Жанр: Любовные романы
Очарованная
...а, и мы можем поговорить наедине, если тебе
хочется стоять перед домом, пока вся моя семья недоумевает, что мы
обсуждаем.
Он казался раздраженным:
- Почему мы просто не можем пойти в твою комнату?
С какой он планеты?
- Сожалею, Ваше Высочество, но я не живу одна, — ответила я.
— Мне семнадцать, а не девятнадцать, и я живу вместе с родителями. И
они не думают, что пребывание парней в моей комнате хорошая идея, потому что
там есть кровать!
И, конечно, образ Хантера на моей кровати заставил щеки вспыхнуть, и я
пожалела, что вообще открыла рот. И что со мной не так?
- О, точно. Прости, я забыл, — сказал он. — Но мне нужно
поговорить с тобой наедине. Мы можем встретится в небольшом парке за
бакалейным магазином на одиннадцатой улице?
Я подумала.
- Да. Даю тебе десять минут.
Он повесил трубку, не сказав
пока
.
Когда я добралась туда, Хантер опирался на машину Скай, поджидая меня. Он
открыл дверь Das Boot и залез на переднее сидение. Он был напряжен и сердит,
но самое интересное — я определила это не по его лицу или телу, а по
волнам настроения, исходившим от него: как будто он проектировал свои
чувства, и я могла ощущать их. Мои силы развивались с каждым днем, это было
замечательно и в то же время немного пугающе.
Глядя в окно, я ждала, пока он заговорит, улавливая слабый намек его
чистого, свежего запаха.
- Утром я говорил с Бобом Унзером, — сказал он. — Тормозной
жидкости действительно не было, но более того, тормоза были отсоединены
прямо перед баком.
Я повернулась и уставилась на него:
- Отсоединены?
Он кивнул.
- Не обязательно перерезанные. Он не мог сказать точно, что кто-то их
перерезал. Но он сказал, что это необычно, потому что с тормозами было все в
порядке, когда он проверял машину на прошлой недели. Они не могли износиться
так быстро.
- Ты проверял машину на заклинания, магию?
- Конечно, — ответил он. — Не было ничего, кроме защитных
заклинаний, которые я наложил.
- Но что это значит? — был ли это несчастный случай или тут
замешан человек, ведьма?
- Не знаю, — признался он. — Я думаю это скорее дело рук
человека, чем несчастный случай. Скорее всего, ведьма, потому что я просто
не знаю так много не ведьм, и я точно не имею врагов среди не ведьм.
- Может, это Кэл? — заставила я себя спросить. — Или
Селена?
- Они — первые, о ком я думал, — сказал он с легкостью, и
волосы на моих руках встали дыбом. Я вспомнила парня, которого видела на
парковке и которого приняла за Кэла. — Но я не думаю, что они где-то
здесь, — добавил он. — Я проверяю местность каждый день, и пока
ничего не нашел. Конечно, я не так силен, как Селена, — сказал он.
— Только то, что я не чувствую ее, еще не означает, что она
действительно ушла. Но я думаю, что нашел бы хоть что-нибудь, если они были
бы поблизости.
- Что, например? — спросила я. Внезапно во рту у меня пересохло.
- Трудно сказать, — ответил Хантер. — То есть, иногда я
чувствую... что-то. Но происходит так много других вещей, что я не могу
определить точно, — он нахмурился. — Если бы ты была сильнее, мы
могли бы работать вместе, объединив наши силы.
- Я знаю, — сказала я. — Я была слишком взволнована, чтобы
ощетинится, когда он назвал меня слабой. — Но я всего лишь новичок. А
вот как насчет Скай?
- Ну, мы уже объединили наши силы, — сказал он. — Но у тебя
есть потенциал быть сильнее, чем любой из нас. Именно поэтому ты должна
учится и учиться столько, сколько сможешь. Чем скорее ты это сделаешь, тем
скорее сможешь помочь нам, помочь Совету. Возможно, даже присоединится к
Совету.
- Ха, — воскликнула я. — Я никогда не присоединюсь к
Совету. Контролировать Викку? Нет, спасибо! — потом я поняла, как это,
должно быть, прозвучало для Хантера, члена Совета, и захотела взять свои
слова обратно. Слишком поздно.
Хантер сжал губы и посмотрел в окно. Вокруг никого не было: стоял воскресный
день, не достаточно теплый для детей, чтобы играть на детской площадке.
Тишина окутала меня, и я вздохнула.
