Жанр: Электронное издание
evlampia
...яла, - огорчилось я. - Ася же сказала, что хочет
отправиться на свою новую квартиру. В Фаломеево.
- Ну, не следует так убиваться, - улыбнулся адвокат. - Поедем быстрей
туда, это где?
- Не знаю.
Олег Павлович раскрыл атлас:
- Фаломеево, Фаломеево... Нет такого.
- Район совсем недавно построен, небось не успели внести в атлас.
Олег Павлович завел свой шикарный "Мерседес", доехал до ближайшего поста
ГИБДД и попросил:
- Ребята, подскажите, как в Фаломеево добраться?
Круглощекий, румяный, несмотря на пребывание в загазованном воздухе,
постовой повторил:
- Фаломеево?
- Да.
- Это где же такое?
- Вот как раз и хочу у вас узнать.
- Эй, Петрович! - крикнул паренек. Из стеклянного домика вышел другой
инспектор, лет пятидесяти.
- Случилось что, Андрюха?
- Шофер интересуется, как в Фаломеево проехать.
Пару секунд сержант собирал лоб в складки, потом удивился:
- Фаломеево? Где же такое? Олег Павлович демонстративно вытащил из
кошелька двадцать долларов.
- Сделайте милость, попробуйте разузнать, ну очень надо.
Пожилой сержант довольно резво понес свое полное тело любителя пива к
рабочему месту. Мне было видно, как он снял трубку и принялся разговаривать по
телефону.
- Фаломеево... - оправдывался Андрюха. - Ща все мигом строится, и не
упомнить!
- Да, - вежливо согласился с ним Олег Павлович, - прогресс идет вперед
семимильным шагом. Петрович высунулся из домика:
- Эй, "Мерседес", такого нет!
- Как? - удивился адвокат. - Район новый, может, ваши его пока и не знают?
- В любом районе дорога имеется, - философски заметил сержант, - а там и
мы стоим. Нету никакого Фаломеева в Москве, ни нового, ни старого, перепутали вы
название. Куракино есть, Митино, Бутово, целых два, Северное и Южное, Марьино, а
про Фаломеево никто и слыхом не слыхивал.
- Долдоны! - буркнул адвокат, отдавая совершенно зря двадцать баксов. -
Ладно, поехали.
- Куда?
- Эти ничего не знают, в мэрию, там нам точно дадут справку.
Оставив меня слушать в машине радио, Олег Павлович вошел в здание. Не
прошло и десяти минут, как он вернулся и разочарованно бросил:
- Фаломеева нет. Ася вам солгала. Я растерянно моргала глазами:
- Где же она?
- Думаю, на своей новой квартире, которую получила за лжесвидетельство, -
вздохнул адвокат. - Только неизвестно, где она расположена.
Глава 12
Домой, в Алябьеве, я явилась в подавленном состоянии. Ну надо же, мне
думалось, что я здорово напугала Асю, а оказалось, она только прикидывалась
дрожащей от страха, а на самом деле ловко обвела меня вокруг пальца.
Я легла на раскладушку, потом вскочила. А вдруг Ася обманула меня не
только в этом! Вдруг на лжесвидетельство ее толкнул кто-то другой! Что делать?
- Эй, Лизка, - завопила, высунувшись из окна гостиной Тина, - по телику
сейчас начнут "Любовника императрицы" показывать, будешь смотреть?
- Уже бегу, - донеслось из сада.
Я было подумала, что фильм с таким названием не лучшее развлечение для
детей, и уже хотела дать ребятам какое-нибудь задание, чтобы отвлечь их от
просмотра, но тут в голове вихрем закружились мысли.
Любовник! Вроде у Рады был любимый человек, факт существования которого
она тщательно от всех скрывала. И подробности знает косметолог из салона "Модес
хаар" Ирма Шульгина. Мне надо немедленно поехать к ней. Правда, не знаю, зачем
собирать информацию о Радиной измене, но у меня нет никаких зацепок, вообще
ничего.
"Модес хаар" занимал целое здание из светлого камня, расположенное в самом
центре Москвы. Я поднялась на второй этаж и, усиленно пытаясь изобразить
клиентку, спросила у администратора:
- Мне подруга посоветовала обратиться к Ирме. К ней предварительная запись
или можно прямо сейчас пройти?
