Жанр: Любовные романы
Выбор Роксаны Пауэлл
... не
ждал. Через несколько минут я попытаюсь соединиться еще раз, — сказал
он.
Для Джи Ди этого было достаточно. Он быстро пожал руки Керку и Че Муде и
поспешил к грузовику. Дэн последовал за ним, но им обоим пришлось подождать
меня.
— Я приду через минуту, — сказала я Дэну.
— Конечно, — с пониманием отозвался он. — Всего доброго,
мистер Керк, и, если вам случится приехать в Штаты, найдите меня. Мы
продолжим нашу игру.
— Хорошо, — согласился Керк. — Возможно, я так и сделаю.
И вот мы остались на веранде вдвоем с Керком. Че Муда скромно удалился,
сказав, что он хочет помочь Дэну с багажом. Мгновение мы смотрели друг другу
в глаза, не зная, что сказать. Наконец он тихо произнес:
— До свидания. Да благословит тебя Бог. Быстро, боясь расплакаться, я
спросила:
— Ты мне напишешь? У тебя есть мой адрес.
— Напишу, — пообещал Керк, хотя мы оба знали, что он не напишет и
что так будет лучше.
— Могу я попросить тебя подождать минуту? Я хочу, чтобы ты взяла с
собой одну вещь. — И он бросился в гостиную.
Через несколько секунд он вернулся, неся свой подарок. При других
обстоятельствах это могла бы быть какая-нибудь сентиментальная безделушка
или сувенир. Но мы находились в Малайе с ее чрезвычайным положением, и
подарком, который мой любимый преподнес мне, был пулемет
стен
.
— Я не могу его взять, — запротестовала я, будто мне подарили
бриллианты. — Он нужен здесь.
— Ты должна. По крайней мере, пока вы не выберетесь из опасной зоны, он
должен быть с тобой. Потом, если захочешь, сможешь переправить его мне. Я
буду чувствовать себя намного спокойнее, зная, что он при тебе.
Джи Ди нетерпеливо гонял двигатель грузовика.
— Хорошо, я пришлю его назад, — пробормотала я.
Беря
стен
, на мгновение я прикоснулась к его руке. Она была холоднее моей.
Я не смогла больше на него взглянуть и побежала вниз по ступенькам к джипу.
Ничего не видя, я приняла прощальную фразу Че Муды и забралась на сиденье
рядом с Дэном.
— Едем отсюда, — выдавила я.
— Мы уже в пути, бэби! — Мотор взревел, и мы тронулись с места.
Грязь уныло чавкнула, словно не желая расставаться с колесами. —
Следующая остановка — Голливуд! — выкрикнул Дэн.
Я боролась с желанием оглянуться назад, но сил победить в этой борьбе не
хватило. В последний момент я оглянулась. Керк стоял на том же месте, где я
оставила его, и смотрел нам вслед. Затем он то ли махнул рукой, то ли сделал
жест покорности судьбе — не знаю. После первого же поворота автомобиля
видеть я его уже не могла.
Даже если бы вся партизанская армия Малайи атаковала нас в ту минуту, я бы
не заметила этого. Я смотрела на ряды каучуковых деревьев и не видела их.
Серое небо, серые стволы... Казалось, весь мир потерял свои краски. Мы
доехали до проволочного ограждения, и спустя секунды Гурроч-Вейл остался
позади.
После нашего отъезда Дэн не проронил ни слова, но теперь, когда мы наконец
выехали на главную дорогу, он сказал:
— Итак, мы говорим
до свидания
живописному Гурроч-Вейл. — Он
посмотрел на меня и потрепал по колену. — Выше нос, малышка. Жизнь
прекрасна.
— Со мной порядок.
— Конечно. — Он помолчал немного. И затем с сочувствием произнес:
— Если хочешь выплакаться, валяй, это останется между нами, девочками.
Я не буду тебя упрекать, Рокси. Он парень что надо.
— Кто? — уточнила я, не желая ничьей жалости. — Ты имеешь в
виду Керка?
— Давай не будем дурачить друг друга. Помни, что дядя Дэн знает тебя от
и до. — Он произнес эти слова легко, как обычно, но мне показалось, что
выглядит он старше, как будто за несколько последних часов распрощался с
молодостью. Что ж, даже Том Сойер должен когда-то повзрослеть. — Я бы
сказал, отличный парень. Ты знаешь, Рокси, Керк — первый человек, которому я
проигрывал без сожаления. Он сильнее меня.
