Жанр: Электронное издание
our-war
...на, мы тебе тут такое устроим... Короче, в вашем тейпе не хватит
живых, чтобы похоронить ваших мертвых. Думай быстрее!!!
- Его нет, - собравшись с духом, выдал Махмуд.
- Не понял? - Аюб прищурился и достал из кармана свою фирменную зиповскую
зажигалку.
- Его Аликпер увез, - заторопился Махмуд, с ужасом глядя на зажигалку. - Вчера
увез!
- Какой Аликпер? - уточнил Аюб.
- Кадырбеков Аликпер, - пояснил Махмуд. - Я ему позвонил, сказал про Хасана. Он
приехал, забрал.
Ага. Это сын самого Кадырбекова, его правая рука, занимается всякими щекотливыми
вопросами, от которых отец официально старается отмежеваться.
- А ты не врешь? - Аюб красноречиво щелкнул крышкой зажигалки.
- Клянусь Аллахом! - вскинулся Махмуд, становясь перед Аюбом на колени и
простирая перед собой руки, как на молитве. - Клянусь - правда! Смотри все, где хочешь,
ходи, смотри! Спроси женщин, детей, все тебе скажут - нет его! Аликпер увез!
- Похоже на правду, - кивнул Аюб, пряча зажигалку в карман. - И где он сейчас?
- Аликпер?
- Да на кой черт мне твой Аликпер! Хасан где?
- Как где? Естественно, в Белом Доме.
Тоже похоже на правду. Самое надежное место для содержания такого узника. Чтобы
достать человека из Белого Дома (так у нас в народе называют здание администрации
Кадырбекова), нужно располагать маленькой армией. Так ведь эту армию еще надо провести
через город, напичканный федералами. Да, это самое лучшее место.
- Ясно, - Аюб с сомнением глянул на окна домов. Подтверждения спрашивать
накладно, искать - тем более. - Ясно. Ну все, спасибо. Извини, что так получилось... Все,
орлы, уходим!
И, развернувшись, направился к калитке. Наши бойцы поспешили последовать за ним -
всем хотелось поскорее убраться из этого опозоренного двора.
- Дадашев! - крикнул вдогонку Махмуд. - Теперь-то ты уж точно труп. Клянусь
Аллахом, больше недели ты не проживешь!
Ой, зря он это сказал! Я сделала ему знак, чтобы замолчал, но он был не в себе. Сидел на
коленях, весь дрожал от горя и страшного унижения, впился взглядом в Аюба, словно ничего в
мире для него в тот момент больше не существовало.
- Ты думаешь? - Аюб резко развернулся и кивнул бойцам: - Давай, заводите, я
сейчас... Махмуд, ты в самом деле так думаешь?
- Аюб... - Я подбежала к нему, потянула его за рукав. - Пошли, Аюб, хватит. Не
видишь, в каком он состоянии?
- А ведь он прав, - Аюб выдернул свою руку и вдруг, вскинув автомат, пустил в
Махмуда очередь.
- О Аллах... - я вскрикнула - не ожидала такого. - Ты...
Махмуд распростерся на земле и продолжал смотреть на своего убийцу. Взор его
медленно угасал, на аллее появилась еще одна лужа крови.
- Ты совсем с ума сошел? - Я была в шоке, даже не знала, как теперь с ним говорить -
он казался совершенно неуправляемым. - Теперь тебя убьют как минимум пять раз!
- Пусть тогда убьют сто раз. - Аюб выхватил из кармана зажигалку, высек огонь и
бросил ее в лужу бензина, которая образовалась от ручейков, натекших из домов. - Бежим!
И, схватив меня за руку, потащил к калитке. Покидая двор, я краем глаз отметила, что по
бензиновым дорожкам к домам быстро бегут синие огоньки.
Через несколько секунд мы уже мчались вниз по улице, к выходу из села. Я, обернувшись,
смотрела в заднее стекло. Над усадьбой Бекмурзаевых поднимались столбы пламени. Наши
соплеменники остались в своих домах, будучи накрепко заперты, им не выломать решеток на
окнах... И пусть это была семья предателя, но... Все же это были люди. И сейчас они горели
заживо...
