Жанр: Электронное издание
ragnarek
...обниматься. - Хмуро сказала незнакомка, поспешно отступая в
темноту. - Я пришла сюда не для того, чтобы воевать с тобой... и
вообще не для того, чтобы воевать.
- Зачем, в таком случае? - Мрачно спросил Зевс. - Наши пути давно
разошлись, Геката.
- Они никогда и не сходились. - Насмешливо заметила она. И с
внезапным отчаянием призналась: - Я и сама не знаю, зачем пришла! - Ее
звучный голос дрогнул, она спохватилась и тут же добавила с прежней
язвительностью: - Можете мне поверить, меньше всего на свете я хотела
снова увидеть ваши рожи!
- Взаимно, дорогуша! - Усмехнулась Афина.
- О, да тебе наконец-то удалось влезть в мужские штаны Паллада! -
Расхохоталась Геката. - Что ж, поздравляю. Лучше быть мужиком, чем
такой пожилой девицей!
- Очень хочешь умереть прямо сейчас? - Спокойно спросила Афина. Я
решил вмешаться в их беседу: Афина рассердилась не на шутку, но я не
слишком верил, что она в силах исполнить свою угрозу. К тому же во мне
разгорелось любопытство. Сама не знает, зачем пришла - ишь ты!
- Что-то заставило тебя прийти сюда? - Спросил я. - Да, так
бывает... Но что? Это не могли быть мои чары: мне и в голову не
приходило никого вызывать, скорее уж наоборот!
- Куда уж тебе с твоими чарами! Не родился еще тот, кому удастся
меня приворожить! Впрочем, меня действительно вынудили сюда прийти. -
Буркнула она. - За мною гнались твари из числа тех, с которыми лучше
не встречаться.
- Такие же, как ты сама? - Лукаво уточнил Гелиос.
- Угадал, черномазый. - Невозмутимо согласилась Геката. - Я сразу
почувствовала, что мы с ними похожи. До сих пор нам не доводилось
встречаться: наверное, они - дети совсем другой ночи... Но они не
собирались бросаться мне на шею и предлагать вечную дружбу. Им нужна
моя жизнь - и моя сила! Я была бы не прочь сразиться с кем-нибудь из
них один на один, чтобы узнать, чья тьма гуще. Но их было не меньше
дюжины, и они не собирались церемониться.
- Так ты пришла сюда искать защиту? - Я-то думал, что Зевс готов
лопнуть от злости, но вместо этого он звучно расхохотался. - Как это
на тебя похоже, Геката! Явиться к нам за помощью и затеять ссору!
Узнаю дочку Астерии! - Он смеялся так неудержимо, что и я не сдержал
улыбку. К моему удивлению, Геката тоже улыбнулась и неожиданно
превратилась в невысокую хрупкую женщину. Теперь у нее было всего одно
лицо, а на плечи ниспадали густые кудрявые волосы - гадюки тоже
куда-то исчезли, вместе с ее угрожающим обликом.
- Ну да, я пришла к вам искать защиту. - Удрученно сказала она. -
Можешь ликовать, сын Кроноса. Сегодня у тебя великий день: Геката
просит тебя о помощи.
- Тоже мне событие! - Фыркнула Афина. К моему величайшему
изумлению, брови Марлона Брандо больше не хмурились от гнева. Афина
говорила насмешливо, но вполне добродушно. Зевс улыбнулся еще шире.
Остальные Олимпийцы тоже расслабились - можно было подумать, это не
они только что были готовы наброситься на незваную гостью. Гелиос
больше не угрожал Гекате своими испепеляющими объятиями, а
посторонился, давая ей подойти поближе.
- А, ты удивлен, Один? - Шепотом спросил он. - Ничего странного.
Есть две Гекаты, которые сменяют друг друга, и они не слишком похожи
друг на друга, хотя каждая сохраняет память о том, что случилось с
другой... Мы враждуем с Хтонией, но не с Уранией. Та, трехликая,
которая вышла из тьмы, нам ненавистна. Но ее здесь больше нет. Геката
Урания, конечно, тоже не подарок, но с ней вполне можно иметь дело.