Служащая, сидевшая за длинным столом, быстро окинула потенциальную
клиентку оценивающим взглядом. Я улыбнулась ей в ответ. Неведомый человек,
купивший мне вещи, явно приобрел их не на Черкизовском рынке. Решив, что внешний
вид дамы говорит о платежеспособности, девушка приветливо улыбнулась и протянула
мне красиво переплетенную папку:
- Посмотрите, какие услуги мы оказываем. Я равнодушно полистала страницы,
администратор тем временем набрала номер и спросила:
- Ирма, скажи, госпожа Радкова так и не появилась?
Затем она повернулась ко мне:
- Ирма только по предварительной записи работает, но сегодня не пришла
одна из клиенток. Если желаете, можете пройти. Между нами говоря, вам очень
повезло, к ней трудно попасть.
В большой комнате за письменным столом сидела красивая, стройная шатенка.
Увидав меня, она улыбнулась:
- Садитесь, что будем делать? Вы ведь в первый раз?
Я решила сразу брать быка за рога:
- Ваше имя мне подсказала Рада Ларионова.
- Госпожа Ларионова регулярно ходит на процедуры, - спокойно подтвердила
косметолог, - и очень правильно делает - за лицом следует ухаживать с раннего
возраста.
- У меня проблема не с морщинами. Ирма деликатно спросила:
- Да? Если с волосами, то я не помогу, но вы сделали правильный выбор, в
"Модес хаар" обязательно устранят проблему. Правильное лечение восстанавливает
структуру волос...
- Видите ли, - перебила я ее, - у меня богатый, но очень, очень старый
муж, и наши отношения в основном дружеские, без секса, понимаете?
- Наверное, да, - осторожно кивнула Шульгина.
- Я женщина молодая, здоровая, вот и пришлось завести себе любовника,
только муженек, естественно, не в курсе.
- Понимаю, - осторожно ответила Ирма. Очевидно, она привыкла к взбалмошным
клиенткам и уже ничему не удивлялась.
- Если супруг узнает о том, что у меня есть Николай, то, думаю, мигом
потребует развода. Мужики, они, знаете ли, жуткие собственники, так что помогите
мне.
- Как?
- Так, как помогали Раде, - я прикинулась полной идиоткой. - Она мне
говорила: "Если бы не Ирма, то ничего бы у нас не получилось".
- Простите, не понимаю...
- Совсем?
- Совершенно.
- Ладно, - фальшиво вздохнула я, - придется говорить прямо, без обиняков.
У Рады имелся любовник, вы организовывали им встречи, естественно, за деньги.
- Я?!!
- Ну да. Рада мне все рассказала. Она приезжала сюда якобы на процедуры,
машину оставляла у главного входа, а потом уходила через запасную дверь, а вы
вешали на дверь своего кабинета записку: "Не входить". Ловко придумано. Только
отчего вы не хотите мне помочь? Чем мои деньги хуже тех, которыми расплачивалась
госпожа Ларионова?
Секунду Ирма смотрела куда-то в сторону, потом очень вежливо сказала:
- Знаете, я просто не понимаю, как реагировать. Если вы решили пошутить,
то давайте посмеемся вместе, а если говорили всерьез... Ей-богу, на ум идет только
одно предположение: у Рады Александровны что-то случилось с головой, кстати,
может, она вас разыграла? Ну, пошутила над подругой? Она большая любительница
всяких приколов.
- Хотите сказать, что все это ложь?
- Именно так.
- Совсем все?
- Естественно. Госпожа Ларионова ходит сюда два раза в неделю: массаж,
пилинг, маски... Вот уж не понимаю, что с ней случилось, если вам такое
рассказала!
Лицо Ирмы сохраняло дежурную улыбку, в глазах стоял холод, никакого
признака волнения она не демонстрировала. Руки ее спокойно лежали на столе, на
щеках играл легкий румянец. Поняв, что она ни за что не расскажет правды, я
вытащила из сумочки служебное удостоверение и положила перед Ирмой.
Та, повертев в руках книжицу, удивленно спросила:
- Вы из милиции?
