Жанр: Любовные романы
Не размениваясь по мелочам
...пала себя по губам. Со странностями. Не исключено, что он
только и мечтал поскорее от меня отделаться, а подвезти предложил из
вежливости.
Тут ее посетила пренеприятная мысль, и, дабы не выводил из себя развязный
смех подростков, которых показывали по телевизору, она взяла пульт и нажала
на кнопку выключения. Воцарилась тоскливая тишина.
Конечно, подумала Лесли. И как я сразу не догадалась? Его ждала дома жена и
дети, поэтому он и не пошел ко мне. Получилось бы как-то неприлично, да и
его женщина разволновалась бы и стала бы гадать, не стряслось ли беды.
Значит, сказала она себе, поднимаясь с тахты и отправляясь на кухню сварить
кофе, возможно я ему и понравилась. Во всяком случае, не показалась
отвратительной. С другой стороны, какая мне разница?
Ни-ка-кой! — во весь голос воскликнула она, стараясь развеселить себя.
Он наверняка лет на десять меня старше, если не на все пятнадцать. Не
исключено, что женат не первый раз, воспитывает полдюжины детишек. И что на
меня смотрит как на глупого ребенка.
Но ведь я ничего такого и не подразумевала, добавила она мысленно, заглушая
шевельнувшееся в сердце непривычное волнение. Хотела всего лишь подружиться
с ним, просто поболтать... Такое ощущение, что он знает много-много секретов
и мог бы поделиться опытом, помочь разобраться в сложностях жизни. Только и
всего.
Ей представилось, как об этих самых сложностях с ним толкует другая женщина,
как внимательно он ее слушает, как пытается поставить себя на ее место и
найти верное решение. Сделалось завидно и немного обидно.
Ничего! И я в один прекрасный день встречу своего мужчину! — сказала
она себе, не желая думать о своем одиночестве.
Тут по дому многозвучной трелью разнесся телефонный звонок.
Мама, подумала Лесли, хватая чашку с кофе и устремляясь к трубке, что лежала
на холодильнике.
— Алло? — выпалила она.
— Ну привет, — послышался лениво-хрипловатый голос Джейсона.
Только этого мне не хватало! — мелькнуло в мыслях Лесли. Впрочем...
хотя бы отвлекусь.
— Привет.
— Скучала?
Джейсон говорил почти всегда одними и теми же фразами и задавал глупейшие
вопросы.
— Брось дурить, — строго ответила Лесли.
— Ладно-ладно, только не злись, — пробормотал он. — Чем
занимаешься?
— Пришла с работы, пью кофе.
— Одна?
— Да, представь себе!
— Поедем куда-нибудь, поужинаем вместе.
Лесли не понимала, как ему не надоело получать отказы. Джейсон изводил ее
звонками вот уже третий год. Она сразу дала ему понять, что о сближении
между ними не может быть и речи — слишком они были разные, не протянули бы
вместе и месяца. Но Джейсон никак не желал отступать.
— Я уже поужинала, — устало сказала Лесли.
— Тогда поедем просто чего-нибудь выпить. Или в клуб, потанцуем? — не
унимался он.
— Какие могут быть танцы? Завтра мне рано вставать, — пробормотала
Лесли, чувствуя, что должна поскорее лечь в постель. От обилия впечатлений и
раздумий кружилась голова и наваливалась слабость.
— Ты просто не хочешь меня видеть, да? — с плохо скрываемой досадой
быстрее и резче проговорил Джейсон. — Тогда пошли куда подальше — и
поставим на этом точку.
Лесли заглушила в себе вопль отчаяния, сделала глоток кофе, поставила чашку
на стол и забралась с ногами на кожаный диванчик. Ей было по-человечески
жаль Джейсона. Наверняка он питает к ней искренние чувства, иначе не стал бы
так продолжительно унижаться и выставлять себя полным идиотом. Помочь же ему
она, увы, ничем не могла.
— Джейсон, посылать кого бы то ни было не входит в мои привычки. Повторяю
это тебе в сотый раз. А насчет того, хочу ли я тебя видеть... Послушай,
разве я не ясно все объяснила в прошлый, позапрошлый раз?
— Ясно-ясно. Яснее некуда, — с горькой усмешкой произнес несчастный
влюбленный. — Да я ведь не только потому тебе звоню, что не теряю
надежды на ответные чувства. Понимаешь, мне приятно даже слышать твой голос,
делиться с тобой новостями. Таких, как ты, больше нет.
