Жанр: Любовные романы
Минуя тысячи преград
... о потомстве речь, Шарлотта отшучивалась,
говорила: главное, сначала пожить для себя, вволю нагуляться. Ну а когда все
надоест...
И почему Джей никогда не придавал этому особого значения? Не пытался
побеседовать с Шарлоттой более основательно? Может, потому как не знал, что
на свете есть и другие женщины? Не мыслящие себя без детей?
А сам-то я кому приношу радость? — мелькнуло в его голове. Еще совсем
недавно я считал, что Шарлотте. Но теперь знаю твердо, ей моего внимания
было маловато. Да-да, иначе она не бросилась бы в объятия к другому
буквально за две недели до свадьбы. К родителям я езжу редко, иногда и
просто позвонить-то им бывает некогда. С сестрой... Не помню, когда в
последний раз виделся...
Неужели и я, бывший отличник, спортсмен, которого так уважают друзья (если,
конечно, не считать некоторых), — неужели и я в сравнении с Айланой
Пэрис ни черта в этой жизни не значу и абсолютно бесполезен?
Нет! Разумеется, нет! Как же я мог выпустить это из виду? У меня есть
работа, я подхожу к ней со всей ответственностью, а моя работа — ключ к
безопасности людей, в том числе и самых маленьких, с родителями или без. И
потом...
Он зашагал тверже и быстрее.
И потом, вся моя жизнь теперь изменилась. Как именно? Надолго ли? Пока не
имею понятия. Знаю одно: я перемене безумно рад.
Айлана ждала его в игровой, стоя у окна и о чем-то размышляя. Настолько
печальной и задумчивой он ни разу прежде ее не видел. Грусть шла ей не
меньше, чем улыбка, окутывала пеленой загадочности.
— Уилли спит? — тихо, чтобы не напугать ее, поинтересовался Джей.
Айлана вздрогнула, резко повернула голову и несколько растерянно поправила
шарф.
— Не слышала, как ты открыл дверь, — пробормотала она улыбаясь.
— Я так и подумал. — Джей прошел к окну. Оттуда была прекрасно
видна детская площадка. — Чудесная песочница. И качели. Да и горка с
лесенкой. Все как будто новое. Недавно купили?
— Да, буквально месяц назад, — охотно ответила Айлана. —
Старая песочница была совсем маленькая, а качели покосились. В общем так
гораздо лучше. — Она опять взялась за шарф и стала неторопливо его
теребить. — Уилли заснул быстро. Очень уж старался. Эта сцена, которую
он устроил... Ты уж прости его, тебе, наверное, было ужасно неловко?..
— О чем ты говоришь? — вспыхнул Джей. — Да разве можно за
такое извиняться? Мальчишке не хватает отцовского тепла. Это наша общая боль
— боль всего американского народа.
Айлана посмотрела на него как-то странно: с недоверием и в то же время
благодарно.
— Да, ты прав, — сказала она, решительно приподняв
подбородок. — Если бы все рассуждали так, как ты, может, детям-сиротам
жилось бы легче.
Джей вздохнул, виновато опуская плечи.
— Признаюсь честно: все эти мысли только сейчас стали меня посещать. До
знакомства с тобой о детях, у которых нет родителей, я никогда особенно не
задумывался. Мне казалось, работники детских домов прекрасно знают, в чем
детишки нуждаются, и делают все необходимое, чтобы скрасить их
существование. Но ведь мать с отцом, какими бы они ни были, не заменишь
ничем и никем, я осознал это только теперь, когда взглянул в глаза твоим
малышам. Наверное, мое детство было слишком благополучно, вот я и не смотрел
на своих родителей, как на нечто крайне ценное.
Краска медленно отлила от щек Айланы. Она напряглась, даже как будто
перестала дышать. Джей смутился, подумав, что ляпнул лишнего.
— Тебе повезло, — проговорила она, глядя в окно.
— М-да... — Джей растерялся. Может, и она из детского дома? —
пронеслось у него в мыслях. Нет, мама-то у нее точно есть. А отец?
— Куда-нибудь пойдем поужинать? — спросила Айлана совсем другим
голосом. Когда речь заходила о чем-то для нее неприятном, она резко
переводила разговор в другое русло, не давая собеседнику ни малейшей
возможности раскрыть секрет ее бед, посочувствовать.
