Жанр: Любовные романы
Очарованная
... закончило свое действие, и он уже не стоял на
кладбище в холоде. По крайней мере, оно должно было. Где он сейчас? И
насколько злой? Почувствовал ли он, что моя любовь к нему умерла, так как я
это чувствую?
По этому поводу Скай спросила меня:
- Как ты себя чувствуешь?
- Пустой, — уныло сказала я, и она рассмеялась.
- Позже ты будешь этому рада, — ответила она. — Поверь мне.
Я видела людей, что делали брач не очистив организм и без голодания, и они
искренне сожалели об этом.
Я втянула носом воздух:
- Что это?
- Лазанья, — призналась Скай. — Уже почти семь.
- О, Иисус, — застонала я, чувствуя себя пустой, голодной и
истощенной.
- Возьми, — живо сказала Скай, протягивая мне сверток выцветшего
зеленого полотна. — Это тебе. Я приготовила тебе наверху ванную и
положила туда некоторые очистительные травы и масла и еще что-то. Ты будешь
чувствовать себя лучше, когда хорошо вымокнешь. После оденешь это на себя,
на голое тело. На тебе не должно быть ничего: ни нижнего белья, ни
драгоценностей, ни лака на ногтях, даже ничего в волосах. Хорошо?
Я кивнула и направилась по сходам наверх. В ванной на втором этаже был
Хантер, вешающий жесткое, неотбеленное полотенце. Я уже принимала раньше
ванну в его доме, но сейчас это было как-то странно лично — особенно
так скоро после того, как мы с ним целовались на его кровати. Я
почувствовала, что краснею, и он посмотрел на меня нечитабельным взглядом и
покинул комнату, закрыв за собой дверь.
Ванная выглядела красиво, очень романтично, с выключенным светом и горящими
повсюду свечами. Над водой в плоскодонной ванне поднимался пар, а в самой
воде, наполненной розмарином и эвкалиптом, плавали лепестки фиалок. Я
выбралась со своей одежды и блаженно опустилась в горячую воду. Я не знаю,
как долго лежала там, с закрытыми глазами, вдыхая ароматный пар и чувствуя,
как уходит напряжение. На дне ванной было довольно-таки много рассыпанных
кристаллов соли, и я протерла ею кожу, зная, что это поможет мне очистится и
рассеет негативную энергию.
Я почувствовала, как приближалась Скай, и вскоре она постучала в дверь и
сказала:
- Тебе осталось десять минут. Элис скоро будет здесь.
Я быстро схватила домашнее мыло и мочалку и вымыла себя. Потом я помыла свою
голову. Я включила воду и ополоснулась, после чего сильно вытерлась жестким
полотенцем, пока не была полностью сухой. Я чувствовала себя божественно:
вымытой, светлой, чистой, почти неземной. Ужасные события прошедшего дня
отступили, и я чувствовала, что готова ко всему, как будто я могла
передвинуть все звезды на небе всего одним лишь махом руки.
Я распутала свои длинные, влажные волосы деревянной расческой, которую
нашла, и надела зеленую мантию. Наконец я босиком спустилась вниз и
обнаружила, что Элис, Скай и Хантер ждут меня в комнате кругов. Я неуверенно
остановилась в дверном проходе, и моей первой мыслью было то, что Хантер
знает, что под мантией я обнажена. Но его лицо не выдавало этого, и Элис
направилась ко мне с протянутыми руками, и мы обнялись. Она была одета в бледно-
лиловую мантию, очень похожую на мою, ее седые волосы единожды были
распущены и ниспадали к середине ее спины. Она была похожа на сирену, и я
была так признательна ей за то, что она делала.
