Жанр: Любовные романы
Очарованная
...и, пожалуйста, — сказала я, чувствуя свою прежнюю
осведомленность. — Тебя хватило бы на две недели. А потом ты сошла бы
с ума или стала бы серийным убийцей!
Она засмеялась.
- Возможно. Неужели вы не хотите быть домохозяйками? Это благородная
профессия, знаете ли.
Я фыркнула. У меня не было никакой конкретной идеи, что делать со своей
жизнью — я всегда рассчитывала связать ее с математикой или наукой
— но теперь я знала без сомнения, что большинство моей жизни
сосредоточится на Викке и изучении магии. Все остальное было лишь
дополнением.
- Нет, — сказала моя сестра. — Я никогда не выйду замуж.
Что- то в ее тоне заставило меня обернуться и посмотреть на нее. Ее лицо
выглядело осунувшимся, почти затравленным в сером зимнем свете, глаза
источали грусть. Я посмотрела на Бри и была тронута моментом взаимопонимания
между нами.
- Я слышала, что ты порвала с Бэккером, — сказала Бри, глядя на
Мэри-Кей в зеркало заднего вида. — Так лучше для тебя. Он подонок.
Мэри- Кей молчала.
- Ты знаешь, кто самый симпатичный в вашем классе? — продолжала
Бри. — Милый такой крепыш. Как там его? Рэнди?
- Простой Рэнд, — сказала Мэри-Кей.
- Да, точно, — сказала Бри. — Он восхитителен.
Я закатила глаза. Можно было поверить Бри на слово, она в этом деле далеко
не новичок.
Мэри- Кей пожала плечами, и Бри решила не давить. Потом она припарковалась
на стоянке перед магазинчиком Практической Магии, и мы вышли на холодный
декабрьский воздух.
Мэри- Кей смотрела на витрину со слабо замаскированным подозрением. Как и
мои родители, она неодобрительно отнеслась к моей причастности к Викке, хотя
недавно на вечеринке во всю развлекалась.
- Расслабься, — сказала я, таща ее за руку в магазин. —
Никто не собирается высасывать у тебя душу, ты только посмотришь на свечи.
- Что, если отец бы Хочкисс увидел нас? — ворчала она, произнося
имя священника нашей церкви.
- Тогда мы должны были бы спросить его, что он делал в викканском
магазине, не так ли? — ответила я с усмешкой. Зайдя внутрь, я
отпустила руку своей сестры, и на меня нахлынули воспоминания. Я не была в
магазинчике с тех пор, как Хантер сковал цепью Дэвида Рэдстоуна, бывшего
владельца Практической Магии, заставляя признаться в использовании черной
магии. Это было невыразимо ужасно, и, находясь в магазине, воспоминания
волной захлестывали меня: Хантер, допрашивающий Дэвида; вымученное признание
вины Дэвида.
А ведь раньше я считала магазинчик своим убежищем, прекрасным, заполненным
приятными ароматами, полным магических книг, эфирных масел, кристаллов,
трав, свечей и глубокого, прочного мира Викки, угадывавшегося во всем.
Оглядевшись, я увидела Элис, тихая печаль все еще струилась на ее лице.
Дэвид был ее хорошим другом. Он передал магазин ей, кровной ведьме из клана
Брайтендел, когда его лишили ведьмовской силы. Теперь магазин принадлежал
ей.
Она подошла ко мне, и мы обнялись: я была выше, и чувствовала себя костлявой
и незрелой рядом с ее женственной округлостью. Мгновение мы смотрели друг
другу в глаза, слова были излишни. Потом я отстранилась, чтобы поискать Бри
и Мэри-Кей.
- Привет, Элис, — сказала Бри.
- Приятно видеть тебя, Бри, — ответила Элис.
- Ты помнишь мою сестру, Мэри-Кей? — спросила я.
- Конечно, — сказала Элис, тепло улыбаясь. — Тебе тогда так
развлекалась под
Фианну
. —
Фианна
была кельтской группой, которая
нам очень нравилась. Племянник Элис, Диармид, играл в этой группе, и я
затащила Мэри-Кей сюда на вечеринку, соблазняя ее приездом
Фианны
.
- Да, — застенчиво сказала Мэри-Кей.
- Мы только начали распаковывать кое-какие очень интересные
драгоценности от женщины, которая работает в Пенсильвании, — сказала
Элис, ведя Мэри-Кей к витрине. — Погляди.