— С удовольствием, — ответил Джей.
— На танцы не поедем, не беспокойся! — Айлана вытянула вперед и
перекрестила руки.
Джей засмеялся, но тотчас вспомнил про Массимо, и его настроение ощутимо
испортилось. Он измучился вчера, представляя, как эти двое продолжают без
него веселиться, даже долго не мог уснуть.
— Кстати... этот Массимо? — спросил он, старательно притворяясь,
что его страшно заинтересовал появившийся на детской площадке
уборщик. — Он кто? Испанец?
— Итальянец, — ответила Айлана, ни капли не тушуясь.
— Вы с ним встречаетесь? — как бы между прочим полюбопытствовал
Джей.
— Нет, что ты! — Айлана рассмеялась. — Мы видимся только в
клубе, обычно вместе танцуем. У него есть подружка, фотомодель. Длиннющая,
просто ужас. — Айлана поежилась, словно стояла на ветру и
озябла. — На полголовы выше самого Массимо. Она постоянно в разъездах:
сегодня в Милане, завтра в Париже, послезавтра в Нью-Йорке. А он художник.
Живет в Окленде два года.
— Ты не пыталась отбить его у этой длиннющей? — спросил неизвестно
зачем Джей. — Наверняка получилось бы, тем более раз она постоянно в
разъездах.
— Да ты что?! — воскликнула Айлана, и ее брови гневно
изогнулись. — Во-первых, я с Джанет знакома, и никогда не пошла бы на
такую подлость. Во-вторых, сам Массимо, хоть и редкий красавец, вовсе не какой-
нибудь гуляка. У них с Джанет любовь, они, может, даже поженятся.
— Что это за любовь такая: она всегда в разъездах, он бегает один на
танцы? — Черт знает зачем Джей говорил ей все это?! То ли из странного
желания подразнить, то ли что-то доказать себе — он сам не до конца понимал.
Но сознавать, что с Массимо Айлану связывает чисто дружба, ему было
чертовски приятно.
— Массимо обожает танцевать, — строго, но не выходя из себя,
сказала Айлана. — А Джанет любит свою работу. По-твоему, им следует
запретить друг другу заниматься тем, что для каждого очень важно? Думаешь,
за первым запретом не последует второго, третьего? И чем все это закончится?
Обоюдной ненавистью, обманом, изменами? Нет уж! На мой взгляд, они поступают
совершенно верно. Пройдет год-два — и Массимо наверняка насытится танцами, а
Джанет осточертеют подиумы. Тогда они где-нибудь и осядут и заживут вполне
счастливой новой жизнью. Даже детьми обзаведутся — я почти уверена.
— Наверное, ты права, — пробормотал Джей, добавляя про себя: но
если бы моей невестой стала ты, я всю свою жизнь перевернул бы, лишь бы не
разлучаться с тобой надолго...
— Итак, едем ужинать? — спросила Айлана обычным веселым голосом.
— Едем! — решительно воскликнул Джей. Они уже зашагали к двери,
когда Джей посмотрел на часы и вспомнил о подарках. — Ой, я совсем
забыл!
— В чем дело? — встревоженно спросила Айлана.
— Я кое-что купил в супермаркете, попросил привезти сюда к десяти.
Придется подождать.
Айлана растерянно хлопнула глазами.
— Кстати, огромное спасибо, что выручила меня там, на площадке, —
пробормотал Джей.
— Что? — Айлану, по-видимому, что-то волновало. Она не сразу
поняла, за что Джей ее благодарит.
— Никогда себе не прощу, что явился сегодня сюда без гостинцев! —
воскликнул он. — Ведь прекрасно знал, что тут дети и что они еще не
спят.
— А-а, вон ты про что! — Айлана засмеялась. — Перестань,
лучше поскорее себя прости. Ты ведь сам сказал, что с детьми почти не
общаешься. Поэтому и не вспомнил, что они постоянно ждут сюрпризов. —
Она махнула рукой. — Не переживай. Завтра я куплю им по конфете и
скажу, мол, это от тебя.
Джей улыбнулся краешком рта, но о подарках ничего не сказал.
Айлана опять о чем-то задумалась.