Оба, и Хантер, и Скай, подошли, чтобы обнять нас, и я очень остро осознала,
что чувствовала, когда его худое тело прижалось к моему. Я заметила, что он
уже начал рисовать на полу круги силы. Их было три: одно белое, нарисованное
мелом, еще одно сделанное с соли, и еще одно внутреннее, с какого-то
золотого порошка, который пах пряностью, похожего на шафран. Внешний круг
окружали тринадцать белых свечей в форме столба; я и Элис прошли через
открытия в кругах. Мы сели на пол по-турецки, лицом к лицу, улыбаясь в глаза
друг другу, в то время как Хантер закрыл круг и пропел заклинания защиты.
- Морган из Китика и Элис из Старлокета, соглашаетесь ли вы в полном
уме и памяти, с собственного желания, провести здесь, сегодня ночью тат-
меанма брач? — формально спросила Скай.
- Да, — ответила я, и внутри меня появилась нервозность. Была ли
я правда готова? Могла я принять знание Элис? Или все закончится тем, что я
ослепну, как та ведьма, о которой рассказывал Хантер?
- Да, — ответила Элис.
- Тогда начнем, — объявил Хантер. Он и Скай отодвинулись от
кругов и сели рядом с дальними стенами, прислонившись к подушкам.
У меня сложилось впечатление, что они были наблюдателями, которые запрыгнут
в круг и помогут нам, если что-то пойдет не так.
Элис протянула руки и положила их на мои плечи, и я сделала то же. Мы, с все
еще открытыми глазами, наклонили головы до тех пор, пока наши лбы не
соприкоснулись. Ее плечи под моими руками были теплыми, гладкими и
округлыми; мои же наверняка были костистыми и грубыми.
Потом, к моему собственному изумлению, она начала петь мое личное заклинание
силы, то, о котором я узнала несколько недель назад.
- Ан ди аллай ан ди ай
Ан ди аллай ан ди не уллах
Ан ди уллах би нит рах
Кайр ди на уллах нит рах
Кайр фил ти тео нит рах
Ан ди аллай ан ди ай.
Мой голос присоединился к ее, и мы пели вместе, древние ритмы струились в
нашей крови подобно сердцебиению. Когда мы пели, мое сердце поднялось, и я
увидела на лице Элис радость, которая сделала ее красивой, ее фиолетово-
голубые глаза были полны мудрости и комфорта. Мы пели, две женщины,
соединенные силой, Викка, радостью и доверием. И помалу, мягко, я начала
осознавать, что барьеры между нашими умами стали распадаться.
Следующее, что я узнала, это то, что мои глаза были закрыты — или если
они не закрыты, я больше не видела ничего вокруг себя, больше не сознавала,
где нахожусь. На мгновение я запаниковала, что стала слепой, но позже я
потеряла себя в удивлении. Я и Элис блуждали, соединенные, в каком-то нижнем
пространстве, где мы могли одновременно видеть все и... ничего. В моем уме
Элис протянула руки и, улыбаясь, сказала:
Иди сюда
.
Мои мускулы напряглись, когда мне показалось, что что-то тянет меня в
наэлектризованный туннель, но Элис сказала:
Расслабься, впусти это
—
и я попыталась выпустить каждую частицу сопротивления, что имела. И потом...
потом я была внутри разума Элис: я была Элис, и она была мной, и мы были
объединенные. Я резко вдохнула, когда все новые волны знания неслись и
неслись ко мне, накатывались, достигали максимума и окружали мой мозг.
- Впусти это, — пробормотала Элис, и я поняла, что снова
напряглась, и опять попыталась выпустить напряжение и страх и открыть себя,
чтобы получить то, что она давала мне. Целая куча символов, букв и знаков
нахлынули на меня, сотни напевов и древних алфавитов, выученных книг.
Растения и кристаллы, камни и металлы, их свойства. Я услышала высокий
хныкающий звук, и удивилась тому, что его издала я. Я знала, что мне было
больно: мне казалось, что я надела шлем с металлическими шипами, которые
медленно входили в мой череп. Но сильнее чем боль была моя радость от
красоты вокруг меня.