Я потеребила
стен
на коленях, но ничего не ответила.
— Не могу не думать о том, как здорово сыграл бы Керк в кино, —
продолжил Дэн через некоторое время. — Жаль, что он недостаточно высок
и красив, потому что с таким властным видом... да, много талантов пропадает!
Ты ведь согласна, что это огромная потеря.
— Он, наверное, так не думает.
— Вероятно, нет. Я смотрел на это с нашей точки зрения. — Дэн тоже
чувствовал пропасть между двумя мирами. Он усмехнулся. — Представь
себе, что к Керку домой прикатили люди из Голливуда, загнали его в угол и
тыкают в него своими короткими ножами. Он счел бы малайских бандитов
паиньками по сравнению с нашими ребятами.
— И тем не менее мы возвращаемся к ним. Почему?
— Потому что это в нашей крови, и мы не лучше их. В другом месте мы не
будем счастливы.
— Наверное, ты прав.
— Я знаю, что прав. Еще я знаю, что мы оседлали ракету, которая
доставит нас прямо на вершину. С популярностью, которую мы обретем, у студии
не будет выбора. Они вынуждены будут сделать картину. — Его голос
звенел от возбуждения. — Ты только представь! Тебя чуть не убили
бандиты, выкрали, держали в джунглях как пленницу... все это подлинные
факты. Ты — истинная героиня, и можешь положиться на меня: я создам тебе
такую рекламу, какую ты заслуживаешь.
— В этой идее есть одна ошибка, Дэн. Никакой рекламы не будет.
— Ты с ума сошла! — воскликнул он. — Это же тот самый случай,
о котором ты грезила. Принц приезжает к Золушке, и хрустальный башмачок
оказывается ей впору.
Все, что сказал Дэн, было правдой. Это был шанс, который выпадает раз в
жизни. Я шла к нему долгие годы, строя тайные планы. Но теперь, когда мне
оставалось лишь протянуть руку, я не испытывала триумфа.
— Я не хочу никакой рекламы. Она слишком дорого мне обойдется.
— Ты изменишь свое мнение, если хорошо подумаешь.
— Нет, я не героиня, Дэн, и даже мировая слава не заставит меня стать
ею. Всю свою жизнь я лепила из себя кого-то, кем не была, потому что не
знала ничего лучшего. Теперь знаю, и мне противно жить с мыслью, что я
продала себя.
— О'кей, — примиряюще сказал Дэн, — мы не будем больше
спорить об этом сейчас, но на твоем месте я бы крепко задумался, Рокси. Ты
ведь знаешь, нельзя стоять без движения: можно либо подниматься вверх, либо
катиться вниз, так как вокруг много тех, кто жаждет занять твое место.
Я лишь покачала головой, не в силах продолжать спор. То, что сказал Дэн,
было абсолютной истиной, если исходить из ценностей нашего мира, мира, в
котором мне предстояло продолжать жить. И хотя по сравнению с миром Керка
подходы и ценности Дэна казались банальными и никчемными, какой им могла
быть альтернатива? Что я могла сделать, кроме как принять условия той
действительности, которую выбрала сама?
Показался Гопенг, прервав мои тяжкие раздумья. Было интересно, почему нас не
встретил патруль, о котором договорился Керк? Я собиралась поделиться этой
мыслью с Дэном, когда заметила Теба Виктора. Его бронированный
додж
был
припаркован напротив полицейского участка, сам Теб стоял рядом. Увидев нас,
он выскочил на дорогу и начал энергично махать рукой, чтобы мы остановились.
При виде его взволнованного лица мое сердце начало биться в дурном
предчувствии. Виктор подбежал к нам и без всякого приветствия спросил:
— Вы из Гурроч-Вейл? С Керком все в порядке?
— Конечно... — начал Дэн, но я прервала его.
— А что такое? Что случилось?
— Мы пока не знаем, — ответил Виктор. — Может быть, и ничего.
Но провода его телефона перерезаны. Обычно это означает одно: бандиты
наметили его дом для нападения.
Глава 26
— А солдаты! — закричала я. — Где солдаты?
— В том-то и дело. — Виктор указал на дорогу в направлении Куала-
Лумпура. — Лейтенант Крофт со своими людьми выехал куда-то в ту
сторону. Поступили сведения о действиях там бандитов, хотя, учитывая то, что
мы теперь знаем, это, готов поспорить, был ложный сигнал, чтобы отвлечь их.
Я вжалась в сиденье.
