Жанр: Любовные романы
Снежная крепость
...ки, Паоло не
почувствовал себя лучше. Мучившая его тупая боль наконец отпустила, и
произошедшее с ним совсем недавно в лобби отеля уже не казалось столь
важным. В конце концов, мало ли девушек на свете, подумал он. Но уже в
следующую минуту лицо Паоло исказила судорожная гримаса — эта мысль
показалась ему бесконечно фальшивой. Девушек на свете было, конечно, немало.
Но Рафаэлла... Разве можно представить себе кого-то еще, кто был бы похож на
нее?
Перед его мысленным взором возникла ее стремительная фигура, с отчаянной
храбростью проносившаяся вниз по льдистому склону, ее огромные голубые глаза-
озера, загадочно мерцавшие в полумраке вечернего ресторана. Он вспомнил
восхитительное торжество ее непокорных каштановых волос, ее четкий профиль,
словно сработанный резцом талантливого скульптора. Гордо выпрямленная спина,
королевская осанка. Нет, подобных ей просто нет.
Через четыре дня Паоло вернулся в Милан. Нет, погода в Кортина-д'Ампеццо
стояла все такая же прекрасная, но что-то, видимо, случилось с самим Паоло —
ему не захотелось больше задерживаться. Позвонив Джино, он коротко известил
его, что возвращается. И уже через три часа переступал порог офиса.
— Рад вас видеть, шеф, в прекрасной спортивной форме — похудевшим и
загоревшим. Я всегда говорю: худеют только худые. А нам, толстякам, не везет
— мы только поправляемся. — Джино вздохнул, но через секунду
почтительно склонил голову. — Рад доложить: без вас все было не так уж
плохо. Но с вами, разумеется, гораздо лучше.
Паоло махнул рукой.
— Я не президент республики, Джино. Не надо так мне льстить. Как дела с
продажами?
— Я старался, но... — Джино не мог сдержать торжествующей
улыбки, — у вас это точно получается гораздо лучше. Смотрите на график
продаж. С вами они, черт побери, уходили гораздо быстрее!
Паоло проглядел график и покачал головой.
— Ты зря прибедняешься, Джино. Дела у тебя обстояли просто отлично.
Больше двадцати проданных машин за эти дни — да это же превосходный
результат!
— Вы бы его перекрыли в несколько раз, — ухмыльнулся Джино. —
Впрочем, у вас сейчас есть прекрасный шанс продемонстрировать это.
Кстати... — Он понизил голос. — Вчера здесь был представитель
фирмы. Конфиденциально сообщил, что скоро в продаже появится новая версия
альфа-ромео
, знаменитого спортивного купе. Мощность новой модели
увеличивается почти на треть!
— На треть? — Глаза Паоло блеснули.
— Вот именно. Он сказал, что мы можем начать рекламировать эту игрушку
— естественно, пока потихоньку. Только самым проверенным клиентам. Цена для
них будет тоже особая — отдавая на обмен старую
альфу
, они смогут получить
новую всего лишь за треть стоимости!
— Невероятно, — прошептал Паоло. — Если это случится, это
будет действительно большим прорывом. Ни
ланча
, ни
фиат
ведь не
выпускают в этом году никаких спортивных новинок?
— И
мазератти
— тоже. — Джино возбужденно потер руки. —
Новые модели подготовили только
феррари
с
ламборджини
. Да еще и
бугатти
. Но, как вы понимаете, их игрушки по карману только арабским
шейхам и миллионерам из России.
Паоло кивнул.
— А
альфа-ромео
в принципе доступна всем, кто любит быструю езду и
при этом обожает подлинный комфорт. Так что хорошее будущее нам, похоже,
обеспечено! Я сегодня же позвоню синьору Фельтринелли и, пожалуй, синьору
Риччи — сообщу им о новинке. Они должны это оценить.
— Я тоже так думаю, — кивнул Джино. Он внимательно посмотрел на
шефа. — А как вообще ваш отдых? Удался? Снег не подвел?
— Да, все было прекрасно.
— Все, кроме... — Джино покачал головой.
Паоло нахмурился.
— Какая муха тебя укусила? Что ты имеешь в виду, Джино?