— Естественно, — стараясь говорить помягче, ответила Лесли. — И
таких, как ты, тоже. Каждый из нас уникален.
— Да нет, я не о том. Разумеется, в каком-то смысле все мы уникальны. С
другой же стороны, основная масса очень подвержена влиянию времени,
телевидения и так далее. Ты же будто существуешь независимо от дат,
поветрий, моды. Когда я с тобой разговариваю, я отдыхаю душой, вот почему
меня к тебе тянет. Ты излучаешь какой-то магический свет, что ли...
Волшебное тепло, которым так и хочется согреться.
— Спасибо, — пробормотала Лесли, искренне сочувствуя нелюбимому
поклоннику.
— Это тебе спасибо. За то, что ты есть. — Голос Джейсона прозвучал чуть
более хрипло, чем всегда.
Лесли грустно улыбнулась, задумываясь, зачем существует никому не нужная
любовь, и ничего не ответила.
— Я еще позвоню тебе, ладно? На следующей неделе? — с надеждой в голосе
спросил Джейсон.
— Конечно, звони, — сказала Лесли.
— Может, все-таки куда-нибудь съездим вместе? Просто так, совершенно без
глупостей?
— Может.
Лесли знала, что не стоит никуда с ним ездить. Понимала, что Джейсон
обманывает себя и ее и что встречи лишь усугубят его страдания.
— Ну тогда — до следующей недели! — воспрянув духом, воскликнул
он. — Приятного отдыха!
— Спасибо.
Отложив трубку, Лесли в безотрадном раздумье допила остывший кофе. Ухажеров
ей всегда хватало, а вот родной души, человека, с которым она согласилась бы
быть рядом и в радости и в горе, когда видеть хочется лишь самых дорогих и
близких — тех, перед кем не стыдно быть смешной, заплаканной, убитой
горем, — такого парня все никак не встречалось. Тут ей вдруг снова
вспомнился Доусон, и на сердце почему-то стало отрадно и вместе с тем тяжко.
Опять зазвонил телефон.
— Мама?! — тотчас схватив трубку, прокричала Лесли.
— Привет, лапуль! Убавить звук можешь? Не то оглушишь и меня завтра же
уволят — больше не смогу переводить. Придется возвращаться домой.
— Ну и замечательно! Я соскучилась! — забывшись от радости, столь же звонко проговорила Лесли.
— Эй-эй! — с несерьезной строгостью произнесла мать.
Лесли шлепнула себя по губам.
— Все-все, убавляю. Когда приедешь?
— Думаю, через полмесяца. Самое большее, недели через три. Будет видно по
обстоятельствам.
— Мм... — разочарованно протянула Лесли. — Еще так долго ждать!
— Зато представь, как сильно мы обрадуемся друг другу при встрече, —
ласково сказала мать.
— Если бы ты позвонила в дверь прямо сейчас, я обрадовалась бы ничуть не
меньше, чем через три недели.
— Ну-ну, не грусти. У меня пропасть новостей, подарков и фотографий. Как
всегда, — воодушевленно сообщила мать. — С отцом давно
виделась? — спросила она совсем другим, помрачневшим голосом.
— В субботу, — ответила Лесли, и на ее светлое лицо легла тень. —
Он был не в духе. Вы что, снова поругались?
— Давай не будем о грустном, — попросила мать чуть дребезжащим от
недовольства голосом. — Ты все равно меня не поймешь.
Дабы беседа не закончилась размолвкой, Лесли, хоть и прекрасно понимала, что
мать нарочно так говорит, а сама только и ждет случая обсудить их с отцом
отношения, тотчас согласилась:
— Хорошо, давай не будем. Быстрее приезжай.
— Постараюсь.
Настроение после разговора с матерью совсем испортилось. И стало вдруг
безумно тоскливо, как случалось в редкие дни. В голове вдруг ни с того ни с
сего прозвучали слова Доусона:
Никогда бы не подумал, что такая девушка,
как вы, тоже бывает одинокой
. Почему тоже? — задалась вопросом Лесли.
О чем, интересно, он горюет? И горюет ли или это плод моего богатого
воображения? Что подразумевает под одиночеством? Смятение души, непонимание
близких или жизнь, как у меня: без спутника или спутницы? Нет, у него
непременно должна быть жена. К такому возрасту все кого-нибудь находят...