- Прости, — сказала я. — Я не это имела в виду. Я знаю, что
то, что ты делаешь, гораздо важнее. Слишком важно, чтобы я смогла делать
это, — честно сказала я. — Просто в последнее время мне тяжело
даже одеться, не то чтобы думать о чем-то большем. Сейчас все кажется
таким... подавляющим.
- Я понимаю, — удивил меня Хантер, сказав это, — Тебе через
многое пришлось пройти. И я знаю, что слишком сильно давлю на тебя и иногда
забываю, что все это ново для тебя. Но талант, сила, которой ты наделена,
встречаются, возможно, раз в поколение. Я не хочу, чтобы ты много о себе
возомнила, но ты должна понимать, что станешь важным человеком в мире Викки.
Есть только два пути: ты можешь стать отшельницей, запрятав себя от людей и
учась, учась самостоятельно. Или же ты можешь принять свою власть и
ответственность, принять радость и печаль, связанные с ней.
Я застенчиво смотрела на свои колени.
- Я хотел рассказать тебе о том, с помощью чего ты сможешь быстро
приобрести много знаний. Называется тат-меанма брач, проще говоря —
усложненный тат-меанма.
- Не понимаю, — сказала я.
- Ты делаешь тат-меанма с ведьмой, которая знает намного больше тебя,
обученная и более опытная, хотя и не обязательно сильнее тебя, —
объяснил Хантер. — Вы глубоко и открыто проникаете в сознание друг
друга и, в сущности, передаете друг другу все свое знание. Это как будто ты
внезапно проживаешь всю жизнь за пару часов.
- Звучит невероятно, — нетерпеливо сказала я. — Конечно, я
хочу сделать это.
Хантер посмотрел на меня предостерегающе.
- Это не то, что ты можешь решить вот так. Это важное событие как для
тебя, так и для другой ведьмы. Это может быть болезненным или даже опасным.
Если одна из ведьм не готова, или эти двое слишком разные, может быть
нанесен тяжкий вред. Я слышал об одном случае, когда одна ведьма ослепла.
- Но я смогу много узнать, — возразила я. — Ради этого
стоит рисковать.
- Не решай прямо сейчас, — продолжал он. — Я просто хотел,
чтобы ты знала об этом. Это увеличило бы твою способность защитить себя
— чем больше ты знаешь, тем лучше сможешь управлять своей силой. Я
сообщил тебе это еще и потому, что ты уже привлекла внимание очень сильных
людей: Селены и других Вудбейнов ее шайки. Чем скорее ты сможешь защитить
себя, тем лучше.
Я кивнула.
- Хотела бы я знать, где они, — сказала я. — Я боюсь
оглянуться: все жду появления Кэла или Селены.
- Иногда я чувствую то же самое. Даже не относительно них. Работая
сиккером, я нажил достаточно врагов, которые были бы рады видеть меня
мертвым — о которых, между прочим, я думал после отказа тормозов. Я
был бы глуп, если бы не брал во внимание любую возможность, — он
поерзал на сидение. — На самом деле, я пытаюсь сказать, что с
сегодняшнего дня мы должны быть еще осторожнее. Нам надо усилить охранные
заклятия на твоей машине и твоем доме, на моей машине и доме, на машине
Скай. Мы должны быть бдительными и благоразумными. Я не хочу, чтобы что-то
случилось с... с любым из нас.
В течение нескольких минут мы сидели тихо, обдумывая произошедшее. Я
волновалась, но присутствие Хантера заставляло меня чувствовать себя в
безопасности. Осознание того, что он в Видоуз-Вэйле, позволяло мне
чувствовать себя защищенной. Но как долго я буду это чувствовать? Как долго
прежде чем он вынужден будет уехать?
- Я не знаю, сколько времени пробуду здесь, — сказал он, как
будто читая мои мысли, что в который раз расстроило меня. — Может
быть, еще месяц, может, год или больше.
Я ненавидела саму мысль об его отъезде и не хотела выяснять почему. Потом
его сильная рука убрала волосы с моей щеки, и я задержала дыхание. Мы были
одни в машине, и когда он наклонился ближе, я почувствовать теплоту его
дыхания. Я закрыла глаза и прислонила голову к спинке сидения.
- Пока я здесь, — сказал он мягко, — я буду помогать тебе и
защищать любым возможным для меня способом. Но ты должна быть сильной и без
меня. Обещай, что будешь стремиться к этому.