— Не старайтесь обмануть меня, шеф. Все равно не получится. —
Джино выразительно взмахнул рукой. — У вас такое лицо, какое бывает у
человека, который получил все, кроме самого главного приза. Этого не
скроешь. Чего вам не досталось? Солнечных ванн, о которых вы мечтали в
Милане? Или все-таки вам не досталась
она?
— Кто?!
— Девушка вашей мечты, конечно. — На лице Сольди появилась лукавая
гримаса. — Ну, признавайтесь! Вы ведь последовали моему совету и
обратили внимание на красивых женщин, которые там появляются. Но это
оказалось не слишком приятным испытанием, верно? Ведь на каждую красивую
женщину уйма охотников!
— Дело не в этом...
— А в чем же?
У толстяка был один недостаток: если он начинал приставать, от него было уже
невозможно отвязаться. Говорить или не говорить? Но, похоже, он все равно не
отстанет. Паоло наконец решился:
— Я действительно встретил там одну девушку...
— Ура! — прервал его своим воплем Джино. — Мой шеф наконец
влюбился!
— Ты не можешь потише? — поморщился Паоло. — Зачем эти крики?
Ты же не на рынке на пьяцца Скавоне, не продаешь там оливки... Нет, я не
влюбился — я просто встретил одну очень симпатичную девушку. Которая чуть не
сбила меня на лыжной трассе, к слову сказать... Но... — он развел
руками, — потом все вышло совсем не так, как ты думаешь. В том смысле,
что ничего и не было — ни я не влюбился, ни она. Она просто уехала, исчезла,
не оставив и следа. Вот и все. — Он с сарказмом посмотрел на
Джино. — Так что тебе нечего радоваться. И не таким ты оказался хорошим
пророком!
— По вашим глазам вижу, что она запала вам в душу, — провозгласил
Джино. — А значит, вы ее обязательно найдете!
— К сожалению, вот это совершенно из области фантастики, —
вздохнул Паоло. — Дело в том, что я знаю только ее имя. Ни фамилии, ни
номера телефона, ни даже из какого она города — вообще ничего. Так что лучше
просто забыть о ней.
— Но это невозможно. — Джино невозмутимо смотрел на него. — И
вы это знаете.
— В Италии есть службы, которые могут помочь узнать номер телефона
человека, но для этого нужна хотя бы его фамилия или адрес, а у меня вообще
нет ничего, — попытался объяснить Паоло. — Так что лучше просто
забыть об этом.
— Вы не сможете, — покачал головой Джино. — Вы уже встретили
ее. Я это вижу по вашим глазам. Забыть такую девушку невозможно.
— Не говори глупостей. — Паоло махнул рукой, но рука его почему-то
подрагивала.
Джино вздохнул.
— Я только одного не понимаю — вы что, не могли выяснить ее имени прямо
там, в Кортина-д'Ампеццо? Она же где-то жила — в отеле или в пансионате...
— В одном отеле со мной!
— Тогда я ничего не понимаю! Ведь в компьютере отеля должны были
сохраниться все ее данные.
— Ничего там не сохранилось, — мрачно буркнул Паоло. — Они
сказали, что все данные о постояльцах стираются из памяти, когда происходит
окончательный расчет.
— Неужели?! По-моему, они просто наврали вам. Лично я никогда о таком
не слышал. Никогда, — повторил Джино. — Подождите минутку, я
позвоню Эуджении — она как раз работает в отеле администратором — и на
всякий случай проверю. Или я сошел с ума, или... — Он схватил трубку
телефона.
Когда его переговоры с Эудженией закончились, Джино поднял на Паоло
печальные глаза.
— Они обманули вас, мой друг. Такой практики нет и быть не может — хотя
бы из-за требований полиции. Карабинеры требуют хранить такие данные как
минимум три года — мало ли какие могут возникнуть обстоятельства. — Он
покачал головой. — А теперь попытайтесь представить, зачем им это
понадобилось — врать вам.
Паоло безвольно пожал плечами.
— Откуда мне знать?
— Это какая-то загадка, — заключил Джино. — Похоже, тут
скрыта какая-то тайна. Но какая?
— Мне ничего не приходит на ум.
— Мне тоже. — Сольди внимательно посмотрел на него. — Но,
может, мы скоро узнаем ответ?
