Жанр: Любовные романы
Повороты судьбы
...а в отеле, а на следующий день повезла
детей в Париж. Дом на улице Варенн со всем, что в нем находится, она уже
решила продать. Ей очень не хотелось останавливаться в квартире мужа, но все
имущество, которое у нее осталось, находилось там, да и Бернар больше не мог
причинить ей вреда. Он один раз позвонил ей в отель, но Мари-Анж, узнав, кто
на проводе, попросила ее не соединять. Она не желала больше видеть его —
разве что в зале суда. Мари-Анж надеялась, что он получит пожизненное
заключение. После того, что он сделал с Шарлем и пытался сделать с ее
детьми, он незаслуживал другой участи. Но главная ее трагедия состояла в
том, что она не просто доверяла ему, верила всему, что он говорил, — она его
любила.
Живя в парижской квартире, Мари-Анж подолгу размышляла о своей жизни. Ей
нужно было подумать о многом: о своих ценностях, идеалах, о разрушенных
мечтах, о семье, которой, как оказалось, у нее по-настоящему не было. Мари-
Анж теперь понимала, что для Бернара она, как раньше Луиза, с самого начала
была лишь целью, источником денег, из которого он рассчитывал черпать, пока
тот не иссякнет. Она была очень благодарна своим попечителям за то, что те
оказались не так доверчивы, как она. К счастью, продажа парижского особняка
поможет ей отчасти компенсировать потери.
Только в канун Нового года Мари-Анж собралась с духом и позвонила Билли.
Услышав ее голос, он спросил:
— Почему ты дома? Если не ошибаюсь, в Париже сейчас полночь, ты должна
праздновать.
— Почти полночь.
В Париже был первый час ночи, а в Айове в это время было пять часов вечера.
Билли собирался провести тихий вечер дома, с родными и невестой.
— Графиня, я думал, вам полагается быть сейчас на каком-нибудь
грандиозном балу, разве нет? — поддразнил он Мари-Анж.
Она даже не улыбнулась, она не улыбалась уже почти две недели. Она
рассказала Билли о пожаре, о том, что сделал, точнее, пытался сделать ее
муж. Она рассказала ему обо всем, о чем долгое время умалчивала: о Луизе, о
ее обезображенном ожогами лице, о маленьком Шарле, о том, как Бернар
транжирил деньги. Мари-Анж говорила и о том, что она пережила, стоя с детьми
у окна ванной в горящем доме, что она чувствовала, выбрасывая детей в окно.
Ей повезло гораздо больше, чем Луизе, она сумела спасти детей и спаслась
сама.
Билли слушал ее молча, но по звуку в трубке Мари-Анж поняла, что он плачет.
— Господи, Мари-Анж, это ужасно! Надеюсь, этого сукина сына упрячут за
решетку до конца его дней.
Билли с самого начала не доверял Бернару: все происходило слишком быстро, и
он сразу заподозрил неладное. А Мари-Анж между тем продолжала уверять Билли,
что все прекрасно. Какое-то время она искренне в это верила, но теперь,
оглядываясь назад, понимала, что ей с самого начала следовало бы
насторожиться. Сейчас она спрашивала себя, не были ли и дети, о которых
Бернар якобы так мечтал, лишь средством крепче привязать ее к себе. После
всего, что случилось, Мари-Анж благодарила судьбу за то, что не забеременела
в третий раз.
— Что ты собираешься делать дальше? — спросил Билли.
Он беспокоился за Мари-Анж еще больше, чем раньше.
— Не знаю. Через месяц должно состояться слушание, мне и Луизе нужно
присутствовать. Поживу в Париже, пока не решу, что делать дальше. От
Мармутона почти ничего не осталось, думаю, мне придется его продать, —
грустно заключила она.
Билли попытался ее подбодрить:
— Но ты можешь восстановить дом.
Билли все еще пытался осмыслить весь ужас того, что произошло с Мари-Анж, в
эту минуту ему больше всего на свете хотелось быть рядом с ней. Мать Билли,
видя, что сын плачет, выпроводила из кухни всех, включая и его невесту.
— Я пока не решила, хочу ли я его восстанавливать, — призналась Мари-
Анж. — Да, Мармутон когда-то был моим любимым домом, но теперь с ним связаны
тяжелые воспоминания. И я не уверена, что хочу остаться в нем. Слишком много
всего здесь произошло.
— Не только плохого, но и хорошего. Не спеши принимать решение, дай
себе время подумать. Предлагаю сменить обстановку. Приезжай в Айову.
Идея показалась Мари-Анж очень заманчивой, но ей не хотелось останавливаться
в отеле, а жить в его доме, да еще с двумя маленькими детьми, тоже казалось
неудобным. На ферме Паркеров все целыми днями работали.