- Ясно. - Кивнул я. Вообще-то, наивность Олимпийцев меня порядком
удивила. Я всегда знал по собственному опыту, что облик - это всего
лишь облик: кем бы ты не казался, какие перемены не происходили бы с
твоим лицом и нравом, ты - это всегда только ты сам. Но я решил
оставить свою мудрость при себе и поглядеть, что будет.
- И все-таки, кто за тобой гнался? - Спросила Афина. Я-то мог
спорить на что угодно, что мне уже известен ответ!
- Дивные, непостижимые существа. Могущественные, словно они
принадлежат не умирающему, а новорожденному миру. - В глубоком голосе
Гекаты зазвенели мечтательные интонации влюбленной девчонки. -
Мертвые, как сама вечность, безжалостные, как время и жадные до чужой
силы, как пересохшая глотка... Мне жаль, что я - не одна из них. Если
бы мне было суждено родиться заново... Но тут уж ничего не поделаешь!
- Среди них была женщина с веретенами в волосах, да? - Спросил я.
- И некто в шлеме похожем на сказочную птицу, и еще один -
безголовый...
- С дверцами в груди. - Кивнула она. - Их тихий скрип способен
свести с ума - даже меня! О, этим существам подвластны такие силы о
существовании которых я только смутно догадывалась... Впервые в жизни
я узнала, что такое настоящий страх.
- И как тебе это понравилось? - Мрачно спросила Афина.
- Не знаю... - Задумчиво ответила Геката. - У страха есть свое
непреодолимое очарование. Он завораживает - во всяком случае, когда
это происходит впервые!
- Смотри-ка, тебе даже пришлось по вкусу это приключение! Ну и
предпочтения у тебя! - Хмыкнула Афина.
- Что ж, во всяком случае, у нас с тобой общие враги. - Заключил
я. - Выходит, они просто охотятся на всех подряд, кто подвернется.
- Надеюсь, они не доберутся до Посейдона! - Озабоченно заметил
Арес. - Как-никак, а все-таки его скрывает морская пучина...
- Думаешь, эти твари не умеют плавать? - Усмехнулся я. - Не верю!
Пожалуй, надо бы мне наведаться и к Посейдону, если еще не поздно.
Хорошо что ты о нем вспомнил.
- Не "вспомнил", а "вспомнила"! - Кокетливо поправила меня
белокурая красотка. - Проявляй хоть какое-то уважение к моему новому
облику, Один!
- Рядом враги, Отец Битв! - Впервые голос Г°ндуль показался мне
встревоженным. До сих пор мои валькирии были образцом неподражаемого
спокойствия. Но и они оказались подвластны разрушительным переменам!
- Их много? - Спросил я.
- Не больше, чем твоих друзей. Но нас пугает их могущество. Мы не
сможем их остановить. Может быть твои руны смогут.
- Это те же самые, да? Те, от кого вы охраняли дома Олимпийцев в
последние дни?
Валькирия кивнула. Впрочем, я и сам отлично знал ответ.
Разумеется, это были грозные обладатели диковинных имен, кто же еще?!
- Ну, наконец-то мы увидим их лицом к лицу. Ничего страшного. - Я
обернулся к Олимпийцам. - Они не смогут приблизиться к тем, у кого
есть моя руна.
- Но ее пока нет ни у меня, ни у Аида. Да и у Зевса нет твоей
руны, если уж на то пошло. - Встревоженно заметил Гефест. Я всегда
догадывался, что воитель из этого мастера никудышний. Так уж повелось:
одни руки умело куют мечи, но совсем другие руки с радостью достают их
из ножен!
- Это поправимо. - Твердо сказал я. Мы окружим их тесным кольцом,
так что убийцы не смогут к ним подобраться.
- Неужели ты думаешь, что я стану прятаться от врагов за вашими
спинами? - Хмуро спросил Зевс.
