов, словно бараны на бойню.
Именной пистолет эрцгерцога так и остался у меня.
Три дня мы вместе с Гилви провели в дворцовом госпитале. Посетители шли чуть ли не
сплошным потоком: Валленштейн, Мёхбау, Бюлов, их сменили птицы высокого полёта,
начиная с генерал-фельдмаршала Хуберта Ланца, вновь занявшего должность начальника
оперотдела Генштаба.
Сухой, поджарый, с неизменным моноклем (каковой, похоже, являлся у высшего
имперского генералитета самым настоящим фетишем), он поздоровался со мной отрывистым
кивком.
- Как ваши руки, герр гауптманн?
- Простите, герр генерал-фельдмаршал, но я...
- Только что произведён в гауптманны особым указом Его Императорского
Величества, - бледно улыбнулся Ланц, кладя на прикроватную тумбочку небольшой пакет,
перевязанный геральдической красно-чёрно-белой лентой. - Мне была оказана честь
сообщить вам об этой милости Его Величества. И - пожалуйста, Фатеев, -
...Поділитися у соцмережах