О, о
, — думала я, не в состоянии сложить слова. Навстречу мне,
сквозь темноту, кружились цветы, цветы и деревянные ветки, горькие запахи
дыма, и внезапно все это стало слишком насыщенным, у меня в горле повысилась
желчь, и я была рада, что не могу ничего выблевать.
Я увидела молодую, темноволосую Элис, одетую в венок из лавровых листьев,
еще подростком танцующую вокруг майского дерева*. Я видела ее стыд за
неудавшиеся заклятия, неправильные напевы, панику, лишавшую ее дара речи
перед строгим упреком преподавателя. Я чувствовала пламя желание,
облизывающее ее кожу, но столь желанный для нее мужчина исчез раньше, чем я
смогла понять, кто это, но что-то во мне знало, он умер, и Элис была с ним в
тот момент.
Мимо меня прошел кот, пестрый кот, которого она глубоко любила, который
утешил ее печаль и успокоил ее страх. Ее глубокая привязанность к Дэвиду
Рэдстоуну, ее боль и неверие в его предательство прошли через меня подобно
урагану, заставив меня задыхаться. Потом было еще больше заклинаний, больше
знания, все больше и больше страниц выученных книг: заклинания защиты,
охраны зла, иллюзии, силы. Заклинания бодрствования, для лечения, для помощи
в учебе, для помощи при рождении ребенка, для успокоения боли, печали, для
тех, у кого кто-то умер.
И запахи: меня мутило от окружавших меня везде ароматов, что заставляло меня
закрывать рот и потом глубоко вдыхать дразнящие запахи цветов и ладана. Там
были запахи дыма и сожженной плоти, плохие масла; пища, предлагаемая Богине,
пища, разделяемая между друзьями, еда, использующаяся в ритуалах. Там был
сильный и резкий металлический запах медно-красной крови, который заставил
мой живот пылать, ужасный запах болезни, неизлеченной плоти, гнили, и я
задыхалась, желая убежать.
- Впусти это, — прошептала Элис, ее голос надломился.
Я хотела что-то сказать, сказать, что это слишком много, попросить
замедлить, дать мне немного времени, сказать, что я тону, но из моего рота
не вышло ни одного услышанного мною слова, и потом еще больше знания Элис
нахлынуло на меня, понеслось ко мне. Ее глубокое собственное знание заливало
меня подобно теплой реке, и я разрешила себе войти в нее, в силу, которая
сама по себе складывает магию, в силу женственности, творения. Я чувствовала
глубокие связи Элис с землей, с лунными циклами. Я увидела, насколько сильны
женщины, как много они могут вынести и как могут привлекать глубокую силу
земли.
Я почувствовала улыбку на своем лице, мои глаза были все еще закрыты, во мне
поднималась радость. Элис была мной, а я была ею, и мы были вместе. Это была
прекрасная магия, ставшая еще прекрасней, когда я осознала, что столько же,
сколько посылала мне, Элис получала от меня. Я видела ее удивление, даже
страх, когда она увидела мои силы, силы, которые я медленно раскрывала и к
каким я привыкала. Она питалась моим умом нетерпеливо, и я была восхищена ее
волнением, когда она обнаружила ширину моей силы, глубину моей мощи, мою
магию, чьи истоки начинались в моем клане тысячи лет назад. Она разделила со
мной печаль по Кэлу и радовалась моему открытию своей любви к Хантеру. Она
увидела все мои вопросы насчет настоящих родителей, мое стремление узнать о
них. Я с радостью отдавала ей это, открывала себя для ее мыслей, разделяла с
ней свое наследие и жизнь.