- Нет, частный детектив. С Радой и впрямь случилась беда. Она в тюрьме.
- Где? - взвилась над стулом косметолог.
- В следственном изоляторе, по обвинению в убийстве мужа.
- Но это невозможно!
- Почему? Десятки женщин избавляются от мужей при помощи разных подручных
средств. В этом конкретном случае госпожа Ларионова решила поскорей получить
наследство, воспользовавшись пистолетом.
- Ужасно, - прошептала Ирма. - Тот, кто верит в это, совершенно не знает
Раду. Она обожала Глеба Лукича до беспамятства.
- И имела любовника?
- Господи, какие глупости!
- Ирма, - строго сказала я, - надеюсь, вы понимаете, что я пришла сюда не
за тем, чтобы избавиться от морщин. Честно говоря, мне на них наплевать. Есть
свидетельница, которая может подтвердить: жена Глеба Лукича использовала салон
как прикрытие.
- Это совсем другое!
- Да? И что же? Шульгина молчала.
- Ирма, имейте в виду, положение Рады более чем серьезно. Версия следствия
базируется на весьма простом умозаключении: у Рады был кавалер, ей надоело
встречаться с любимым человеком тайком, и она решила соединиться с ним открыто,
но при этом не хотела остаться нищей, вот и пристрелила Глеба Лукича. В
распоряжении следователя имеется свидетельница. Она лежала тут, на кушетке, с
маской и видела, как вы договаривались с Ларионовой. Ее еще очень удивило, что
между вами близкие отношения, разговор шел на "ты", и еще, дама запомнила место,
куда собиралась ехать Рада, кажется, Рассказово...
- Разуваево, - тихо поправила меня Ирма.
- Точно! Разуваево!
- Это не любовник.
- А кто?
Шульгина вытащила сигареты.
- Ирма, лучше рассказать правду. Кстати, как вы относитесь к Раде?
- Она моя лучшая, нет, единственная подруга, мы знакомы с детства, лет с
двух...
- Имейте в виду, ваши показания могут спасти ее.
Косметолог, так и не закурив, спрятала "Вог", повертела в руках зажигалку,
взяла телефон, набрала номер и спросила:
- Можно Раду? Ее нет? А когда будет? Отсоединившись, она ответила:
- Отвечают, уехала отдыхать.
- Вы предполагали, что услышите: "Ее посадили"?
Ирма пожала плечами.
- Ладно, вижу, вы мне не верите, наберите другой номер, вот этот.
- Зачем?
- Там ответит следователь Ковров. А вы скажите: "Я родственница Рады
Ларионовой, не дадут ли мне свидание?"
Шульгина мигом схватилась за трубку.
- Ну? - поторопила ее я. - Что он сказал?
- "Пока идет следствие, всякие свидания запрещены", - ответила Ирма и
схватилась за сердце. - О боже! Рада в тюрьме! То-то у нее мобильный все время
отключен. Я подумала, что она его опять потеряла или заблокировала. Так, что
делать? А? Что делать?
- Рассказать мне правду немедленно, потому что я единственный человек,
который уверен: Раду подставили, она невиновна.
- Значит, так, - приняла решение Ирма. - Знаете кафе "Шоколадница"
напротив метро "Октябрьская"?
- Кто же из москвичей там не бывал?
- Сейчас идите туда, я выйду следом, здесь не поговорить нормально.
Сев за столик, Ирма сказала:
- Все чушь. Никаких любовников Рада отродясь не имела. В ее жизни
существовал только один мужчина - Глеб Лукич. Ради него она порвала с семьей,
поругалась с матерью и отцом, ушла из дома. И ей не было никакой необходимости
убивать мужа, чтобы получить деньги. Радка богата.
- Но Глеб Лукич не давал ей "живых" денег!
- Знаю, - отмахнулась Ирма, - только они ей особо никогда не были нужны.
Но если бы она приехала к матери и сказала, что разводится с мужем, Тамара
Николаевна мигом бы ее простила и осыпала золотом с головы до ног. Тамара
мечтает, чтобы Рада убежала от Глеба и вернулась к ней.