Синьора Рената Аркини долго разглядывала
альфа-ромео 156
, подходя к ней то
с одного боку, то с другого, потом капризным тоном заявила:
— Я хочу совершить тест-драйв. И пусть кто-нибудь сопровождает меня.
Джино выразительно взглянул на шефа. Его взгляд говорил: это по вашей части.
Паоло пружинисто направился к синьоре Аркини.
— Пер фаворе, вы окажете мне честь, позволив сопровождать вас!
Рената Аркини уселась за руль. При этом ее довольно короткая юбка несколько
задралась, обнажив еще достаточно красивые, стройные ноги, несмотря на то
что синьоре было явно за пятьдесят и лицо плохо скрывало ее возраст. Она не
сочла нужным поправить ее и решительно надавила на педаль газа. Машина
вылетела за ворота салона.
— Мы могли бы поехать мимо бутика Сальваторе Феррагамо, развернуться у
собора Дуомо и проследовать по виа Мантенья, которая огибает замок
Сфорца, — предложил Паоло. — Это позволило бы вам в полной мере
оценить ходовые качества модели и то, как она легка в управлении. А также
почувствовать динамику и надежность езды. На виа Мантенья с ее интенсивным
движением это сделать лучше всего.
— Я поеду по виа Гарибальди, — коротко бросила Рената Аркини.
Переключив передачи, она еще быстрее помчалась вперед.
Паоло искоса посмотрел на нее. Больше всего лицо Ренаты портили губы —
слишком тонкие, они невольно выдавали жесткий и желчный характер женщины. В
уголках глаз синьоры Аркини залегли возрастные тени, которые невозможно было
вывести никакими кремами и массажем. Единственное, что в ней осталось
молодым не по летам, — это ноги. И без того короткая юбка слишком
сильно задралась, и это выглядело почти непристойно. Господи, какие
идиотские мысли лезут мне в голову! — с досадой подумал Паоло.
Они проехали еще немного вперед и попали в пробку.
— Я говорил, не стоило здесь ехать, — вздохнул Паоло. — Здесь
всегда пробки.
Поджав губы, женщина продвинула машину на несколько сантиметров вперед, едва
не стукнув бампер переднего автомобиля.
— Пока мы стоим, можете полюбоваться великолепной отделкой салона — это
же все настоящая кожа, — попытался все же извлечь максимум полезного из
этой ситуации Паоло. — У любого другого автомобиля это привело бы к
существенному росту стоимости, а у нас — нет! Вы получаете всю роскошь и
комфорт за ту же базовую цену.
Машины наконец тронулись с места, и мимо проплыло громадное здание,
поразительно смахивающее на грубо сделанный сундук из серого камня, —
городская прокуратура.
— Я думала, эта машина могла бы двигаться быстрее, — сухо
проронила синьора Аркини. — Все-таки
альфа-ромео
— это синоним
скорости.
— Все зависит от дороги, — кротко заметил Паоло. Он уже понял:
спорить с ней бесполезно. Она из тех, кто придерживается лишь своего
собственного мнения. Как, впрочем, и Рафаэлла, внезапно пронеслось у него в
голове. С ней ведь тоже невозможно было ни о чем спорить.
Движение опять замедлилось. Может быть, впереди какие-то дорожные работы? Но
нет, вроде бы еще вчера, проезжая здесь, он ничего не видел. К их машине
подбежал улыбающийся негр, показывая, что хочет протереть стекло тряпкой.
Синьора Аркини брезгливо посмотрела на него и отрицательно покачала головой.
Да, похоже, она сегодня не в духе и продать машину не удастся, подумал
Паоло. Пожалуй, лучше всего под каким-нибудь предлогом возвратиться в офис,
иначе это будет просто пустой тратой времени и бензина.
— Синьора Аркини, — начал он и поперхнулся от неожиданности:
черная спортивная машина промчалась так близко от них, что, казалось, лишь
чудом не оцарапала бок
альфа-ромео
. Такое впечатление, что она лишь в
самый последний момент избегла столкновения! В следующую секунду сердце
Паоло подпрыгнуло. Ему почудилось — или это на самом деле было
правдой, — что за рулем черного автомобиля сидела Рафаэлла! —
Вперед! — выдохнул он, еще не до конца осознавая, что делает. Он сжал
руку Ренаты Аркини. — Вперед!