А у меня все еще впереди! Дабы совсем не раскиснуть, она вскочила с места и
пританцовывая понесла к раковине пустую чашку. Боль за отца с матерью
послушно улеглась, а странная тревога не отпускала до тех самых пор, пока
полтора часа спустя ее не заключил в свои сладкие объятия глубокий здоровый
сон.
3
Рассел столь долго и мучительно раздумывал, не допустил ли новой ошибки,
отказавшись от восторженно-невинного приглашения в гости, что позабыл обо
всем на свете. Не заехал ни в аптеку, ни в магазин и не купил ни мазь, ни
продукты. Список того, что ест и особенно любит Терри, оставленный Ребеккой
на столике в прихожей, рассеянно засунул в карман. За мазью пришлось вечером
бежать к соседям, а список Рассел обнаружил, лишь когда в полдень пошел
перекусить с Уэйном, и до самого вечера переживал, что Теренцию будет нечем
подкрепиться во время ланча.
Утром же вез его в детский сад в нелепом волнении и все спрашивал у самого
себя: что это со мной? Приглянулась девочка? Глупости! Он криво улыбнулся.
Эта чудо-воспитательница еще совсем ребенок, и потом мне теперь вовсе не до
влюбленностей. Прошла моя пора, надо решать проблемы посерьезнее. А мисс
Спенсер... Да просто очень уж она забавная. Взглянешь на нее — и на душе
легче. Может, не зря, черт возьми, умотала Ребекка?! Может, в этом странном
знакомстве и есть мое спасение? Напитаюсь жизнелюбием этой крошки,
насмотрюсь на ее милые улыбки и, глядишь, очнусь от мрачной дремы. А там,
снова полный сил и желания жить, и сына с дочерью верну. Хотя бы
наполовину...
В коридоре детского сада царил полумрак — лампы не горели, октябрьское утро
за большими окнами было уныло-серое и пасмурное. Откуда-то из боковой
комнаты слышался радостный ребячий гомон и играла музыка — песенка из
диснеевской
Русалочки
. Рассел, крепко держа за руку Терри, в глупой
нерешительности остановился у самого порога и затаил дыхание в предвкушении
новой живительной встречи.
Из боковой комнаты вышла худощавая дама в очках и с волосами неопределенного
цвета, разделенными посередине ровным пробором.
— Мистер Доусон? — спросила она деловым тоном.
Рассел кашлянул.
— Да. Здравствуйте.
— Вы старший брат миссис Байлджер, верно? Сын миссис Доусон? — Дама
изучала Рассела строгим взглядом водянисто-серых глаз.
Он почувствовал себя так, будто вернулся лет на тридцать назад и вызван к
доске, а уроки выучил прескверно.
— Да, правильно. Рассел Доусон. — Они обменялись рукопожатиями.
— Патриция Элбертсон, директор. — Не глядя на Терри, поэтому и не
замечая его синяк, она произнесла: — Иди, мальчик, в класс, готовься к
занятиям. Я хотела бы побеседовать с твоим дядей.
Терри, не сказав ни слова, шаркающей походкой направился в ту самую боковую
комнату.
Иди, мальчик
, — повторил про себя Доусон, стараясь не
показывать, что директриса вызывает в нем лишь неприязненные чувства.
Мальчик. Насколько сухо, казенно. Неужели она не знает, как его зовут? Он
ходит в этот сад года два! Такая мымра в жизни не схватит ребенка за руки и
не примется кружить с ним по полу, не опустится перед ним на корточки и не
прижмет к груди. Смеяться она, пожалуй, вообще не умеет.
Мисс Элбертсон терпеливо дождалась, пока за Терри закрылась дверь, и
приковала к Расселу суровый взгляд.
— Вы знакомы с мистером Байлджером, мистер Доусон? С отцом мальчика?
— С отцом Терри я, разумеется, знаком, — медленно проговорил Рассел,
чуть выделив
Терри
. — Они с моей сестрой были официально женаты.
— Я не раз пыталась побеседовать на эту тему с ней, но она уклоняется от
ответов и, как мне кажется... не очень-то печется о состоянии мальчика. А
ваша мама производит впечатление человека чересчур мягкого. — Патриция
Элбертсон сложила в замок длинные костлявые пальцы.
Мельком взглянув на них, Рассел вдруг вспомнил, что Шелли, большая
поклонница Гензеля и Гретель, до ужаса боится ведьм. Может, уже и не боится,
хмуро усмехаясь про себя, подумал он.