— Может, нам сюда что-нибудь заказать? — спросила она, шевеля
бровью. — Или попросим Энн, чтобы нас покормила? Ничего изысканного они
не предложат, тут еда всегда довольно простая. Зато вкусная и
полезная. — Она опять приложила к животу руку и взглянула на Джея до
того жалобно, что он, еще не догадавшись в чем дело, чуть не бросился ее
утешать. — А то до десяти я, боюсь, не выдержу.
Джей расхохотался. Так искренне и так от души он уже давно не смеялся.
Айлана и правда была наполовину ребенком. До невозможности милым и
прелестным.
Джей взял ее руку и крепко сжал в своих.
— Конечно, давай поужинаем тут.
— Ты не против? — Айлана радостно подпрыгнула на месте. — А я
подумала, ты скажешь: здесь не та обстановка и блюда не те...
— Неужели ты считаешь меня настолько избалованным? — Джей прищурил
один глаз, пытливо всматриваясь в ее глаза.
Она пожала плечами.
— По твоему виду можно подумать, что у тебя жизнь идет по строго
расписанным правилам.
— Ошибаешься. — Джей усмехнулся. — Мне тоже приходится много
ездить, много работать. Сегодня вечером я здесь, завтра бог знает где.
Соблюдать режим, жить по правилам — об этом нам не приходится и мечтать. А
что у меня за вид? Почему ты решила, что я настолько уж правильный?
Айлана внимательнее рассмотрела его лицо: высокий лоб с двумя продольными
морщинками, зеленые глаза под широкими бровями, щеки с небольшими впадинами,
плотно сжатые губы, квадратный подбородок с ямочкой. И покачала головой.
— Не знаю. Честное слово, не знаю. Но что-то этакое в тебе определенно
есть. — Она засмеялась, играя с кистями шарфа. — Впрочем, это
неважно. Так я сбегаю на кухню?
— Конечно.
Джей хотел было предложить свою помощь, но Айлану как ветром сдуло. Без
своевременного ужина она, видимо, в самом деле не находила себе места.
Фантастическая женщина!
Айлана вернулась минут десять спустя с большим подносом в руках. На подносе
стояли две тарелки с политым мясной подливкой картофельным пюре и
кругленькими аппетитными тефтелями.
— Все горячее! Пахнет вкусно! — провозгласила Айлана, опуская
поднос на столик у стены. — Здесь нам, может, будет неудобно, —
пробормотала она, оценивающе глядя на низкие детские стулья. — Если
хочешь, перейдем в учительскую?
Джей покачал головой.
— Я бы предпочел остаться тут. Никогда еще не ужинал в детдомовской
игровой.
У Айланы заискрились глаза.
— Думаешь, тут пища начнет перевариваться как-то по-особому?
— Конечно. — Джей кивнул. — Вокруг все яркое, детское.
Обстановка, в которой ешь, тоже ведь очень важна для желудка. В общем, если
ты не против, давай останемся здесь.
— Я, конечно, не против. — Айлана потерла руки, живо придвинула к
столику два стула и на один уселась.
Раздался стук, дверь растворилась, и на пороге появилась улыбающаяся Энн.
— Принесла вам салфетки, приборы, соль, — сказала она, протягивая
Айлане вилку и нож. — Садитесь же, мистер Уоддингтон, не то все
остынет, станет невкусным.
Джей, поблагодарив Энн, сел напротив Айланы. Энн подала приборы и ему,
поставила на стол салфетницу и солонку, пожелала обоим приятного аппетита и
удалилась.
— Славная женщина, — заметил Джей.
— Угу, — промычала Айлана, уже положив в рот половину тефтели.
Ужин оказался по-домашнему вкусным. Здесь все было домашним: наполовину
занавешенные цветными шторками окна, рисунки на стенах, краснощекие
кукольные лица. Джей подумал вдруг о том, что тут ужинать гораздо уютнее и
спокойнее, чем в любом городском ресторане.
— Ой! Я забыла про сок! — воскликнула Айлана, когда уже наполовину
опустошила тарелку.
Как раз в эту минуту опять раздался стук и на пороге появился Боб с
маленьким подносиком в руках. На нем красовались два стакана апельсинового
сока.
— Мистер Уоддингтон, добрый вечер!
— Здравствуй, Боб! — ответил Джей улыбаясь. — Вы тут как
будто умеете читать мысли друг друга.
— Читать мысли? — Боб озадаченно нахмурился.