Невольно повинуясь его взвинченному тону, синьора надавила на газ. Они
пролетели мимо остальных машин, застывших в бесконечном автомобильном
ступоре, и лишь в самый последний момент инстинкт заставил синьору надавить
на тормоз, чтобы не врезаться в стоявший поперек пути синий
фиат
.
— Давайте! Давайте же! — прокричал Паоло. Он уже понял, что в окне
действительно промелькнул профиль Рафаэллы, и сейчас был готов отдать все,
лишь бы только обрести возможность увидеть ее снова.
Рената Аркини застыла на сиденье, стиснув зубы. Осознав, что она не способна
двигаться дальше, Паоло схватился левой рукой за руль, вывернув его почти до
конца, и повелительно рявкнул: — Газ! Жми на газ!
Точно загипнотизированная, синьора Аркини выполнила команду.
Альфа-ромео
устремилась вперед, объезжая неловко застрявший посреди асфальта
фиат
.
Паоло Кальвино еще раз крутанул руль, и теперь машина помчалась по прямой.
Он ясно видел идущую впереди черную спортивную машину. До боли в глазах он
напрягал зрение, стремясь получше рассмотреть того, кто сидел за рулем.
Точнее, ту...
— Быстрее... — выдохнул он. — Еще быстрее!
— Вы сошли с ума! — взвизгнула синьора Аркини.
Паоло лишь сильнее стиснул руль. Догнать, догнать во что бы то ни стало! В
голове не было никаких других мыслей — только эта. Два быстрых поворота
рукой — чтобы обойти вставшие перед ними автомобили, — и они еще на
несколько метров ближе к цели. Азарт погони бесконечно захватил его, он весь
превратился в одно желание, в одну цель — настичь убегавшую от него черную
машину. Мотор
альфа-ромео
ревел — синьора Аркини как зачарованная
продолжала давить на акселератор ногой. Что бы она ни говорила, эта машина
ехала очень, очень быстро... В следующую секунду Паоло показалось, что
дорога внезапно стала на дыбы. Мчавшийся перед ними черный автомобиль
внезапно затормозил, и через долю мгновения они врезались в него — Рената
Аркини так и не догадалась перенести свою ногу с педали газа на педаль
тормоза...
Паоло на секунду застыл, пытаясь прийти в себя. Нет, ничего серьезного —
только бампер смят и капот немного повело. Чуть пошатываясь, он выбрался из
машины. И кинулся к той, черной.
Из нее уже вылезала Рафаэлла. Да, это была она. Перепутать ее с кем-либо
было невозможно. Паоло почувствовал, как внутри у него все перевернулось.
— Рафаэлла, — выдохнул он. И вдруг смешался. Что он мог сказать
ей, врезавшись в ее машину?!
— Негодяй, мошенник! О мамма миа! — послышался сзади голос синьоры
Аркини, которая наконец пришла в себя. — Я чуть не погибла из-за тебя!
Свинья, подлец! — Как и большинство итальянок, синьора Аркини
располагала большим лексическим запасом ругательств и не задумываясь
применяла их.
— Зачем вы это сделали? — прошептала Рафаэлла. — Вы
хотели... — Ее губы задрожали.
— Рафаэлла, я просто... — Паоло закусил губу. Только сейчас до
него дошло, каким он выглядит идиотом. Устроил на дороге катастрофу, угробил
две машины, чуть не убил свою пассажирку и Рафаэллу... и ради чего?! Как
объяснить ей это? Горло его перехватил спазм.
Вблизи пронзительно завыла сирена. Полицейская машина — по странной иронии
точно такая же модель
альфа-ромео
— замерла перед покореженным автомобилем
Паоло Кальвино. Из нее выскочили карабинеры с автоматами. В следующую
секунду оружие было нацелено в грудь Кальвино, и он услышал грозный окрик:
— Не шевелись!
Паоло застыл на месте. Даже синьора Аркини перестала ругаться.
Полицейские приблизились к Паоло и грубо завернули ему руки за спину. Офицер
рявкнул:
— Оружие есть?