Я улыбнулась, поскольку Мэри-Кей обожала драгоценности. Бри отошла, чтобы
посмотреть на коллекцию тканевых алтарей, а я могла свободно блуждать между
книжными полками, располагавшимися от пола до потолка. Вскоре Элис
присоединилась ко мне.
- Как Старлокет? — спросила я. Старлокет был старым ковеном
Селены Беллтауэр. С ее исчезновением Элис возглавила его.
- Потихоньку приходим в себя, — сказала Элис. — Некоторые,
конечно, уезжают — те, кто работал с темными вместе с Селеной.
Остальные пытаются жить и двигаться вперед. Знаешь, нелегко руководить
ковеном.
- Я уверена, что ты чудесный лидер, — сказала я.
- Элис? — я увидела мужчину, держащего коробку черных свечей.
— Выставлять весь товар или часть отложить? — спросил он.
- Я обычно выставляю столько, сколько выдерживают полки, —
усмехнулась Элис. — Финн, познакомься, это Морган.
Финну было лет пятьдесят; высокий, не худой, не полный, но с сильным
взглядом. Короткие, густые волосы пестрели красными и белыми
перьями
.
Карие глаза, белая кожа, веснушки на носу и щеках. Я неуверенно направила
свои сенсоры. Чистокровная ведьма. Вероятно Липваун, у многих из них были
красные волосы. Потом я увидела удивление в его глазах и, смущаясь,
прекратила изучать его, как будто была поймана на разглядывании чьего-то
нижнего белья.
- Хмм, — глубокомысленно сказал Финн, протягивая свою большую
руку. — Рад знакомству, Морган. — Он послал Элис странный
взгляд, как будто она имела представление об его сомнительном характере.
Элис улыбнулась.
- Морган, это — Финн Фостер. Он помогает мне с магазином, —
объяснила она. Финну она добавила, — Морган — преданный клиент.
— Она не стала больше ничего объяснять, а Финн продолжал глазеть на
меня так, будто я совершила проступок.
- С кем ты учишься? — спросил Финн.
- Мм, почти всегда одна, а так с Хантером Найэлом.
Финн моргнул.
- Сиккер?
- Да.
- Ты — Морган Роулендс, — пробормотал Финн, как будто он
только что уловил какую-то связь.
- Да. — я сомнительно поглядела на Элис, но она только
успокаивающе улыбнулась.
Финн колебался, как будто думал, сказать ли что-нибудь еще, но только
улыбнулся и кивнул. — Рад был встретить тебя, Морган. — сказал
он. — Надеюсь, еще увидимся. — Он посмотрел на Элис и пошел за
коробкой свечей в другую часть магазина. Мгновение спустя я услышала Бри,
расспрашивающую его о масле клевера. Я поискала Мэри-Кей и увидела, что она
держала какие-то серебряные сережки, смотря на них в маленькое зеркальце.
- Что это было? — спросила я Элис, и она тихонько хихикнула.
- Боюсь, ты немного печально известна, — сказала она. — Мне
очень жаль, если ты чувствуешь себя запечатанной, но много людей уже
наслышаны о твоей силе, твоем наследии — не говоря уже о том, что
случилось с Кэлом и Селеной — и им любопытно.
Тьфу. Я неловко потопталась.
Элис прошла мимо меня, чтобы поправить книги на полке. — Хантер
говорил с тобой о твоем обучении? О тат-меанма брач?
- Да, — ответила я, удивленная сменой темы разговора.
- Что ты об этом думаешь? — ее ясные, сине-фиолетовые глаза
искали меня.
- Звучит интригующе, — медленно проговорила я. — Думаю,
стоит попробовать. А что ты думаешь об этом?
- Я думаю, что это хорошая идея, — сказала она, выглядя
задумчивой. — Хантер прав- ты должна учиться столько, сколько можешь и
с такой скоростью, с какой сможешь. Любую другую ведьму я отговорила бы от
этого. Это тяжело, и я уверена, Хантер сказал тебе, что это может быть
опасно. Но ты — исключительный случай. Конечно, ты сама должна решить.
Но тебе необходимо все тщательно обдумать.
- Ты бы сделала это со мной? — спросила я.
Она изучающе смотрела мне в глаза. Я понятия не имела, сколько ей было лет
— может, пятьдесят? — но я видела богатство знания в ее
пристальном взгляде. То, что она знала, могло помочь мне, и внезапно я
захотела ее знания с неожиданно сильной жаждой, но попыталась скрыть это.