- Ничего не понимаю! У Рады есть родственники? Но мне говорили, будто она
вышла замуж совсем девочкой, несчастной сиротой...
Ирма мрачно улыбнулась:
- Красивая легенда, придуманная, дабы скрыть истину. Я единственная, кто
знает правду. Хотя Глеб Лукич умер, теперь, наверное, можно и рассказать, как
обстоит дело. Если это поможет Радке...
- Ваши показания могут ее спасти. Ирма, безостановочно накручивая в руках
салфетку, стала вводить меня в курс дела.
Они дружат с детства, вернее, Ирма не помнит дня, когда была незнакома с
Радой. Еще их коляски стояли рядом в Разуваеве, в парке, а когда девочки
подросли и пошли в школу, то сели за одну парту. Они великолепно дополняли друг
друга: веселая, обожающая розыгрыши Рада и спокойная, рассудительная Ирма. Раде
хорошо давались русский язык, история, литература, Ирма запросто справлялась с
задачами и великолепно шила. Но было между ними одно отличие.
Радочка родилась в семье известного, обласканного властями и народом
эстрадного певца Александра Карелина. Загородный дом, обставленный с
интеллигентной простотой, машина, гараж и полное материальное благополучие. В
детстве Рада имела все. Она появилась у родителей поздно, ее брату к тому
времени исполнилось восемнадцать, поэтому девочку баловали безумно. Отец бы ей
луну с неба достал, попроси его об этом любимая дочурка. К слову сказать, Рада
росла милым ребенком, не доставлявшим окружающим никаких хлопот.
Ирма находилась в другом положении. Ее мама работала у родителей Рады
домработницей. Тамара Николаевна Карелина очень ценила работящую, аккуратную и
немногословную немку Ренату и не препятствовала дружбе между своей дочерью и
Ирмой. Более того, она была довольна, что ее девочка не носится неизвестно где и
с кем, а спокойно сидит дома в компании Ирмы. Естественно, что финансовое
состояние Ренаты, в одиночку воспитывающей ребенка, в корне отличалось от
материального положения Карелиных, поэтому лет с тринадцати Ирма была озабочена,
как подработать. В голодном 1990 году она, едва справив шестнадцатилетие,
пристроилась на лето в одну из немногих тогда частных парикмахерских уборщицей.
Платили мало, но от клиентов иногда перепадали чаевые. Кое-кто из посетителей
порой небрежно бросал:
- Детка, помой машину, пока меня в порядок приведут.
Ирма мигом кидалась за ведром и тряпкой. Ей очень хотелось иметь
видеомагнитофон, и каждая заработанная копейка складывалась в копилку. Июнь и
июль она махала шваброй без проблем, а в августе, неожиданно подцепив сильную
простуду, позвонила на работу и просипела:
- Температура высокая, не смогу сегодня прийти.
- Твое дело, - равнодушно бросил хозяин, - не явишься ко второй смене, в
три часа, - уволю. Мне тут инвалиды убогие не нужны, здоровые в очередь стоят.
Испуганная Ирма попросила подругу:
- Отработай за меня пару дней.
Раде предложение показалось прикольным. Она обожала розыгрыши, всяческие
шутки с переодеванием, поэтому подошла к вопросу творчески, тщательно продумав
внешний вид и макияж.
Часов в пять в салон прикатил на новой машине Глеб Лукич. Он не так давно
стал вдовцом, похоронив неверную жену. Факт измены той, кому он безоговорочно
доверял, настолько выбил Ларионова из колеи, что он совершенно не смотрел на
женщин. Раде он протянул ключи.
- Хочешь заработать? Та, войдя в роль, кивнула.
- Вымой внутри и снаружи, протри панель, - бросил Глеб Лукич и ушел
стричься.
Рада старательно исполнила приказ, радуясь, что принесет Ирме в копилку
малую толику. Гордая подруга ни за что не хотела раньше брать у нее деньги,
спокойно отвечая:
- Твои родители зарабатывают для тебя. Я способна сама о себе
позаботиться.
Но, может, от тех рублей, что Рада добыла своим трудом, Ирма не откажется?
Девочка протирала ветровое стекло, когда Глеб Лукич, благоухая одеколоном,
вновь возник на тротуаре. Оглядев сверкающую машину, он одобрительно хмыкнул и
вытащил из портмоне купюру.
