Жанр: Электронное издание
ragnarek
...то, разве генерал Мак-Артур тоже был великим? Я думал, он так,
посредственность...
- Может быть и посредственность, нам-то какая разница? - Доротея
пожала плечами. - По крайней мере, свое дело он знает. Я так поняла:
чем больше полководцев - тем лучше. Или тебе требуются только гении?
- Да нет. - Растеряно признал я. - Пожалуй, ты права...
Еще несколько минут я с любопытством рассматривал список: учиться
никогда не поздно. А потом у меня появился вопрос.
- Слушай, а почему в твоем списке нет ни одного норвежского
конунга? Насколько я знаю, они были ребята что надо - взять того же
Харальда Завоевателя, или Святого Олава... Или ты специализировалась
на другом историческом периоде?
- Можно сказать и так. - Кивнула она. - Нет, я знаю имена
некоторых скандинавских королей, но они нам все равно не понадобятся.
Они же теперь все в Вальгалле у Одина - разве нет?
- Об этом я как-то не подумал. - Удивленно признался я. - А ты
сообразила. Молодец.
- Рада стараться. - Она комично отсалютовала мне, приложив руку к
козырьку несуществующей фуражки.
- Если уж хочешь, чтобы было смешно, надо орать: "яволль майн
фюрер!" - Улыбнулся я. - Номер семьсот восемьдесят четвертый в твоем
списке может дать тебе профессиональную консультацию по этому вопросу,
как только мы его отыщем.
- А кто у меня проходит под этим номером?
- Герман Геринг. - Вздохнул я. - Очень полезный парень: нам же как
раз предстоит иметь дело с вражеской авиацией... А может быть, он тоже
в Вальгалле?
- Нет его там. - Зевнула Доротея.
- А ты откуда знаешь? - Удивился я.
- Это элементарно, дорогой Ватсон. - Рассмеялась она. - Не было у
него в руках никакого меча, когда он умирал. Да и не верил он ни в
какую Вальгаллу. Думаю, это тоже важно.
Признаться меня здорово удивила уверенность ее тона: до сих пор
Доротея не производила впечатление человека, понимающего, что
происходит - оно и неудивительно, думаю, я и сам не производил такое
впечатление! А сейчас она говорила как крупный специалист по вопросам
загробной жизни. "Черт, как быстро мы все меняемся! - печально подумал
я. - Хотел бы я знать, во что мы успеем превратиться в финале!"
Впрочем, сейчас у меня были более неотложные дела, чем размышления о
нашем туманном будущем...
Я вручил список Джинну.
- Разыщи этих людей, дружок.
- Привести их к тебе?
Я задумался. Ко мне - это конечно, правильно... Но мне почему-то
ужасно не хотелось проводить инструктаж великих полководцев всех
времен и народов. Мне вообще не хотелось их видеть. Что-то внутри меня
отчаянно сопротивлялось этой идее. Впрочем, я всю жизнь любил
отлынивать от разного рода совещаний!
- Ко мне не надо. - Решительно сказал я. - Веди их к Мухаммеду. В
конце концов, он у нас и сам великий полководец, а я - так, скромный
"представитель заказчика"... В общем, это его работа. - Я так увлекся,
что чуть было не заявил, что ему, дескать, за это деньги платят!
Впрочем, мне показалось, что Мухаммед очень доволен возложенной на
него хлопотной миссией.
- Ты же прекрасно с этим справишься, правда? - С надеждой спросил
я пророка. Мухаммед важно кивнул.
- С помощью Аллаха я справлюсь с чем угодно, Али. Не скрою, мне
будет приятно главенствовать над достойнейшими мужами всех времен.
Когда я думал о том, что происходит с праведниками в раю, я всегда
представлял себе нечто в таком роде. А если еще и твой могущественный
слуга соблаговолит оказать мне содействие...
- Разумеется. - Я обернулся к Джинну. - Ты ведь соблаговолишь,
дружище? Помогай ему во всем, ладно? А я пока попробую разузнать,
когда нам следует ждать неприятностей, и как они будут выглядеть.