— Я подумаю. Но в июне я не смогу приехать на твою свадьбу, адвокаты
мне сказали, что я должна быть в Париже — возможно, в это время состоится
суд над Бернаром, я пока точно не знаю.
— Я тоже, — сказал Билли.
Она поняла по его голосу, что он улыбается.
— Что ты имеешь в виду?
— Я пока не знаю, состоится ли свадьба в июне. Мы подумываем отложить
ее еще на год. Мы с Дебби очень нравимся друг другу, но иногда я
начинаюсомневаться, правильно ли мы поступаем. Навсегда — это очень большой
срок. Мама тоже советует не спешить, а Дебби, по-моему, нервничает. Она все
время повторяет, что хочет жить в Чикаго, ты же знаешь, как у нас тут —
совсем не то, что в большом городе.
— Послушай, почему бы тебе не привезти ее в Париж?
Мари-Анж еще надеялась, что свадьба состоится, Билли заслуживал счастья. Ее
собственное счастье обратилось в прах в самом прямом смысле, теперь она
хотела только пожить некоторое время в тишине и покое с детьми. После того
что с ней произошло, Мари-Анж было трудно представить, что она сможет
довериться другому мужчине, но Билли она хорошо знала и любила как брата. А
сейчас ей как никогда нужен был друг. У Мари-Анж возникла идея, которой она
тут же поделилась с Билли:
— Прилетай в Париж один, можешь остановиться в моей квартире, мне очень
хочется тебя увидеть.
В голосе Мари-Анж послышались ностальгические нотки, ведь Билли был
единственным человеком на свете, которому она могла доверять.
— Я бы с удовольствием взглянул на твоих детишек, — задумчиво ответил
он.
— Как поживает твой французский?
— Плохо поживает, почти, умер. Мне не с кем на нем разговаривать.
— Постараюсь звонить почаще.
Мари-Анж не хотелось спрашивать Билли напрямик, есть ли у него деньги на
поездку в Европу, и онабоялась его обидеть, предлагая оплатить билет. Но
желание увидеть его было так сильно!
— У нас тут сейчас особой запарки нет, я поговорю с отцом, может быть,
они смогут обойтись без меня на ферме недельку-другую. Посмотрим, может, я
что-нибудь придумаю.
— Спасибо, что ты всегда со мной, — сказала Мари-Анж с улыбкой, которую Билли помнил с детства.
— Для этого и существуют друзья. Надеюсь, ты знаешь, что я всегда готов
тебе помочь. Тебе не надо было скрывать от меня правду, иногда я чувствовал,
что что-то неладно, а иной раз тебе удавалось меня убедить, что все в
порядке и ты счастлива.
— По большей части так оно и было, я действительно была счастлива. И у
меня замечательные дети. Но Бернар с такой скоростью тратил деньги, что мне
становилось страшно.
— Ничего, теперь все будет хорошо, — заверил Билли, — главное, что ты и
дети живы и здоровы.
— Я знаю. Ты не обидишься, если я предложу тебе деньги на билет?
Мари-Анж боялась смутить Билли, но ей очень хотелось его увидеть, и она
подозревала, что ему может не хватить собственных средств. Она вдруг
почувствовала себя такой одинокой, такой покинутой, ей стало казаться, что
они с Билли не виделись тысячу лет, хотя на самом деле они расстались чуть
больше двух лет назад. Но за это время произошло столько событий, что
хватило бы на целую жизнь: она вышлазамуж, родила двоих детей, чуть не
погибла от рук собственного мужа.
— Если я приму от тебя деньги, чем я тогда буду отличаться от твоего
мужа?
Билли говорил совершенно серьезно, он не хотел вести себя по отношению к Мари-
Анж, как Бернар. К сожалению, он даже не представлял масштабы
подвигов
Бернара.
— О, я подскажу, что ты должен делать, чтобы не быть на него похожим, —
рассмеялась Мари-Анж. — Это очень просто: не покупай на эти деньги нефтяную
скважину.
— А что, это мысль! — Билли тоже рассмеялся, он решил, что Мари-Анж
шутит. — Я подумаю, что можно сделать, и потом позвоню.
— Я буду в парижской квартире. — Мари-Анж вдруг вспомнила, что не
поздравила его с праздником. — Кстати, с Новым годом!
— И тебя тоже. И вот еще что, малыш: можешь сделать мне одно одолжение?
— Какое?
Мари-Анж казалось, что она снова стала школьницей.
— Попытайся до моего приезда ни во что не вляпаться.
— Означает ли это, что ты решил приехать?