- Держи, заслужила!
Рада выпрямилась, положила на капот тряпку и подняла на Глеба Лукича
глаза.
Отчего люди влюбляются друг в друга? Почему иногда простой взгляд может
изменить вашу жизнь? Мне приятней думать, что дело не в гормонах и запахах, а
просто шаловливый Амур, случайно пролетая мимо, натянул свой лук и выстрелил.
Крылатая стрела насквозь пробила два сердца.
Заходящее солнце запуталось в пышных, растрепанных волосах Рады, и Глебу
Лукичу показалось, что у нее на голове полыхает пожар. Большие глаза смотрели
по-детски беззащитно, тоненькая фигурка, одетая в балахонистый синий халат,
выглядела трогательно хрупкой, а ручонка, протянутая за купюрой, - маленькая,
худенькая рука бедной девочки со слегка обломанными ногтями, - вызвала у Глеба
Лукича острый приступ жалости. Всю жизнь он старательно скрывал от окружающих
свой сентиментальный характер, считая, что мужчина должен быть суров и строг, но
вид голодной бездомной собаки всегда вызывал у него острое желание накормить и
приласкать животное. А сейчас захотелось приголубить этого ребенка, вынужденного
за гроши таскать тяжелые ведра и возюкать тряпкой по чужим машинам.
Так начался их роман. Рада сначала восприняла ухаживания Глеба Лукича как
шутку. Ей казалось, что в жизни случился еще один розыгрыш, и она сразу наврала
кавалеру, сообщив о себе абсолютную не правду. Сирота, воспитана в детском доме,
живет в бараке, вынуждена подрабатывать в парикмахерской.
Глеб Лукич ухаживал красиво, и через месяц Рада поняла, что влюблена, а
еще спустя два была твердо уверена: без Ларионова ей не жить!
Потом Глеб Лукич сказал:
- Радушка, давай поженимся.
Девочка мигом согласилась и призадумалась, что делать. Проведя ночь без
сна, она пришла к маме и, не называя имени любовника, рассказала правду.
Тамара Николаевна пришла в ужас. Ее Рада стала добычей похотливого
старика. Девочка, перед которой открывается изумительная судьба, хочет, не
достигнув совершеннолетия, связать себя брачными узами? Мать мигом вызвала отца,
и они вдвоем налетели на дочь с воплем:
- Немедленно назови его имя! Рада, сообразившая, что этого делать ни в
коем случае нельзя, отказалась наотрез.
- Найду его, - кипятился любимый папочка, как все отцы, с трудом
переваривший известие о том, что обожаемая дочь теперь взрослая женщина. - Ты
понимаешь, что этот негодяй преступник! Совращение несовершеннолетних, вот как
называется то, что он с тобой проделал.
- Мы его засадим за решетку, - вторила ему мама.
- На двадцать лет в лагерь!
- У нас полно знакомых!
- Да на мои концерты все МВД ходит!
- Негодяй!
- Сволочь, мерзавец!
- Развратник!
- Старый, похотливый пакостник!
Испуганная Рада держалась словно партизан на допросе в гестапо. Сцепила
зубы и молчала, понимая, что обозленные родители не пугают, они и впрямь пойдут
по инстанциям. В конце концов Рада прошептала:
- Извините, я пошутила!
Надо сказать, что девочка с самого детства обожала розыгрыши, и порой
довольно глупые. Иногда родители смеялись, иногда злились, но всегда прощали
шутницу.
- Да? - растерянно переспросил папа. - Ну это уж слишком!
- Ступай к себе в комнату и не смей выходить, - грозно велела мама.
Около часа ночи к Раде в спальню пришел старший брат. Леониду к тому
времени исполнилось тридцать четыре года. Это был взрослый, сформировавшийся
мужчина, очень любящий Раду.
Леня присел на кровать, где лежала сестра, взял ее за руку и спросил:
- Мне расскажешь правду? Это очередной, прямо скажем, не слишком удачный
розыгрыш или...
Рада глянула на брата. Еще вчера она бы кинулась ему на шею и покаялась во
всем. Но сегодня... Если родители узнают имя Глеба Лукича, они доставят любимому
кучу неприятностей.
