Жанр: Любовные романы
Бесстрашная
...ля отца? И захватите с собой Алицию. Я
уверена, что ей хочется побольше узнать о вашем доме.
Когда они ушли, Шарлотта снова переключила внимание на Патрика. Он прочел беспокойство в ее глазах.
— Ты не должен забывать о себе. Илке это очень огорчило бы.
Патрик глубоко вздохнул:
— Я не представлял себе жизни без нее. Шарлотта взяла его за руку:
— Я знаю. Со мной было то же самое, когда Найджел умер. Но мы должны
жить ради своих детей.
— Как ты выстояла? — спросил Патрик.
— Не сразу. Я и не смогла бы с этим справиться, если бы у меня не было
Алиции, а я должна думать о ней.
— У меня с сыном совсем иначе. Улисс живет собственной жизнью. Он во
мне не нуждается.
— Возможно. Но зато ты обязан думать о ранчо. Ты должен вернуться к
работе, мой дорогой.
— Я говорил это себе сотни раз. Но мысль о том, что, проработав весь
день, я должен буду вернуться в пустой дом... — Его голос задрожал. В
глазах Шарлотты он прочел сочувствие и понимание.
— Знаю, мой дорогой. Я возненавидела Гленхэйвен-Холл. Каждый раз, когда
поворачивала за угол, я опасалась, что увижу Найджела. И это было выше моих
сил. Потому-то я и уехала. — Лицо Шарлотты просветлело. — А
знаешь, есть прекрасная возможность решить наши столь похожие проблемы
сообща. У меня пока что нет желания возвращаться домой, а этот дом,
несомненно, нуждается в заботе женщины, чтобы пробудить его к жизни. Если бы
я осталась, мы могли бы помочь друг другу пережить самое тяжелое время.
Патрик вздохнул. Хотя их брак был не просто испытанием, а несчастьем, они
расстались по-дружески. Но сейчас он не был уверен, что хочет, чтобы кто-
нибудь взял на себя обязанности Илке.
— Пожалуйста, не думай, что я пытаюсь занять место Илке. Это не входит
в мои намерения. И все же мы оба знаем, что много лет назад я причинила тебе
серьезные неприятности. Поэтому я хотела бы воспользоваться возможностью
загладить свою вину.
— Ты очень откровенна.
— Я слишком стара и слишком устала, чтобы говорить одно, а думать
другое.
Она совсем не была похожа на женщину, которую он помнил. Прежняя Шарлотта
любила словесные игры. К тому же она не могла приготовить даже чай. Та
Шарлотта не знала, как вскипятить воду. Прежняя Шарлотта никогда не сделала
бы такого бескорыстного предложения.
— Я ценю твою доброту, но не могу ею воспользоваться.
— Ты оказал бы мне огромную услугу, и Алиции тоже. Она страстно желала
посмотреть американский Запад. Мне бы не хотелось ее разочаровать.
— Неужели это говорит Шарлотта Деверо, первая красавица Пэтчеза?
Неужели это ее голос я слышу? Я-то думал, ты ненавидишь домашнее хозяйство.
Ее улыбка стала шире, при этом на щеках обозначились восхитительные ямочки,
о существовании которых он почти забыл.
— Я вовсе и не собираюсь сама заниматься уборкой и мыть полы. И все же
я знаю, как вести хозяйство в большом поместье. Гленхэйвен-Холл... О, да там
больше ста комнат! — Она снова взяла его за руку. — Пожалуйста,
Патрик. Мне надо чем-то занять себя.
На минуту Патрик вспомнил, с какой легкостью она им когда-то вертела. Но он
отогнал эту мысль.
— Я буду счастлив, если ты тут поживешь.
— О чем у вас тут речь? — спросила Алиция, входя с Улиссом в
гостиную.
— Ваша матушка согласилась пожить здесь и привести этот дом в
порядок. — Патрик не обратил внимания на мгновенно мелькнувшее на лице
Улисса недовольство.
Алиция в восторге захлопала в ладоши: — Я буду счастлива. По правде говоря,
мистер Прайд, ваше ранчо просто очаровало меня. Я горю желанием узнать
побольше о нем и о вас.
Велвет сидела за столом, когда в кухню вошла Райна.
— Мама, — сказал она, — фамилия Готорн что-нибудь говорит
тебе?
Велвет была так изумлена, что чуть не уронила тарелку.
