Жанр: Любовные романы
Слепой случай
..., женщина повела Эйлис наверх.
В спальне Стивена миссис Радж показала Эйлис, что черное лакированное крыло
одной из цапель, составлявшее часть изголовья кровати, повисло и
скособочилось.
— Пыль вытирать, — пояснила миссис Радж, — только пыль
вытирать!
Эйлис горестно вздохнула: кровать от Сперлуччи, сделанная по специальному
заказу. Найти ей замену будет нелегко — потребуются долгие месяцы и бешеные
деньги. Однако подойдя поближе и пристальнее вглядевшись, Эйлис поняла, что
изголовье вовсе не сломано. Вытирая пыль, миссис Радж, видимо, привела в
действие какой-то секретный механизм, сдвинула, и крыло птицы поникло,
открыв тайник. Заглянув в него, Эйлис обнаружила пластиковый мешочек с белым
порошком и стеклянную трубочку.
Как странно
, — подумала Эйлис. Она
знала, что Стивен неравнодушен к спиртному, но что он балуется кокаином, и
не догадывалась.
— Ничего не сломалось! — успокоила она миссис Радж. —
Видите? — нащупав за изголовьем кнопку, она нажала ее, и крыло встало
на место. Миссис Радж, просияв, захлопала в ладоши.
— Пасипо! Пасипо!
— А теперь бегите домой, — сказала Эйлис, понимая, что время
позднее и семья миссис Радж, наверное, волнуется.
Миссис Радж ушла, а Эйлис, полная любопытства, опять нажала кнопку.
Интересно, что еще находится в тайнике. Там оказалась дорогая записная
книжка из страусиной кожи с золотым тиснением. Записи в ней были сделаны
аккуратным почерком Стивена. Большинство имен — иностранные. Наверняка это
все кинематографические связи Стивена. Он всегда все детально записывал и
хранил старые записи, так что Эйлис ничуть не удивилась. Единственным
знакомым в этой книжке был Джейсон Тэлбот. Напротив его фамилии значились
четыре телефона. Один — виллы в Марбелле, другой — дома в Хэмпшире, два
последних номера были лондонские. Один — с пометкой
Итон-сквер
, другой —
без адреса, обозначенный буквами
М. Т.
. Мелани Таренхолт? Джейсон должен
много времени проводить с Мелани, чтобы Стивен записал ее телефон под его
именем. Но если у Мелани и Джейсона роман, зачем тогда Джейсону названивать
ей, Эйлис? Все это было совершенно непонятно.
В понедельник утром она, как обычно, встретилась с Ренатой в
Сомперс-кафе
,
чтобы, позавтракав, отправиться в лабораторию для прохождения очередного
теста. Эйлис заметила, что Рената какая-то грустная.
— Как Джайлс? — спросила Эйлис.
— Прекрасно, — ответила Рената, не поднимая глаз и играя кольцами.
Прошло несколько секунд, потом она сказала: — Эйлис, я знаю, что своими
руками испортила себе жизнь...
Господи! Уж не вернулась ли она опять к своей пагубной привычке?
— Что случилось? Что с тобой? — спросила Эйлис, положив руку
Ренате на плечо.
— Ничего. Со мной во всяком случае ничего. Я знаю, что не вправе
осуждать кого-либо, особенно после всего, что ты для меня сделала. Но я
вижу, что ты совершаешь ужасную ошибку.
— О чем ты?!
— О Джейсоне Тэлботе. И всей этой компании. Эти люди совершенно не
подходят тебе, Эйлис.
— Рената, ты в уме? Я сто лет не видела Джейсона.
— Но на фотографии ты с ним.
— На какой фотографии? — тяжелое предчувствие охватило Эйлис.
— Во вчерашней
Ивнинг ревью
. Ты и Джейсон. И на тебе то самое зеленое
платье от Линды.
— Это невероятно. После презентации я надевала это платье лишь однажды
и была в тот вечер вовсе не с Джейсоном. А ты не обозналась? Газетные снимки
такие нечеткие.
— Это без сомнения ты. Там и подпись есть. Ты была с ним в субботу
вечером на приеме?