- Ладно, - погладил ее по плечу брат, - утро вечера мудренее, авось
обойдется. Папа склонен верить, что ты по-идиотски всех разыграла, а вот мама!
Имей в виду, она твердо решила отвезти тебя завтра к гинекологу, спешу
предупредить о предстоящем осмотре.
Не дождавшись ответа, Леонид поцеловал Раду и ушел. Девочка вскочила с
кровати и заметалась по комнате. Как поступить? Завтра доктор сообщит родителям,
что их дочь отнюдь не невинная девушка. Отец с матерью придут в ярость, насядут
на Раду и в конце концов выдавят из нее нужные сведения. Естественно, все
закончится очень плохо. Глеб Лукич, как растлитель малолетних, получит кучу
неприятностей, а Раду запрут дома, приставив к ней охранника. Побегав по
спальне, Рада приняла единственно верное, на ее взгляд, решение. Она взяла
маленькую сумочку, положила туда недавно полученный паспорт и написала родителям
письмо. Потом, тихо притворив дверь, уехала к Глебу Лукичу.
Утром Тамара Николаевна нашла на столе листок. "Дорогие мама и папа, -
было написано в нем, - я очень люблю своего будущего мужа, и поэтому совершенно
наплевать, что, по вашему мнению, он годится мне в дедушки. Я люблю его таким,
какой он есть, и поэтому ушла к нему. Очень прошу не искать меня. Конечно, папа,
ты можешь пустить в ход свои связи, признать наш брак недействительным, так как
он будет заключен без вашего официального согласия, и доставить много
неприятностей моему супругу. Но не советую тебе это делать. Если с ним чтонибудь
случится, я найду способ покончить с собой, даже в комнате, где стены
будут обиты войлоком, - я просто перестану дышать и умру. А теперь прощайте,
очень жаль, что вы не захотели меня понять".
Тамара Николаевна устроила истерику, супруг рванулся к телефону,
приговаривая:
- Сейчас эту негодяйку объявят в розыск. Но Леонид вовремя перехватил
отца:
- Папа, ни в коем случае. Рада покончит с собой. Если она ради этого
старика решилась на такой поступок, значит, испытывает сильное чувство.
Глеб Лукич и Рада поженились без всякой помпы. Жених пошептался с
заведующей загсом, и их расписали, закрыв глаза на отсутствие официального
согласия родителей. Примерно через месяц после свадьбы новобрачная позвонила
домой. Трубку сняла Тамара Николаевна.
- Доченька, - зарыдала она, - любимая, ты где?
- Мамочка, - закричала Рада, - мамусечка моя, все хорошо, я замужем и
совершенно счастлива! Хочешь, мы вместе с мужем приедем к вам?
- Никогда, ни за что не приму похотливого старикашку, сломавшего тебе
судьбу, моя чистая девочка в наложницах у старика! О боже! Алло, алло, доченька,
милая, ладно, приезжайте, попробуем принять его...
Но Рада уже не слышала последних слов матери. Она повесила трубку. Тамара
Николаевна осталась рыдать у аппарата. С тех пор она боялась надолго уйти из
дома: вдруг дочка опять невзначай позвонит?
Но Рада больше не пыталась воссоединиться с семьей. Она разорвала
отношения со всеми, включая Леонида. Ирма тоже оказалась за бортом. Она,
естественно, знала, в чем дело, Рената каждый день утешала хозяйку, рыдавшую по
дочери, но в школе девочка никому ничего не рассказала. Тамара Николаевна просто
забрала документы Рады, сообщив, что семья переезжает на другое местожительство,
и девочка меняет школу. Ирма молчала. А Рада осталась без диплома о среднем
образовании, но аттестат был ей совершенно ни к чему. Она не собиралась учиться
дальше и делать карьеру.
Года полтора назад Ирма, только что с успехом закончившая медицинский
институт, устроилась на работу в "Модес хаар". Место оказалось замечательным.
Отличная зарплата, щедрые на чаевые клиентки. Как-то раз ее вызвала к себе
хозяйка салона.
- Скажите, душенька, вам здесь нравится?