- А почему нет? Все лучше, чем умирать. - Резко сказал я. -
Успеется еще! И потом, я же не сказал, что мы должны топтаться на
месте и покорно ждать, пока они уйдут. Посмотрим, что они из себя
представляют, а потом попробуем дать им бой. Ты же можешь метать свои
знаменитые молнии, стоя в центре круга!
- Не спорь с ним Юпитер. Сейчас его время. - Тихо сказала Афина.
Зевс озадаченно покосился на свою любимицу и неохотно кивнул.
Олимпийцы тем временем уже окружили его тесным кольцом. Гефест
поспешно протиснулся внутрь круга, за ним неохотно последовала Геката.
Мне пришлось чуть ли не силой поднимать с места Аида: если бы не я, он
бы и не подумал о себе позаботиться!
Даже если бы мои валькирии не принесли нам весть о приближении
врагов, я бы вскоре узнал о том, что они рядом. От их причудливых тел
исходил сильный запах - странная смесь звериной вони и пронзительной
свежести, сопровождающей сильную грозу. Их близость заставляла разум
умолкнуть, а сердце - суматошно забиться, словно оно было сердцем
обыкновенного человека, которому ведом страх. Я изо всех сил старался
сохранять выдержку - впервые эта задача показалась мне почти
невыполнимой, но я заставил себя вести так, словно несокрушимое
спокойствие бессмертного все еще в моем распоряжении. Это сработало:
когда очень хорошо притворяешься, убедить можно кого угодно, даже себя
самого!
- Их запах порождает страх. - Тихо шепнула мне Афина. - Эти твари
нашли очень простой способ управлять нашими чувствами. Хорошо бы и нам
так научиться!
- Да, неплохо. - Удивленно ответил я. - Неужели и правда дело
только в запахе?
- Когда это я понапрасну молола языком? - Обиделась Афина.
"Сказать по правде, случалось с тобой и такое", - насмешливо
подумал я, но в этот миг темнота ночи растаяла, как снег у очага.
Можно было подумать, что вокруг нас вспыхнули костры, зажженные
великанами. Наши таинственные преследователи были совсем рядом, теперь
мы могли взглянуть на них. Сейчас они совсем не походили на
причудливых уродцев, о которых рассказывали мне валькирии. Мне
казалось, что они сотканы из разноцветного пламени, их очертания
дрожали и менялись, и я поневоле залюбовался неописуемой красотой
этого зрелища. Потом пестрый свет, исходящий от их тел, погас так же
внезапно, как вспыхнул, я даже не успел разглядеть их как следует.
Угасшие причудливые силуэты несколько секунд потоптались на краю амбы
и слились с темнотой. Они уходили. Это удивило меня бесконечно: до сих
пор я твердо знал, что когда встречаются враги, битва неизбежна. Но
незнакомцы руководствовались совсем иной логикой: они посмотрели на
нас, увидели, что легкая добыча им не светит, и решили удалиться. В то
же время мне и в голову не пришло бы называть их трусами. Трус
убегает, спасая свою шкуру, а от незнакомцев исходило неописуемое
спокойствие. Они не испытывали к нам враждебных чувств - мне
показалось, что чувства, в том числе и враждебные, им вовсе неведомы.
Уверен, когда они убивали Олимпийцев, они просто брали их жизни, как
хозяин дома берет ломоть хлеба со своего стола - а ведь никто не
испытывает ненависти к горбушке, в которую вонзаются его зубы... Вот и
сейчас они пришли сюда не воевать, а просто пообедать - взять по куску
хлеба и разойтись по своим делам. Мне было ясно, что они уходят только
потому, что не хотят терять с нами время: они рассчитывали на скорую
добычу, а долгая возня с моими рунами не входила в их планы. Я понимал
и другое: они могут вернуться в любой момент - как только придумают,
каким образом можно получить еще несколько жизней, не затрачивая
особых усилий. И еще я твердо знал, что должен отправиться за ними,
хотя не слишком рассчитывал на легкую победу. Слейпнир появился рядом
со мной мгновением раньше, чем я подумал о том, что он мне нужен.