- Я подумаю об этом, моя дорогая, — сказала она спокойно. —
Я поговорю с Хантером, и мы решим.
- Спасибо. — прошептала я.
- Ты готова? — позвала Бри из прохода. Финн уже пробил ее
покупки; она держала маленький зеленый пакет с серебряными ручками.
- Да, — крикнула я в ответ. — Где Мэри-Кей?
- Я тут, — сказала сестра, появляясь из другого прохода.
- Разве ты не хочешь купить те сережки? — спросила я, но она
покачала головой, и блестящие темно-каштановые волосы рассыпались по ее
плечам. Я задавалась вопросом, думала ли она, что, покупая те сережки,
приносит в дом колдовство, и решила, что попытаюсь уничтожить ее страхи.
Возможно, удивлю ее этими сережками на Рождество.
Под вечер Бри повезла нас домой. Я была спокойна и обдумывала совершение тат-
меанма брач с Элис.
- Почему вам так нравится этот магазин? — спросила Мэри-Кей с
заднего сиденья.
- По-моему, там круто — пробормотала Бри. — Даже если бы я
не занималась Виккой, то все равно покупала бы там свечи, драгоценности,
ладан и другие вещи.
- Хм. — Моя сестра казалась подавленной, и я знала, что она
боролась с симпатией ко всему, что имело отношение к колдовству, оставаясь
верной своей религии и родителям. Она смотрела вдаль в окно. Ни одна из нас
не сказала ни слова за несколько миль, и я смотрела в окно на быстро
темнеющий пейзаж, холмистую местность, старые фермы и снег, покрывающий все
вокруг. Я осознала, что Бри поехала старым маршрутом и что мы были по
соседству с домом Кэла. Мое сердце учащенно забилось, когда мы подъехали
ближе к большому каменному дому, в котором он жил со своей матерью. Я не
была здесь с той ночи, когда чуть не умерла, и моя кожа вспыхнула липким
потом при воспоминании об этом.
- Мне так жаль, — тихо произнесла Бри, осознав, где мы
находились.
Я сглотнула и промолчала, моя рука яростно сжимала ручку двери, мое дыхание
было быстрым и прерывистым.
Расслабься
— сказала я себе. —
Расслабься. Они ушли. Их здесь нет. Хантер ищет их — ворожит каждый
день — и он не смог найти их. Они ушли. Они не причинят тебе боль
.
Поскольку мы проехали, мои глаза непреодолимо притягивались к дому. Он
выглядел мрачным, покинутым, угрожающим. Я вспомнила первый этаж с большой
кухней, огромной гостиной с камином, где Кэл целовал меня на диване,
скрытую, заколдованную библиотеку Селены, где я обнаружила Книгу Теней Мейв,
комнату Кэла, занимающую весь чердак, его широкую, низкую кровать, где мы
целовались и касались друг друга. Сеомар, куда он заманил меня в ловушку и
пытался сжечь...
Я почувствовала, что задыхаюсь и сглотнула снова, неспособная оторвать глаз.
Потом я увидела мерцающий свет, как будто от свечи, поставленной перед
темным окном. Через секунду свет погас, но я был уверена, что видела его и
дико просмотрела на Бри, но ее глаза были устремлены на дорогу, а руки
сбалансированы на кожаном руле. Мэри-Кей пристально глядела в свое окно,
несчастье делало ее лицо моложе.
- Вы... — начала я спрашивать. И осеклась. Была ли я уверена, что
действительно видела его? Я так считала. Но зачем рассказывать им об этом?
Мэри-Кей расстроится и будет волноваться. Бри тоже не будет знать, что
делать. Если бы только Хантер был здесь, подумала я, и затем состроила
гримасу, поняв, что случилось бы, если бы Хантер увидел это: раздутое
расследование, тревога, волнение, страх.
А действительно ли я видела его? Мерцающая свеча в брошенном доме, ночью? Я
прислонила голову к холодному окну, мое сердце заболело. Это когда-нибудь
кончится? Смогу я когда-нибудь расслабиться снова?
- Мы что? — спросила Бри, глядя на меня.
- Ничего, — пробормотала я. Конечно, это всего лишь мое
воображение. Кэл и Селена ушли. — Неважно.