— Значит, он совсем один, — прошептала я. — Сказки насчет
того, что телефон занят... Он уже знал об этом, прощаясь с нами. — Я
посмотрела на
стен
, лежавший у меня на коленях. — Он даже отдал мне
пулемет.
— Вы можете кого-нибудь вызвать? — спросил Дэн. — Должен быть
какой-нибудь вариант помощи. Как насчет других плантаций?
— Я позаботился об этом, — заявил Виктор. — Подмога уже в
пути. Вопрос в том, прибудет ли она вовремя.
— Дэн, выйди из джипа, — попросила я. Он посмотрел на меня
непонимающе.
— Выйди из джипа, я возвращаюсь.
— Рокси, не глупи! — воскликнул Дэн.
— Что это даст? Вы ничем не сумеете ему помочь, — присоединился к
нему Виктор.
— Я не знаю, что я смогу сделать, Дэн, но я должна вернуться. Он
боялся, что я увяну и зачахну, если останусь здесь, теперь я знаю, что
увяну, если покину его. Я нужна ему, а он нужен мне.
По сути, я разговаривала сама с собой, хотя обращалась к ним. Вот так
разрешились все мои сомнения. Я отбрасывала свою карьеру, запросто
перечеркивала свою прежнюю жизнь. У меня было на это право — право человека
изменить смысл своей жизни, когда он увидел перед собой более достойную
цель, чем прежняя.
— Разве ты не видишь, не понимаешь? — с мольбой в голосе
обратилась я к Дэну.
— Я не собираюсь жертвовать тобою. В диком отчаянии, сознавая, что
уходит время, я наставила на него
стен
.
— Ты меня не остановишь! Выходи из джипа! Дэн отвел взгляд от пулемета
и посмотрел мне в лицо. В его глазах не было страха. Спокойно он сказал:
— Рокси, это лишнее. Ты же знаешь, я всегда желал тебе счастья.
— Дэн, я люблю его!
— Я знаю — любишь, — сказал он и улыбнулся. Только Господь знает,
чего ему это стоило. — Так тому и быть. Возвращаемся все.
Подъехавший Джи Ди слышал наш спор и мое признание. Они с Виктором были
готовы согласиться с предложением Дэна, но я покачала головой:
— Нет. То, что ты предлагаешь, прекрасно, но это моя забота. Теб должен
подумать о семье, вам с Джи Ди необходимо возвращаться домой, а я обязана
остаться здесь с ним.
— Рокси, ты уверена, что хочешь этого?
— Да. Мне потребовалось много времени на размышления, но теперь я
уверена.
— Тогда поторопись.
Дэн выскользнул из-за руля и, когда я стала передвигаться на место водителя,
нырнул головой в салон джипа и быстро поцеловал меня.
— Удачи тебе, девочка.
— Спасибо, Дэн. За все.
— Кажется, мне самому не помешает немного удачи. Представляешь, что
скажут на студии, узнав, что ты превратилась в настоящую женщину-
тигра? — Его пальцы сильно сдавили мое плечо на прощание. — А
теперь жми во весь дух!
Я резко развернула автомобиль и оставила трех мужчин стоящими посреди
слякотной дороги. На мгновение мне стало грустно от мысли, что больше
никогда в жизни я не увижу своих друзей, но очень скоро грусть была
вытеснена другими чувствами. Страхом и опасениями, что могу опоздать, но
больше всего — чувством ликования. Я сделала выбор, и он был правильным.
Когда-то я раздражалась из-за быстрой езды, теперь скорость, с какой мчался
джип, была для меня недостаточной. Я до отказа вжимала педаль акселератора в
пол, штурмовала повороты с визгом шин, джунгли по обе стороны превратились в
сплошную размытую ленту. Спустя некоторое время, показавшееся мне вечностью,
я увидела знакомую табличку и стрелу, указывавшую в сторону моей цели. Я
съехала с мощеной дороги на проселочную, почти не снижая скорости,
одновременно развернув на коленях в удобное положение
стен
.
Впереди показалась ограда усадьбы. Ворота были закрыты. На первый взгляд не
происходило ничего подозрительного, но уже в следующее мгновение я увидела,
что на посту, защищенном мешками с песком, никого нет.
Было глупо останавливаться, чтобы открыть ворота, и я на полной скорости
направила автомобиль на слабую преграду. Раздался треск раскалываемой
древесины и скрежет разрываемой проволоки. На мгновение джип замер, но в
следующий момент он был уже на территории усадьбы, волоча за собой то, что
осталось от ворот. Не снижая скорости, я устремилась к бунгало.