- Не размыкайте круг, пока я не вернусь! - Велел я Олимпийцам. Они
обратили ко мне вопросительные взоры, но я не собирался пускаться в
объяснения. "Ничего, пусть привыкают просто делать, что я говорю, без
лишних расспросов, - подумал я, - давно пора!" Через мгновение они
остались далеко внизу, вместе со своими незаданными вопросами, а я
слился с темнотой и ветром, одержимый веселой яростью погони, и был
по-настоящему счастлив, как в старые добрые времена. Валькирии
последовали за мной, не дожидаясь приказа - им и без того все было
ясно!
Поначалу удача была со мной: расстояние между нами быстро
сокращалось. Я даже заподозрил было, что незнакомцы нарочно медлят,
чтобы увлечь меня за собой. Впрочем, я их больше не опасался: какие бы
хитрости не имелись у них в запасе, а на моей груди сияла защитная
руна Эйваз, в силу которой я теперь верил больше, чем в собственное
могущество. Я привстал на стременах, упиваясь близостью битвы, мне уже
мерещился вкус крови этих чужаков, сладкий и губительный, как мед
Браги... но через несколько минут я наконец понял, что впереди уже
давно никого нет. Они исчезли, не оставив следов - можно было
подумать, что я самого начала гнался за ветром: больше здесь некого
было догонять. Даже моя память решила сыграть со мной недобрую шутку:
поначалу я никак не мог вспомнить, зачем вообще куда-то помчался.
Вроде бы, собирался держать совет с Олимпийцами, договориться с ними о
нападении на мертвую армию нашего врага - и на тебе! К счастью, у меня
все еще хватало могущества, чтобы сопротивляться наваждению.
Безжалостной рукой опытного пастуха я собрал разбегающиеся в панике
воспоминания в одно покорное стадо - и ужаснулся легкости, с которой
они были готовы отказаться от чести принадлежать мне.
- Их больше нет. - Задумчиво сказал я не то Слейпниру, не то себе
самому. - Появляются из ниоткуда и уходят в никуда, не оставляя даже
памяти о себе - вот оно как! Что ж, будем иметь это в виду... Ничего,
однажды я сам распахну дверь, ведущую в это самое "никуда", и мы с
ними еще померяемся силой! Нет такой хитрости, которой я не мог бы
научиться. Одолеем и эту премудрость!
- Битвы не будет? - Спросила одна из валькирий, почтительно
приблизившись ко мне.
- Не с кем здесь биться, как видишь. - Ответил я. - Нужно
возвращаться, Гудр. У нас есть дела поважнее, чем погоня за теми, кого
больше нет...
Вернувшись на амбу, я убедился, что Олимпийцы меня не ослушались:
они не разомкнули круг и по-прежнему были настороже.
- Ты догнал их? - Без особой надежды спросила Афина.
- Они исчезли. - Сказал я. - Для того, чтобы сражаться с ними, мне
прийдется научиться ходить их путями.
- "Ходить их путями"? - Изумленно спросила она. - Неужели это
возможно?
- Для меня все возможно. - Усмехнулся я. - Плохо одно: на это
требуется время, которого у нас почти не осталось... Но я не позволю
смерти забрать меня, пока не разгадаю эту тайну! Теперь у меня есть
веская причина, чтобы заставить ее повременить - тем лучше...
- А можно ли мне попросить тебя о защите от этих неведомых
охотников? - Почтительно спросила Геката. - Ты - великий колдун, Один.
Они ушли, даже не попытавшись напасть на нас. Это удивительно!
- Так и должно быть. - Небрежно сказал я. - Разумеется, я вырежу
защитную руну на твоей груди, если ты этого хочешь.
- Не забудь и обо мне, Один. - Вмешался Гефест. - И Аиду нужна
защита: сейчас он беспомощен, как ребенок.
- Ни о ком не забуду. - Пообещал я и испытующе посмотрел на Зевса.
- А ты что решил?