Паоло замотал головой.
— Что вы, какое оружие?!
— Обыскать машину! — повелительно бросил офицер. —
Перевернуть все вверх дном. А вас, — он обернулся к Рафаэлле, — мы
сейчас отвезем в безопасное место.
Паоло увидел, как кивнула девушка, и его сердце сжалось. Полицейский имел в
виду место, безопасное от
него? Но он же не помышлял ни
о чем плохом, он просто...
— Садись в машину! — рявкнул офицер, подталкивая его к автомобилю
полиции. — И без фокусов! — Он выразительно помахал перед его
носом пистолетом.
— Да, увезите этого мошенника! — раздался сзади крик синьоры
Аркини. — И сделайте так, чтобы он еще долго не смог выйти из тюрьмы!
Каналья! Я всем расскажу, что...
Дверца автомобиля с лязгом захлопнулась, и Паоло не мог услышать, какие
страшные кары приготовила ему синьора Аркини.
Он повернулся к полицейскому.
— Офицер, произошло недоразумение. Я...
— Молчать! — рявкнул мужчина. Он наставил пистолет прямо на
Паоло. — Если не хочешь, чтобы я пристрелил тебя раньше времени!
Паоло испуганно замолчал. Конечно, он врезался в машину Рафаэллы, но все
же... Ведь на улицах Милана каждый день происходят десятки автомобильных
столкновений. Машины бьются, и некоторые гораздо сильнее, чем их. Гибнут
люди. Но при этом никто не бегает, не размахивает оружием. Почему же к нему
так придрались? Неужели в глазах полицейских он преступник? Паоло хотел было
сказать, что это совсем не так, но вовремя осекся — с этим офицером шутки
шутить было опасно.
Паоло Кальвино вздрогнул от яркого света лампы, направленного ему прямо в
лицо.
— Кто руководитель вашей террористической организации — Фердинандо
Саллео, Джузеппе Джирардо или Гуидо Пираджино? — словно кнутом хлестнул
его вопрос.
У Паоло отвисла челюсть.
— Я не понимаю, о чем вы говорите, — невольно заикаясь,
пробормотал он.
Полицейский наклонился к Паоло. От его суженных темных глаз веяло
неприкрытой угрозой:
— У нас здесь все признаются. Все без исключения. А если кто-то не
желает говорить правду, у нас есть способы развязать ему язык.
У Паоло закружилась голова. Ему показалось, что комната начала вращаться, и,
прежде чем полицейский успел схватить его за руку и удержать, он рухнул на
пол.
Почувствовав резкий запах нашатыря, Паоло открыл глаза. Виски страшно
ломило, по всему телу разлилась отвратительная болезненная слабость. Он с
недоумением уставился на незнакомого мужчину перед ним. Тот кашлянул, потер
рукой крепкий подбородок, придававший ему неуловимое сходство с бульдогом,
и, стараясь не встречаться взглядом с Кальвино, проговорил негромким, словно
извиняющимся голосом:
— Я — комиссар Франко Мадзини. Прошу простить моих сотрудников. Они
перестарались. Мы проверили — вы не имеете никакого отношения к
террористам. — Он еще раз потер подбородок и наконец посмотрел Паоло
прямо в глаза. — Приношу свои извинения.
Паоло провел рукой по лицу, словно стараясь стереть неприятные воспоминания.
— С нашей стороны к вам претензий нет. Вы должны только уладить все
дела со страховой компанией, которая будет заниматься ремонтом
автомобилей. — Комиссар порылся в кармашке своего безукоризненно
сшитого серого костюма и протянул Паоло визитку. — Если у вас будут какие-
то проблемы, не стесняйтесь, звоните мне. Я постараюсь помочь.
Паоло стиснул руки.
— Я могу задать вопрос?
— Да, конечно.
— Почему меня приняли за террориста?
Комиссар нахмурился.
— Я же объяснил вам — произошла ошибка.
— Но почему она произошла? — воскликнул Паоло. — Я хочу
знать!
— Вы вели себя крайне неосмотрительно и подозрительно. Почему-то
погнались за черной спортивной машиной, врезались в нее, устроили на дороге
аварию.
