Жанр: Электронное издание
Tureck17
... у Зуева с собой не было.
- У меня другой документ... - сказал он.
- Нет! - неожиданно отказала консьержка. - Только паспорт!
- Почему? - удивился следователь.
- Потому что там все ваши данные! Без паспорта я вас не пущу!
Кирилл Васильевич внимательно посмотрел на сотрудницу и вдруг понял,
что она просто хочет стрясти с него денег.
- Сколько? - спросил вдруг он, решив проверить свою догадку.
- Пятьдесят! - не моргнув глазом, ответила женщина.
Зуев подошел к ее столику и, достав удостоверение прокуратуры,
развернул его перед самым носом алчной дамы:
- А с таким документом можно?
Консьержка поняла, что вляпалась.
- С т-таким м-можно... - запинаясь, ответила она.
- То-то! - сказал он. - Ну что же вы сидите? Записывайте!
- Ничего-ничего! - быстро произнесла дама и выдавила из себя подобие
улыбки. - Проходите так!
- Хорошо, - усмехнулся Кирилл Васильевич, захлопнул корочки и пошел к
расположенной в углу холла лестнице.
Поднявшись на второй этаж, он прошел вдоль длинного, застеленного
ковролином коридора, рассматривая серебристые цифры на дверях номеров,
потом свернул налево и обнаружил там семнадцатый и восемнадцатый.
"Начну с меньшего", - подумал он и постучал в черную дверь с гнутой
никелированной ручкой.
Никто не ответил.
"Они на пляже", - решил Зуев, но на всякий случай постучал еще раз.
- Открыто... - раздался из номера еле слышный голос.
Следователь удивился, повернул ручку и вошел внутрь. В нос тут же
ударил запах анаши. Кирилл Васильевич поморщился и вдруг вздрогнул от
неожиданности. На стоящей невдалеке кровати лежали абсолютно голые парень и
девка. Чуть подальше, на второй кровати, размещалась другая парочка,
слегка, впрочем, прикрытая тонкой простынкой. Глаза всех четверых молодых
людей были закрыты.
- Серега, Ирка, это вы, что ли? - спросил один из парней, позевывая.
Зуев кашлянул. Одна из девиц подняла голову и вдруг, натягивая на себя
одеяло, завизжала:
- А-а! Кто это, ребята?!
Все тут же вскочили, одновременно закутываясь в простыни, и
вытаращились на Кирилла Васильевича:
- Ты кто, мужик?!
- Спокойно! - сказал Зуев и достал недавно убранные корочки. - Я из
прокуратуры...
- Это все они! - недослушав его, наперебой закричали девицы, указывая
на парней. - Это они заставили нас анашу курить!
- Да ладно врать-то! - укоризненно покачал головой один из молодых
людей. - Тоже мне - "заставили"! Сами тянули как паровозы.
В этот момент дверь в номер открылась и в проеме показалась еще одна
парочка - смуглый парень в розовых плавках и коротко стриженная девка в
купальнике-бикини.
- Вы че орали-то? - начали было они, но, увидев незнакомца,
осеклись: - Ой, а кто это?..
- Повязали нас, Серега... - упавшим голосом сказал один из парней.
Смуглый быстро скользнул взглядом по Зуеву и, сразу все поняв,
затараторил:
- Мы тут ни при чем! Мы в соседнем номере кофе пили! Ни при чем мы
тут!
- Тихо! - гаркнул следователь. - А ну-ка зайдите сюда! И закройте
дверь, а то запах по всему коридору распространится!
Парочка послушно выполнила его указание, прошла в глубь номера и села
на краешек одной из кроватей.
- А теперь успокойтесь! - сказал Кирилл Васильевич. - Мне от вас нужно
одно - чтобы вы ответили на мои вопросы! Анаша меня не интересует!
Все молча переглянулись и опять уставились на Зуева, ожидая, что будет
дальше.
- Итак, - начал он. - Вы все работаете на "Арбатской"...
Молодые люди тут же переглянулись снова.
- А откуда вы знаете? - удивился смуглый.