Мы ехали в Первомайскую. Когда мы удалились от Челушей на безопасное расстояние,
Аюб связался с Саладином и коротко доложил о результате акции. Вернее, он сказал, что
удалось установить, где сейчас Дед, но для этого пришлось уничтожить всю семью. Каким
образом - не сказал. Саладин пожелал немедленно встретиться и сказал, чтобы мы
отправлялись в Первомайскую. Там будет ждать его человек, покажет, куда проехать.
Я всю дорогу молчала - никак не могла выйти из шокового состояния. Нет, я понимаю,
что с предателями надо бороться. Но тот способ, к которому прибегнул Аюб, это, извините...
Лучше бы он их всех расстрелял.
- Да не переживай так, звезда моя, - сказал Аюб, заметив, в каком я состоянии. - Ваха
и Умар не скажут, что это были мы. А больше нас никто не видел. Кто-то приехал,
набедокурил... Поди знай, кто такие!
Вот он о чем! Он думает, что я только из-за этого переживаю? Сейчас я вообще жалела,
что когда-то связалась с этим маньяком. Впрочем, меня никто и не спрашивал, его просто
отрядили к Деду для выполнения особых поручений. Вот он и выполняет - на свой манер...
- Ты подставил и Ваху, и Умара, - устало пробормотала я. - Теперь, чтобы узнать, кто
к ним заезжал, их будут пытать. И, возможно, поступят с семьями точно так же, как ты
поступил с Бекмурзаевыми.
- Да брось ты! - весело отмахнулся Аюб. - Кто знает, что это сделали именно те, кто
заезжал к Умару и Вахе? Нет, я за это не беспокоюсь. Отдыхай, все нормально.
Меня коробила его дебильная веселость, и, чтобы испортить ему настроение, я сказала:
- Я-то отдыхаю... А ты думай, как тебя сейчас встретит Саладин. Он, между прочим,
хотел, чтобы обошлось без лишней крови...
В Первомайской нас отвели в какой-то дом на окраине села, там мы встретились с
Саладином. Это был мужчина лет тридцати пяти, с небольшой аккуратной бородкой,
роскошной шевелюрой, невысокий, худощавый, внешне очень похожий на Че Гевару и, по всей
видимости, гордившийся этим сходством. Рядом с красавцем Аюбом он выглядел школьником.
- Так это ты заместитель Деда? - спросил он, рассматривая меня. Он так и сказал -
"заместитель", по-русски.
Я неуверенно кивнула, хотя меня никто заместителем не назначал. Заместитель - это тот,
кто может заместить начальника в его отсутствие и полноценно руководить делом. Руководить
нашей миссией без Деда не может никто, она автоматически аннулируется. Я же просто считала
себя первой помощницей, это более соответствовало действительности.
- Кажется, я тебя знаю, - сказал Саладин, здороваясь за руку с Аюбом. - Ты брат
Сулеймана?
- Так точно, - Аюб широко улыбнулся. - Тот самый непутевый брат.
Сулейман Дадашев - амир, командир одного из отрядов моджахедов. Это он
рекомендовал Аюба в качестве "офицера для особых поручений". Саладин не стал спрашивать,
почему такой орел - и не в отряде, видимо, знал всю подноготную этой славной семейки.
- Ну давай, рассказывай, - потребовал он, садясь за стол. - Как вы докатились до
жизни такой...
Аюб коротко и толково изложил наши похождения. Я думала, что он станет юлить, мол,
зажигалка нечаянно выпала и так далее... Но он сразу выложил всю правду, ничего не утаив.
"Ну, орел - теперь тебя точно расстреляют! - подумала я. - Сейчас выведут во двор,
дадут кувшин, дадут пять минут для последнего намаза, и..."
- Мы возьмем это на себя, - выслушав Аюба, спокойно кивнул Саладин. - Давно пора
было наказать этот гадючий выводок.
Я обомлела. Не ожидала, что он так отнесется к сожжению людей заживо. Такой на вид
интеллигентный, доброе лицо...