— Ты сказала — Готорн?
— Так, значит, ты слышала эту фамилию раньше?
— Она принадлежит одной красивой даме... Райна пожала плечами:
— Думаю, можно назвать ее красивой, если тебе нравится такой тип.
— И при ней был красивый светловолосый джентльмен?
— Этого я не заметила. С ней был Улисс.
Велвет не могла не заметить горечи в голосе дочери и боли в ее глазах.
— Он сказал тебе что-нибудь неприятное?
— Нет. Он просто представил меня Алиции Готорн.
— Алиции? Даму, которую я знала, звали Шарлотта.
— Ну а эту зовут Алиция. Не могу сказать, что она произвела на меня
сильное впечатление. У нее очень странный акцент, и на ней самая
замысловатая сбруя, какую я когда-нибудь видела.
Странный акцент? Модная одежда? Велвет размышляла. Она слышала, что у Шарлотты и Найджела была дочь.
— Должно быть, это дочь Шарлотты Готорн. А что она делает на ранчо
Прайда?
— Ты хочешь сказать, кроме того, что строит глазки Улиссу?
Велвет не отозвалась на замечание Райны.
— Должно быть, графиня приехала к Прайдам погостить. Если только я что-
нибудь понимаю. У нее всегда было больше дерзости, чем...
— Какая графиня?
— О, это долгая и печальная история, солнышко.
— Похоже, что ты недолюбливаешь эту графиню.
— По правде говоря, она мне очень нравилась. И я была бы счастлива
снова ее увидеть. Но она живет по собственным правилам.
Райна смотрела на мать с нескрываемым любопытством.
— Ты никогда не говорила мне, что знала графиню. Велвет сжала губы.
Было столько всего, о чем она не рассказывала дочери!
— Почему графиня
как-ее-там
приехала к Прайдам? Они были друзьями?
— Не совсем так.
Велвет указала Райне на стул и уселась сама.
— Думаю, пора тебе узнать о прошлом Прайдов. Помнишь тот день в
булочной, когда мальчишки наговорили вам столько ужасных вещей?
— Какое отношение это имеет к графине?
— Самое прямое. Она причина того, что Улисс незаконнорожденный.
Глаза Райны расширились от изумления.
— Я знаю, что родители Улисса не были женаты, когда он родился. Но не
понимаю, как это может быть связано с какой-то английской леди.
— Она была первой женой Патрика.
— Что?
Райна так резко вскочила на ноги, что опрокинула стул. Теперь она стояла
перед матерью в воинственной позе — руки на бедрах, щеки горят, глаза
сверкают — и смотрела на Велвет сверху вниз.
— Я никогда не забывала об этом дне. Я пришла домой и спрашивала тебя,
что означают слова
шлюха
и
ублюдок
. Ты сказала мне, что
шлюха
— это
женщина, которая продает свою любовь несчастным одиноким мужчинам, чтобы
сделать их немного счастливее, а
ублюдок
— человек, родители которого не
были женаты. Ты даже сказала мне, что была шлюхой, но перестала ею быть
задолго до того, как вышла замуж за папу. Если ты сказала мне это, то почему
не сказала остального?
Велвет нужно было время, чтобы собраться с мыслями. Она поставила на место
опрокинутый Райной стул и посмотрела дочери прямо в глаза:
— Чтобы быть полностью откровенной, скажу тебе, что у шлюх в обычае
иметь тайны. И у меня они, конечно, были. Я могла бы взорвать весь
Фредериксберг, если бы рассказала так называемым порядочным женщинам кое-что
об их мужьях и сыновьях. Но если я хранила чужие секреты, то, уж конечно, не
могла не сделать этого для людей, которые были мне дороги.
— Значит ли это, что Алиция — дочь Патрика? Велвет постаралась собрать
все силы и не заметить, что в глазах ее дочери блеснула надежда.
— Нет, солнышко, ее отец Найджел Готорн, граф Гленхэйвен.
— Значит, она и в самом деле леди! Я подумала, что Улисс назвал ее так,
чтобы уязвить меня и показать, что я могу быть чем угодно, но только не...
Райна прекратила ходить по комнате и снова села:
— Так ты и графа знала?
— Да. И твой отец тоже. Они были очень привязаны друг к другу. Твой
отец однажды спас жизнь Найджелу. Граф приехал в Техас поохотиться. Он
выслеживал кугуара и очень серьезно повредил ногу. Твой отец перевязал ее
лучше любого доктора. А Патрик принес его на руках на ранчо, где Илке его
выходила.