Глава 6. Луэг
18 марта, 1971. В двадцать семь лет я завершила Великое Испытание. Это случилось четыре дня назад, и только сейчас я в состоянии держать ручку и сидеть прямо, чтобы писать. Клайда думала, что я была готова, а я так стремилась сделать это, что не слушала людей, предостерегающих меня. Великое Испытание. Я задаюсь вопросом, как описать это, но когда я нахожу подходящие слова, мне хочется рыдать. Двадцать семь — это мало. Многие никогда не будут готовы. Большинство людей, прошедших через это, были старше, они готовились в течение многих лет. Но я настояла на своей готовности, и, в конце концов, Клайда согласилась. Все произошло на вершине Скалы Ветров, на старых камнях, оставленных Друидами. Под собой я могла слышать волны, разбивающиеся о скалы в бесконечном ритме. Было безлунно и темно так, словно наступил конец света. Со мной была Клайда и Скотт Мэттокс, ведьма из Уэльса. Моей одеждой было лишь голубое небо, мы начертили круг и начали ритуал. В полночь Клайда протянула мне кубок. Я уставилась на него, понимая, что напугана. Это было Вино Теней: где она достала его, понятия не имею. Если я пройду Великое Испытание, то выживу. Если нет, это вино убьет меня. Дрожащей рукой я взяла кубок и осушила его. Клайда и Скотт сидели поблизости, оставаясь, чтобы помешать мне спрыгнуть с обрыва. Я села, мои губы онемели, бормоча все заклинания силы и власти, которые я знала. Тогда первые болевые покалывания, будто иглы, появились в кончиках пальцев, и я вскрикнула. Это была долгая, бесконечная ночь. Но, с другой стороны, я здесь, живая. Я истощена голоданием, рвотой, острыми лезвиями боли во внутренностях, которые заставляют меня задумываться, не накормили ли меня стеклом. Этим утром я посмотрела на себя в зеркало и вскрикнула при виде постаревшей женщины с тусклыми, слабыми волосами и впалыми глазами. Клайда говорит, что волноваться не стоит: моя красота вернется вместе с моей силой. Но что ей до этого? Она никогда не была красива и понятия не имеет, каково ее потерять. Все еще опустошенная, словно дерево, пораженное молнией, я могу описать разницу. Я и раньше была сильна, но теперь во мне сила природы. Я чувствую ветер, дождь, лаву в своей силе. Я настроена на вселенную, мое сердце бьется к его изначальной, глубоко проведенной нити. Я соткана из магии, я хожу по магии, одним щелчком пальцев я могу вызывать смерть или жизнь. Стоило ли Великое Испытание этого? Слабость, агония криков, исцарапанные, разодранные руки, полукруглые следы на бедрах, созданные, когда я вопила от ужаса и отчаяния, пытаясь почувствовать что-то нормальное, знакомое, хотя бы физическую боль. Мой мозг был расколот и выставлен на показ, а тело вывернуто наизнанку. Однако в разрушении — восстановление, в муке радость, в страхе надежда. И теперь я преодолела этот ужасный, смертельный путь, прошла через это. И я сама буду как Богиня, и меньшие существа станут следовать за мной. А я стану основой новой династии ведьм, которые поразят мир. - Так что я должен сделать, если твоя мама придет домой? —
спросил Хантер. — Хочу сказать, она что, кинется на меня с кухонной
сковородой?
Я усмехнулась.
- Только если она в плохом настроении.
Была среда, мои родители работали, Мери-Кей сидела в своей комнате, а мы
готовились к обучению.
- А я ведь говорила, что могла бы приехать к тебе, — напомнила я
ему.
- У меня Скай и Рейвин, — пробормотал он. — Мне показалось,
что им захотелось уединиться.
- Правда? — спросила я с интересом. — Они это серьезно?
- Я приехал сюда не для того, чтобы сплетничать, — чопорно
произнес он, и мне захотелось шлепнуть его. Я пыталась придумать умный
ответ, пока он беспокойно оглядывал кухню.
- Давай поднимемся в твою комнату, — сказал он, и я очнулась.
- Ммм, — начала я. Парням не разрешалось быть на втором этаже в
нашем доме.
- Ты говорила, что сделала алтарь, — продолжил он. — Я хочу
увидеть его. В своей комнате ты занимаешься магией больше всего, верно?
— он встал, запуская руку в свои бледно-золотистые волосы, и я
попыталась собраться с мыслями.
- Гм, — единственный раз, когда Кэл был в моей комнате и то на
минуту — это после того, как Бри чуть не сломала мне нос на
волейбольном матче в школе. И даже тогда моя мама дергалась, несмотря на то,
что я была абсолютно нетрудоспособна и едва ли в романтическом настроении.