- Неважно... - Следователь сунул руки в карманы и прошелся вдоль
номера. Посмотрев в окно на пляж, он вздохнул и продолжил: - Вчера у вас
был рабочий день...
- Угу... - подтвердила одна из девиц.
- Скажите мне вот что... - Кирилл Васильевич достал фотографию,
которую не так давно показывал Клавдии Львовне. - Вы видели вчера на
"Арбатской" этого человека?
Все тут же вскочили и, сталкиваясь лбами, принялись рассматривать
снимок.
- Я видел! - закричал вдруг смуглый.
- Точно? - спросил следователь.
- Точно! - подтвердил парень. - Я ему еще календарик купить предложил,
а он от меня шарахнулся как от чумного! Он вообще какой-то испуганный был.
- Так-так... - заинтересовался Зуев. - Испуганный, говорите?
- Ага! Я даже подумал, что за ним кто-то гонится!
- А за ним кто-нибудь гнался? - быстро спросил Кирилл Васильевич.
- А черт его знает... - сказал смуглый. - Я, во всяком случае, не
заметил... Да и ну его вообще в баню! Он от меня так отмахнулся своей
папкой, что чуть по носу не задел!
Зуев застыл:
- Какой папкой?..
- Ну в руках у него была. Белая такая.
Кирилл Васильевич смотрел на парня непонимающим взглядом. Никакой
папки на месте гибели Сергея Мухина обнаружено не было. Да и на фотографии
ее нет!
- Вы ничего не путаете? - спросил Зуев. - Тут, на снимке, у него в
руках нет папки...
- А когда он шел к эскалатору, была! - упрямо заявил парень. - Белая.
Вот такая! - И смуглый обрисовал в воздухе прямоугольник, желая показать,
какие именно размеры имела папка.
- Ясно... - Следователь потер подбородок и сел на край кровати.
"Неужели Мухин вчера в метро с кем-то встречался? - думал он. - И при
встрече передал папку?"
- Вспомните, - сказал Кирилл Васильевич, - может быть, его кто-то
ждал, или он сам кого-то искал?
- Да нет, - ответил смуглый. - Он вошел в метро и сразу направился к
эскалаторам. Быстро так, почти бегом. Я к нему даже соваться сначала не
хотел, думал, может он куда опаздывает... А потом решил, дай-ка все-таки
попробую. Чем черт не шутит! Понимаете, по нему сразу было видно, что он
при деньгах... - Парень перевел дыхание и почесал шею. - Вот я к нему и
подскочил. А он - в сторону. Да еще и папкой этой, как щитом - отстань,
мол! Ну я и отстал.
- А он потом сразу прошел через эскалаторы?
- Ну наверное... Я в его сторону больше не смотрел.
- Нет! - произнесла вдруг одна из девиц. - Не сразу!
Зуев посмотрел в ее сторону. Девица поправила простыню, свисающую с ее
плеч подобно римской тоге, и сказала:
- Я вспомнила! Я этого мужика тоже видела!
- Ну-ну? - поторопил ее следователь.
- Он подошел к турникетам и остановился. У него, судя по всему,
карточки не было. Тогда он обернулся на кассы. А мой лоток как раз возле
них стоит, я даже подумала, что он на меня смотрит... - Девица томно
поправила волосы. - Но нет. Он смотрел на очередь. А она была длиннющая, аж
до входа... И тут этот мужик заметил, что дежурная, которая в будке сидит,
отошла. Она за каким-то мальчишкой погналась, который бесплатно
прошмыгнул... - Тут девица усмехнулась: - Я этим дежурным сколько раз
говорила - пока вы за одним человеком бегаете, мимо вашей будки сто
"зайцев" успевает проскочить... Так и случилось! Целая ватага пацанов без
карточек прошла! А этот мужик потоптался, потоптался и вдруг тоже - шнырь
за ними! Я еще удивилась: такой солидный с виду, а туда же! Но, видно, уж
очень он торопился, не хотел в очереди стоять...
- А вы не заметили, может быть, за ним кто-нибудь шел?
- Не заметила...
- А папка? Папка у него точно была?