— Это означает, что я подумаю. А ты пока позаботься о себе и детях. А
если этого типа выпустят из тюрьмы, я хочу, чтобы ты сразу же летела сюда.
— Не думаю, что его выпустят, во всяком случае в обозримом будущем.
Однако предложение Билли было не лишено смысла, и Мари-Анж поблагодарила его
за участие.
Закончив разговор, она пошла спать. Элоиза спала в детской кроватке,
поставленной рядом с ее кроватью, а в соседней комнате посапывал Робер. Мари-
Анж улыбнулась, думая о Билли.
А он в это время разговаривал с отцом. Том Паркер поначалу очень удивился,
когда сын попросил у него денег взаймы, но потом, подумав, решил, что может
наскрести нужную сумму при условии, что Билли впоследствии ее вернет. Билли
обещал вернуть долг, он копил деньги на медовый месяц и накопил уже
четыреста долларов.
Когда Билли вернулся в гостиную, его сестры заметили, что он непривычно
задумчив. Старшая попыталась с ним заговорить, но он ее даже не услышал.
— Да что с тобой, Билли? — встревожилась она, передавая ребенка мужу.
— Ничего особенного.
Он рассказал родным о том, что случилось с подругой его детства. Все
искренне посочувствовали Мари-Анж. Дебби выслушала его с интересом, но
ничего не сказала.
— Я собираюсь в Париж. Ей сейчас очень тяжело, и я должен быть с ней
рядом, хотя бы в память о нашей старой дружбе. Это самое малое, что я могу
для нее сделать.
Все, конечно, помнили, что Мари-Анж подарила ему
порше
.
В комнате воцарилась тишина, и вдруг Дебби сказала:
— Я переезжаю в Чикаго.
Все удивленно посмотрели на нее.
— С чего это вдруг? — спросил Билли.
Дебби смутилась:
— Я всю неделю хотела тебе сказать, да не решалась. Я нашла там работу.
Билли испытал странное волнение. Он и сам еще не понял, рад или огорчен,
понимал только, что растерян. Впрочем, мысли о предстоящей свадьбе далеко не
в первый раз приводили его в растерянность.
— И что же дальше?
— Пока не знаю, — честно сказала Дебби. Вся семья слушала их разговор,
затаив дыхание. — Думаю, нам не стоит жениться. — Помолчав, она добавила
шепотом: — Я не хочу провести всю оставшуюся жизнь на ферме, я ее терпеть не
могу.
— Но я — фермер, — просто сказал Билли. — Это моя работа.
— Ты мог бы заняться чем-нибудь другим, если бы захотел, — просительно
сказала Дебби.
Билли погрустнел.
— Давай обсудим это на улице.
Он встал и подал Дебби пальто. Они вышли на веранду. Как только за ними
закрылась дверь, в гостиной все заговорили разом. То, что Билли рассказал им
о Мари-Анж, потрясло всех, особенно миссис Паркер, которая за нее очень
переживала.
Самая старшая из сестер кивнула в сторону двери, за которой скрылись молодые
люди.
— Как ты думаешь, мама, они когда-нибудь поженятся?
— Бог его знает. — Миссис Паркер пожала плечами. — Кажется, я больше не
понимаю, что люди делают и почему. Те, кому следовало пожениться, не
женятся, а те, кому надо бы держаться друг от друга подальше, торопятся под
венец. Я только одно поняла: люди готовы все испортить, дай им волю, во
всяком случае, большинство. Мы с папой — исключение.
Она улыбнулась мужу, который был все еще ошеломлен обрушившимися на них
новостями.
Когда Дебби уехала, Билли, никому ничего не объяснив, направился прямиком в
свою комнату. Его родители, братья, сестры и остальные родственники все еще
сидели в гостиной, но он молча прошел мимо них и тихо закрыл за собой дверь.
Глава 12
В аэропорту Шарль де Голль Мари-Анж с красной розой в руке ждала, когда
самолет из Чикаго совершит посадку. Робера она держала на руках, Элоиза
сидела в коляске. Мари-Анж была в брюках, толстом свитере и теплом пальто.
Детей она одела в одинаковые красные пальтишки, которые напоминали Мари-Анж
о собственном детстве. Билли она увидела сразу, как только он сошел с
самолета. Ей показалось, что он совсем не изменился с тех пор, когда они
вместе ездили в школу. Разве что сейчас на нем был не комбинезон, а белая
рубашка, джинсы и теплая куртка, а на ногах — новенькие ботинки. Увидев Мари-
Анж, Билли улыбнулся и пошел ей навстречу своей обычной походкой, которую
она так хорошо помнила. Мари-Анж сразу вспомнилось, как он вот так же шел к
ней, когда они встречались в одном из своих излюбленных местечек в летние
каникулы, а потом разговаривали, разговаривали обовсем...