- Оружие отдайте своим бойцам, - сказал Саладин, вставая из-за стола. - Поедете со
мной.
Аюб отдал автомат и гранаты Шапи, я сдала гранату, а пистолет оставила. Я никогда с
ним не расстаюсь, он спрятан надежно, при обыске мужчины его не касаются.
Мы с Аюбом сели в джип Саладина, за рулем был его водитель, и помчались быстрее
ветра. Я заметила, что ни Саладин, ни его водитель также не имеют оружия. Учитывая тот факт,
что нас в машине было всего четверо, из которых одна - женщина, можно было опасаться, что
мы станем легкой добычей федералов.
"И не боится он так вот раскатывать по зоне ответственности федералов? - подумала
я. - За его голову обещают немалую сумму, вдруг найдется желающий поправить свое
благосостояние?"
На постах нас пропускали без задержки - на лобовом стекле джипа был прикреплен
"вездеход". Пару раз джип остановили, проверить документы, но Саладин предъявил какое-то
удостоверение, и нас пропустили даже без обязательного досмотра. Интересно...
Вскоре я поняла, что мы едем в Грозный. Я опять удивилась: и не боится он ехать один,
без оружия и сопровождения, в самое логово федералов? Саладин выглядел беспечно, в
точности как мой придурковатый дружок, три часа назад спаливший целую семью. Мне
показалось даже, что они как будто сделаны из одного теста. Этакие два брата-акробата, сыны
дегенерата...
В город мы заехали уже в сумерках. Останавливаться приходилось на каждом посту, и
"вездеход" не помогал - у них сейчас усиление. Но удостоверение Саладина всякий раз
оказывало магическое действие, и нас беспрепятственно пропускали.
- Вот черт... - растерянно пробормотал Аюб, когда мы подъехали к посту у комплекса
правительственных зданий.
Да, было отчего растеряться. Если бы мне раньше кто сказал, что один из Большой
Восьмерки по своей воле собирается прокатиться в администрацию, я бы долго смеялась. Да
этот Саладин просто сумасшедший! Интересно, за каким чертом этот сумасшедший нас тащит с
собой?
На посту нас остановили, проверили документы, и впервые удостоверение Саладина не
оказало нужного действия. Нужно было указать, к кому конкретно мы направляемся, и
созвониться с этим человеком. Саладин назвал Аликпера и сказал, что хотел бы переговорить с
ним сам. Ему предоставили такую возможность. Спустя две минуты нас пропустили Чудеса!
У ворот был еще один пост, но тут нас проверять не стали, а при нашем приближении
ворота сразу распахнулись - видимо, бойцы получили соответствующее распоряжение. Мы
въехали во двор, поставили джип на стоянку и вышли.
Аюб крутил головой во все стороны: здесь он был впервые, по въевшейся в кровь
привычке старался запомнить обстановку. Как только мы вышли, нас тотчас же окружили
десятка полтора кадырбековских гвардейцев - здоровенные парни, вооруженные до зубов.
"Попались! - мелькнула паническая мысль. - Сейчас положат всех на землю, свяжут и
потащат пытать!"
Гвардейцы обращались с Саладином почтительно, словно это был какой-то важный
представитель, прибывший с официальным визитом. Извинившись, мужчин проверили
металлодетектором, на меня никто и не глянул. Шофера оставили у джипа, а нас троих повели
куда-то за угол, минуя вход в здание администрации.
За зданием администрации располагался одноэтажный дом, похожий на склад. Мы
спустились по ступенькам и вошли в подвальное помещение. Здесь было чисто, под потолком
горели лампы дневного света. По обеим сторонам длинного коридора располагались
зарешеченные камеры. Судя по всему, это была та самая личная тюрьма кадырбековского
клана, о которой столько говорят в народе.
- Сюда, - старший из гвардейцев распахнул единственную нормальную дверь в подвале
(без решеток), которая располагалась сразу у входа, справа.
Мы вошли в просторный кабинет, обставленный с военной скромностью. Там нас ждал
Аликпер - я его сразу узнала, его частенько по местному телевидению показывают. Молодой
мужик лет тридцати, коренастый, крепко сбитый, с тяжелым прямым взглядом - в общем,
очень похожий на отца.