— Я буквально перед твоим приходом вспомнила, что совсем забыла про
сок, — пояснила Айлана. — Только сказала об этом Джею — и вдруг
стук в дверь! Умница ты наш! — Она поднялась со стула и взяла у Боба
поднос.
— Меня Энн прислала, — пробормотал тот. — Может, что-нибудь
еще принести?
Джей помотал головой.
— Нет, спасибо. Кстати, называй меня просто Джей, Боб, — сказал
он, внезапно объятый неодолимым желанием хоть на время стать частью этой
огромной дружной семьи.
Боб улыбнулся, оживленно кивнул.
— Ладно.
— Замечательные тут работают люди, — произнес Джей, когда за Бобом
закрылась дверь.
Айлана, прожевывая очередную половинку тефтели, кивнула.
— Да, ты совершенно прав. Я чувствую себя здесь настолько спокойно и
уверенно, как будто нахожусь в собственном доме, причем в окружении любящих
родственников.
— А что это за история с Джимми? — спросил Джей, вспомнив вдруг печальный рассказ Уильяма.
Айлана немного погрустнела, даже опустила на тарелку нож и вилку и перестала
есть.
— Его захотели усыновить некие Торны. Муж и жена, бездетные, живут где-
то на окраине, владеют небольшим магазинчиком. С ними, как обычно,
разговаривала Марта. Ей они показались людьми вполне достойными. — Она
глубоко вздохнула, отпила из стакана немного сока. — Джимми приглянулся
им сразу же, они даже, недолго думая, тотчас принялись оформлять документы.
А в последний момент куда-то исчезли. — Она замолчала.
— Как это, исчезли? — удивился Джей.
— Очень просто. На звонки не отвечают, в магазине не появлялись уже
неделю. Марта даже ездила к ним домой спросить, мол, каковы ваши планы. Ей
никто не открыл. — Она закусила губу и начала теребить кисти шарфа.
Взгляд Джея скользнул по ее пальцам. Тонкие, длинные, гибкие. Она явно
волновалась и ярче всего выражала чувства именно пальцами.
Джей чуть наклонился вперед и взял ее за вторую руку.
— Говоришь, документы уже оформлены?
— Да, — ответила Айлана, глядя на салфетницу. — Джимми
страдает, замучил нас вопросами... Мы говорим, твои мама с папой, дескать,
обязательно приедут, а сами не знаем, что и думать.
Джей осторожно сжал ее руку.
— Странно, конечно. Но, если хорошенько все обмозговать... Им не имело
смысла усыновлять ребенка просто так. Зачем?
Айлана пожала плечами.
— Они объявятся, — твердо сказал Джей. — Готов поспорить.
— Ты правда так считаешь? — Пальцы Айланы обвили его руку. Она
посмотрела на него так, будто попала на свидание с Всевышним, свято веря: уж
он-то не обманет. — Вот бы было здорово! Как бы мы все обрадовались!
На ее щеках заиграл румянец. Лицо освещала детская доверчивость, глаза
горели. Джей невольно залюбовался ею, и она, неожиданно смутившись,
осторожно высвободила руку.
— Как продвигается следствие?
Опять ей приспичило резко сменить тему. О следствии, от которого ему уже
делалось тошно, Джей не особенно желал вспоминать.
— Сегодня мы получили факс из Квонтико, — нехотя произнес
он. — Оказывается, в восемьдесят девятом году один нью-йоркский банк
ограбила банда, которой командовал именно сумасшедший. Некий Адам Миллер.
Годом раньше он хотел взять крупный кредит, но ему отказали, вот его и
обуяла злоба. План ограбления он вынашивал восемь месяцев, потом занялся
подготовкой и стал собирать команду.
— Его поймали? — с живым интересом полюбопытствовала Айлана.
— Сразу же. В том-то и дело. Нынешние преступления совершает словно сам
Сатана.
Они молча доели и выпили сок. Джей посмотрел на часы.
— Без пяти. Надо бы выйти во двор, чтобы не начали сигналить и не
разбудили детей.
— Спускайся, — ответила Айлана вставая. — А я пока отнесу на
кухню посуду.
Когда она вышла на крыльцо, машина
Сейфуэй
уже отъезжала. Джей стоял у
самого входа, окруженный немыслимым количеством блестящих подарочных
пакетов.