— Весь уик-энд я провела дома! Я работала и ни с кем не виделась! Не
могу понять, где раздобыли они мое фото в зеленом платье? — Эйлис
помолчала, мысленно прикидывая. Нет, на свадьбе Линды никаких фотографов не
было.
— И это еще не все, — поколебавшись, продолжала Рената.
Потянувшись через стол, она коснулась руки Эйлис. — Там говорится, что
ты — известная порнозвезда и последнее увлечение Джейсона.
Эйлис от такого сообщения просто затрясло.
— Я должна собственными глазами увидеть эту фотографию.
Время, которое они провели в лаборатории, а затем в метро, добираясь до
театра Ридженси, показалось Эйлис бесконечным. Рената сказала, что у Эдди
Конистона, актера массовки, заядлого читателя бульварных листовок, наверняка
есть эта газета.
— Поверить не могу! — простонала Эйлис при виде снимка. Она не
могла отрицать, что на фотографии именно она, именно в зеленом платье и с не
с кем иным, как с Джейсоном Тэлботом. Сопроводительный текст был как
пощечина: всячески смаковался прием, на котором она не присутствовала. Эйлис
была представлена актрисой, известной съемками в голом виде. О том, что она
писательница и продюсер, — ни слова, так — дешевая старлетка.
— А заметки про вас на прошлой неделе хотите посмотреть? — спросил
Эдди.
— На прошлой неделе?!
Эйлис посмотрела на Ренату, но та лишь пожала плечами.
— Вот! — Эдди победно протянул ей газету. Она была от среды.
Фотографий там не было, зато был репортаж, где говорилось, что Эйлис была
хозяйкой на приеме, устроенном Джейсоном накануне.
— Но я никогда не... — воздела руки Эйлис.
— А вот пятничная... — прервал ее Эдди.
В газете сообщалось, что Джейсон и Эйлис ужинали в шикарном новом ресторане
Трубадур
.
— Это все? — сквозь сжатые зубы спросила Эйлис.
— Все, — ответил Эдди.
— Можно я заберу газеты? — спросила Эйлис. Эдди кивнул. —
Спасибо. Если прочтете про меня еще что-нибудь, обязательно тут же
сообщите. — Эйлис повернулась к Ренате: — Идем ко мне в кабинет. —
Она помчалась к себе с такой скоростью, что Рената едва поспевала за
ней. — Безумие какое-то! Никогда и нигде я не была с ним. Как все это
прикажешь понимать?!
— Не волнуйся так, пожалуйста. Бульварных газет этих никто не читает.
— Серьезно? Тогда почему в Лондоне их тиражи больше, чем у
Таймс
?
— Нет, ну, конечно, свой круг читателей у них есть.
— Я еще могу понять сообщение о том, что я была хозяйкой на его приеме.
Он хотя бы просил меня об этом. В ресторане он мог быть с какой-нибудь
блондинкой, похожей на меня. Но как объяснить фотографию в зеленом платье?
Она опять вгляделась в злополучный снимок, и вдруг ее осенило:
— Рената, видишь на фотографии серьги? — она показала на
изумительные, высочайшего класса серьги с изумрудами. — Линда взяла эти
серьги напрокат в магазине Элизабет Гейдж только для презентации. Серьги мне
безумно понравились, но покупать их — да я бы за всю жизнь не расплатилась!
— Да-да, помню, — сказала Рената, — а ребята из охраны сразу
же после презентации вернули их в магазин вместе с другими драгоценностями!
— Да, я вспомнила. На презентации меня снимали.
Все усилия Эйлис найти человека, ответственного за публикации в
Ивнинг
ревью
, оказались тщетными. Неизвестно было ни кто готовил материал, ни кто
предоставил им информацию.
Наутро, подежурив возле кабинета главного редактора, она наконец смогла
поговорить с ним. Снисходительным тоном главный редактор подтвердил ей, что
их газета использует исключительно надежные источники информации. Конечно,
их репортеры не в состоянии посещать все светские мероприятия. В данном
случае, видимо, в редакцию кто-то позвонил и передал сообщение. Кто это был,
узнать не представляется возможным. Когда Эйлис пригрозила подать на газету
в суд, редактор только рассмеялся. Фотографию, однако, разыскал. По всей
вероятности, она была смонтирована из двух негативов, но так мастерски, что
никто, глядя на черно-белое глянцевое фото, не заподозрил бы подвоха.