Гвардейцы остались в коридоре, дверь закрыли. Аликпер пожал мужчинам руки, бросил
на меня беглый взгляд и приподнял правую бровь - видимо, удивился, зачем привели
женщину. Потом пригласил садиться. Я присела на краешек крашенного в сурик табурета и
замерла в ожидании. Что же сейчас будет? Все никак не могла поверить, что присутствую на
такой диковинной встрече.
- Ты отчаянный человек, Саладин, - Аликпер усмехнулся. - Стоит мне шевельнуть
мизинцем...
- ...И через час как минимум пятнадцать сел утонут в крови, - невозмутимо подхватил
Саладин. - А завтра по всей республике начнет организованно умирать вся ваша
администрация. Ты это знаешь, и я это знаю. Так что давай не будем тратить время, а сразу
перейдем к делу.
- Давай, - улыбка сползла с широкого лица хозяина кабинета. - Ты скажи мне, кто
уничтожил семью Бекмурзаевых?
Ага, уже доложили. И что сейчас будет?
- Это была предупредительная акция, - не моргнув глазом, сказал Саладин. - И не
говори мне, что ты в гневе. Твоей семьи это касается постольку-поскольку. Ты, забирая от них
Хасана, наверняка предполагал, что нечто подобное может произойти... Хасан у тебя?
- У меня, - кивнул Аликпер. - И я знаю, как он вам нужен.
- Вот и хорошо, - буркнул Саладин. - Давай договариваться.
- Но я также знаю, зачем вы его пригласили, - Аликпер поднял вверх указательный
палец, как бы призывая ко вниманию. - И, как государственный человек, понимаю, какие
последствия...
- Ой, только вот этого не надо! - Саладин презрительно поморщился. - Это опять же
совершенно не затрагивает интересы твоего тейпа. Пусть об этом беспокоятся федералы, ты о
своей выгоде думай. Что вы хотите?
- Двадцать. - Аликпер, который, по моему разумению, должен был как минимум горячо
возразить, вдруг поднял вверх растопыренные ладони, сжал кулаки и опять растопырил
пальцы. - Думаю, это нормально.
- Двадцать... - Саладин задумался. - Двадцать...
Я не поняла, о чем речь. Чего - "двадцать"? Кого - "двадцать"? Двадцать заложников,
которых моджахеды держат у себя?
- Это очень большая сумма, - немного подумав, сказал Саладин. - Нам не потянуть.
Откуда у нас двадцать "лимонов" баксов, ты сам подумай! Мы можем пять. И - быстро, если
не налом, а через банк. А?
Вот оно что! Так это они о деньгах говорят... Какие-то просто фантастические деньги. Я
прекрасно знаю наших мужчин, они все имеют врожденную коммерческую жилку и никогда не
дадут за товар больше его номинальной цены. Неужели Дед стоит так много?
Аликпер с Саладином принялись азартно торговаться, как будто два купца сошлись на
базаре. Я смотрела на них и не могла поверить, что это два непримиримых врага. О чем это
они? Их люди истребляют друг друга с методичностью хорошо отлаженной гильотины, почти
все тейпы, находящиеся по обеим сторонам, состоят друг с другом в кровной мести...
- Хорошо, уболтал, - в конце концов сдался Аликпер. - Остановимся на десяти. Но -
налом. Вполне реальная сумма. Я понимаю, надо время, чтобы собрать. Три дня хватит?
- Хватит, - кивнул Саладин. - Значит, двадцать пятого?
- Да, двадцать пятого, - подтвердил Аликпер.
- Но не в городе, - оговорил условие Саладин.
- Но и не в Ведено! - подмигнул Аликпер.
- Тогда где?
- В двадцатикилометровой зоне вокруг города. - Аликпер взял со стола ручку и
постучал по карте, висевшей на стене. - В любом месте, где хотите, кроме южного сектора.
Север, запад, восток, северо-запад, северо-восток - как вам будет удобнее. Только условие -
предупредить за три часа до обмена.