Паоло посмотрел на него в упор.
— Но вы же понимаете, что даже это вовсе не повод для обвинения
человека в терроризме. — Он перевел дух и заговорил медленней: — Я
несколько раз попадал в аварии. Но никогда после этого ко мне не подбегали
полицейские с нацеленными мне прямо в грудь автоматами.
Возникла пауза. Лицо комиссара было непроницаемо. И только в глубине его
зрачков, казалось, тлело какое-то пламя.
— Я хочу знать, — твердо произнес Паоло. — И вы обязаны мне
ответить. В чем же все-таки дело?
— А вы не думаете, что существуют некоторые вещи, которые лучше совсем
не знать?
На что он намекает? — подумал Паоло. Но все же справившись с волнением,
как можно более твердым голосом он проговорил:
— Вполне возможно. Но в данном случае я хочу знать.
Комиссар неожиданно легко вскочил на ноги, прошелся по комнате, без видимого
усилия неся свое грузноватое тело. На Паоло он не смотрел.
— Каково ваше отношение к Рафаэлле? — Он круто повернулся. —
Прежде чем ответить на ваш вопрос, я должен знать это. — Он мгновение
подумал и бросил: — Обязан.
Паоло уставился на него. Что все это значит?! Почему полицейскому требуется
подобная информация? Какого черта, это его личное дело! И тут он вдруг
подумал, что если не ответит полицейскому, то никогда, наверное, не узнает
ответа и на свой вопрос.
— Мы встретились с ней в отеле
Мадженто
в Кортина-д'Ампеццо. Два
месяца назад. — Он проглотил неприятный комок, внезапно возникший в
горле. — Встретились случайно. Она каталась на лыжах, я тоже.
И... — Было невыносимо трудно рассказывать незнакомому человеку о своих
переживаниях, о чувствах, но Паоло пересилил себя: — Сначала она чуть не
врезалась в меня. Я даже разозлился. А потом вдруг почувствовал, что
влюбился. — Произнеся это слово, он с вызовом посмотрел в глаза
комиссару. — Но она неожиданно уехала, а я ни у кого в гостинице не мог
узнать ее номера телефона. Я даже не знал, где она живет. Не знал фамилии. И
поэтому сегодня, когда я вдруг заметил ее на улице, в машине, я уже не мог
остановиться.
— Понятно... — процедил сквозь зубы Мадзини. Он опустился на стул,
сплел пальцы. — Говорите, влюбились? Что ж... — Он подался
вперед. — Разве вам не показалось странным, что никто в отеле не
захотел дать вам координаты Рафаэллы?
Паоло с силой потер лоб.
— Не знаю... Я просто не придал этому значения. Решил, что все они
идиоты. Что-то в этом роде. Потом, они объясняли мне, что все данные о
постояльцах стираются из компьютера сразу после того, как человек покидает
отель. Что-то в этом роде.
— Но вы же прекрасно знаете, что такого не может быть. — Комиссар
покачал головой. — Вы сами занимаетесь торговлей автомобилями. Разве вы
стираете из памяти своего компьютера персональные данные о клиентах?
— Нет, но...
— Все, хватит! — Комиссар поднял вверх руку, и Паоло
замолчал. — Теперь мне все ясно. И я постараюсь объяснить. Видите ли,
Рафаэлла — единственная дочь Джузеппе Мальдини. Вам что-нибудь говорит это
имя?
Паоло задумался. Нет, ему ничего не приходило в голову.
— Боюсь, что нет, — произнес он.
— Министр труда в правительстве Массимо д'Алема.
На лицо Паоло набежала тень. Министр труда... И вдруг он вспомнил, и его
щеки вспыхнули.
— Кажется, он был убит?
— Вот именно. Его среди бела дня расстреляли террористы из печально
известных
Красных бригад
. Мы не могли его защитить, потому что он никогда
до этого не получал писем с угрозами, а террористы не упоминали его имени в
числе своих мишеней. — Мадзини нахмурился. — Да он и не был такой
заметной фигурой, чтобы стоило опасаться покушения. Министр труда — это все-
таки не министр финансов, или иностранных дел, или обороны. Скорее всего,
террористы выбрали его в качестве жертвы
...Закладка в соц.сетях
