Жанр: Любовные романы
Слепой случай
...ходит в деревню, позвонит Акселю Мари в Интерпол
и узнает, оправдались ли подозрения, которыми он с ними поделился. По
предложению Эйлис, он через своего приятеля в Министерстве иностранных дел
решил проверить на компьютере дипломатический корпус тех стран, где
обнаружилась афера с билетами. Идея заключалась в том, что главарь должен
находиться в стране относительно долгое время, чтобы успеть наладить связи в
мире чиновников, познакомиться с теми, кого можно подкупить. Информация,
которую выдал компьютер, оказалась на удивление полной. Тогда-то и всплыло
имя Роберта Тэлбота.
Осторожно, чтобы не будить Эйлис, Марк вылез из постели, спустился вниз.
Конечно, жутко неудобно, что телефон установят только после Рождества, думал
он по дороге в таверну
Сердце в горсти
, где собирался воспользоваться телефоном-
автоматом.
Соединившись с Винсентом Ферье, частным детективом, которого он нанял, Марк
распорядился:
— Нажмите на все кнопки, Винсент, и хорошенько проследите за Джейсоном
Тэлботом.
— Так как компьютер выдал информацию о Роберте Тэлботе, я
поинтересовался им и его делами. Выяснилось, что вчера он вылетел из Габона,
где служит, домой, в Англию.
— Вот как? — оживился Марк. — Если подозрения мои
справедливы,
Виндзор эр
ожидает новая лавина фальшивых билетов. Скажите
ребятам, чтобы были начеку.
Повесив трубку, Марк купил три бульварных листка и
Тайме
. Во всех трех
желтых
газетках на первой странице печатались сенсационные заметки об
истории с Джейсоном Тэлботом, но имя Эйлис не упоминалось. Просматривать
Тайме
Марк не стал: эти ничего печатать не будут, если нет официального
обвинения.
Через два дня Винсент Ферье сообщил интересные новости. В послужном списке
Роберта Тэлбота существовало одно небольшое темное пятно: когда-то, будучи в
Гонконге, он оказался причастен к компании по производству фальшивых часов
Ролекс
и
Пьяже
, куда он вкладывал деньги. Тэлбот поклялся, что ничего не
знал о противозаконной деятельности компаний. Доказательств не было, и к
суду Тэлбота не привлекали.
К концу недели Интерпол обнаружил серию билетов, выданных в Дании каким-то
малопочтенным агентством. Концы вели в Габон.
О Джейсоне Тэлботе ничего существенного выяснить не удалось. Все сообщаемое
Марку было известно, кроме того, что Джейсон купил для Мелани Таренхолт дом
в фешенебельном лондонском районе Челси. Неужели Джейсон всерьез влюблен в
Мелани? Его жена, серенькая коротышка Мэри Эмерсон, удивительно не подходила
Джейсону. Когда-то в припадке откровенности Джейсон поведал Марку, что
вынужден был жениться на Мэри. Неудивительно — состояние Тэлботов, как и
многих других английских аристократов, в XX веке было в плачевном состоянии.
В погоне за финансовыми вливаниями Джейсон и женился на некрасивой Мэри и,
поселив ее в деревне, где она растила жеребят, сам стал тратить ее деньги в
Лондоне. Марк вспомнил, что имел кое-какие дела с Крэнстоном Эмерсоном,
отцом Мэри. Странно, что он не раскусил этого прощелыгу Джейсона. Марк дал
поручение Винсенту Ферье разузнать, каким образом получил свое состояние
Эмерсон, а также источники доходов Джейсона.
— Ну? — набросилась на него Эйлис, едва он вошел после просмотра
Возможного случая
. — Как картина? Как я?
— Погоди, — сказал Марк. — Может быть, ты разрешишь мне все-
таки сначала снять пальто?
Чтобы подразнить ее, он нарочно долго раздевался, неторопливо вешал пальто в
шкаф и только после этого повернулся и крепко обнял Эйлис.
— Это было потрясающе! Настоящая сенсация! А ты — выше всех похвал!
Возможный случай
ожидает оглушительный успех!
— Ну расскажи же, как я выгляжу? — расспрашивала Эйлис, голос ее
дрожал.
— Ангел мой, да не волнуйся ты так! Ты действительно прекрасно снялась.
Джайлс разделал твою сцену превосходно: у зрителя, конечно, нет сомнения в
том, что ты снимаешься обнаженной, но главное в сцене не это, а психология.