Это он неплохо придумал. Та местность, которую он указал, достаточно хорошо
контролируется федералами. В то же время там есть свобода для маневра, чтобы противная
сторона могла чувствовать себя более комфортно.
- Хорошо, - согласился Саладин. - Договорились.
- Кто будет заниматься? - спросил Аликпер.
- Вот он, - Саладин вдруг ткнул пальцем в сторону Аюба.
- Гхм... - Аюб втянул голову в плечи - не ожидал!
- Держи. - Аликпер протянул Аюбу визитку с целым выводком телефонных номеров и
внимательно посмотрел на него, словно старался запомнить. - Кажется, я тебя знаю...
Да знаешь, знаешь, он у нас вообще известная личность. Первый каратель на деревне,
второй сумасшедший после Саладина и вообще маньяк.
- А теперь я хотел бы взглянуть на него, - Саладин пристукнул по столу ладонью, как
бы ставя точку в разговоре.
- Пошли. - Аликпер не стал ломаться, сразу встал и направился к двери.
Мы прошли по коридору - гвардейцы остались у входной двери и внимательно
наблюдали за нами. Почти в каждой камере кто-то сидел. Обстановка была - хуже некуда...
Вернее сказать, совсем ее не было. Откидные полки на цепи, как в карцере, и больше совсем
ничего. Видимо, в туалет выводят по одному.
Саладин шел по коридору и крутил головой, всматриваясь в каждого арестанта. Я поняла,
что он Деда до этого ни разу не видел, поэтому и взял нас с собой. Правильно, Дед имел дела
лично с Шамилем и амиром, которого отрядили для содействия - Сулейманом Дадашевым.
Остальным его знать не обязательно.
В самой последней камере мы увидели Деда. Здесь было некое подобие комфорта: стояла
кровать, тумбочка, на вешалке висело солдатское полотенце. Все же дорогой узник, стоит
поберечь.
Дед сидел на кровати, на голове его была чистая повязка. На лице несколько ссадин, а так,
в целом, выглядел он нормально. Только очень уж был бледен.
- Ага, - отреагировал он на наше появление. - Нашли-таки...
- Как ты? - спросила я.
- Почему-то не умер. - Дед усмехнулся и тут же болезненно поморщился. - И сколько
за меня просят?
- Десять, - Аликпер поднял обе руки и опять растопырил свои короткие пальцы. - И
это совсем немного.
- Не давайте им ни цента, - Дед говорил очень тихо, прикрыв глаза. Общение давалось
ему с трудом. - Пусть убьют, надоело все. Я уже старый, башкой стукнулся, ничего не
соображаю. Короче, мне давно помирать пора...
- Ну вот, убедились? - заторопился Аликпер. - Живой, почти здоровый, врач каждый
день к нему ходит, лечит. Все, пошли, у меня еще дела.
- Держись, Хасан, - сказал на прощание Саладин. - Мы тебя вытащим.
- Спасибо, держусь... Все, что в кейсе, возьми себе, - сказал Дед, переведя на меня
мутноватый взгляд. - Если не получится ничего... Поняла?
Я секунд десять хлопала глазами, соображая, откуда он узнал, что мы нашли кейс. Потом
поняла: без кейса мы просто не смогли бы связаться с Большой Восьмеркой. А говорит -
ничего не соображает!
- Выйдешь отсюда, сам возьмешь, - сказала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются
слезы. - Береги себя...
Глава 10
КОМАНДА
"...Сводка о состоянии оперативной обстановки в Чеченской Республике на 23 декабря
2002 года".
За истекшие сутки оперативная обстановка в республике существенных изменений не
претерпела.
Проводились мероприятия, направленные на пресечение диверсионно-террористической
деятельности организованных преступных групп и отдельных террористов. Одновременно с
этим продолжалась работа по разъяснению необходимости участия населения в референдуме по
проекту Конституции.
В этой связи в населенных пунктах Курчалойского района прошли митинги в поддержку
проведения референдума. На них местные жители высказывались о проведении дальнейших
политических и социальных реформ, которые необходимо проводить в Чечне. Особенный
интерес проявили представители старшего поколения, которые связывают активизацию
политических процессов с дальнейшим улучшением условий жизни.