Я слегка кивнула, мои глаза все еще были закрыты. Потом я подумала:
Просто поцелуй, поцелуй меня
.
И он поцеловал, его губы на моих были теплыми, и я подняла руку, чтобы
обнять его за шею. Слабый образ Кэла пронесся в моем сознании и уплыл, а
меня тянуло к Хантеру, мягкому нажатию его губ, его дыханию, теплоте его
твердой груди, когда он придвинулся ближе. Глубоко внутри себя я
почувствовала что-то, похожее на прикосновение перышка, подобно тонким
крыльям, ласкающим мое сердце. Я знала без слов, без сомнения, что
почувствовала душу Хантера, что наши души соприкоснулись. И я подумала:
О,
красота Викки
.
Глава 4. Начало
2 мая 1969 Моя кожа сморщилась, а волосы стали жесткими и непослушными от соли. Я отмокала в очищающей ванне с горстями морской соли два часа, окруженная кристаллами и шалфейными свечами. Я могу изгнать негативную энергию из моего тела, но, боюсь, что не могу стереть картины из своей памяти. Прошлой ночью я увидела первого призрака. Когда я поняла это, то была потрясена. Каждый ребенок Кэтспоу конечно слышал о них. Мы рассказываем страшные истории о злых духах, похищающих души викканских детей, которые не слушают своих родителей и учителей. Я никогда не думала, что они на самом деле существуют. Я считала, что они всего лишь пережиток Средних веков вместе с ведьмами на метлах, черными кошками и бородавками на носу: ничего общего с нами сегодня, правда! Но сегодня Торневал научили меня иному. Я так тщательно собиралась на церемонию, стремясь к красоте, силе и очарованию, которыми обладала здесь каждая женщина. Они пообещали мне что-то особенное, что-то, что я заслужила за месяцы тренировок и обучения. Что-то, через что я должна была пройти прежде, чем сумею стать полноправным членом Торневала. Сейчас, возвращаясь назад, я испытываю стыд за то, какой наивной была. Я достигла больших успехов в закреплении своей красоты, силы и беспощадности лишь для того, чтобы, в конце концов, понять, что я была слабой, невежественной и недостойной предложения Торневала. Случившееся не было моей виной. Я была лишь свидетелем. Тот, кто вел ритуал, совершил ошибки: в выборе границ, написании заклинаний, установке круга. Впервые Тимоти Корнвел вызвал духа, и он вызвал его плохо. И это убило его. Дух! Я до сих пор не могу поверить в это. Он был и не был, призрак и не призрак: темное скопление силы и голода с человеческим лицом и руками и с аппетитом демона. Я стояла там, в круге, в напряженном ожидании, когда внезапно в комнате стало холодно, как будто ледяной северный ветер ворвался внутрь. Дрожа, я оглянулась вокруг и увидела, что остальные замерли, запрокинув головы, их глаза были закрыты. Затем я увидела его, появляющегося в углу. Он был как миниатюрный торнадо, туман и дым, кипящий и закручивающийся вокруг себя, становясь все более плотным. Я не думала о том, чтобы сделать что-то: мы лишь вызвали его для практики. Но Тимоти сделал это плохо, и эта штука накинулась на него, вырвалась из наших кругов защиты, и не было ничего, что кто-либо из нас мог сделать. Смерть от рук духа это ужасное зрелище. И отвратительное воспоминание. Я только хочу забыть все это: крики Тима. Вырывание его души из тела. Я потрясена сейчас, всего лишь думая об этом. Этот идиот! Он не был готов удержать ту силу, которую пытался. Впервые я поняла, почему мои родители, будучи ограниченными и занудными, выбрали работу со слабой магией. Они были в состоянии контролировать темную энергию не более, чем ребенок способен остановить потоп, запихивая тряпье в туалет. Сейчас я лежу на своей кровати, мои влажные волосы дождем струятся по спине, и думаю, что же выбрать: безопасный, спокойный, скучный путь моих родителей или путь Торневала с его силой и злом, сплетенными вместе как веревка. Какая дорога пугает меня больше? - Открой окно. Меня тошнит от этого запаха, — пожаловалась Мери-
Кей.
Я отложила свой малярный валик и распахнула одно из окон своей спальни.
Тотчас холодный воздух залетел в комнату, рассеивая кислый, химический запах
краски на стенах. Я оглянулась полюбоваться на то, что мы с сестрой уже
сделали. Две стены моей комнаты теперь были цвета бледного кофе с молоком.