— Я что-то не понимаю. Если Илке и Патрик были женаты, то при чем тут
Шарлотта?
— Илке и Патрик не были в то время женаты. Шарлотта была женой Патрика,
а Илке была их экономкой.
— Но Илке рассказывала мне, как она влюбилась в Патрика, когда была еще
девчонкой. Почему же они тогда не поженились?
— Ты знаешь, что Илке осиротела еще до того, как приехала в Техас? Отто
Зонншайн взял ее к себе и дал работу в булочной. Он женился на ней, когда ей
было семнадцать. После этого Илке встретила Патрика, и, да благословит их
Господь, это была любовь с первого взгляда.
— Но Отто умер. Он похоронен здесь, на земле Прайдов. Почему же Патрик
не женился тогда на Илке?
— Он не знал о смерти Отто. Он уехал в Нэтчез навестить родных. Там он
встретил Шарлотту. Патрику хотелось обзавестись семьей, а Шарлотта была в то
время самой хорошенькой девушкой на свете. Когда он привез ее к себе на
ранчо, то узнал, что Илке овдовела. — От этого воспоминания у Велвет
мороз пошел по коже, и она содрогнулась. — Все они оказались в очень
сложной ситуации. Когда Шарлотта влюбилась в графа и бежала с ним в Англию,
это было облегчением для всех.
— Скажи это Улиссу, — заметила Райна с горечью.
Велвет вздохнула:
— Когда Шарлотта и Патрик развелись, Улиссу было два года. Он,
вероятно, не помнит, но именно тогда Илке и Патрик поженились. Скандал был
ужасный. То, что я была на их стороне, делу не помогло.
— Когда же Улисс узнал правду о своих родителях?
— Они рассказали ему все после того случая в булочной.
— Тебе давно следовало бы мне рассказать обо всем, — заметила
Райна.
— К тому времени, когда ты стала достаточно взрослой, о скандале все
уже позабыли. Я думала, что лучше не будить
спящую собаку
.
— Но это бы изменило наши отношения с Улиссом! — выкрикнула Райна.
Велвет страстно хотелось прижать дочь к себе, утешить ее, изгнать выражение
боли из ее глаз. Но она всегда была практичной женщиной. Чем скорее Райна
узнает всю правду об Улиссе, тем лучше для всех.
— У Улисса с тобой всегда будут связаны самые мучительные, самые
болезненные воспоминания. Он простил своих родителей, но не думаю, что он
понял их. Если Улисс кого-нибудь полюбит, он никогда не позволит себе
вступить с женщиной в такие отношения, какие были у его отца с матерью.
Люди, подобные Улиссу, не женятся по любви. Они женятся на тех, кто может
способствовать их карьере, увеличению банковского счета или упрочению
положения в обществе.
И они не женятся на дочерях шлюх
, — добавила Велвет про себя.
Глава 6
Время, казалось, отступило, когда Шарлотта вошла в знакомую спальню и
оглядела ее, отмечая все детали: кровать с балдахином на четырех столбах,
туалетный столик с мраморным верхом, большой платяной шкаф. Здесь Найджел
выздоравливал после своей травмы, и именно здесь срасталась его
раздробленная нога. Они занимались любовью на этой самой постели.
— Найджел, — прошептала она, будто то, что она произнесла его имя,
могло чудесным образом превратиться в заклинание и вернуть его.
Она не скучала по тому Найджелу, каким он стал впоследствии, но она
тосковала по тому, каким он был до своего увечья.
Шарлотта испытывала томительное желание свернуться калачиком под одеялом и
спрятать голову, как имела обыкновение делать, когда была еще избалованным и
любимым отпрыском семьи Деверо.
Но скрыться от прошлого невозможно. Патрик спросил ее, как она ухитрилась
выжить и продолжать существовать. Правда заключалась в том, что у нее не
было выбора. Найджел был на грани банкротства, предоставив ей справляться с
результатами крушения, которое он потерпел: горами векселей, заложенным и
перезаложенным имением и горькими воспоминаниями.
Когда двадцать семь лет назад Найджел привез ее в Англию, его состояние было
огромным, и она не представляла, что кому-нибудь будет под силу истратить
его целиком. Найджел поощрял ее склонность красиво и модно одеваться и
страсть к пышным приемам. В течение трех волшебных лет они были самой модной
парой в Англии, знакомства с которой искали многие.