- Ты снова собираешься в гости к нашим врагам? - Шепотом спросил
Джинн. Я развел руками с видом мученика: дескать - а что делать, если
надо? Ясное дело, я лукавил: надо - не надо, какая разница?! Если бы
дело было только в необходимости, я вполне мог бы продолжать пялиться
на экран чудесного телевизора Джинна, который по-прежнему находился в
моем распоряжении. Но я твердо решил снова нанести Афине и Одину
личный визит. Они меня совершенно очаровали, оба. Мне хотелось
подружиться с ними, как в детстве хотелось дружить с ребятами не из
своего, а из соседнего двора, а еще лучше - с другой улицы: в чужаках
всегда есть нечто неописуемо притягательное, по крайней мере, для
меня.
Кажется, мой сон ждал меня с таким же нетерпением, как и я его.
Стоило мне свернуться клубочком и закрыть глаза - вместо темноты под
опущенными веками меня ждал мягкий лунный свет и узкая дорожка между
камнями, уводящая на плоскую вершину столовой горы. Защитная руна,
старательно начерченная Одином, пропустила меня без возражений, как и
в прошлый раз, да и таинственные Хранители не преградили мне путь. Уж
они-то знали, что на самом деле меня здесь нет...
Меня ждал сюрприз: никого не было дома. Наверное, этот их военный
совет затянулся допоздна. Я лениво подумал, что как был дураком, так
им и остался: мне бы сейчас полагалось стойко бодрствовать у
телевизора и следить за Олимпийцами, чтобы выведать их драгоценные
стратегические секреты, а не предаваться сладким грезам о том, как я
скитаюсь по пустому жилищу Афины. Тем не менее, я и не подумал
просыпаться. Прошелся по коридору, без особого любопытства заглянул в
прохладные темные комнаты. Они были так похожи друг на друга, что я
так и не смог определить, какие из них служат спальнями моим новым
приятелям, а какие пустуют в ожидании редких гостей. В конце концов я
отыскал что-то вроде гостиной, ту самую комнату, в которой мне
довелось побывать прошлой ночью, уселся на пол, скрестив ноги - смешно
сказать, но я почему-то не решился потревожить своим задом хозяйские
ложа! - и принялся ждать. "Если уж я хочу, чтобы они вернулись домой,
значит скоро кто-нибудь да появится, - лениво думал я, - это же мой
сон, в конце-то концов!" Словно в ответ на мои оптимистические
размышления, из коридора послышался голос Марлона Брандо, каковой, вне
всякого сомнения, принадлежал Афине: "хорошо, что ты растормошил их,
Игг, теперь я удивляюсь, почему ты не сделал этого раньше..." Она
осеклась на пороге комнаты, увидев меня. Наверное все-таки не ожидала,
что у меня хватит наглости явиться на следующую же ночь, после ее
гениального разоблачения.
- Я рад, что ты решил вернуться, гость. Приветствую тебя. - Важно
сказал Один. Я сразу понял, что Афина сдержала слово и не поделилась с
ним своим открытием: его радость по поводу моего появления была более
чем сдержанной, но совершенно искренней.
- Я и сам рад, что решил вернуться. - Улыбнулся я. - Впрочем, я
заглянул только на минутку. Хотел узнать, помогли ли вам мои книжки.
- А разве ты не следил за нами в своих снах, как прежде? -
Настороженно спросила Афина.
- Я бы и рад, - я развел руками, - но я, знаешь ли, не все время
сплю. Вот, только что задремал и сразу увидел, что пришел к вам в
гости, а вас нет дома. Решил подождать и посмотреть, что будет
дальше...
- А у тебя, часом, нет желания увидеть сон о том, как ты вместе с
нами сражаешься с армией мертвецов? Мы собираемся хорошо повеселиться.