Сочувствие, которое вызываешь ты, сделало бы честь любой опытной актрисе!
Марк говорил весело, оживленно, пытаясь скрыть от Эйлис, что ему было не очень-
то приятно видеть свою возлюбленную на экране в таком виде и знать, что ею
могут любоваться все, кто только пожелает.
— Теперь у тебя отбоя не будет от новых предложений.
— Мне это неинтересно, — сказала Эйлис и потянула Марка за
рукав. — Пойдем на кухню. Там теплее, и я сварила кофе.
Марк повиновался, думая о том, как быстро и прочно Эйлис вошла в его жизнь.
С самого их приезда в Уиндем-Хилл они начали усердно заниматься домом,
стараясь сделать его удобным и уютным. Эйлис никогда ни на что не
жаловалась. Дни они проводили в совместных работах по благоустройству дома,
ночи — вдвоем под уютной пуховой периной. Марку казалось, что ничего лучше
такой жизни и не бывает.
— Надо было и мне пойти на просмотр, — сказала Эйлис, передавая
Марку кружку кофе.
Не желая возражать и спорить, Марк потягивал кофе. Ему пришлось немало
потрудиться, отговаривая Эйлис от этого. Она считала, что ее маленькая
хитрость с Джейсоном является гарантией ее полной безопасности, но Марк
отнюдь не был в этом уверен.
— Я только рад, что тебя там не было. Джейсон пришел, как ты думаешь, с
кем? С Келли Холмс. Помнишь такую? Исполнительница одной из эпизодических
ролей в
Возможном случае
. Мне пришлось поздороваться с ним за руку. Даже
после всей этой шумихи в прессе у него хватило наглости вести себя как ни в
чем не бывало.
— Он говорил что-нибудь обо мне? О нас?
— Мы с ним не разговаривали. Сомневаюсь, однако, что Джейсон знает о
том, как я обеспечил тебе алиби. Скотленд-Ярд подобной информацией делиться
не станет, если не будет судебного разбирательства, а его не будет.
Обвинение не выдвинуто. Если Джейсон станет наводить справки, ему скажут,
что ты вернулась в Штаты.
— А Найджел что говорит? Он ведь в картинах разбирается. Не один
десяток кассовых фильмов сделал.
— Его не было. — Марк постарался, чтобы это прозвучало
равнодушно. — Должно быть, он в Лос-Анджелесе. Какие-то дела, связанные
с прокатом. — Быстро допив кофе, он отдал Эйлис кружку, попросив налить
еще.
Действительно, куда запропастился Найджел? Вот уже который месяц он не мог
дозвониться до него, чтобы узнать, точно ли уничтожены все неиспользованные
в фильме дубли с Эйлис. Марк не заставал Найджела, и тот не перезванивал.
Марк не мог даже вообразить причины, по которой Найджел мог бы его избегать.
Он был более или менее спокоен. До разговора с Джайлсом. Но Джайлс сказал,
что и он с того времени, как они вернулись в Англию, совершенно не видится с
Найджелом. Конечно, монтаж и завершение картины — это дело режиссера, но все-
таки Джайлс не первый раз работает с Найджелом. Перестать интересоваться
картиной на последней стадии — для Найджела странно и необычно. Что-то во
всей этой истории тревожило Марка.
— Пойдем наверх. Я ужасно устал. Наверное, начинаю привыкать жить в
глуши. Стоит провести вечер в городе — и чувствуешь себя совершенно
измотанным.
— Иди скорей сюда, — позвала Эйлис, когда они перебрались в
спальню. — Простыни ледяные!
Подбросив в камин несколько поленьев, Марк быстро разделся и прыгнул в
постель к Эйлис, обнял ее, тесно прижался. Он думал, что привычка убьет это
постоянно тлеющее в нем желание. Нет, не убивала. Эйлис уткнулась ему в шею,
поцеловала, лизнув ухо. Еще не успев ответить ей, он уже почувствовал
неодолимое желание.
Потом, обнявшись, они долго разговаривали, пока Марк не услышал ровное
дыхание Эйлис и не понял, что она спит. Он стал глядеть в потолок на
пляшущие там тени, которые отбрасывало пламя камина. С выходом картины на
экраны их отношениям предстоят серьезные испытания. Эйлис станет популярной.