Он осыпал Шарлотту дорогими подарками: подарил ей позолоченный экипаж,
который мог соперничать в роскоши с выездом королевы, скаковых лошадей,
породистых собак, фантастические меха и драгоценности. Даже теперь она не
могла удержаться от улыбки при воспоминании об алмазе, который он купил ей
во время поездки в Индию, чтобы она носила его на пупке, а также о тех
эротических забавах, которые он придумывал с использованием этого
экзотического подарка. Но улыбка Шарлотты истаяла при воспоминании о том,
как ей пришлось продать этот алмаз несколько месяцев назад. За счет этого
удалось оплатить проезд в Америку в первом классе.
Боже мой, куда девались все эти деньги?
Она устала от головокружительной светской жизни уже много лет назад — от
этих безумных развлекательных поездок во все страны света, во все уголки
земли, от неустанных поисков все новых и новых щекочущих нервы впечатлений.
После рождения Алиции она попросила Найджела осесть в Гленхэйвен-Холле и
зажить семейной жизнью.
— Мы еще слишком молоды, чтобы проводить жизнь в деревне, —
возразил он с сардонической улыбкой и затем доказал правоту своей мысли в
постели.
Когда вторая беременность Шарлотты окончилась выкидышем во время путешествия
в Россию, и она не могла простить ему это. Со временем небольшие размолвки
перешли в стадию затяжных военных действий. Руки Шарлотты и теперь сжимались
в кулаки, лишь только она вспоминала тот вечер, когда их так называемый друг
сообщил ей, что Найджел обзавелся любовницей.
— Это твоя вина, — заявил он, когда она обратилась к нему за
разъяснениями. — Если бы ты не решила похоронить себя в Гленхэйвене,
вместо того чтобы остаться в городе со мной, мне не пришлось бы обращаться
за утешением к другой женщине.
Когда он начал играть, виноватой тоже оказалась Шарлотта.
— Мне скучно, — сказал он. — Ты утомляешь меня своими
постоянными жалобами. Мне нужны возбуждающие средства. Ты это знала, когда
выходила за меня замуж. Ну неужели я не могу позволить себе поиграть?
— Меня не волнуют деньги, Найджел. Я беспокоюсь об Алиции. Ей нужен
отец. Ей нужен ты.
Как она заблуждалась! Ей следовало побеспокоиться о деньгах. Мороз пробежал
у нее по коже, когда Шарлотта вспомнила свою последнюю встречу с поверенным
Найджела.
— Если вы не найдете нового источника капитала, чтобы заплатить
кредиторам своего мужа, вы потеряете все, — заявил он.
— Все? — спросила она, задыхаясь от волнения и еще не вполне
понимая.
— Все, миледи. Ваш лондонский дом, Гленхэйвен-Холл и все земли,
принадлежащие этому поместью, не говоря уже о добром имени Готорнов.
В глазах этого человека Шарлотта не увидела сочувствия. Ей даже показалось,
что ему доставляла какое-то извращенное удовольствие мысль о нависшей над
ней угрозе. Но ведь он никогда и не скрывал, что не одобряет женитьбы
Найджела на разведенной американке.
— Вы же знаете, что у меня нет собственных денег. Презрение в его
глазах вызвало у нее озноб.
— Но у вашей семьи деньги есть. Естественно, она не рассказала ему, что
состояние ее семьи не пережило Гражданской войны и что се семья пребывала в
состоянии благородной бедности. Она знала только одного человека с
состоянием, в котором нуждалась, и у этого человека был весьма достойный
сын.
После того как она покинула контору стряпчего, в ее мозгу тотчас же
зародился план. Другие английские семьи ухитрялись сохранить свои поместья,
устраивая браки своих титулованных сыновей с богатыми американскими
наследницами. Если это удавалось им, удастся и ей.
Неужели найдется мужчина, способный устоять против такой красивой девушки,
как Алиция? Особенно если ее мать будет дергать за веревочки?
Шарлотта зажмурилась, стараясь отгородиться от ненавистных воспоминаний. Она
приехала в Техас ради дочери, и в этом не было ничего дурного.