- Чувствовалось, что Один только что вернулся с совещания: он тут же
попытался взять быка за рога и завербовать еще одного наемника в свое
малочисленное, но более чем элитное войско.
- Не знаю... - Нерешительно протянул я, и уже тверже добавил: - не
думаю! Не люблю сны про войну. Да и зачем я вам нужен? Вояка из меня
никудышний.
Афина саркастически усмехнулась краешком марлоновского рта и вышла
из комнаты. Ну да, могу себе представить, насколько комично звучало
подобное заявление в устах предводителя той самой "армии мертвецов", с
которой они как раз собирались сражаться... Знала бы она, как искренне
я сам верил, что говорю чистую правду! Я и в школе-то дрался кое-как:
моих познаний в этой немудреной науке как раз хватало, чтобы с горем
пополам "сохранить лицо" - не больше!
Через минуту Афина вернулась. Теперь это была именно она - не
какой-нибудь дурацкий Марлон Брандо, а та невероятная женщина, которая
с самого начала очаровала меня несколько больше, чем я мог себе
позволить в данных обстоятельствах. Я заметил, что Одина эта перемена
обрадовала не меньше, чем меня самого. "Наверное, он в нее немножко
влюблен, - печально подумал я, - или даже не "немножко"... Ничего
удивительного, могу его понять!"
- Да, к сожалению я действительно не так безобразна, как мне этого
хотелось бы. - Ворчливо сказала Афина, заметив, с каким нескрываемым
восторгом мы оба на нее пялимся. - Ничего, переживете!
Один нахмурился, смущенно и сердито, словно его застали за
каким-то неприличным занятием, вроде ковыряния в носу. Мне стало
смешно и немного грустно: тоже мне, боги! Проблемы этих симпатичных
ребят вполне укладывались в рамки какого-нибудь примитивного
молодежного телесериала - по крайней мере, некоторые...
- А ты ведь тоже красавчик, гость. - Неожиданно заметила Афина. Ее
комплимент прозвучал на удивление ехидно, словно она собиралась тут же
посоветовать мне почаще пользоваться каким-нибудь патентованным
средством от прыщей и шампунем от перхоти, заодно. - Тебе это никогда
не мешало?
- Скорее наоборот, - усмехнулся я, - я бы даже не отказался
кое-что подправить и улучшить, чтобы моя жизнь стала совсем уж
лучезарной...
- Ну да, ты же мужчина... если, конечно, не притворяешься! -
Вздохнула она.
- Куда уж мне... Да и зачем? - Я пожал плечами.
- Ну, не знаю - мало ли, зачем... Мне, например, доставляет
удовольствие пребывать в мужском теле, да и нашего Ареса никто не
заставляет время от времени превращаться в белокурую красотку - просто
ему так нравится... Скучно всю жизнь оставаться тем, кем родился. -
Весело объяснила Афина. - Так что попробуй на досуге, мой тебе совет!
- Мне кажется, что гостя, да еще и такого, которому мы обязаны
избавление от напасти, следует не только развлекать беседой, но и
щедро угощать. - Заметил Один.
- Ну да, конечно, как я могла забыть, с кем имею дело! Легендарное
гостеприимство северных варваров, как же, как же! - Звонко рассмеялась
она. - Ладно уж, Хрофт, не дуйся. Если уж тебе кажется, что в нашего
гостя следует запихать как можно больше пищи - значит будем
запихивать! Кто я такая, чтобы спорить с тобой, о Отец Мудрости!
Пойду, погляжу, осталось ли хоть что-то в наших оскудевших закромах...
- Она вышла из комнаты с таким довольным и злорадным выражением лица,
словно собиралась насильно напоить нас с Одином рыбьим жиром, а на
десерт подать кипяченое молоко с пенками.
- Я давно не видел Палладу такой веселой. - Задумчиво сказал мне
Один. - Ты вернул ей радость, гость. Хотел бы я знать, кто ты! Не из
пустого любопытства, а для того, чтобы понять: кем надо быть, чтобы
вернуть ей радость?