— А в чем, собственно, дело?
— Видите ли, ваш мальчик, то есть сын вашей сестры, все больше меня
тревожит. — Мисс Элбертсон смотрела на собеседника, почти не
моргая. — Замкнутый, часто играет в сторонке, отдельно от других детей.
Или битый час сидит, уткнувшись в книжку. Задашь вопрос, редко когда
ответит.
— Может, это говорит лишь о том, что у него более развитый и пытливый ум,
чем у его сверстников? И спокойный, некомпанейский характер? Его двоюродный
брат, мой сын, ребенок совсем другого склада.
— У вас есть сын? — Директриса чуть сузила глаза, будто пытаясь
определить, не лгут ли ей.
— Сын и дочь, — сказал Рассел, опуская глаза.
— Понятно. — Мисс Элбертсон о чем-то поразмыслила, медленно повернула
голову и, будто только теперь заметив стулья у стены, предложила: — Может,
присядем?
Рассел взглянул на часы.
— Нет, спасибо. Простите, но я...
— Спешите на работу, — договорила за него она. — Прекрасно
понимаю. Все в наши дни куда-то спешат. О детях думать некогда. По-моему,
это одна из самых страшных бед современности.
Рассел горько вздохнул.
— Что верно, то верно. Увы, иначе невозможно.
Бескровные губы мисс Элбертсон тронула не то насмешливая, не то понимающая
улыбка.
— Я вас не задержу надолго. Еще буквально пять минут. — Она расцепила
пальцы и прикоснулась к руке Доусона самыми кончиками. Они были неприятно
холодными, словно безжизненными. — Словом, если у вас есть свои дети,
то на племянника времени, конечно, совсем не хватает?
В груди Рассела поднялась удушающая волна протеста, вины и отчаяния. Он
развел руками, не зная, что говорить. По-видимому, неверно истолковав его
замешательство, директриса продолжила:
— Мне кажется, мальчику очень не хватает мужского воспитания, общения со
взрослыми мужчинами. Вы об этом никогда не задумывались?
Рассел кашлянул и заглянул в пустую игровую, гадая, где сейчас Лесли и
почему не она вышла их встретить.
— Задумывался.
— От этого и все его странности, — категорическим тоном заявила
директриса.
Неудивительно, что при тебе он странный, подумал Рассел. И я-то не знаю, как
себя вести. Что уж говорить о ребенке? Он вспомнил о вчерашнем разговоре с
Лесли. Без конца повторяя, что директриса еще не знает о приключившейся
неприятности, она явно боялась, что ее выставят. И не зря. Узнай такая карга
об оплошности подчиненной, выдворит беднягу без лишних выяснений.
— А ваш отец? — спросила мисс Элбертсон. — Насколько я знаю,
мальчик часто живет у бабушки с дедушкой?
Опять
мальчик
! Словечко начинало выводить Рассела из себя.
— Отец много работает, — сказал он. — А я... совсем недавно
вернулся из длительной командировки. Но обещаю, что поразмыслю над этим
вопросом, хоть и не совсем с вами согласен. — Ему не терпелось
закончить разговор.
Директриса усмехнулась.
— Не хотите — не соглашайтесь, дело ваше. Но имейте в виду: у меня солидный
опыт работы с детьми. Я знаю, что говорю. Всего хорошего, мистер
Доусон. — Последнюю фразу она произнесла таким тоном, что Расселу
показалось: его в завуалированной форме попросили больше здесь не
показываться.
Он ушел бы не мешкая, ибо в центре ждали нерешенные проблемы, а взгляд
директрисы так и говорил: бегите же к своим делам, чего стоите? Но Лесли, не
покидавшая его мыслей ни вчера вечером, ни все сегодняшнее утро — казалось,
он думал о ней даже ночью, — так и не появилась. Директриса недоуменно
шевельнула бровью, обвела не двигавшегося с места Рассела долгим взглядом и
пошла в класс.
— Подождите! — воскликнул он, не успев подумать, какой задать
вопрос. — А... мисс Лесли?
Патриция Элбертсон резко остановилась, повернула голову и устремила на него
пронизывающий взгляд.
— Что — мисс Лесли? — требовательно и с нотками недовольства спросила
она.
— Гм... Забыл ее фамилию...
— Спенсер, — напомнила она, продолжая всматриваться в лицо Рассела.