В последних письмах Илке упоминала о своем желании иметь внуков, а также
выражала беспокойство по поводу того, что пока ни одна женщина не была
удостоена серьезного внимания со стороны Улисса, требования которого
оказались непомерно высоки. Если бы Илке была жива, она пришла бы в восторг
от плана Шарлотты.
Шарлотта вздохнула и, пожав плечами, направилась к устрашающей груде багажа,
сваленного Улиссом посреди комнаты. По мнению Шарлотты, самыми горькими
словами в английском языке были
если
и
должно быть
. Она решила
предпринять единственный доступный для нее шаг. Дальнейшее она оставляла на
усмотрение Создателя.
Открыв первый из сундуков, она услышала голос Алиции:
— Можно войти, мама?
— Конечно, дорогая.
Алиция впорхнула в комнату: она все еще не сменила своего элегантного серого
дорожного костюма.
— Я думала, что ты уже все распаковала, — сказала Алиция.
— Я отложила это на время.
Алиция бросила на мать встревоженный взгляд:
— Ты уверена, что при сложившихся обстоятельствах нам прилично здесь
оставаться?
— Едва ли я вправе покинуть бедного Патрика сейчас, после того как
обещала помочь ему.
— Мне бы не хотелось, чтобы ты брала на себя слишком многое. У меня
такое ощущение, что ты что-то утаиваешь от меня. — Алиция открыла
чемодан, вынула из него платье и повесила в шкаф. — Ты мне не скажешь,
что тебя угнетает, мама? Я ведь уже не маленькая девочка. Мне двадцать два
года.
— Я ничего от тебя не скрываю, дорогая. Если я не похожа на себя, это
только потому, что мне выпало многое пережить в последнее время. Но у меня
такое чувство, что жизнь здесь, на ранчо, пойдет на пользу нам обеим. Вот
увидишь, моя радость, все устроится наилучшим образом. А теперь почему бы
тебе не лечь спать и не предоставить мне позаботиться о наших вещах?
Она поцеловала Алицию в щеку, подтолкнула к двери и постояла, глядя ей
вслед. В будущем ей предстоит проявлять большую осторожность в разговорах с
дочерью.
Дочь никогда не должна была даже заподозрить, зачем Шарлотта привезла ее
сюда.
Алиция быстро разделась, взяла свой дневник со столика у кровати, подкрутила
фитиль керосиновой лампы, чтобы та горела поярче, и села на край постели.
Она слышала шаги матери в соседней комнате.
Что подразумевала мать под словами
все устроится наилучшим образом
?
Мысль о том, что Шарлотте одной приходится решать неизвестную Алиции задачу,
вызывала у нее ощущение беспомощности. Как могла она предаваться своим
грезам, когда заботы преследовали ее мать по пятам и не давали ей покоя?
Но все же, отбросив тревоги, Алиция взяла переплетенную в кожу толстую
тетрадь, лежавшую на ночном столике, пожевала кончик пера и принялась писать
своим плавным красивым почерком.
Мама и я приехали на ранчо Гордость Прайда
в конце дня. В дом нас впустил
Улисс Прайд и рассказал о смерти Илке. Мама была явно потрясена этим
известием
.
Покусав тубу, Алиция перечитала написанное. Боже! Это ужасно! Она вырвала
страницу и скомкала ее.
Вдохновленная сестрами Бронте и Мэри Шелли, Алиция пять лет назад начала
вести дневник. Ее жизнь была немыслимо скучной в те дни, а записи и того
скучнее. Но она продолжала кропать свои заметки с невероятным упорством, и
бывали моменты, когда она чувствовала себя почти удовлетворенной своими
усилиями.
Открыв дневник, она сделала еще одну попытку:
Наши сердца полнились счастливыми надеждами, когда мама и я приближались к
ранчо. Мы добрались до него после полудня, ближе к вечеру. В убывающем свете
дня особняк, выстроенный из известняка, блестел, словно золотой, но, как
показали дальнейшие события, это был обманчивый блеск.
Окна таращили свои пустые холодные глаза, будто наше вторжение их
разгневало. Ветер жутко завывал, пока мы выходили из своего экипажа. Над
нашими головами парил ворон, как вестник рока
.
Она вычеркнула слово
ворон
, ведь Эдгар По уже написал о вороне все, что
следовало написать. Поэтому Алиция заменила его словом
ворона
и перечитала
последнюю фразу.