Мари-Анж молча протянула Билли розу. Он взял цветок и некоторое время так же
молча всматривался в ее лицо, потом обнял и прижал к себе, ощущая знакомое
прикосновение ее шелковистых волос. У обоих возникло ощущение, будто они
вернулись домой после долгих странствий, каждый считал другого своим лучшим
товарищем, и даже через два года между ними все осталось по-прежнему. Именно
так все должно быть в идеале — только редко бывает в реальной жизни. Ни Мари-
Анж, ни Билли не догадывались, что испытывают те же чувства, которые когда-
то испытали Франсуаза и Джон Хокинс, когда встретились в Париже. Обняв Мари-
Анж, Билли чуть отступил, чтобы рассмотреть детей. Оба были милыми, и оба
походили на Мари-Анж.
Билли пошел получать багаж. По дороге Мари-Анж рассказала ему, как прошло
первое слушание. 'Бернара обвинили в покушении на тройное убийство, кроме
того, было решено возобновить следствие по делу о смерти Шарля, сына Луизы.
Прокурор заявил, что у него появились новые улики против Бернара, вероятнее
всего, к существующим обвинениям прибавится обвинение в убийстве.
— Надеюсь, мерзавца повесят, — пробурчал Билли со злостью, какой Мари-
Анж раньше в нем не замечала.
Ему было страшно от того, что пришлось вынести Мари-Анж. За время
длительного перелета у Билли было достаточно времени, чтобы привести свои
мысли в порядок и подумать о будущем. Дебби уехала в Чикаго. Они решили
расторгнуть помолвку, но Билли пока не стал говорить об этом Мари-Анж, не
желая ее волновать.
Он прилетел на две недели. Мари-Анж не терпелось показать ему
достопримечательности Парижа. Она запланировала целый экскурсионный тур,
включая Лувр, Эйфелеву башню, Булонский лес, Тюильри и еще множество мест.
Она собиралась свозить Билли и в Мармутон. Жить в замке было нельзя, но Мари-
Анж решила, что они переночуют в отеле и вернутся в Париж на следующий день.
Ей хотелось побродить вместе с ним по местам, где она любила гулять в
детстве, показать фруктовый сад, останки дома и посоветоваться, стоит ли его
восстанавливать. Она уже решила, что если все-таки надумает восстанавливать
Мармутон, то безо всяких излишеств и роскоши, которые внес Бернар, — ей бы
хотелось видеть замок таким, каким он был в те времена, когда она жила здесь
с родителями, возможно, Мармутон стал бы подходящим домом для нее и детей,
но она пока этого не решила.
Билли взял с багажной карусели свой небольшой чемоданчик и вернулся к Мари-
Анж. Глядя, как он приближается, она только сейчас заметила, что он
изменился — повзрослел, стал более уверенным в себе, держался непринужденно.
Это был уже не юноша, а мужчина. Мари-Анж тоже изменилась, ей пришлось
многое вынести, она стала матерью двоих детей. Недолгий брак с
Бернаромоказался для нее тяжелым испытанием, но она его выдержала. И вот
теперь с ней Билли, и между ними все осталось по-прежнему, даже стало лучше.
Билли посмотрел на Мари-Анж, усмехнулся такой знакомой ей усмешкой и взял на
руки Робера. Она покатила коляску с Элоизой.
— Такое чувство, будто возвращаешься домой, правда? — с улыбкой спросил
он.
Мари-Анж улыбнулась в ответ. Заметив в глазах Билли какой-то странный блеск,
она спросила, о чем он думает. Раньше они легко читали мысли друг друга.
— Я просто подумал, как здорово, что ты решилась выпрыгнуть из окна
ванной. Если бы ты этого не сделала, я бы сам убил этого мерзавца.
— Я тоже... то есть я хочу сказать, я тоже рада, чтовыпрыгнула.
Они шли рядом, Мари-Анж катила коляску с дочерью, Билли нес на руках ее
сына. Они выглядели как обычная семья, никому бы и в голову не пришло, что
это не так. Но Мари-Анж пока думала только о предстоящих двух неделях. Ей
хотелось поговорить с Билли, как раньше, поговорить обо всём, что было для
них важно. Каждому было что рассказать друг другу, поделиться своими
мечтами, секретами, планами на будущее. Перед ними лежал Париж, который
только предстояло открыты За ними закрывалась одна дверь — в прошлое, а
впереди открывалась другая — в будущее, в новую и совсем иную жизнь.
Закладка в соц.сетях