- Наверное для этого надо быть наваждением, - печально усмехнулся
я, - не более того...
- И каково оно - быть наваждением? - С неподдельным интересом
спросил Один. - Мертвым я уже был, а вот наваждением - никогда...
- Я тоже был мертвым, - гордо сообщил я, - правда, всего пару раз
и совсем недолго... Если честно, мне совсем не понравилось.
- Мне тоже. - Серьезно кивнул Один.
- А вот быть наваждением - редкостное удовольствие: все равно, что
быть живым, только еще лучше. - Доверительно сообщил я.
- Мне понравилось, как ты это сказал. Ты произнес свои нескладные
слова, в которых не было ни капли пойла скальной твари, так, что на
миг меня посетили все твои чувства. Это великий талант - говорить так,
гость! Ты мог бы стать знаменитым скальдом...
- Скальдом? Я уже пробовал однажды, получилось не очень-то. -
Смущенно признался я. - Правда, тогда я был ужасно молодой и такой
глупый - завидки берут!
- Значит тебе следует попробовать снова. Глядишь, теперь
получится. Ты не кажешься мне молодым, хотя на твоем лице отпечаталось
не слишком много свидетельств прожитых лет. - Обнадеживающе заметил
он. Мне показалось, что теперь Один смотрит на меня с явной симпатией
- насколько его единственный глаз вообще был способен выражать
мало-мальски теплые чувства.
- Ладно, я попробую, - улыбнулся я, - если еще успею...
- Все можно успеть, - строго сказал Один, - даже за день до
Последней Битвы еще можно успеть сделать все, что должно. Если бы я
так не думал, я бы уже давно узнал на собственной шкуре, что такое
отчаяние...
- Что ж, я рад, что ты до сих пор не знаком с его горьким вкусом,
от которого сохнут губы и появляются слезы на глазах...
Один поморщился.
- Не продолжай, гость. Ты слишком хороший скальд! Если ты
произнесешь еще несколько слов, я, чего доброго, сам почувствую этот
проклятый вкус...
- Извини. - Удивленно сказал я. - Но думаю, что дело не в моих
гипотетических талантах. Просто ты сам - гениальный слушатель.
- Это почти правда. - Спокойно согласился он. - Больше того: я -
единственный НАСТОЯЩИЙ слушатель. Всякий скальд слагает слова в
строчки лишь для того, чтобы доставить мне радость, даже те, кто не
подозревает о моем существовании - и горе тому, чьи труды не достигли
моего слуха! В его стихах не будет силы: как бы мастерски не сплетал
он слова, без моей помощи они не найдут путь ни к одному из сердец...
- Теперь все ясно: уж мои-то труды явно не достигали твоего слуха!
- Рассмеялся я. - Оно и к лучшему: по крайней мере, сегодня мне не
приходится краснеть.
- Веселитесь? Ну-ну... Впрочем, это не так плохо: наконец-то в
моем доме хоть кто-то веселится! А то в последнее время здесь уже
стены стонут от наших с Одином угрюмых рож... - Афина вернулась к нам
в главе целой армии своих больших оживших игрушек - Любимцев, как она
их называла. Эти трогательные мохнатые существа тут же принялись
хлопотать, торопливо расставляя где попало многочисленные мисочки и
кувшинчики. У меня создалось впечатление, что их хозяйка велела им с
максимальной скоростью загромоздить посудой все свободное
пространство, не слишком заботясь о правилах сервировки: один из
драгоценных сосудов они умостили точнехонько между носками моих сапог.
Я выразительно потоптался на месте, рыжий плюшевый медвежонок виновато
пискнул и торопливо потянул посудину в самый дальний угол. Мне
оставалось тихо умиляться...
- За тебя, гость! Ты не только избавил нас от охотников, ты принес
в этот дом радость. Вечер, завершившийся улыбками - такой роскоши мы
давненько не знавали. - Торжественно сказал Один, поднимая
восхитительную чашу - подобной красоты я не встречал ни в одном из
альбомов по античному искусству. Еще бы - это же была не какая-нибудь
очередная археологическая находка, а личное имущество великой богини!