Повернувшись, Марк посмотрел на нее. Лунный луч серебрил выбившуюся прядь
волос у нее на щеке. В жизни Эйлис ничуть не менее сексуальна, чем на
экране, хотя и не догадывается об этом. Но картина выйдет, и очень скоро все
узнают, до какой степени привлекательна она как женщина. Понимая, что это
верх эгоизма, Марк хотел бы сохранить Эйлис для себя одного. Но ему придется
жить со знаменитостью, звездой. Книга, картина, пьеса... как все-таки
разносторонне одарена эта женщина. Скоро ее станут рвать на части. Ему
придется побороть свою ревность, то первобытное чувство, которое он ощутил,
увидев ее обнаженной на экране. Марк теснее прижал к себе Эйлис.
Перед самым Рождеством Ферье сообщил ему, что Эмерсон назначил Джейсону
месячное содержание, чтобы тот оставался мужем Мэри, которая, как выразился
Винсент, воспылала противоестественной страстью к женщине. Семья не хотела,
чтобы страсть эта стала достоянием общественности. Однако денег этих
Джейсону не хватало, но дополнительный источник его доходов был неизвестен.
— Ты подожди меня в пабе, а я сделаю несколько звонков, — сказала
Эйлис, когда они вошли в таверну
Сердце в горсти
. — Хочу пожелать
друзьям веселого Рождества.
Марк заказал себе пинту горького
Гусиного глаза
и приготовился ждать.
Эйлис вернулась и, сев, расхохоталась.
— Что тебя так развеселило?
— Никогда не догадаешься, что сделал Ти-Эс на твоем столе!
Марк и думать забыл о коте, да и бывший стол его вот уже который месяц
занимал Боб, но ему было приятно, что Эйлис до сих пор считает этот стол его
столом.
— Так что же он сделал?
— Окотился! Принес пятерых котят!
Марк тоже не мог удержаться от смеха. Представить себе надоедливого
здоровенного кота нежной мамашей!
— И ты никогда не подвергала сомнению пол животного?
Обезоруживающе улыбнувшись, Эйлис сказала:
— Марк, как ты думаешь, нельзя нам оставить одного котеночка? Он жил бы
у нас в Уиндем-Хилле.
Отказать ей было невозможно. Хоть Марк и не очень жаловал кошек, но когда он
услышал
у нас в Уиндем-Хилле
...
— Конечно, — сказал он, — только на этот раз уж постарайся,
чтобы это действительно оказался кот.
В сочельник они докончили отделку библиотеки и притащили туда с чердака
старый пыльный диван — временно, до покупки новой мебели. Сев перед камином,
они открыли бутылку
Лафит-Ротшильда
1966 года.
— Думаешь, мы сможем втиснуть второй письменный стол в эту комнату?
Чтобы, если надо, работать одновременно. Его можно попробовать поставить у
окна. Тогда днем, сидя за столом, можно было бы любоваться лугом, а вечером
за ним было бы тепло, потому что рядом камин...
Одним пальцем Марк легонько приподнял голову Эйлис.
— Ты знаешь, сколько раз ты произнесла слово
мы
? Не знаешь? Так я
скажу: не меньше, чем я произносил его мысленно. — Сунув руку в карман,
он вытащил оттуда маленькую коробочку и вручил ее Эйлис. — Давай
узаконим это
мы
!
При виде коробочки улыбка на лице Эйлис погасла. Лицо стало серьезным. На
коричневатом бархате крышки виднелись золотые буквы фирменного знака
Тесьер
, очень дорогого ювелирного магазина на Бонд-стрит. Там торговали
изделиями, стоившими целое состояние. Дрожащими руками Эйлис приоткрыла
крышку. Изумительнейший, чистейший, продолговатый изумруд в обрамлении
бриллиантов, прекраснее кольца она никогда не видела. Выразительные глаза
Эйлис затуманились слезами:
— Это означает, что...
— Это означает, что я люблю тебя и хочу на тебе жениться.
— О Марк! — Она надела кольцо на палец. — Я верю, что ты меня
любишь!
— Иногда я бываю не очень красноречив, но это не значит, что я не люблю
тебя. Я тебя люблю.
Слегка отодвинувшись от Марка, Эйлис очень серьезно сказала:
— Год назад, тоже в сочельник, ты знаешь, где и с кем я была? — И
когда Марк покачал головой, она продолжила: — Дома. Одна. И плакала из-за
Пола. Всего год прошел, и как все изменилось! Картина, пьеса, диск, Линда и
Рената. И ты.