Аналогичные мероприятия прошли в Гудермесском, Ножай-Юртовском и ряде других
районов республики. В своих выступлениях участники единодушно поддержали идею
проведения референдума. Кроме того, были обсуждены вопросы безопасности проведения
данных мероприятий.
В сложившейся ситуации федеральными силами предпринимаются меры, направленные
на предотвращение возможных террористических действий в отношении населения республики
и задержание участников и пособников НВФ.
Так, в 4 км восточнее н.п. Старый Ачхой Ачхой-Мартановского района в ходе проведения
разведывательно-поисковых мероприятий в горно-лесистой местности подразделением
федеральных сил был обнаружен вооруженный боевик. Во время задержания боевик попытался
оказать вооруженное сопротивление. Однако ответным огнем был уничтожен. При осмотре
одежды и вещей бандита никаких документов не найдено. С места боестолкновения изъят
автомат "АК-74" и боеприпасы. Оперативно-следственной группой и работниками районной
прокуратуры принимаются меры по опознанию личности боевика. Поблизости от места боя, на
участке автодороги, также расположенном в 4 км восточнее н.п. Старый Ачхой,
подразделением федеральных сил был обнаружен и обезврежен фугас, состоящий из 122-мм
артиллерийского снаряда с замыкателем нажимного действия. Предположительно, данный
фугас мог установить боевик, уничтоженный в лесу.
В 1 км южнее н.п. Шалажи Урус-Мартановского района при проведении розыскных
мероприятий по поиску тайников с оружием подразделением федеральных сил был обнаружен
боевик, который при оказании вооруженного сопротивления был уничтожен ответным огнем. С
места происшествия изъят автомат "АК-АКМ", пистолет "ПМ", 3 гранаты и боеприпасы.
Каких-либо документов, удостоверяющих личность, у бандита не было. Проводятся
мероприятия по установлению личности боевика.
Вооруженный инцидент произошел также в районе н.п. Джалка Гудермесского района.
Ночью, со стороны лесного массива, членами НВФ подвергся обстрелу из автоматического
оружия контрольно-пропускной пункт милиции, расположенный на въезде в село.
Сотрудниками милиции и военнослужащими федеральных сил по месту нахождения боевиков
был открыт ответный огонь. Утром в результате доразведки места откуда велся обстрел, были
обнаружены два трупа боевиков, одетых в камуфлированную форму. Рядом с ними находились
два автомата Калашникова, ружье калибра 16мм, стреляные гильзы калибра 5,45мм и калибра
7,62 мм. Прибывшей на место происшествия оперативно-следственной группой принимаются
меры по установлению личностей уничтоженных бандитов.
Население Чечни все больше включается в процесс по оказанию федеральным силам
помощи в противодействии незаконным бандформированиям, возглавляемым Мосхадовым,
Басаевым и арабскими наемниками. В основном это выражается в информировании
подразделений федеральных сил и милиции о фактах и признаках подготовки
террористической деятельности. Так, за последние дни с помощью местных жителей
подразделениям федеральных сил удалось провести эффективные мероприятия по ликвидации
тайников и схронов с оружием и боеприпасами, приготовленными боевиками для совершения
терактов.
В частности, в г. Грозном местные жители принесли на контрольно-пропускной пункт и
сдали милиционерам полиэтиленовый пакет с двумя банками тротила весом 300 гр. Пакет с
взрывчатым веществом они обнаружили на ул. Коперника. По факту органами милиции
проводится проверка.
В разрушенном здании, находящемся на ул. Ленина чеченской столицы, строителями
было обнаружено самодельное взрывное устройство, предназначенное для теракта на этой
многолюдной улице города. Вызванные на место обнаружения саперы оцепили местность и
уничтожили СВУ путем подрыва на месте.
В Заводском районе г. Грозного местными жителями, осуществлявшими уборку на ул.