Другие 2 стены все еще были покрыты детскими розовыми полосками, от которых
я пыталась избавиться. Я улыбнулась, уже сейчас довольная переменами. Я
изменилась, и моя комната изменилась в подтверждении этого.
- Ты собираешься жить здесь в следующем году, — заметила Мери-
Кей, аккуратно подравнивая линию по потолку. Ее волосы были покрыты
забрызганной краской банданой, и хотя на ней были тренировочные штаны и
старый жалкий свитер, она выглядела как новое лицо в молодежной музыке.
— Если конечно ты не поступишь в Vassar (либеральный художественный
колледж в Нью-Йорке) или в SUNY (университет штата Нью-Йорк) или еще куда и
не переедешь.
- Ну, я пока не хочу принимать решение, — сказала я.
- Но тогда зачем беспокоиться о своей комнате сейчас? — спросила
Мери-Кей.
Я ответила, проводя линию краски по обоям:
- Не могу больше терпеть этот розовый.
- Помнишь, когда я спросила, был ли у тебя секс? — внезапно
спросила Мери-Кей так, что я едва не уронила валик. — С Кэлом?
Я привычно вздрогнула, желудок сжался. Я чувствовала это всегда, когда бы ни
упоминалось это имя.
Я осторожно ответила:
- Да.
- Так что, вы, ребята, когда-нибудь делали это? После того разговора?
Я перевела дух и медленно расслабилась, считая до 10. Я сконцентрировалась
на работе, проводя гладкие широкие линии поперек стены, срезая края и
раскатывая подтеки краски.
- Нет, — я сумела сказать это невозмутимо. — Нет, никогда.
— Мне в голову пришла нехорошая мысль. — Ты и Бэккер...
- Нет, — ответила она. — Поэтому он всегда так выходил из
себя.
Ей четырнадцать. Хотя она выглядит взрослой и соблазнительной, ей
четырнадцать. Я была невероятно благодарна, что Бэккер не сумел толкнуть ее
на большее, чем она была готова.
С другой стороны, мне семнадцать. Я всегда предполагала, что мы с Кэлом
займемся любовью, когда я буду готова. Но когда он попытался, я сказала
нет
. Я не была уверена, почему. Но сейчас хотелось бы мне знать, возможно
ли, что подсознательно я не ощущала себя в безопасности, не могла доверять
Кэлу настолько, чтобы переспать с ним. Я до сих пор любила многое из того,
что мы делали вместе: глубокие, насыщенные ощущения, то, как мы
дотрагивались друг до друга, нашу магию и все другие аспекты нашей близости.
Теперь я уже никогда не узнаю, что почувствовала бы, занимаясь любовью с
Кэлом.
- Как насчет Хантера? — спросила Мери-Кей с лестницы, внимательно
глядя на меня сверху вниз.
- А что насчет него? — я попыталась, чтобы это звучало небрежно,
но вряд ли у меня получилось.
- Как думаешь, ты переспишь с ним?
- Мери-Кей, — я чувствовала, как горят мои щеки. — Мы даже
не встречаемся. Иногда мы даже не выносим друг друга.
- С этого все и начинается, — сказала Мери-Кей со своей
четырнадцатилетней мудростью.
Мы начали рано, так что закончили стены к обеду. Пока я отмывала валики и
кисти, Мери-Кей спустилась на кухню и приготовила нам сэндвичей. Недавно она
увлеклась здоровым питанием, и сэндвичи были с арахисовым маслом и бананом
на хлебе из семи злаков. Удивительно, но они были очень вкусными.
Я расправилась с сэндвичем и сделала глоток диетической колы.
- Ах, это освежает.
- Вся эта искусственная фигня отравляет тебя, — сказала Мери-Кей,
но ее голос звучал вяло. Я с беспокойством посмотрела на нее. Это на самом
деле на время отвлекло ее от депрессии после Бэккера.
- Эй. Что ты делаешь сегодня днем? — спросила я, думая, что мы
могли бы прогуляться по парку или сходить на дневной сеанс или заняться еще
какими-нибудь сестринскими делами.
- Ничего особенного. Я думала, может быть, схожу на послеобеденную
мессу.
Я рассмеялась, удивившись:
- Церковь в понедельник? Что происходит? — спросила я. — Ты становишься монахиней?
Мери- Кей ослепительно улыбнулась:
- Я просто чувствую... Ты знаешь, со всем, что произошло — мне
просто нужна дополнительная помощь. Дополнительная поддержка. Я могу
получить это в церкви. Я хочу быть ближе к своей вере.