Ворона
тоже не годится, решила она, покачав головой. Это слово не
создавало настроения, которое Алиция пыталась передать. Она вычеркнула его и
заменила словом
стервятник
. Это больше подходит, решила Алиция и
продолжила свое занятие.
У меня возникло побуждение спросить шепотом: куда же все подевались? Но
кругом не было никого, кто мог бы дать ответ.
— Не знаю, — ответила мне мать.
Заметив траурный венок на двери, мать сжала мою руку:
— Что за ужасная трагедия свершилась в этом доме? Как бы отвечая на ее
вопрос, дверь отворилась и на крыльцо вышел красивый молодой человек с
льняными волосами и синими глазами.
— Вы приехали не в добрый час, — сказал он замогильным
голосом. — Скончалась Илке.
Услышав эти ужасные слова, моя мать закричала, словно увидела перед собой
нечто жуткое.
— Что же нам делать?
— Не бойся, — воскликнула я. — Я о тебе позабочусь
.
В то время как перо Алиции стремительно летало по бумаге, губы ее находились
в постоянном движении. Она любила попробовать слово на вкус, проверить, как
оно звучит, прежде чем доверить его бумаге. Девушка улыбалась, хмурилась,
поднимала то одну бровь, то другую, гримасничала, склоняла голову и пожимала
плечами, охваченная приступом молчаливого красноречия, бессознательно
выражая мимикой и жестами описываемую сцену. Если бы в комнате оказался
свидетель, он был бы изумлен игрой ее подвижного лица.
Она исписала две страницы, потом на минуту остановилась. Вычеркнутые слова,
казалось, упрекали ее. Как-нибудь в ближайшем будущем она купит пишущую
машинку, и тогда исправлять ошибки будет легче.
Но прежде придется придумать правдоподобное объяснение, зачем ей нужна
машинка. Алиция не хотела, чтобы мать узнала о дневнике, пока на руках у нее
не будет контракта на книгу.
Сжав губы, Алиция размышляла о том, как закончить отрывок наиболее
драматическим образом. И когда наконец идея пришла к ней, она улыбнулась.
Среди мрачных теней печального дома хранились тайны — эти тайны были
заключены в сердцах и умах обоих мужчин, обитавших здесь. Но мне не будет
покоя, пока я не распутаю их все
.
Она прекратила писать и захлопнула дневник. Конечно, когда они приехали, не
было никакого ветра, но то, как она описала события, производило гораздо
большее и лучшее впечатление. Кроме того, автор имеет право на некоторую
свободу творчества.
Все еще улыбаясь, Алиция погасила свет и свернулась калачиком под одеялами.
Несмотря на то, что мать вызывала у нее беспокойство, теперь она чувствовала
себя лучше.
Алиция опасалась, что ее ограниченная определенными рамками жизнь никогда не
даст ей необходимого опыта, чтобы стать писательницей. Хотя Алиция и
тосковала по отцу, его смерть дала ей свободу. Она оказалась здесь, на диком
американском Западе.
С тех пор как они приехали в Техас, ей удалось увидеть первого в своей жизни
индейца, не говоря уж о настоящих ковбоях. Длиннорогие коровы, койоты и даже
кактусы — все здесь было. Конечно, героиней воображаемых романов всегда
оставалась она, героем же был зрелый мужчина, смеющийся, но таящий в себе
намек на усталость от мира, — и она читала это на его лице.
Впервые со дня смерти Илке Патрик спал всю ночь. Он проснулся и ощутил
восхитительный аромат кофе, а снизу до него доносился звук женских голосов.
С минуту он позволил себе понежиться, наслаждаясь ощущением полноты жизни,
столь обычным для мужчины, который знает, что есть женщина, готовая
позаботиться о его насущных потребностях.
Потом он вспомнил, что этой женщиной была Шарлотта, и эйфория улетучилась.
Должен ли он просить ее остаться? Господь свидетель, что между ними не было
ничего общего, когда они были женаты. Хотя теперь скорбь объединяла их
сильнее, чем когда-то брачные клятвы. Горе любит компанию, подумал он,
спуская ноги с постели.
Через неделю-другую Шарлотте надоест уединенная жизнь на ранчо. Когда
приблизится Рождество, она будет уже мечтать об огнях большого города. А до
тех пор он постарается быть приветливым, чтобы она чувствовала себя желанной
гостьей.
Он быстро оделся, затем сбрил бороду и у
...Закладка в соц.сетях