- Очень! - с жаром воскликнула Ирма.
- И мы вас полюбили, - улыбнулась хозяйка, - только хочу предупредить,
клиенты у нас иногда встречаются чудаковатые, со странностями. На завтра к вам
записалась госпожа Ларионова. Имейте в виду, она большая шутница! Обожает
розыгрыши, подчас глупые. Вашу предшественницу, Аллочку, чуть до обморока не
довела. Та наложила ей маску и вышла, возвращается, а госпожа Ларионова умылась,
и на щеке у нее зияла жуткая кровавая рана. "Вот, - говорит, - смотрите, что со
мной ваша процедура наделала". Аллочка, бедняжка, чуть сознание не потеряла,
хорошо хоть, клиентка сразу засмеялась и содрала "рану" со щеки. Оказывается,
такие наклейки теперь продаются. Так что будьте готовы ко всему!
Ирма поблагодарила заботливую хозяйку, решив встретить "юмористку" во
всеоружии. Ровно в назначенный час дверь кабинета распахнулась, и появилась
клиентка, одетая в роскошный брючный костюм ярко-лазурного цвета.
Ирма схватилась руками за стол: перед ней стояла ничуть не изменившаяся
Рада. Когда первый шок от неожиданной встречи миновал, девушки кинулись друг
другу в объятия. Рада быстро сообщила, что она замужем и очень счастлива, Ирма
похвасталась новеньким дипломом об окончании медицинского вуза. Расстались они
вновь подругами, но Рада не пригласила Ирму в гости, а последняя, естественно,
не стала напрашиваться. Встречались они только в салоне, болтали о ерунде,
старательно обходя "острые" моменты. Но один раз Ирма не выдержала.
- Позвони Тамаре Николаевне, они с твоим отцом очень переживают.
- Нет, - отрезала Рада, - давай не будем на эту тему.
Но спустя пару недель она попросила:
- Послушай, пусть твоя мать скажет, когда моя соберется в гости, очень
хочется дома, в Разуваеве, побывать. Только, боюсь, муж узнает...
И тут Ирме в голову пришел план с "лечебным сном".
Рената не подвела, она скинула Раде на купленный для таких сообщений
пейджер известие: "Девятого, в час дня, Тамара уедет в парикмахерскую".
Разуваево находилось недалеко от Москвы. Рада приехала домой, обняла
старую домработницу, походила по саду.
Она потом еще несколько раз приезжала в отсутствие родственников на "малую
родину", девушку все-таки тянуло домой. Ну а потом произошло неизбежное.
Несколько недель назад Рената сбросила на пейджер: "Срочно приезжай". Понимая,
что случилось нечто экстраординарное, Рада прилетела в "Модес хаар" без
предварительной договоренности. По счастью, Ирма оказалась свободной, и Рада
успела обнять умиравшего отца. Тамара Николаевна вцепилась в дочь:
- Никуда не отпущу!
- Извини, мамочка, - ответила Рада, - хочешь, мы с мужем вместе...
Но Тамара Николаевна не дала дочери договорить.
- Не смей при мне даже упоминать имя этого мерзкого человека! Из-за него
рухнула наша семья! Отец так переживал, у него случилось два инфаркта подряд, и
вот теперь он не сумел пережить третий. Твой муж убийца, из-за него погиб
Сашенька, о боже, что я говорю, детка!
Но Рада уже летела к машине, за ней с криком "погоди!" неслись Леонид и
старая Рената. Но молодая женщина уехала, приняв решение более никогда в жизни
не появляться в Разуваеве. Затем Рената попросила Ирму сообщить Раде новость.
Умерший отец завещал ей половину своего состояния, а мать тоже съездила к
нотариусу и позаботилась о том, чтобы ее доля после смерти перешла к блудной
дочери.
- Ты ей скажи, - настаивала Рената, - пусть матери-то простит, она не со
зла ведь, от горя наболтала, мало ли что случается, нехорошо это, так с семьей
расплевываться. Мать - она одна, другой не будет, не купишь. Опять же, любит
Тамара Николаевна Раду. Деньги ей все оставила...
Но Рада, спокойно выслушав Ирм
...Закладка в соц.сетях