- Абсолютно. Белая такая. По-моему, кожаная.
- Ясно... - произнес Кирилл Васильевич. - Больше никто ничего не может
сказать? - оглядел он присутствующих.
Молодые люди отрицательно замотали головами:
- Не-а...
- Ну ладно... - вздохнул следователь. - Теперь мне нужны ваши
адреса...
- Как?! - воскликнул смуглый. - Вы же сказали, что не станете нас за
анашу...
- Да при чем тут эта анаша! - раздраженно перебил его Зуев, потом
посмотрел на только что говорившую девицу и достал блокнот: - Меня
интересуете только вы, уважаемая, и этот молодой человек! - Следователь
снова перевел взгляд на смуглого. - Интересуете как свидетели. Дело в том,
что через несколько минут после того, как вы видели этого мужчину, он
погиб.
- Да ну? - поразился парень.
- Постойте-ка, - сказала девица. - Так это его, что ли, поездом сбило?
- Его. По этому факту возбуждено уголовное дело. Поэтому вас вскоре
вызовут в прокуратуру, чтобы вы повторили там то, что рассказали мне, и
подписали протокол. Ясно?
- Ясно... - с видимым облегчением сказал парень. - А насчет анаши,
значит, можно не беспокоиться...
"Выпороть бы тебя как сидорову козу, наркоман хренов!" - подумал Зуев,
а вслух сказал:
- На ваше счастье, у меня и от других дел голова кругом идет, чтобы
еще и травкой заниматься... - Он щелкнул ручкой и приготовился
записывать: - Диктуйте ваши координаты. И учтите, я проверю!
Наталья Павловна открыла дверь в свою квартиру, шагнула внутрь и
пригласила стоящего на лестничной клетке Попкова:
- Проходите!
Валентин вошел в просторный коридор.
- Тапки здесь. - Вдова генерала показала на резную полочку у левой
стенки.
Попков снял свои тесные ботинки, сунул ноги в мягкие, пушистые
шлепанцы и осмотрелся. Из коридора в разные комнаты вело несколько тяжелых
двустворчатых дверей, которые оказались открыты, и Валентину удалось
оглядеть квартиру. Она была огромной и какой-то пустой, несмотря на обилие
всевозможной мебели. Создавалось впечатление, что это какая-то гигантская
подземная пещера, заваленная огромными камнями - комодами и увешанная
хрустальными люстрами - сталактитами.
- Прошу на кухню... - сказала Наталья Павловна и пошла направо.
Попков последовал за ней. Кухня оказалась более приветливой, чем
коридор и комнаты. Розовые обои гармонировали с гарнитуром и даже слегка
поднимали настроение.
- Сейчас я заварю чай... - И хозяйка шагнула к плите.
- Наталья Павловна, мне бы все-таки хотелось кое-что выяснить... -
начал Валентин.
- Сейчас мы попьем чаю, и я проведу вас в кабинет Федора
Петровича... - произнесла вдруг хозяйка. - Если вас что-то заинтересует, вы
сможете это посмотреть.
От такой неожиданной удачи кровь прилила к лицу Валентина, и он не
нашел ничего лучшего, чем попросить:
- А можно без чая? - Попков понял, что допустил бестактность, и тут же
поправился: - Я хотел сказать "до чая"!
Наталья Павловна вздохнула и сказала:
- Пойдемте...
Они снова вернулись в коридор, потом пересекли одну из комнат, и вошли
в смежный с ней кабинет. Хозяйка шагнула к окну и развинула темные шторы:
- Вот здесь он работал... - указала она на массивный дубовый стол,
стоящий у книжного шкафа.
Попкову стало неловко. Служба службой, но рыться в вещах убитого
хозяина дома - это как-то...
- Только тут все равно ничего нет! - помогла ему Наталья Павловна. -
Все документы он держал на работе. А здесь пусто! - И, в подтверждение
этого она выдвинула один за другим все три ящика стола.
- Н-да... - пробормотал Валентин.