И когда я открыла свой ум, чтобы соединится с Элис, я увидела себя: увидела,
насколько сильной я могу быть, если осознаю свой потенциал; увидела опасно
тонкую линию между добром и злом, по которой я буду идти всю свою жизнь;
увидела себя ребенком, такой, какой была сейчас, женщиной в будущем. Моя
сила будет прекрасной, вселяющей ужас, если только я найду способ сделать
себя целостной. Мне нужны ответы. Смутно я обнаружила теплые слезы у себя на
щеках, их соленый привкус во рту.
Медленно, постепенно, мы наконец начали разделяться на два существа, одно
целое стало двумя, как во время митоза. Разделение было таким же резким и
неудобным, как перед этим было соединение, и я оплакивала потерю Элис с
моего сознания, и она делала то же. Мы разъединились, наши руки соскользнули
с плеч друг друга. Внезапно моя спина выпрямилась, я нахмурилась, мои глаза
резко открылись.
Я посмотрела на Элис и увидела, что она тоже почувствовала постороннее
присутствие: здесь была Морган и Элис, и еще какая-то неизвестная
вторгающаяся сила, ищущая меня, посылающая темные нити влияния в мой разум.
- Селена, — выдохнула я, и тут поспела Элис, выставляющая блоки
против темной магии, которая кружила вокруг нас подобно трясине, дыму,
подобно ядовитому газу. Заклинание защиты от зла легко пришло ко мне,
запомненное и восстановленное, и я произнесла без усилия слова и нарисовала
символы, выставив собственный блок против того, что, как я чувствовала,
надвигалось на меня. Элис и я знали друг друга, имели знания и сущности друг
друга, и я обратилась к старому знанию только на минуту, чтобы защитить себя
от гадающей Селены, ищущей меня, пытающейся контролировать меня.
Через мгновение она ушла.
Когда я снова открыла глаза, мир расположился в такой близкой мне норме: я
сидела на деревянному полу в доме Хантера и Скай, они же сидели на коленях
недалеко, за границами кругов, наблюдая за нами. Элис сидела напротив меня,
с открытыми глазами, глубоко дыша.
- Что это было? — спросила Скай.
- Селена, — ответила я.
- Селена, — сказала Элис в тот же момент. — Искала Морган.
- Для чего ей нужно искать меня? — спросила я.
- Это больше похоже на контакт с твоим разумом, — объяснила Элис.
— Поиск того, где ты, магически. Даже похоже на попытку управлять
тобой с расстояния.
- Но теперь она ушла, правильно? — сказал Хантер.
Когда я кивнула, он спросил:
- Как все прошло? Как вы обе себя чувствуете?
Мои глаза встретились с Элис. Я пошевелила мозгами.
- Уу, я чувствую себя странно, — сказала я и упала в обморок.
Глава 13. Сожженные
12 ноября, 1980 Новый день, новая борьба с Дэниэлом. Его постоянная враждебность утомляет. Он ненавидит Эмирант и все, что с этим связано, хотя, конечно, он знает лишь крошечную, крошечную часть. Узнай он что-нибудь — всю историю — он бы немедленно оставил меня. Я пыталась найти решение с того дня, как встретила его, но у меня все еще нет ответа. Он отказывается видеть красоту Эмиранта. Я отвергла его попытки показать мне красоту добродетельного учения или прелесть кипящего чесночно-имбирного отвара от кашля. Почему я не могу отпустить его? Ни один мужчина не имел надо мной такой власти, даже Патрик. Я хотела бросить Дэниэла, я пыталась. Но доходило лишь до того, что я желала, чтобы он ушел, прежде чем не начинала отчаянно жаждать его вернуть. Я просто люблю его, хочу его. Ирония этого не покидает меня. Когда нам хорошо вместе, действительно, по-настоящему хорошо, мы оба чувствуем радость и завершенность, которые невозможно чем-то сравнить или отрицать. В последнее время, тем не менее, кажется, что хорошие времена все реже, и причина между нами, у нас, в самом деле, непримиримые разногласия. Если я подчиню волю Дэниэла своей при помощи магии, насколько он изменится? Насколько изменюсь я? Проснувшись в понедельник, я чувствовала себя ужасно. Я смутно помнила, как
Хантер вез меня домой на Das Boot, а Скай ехала следом на своей машине. На
крыльце он быстро прошептал несколько слов мне на ухо, и я сумела идти,
разговаривать и выглядеть сравнительно нормально для своих родителей, пока
не доковыляла до кровати прямо в одежде. Как я сняла мантию и переоделась?