Афина протянула мне точно такую же чашу и ободряюще подмигнула:
дескать, не бойся, не отравлено! Я попробовал было сделать глоток:
этого требовала элементарная вежливость, но у меня ничего не вышло.
Вообще-то, мне не раз снились сны, в которых я ел и пил - порой в
таких невероятных количествах, что вспомнить страшно! Самое смешное,
что иногда после таких сновидческих пирушек я просыпался в самом
настоящем похмелье - это при том, что наяву не пил ничего крепче
обыкновенного чая! Но на сей раз у меня ничего не получилось - кажется
в моем горле просто отсутствовали какие-то важные приспособления, с
помощью которых производятся глотательные движения...
- Плохо все-таки быть наваждением! - Виновато сказал я. - Ни тебе
выпить, ни тебе пожрать... Обидно! Вы уж не сердитесь, ребята: в этой
истории я скорее пострадавший...
- Ты не можешь есть? Интересно! - Афина разглядывала меня с
откровенным любопытством, словно у меня только что появилась еще одна
пара глаз и начала проклевываться третья.
- Обычно могу. - Я уже чуть не плакал от досады!
- Надеюсь это не потому, что наше угощение тебе не по нраву? -
Забеспокоился Один.
- Угощение-то мне как раз по нраву. - Вздохнул я. - Тем более, что
на холяву уксус сладкий, и все такое... Просто я разучился есть - вот
уж никогда не думал, что со мной может случиться нечто подобное!
Надеюсь, что это временно, иначе что за жизнь у меня начнется? Никаких
развлечений!
Афина рассмеялась, Один сочувственно покачал головой. Уж он-то не
счел мои слова шуткой! Впрочем, я и вправду чувствовал себя
пострадавшим: в кои-то веки получил возможность попробовать
легендарные нектар и амброзию - и тут на тебе, такое расстройство!
Тем не менее, вечеринка вполне удалась - невзирая на то, что под
конец я пал так низко, что принялся рассказывать своим новым приятелям
анекдоты - почему-то мне в голову приходили только самые бородатые и
все больше про Чапаева. Разумеется им не было смешно! Ребята
сосредоточенно морщили лбы, пытаясь постичь таинственную логику
анонимных сочинителей этих шедевров - увы, почти безуспешно. Тем не
менее, я был вынужден признать: такой задушевной болтовни у меня давно
ни с кем не получалось. Мне ужасно не хотелось просыпаться -
возвращаться к дурацкой действительности, больше всего похожей на
замысловатую продолжительную галлюцинацию душевно больного генерала.
Хуже всего, что после пробуждения мне предстояло хорошенько подумать о
том, как мы с ними будем воевать. Думать об этом мне, разумеется, не
хотелось, а уж предпринимать какие-то действия - тем более...
- О, да у вас тут весело, а меня почему-то не позвали. - Я
обернулся и увидел, что на пороге стоит невысокая симпатичная барышня
с совершено роскошной кудрявой шевелюрой.
- И трудиться не стоило: ты же любишь приходить без приглашения. И
как это мои Хранители тебя пропустили? - Хмуро сказала Афина. Я сразу
понял, что она не слишком рада гостье. "Не рада" - это еще мягко
сказано!
- О, договориться с Хранителями было проще простого. - Злорадно
сообщила гостья. - В сущности, они - всего лишь тени, а мне всегда
было легко находить общий язык с существами, рожденными темнотой...
- Сидела бы ты лучше на амбе Геры и усердно возносила хвалу Зевсу
за то, что он не захотел оставлять тебя без крова! Я, знаешь ли, еще
не успела истосковаться по тебе, Геката! - Афина в сердцах швырнула на
пол свой пустой кубок и отвернулась.