- Я, собственно, пригласила вас, чтобы показать вот это... - сказала
хозяйка и достала с книжной полки три стоявших там синих ежедневника. -
Федор Петрович часто делал тут какие-то записи... - И она передала пухлые
тетрадки Попкову.
- Так... - сказал он, открывая первую. - Посмотрим...
- Да вы садитесь за стол... - предложила Наталья Павловна. - И можете
забрать ежедневник с собой.
Валентин благодарно кивнул и опустился в старинное кресло с высокой
спинкой, положив ежедневники перед собой, на зеленое, слегка протертое
генеральскими локтями сукно стола...
Предупрежденная о прибытии важного гостя охрана фирмы "СБИТ -
Инфополис" встретила Турецкого необычайно галантно.
- Галина Ивановна ожидает вас в переговорной! - улыбаясь, доложил один
из наряженных в камуфляжные куртки мужчин. - Вот она! - И охранник указал
на белую дверь в стене расположенного перед Александром холла.
Турецкий сделал несколько бесшумных шагов по мягкому ковру, потянул
ручку, зашел в комнату и... чуть не ослеп.
Перед ним стояла невероятной красоты женщина. Волнистые, спадающие на
плечи волосы, огромные голубые глаза, изящные черты лица, гибкий стан - все
это заставило Александра открыть рот и несколько раз восхищенно моргнуть
глазами.
Женщина, естественно, заметила, какое впечатление она произвела на
вошедшего.
- Значит, это вы из Генпрокуратуры? - произнесла она тем приятным, с
легкой хрипотцой голосом, который Александр недавно слышал в трубке.
- Да, - сказал уже справившийся с собой "важняк". - Старший
следователь по особо важным делам Турецкий Александр Борисович.
- Иванова, - представилась женщина. - Галина Ивановна. Заместитель
директора.
Они сели в мягкие кресла, разделенные низким журнальным столиком, на
котором уже стоял ароматно дымящийся кофейник и две тонкие фарфоровые
чашки.
- Один момент, - сказала Галина Ивановна и наполнила сначала чашку
Турецкого, а затем свою. - Сколько вам кусочков? - спросила она,
потянувшись к сахарнице, из которой торчали серебряные щипчики.
- Спасибо, я без сахара, - ответил Александр.
- Я тоже, - улыбнулась Иванова и убрала руку. Затем она подняла чашку,
сделала небольшой глоток и внимательно посмотрела на Турецкого: - Итак, я
вас слушаю.
Александр тоже отпил кофе, поставил чашку и вдруг без всякой
подготовки сказал:
- Мне нужно знать, из-за чего погиб Сергей Мухин.
Галина Ивановна опешила:
- Простите, а я-то чем могу вам помочь?
- Какую информацию, касающуюся кремлевского руководства, ему удалось
собрать?
Иванова вздрогнула, но быстро взяла себя в руки и, абсолютно честно
глядя в глаза "важняку", сказала:
- Не понимаю, о чем вы говорите!
"Хорошо держится, - подумал Турецкий. - Сейчас скажет, что их фирма
подобными вещами не занимается".
- Наша фирма подобными вещами не занимается! - твердо произнесла
Галина Ивановна.
- Напрасно вы так... - улыбаясь, сказал Александр. - Я ведь могу быть
вам очень полезен...
- В каком смысле? - с выражением крайнего недоумения на лице спросила
Иванова.
- Я на вашей стороне... - наклонился к ней Турецкий. - И могу в случае
чего помочь...
Галина Ивановна внимательно посмотрела на него и очень отчетливо, даже
раздельно сказала:
- Я со-вер-шенно не понимаю вас!
Александр снова улыбнулся:
- Ну что же... - Он достал из кармана пиджака визитную карточку и
положил ее на стол: - Если надумаете, позвоните...
После этого он резко встал и сказал:
- Ну, мне пора.
Иванова тоже поднялась:
- Я провожу вас...
- Нет, не стоит. Я сам. - И Турецкий, развернувшись, вышел из комнаты,
прошел мимо учтивого охранника, с готовностью открывшего ему дверь,
оказался на улице и сел в свою припаркованную рядом "семерку".
"Теперь будь что будет", - подумал Александр.