Фу. Я подумаю об этом позже.
- Морган? — Мери-Кей высунула голову из двери ванной. — Ты в порядке? Уже почти 10.
- Мпф, — пробормотала я. Следом за ней вышел Дагда, мой серый
котенок, и вскочил на мое покрывало. Он так вырос всего за пару недель.
Мурлыча, он протопал ко мне по стеганому одеялу, и я потянулась поцеловать
его в треугольную голову и погладить уши. Он осел, усталый, и прикрыл глаза.
Я знала, что он чувствует.
По правде я с таким же успехом знала, что чувствует Мери-Кей. Я снова
открыла глаза и увидела, как сестра разглядывает себя в зеркало. Я могла
ощущать непосредственно ее эмоции. Куда точнее, чем просто сестринская
интуиция. Мери-Кей была расстроена и как будто потеряна. Я нахмурилась,
раздумывая, как я могла бы помочь ей. Тогда она обернулась.
- Думаю, я съезжу к Джейси. Может, мы уговорим ее сестру подбросить нас
к торговому центру. Мне все еще нужно купить несколько рождественских
подарков.
- Я бы взяла тебя, — сказала я. — Но не думаю, что смогу
выбраться из кровати.
- Ты подхватила что-то? — спросила она.
Не совсем, но...
- Всего лишь простуда, наверно, — я на пробу хлюпнула носом.
- Ну, могу принести тебе чего-нибудь, пока я не ушла.
При мысле о еде мой желудок сжался.
- У нас есть имбирное пиво?
- Да. Ты будешь?
- Конечно.
Я была в состоянии выпить имбирной пиво. Я не чувствовала себя больной,
скорее истощенной и с мутной головой. Другие последствия brach'а были также
очевидны. Я ощущала себя, как после первого круга с Кэлом и Циррусом, но раз
в десять сильнее. Казалось, мои чувства обострились еще больше, чем раньше:
я могла разобрать отдельные нити на джинсах, висящих на стуле, я видела
крошечные пятнышки пыли, пойманные свежей краской на моих стенах. Позже
утром я услышала причудливый хрустящий звук, идущий снизу, как будто сотни
фунтовых термитов жевали фундамент. Оказалось, это Дагда разгрызал свой
корм. Я чувствовала, как мои легкие впитывают кислород с каждым вдохом;
чувствовала, как движутся по венам клетки крови, взвешенные в плазме; я
чувствовала, как каждый квадратный дюйм моей кожи растолковывает и
анализирует воздух или ткань или то, чего я касалась.
Я ощущала магию повсюду, она струилась вокруг меня, струилась из меня, в
воздухе, во всем живом, в деревьях снаружи, в Дагде, во всем, до чего я
дотрагивалась.
Я предполагала, что это гиперпонимание постепенно сойдет на нет. Это было
лучшим. Это было чудесным, но если бы я была так чувствительна все время, то
сошла бы с ума.
Мимо моего окна проплыл золотой, коричневатый кленовый лист. На мгновение он
задержался на подоконнике, и я в задумчивости уставилась на него, поражаясь
сложной сети крошечных вен, которые расходились по его поверхности. Я почти
подумала, что могу разобрать лицо в пересечениях линий — широкий,
решительный рот, прямой нос, два золотых глаза...
Богиня. Кэл.
В следующий миг ветер поймал лист и закружил прочь.