- Обойдусь пока. - Хмуро сказал он. - Твоя ворожба хороша, но с
меня хватит и своей собственной. Если бы ты не уговорил меня
спрятаться, я мог бы поразить их своими молниями...
"А толку-то!" - Насмешливо подумал я, но не стал его дразнить.
Зевс все еще был стоящим союзником, ради него можно было и язык
прикусить.
- Ладно, как хочешь. - Понимающе сказал я. - Но если передумаешь,
я всегда к твоим услугам... - Я был почти уверен, что он передумает,
полагая, что гордый Громовержец просто не хочет принимать мою помощь
на глазах своих родичей. - А как насчет того, чтобы повоевать? Я
думаю, мы могли бы напасть на армию мертвых уже завтра, но сперва нам
следует договориться о том, как действовать. Знаю, ваш любимый девиз:
"каждый за себя", но здесь так не получится.
- Делайте что хотите. А я посмотрю, что из этого выйдет. -
Неохотно буркнул Зевс.
- Ты будешь сидеть на своей амбе, Юпитер?! - Афина обернулась к
нему, изумленная и разгневанная. Такой яростный взгляд вполне способен
испепелить на месте! Зевс недовольно насупил густые брови.
- Неужели без меня не обойдетесь?
- Без тебя у нас ничего не получится. - Твердо сказал я. На самом
деле я так не думал, но у Зевса выдался не слишком удачный день: ему
то и дело приходилось уступать мне, а под конец он и вовсе был
вынужден укрыться за спинами своих родичей. Так что я решил быть
великодушным и прибавил: - Я очень прошу тебя о помощи, Юпитер!
- Ну хорошо, я вам помогу. - Согласился Зевс. Теперь он выглядел
весьма довольным, даже не потрудился скрыть горделивую улыбку. Мне
стало горько: как, оказывается, легко управиться с престарелым
владыкой, отчаянно цепляющимся за остатки своего былого величия! "Ты
никогда не будешь таким, Один! - Твердо пообещал я себе. - Лучше уж
действительно умереть от клыков Фенрира, хотя и это было бы весьма
обидно..."
- Ерунда какая-то получается! - Сердито сказал я, в очередной раз
обведя глазами своих "генералов". Вообще-то, обстановка не располагала
к сварливому бурчанию, скорее наоборот: был изумительный летний вечер,
последние нежно-розовые кляксы заката поспешно расползались вдоль
линии горизонта, мы только что расположились на отдых, и мои спутники
как раз начали приставать к Джинну с просьбами о хорошем ужине. Но у
меня весь день было скверно на душе, и теперь я наконец понял, почему:
обычно я могу довольно долго отлынивать от порученной мне работы, но
дело всегда заканчивается тяжелым приступом чувства тотальной
ответственности за все происходящее. У меня был выбор: продолжать тихо
мучаться в одиночку, или начинать дергаться. Разумеется, я выбрал
второе - просто для разнообразия!
- Что случилось, Макс? Почему вдруг - "ерунда"? - Лениво
осведомился Анатоль. Остальные и ухом не повели. Всю жизнь подозревал,
что грозного начальника из меня ни за что не выйдет. Впрочем, оно и к
лучшему. Не хотел бы я пополнить стройные ряды этих малоприятных
типов, напоследок!
- У нас в наличии всего четыре полководца на все человечество, к
тому же только Мухаммед и князь Влад имеют за плечами некоторый опыт
боевых действий... Ну, и мы с Джинном впридачу. Это, конечно, усраться
как круто, но маловато будет. - Объяснил я. - Так не пойдет.
- До сих пор тебя это не смущало, Владыка. - Заметил Джинн.
- До сих пор я был полным идиотом. - Улыбнулся я. - Надо
исправляться, пока не поздно. У меня есть некоторые основания
полагать, что драка начнется гораздо раньше, чем планировалось. Не
удивлюсь, если уже завтра... впрочем, нет, все-таки они не настолько
шустрые!...