О том, какую именно информацию собрал покойный директор, Иванова,
конечно, знает. Поэтому наверняка опасается и за свою жизнь. А он только
что практически предложил ей защиту. Но чтобы воспользоваться его
предложением, Галине Ивановне придется рассказать Турецкому все, что ей
известно.
Александр завел двигатель и тронулся с места, выезжая плутающей между
домов дорожкой на Бауманскую улицу.
"Другого выхода у меня все равно нет, - рассуждал он. - После того как
Сергей Мухин погиб, она наверняка уничтожила все способное хоть как-то
прояснить это дело... Или в крайнем случае спрятала... Так что я поступил
правильно..."
Он приостановился, пропуская перебегающую дорогу черную кошку. Сразу
подумалось о невеселом. А именно о том, что, вполне возможно, ему теперь
действительно придется защищать Иванову.
"Ну да ничего, - улыбнулся Турецкий, снова нажимая на газ. - За такую
красавицу и голову сложить приятно!"
Марата привели в кабинет начальника находящегося неподалеку от "Айриш
паба" восемьдесят восьмого отделения милиции и швырнули на стул.
- Бекбулатов Марат Эльдарович, - открыл Жуков паспорт убийцы. -
Шестьдесят восьмого года... Прописан в Химках...
- Я все равно ничего вам не скажу! - сквозь зубы бросил Марат
милиционерам.
Кроме него и Жукова в кабинете находился старший оперуполномоченный
Смуров, которому было поручено произвести дознание по этому делу. Папалаев,
люблинские милиционеры и сам начальник отделения стояли в коридоре и о
чем-то договаривались.
- Не скажешь, значит? - посмотрел на Бекбулатова муровец.
Тот отрицательно мотнул головой.
Вообще-то вопрос был излишним. По поведению убийцы опер Жуков и так
понял, что сейчас с ним говорить бесполезно.
- Ну не скажешь, так не скажешь... - пожал он плечами, положил паспорт
и приоткрыл дверь в коридор:
- Ну что вы там решили?
- В камеру его! - ответил подполковник.
- Угу, - подтвердил Гаврюшин.
- В камеру так в камеру... - согласился Жуков и повернулся к Марату: -
Поднимайся!
Убийца встал и с подчеркнутым безразличием посмотрел на опера.
- Вперед! - сказал тот.
Бекбулатов прошел к двери и в сопровождении Смурова, Жукова, Папалаева
и начальника отделения двинулся по коридору, в конце которого была
лестница. Спустившись по ней на первый этаж, милиционеры довели Марата до
облезлой железной двери, рядом с которой дежурил белобрысый сержант.
- Открывай, Ерохин! - глянул на него подполковник.
Гремя ключами, сержант выполнил приказание, и убийцу затолкнули в
камеру.
- Все, - сказал Жуков, как только дверь за ним закрылась. - Мы
поехали. Когда нашему следователю нужно будет поработать с этим гавриком,
он вам позвонит.
- Хорошо, - кивнул начальник.
- А пока пусть все идет по плану... - чуть улыбнулся опер.
- Ага, - ответил подполковник. - Как наметили...
Затем все вышли на улицу. На крыльце стояли негр Эдди и его девушка.
- Ну что вы ждете-то? - спросил Жуков. - Вас ведь уже допросили как
свидетелей.
- Я хочу вам сказать, что вы настоящие обезианы! - торжественно
произнес Эдди.
- Что?! - вытаращился на него начальник отделения. - Ты чего, тоже в
камеру захотел?!
- Нет-нет! - вступился за негра Жуков. - Он вовсе не собирался нас
обидеть! Просто это... ну, в общем, долго объяснять, а нам уже пора. - Вас
подвезти? - обратился он к интернациональной парочке.
- Нет, - ответила девушка. - Я тут недалеко живу... Мы пешком... - И,
улыбнувшись на прощание милиционерам, Эдди и Маруся зашагали прочь.
Остальные же сели в машины и разъехались. На крыльце остался только
начальник, который, посмотрев вслед отбывающим, поправил седые волосы,
посмотрел на часы и пошел обратно в отделение.