Я лежала там, в кровати, глубоко дыша и пытаясь вернуть себе утраченное
спокойствие. Это было не просто. И хотя после вчерашнего я уже не боялась
Кэла так, как раньше, каждая мысль о нем приводила к мыслям о Селене и к
твердому пониманию: она все еще ищет меня, все еще планирует меня
уничтожить.
Постепенно я осознала, что не давало мне покоя на краю сознания. Мои поиски.
Поиски информации о моих биологических родителях, моем наследии. Я еще
ничего делала для этого, но сейчас с новой ясностью, которую приобрела после
brach'а, я поняла, как сильно нуждаюсь в этом. Только когда я буду целой,
когда моя сила будет полностью доступной для меня, только тогда она будет
по-настоящему моей. И только тогда у меня будет надежда выстоять против
Селены.
В конечном счете, я переборола свои ноги и переоделась в чистую одежду,
отвергнув ненужный душ. Я расчесала волосы, почистила зубы и ощутила, что
сделала достаточно для одного дня. Я шлепнулась назад в кровать и
почувствовала Хантера, идущего по фасадной дорожке. Я охнула, желая увидеть
его, но понимая, что никогда не смогу спуститься, чтобы открыть дверь.
Хантер, просто входи
— прошептала я, посылая ему сообщение ведьмы.
Пару секунд спустя я услышала, как открылась передняя дверь, и Хантер
позвал:
- Морган?
- Я наверху, — мне удалось крикнуть. — Можешь подняться.
Я задавалась вопросом, было ли теперь в глубине моего мозга заклинание,
способное удержать мою маму от того, чтобы неожиданно прийти домой с работы.
Я услышала его легкие шаги на лестнице, и затем он заглянул в дверь:
- Ничего, что я здесь? — произнес он.
Я улыбнулась, довольная, что он спросил:
- Здесь никого нет кроме меня.
- Хорошо, — сказал он, заходя. — Если мы почувствуем, что
кто-то пришел, я выпрыгну в окно.
Высокий, худощавый и по-новому близкий, он стоял и смотрел сверху вниз на
меня. Его волосы были растрепаны после шляпы и стояли бледно золотыми
шипами.
- Хорошо, — ответила я.
Я осторожно выпустила свои чувства и поняла, что он знает об этом.
- Как ты себя чувствуешь? — спросил он.
- Паршиво. Слабой. Но по-настоящему, действительно магически, — я
не смогла сдержать усмешку.
Он издал театральный стон:
- Теперь мне страшно. Пожалуйста, пожалуйста, — сказал он.
— Я прошу тебя. Пожалуйста, не делай ничего со своей новой магией,
хотя бы пока. Не создавай заклинания. Не бегай по городу и не швыряйся в
прохожих ведьминым огнем. Обещай мне.
- Звучит так, как будто ты не веришь в мое благоразумие, —
сказала я. Он подошел, чтобы присесть на край моей кровати, и положил руку
на покрытую одеялом ногу. Я почувствовала себя лучше.
- О, — он закатил глаза. — То есть ты действительно
думаешь, что используешь иногда благоразумие?
Я пнула его, и мы усмехнулись друг другу. Я почувствовала себя гораздо
лучше.
- Это был потрясающий brach прошлой ночью, — сказал он. —
Очень сильный.
- Да, — согласилась я. — Как Элис? Ты говорил с ней?
Хантер кивнул:
- С ней Скай и другая ведьма из Старлокета. Она чувствует то же, что и
ты. Взволнована даже. Она многое получила от тебя
- Я многое получила от нее, — медленно проговорила я. — Я
еще не начала обрабатывать это.
- Тебе потребуется долгое время, — предсказал Хантер. Он
рассеянно потер мою ногу ниже колена, и я посмотрела в его глаза, гадая, как
сказать ему, в чем я нуждалась.
- Я так сожалею о вчерашнем, — произнесла я, и его глаза
потемнели. Я сглотнула. — Просто... Я не могла пройти через это снова.