Эйлис перевела взгляд с кольца на Марка и обратно.
— Когда я выходила за Пола, я не думала о себе, о том, как все будет,
не загадывала вперед на три, пять или десять лет. Я целиком растворилась в
нем. Он был кометой, а я — ее хвостом.
— Я понимаю, что твоя профессия и карьера требуют своего. Возможно, нам
придется иногда разлучаться. Будем решать эти проблемы по мере их
возникновения.
Марк ожидал, что Эйлис оценит его широту и великодушие. Его желание идти на
компромиссы удивило даже его самого. Представлять себе, как Эйлис будет жить
вдали от него, было неприятно, но надо же быть реалистом... Как только фильм
выйдет на широкий экран, у Эйлис отбоя не будет от предложений.
— Ты собираешься часто уезжать из страны? — вдруг спросила она.
— Не знаю, — чистосердечно признался он. — Через две недели
мне придется улететь в Австралию — надо завершить там кое-какие дела. Но,
вернувшись, я уже смогу распоряжаться собой, как пожелаю.
Эйлис разглядывала кольцо, в задумчивости вертя его на пальце. Помаявшись,
она сказала:
— Как только истечет срок договора на пьесу, я буду предоставлена самой
себе.
— Эйлис, я перепишу договор. Тебе нет необходимости чувствовать себя связанной целых два года!
Эйлис по-прежнему не поднимала глаз, и казалось, что ее больше занимает
фирменный знак на бархатной коробочке, чем его слова.
— Я... я не хочу быть актрисой. — Она посмотрела на Марка. Слез в
ее глазах не было, но ресницы были влажными. — Не хочу жить на
чемоданах, в постоянных разъездах, не хочу, чтобы тебя все время не было
рядом. Я хочу жить там, где живут мои друзья. Мне надо кончить книгу. А
после я хочу жить здесь и хочу ребенка от тебя!
Глава 32
— А в чем дело? — спросила Эйлис у Джайлса, садясь в его тесный
Микроморрис
, чтобы ехать в Котсволдс к Найджелу. — С
Возможным
случаем
ведь осложнений нет?
— Нет, все в порядке. Рождественские просмотры прошли лучше, чем можно
было ожидать. Мы выдвинуты на премии Академии по двум или более
номинациям. — Джайлс замялся в нерешительности: — Я хочу поговорить с
вами конфиденциально.
— Да? О чем? — Эйлис неловко заерзала. — А Рената, она в
порядке?
Джайлс широко улыбнулся, так что лоб его под шапкой седоватых волос весь
пошел морщинами.
— Рената прекрасно себя чувствует. Совершенно поглощена работой. О
наркотиках я и думать забыл. Ее теперь от дела не оторвешь. За это я вам
очень, очень благодарен. Нет, разговор не о Ренате. Как вы отнесетесь к
совместной работе со мной?
— Я была бы счастлива! — воскликнула Эйлис. — Но готового сценария у меня сейчас нет.
— Речь идет не о разовом проекте, а о работе гораздо более крупной и
продолжительной, скажем, лет на пять...
Видя, как ошарашена Эйлис, Джайлс поспешил пояснить:
— Найджел реорганизует
Хантер филмс
. В новой компании я буду иметь
двадцать процентов акций и стану работать только для
Хантер филмс
. Вы
могли бы стать акционером.
— Но я не хочу становиться сценаристкой. Это все равно что постоянно
бросать кролика в волчью стаю. Каждый откусывает по кусочку, то есть вносит
изменения — одно, другое. К тебе подключают других сценаристов. Потом еще
режиссер говорит свое веское слово, и сценарий опять перекраивается. Наконец
кинозвезды и их амбиции. Каждый предлагает свое, а в результате получается
нечто, совершенно не похожее на твой замысел.
Возможный случай
уцелел во
всей этой каше только потому, что сюжет его был слишком хорошо известен. Как-
никак роман завоевал популярность.
— В ваших словах есть резон, не стану спорить, — согласился
Джайлс. — Я, собственно, хотел просить вас осуществлять общее
руководство отдельными проектами. Скажем, вы и я совместно обсуждаем ваш
замысел, работаем над ним, потом вместе подбираем команду для воплощения
этого замысла в жизнь. Охотников записать уже придуманное найти нетрудно.