— Что это?! — воскликнула Айлана, не веря собственным глазам.
— Гостинцы, точнее... тут не только сладости, но и игрушки... —
Джея переполняло глупое счастье. Хотелось беспрестанно улыбаться и в то же
время было как-то неловко, и он старался не смотреть Айлане в лицо.
Та какое-то время ошеломленно хлопала глазами, потом, когда до нее дошло,
что происходит, порывисто бросилась Джею на шею и крепко-крепко обняла. У
Джея перехватило дыхание. Почувствовав ее тепло, вдохнув ее аромат, он на
миг онемел, совершенно растерялся. Айлана отстранилась от него, подпрыгнула
на месте. Вбежала внутрь и, раскрыв дверь кухни, взволнованно крикнула:
— Боб, Энн! Идите-ка сюда, посмотрите!
Джей смутился. Он и представить не мог, что Айлана настолько бурно
обрадуется подаркам.
Может, надо было и ей накупить сладостей? — пронеслось в его слегка
затуманенной голове. Она ведь их обожает. Эх, черт! Почему хорошие мысли
посещают меня в последнее время с таким опозданием? Не бежать же мне в
Сейфуэй
еще раз! Глупо выйдет, нелепо. Ладно, подарю ей что-нибудь завтра.
Надо будет выкроить хоть полчасика днем, сбегать в торговый центр.
— Вы только взгляните! — воскликнула Айлана, вся так и
светясь. — Джей накупил для детей подарков! По огромному пакету для
каждого!
Энн взялась за голову и энергично ею закачала. Боб округлил глаза и
счастливо заулыбался.
— Спасибо вам, мистер Уоддингтон, — закудахтала Энн, вскидывая
сивые брови. — Сколько у них завтра будет радости, вы и представить
себе не можете!
— Давайте-ка отнесем это все наверх! — скомандовала Айлана, беря в
каждую руку по три пакета. — Только тихонько, чтобы никого не
разбудить. Отдадим им все утром, прямо после завтрака. Пусть радуются.
Они составили пакеты в игровой у стены. Айлана еще раз обвела их восхищенным
взглядом и сложила руки перед грудью.
— Ты как добрый волшебник, Джей! Спасибо...
Айлана жила поблизости, буквально в нескольких минутах ходьбы.
— Если хочешь, я покажу тебе свой дом, — просто сказала она, когда
они с Джеем вышли за калитку. — Или поедем... гм... можно в кино или к
озеру?
— Лучше покажи мне свой дом, — не раздумывая ответил Джей.
Айлана кивнула и указала рукой путь. Всю дорогу оба молчали. Джей
прислушивался к ее дыханию, ежесекундно вспоминал, как она обняла его,
пытался угадать ее мысли. И чувствовал себя бесконечно счастливым. Нет,
ничего подобного с ним еще не происходило. Любовь к Шарлотте была всегда
другой, даже в самые светлые времена. С примесью тревоги, с оттенком
сомнения. Почти незаметным, но все же...
С Айланой тревожиться было как будто не из-за чего. В ней, при всей ее
непредсказуемости, не чувствовалось и малейшего подвоха.
— Вот тут я и живу, — сказала она, когда они приблизились к
многоквартирному светло-коричневому зданию с исписанными граффити
стенами. — Зайдешь на чашечку чая?
У Джея от радости ёкнуло сердце.
— С удовольствием.
Айлана засунула руку в сумку, пошарила в ней, сняла с плеча, опустилась на
колени и опять высыпала все, что в сумке находилось, прямо на асфальт перед
подъездом. Джей следил за ней, не в силах скрыть улыбки. Ему хотелось
запечатлеть в памяти ее всю, каждую ее черточку.
— А, вот вы где! — победно воскликнула Айлана, извлекая из пестрой
кучи связку ключей. Улыбнувшись Джею, она в считанные секунды вернула
имущество в сумку, поднялась, открыла подъезд, и уже в лифте, как будто
притянутые друг к другу, как металл к магниту, они жарко обнялись и
поцеловались.
Джею почудилось, что он заново родился. Кто-то бесплотный и могущественный
словно вдохнул в него новые силы, велел начать совсем другую жизнь.