В камере было душно. Крохотное окошко под потолком, зарешеченное
стальными прутьями, пропускало очень мало воздуха.
"Хорошо, что хоть народу нет..." - подумал Марат.
Действительно, кроме него самого в этом вонючем, полутемном помещении
находился только один человек, который лежал на грубых деревянных нарах и
лениво почесывал довольно обширное пузо.
- Ну, здорово... - сказал человек. - Давай знакомиться, что ли... Меня
зовут Гриша...
Бекбулатов холодно посмотрел на него и, ничего не ответив, лег на
соседние нары.
- Ты че, немой? - спросил пузатый.
- Отстань! - сказал Марат.
Гриша недоуменно посмотрел на него:
- Ну как знаешь...
Бекбулатов отвернулся к стене и закрыл глаза. Через несколько секунд
он услышал, как рядом чиркнула спичка и по камере потянулся сигаретный дым.
"Курить охота..." - подумал Марат.
- Слышь, Гриша, - повернувшись, сказал он пузатому, - угости
сигареткой, а?
Тот усмехнулся, достал из кармана пачку "LM" и протянул Марату:
- Бери.
Бекбулатов вытащил одну штуку, потом взял предложенные Гришей спички и
прикурил.
- Спасибо... - выдохнул он вместе с дымом и вернул пачку и коробок
пузатому.
- Так как зовут-то тебя, корефан? - снова спросил Гриша.
- Марат.
- А за что взяли?
- Да так... - неопределенно ответил убийца. - За ерунду...
- Понятно... - протянул пузатый. - Меня вот тоже за ерунду... С
соседом подрался...
- Что же это вы не поделили?.. - без интереса, больше просто так
спросил Марат.
Однако Гриша, похоже, обрадовался представившейся возможности
поделиться наболевшим.
- Да он, падла, всю квартиру мне залил! А я только-только ремонт
сделал! Причем за бешеные деньги! Прихожу с работы, открываю дверь - а дома
бассейн! Спускаюсь вниз, стучу ему: открывай, мол...
- Почему вниз? - удивился Марат.
- Что? - переспросил моментально разгорячившийся своим рассказом
пузатый.
- Я говорю, почему ты вниз-то спустился? Тебя ж сверху залили!
Гриша недоуменно посмотрел на собеседника и вдруг рассмеялся:
- Да нет! Не сверху! А наоборот - снизу!
- Ну? - заинтересовался Бекбулатов.
- Вот. Я на втором этаже живу. А у нас возле дома небольшой такой
дворик есть. Зеленый. У меня окна как раз на него выходят. И летом, перед
тем как на работу уйти, я их постоянно открываю, чтоб квартира
проветривалась. - Гриша оглядел камеру и усмехнулся: - А то будет духота,
как здесь...
- А при чем тут окна-то? - нетерпеливо спросил Марат.
- Да ты слушай! - Пузатый снова начал раззадориваться. - В общем,
открыл я все что можно настежь и ушел. А этот дурак, который на первом
этаже живет, решил траву во дворике полить. Притащил шланг, подсоединил его
к колонке, напор сделал, как из пушки - и давай фигачить! - Тут Гриша
выбросил руку вперед, показывая, как далеко била струя, и продолжил: - А
мимо, как назло, какой-то соседовский дружбан шел, у которого дочка в этот
день родилась. Ну и говорит он, значит, соседу: "Пойдем, мол, Петрович,
отметим это дело! Я угощаю!" А Петрович алкаш еще тот! На халяву всегда рад
нажраться! "Пошли!" - говорит. Они и пошли! А шланг этот остолоп на ветку
повесил: "Пусть, мол, пока газон поливается, а я скоро приду!" - пузатый
нервно затянулся, со злостью выпустил дым и выпалил: - Пришел он, как же!
Так и свалился у своего дружбана после двух бутылок! А шланг скоро с ветки
соскользнул и так неудачно вывернулся, что струя вверх бить начала. И прямо
в мое окно, - напор-то ого-го! Если б я чуть позже пришел, вода б наружу
выливаться начала...