Должно быть, на нем отражалось нечто такое, что возбуждало ее любопытство и
вместе с тем каким-то образом ее задевало.
— Да, точно — Спенсер... — Рассел чувствовал себя дурак дураком. Может, она
все-таки узнала про вчерашнее — скажем, от
доброжелателей
или от тех же
детей — и Лесли уволили, вдруг подумал он. С его губ сам собой сорвался
вопрос: — Где она?
Директриса чуть сдвинула брови.
— Ее нет.
Не успел Рассел вымолвить больше и слова, как она отвернулась и поспешно
ушла в класс.
Хорошо, что вчерашнюю проблему специалисты на Аляске устранили еще до того,
как в нью-йоркском центре управления собралась вся команда инженеров-
конструкторов. Подтвердилась версия Рассела: вышел из строя один из датчиков
под вышкой буровой установки. Еще раз похвалив любимчика подчиненного,
Йоргенсен дал команду возвращаться к текущим делам. Работа пошла в привычном
ритме. Рассел открыл документы и уставился на экран невидящим взглядом.
Неужели ее правда выгнали? — потекли мысли в совсем не рабочем
направлении. Она так боялась потерять это место! Может, надо было окольными
путями выяснить у ведьмы Элбертсон, не успели ли ей доложить о вчерашнем? И,
если успели, заверить ее, что у нас с Терри к мисс Спенсер нет никаких
претензий. Что мы, напротив, очень хотим, чтобы она осталась.
Он целый день сидел как на иголках. Уэйну во время перерыва на ланч то и
дело отвечал невпопад, сосредоточиться на работе никак не удавалось, отчего
он недоумевал и досадовал. А в детский сад приехал ровно к шести, твердо
решив выспросить о Лесли у любой воспитательницы, хоть у той же директрисы.
Голос Лесли он услышал, едва взявшись за дверную ручку. И на миг задержался
на пороге, вздыхая с великим облегчением. Она, как и вчера, выпорхнула ему
навстречу из наполненной желтым светом игровой. Но не подбежала к двери, а
остановилась посреди коридора и с новым, непонятным Расселу выражением глаз
молча взглянула на него.
— Мисс Спенсер... — пробормотал он, невольно улыбаясь.
Сегодня ее пепельные волосы были распущены и волнами лежали на плечах.
Представленные взору мраморно-белые шея и чуть выглядывавшая из-под
глубокого выреза грудь поблескивали в сиянии ламп. Лесли приоткрыла рот, но
так и не произнесла ни слова.
— Сегодня утром, когда я привез Терри и не увидел вас, я не на шутку
испугался, — полушепотом и заговорщически глядя по сторонам,
пробормотал Рассел.
— Почему? — спросила Лесли, оживляясь.
— Подумал, что вас выставили. Ну, из-за мотоцикла.
Лесли рассмеялась и окончательно превратилась в себя вчерашнюю. Рассел,
залюбовавшись ямочкой на ее подбородке, снова отметил, что где-то глубоко в
его груди ослабляется узел тревог и страдания. Лесли Спенсер была
волшебницей.
— Да нет, никто меня не выгнал, — сказала она, не боясь, что ее
услышат. — Просто я работаю с трех до шести, а по утрам учусь.
— Учитесь? — Рассел попытался представить ее в толпе нагловатых
студентов и не смог. Быть с детьми, мультфильмами и игрушками ей шло куда
больше.
— Ага. — Лесли кивнула и махнула рукой в сторону игровой. Оттуда
доносились голоса нескольких о чем-то споривших детей и писк мультяшных
персонажей. — Терри смотрит
Винни Пуха
. Сейчас позову.
Она пошла за Теренцием, а Рассел вдруг пожалел, что не опоздал и сегодня. За
его спиной раскрылась дверь, и из игровой выскочила девочка лет шести.
Следом за ней вышли женщина в длинной коричневой юбке и темно-сером
кардигане и Лесли за ручку с Терри.
Рассел сделал шаг в сторону и оглянулся. У двери приостановилась, чтобы
стряхнуть капли со сложенного зонтика, женщина с такими же, как у Йоланды,
светлыми волосами. Тоска, не терзавшая Рассела почти целые сутки, опять
заключила его в свои цепкие объятия. Девочка бросилась матери на шею, а
Терри дернул Рассела за рукав.
— Привет.
— Привет-привет. Ну как прошел день?
— Нормально.
Блондинка заговорила с воспитательницей о дочери, а Лесли, хитро взглянув на
Рассела, произнесла одними губами:
— Келли.