В прошлый раз — на утесе — когда я думала, что ты мертв, что я
убила тебя. Я просто... не смогу пройти через это. Я не смогу позволить вам
драться, я не дам вам убить друг друга. Никогда снова.
Его лицо было неподвижным, осторожным.
- Мне так жаль, что я наложила на тебя связывающее заклятье. Я знаю,
как это ужасно. Я так и не простила Кэла за то, что он поступил так со мной.
А теперь я поступила так же с тобой. Но я просто не знала, как уйти оттуда и
забрать тебя с собой. Мне так жаль, — закончила я несчастно.
- Кэл должен быть пойман, — сказал Хантер спокойно. — Он
должен ответить перед советом. И в связи с тем, кто я и где я, я буду тем,
кто приведет его.
Я кивнула, пытаясь принять это.
Хантер погладил мое колено, и робкое ощущение поднялось от его пальцев к
низу моего живота. Он был тих некоторое время, я потянулась и взяла его за
руку.
- Завтра Юле, — проговорил он, наконец.
- Точно. Я потеряла счет времени. Я надеюсь, что поправлюсь к
празднованию.
- Я думаю, да, — сказал он с улыбкой.
- Есть кое-что, что мне нужно сделать завтра, — сказала я.
— Если я смогу двигаться.
- Мне нужно в Мешома-Фолз, — это был город, где некоторое время
жили мои биологические родители — и где они погибли. — Я хочу
найти место, где сарай сгорел дотла.
- Зачем? — спросил он.
- Что бы учиться, -сказала я. — Я не знаю очень многого. Кто
устроил пожар? Почему? Я должна узнать. Я чувствую, что не буду целой, пока
не сделаю этого. Это то, чему меня научил brach.
Долгий миг Хантер смотрел на меня:
- Ты знаешь, это опасно, — сказал он. — С Кэлом, бродящем
по округе, и Селеной на пути.
Я ничего не ответила.
Тогда он кивнул:
- Хорошо, — сказал он. — Я заеду за тобой в 10, не так ли?
Боже, я любила его.
Хантер был за рулем, потому что во вторник меня все еще немного шатало. Он
не поднимал тему Кэла, только сказал мне, что все еще не определил его
местонахождение.
- Интересно, ему кто-то помогает? — проговорил он, и, я ощутила
волну страха, подумав о Селене. Была ли она здесь? Нет. Она не могла. Я была
не готова.
Тогда Хантер, ничего не говоря, взял мою руку, и я ощутила, как его сила
течет в меня, успокаивая. Я с тобой — говорил он без слов. И внезапно
я почувствовала себя лучше, легче.
Я была в Мешома-Фолз однажды, и сейчас город казался мне знакомым. Я
направила Хантера к предместьям города. Здесь было старое поле, рыжевато-
коричневое и сухое от зимнего холода. Я вышла из машины и встала на
середину. Я все еще чувствовала себя слабой, истощенной, как будто боролась
с гриппом.
Предметы ковена Мейв лежали в багажнике автомобиля, но они были не нужны.
Хантер подошел и встал рядом.
- Хорошо, давай найдем старое место сарая, — сказал он.
Я встала неподвижно, слегка опустила руки по бокам и закрыла все мысли, все
чувства, все ожидания. Вскоре я уже не чувствовала зимнее солнце на своем
лице и ветер в волосах. Но я могла видеть, где раньше был сарай, как он
выглядел раньше и на что был похож теперь. Я следовала за этим в свое
сознании, чтобы понять, как туда добраться отсюда. Когда это было ясно, я
открыла глаза и ощутила неопределенную тошноту.
- Хорошо. Я нашла его, — сказала я и сглотнула. Я вернулась к
машине и диетической коле, которая ожидала там.
- Ты уверена, что готова к этому? — спросил Хантер, пока я
потягивала газировку и и прик
...Закладка в соц.сетях