- Круто... - усмехнулся Марат. - И чего ты этому соседу сделал? Морду,
что ли, набил?
- Ну... - кивнул Гриша. - Набил. Когда он домой вернулся... - Пузатый
немного помолчал и добавил: - Я ему все зубы, какие были, высадил...
- И тебя за это сюда?
- Ага, - мрачно ответил Гриша и тут же оживился: - Правда, это
ненадолго! Сосед свое заявление из ментовки забрал. "Хрен, говорит, с ним -
со мной то есть, - я, говорит, себе вставные челюсти сделаю, мне ими даже
удобней будет сухарики с пивом грызть". Так что скоро меня должны
выпустить... Что-то медлят, шакалы... - И пузатый недовольно покосился на
дверь.
- Ясно... - сказал Марат и затушил выкуренную сигарету о внутреннюю
стенку стоящей на полу железной банки - пепельницы. - Ну ладно... - снова
повернулся он к стене. - Что-то меня в сон клонит...
Бекбулатов соврал. Спать ему совершенно не хотелось - как тут уснешь,
после всего случившегося. Марату просто нужно было обдумать свое положение,
а разговорчивый сокамерник сильно мешал.
"Спящего же он не будет беспокоить!" - подумал Бекбулатов.
И ошибся.
- Слушай! - сказал Гриша. - Если тебе надо чего передать на волю, то я
могу...
Марат резко обернулся.
- Что-что? - внимательно посмотрел он на пузатого.
- Я говорю, до завтра меня в любом случае выпустят. Так что если ты
хочешь кому-то что-то сообщить...
"Мент!" - понял Бекбулатов.
Он много слышал о таких трюках. Легавые подсаживают в камеру к
задержанному своего человека, и тот выведывает все, что им нужно.
- Только за бабки! - сказал Гриша. - Бесплатно не буду! - И, глупо
улыбнувшись, он пояснил: - Деньги очень нужны. Все ж ремонтировать надо. А
с соседа что возьмешь?..
"А может, и не мент... - подумал Марат. - Но все равно - ну его на
хрен!"
- Пошел ты в задницу! - сказал Бекбулатов.
- Ты что? - удивился пузатый.
- Ничего! - процедил сквозь зубы Марат и снова отвернулся.
- Как хочешь... - безразлично пробормотал Гриша. - Мое дело
предложить...
Вообще-то Бекбулатову нужно было кое-кому сообщить о своем задержании.
Но делать это через какого-то непонятного мужика, которого он первый раз в
жизни видит, слишком опасно. Вот если бы найти иной способ...
Вдруг Марат услышал, как пузатый слез со своих нар, подошел к двери и
несколько раз ударил в нее кулаком:
- Эй, служивый!
Бекбулатов обернулся. Расположенное перед Гришиным носом окошко для
выдачи пищи открылось, и в нем показалось лицо белобрысого сержанта
Ерохина:
- Чего надо?
- В туалет хочу!
Марат вспомнил, что как только зашел в камеру, то сразу обратил
внимание на заколоченное досками очко, от которого распространялось ужасное
зловоние. Очевидно, оно было забито по причине крайнего засорения.
- Что-то ты часто ходишь! - недовольно сказал сержант.
- Да я вообще уже должен дома быть! - взорвался Гриша. - И в свой
собственный унитаз мочиться! Чего вы меня тут держите?!
- А я-то откуда знаю? - рявкнул Ерохин. - На это начальство есть! А
мое дело охранять! Следить за тобой!
- Вот и следи! - буркнул пузатый. - Чтобы я не описался!
Сержант уничтожающе посмотрел на него, но дверь все же открыл:
- Выходи!
- Давно бы так... - сказал Гриша и шагнул в коридор.
Дверь, впустив в камеру немного свежего воздуха, захлопнулась.
Марат лег на спину и уставился в грязно-серый потолок, с которого
свисала единственная тусклая лампочка.
"Как же быть?" - думал он.
Ему достаточно было сделать всего один звонок - и дело могло принять
для него другой, спасительный оборот. Но как добр
...Закладка в соц.сетях