- Давай, Морган, — уговаривал он, — Мы же работаем. Я
постараюсь не наброситься на тебя, если это то, чего ты боишься.
Мое лицо загорелось от смущения. Я задавалась вопросом, что он сделает, если
я запущу в него ведьминским огнем. Я почти желала проверить.
- Прости, — сказал он. — Давай уже начнем! Пожалуйста, могу
ли я увидеть алтарь, который ты сделала в своей комнате? Если твои родители
неожиданно нагрянут, я сделаю быстрое обманное заклинание и уберусь отсюда к
черту, хорошо? Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы.
- Просто это дом моих родителей, — сказала я натянуто и
проследовала впереди него к холлу. — Я стараюсь уважать их правила,
когда могу. Но ладно, давай быстрее поднимемся. Я хочу, чтобы ты увидел его,
— я потащилась вверх по лестнице, напряженно ощущая позади его тихие
шаги.
Я была благодарна, что моя комната больше не полосато-розовая. Сине-зеленые
шторы сменили вычурные занавески на окне, дополняя новые цвета кофе с
молоком стены. Старый кремовый ковер убрали, а вместо него на полу мирно
покоился простой джутовый коврик. Я любила свою новую комнату, но нервно
стояла у своего стола, пока Хантер осматривался. Я вошла в ванную и вытащила
небольшой, похожий на солдатский, старый лагерный сундучок, который служил
моим алтарем, состоящим из фиолетовой льняной ткани, свечей, и четырех
специальных предметов, которые представляли четыре элемента.
Моя односпальная кровать, казалось, приняла мифические размеры, почти
заполняя комнату, и я неистово раскраснелась, пытаясь стереть картину
Хантер плюс кровать
из своего сознания.
Он смотрел на мой алтарь.
- Он довольно-таки простой, — бормотала я. — Это потому что
я должна прятать его.
Он кивнул, затем посмотрел на меня.
- Он прекрасный. Отличный. Совершенно соответствующий. Я рад, что ты
сделала его, — его голос был спокойным, заверяющим. Я вернула алтарь
назад в свою ванную и искусно задрапировала банным халатом, чтобы прикрыть
его. Я задавалась вопросом, должны ли мы вернуться вниз. Но когда я вышла из
ванной, то увидела, что Хантер небрежно сидит на моей постели, его пальцы
поигрывают на гладкой ткани нижнего одеяла. Я захотела без предупреждения
кинуться на него, вжать в матрас, поцеловать, быть физически агрессивной
— такой, какой я никогда не была с Кэлом. И конечно, как только эта
мысль возникла, я отскочила, точно зная, как Хантер настроен на все мои
эмоции. О, черт!
Но его лицо оставалось нейтральным, и он произнес:
- Ты запомнила истинные названия вещей?
- Отчасти, — проговорила я, чувствуя себя виноватой. Я не очень
продвинулась в обучении после того случая с Дэвидом, но до этого я начинала
учить. Я выдвинула свое кресло и села в него, но в этот момент Мери-Кей
слегка постучала в дверь и, не дожидаясь приглашения, вошла. Она застыла,
увидев Хантера, сидящего на моей кровати. Ее рот открылся, принимая форму
смешного O. Она переводила взгляд с меня на Хантера и затем снова назад, и
даже Хантер ухмыльнулся выражению ее лица. Его обычно серьезное лицо
осветилось, делая его моложе и беззаботнее.
- Мы должны поставить замок на эту дверь, — бодро сказал он, и
мне захотелось умереть. Брови моей сестры поползли вверх, она выглядела
восхищенной.
- Извините, — сказала Мери-Кей. — Я только хотела спросить
насчет обеда. Загляну позже.
- Нет, подожди, — начала я, но она уже вылетела за дверь,
захлопнувшуюся за ней с оглушительным щелчком. Я оглянулась на Хантера,
чтобы увидеть, как он снова ухмыляется.
- Я чувствую себя, как лиса в курятнике, полном католических девочек,
— сказал он с довольным видом. — Это творит чудеса для моего
эго.
- О, как будто твое эго нуждается в помощи, — парировала я, но
тут же захотела прикусить язык.
Но Хантер не обиделся, вместо этого он спросил:
- Какие названия ты выучила?
Я захотела перечислить огромный, длинный гребаный список.