У Айланы были удивительно нежные, необыкновенно мягкие сладкие губы. А от
волос пахло лесными ягодами и травами, — чем-то оставленным далеко в
детстве, куда теперь нет дороги, на что в нынешней, взрослой жизни никак не
хватает времени.
Будто околдованный, не вполне понимая, что с ним происходит, Джей переступил
порог ее небольшой чудно оформленной восточными куклами, статуэтками и
ковриками квартиры. У него все плыло перед глазами, громкий стук сердца
отдавался в висках. Страшно хотелось пить, но не воду, не лимонад, а ту
дивную влагу, которой была насквозь пропитана сказочная Айлана.
Даже не упоминая больше о чае, она провела его в спальню, прямо к большой
кровати со спинками из витых металлических прутьев. Будто во сне, Джей
смотрел, как она медленными движениями сняла с шеи длинный розовый шарф,
расстегнула на юбке молнию...
На миг Джей вдруг чего-то испугался. Он желал Айлану до умопомрачения и в то
же время чувствовал, что, если сблизится с ней сейчас, вовек не сможет
вычеркнуть из памяти, будет до гробовой доски вспоминать ее как единственное
настоящее в жизни счастье. Как и то, что удержать с собой рядом следовало во
что бы то ни стало, любым способом.
Страх улетучился, едва Айлана, освободившись от юбки, легла с ним рядом на
кровати и ему на щеку упала легкая ароматная прядь ее каштаново-пепельных
волос... Он содрогнулся всем телом, положил руку на ее тонкую девичью талию,
и время как будто остановилось...
Проснувшись, Джей не сразу сообразил, где находится. Было явно утро — сквозь
незанавешенный кусочек окна в комнату лился белый солнечный свет. Джей
осмотрелся. Люстры-фонарики, веера и панно, расписанные иероглифами,
огромная фарфоровая кукла, спинка кровати из витых прутьев...
Кровать... Он мгновенно все вспомнил. По его груди разлилось блаженное
тепло, сердце забилось громче, губы разъехались в улыбке.
— Айлана! — крикнул он слегка охрипшим после сна голосом.
— Я тут! — бодро отозвалась Айлана. — Готовлю бутерброды и
кофе! Уже половина восьмого, пора вставать!
Джей сладко потянулся и соскочил с кровати. Именно таким представлялось ему
в грезах идеальное утро. Да-да, прямо таким! Точнее, в мечтах он не видел
вееров и кукол, не ощущал запаха кофе, не слышал звонкого женского голоса.
Но чувствовал себя в точности так — безгранично довольным, полным сил,
готовым свернуть горы.
Послышались легкие шаги Айланы, раздвинулась бамбуковая шторка, и в проеме
двери показалось ее румяное, сияющее улыбкой лицо.
— С добрым утром! Лови! — Она бросила ему чистое полотенце,
подмигнула и ушла.
Джей нахмурился. Нет. Что-то было не так... До полного счастья чего-то этому
утру недоставало. Он понял это только сейчас, когда увидел Айлану. Она
смотрелась здорово — может, более привлекательно, чем по вечерам. Цветущая,
светлая, отдохнувшая... Но...
Обернув полотенце вокруг бедер, он отправился на поиски ванной. Хоть
квартирка у Айланы и не отличалась большими размерами, разобраться в ней
оказалось не так-то просто. За дверью, украшенной фотографиями диковинных
рыб, Джей, к своему удивлению, обнаружил кладовку, к спальне прилегала
комната, заполненная книгами, сувенирами и антикварными вещицами.
— Ищешь ванную? — крикнула Айлана, наверное по шуму догадавшись,
что Джей в растерянности. — Она прямо рядом с гостиной, за дверью с
драконом. Видишь?
Джей вышел в гостиную, покрутил головой, заметил огромное деревянное панно с
вырезанным на нем огнедышащим драконом и усмехнулся. Если бы Айлана не
подсказала, он ни за что не догадался бы, что это дверь.
Ему все хотелось понять, что его смутило в выражении Айланиного лица, и он
вновь и вновь ее представлял, но никак не мог поймать плававшую где-то в
подсознании мысль. Вдруг до него дошло, и на душе сделалось тоскливо и
тяжко.
Айлана в отличие от всех остальных женщин, с которыми ему доводилось
просыпаться после первой ночи любви, посмотрела на него искл
...Закладка в соц.сетях