Вам нравится такая идея?
— Да, нравится. — Еще бы! Сколько людей отдали бы что угодно за
возможность поработать с таким выдающимся режиссером, как Джайлс Эктон!
— Я на это надеялся. Вы очень талантливы. Это доказала и пьеса.
— Но там многое внес Твик, — запротестовала Эйлис.
— Вы умеете работать с людьми, — сказал Джайлс. — Это плюс
ваш талант создают то редкое сочетание качеств, которое я долго искал. Я
хочу включить вас в свою команду. — Свернув на трассу М4, Джайлс
направил свою малолитражку по дороге на Котсволдс. — Это дает нам обоим
возможность работать в Англии. — Повернувшись в ее сторону, он
улыбнулся: — В браке самое главное быть вместе. Долгие месяцы разлуки
охлаждают чувства. Если это дело с реорганизацией
Хантер филмс
выгорит,
нам обоим удастся избежать Голливуда.
Эйлис кивнула. Ей не хотелось рассказывать ему, что они с Марком все уже
решили. Они с Марком поженятся и переедут в деревню вместе с Ти-Эс и ее
обожаемым котенком, названным Гу. Марк стал торопить ее со свадьбой, как
только она сказала ему, что хочет ребенка. Ее удивило, как сильно,
оказывается, и он этого хочет. Но все-таки они решили отложить свадьбу до
премьеры ее пьесы.
— Я собиралась на некоторое время взять отпуск, — сказала Эйлис.
— Вот в этом и вся прелесть, — заметил Джайлс. — Вы сможете
работать в удобное для вас время и сами назначать себе сроки. Мне от вас
нужно только принципиальное согласие сделать со мной четыре картины за пять
лет.
— Понятно. — Эйлис приходилось признать, что в последнее время ей
удивительно везло с работой: сначала Твик и замечательные профессионалы,
которых привлекла Рената, теперь это лестное предложение Джайлса.
Они подъехали к коттеджу, наполовину обшитому деревом, с тростниковой
крышей, нависающей на резные переплеты окон. Коттедж был густо увит плющом и
походил на пряничный домик из сказки.
Очень прямая и строгая домоправительница во всем белом провела их в
небольшой зимний сад над террасами парка.
— Я даю вам тридцать минут, — сказала она, взглянув на
часы, — больше разрешить не могу.
— Привет, Эйлис, Джайлс, — раздался голос Найджела. —
Простите, что не встаю.
Эйлис улыбнулась Найджелу, и тут же ее сияющая улыбка погасла. Эйлис не
смогла скрыть, как поражена произошедшей с Найджелом переменой. Он, должно
быть, потерял фунтов сто. Даже сидя в кресле, укутанный пледом, он
производил впечатление настоящего скелета.
— Здравствуйте, — растерянно сказала Эйлис, вопросительно
поглядывая на Джайлса.
— Садитесь, садитесь, — пригласил их Найджел. Когда-то энергичный
голос его превратился в шелестящий шепот.
Они с Джайлсом уселись на диван. Горничная привезла сервировочный столик с
чаем.
— Угощайтесь, — сказал Найджел.
Он повернулся в своем кресле и подкатил ближе. Оказалось, что кресло —
инвалидное.
— Я вижу, Джайлс вас не предупредил, — хрипло усмехнулся
Найджел. — Карты на стол, чего уж там... Помираю я...
Прерывисто вздохнув, Эйлис отставила чашку с чаем. Найджел предупреждающе
поднял руку. Вокруг вены расплывался фиолетово-желтый след от уколов.
— Не надо сочувствия. Не за этим я попросил Джайлса привезти вас ко
мне. И пообещайте, что о моей болезни не узнает никто за пределами этой
комнаты.
— Обещаю, — пробормотала Эйлис.
— Джайлс уже растолковал вам мой план? — Эйлис кивнула, и Найджел
продолжил: — Он объяснил вам, зачем я хочу открыть ее для новых акционеров?
— Нет.
—
Хантер филмс
— это моя жизнь. Моими усилиями компания стала лучшей
в Англии. Она была для меня всем на свете, если не считать краткого периода,
когда я был с Луизой. — Найджел посмотрел вдаль, на террасы парка, блекло-
голубые глаза его подернулись печалью. — Это мать Стивена. Она умерла
от рака, когда ей еще не было тридцати.