- Мм, ядовитые полевые цветы и травы этой географической зоны, что
цветут весной и летом, опадают и покоятся зимой. Растения, противостоящие
хорошим или плохим заклинаниям. Растения, нейтрализующие энергию, — я
назвала десять или одиннадцать из них, начиная с марок-дат — подофила,
затем остановилась, надеясь, соответственно, что он впечатлен. Изучение
только английских и латинских названий сотен различных растений было
настоящим подвигом, а я выучила еще и истинные, магические названия, с
помощью которых я могла использовать их в заклинаниях, находить, увеличить
или уменьшить их свойства.
Однако Хантер не выглядел впечатленным. Его зеленые глаза были безразличны.
- И при каком условии ты бы использовала марок-дат в заклинании?
Я колебалась. Что-то в его голосе заставило меня тщательно задуматься над
вопросом. Марок-дат, марок-дат — я знала его как подофил — дикое
растение с белым цветком, цветущим перед последним морозом в году...
использовался для очищения снадобий, создания заживающей мази, для...
И тогда до меня дошло: марок-дат не был подофилом.
- Я имела ввиду марок-дант, — произнесла я с достоинством.
— Марок-дант. Подофил, — я попыталась вспомнить, что такое марок-
дат.
- Значит, ты не изучала заклинания, в которых используется
менструальная кровь, — заключил Хантер, глядя мне в глаза. — Марок-
дат. Менструальная кровь, обычно девственницы. Используется прежде всего в
темных ритуалах, иногда в заклинаниях плодородия. Ты ведь не это
подразумевала?
Богиня! Я хотела провалиться под землю. И закрыла глаза.
- Нет, — ответила я слабо. — Я не это имела ввиду.
Когда я снова открыла глаза, он покачал головой.
- Что случилось бы, используй ты это в заклинании? — спросил он
риторически. — Что происходит, когда ты не знаешь всего этого и потому
делаешь ошибки в своих заклинаниях?
Моим первым инстинктом было швырнуть в него подушку. Затем я вспомнила, что
он пытался заставить меня учиться, чтобы я была в безопасности. Он пытался
помочь мне. Я вспомнила, как сказала, что доверяю ему, и это было правдой.
Со следующим вдохом через меня прошло что-то не связанное с тем, о чем мы
говорили. Мои глаза расширились, и я посмотрела на Хантера.
- Ты чувствуешь это? — прошептала я, и он кивнул, но его тело
было напряжено и неподвижно. Я осторожно пододвинулась к нему, и он протянул
руку, чтобы сжать мою. Кто-то гадал на меня, кто-то пытался найти меня. Я
села на кровать рядом с Хантером, едва ощущая теплоту его бедра рядом с
моим. Одновременно мы закрыли глаза и отослали наши чувства, разрушая
барьеры между нами и миром, обращаясь к нашему невидимому шпиону так же, как
он или она обратился к нам.
Я почувствовала человека — его очертания, энергетический рисунок... но
в следующий миг все пропало, погасло быстро, словно свеча, не оставив даже
струйку дыма, чтобы привести меня к нему. Я открыла глаза.
- Интересно, — пробормотал Хантер. — Ты узнала его?
Я покачала головой и расплела наши пальцы. Он взглянул на наши руки, как
будто не знал, что они соединены.
- Я должна кое-что рассказать, — начала я и затем поведала ему о
том, как видела свечу в окне дома Кэла днем раньше.
- Почему ты немедленно не рассказала мне? — спросил он, выглядя
рассерженным.
- Это случилось только вчера вечером, — начала я, оправдывая
себя. Но потом остановилась. Конечно же, он был прав. — Я... я не
знала, что делать, — пришлось неловко признаться. — Я полагала,
что раздуваю проблему из ничего, просто будучи параноиком, — я встала,
отошла от кровати и перебросила волосы через плечо.
- Морган, конечно, ты должна была мне все рассказать, — сказал
Хантер. Его челюсть напряглась. — Если только у тебя не было веской
причины не делать этого.
Что он пытался сказать?
- Да, — с сарказмом выговорила я. — Вот именно! Я в сговоре
с Кэлом и Селеной. И я не рассказала тебе этого потому, что, перейдя на
темную сторону, я не захочу, чтобы ты об этом узнал.
Хантер выглядел так, словно я дала ему пощечину. Он мгновенно встал так, что
нас разделяло несколько дюймов, и он возвышался надо
...Закладка в соц.сетях