- Завтра?! Ты имеешь в виду последнюю битву? - Анатоль не
поленился вскочить с места и продемонстрировать мне сказочные
возможности мускулатуры своего лица: такого откровенного ужаса я не
видел даже на собственной физиономии в приемной у стоматолога!
Кажется, он здорово испугался, и я мог его понять: вообще-то мы всю
жизнь находимся в положении приговоренных к смерти, но одно дело -
знать, что это произойдет когда-нибудь, и совсем другое - внезапно
обнаружить, что это самое "когда-нибудь" наступит прямо завтра...
- Да нет, не все так страшно. Не битва, и даже не генеральная
репетиция, а так - небольшая потасовка. Просто в ближайшие дни нам
прийдется отбиваться от разгневанных богов, да еще и на аэропланах.
Веселье будет то еще!
- Тебе ведомо будущее, Али? - Уважительно осведомился Мухаммед.
- Ага. - Усмехнулся я. И доверительным шепотом сообщил ему: - Мне
Аллах сказал. - Вообще-то, с пророческим даром у меня обстояло не
очень-то, все было гораздо проще: я весь день не сводил глаз с экрана
телевизора, наблюдал за Одином, который развил невероятно бурную
деятельность. Он созывал Олимпийцев на большой совет - надо быть
полным идиотом, чтобы не догадаться, о чем именно он собирается с ними
побеседовать! Я еще удивлялся, что эти ребята до сих пор не собрались
хорошенько прополоть наши ряды...
Больше вопросов у Мухаммеда не было. Зато они тут же появились у
всех остальных: "от каких таких богов", "а сколько их", "почему на
аэропланах", "что такое аэропланы", и все в таком духе. Князь Влад
заметно оживился и деликатно поинтересовался, можно ли посадить этих
самых "богов" на кол, или же с ними требуется бороться другими
методами... Я не подкачал: у меня с самого начала был заготовлен
исчерпывающий ответ на все вопросы.
- Поживем - увидим! - Торжественно заявил я. - А теперь вопрос на
засыпку: кто из вас разбирается в авиации? - Ребята озадаченно
захлопали глазами. - Отлично, я тоже не разбираюсь! Еще один вопрос:
кто из вас знает, что такое воздушный бой? Можете не отвечать, и так
догадываюсь, что никто. И последний вопрос, господа: кто из вас
когда-нибудь командовал по-настоящему большим войском?
- Я. - Гордо сказал Мухаммед. Остальные покосились на него с
заметным уважением.
- Ну да, конечно... - Вздохнул я. - Сколько сотен человек было в
твоей армии? Впрочем, это неважно. Сейчас нам предстоит иметь дело с
миллионами... или даже миллиардами.
- Если за нами действительно следует все человечество, "миллиарды"
- это не преувеличение. - Озабоченно кивнул Анатоль.
- Если верить моему работодателю, за нами действительно следует
все человечество... или почти все. - Вздохнул я. - А нас с вами
чертовски мало, ребята, и мы совершенно некомпетентны. До сих пор мне
казалось, что это - не проблема. Но теперь у меня есть все основания
полагать, что на днях нам прийдется принять настоящий воздушный бой.
Ничего страшного, конечно: ну уложат эти бедняги Олимпийцы несколько
сотен наших спутников, или даже несколько тысяч... если оперировать
только цифрами - невелика потеря! Но мне почему-то становится противно
от мысли, что нам будет нечего им противопоставить. Стоять, задрав
головы к небу, и смотреть, как нас убивают - это недостойно.
- А твое могущество? - Оптимистически спросил Анатоль. - Если уж
ты с Сетхом справился...
- Мало ли, с кем я справился! - Я пожал плечами. - Нет никаких
гарантий, что у меня снова получится. Мои чудеса - штука
непредсказуемая. Вдруг в день битвы у меня будет лирическое настроение
- и что вы тогда станете делать? Подавать мне карандаши, чтобы я
подробно описывал свои впечатления? Подбирать подходящие метафоры? Да
уж...