Покосившись на Джайлса, Эйлис поняла, что состояние Найджела не было для
того неожиданностью. Она смущенно намотала на палец прядь волос. После
неловкой паузы Найджел продолжал:
— Да, если не считать короткого промежутка с Луизой, вся жизнь моя
заключалась в
Хантер филмс
. — Он опять замолчал, и Эйлис показалось,
что, прежде чем вновь посмотреть на нее, он сморгнул слезинку. — Не
обращайте внимания. Я стал ужасно сентиментальным. Я хочу, чтобы вы поняли,
как важно для меня правильно распорядиться самым ценным —
Хантер филмс
.
Вскоре после того, как я купил у вас права на книгу, у меня обнаружили
лейкемию. Всю мою жизнь я оставался борцом. Пока Джайлс снимал
Возможный
случай
, я проходил лечение. Все оказалось впустую. Вернувшись в Лондон, я
продолжал искать врачей, которые могли бы помочь. А теперь я смирился с
неизбежным.
Задохнувшись, Найджел замолчал. Очевидно, даже говорить ему было тяжело.
Эйлис проглотила комок в горле, глаза застилали слезы. Вопреки внешней
грубоватости он был милейшим человеком.
Найджел опять заговорил. Теперь голос его был совсем слабым:
— Этой осенью, поняв, что болезнь моя неизлечима, я и придумал то, что
придумал, — продать долю
Хантер филмс
и включить в команду вас и
Джайлса. Тогда я могу быть уверен, что после моей смерти у
Хантер срилмс
хватит и средств, и талантливых людей, чтобы перевалить в двадцать первый
век.
— Кто будет продюсером? — спросила Эйлис.
— Вас беспокоит Стивен? Не волнуйтесь. По новой раскладке он будет
владеть третью акций, в то время как Джайлс — двадцатью процентами.
Остальные пустим на аукцион. Я уверен, что Стивен сможет выступать в
качестве продюсера, в противном же случае совету директоров придется его
сместить.
Вот оно что. Оказывается, Найджел хорошо знал цену Стивену.
— Конечно, я не хотел бы, чтобы Стивена совсем вытеснили из дела. Он
мой единственный сын. Да и Луизе это было бы неприятно. — Найджел
покачал головой, и на глаза его опять навернулись слезы. — Когда я
узнал о своей болезни, я лишил Стивена дивидендов.
Брови Эйлис взметнулись вверх.
— Я знаю, что вам это может показаться жестокостью, но на самом деле
мне надо было сделать это гораздо раньше. Я слишком избаловал его. Он ни в
чем не знал отказа, потому что я чувствовал свою вину перед ним. Я уделял
ему мало внимания. Мне было тяжело общаться с ним — уж слишком он был похож
на мать: те же светлые шелковистые волосы, те же изумительные глаза. Я вам
рассказывал, как мы познакомились?
Эйлис покачала головой. По отдельным деталям рассказа можно было понять, как
безумно любил Найджел жену и каким сокрушительным ударом явилась для него ее
потеря. На сына его просто не хватило. Теперь Эйлис лучше понимала Стивена —
несчастный, недолюбленный ребенок превратился в бесхарактерного никчемного
человека.
— В вашем распоряжении осталось десять минут, — заявила строгая
женщина, провожавшая их к Найджелу. Видимо, она исполняла при нем роль
сиделки.
— Я лишил Стивена денег для его же блага. Зарабатывать на жизнь своим
трудом — это прекрасная школа. Я снял его с телевизионных фильмов, которыми
он занимался, потому что все, что он там делал, — это соблазнял
молоденьких актрис. Я сделал его продюсером
Возможного случая
. Я
позаботился о хорошем жалованье для него и обеспечил поддержку — такая
поддержка могла бы удержать на плаву тонущий крейсер! И что же? Ровным
счетом ничего! Стивен оказался неспособен принимать решения. Тогда-то я и
понял, что Стивен должен сделать фильм самостоятельно, без посторонней
помощи, один — с самого начала и до конца. Сделает — значит, ему можно будет
доверить компанию. На картину я не дал ему ни шиллинга, но он как-то
выкрутился, взял ваш сценарий. — Тут Найджел повернулся к Эйлис. —
Нашел самостоятельно и натуру, и съемочную площадку. Он был на высоте, если,
конечно, сравнивать с его прежними
достижениями
. — Найджел слабо
улыбнулся. — Но все это д
...Закладка в соц.сетях