Химиков, в близлежащем разрушенном строении был обнаружен тайник с оружием. О нем
было сразу же сообщено в РОВД. Наряд милиции извлек из тайника автомат "АК-74" и около
400 патронов к нему. Оружие и боеприпасы сданы в дежурную часть Заводского РОВД.
Проводятся мероприятия по задержанию лиц, причастных к оборудованию тайника.
В Гудермесском районе обходчиками железнодорожных путей поблизости от
железнодорожного полотна также был обнаружен тайник с оружием и боеприпасами.
Прибывшие по вызову сотрудники милиции изъяли из тайника пистолет "ПМ", 18 магазинов к
автомату "АК", две гранаты "РГН", тротиловую шашку весом 200 гр. и около 200 патронов к
стрелковому оружию. Оперативно-следственной группой проводятся мероприятия по розыску и
задержанию лиц, причастных к оборудованию тайника.
Предотвращен теракт. На западной окраине н.п. Гойское Урус-Мартановского района у
моста через реку местным жителем, отправлявшимся на рыбалку, был замечен присыпанный
землей подозрительный предмет. Инженерным подразделением федеральных сил, прибывшим
по вызову, было установлено, что предмет является самодельным взрывным устройством
большой мощности. Своевременно принятыми мерами СВУ было разминировано и
обезврежено. Оно состояло из двух артиллерийских снарядов калибра 122 мм и 1 кг тротила. По
факту обнаружения СВУ ведется розыск террористов.
В результате личного досмотра транспорта и граждан за сутки изъято: 6 автоматов, 2
пистолета, 4 гранатомета, 5 охотничьих ружей, 1815 патронов, 48 гранат, 32 выстрела к
гранатомету, 9 снарядов, 12 мин, 13 СВУ, 8 детонаторов, 2,7кг пластита, 11,3 кг тротила. По
каждому факту изъятия возбуждено уголовное дело.
Пресс-служба ОГВ(с)..."
Вечером вернувшуюся на базу группу изучения вдовьих проблем ожидал сюрприз. Вернее
сказать, сразу три сюрприза, но односторонней направленности.
Первый: досрочное возвращение стукнутого в башню лейтенанта Сереги.
Второй: последовавшее за этим возвращением резкое изменение обстановки.
Третий: вытекающее из изменения странное состояние лидера - полковника Иванова.
Однако давайте по порядку.
Серега сидел в столовой и смотрел "видяшник". Голова у него была забинтована, грудь
молодецки вздыбилась от могучей круговой повязки, а в целом он выглядел так, будто его три
дня подряд пытали настойчивые гестаповцы. Не коллеги Петрушина, а настоящие, из
сороковых годов. За спиной лейтенанта вышагивал Глебыч и о чем-то сосредоточенно думал.
По причине счастливого избавления от неминуемой гибели настроение у "вдовьей
группы" было на редкость приподнятое. Поэтому все бросились обнимать Серегу, а Вася,
выражая общую радость по поводу досрочного возвращения боевого брата, торжественно
заявил:
- О, брат! Ну ты, блин... Короче - ты возмудел и похужал.
- А идите-ка вы все в задницу, - мрачно ответил Серега и, уклонившись от объятий,
покинул столовую.
- Вот ни фига себе, - Петрушин обескураженно почесал заднюю поверхность бедра. -
Что такое, Глебыч?
- Пойду-ка я обратно к своим, - пробормотал Глебыч. - Рано пришел, тут у вас как-то
не того... Да и все равно делать пока нечего.
И тоже покинул столовую.
- Новости, - догадалась Лиза. - И не самые хорошие...
Пошли докладывать полковнику. Иванов находился в своем модуле, лежал на кровати в
спортивной форме и имел на лбу холодный компресс. В помещении было накурено, в стакане,
на тумбочке, покоилось с десяток окурков дрянных сигарет "Дон-табак" (это Глебыча,
полковник вообще-то не курит, а запах "Дон-табака" не переносит ни в каком виде!). Рядом
стоял пустой графинчик. Сильно пахло коньячными парами.
- Ну ни фига себе... - опять удивился Петрушин. - В стране переворот?
- Хунта к власти пришл
...Закладка в соц.сетях