- Не стоит сердиться на нашу гостью, Паллада. - Мягко сказал ей
Один. - Нельзя гнать на улицу того, кто стоит на твоем пороге: сколько
раз я тебе говорил, что такие поступки отпугивают удачу.
- Это - всего лишь твои суеверия, Игг. При чем тут я? - Сердито
буркнула она.
- Ты напрасно злишься на меня, Минерва. - Примирительно сказала
гостья. Я заметил, что она оценивающе и с нескрываемым интересом
разглядывает мою персону - словно напряженно раздумывает: брать ли
меня на ответственную должность в своей фирме, или поискать
кого-нибудь другого.
"Геката, Геката... - я мучительно напрягал свою дырявую память. -
Богиня ночи, кажется... Опасная дамочка, если я ничего не перепутал!
Странно, что я ее до сих пор не видел... Но по-моему, она должна быть
трехликой, огромной и ужасающей - разве нет? Впрочем, какую только
чушь порой не вычитаешь в книжках..."
Мои сумбурные размышления были прерваны довольно бесцеремонным
образом.
- А это кто такой? - Спросила Геката, бесцеремонно тыча в мою
сторону указательным пальцем. - Он мне нравится!
- Приятно слышать. - Растерянно сказал я. И честно добавил: - Хотя
вообще-то мне по фигу...
- Ну и правильно. - Неожиданно согласилась она. - Ладно, кто ты
такой - это не так уж интересно. Пойдем, прогуляемся.
- С какой это стати? - Удивился я.
- Просто так. Луна сегодня чудо как хороша - уж я-то знаю толк в
оттенках лунного света!
- Что ты замышляешь, Геката? - Встревоженно спросила Афина. - Не
вздумай причинять вред моему гостю. Пока он здесь, он под моей
защитой!
Я был приятно удивлен: так мило с ее стороны - знать кто я такой,
и все равно заботиться о моей безопасности!
- Поверь мне, Минерва: легче погасить десяток звезд на небе, чем
причинить хоть какой-то вред твоему драгоценному гостю. - Усмехнулась
Геката. - Впрочем, ты и сама это знаешь...
- На твоем месте я бы не пренебрегал приглашением такой девы,
гость! - Неожиданно вмешался Один. Мне показалось, что он чертовски
рад такому развитию событий. Ну да, я уже сделал свое дело: немного
поднял им с Афиной настроение, а теперь мне следовало выметаться,
оставить их вдвоем, чтобы он еще раз попробовал найти путь к каменному
сердцу сероглазой богини... Мне показалось, что у Одина нет никаких
шансов, и он прекрасно знает, что их нет, но все-таки попытается - да
на его месте я бы и сам попытался!
- В любом случае мне пора исчезать. - Я пожал плечами. - Этот сон
о том, как я сижу у вас в гостях, был одним из лучших снов в моей
жизни, но любой сон должен заканчиваться пробуждением - если он не
хочет оказаться смертью...
- Хорошо сказано. - Важно одобрил Один.
Афина выразительно посмотрела на меня - мое сердце сжалось от
этого ее взгляда. "Все хорошо, что хорошо кончается, и смотри, не
вздумай еще раз сюда заявиться!" - Говорили ее глаза. Впрочем, было в
них еще что-то - кажется, гремучая смесь нежности и сожаления... или
мне это примерещилось?
- Вот и хорошо. Я провожу тебя до порога. - Невозмутимо заявила
Геката.
- Для того, чтобы исчезнуть, мне необходимо остаться в
одиночестве. - Возразил я.
- Догадываюсь. Ничего, я же сказала: только до порога. - Она
решительно ухватила меня за руку и потащила к выходу, как заботливая
мамаша, спешащая увести свое чадо из дурной компании. Я так
растерялся, что безропотно последовал за ней. Пресловутый порог быстро
остался далеко позади, а Геката с энтузиазмом увлекала меня все дальше
в душистую темноту летней ночи. Я взбунтовался и попытался отнять
руку.