Я пила свою диетическую колу и не могла придумать ничего конструктивного,
чтобы продолжить разговор. В тишине я внезапно подумала: Хантер, и зазвонил
телефон. Я взяла трубку.
- Хай, Хантер.
- Я хочу увидеться с тобой, — сказал Хантер, как обычно, не
нуждаясь в приветствии. — Через полчаса будет ярмарка антиквариата.
Мне стало интересно, хотела ли бы ты пойти.
Я вздернула брови, так как Мери-Кей смотрела на меня.
- Ярмарка антиквариата? — ответила я.
- Да, это может быть интересно. Это поблизости, в Каатерскилл.
Мери- Кей наблюдала за выражением моего лица, и я изобразила, как у меня
отваливается челюсть.
- Хантер, это свидание? — я спросила для Мери-Кей, и она
выпрямилась, заинтригованная.
Тишина. Я улыбнулась в трубку.
- Ты знаешь, это слово — свидание, — я надавила на него.
— Я имею в виду, мы встречаемся по делу?
Мери- Кей начала бесшумно ржать.
- Мы, двое друзей, собираемся вместе, — сказал Хантер, и это
звучало очень по-британски. — Я не понимаю, почему тебе так нужно
классифицировать это.
- Кто-нибудь еще будет?
- Хм, нет.
- И ты не зовешь меня на свидание?
- Ты хочешь пойти или нет? — Сухо спросил он. Я удержалась от
смеха.
- Я приду, — и положила трубку. — Думаю, Хантер только что
пригласил меня. — сказала я Мери-Кей.
- Вау, — сказала она с усмешкой.
Я поспешила наверх, задаваясь вопросом, как могу быть настолько счастливой,
когда моя жизнь так страшна и напряженна.
Двадцать минут спустя Хантер подобрал меня на автомобиле Скай. Мои влажные
волосы длинной, тяжелой косой болтались за спиной. Я предложила ему
диетической колы, но он содрогнулся. Мы были на пути в Каатерскилл.
- Почему тебя так волновало свидание это или нет? — внезапно
спросил он.
Я была вынуждена ответить честно:
- Я хотела знать, где мы стоим.
Он взглянул на меня. Хантер был действительно красив, и мой мозг внезапно
был атакован картинами того, каким он был, когда мы целовались, каким
чувственным и страстным он казался. Я смотрела в свое окно.
- И где мы стоим? — спросил он мягко. — Ты хочешь, чтобы
это было свиданием?
Теперь я была смущена.
- О, я не знаю.
Тогда Хантер взял мою руку, поднес ее к губам и поцеловал, и мое дыхание
стало прерывистым.
- Я хочу, чтобы это было тем, чего хочешь ты, — сказал он, держа
одну руку на руле и не смотря на меня.
- Я дам тебе знать, когда сама разберусь,- сказала я потрясенно.
Ярмарка антиквариата проходила на территории огромного склада, похожего на
сарай в центре сельского городка Нью-Йорка. Здесь было немного людей —
был последний день. Все выглядело отчасти скупленным, но, тем не менее, я
наслаждалась времяпровождением с Хантером, временем, не связанным с магией.
Мое настроение стало еще лучше, когда я нашла небольшую резную шкатулку,
которая была бы прекрасным подарком для мамы, и старый медный барометр, от
которого папа будет в восторге. Два рождественских подарка, которые я могла
вычеркнуть из своего списка, ведь я так удручающе опаздывала с покупками к
празднику. Рождество быстро приближалось, а я только начала думать о нем.
Наш ковен тоже собирался праздновать Джуле, но, к счастью, обмен подарками
не планировался.
Я была поглощена содержанием старого шкафчика дантиста, когда Хантер
окликнул меня.
- Взгляни на них, — сказал он, указывая на стеганые одеяла типа
аманитов. Мне всегда нравились стеганые амские одеяла с их яркими, чистыми
цветами и утешительной геометрией узора. Хантер указал на один необычный, у
него был круговой мотив.
- Это пентакль, — тихо сказала я, касаясь хлопка кончиками
пальцев. — Круг со звездой внутри.
Фон был черным с девятью участками узоров в каждом углу и с оттенками сине-
зеленого, красного и фиолетового. Огромный круг был из фиолетового хлопка и
касался каждой из четырех сторон. Красная пятиконечная звезда заполняла
круг, в центре звезды был квадрат из девяти кусочков. Это было великолепно.