Мое прибытие было слишком шумным, чтобы его можно было не заметить. Я
услышала выстрелы и уже затем увидела тех, кто стрелял. Бандиты выставили
охрану для прикрытия своего тыла. Двое с карабинами перекрыли дорогу и вели
беспорядочный огонь.
С этой живой преградой я разделалась так же, как с воротами. Они стояли на
моем пути слишком долго, и, когда наконец поняли, что я наеду на них, было
уже поздно. Одного из них ударом крыла подбросило в воздух, и он полетел,
как футбольный мяч, другого зацепило обломками ворот.
Но преодоление еще одной, третьей преграды оказалось для джипа непосильным.
Партизаны, предвидя возможную контратаку, свалили две гевеи и перекрыли
стволами дорогу. Я попыталась с ходу перескочить их, но джип, ткнувшись в
завал, дернулся и замер. Мотор заглох. Через щель в броне я увидела, что
почти достигла своей цели. Впереди было бунгало. В просветах между деревьями
мелькали силуэты людей. Они прятались за стволами деревьев и методично
обстреливали дом. Из осажденного дома велся ответный огонь.
В любом бою неожиданность — важный фактор. Мое появление настолько ошеломило
бандитов, что в первые мгновения они ничего не поняли. Они находились спиной
ко мне, являя собой незащищенные мишени. Я выскочила из замершего джипа и
открыла по ним огонь, водя своим
стеном
из стороны в сторону, как садовым
шлангом.
Попала ли я в кого-нибудь, не знаю. Во всяком случае, среди бандитов
поднялась паника, когда они поняли, что их атакуют с тыла. Они перестали
стрелять и побежали в стороны от аллеи. Я побежала тоже. Стреляя на бегу, я
мчалась к бунгало.
На полпути пулеметный диск иссяк, и сердце у меня ушло в пятки. Бандиты уже
оправились от испуга, и я была у них под прицелом. Но если за моей спиной
были враги, то передо мной были друзья. Из окон бунгало открыли интенсивный
прикрывающий огонь. С трудом преодолев ступеньки веранды, я скорее
ввалилась, чем вбежала в гостиную.
В моей голове вертелась великая драматическая идея пропеть при появлении
Роксана Пауэлл прибыла!
, но, когда пришло время сделать это, я так
запыхалась, что не смогла вымолвить ни слова. На четвереньках я пробралась к
одному из больших окон, возле которого, припав плечом к
бревну
, Керк вел
огонь с колена. Не отрывая глаз от окна, он мягко спросил:
— Глупышка, зачем ты вернулась? Все еще задыхаясь, я подняла
стен
:
— Чтобы вернуть его.
— Мне не хотелось втягивать тебя в эту переделку.
Наша встреча вышла не такой сердечной, как я мечтала. Он не мог взглянуть на
меня, а мне приходилось кричать, чтобы он услышал. К тому же мы были не
одни: у других окон пристроились Че Муда и трое вооруженных туземцев. Но
меня это не смущало. Я хотела, чтобы меня слышал весь мир.
— Я должна была вернуться. Мое место здесь, и мы оба знаем это. Мы
любим друг друга и должны быть вместе.
Керк кивнул на
стен
в моих руках:
— К нему есть несколько рожков, мой пулемет почти пуст.
Я взяла рожки и вернулась к нему.
— Вот видишь, я тебе нужна. И не только как мечта, дорогой, а как жена.
На каждый день твоей жизни. Я буду заряжать твой пулемет, рожать детей,
делать все, пока мы вместе, пусть это продлится всего минуту.
Мы поменялись с ним пулеметами, и он продолжил стрельбу. Потом я подтащила
ящик с боеприпасами.
— Это еще не вершина для нас с тобой! — кричала я во всю
мочь. — У нас их будет много, но мы не сможем жить и без равнин.
Рука Керка пошарила в поисках моей, и, хотя он все еще не мог посмотреть на
меня, в ее крепком пожатии я нашла для себя ответ. Теперь нас ничто не
разлучит. Наши миры слились воедино, и даже смерть не сможет разъединить их.
Наконец я столкнулась лицом к лицу со своим собственным чрезвычайным
положением и одержала победу.
Удобно устроившись на полу рядом со своим мужчиной, я твердо произнесла:
— Стреляй по ним метко, дорогой.
— Заряжай, — со спокойной уверенностью откликнулся Керк. — Им
нас не взять. Мы уже победили.
Закладка в соц.сетях