- Ты же сказала: "только до порога"!
- Мало ли, что я сказала! - Она наконец остановилась и отпустила
мою ладонь. В темноте ее глаза фосфоресцировали, как у огромной кошки.
- Ты всегда такой идиот, или только в полнолуние? - Ее лицо исказилось
от ярости, но голос звучал спокойно и насмешливо.
- По обстоятельствам. - Сухо ответил я. - А с какой это стати ты
вдруг решила, что можешь учить меня уму-разуму, голубушка?
- Сначала скажи, с какой стати ты решил сообщить этим лопухам
имена Охотников? - Гневно спросила она. - Все могло быть так
замечательно! Сегодня вечером мне удалось привести Охотников к месту
сборища моих драгоценных родственничков. Я здорово рисковала, между
прочим: им-то абсолютно все равно, чью жизнь забирать... И вдруг
выясняется, что я зря старалась: этот одноглазый уже снабдил почти всю
компанию защитными амулетами! Пришлось спешно делать вид, что я в
восторге от его находчивости, и все такое... Если бы ты поменьше
болтал языком, от этих никчемных божков уже не осталось бы и
воспоминания, а Один убрался бы восвояси - туда, где ему следует
смирно дожидаться дня своей смерти... А теперь они живы, здоровы и
обнаглели настолько, что собираются напасть на твою армию.
Послезавтра, на рассвете, к твоему сведению!
- Стоп! - Решительно сказал я. - Начнем сначала. Спасибо за
информацию, конечно... А с чего это ты так жаждешь крови Олимпийцев? Я
думал, вы заодно...
- Думай пореже, мой тебе совет. - Язвительно хихикнула Геката. -
Судя по всему, это у тебя не очень-то получается, так что нечего и
стараться! Я играю на твоей стороне, ты еще не понял?
- А если ты на моей стороне, почему ты до сих пор не в моем
войске? - Удивленно спросил я. - Только не говори, что нас трудно было
найти - не поверю! Когда все человечество бредет по пустыне, это
довольно сложно не заметить... Хоть бы познакомиться заглянула!
- Ну вот, считай, уже познакомились. - Нетерпеливо отмахнулась
она. - А что касается этого сброда, который бредет за тобой - с какой
стати я должна болтаться среди них? Я не одна из них, я - Геката, я
всегда сама по себе!
- Ну да, и бродишь, небось, где вздумается... - Улыбнулся я.
- Разумеется. - Сухо согласилась Геката. Судя по всему, она
никогда не читала Киплинга, так что моя робкая попытка пошутить не
возымела успеха. - Так почему все-таки ты шляешься к ним в гости, да
еще и оказываешь столь ценные услуги? Неужели Афина тебя приворожила?
Ну и вкус у тебя!
- Ты действительно рассчитываешь, что я стану объяснять тебе
причину своих поступков? - Я наконец вспомнил, какой я "большой
начальник" и взял соответствующий тон. - Не заставляй меня сердиться,
Геката!
К моему величайшему удивлению, это подействовало. Геката тут же
присмирела. Яростный огонь в ее глазах потух, теперь она смотрела на
меня снизу вверх, как и положено такой миниатюрной барышне.
- Это какая-то хитрость, да? - Уважительно спросила она. - Но ты
мог бы рассказать мне... Я же должна знать, как мне себя с ними вести.
Я могла бы тебе помочь. Собственно говоря, для этого я здесь...
- Приходи ко мне, когда я буду бодрствовать, тогда и поговорим. -
Холодно сказал я. - А пока я сплю, никаких производственных совещаний!
Так что будь любезна, оставь меня одного: мне уже давно пора
просыпаться... И подумай, как ты объяснишь Афине и Одину свое долгое
отсутствие.
- Я скажу им, что мы с тобой занимались любовью! - Расхохоталась
она. - И пусть завидуют!
- Было бы чему! - Усмехнулся я.
- Если хочешь, мы можем сделать так, что
...Закладка в соц.сетях