- Я всегда готов помочь тебе в твоих занятиях, Али. - Совершенно
серьезно заявил Мухаммед. - Если тебе понадобится, чтобы я подал тебе
карандаш, я это сделаю!
- Спасибо, конечно... Но сейчас меня волнует другое. -
Примирительно сказал я. - Я чертовски боюсь, что под моим чутким
руководством наши соратники смогут разве что еще раз умереть.
Возможно, на этот раз они умрут весело и без сожалений, и оставшиеся в
живых будут вынуждены спешно сложить десяток хвалебных од на их
память. А толку-то!
- И что ты предлагаешь, Али? - Спросил Мухаммед. Мне понравился
его деловой тон. Одно удовольствие иметь дело с этим дядей - по
крайней мере, пока он не хватается за свой коврик для намаза!
- Нам нужны опытные полководцы. Чем больше - тем лучше. Думаю, за
всю историю человечества их было немало. И наверняка все они следуют
за нами в качестве рядовых. Грех это - гвозди микроскопами забивать!
Надо бы их разыскать, провести разъяснительную работу, и пусть
командуют всеми, кто под руку подвернется. Тогда у нас будет не одна
огромная и почти бесполезная армия, а несколько сотен - или даже
тысяч? - армий поменьше. По-моему очень просто, главное - нарыть
побольше генералов. - Я вопросительно посмотрел на Джинна. - Сможешь
быстро отыскать бывших полководцев в этом столпотворении?
- Если бы я знал их по именам, это было бы проще. - Заметил Джинн.
- Впрочем, с несколькими великими полководцами я знаком лично. Но
думаю, за те годы, которые я провел в своем сосуде, появился еще
кто-то...
- Надеюсь, что так. - Улыбнулся я. - Что ж, имена - это не
проблема! - Я напряг память и с ужасом понял, что не могу вспомнить
никого кроме Александра Македонского и Наполеона. Мне стало стыдно.
Через несколько секунд у меня в голове слегка прояснилось, и я извлек
из дырявых сундуков своей пассивной памяти имена Чингисхана, Бабура,
Маршалла и почему-то Гитлера, хотя какой из него к черту полководец -
он же в основном на митингах орал... Впрочем, вокруг него было полно
толковых ребят, что правда, то правда!
- Образование у меня то еще, конечно! - Фыркнул я. - Ничего,
сейчас напряжемся и общими усилиями составим хоть какой-то список...
Кто-нибудь здесь знает историю?
- Я почти профессиональный историк, Макс. - Неожиданно сообщила
Доротея. - Угостите даму стаканчиком чего покрепче, и будет вам такой
список великих полководцев - закачаетесь!
- За стаканчиком дело не станет. - Я выразительно посмотрел на
Джинна.
- Слушаю и повинуюсь. - Высокопарно ответствовал он, с низким
поклоном подавая Доротее высокий тонкий стакан с какой-то пахучей
дрянью.
- Подумать только! Мой любимый коктейль! - Восхитилась она,
попробовав содержимое. И деловито спросила: - По алфавиту писать, или
в хронологическом порядке?
- Да по фигу, наверное... - Я пожал плечами и покосился на Джинна.
- Тебе ведь все равно?
- Мне все равно, Владыка. - Эхом откликнулся Джинн.
- Сделаем. - Бодро отозвалась Доротея. - Дайте только карандаш и
бумагу. - Отхлебнула из своего стакана и принялась строчить. Это
продолжалось часа два. Несколько раз Джинну приходилось выдавать ей
чистый лист бумаги. Я, конечно, с самого начала подозревал, что кроме
Македонского с Наполеоном были еще какие-то великие полководцы, но
никогда бы не подумал, что их так много! Доротея умудрилась вспомнить
больше тысячи имен, и мне показалось, что она остановилась только
потому, что у нее заболели пальцы.
- Ой! - Виновато сказал я, перебирая страницы, исписанные
торопливым почерком Доротеи. - Почти никого не знаю. Стыдно-то как! А
ч
...Поділитися у соцмережах