Я посмотрела на женщину средних лет, продающую стеганые одеяла, и быстро
прощупала ее сенсорами, проверяя, была ли она ведьмой. Я ничего не
обнаружила.
- Она викканка? — я спросила так, чтобы только Хантер мог
услышать.
Он покачал головой:
- Скорее просто голландцы Пенсильвании заговаривают узор. Тем не менее,
это мило.
- Красивое, — я снова мягко пробежалась пальцами по хлопку.
Следующее, что я осознала, было то, что Хантер достал бумажник и отсчитал
банкноты в руку женщины, она улыбнулась и поблагодарила его. Потом взяла
стеганое одеяло, чуть больше чем четырехфутовый квадрат(=180 см), и обернула
в ткань прежде, чем положить в коричневый бумажный пакет.
Мы пошли к автомобилю Хантера.
- Оно действительно прекрасно, — сказала я. — Я рада, что
ты купил его. Где ты его положишь?
Мы забрались в машину, он повернулся и вручил мне пакет.
- Это для тебя, — сказал он. — Я купил его, потому что хочу, чтобы оно было у тебя.
Воздух вокруг нас потрескивал, и я задалась вопросом, была ли это магия,
влечение, или что-то еще. Я взяла пакет и вытянула руку внутрь, чтобы
почувствовать прохладные сгибы одеяла.
- Ты уверен? — я знала, что ни он, ни Скай не зарабатывали
достаточно много — это стеганое одеяло должно было оставить огромную
вмятину в его бюджете.
- Да,- сказал он. — Я совершенно уверен.
- Спасибо, — приглушенно сказала я.
Он завел двигатель, и мы не разговаривали, пока не доехали до моего дома. Я
вылезла из машины, снова чувствуя себя неуверенно. Он тоже вышел и, обойдя
боковую дорожку, поцеловал меня — быстрое, нежное касание губ. Он
забрался назад в автомобиль Скай и отъехал прежде, чем я успела сказать
до
встречи
.
17 мая 1970 Весна наконец пришла в Уэльсе. Здесь в Альбертсвите холмы укутались ярко-зеленым покровом. Деревенские женщины начали засаживать свои сады. Клайда и я шли по холмам и среди скал, она преподавала мне местные знания: свойства местного камня, земли, воды, и воздуха. Я здесь уже шесть месяцев. С тех пор как я узнала о Клайде Рокпел в одной из книг Патрика, была настроена найти ее, учиться у нее. Потребовалось две недели кемпинга на ее пороге, питаясь сыром и хлебом, засыпая на своем пальто, прежде чем она заговорила со мной. Теперь я ее ученица, впитываю ее знания, как морская губка поглощает океанскую воду. Она глубокая, мрачная, иногда ужасающая, мерцающая своей мощью. Широта ее кругозора, ее силы и хитрость, сплетаясь с темными силами, наполняют меня легкомысленной взволнованностью. Я хочу знать то, что она знает, уметь делать то, что она делает, управлять тем, чем она управляет. Я хочу стать ею. Во вторник я и Мэри-Кей потратили еще одно утро на мою комнату, подкрашивая
подтеки на стенах. Днем я убедила сестру поехать за покупками со мной и Бри.
Соблазн времяпровождения с нами пересилил ее неодобрение относительно пункта
назначения: оккультного магазинчика Практической Магии в Ред-Килле, в десяти
милях к северу.
- И все-таки хорошая вещь — Рождественские праздники, —
сказала Бри, проезжая через центр Видоуз-Вэйла, — люди могут
восстановить свои силы от повседневной работы.
- Мы ведь тоже когда-нибудь будем работать, — напомнила я ей,
наблюдая за людьми, болтающимися по магазинам на Главной Улице. Потом
вытерла пятнышко краски на руке и включила кондиционер в BMW Бри.
- Только не я, — бодро сказала Бри. — Я собираюсь выйти
замуж за миллионера и ничего не делать.
- Ужас! — крикнула Мэри-Кэй с заднего сиденья.
Бри засмеялась.
- Что тебя не устраивает?
- Разве ты больше ни о чем не мечтаешь? — амбициозно спросила Мэри-
Кей. — Ты могла бы жить так, как пожелаешь!
- Я же просто пошутила, — сказала Бри, не признавая промаха.
— Я имею в виду, что еще не решила, кем стану. Но быть домохозяйкой не
так уж плохо.
- Бр
...Закладка в соц.сетях