Он понимающе кивнул.
Лесли поежилась и обхватила себя руками, совсем как вчера, когда села в
машину. Казалось, она хочет что-то сказать, но стесняется или не решается.
— Сегодня обошлось без приключений? — полюбопытствовал Рассел.
— Слава богу. Только вот снова придется задержаться. Позвонили родители
одного мальчика и сказали, что опоздают, может на целый час, как вы вчера.
Расселу на ум пришла блестящая идея. Задуматься о том, насколько она
необычная и юношески смелая, он не успел — слова тотчас полились с губ:
— Послушайте, а может, чтобы вам было повеселее, мы с Терри составим вам
компанию?
В глазах Лесли зажглись серебристые звездочки.
— Вы серьезно?
— Совершенно. — Рассел положил руку на голову Терри и вдруг вспомнил,
что утром не удосужился подумать о его ланче. — Только сначала я,
пожалуй, кое-куда съезжу.
Лесли озадаченно изогнула бровь. Рассел вдруг отметил, что она ему сильно
кого-то напоминает, и стал раздумывать, кого именно.
— Кое-куда съездите?
— Минут через десять-пятнадцать вернусь.
Лесли кивнула и взглянула на Терри.
— А Терри устраивает такой план?
— Еще как! — воскликнул он, будто понимая гораздо больше, чем способен
понять ребенок. — Я как раз досмотрю
Пуха
.
Лесли засмеялась и с нежностью привлекла его к себе.
— Вы смотрели его сотню раз!
— Но еще не насмотрелись, — рассудительно ответил Терри.
Торопливо выйдя во двор и все силясь вспомнить, на кого так похожа Лесли,
Рассел сел в машину и поехал в соседний квартал, где возвышался гипермаркет
Уолл-Март
. Настырно ускользавшая мысль приняла четкие очертания, когда,
остановившись перед полками со всевозможными сладостями, Рассел случайно
взглянул на круглую жестяную банку с изображением дымчатого котенка.
Льюис! — прозвучало в голове. Да-да, она ужасно похожа на Льюиса.
Сравнение было настолько чудным и неожиданным, что Рассел негромко
засмеялся. Беременная брюнетка, выбиравшая конфеты на нижней полке, бросила
на него косой взгляд, схватила за руку дочку лет пяти-шести и, так и не взяв
ни одну из пачек, тяжелой утиной поступью зашагала прочь.
Ну вот! — мысленно воскликнул Рассел. От меня уже шарахаются. Наверное,
лучше ходить угрюмым и помалкивать. Мордашка, точь-в-точь как у Льюиса, тут
же забывая про беременную и продолжая рассматривать котенка, подумал он. Эх,
дружище, как же мне тебя не хватает! Таких котяр, как ты, не сыщешь в целом
мире...
Он принес домой Льюиса, когда был девятилетним мальчишкой. От школьного
приятеля Майкла, кошка которого за два месяца до памятного дня родила
полдюжины котят. Чтобы мать с отцом позволили оставить Льюиса, Рассел чего
только не пообещал! Лучше учиться, помогать маме по дому, не дразнить
сестренку, брать ее с собой на улицу, а самое главное — в чем поклясться
было до ужаса приятно! — ухаживать за Льюисом и воспитывать его по всем
правилам. Прочие обещания мало-помалу выветрились из его головы, кормить же
Льюиса, возить его на осмотр в ветеринарную лечебницу, играть с ним и
уделять ему внимание он не забывал все семнадцать лет, что тот прожил на
свете. Другого кота взять так и не смог. Всякий раз, когда подобная мысль
приходила в голову — ему или позднее Тому, — он чувствовал себя
предателем.
И как я сразу не догадался? — задался он вопросом, почему-то безмерно
радуясь, что именно давнего преданного друга — пусть не человека, — а
не случайную знакомую и не кого-то из сотрудников напоминала ему Лесли. У
нее такие же глаза, подумал он. Круглые, блестящие, живые. Так и кажется,
что она каждое мгновение ждет от мира чудес, чего-то яркого, неожиданного,
захватывающего, таинственного. Такого, за чем, сию секунду сорвавшись с
места, помчишься сломя голову хоть на край земли.
— Может, вам помочь? — послышался откуда-то сбоку мягкий женский голос.
Не переставая улыбаться своим мыслям, Рассел пов
...Закладка в соц.сетях