Главный редактор настаивал, что фото подлинное. Эйлис решила обратиться к
единственному человеку, способному разъяснить ей всю эту неразбериху.
Кипя от негодования, она несколько часов прождала Джейсона в прихожей под
бдительным оком лакея. Джейсон заявился домой поздно вечером.
— Эйлис, — сказал он, уставившись на нее черными внимательными
глазами и приглаживая рыжеватые волосы, — как мило, что вы заглянули ко
мне!
В голосе его явственно чувствовался сарказм.
— Джейсон, воскресная газета поместила фотографию...
— Давайте зайдем в гостиную и выпьем. Хорошо?
Повернувшись, Джейсон пошел в комнаты, приглашая Эйлис последовать за ним.
— Вам известно происхождение этой фотографии? — спросила она.
— Какой фотографии? — с невиннейшим видом осведомился Джейсон,
заходя за стойку бара и наливая себе стакан.
— Фотографии в
Ивнинг ревью
, — сквозь зубы прошипела Эйлис.
— Боюсь, что мне эта газетенка незнакома. — Он извлек из бара
бутылку. — Вам вина? Или водки с тоником?
— Коньяка с содовой, — сказала Эйлис, протягивая Джейсону газету.
Джейсон мельком взглянул на снимок.
— Красивое платье, — с ухмылкой сказал он и нагнулся за стойкой,
что-то ища.
— Мы ведь никогда и нигде не были с вами вдвоем, Джейсон!
Сардонически подняв бровь, Джейсон передал ей фужер.
— Меня слишком часто щелкают, Эйлис, чтобы я запоминал, когда это
бывает и с кем.
Едва сдерживаясь, чтобы не вспылить, Эйлис отпила пару глотков.
— В заметке утверждается, будто субботний вечер мы провели вместе. А
где вы были в субботу на самом деле? И как вообще возникло это фото?
На красивом лице Джейсона промелькнуло выражение неприкрытого удовольствия.
— Я был с одной замужней дамой, которая, естественно, предпочла бы,
чтобы муж этого не знал. Что же касается фотографии, наверное, когда-то мы
все же были вместе.
— Нет, снимок сделан на открытии дома моделей, но снимали меня с
Мелани. Фотография смонтирована.
Выйдя из-за стойки бара, Джейсон подвел Эйлис к кожаному дивану.
— Сидите пейте, а я объясню вам кое-какие вещи. Этим бульварным
газетенкам в Англии нет числа, сплошь и рядом они все путают и перевирают в
погоне за сенсацией. Одни заголовки чего стоят!
Изнасилованная космическими
пришельцами
... — Он помолчал и приятно улыбнулся. — Думаете, хоть
кто-нибудь этому верит? Конечно же, нет! Однако читают — для развлечения.
Эйлис кивнула и отпила еще немного коньяку. Похоже, он говорит разумные
вещи.
— Меня эти газеты склоняли и спрягали на все лады не один год. Теперь
же я их просто не читаю и вам советую поступать так же.
— Почему же на них не подают в суд?
Джейсон пожал плечами. Лампа подсвечивала рыжину его волос.
— Подают и иногда даже выигрывают дело. Именно в результате судебного
процесса Ку Старк получил пожизненное содержание, а Джеффри Арчер сорвал
порядочный куш. Но чего им это стоило... Большинство не желает связываться и
начинать все эти хлопоты, которые на руку одним адвокатам. А теперь
допивайте, и я отвезу вас домой.
Эйлис осушила стакан.
— Они назвали меня порнозвездой.
Джейсон хмыкнул:
— Но ведь вы снимались в картине обнаженной. Многие считают это
порнографией. Забудьте. Может, кто-то неудачно подшутил.
Эйлис ничего не оставалось, как согласиться. Что могла она сделать?
Кипятиться без толку попросту глупо. Забыть все — и дело с концом. Она
решила с некоторым опозданием все же поблагодарить Джейсона за цветы, но,
подняв на него глаза, с изумлением обнаружила, что Джейсонов — трое. Она
заморгала, решив, что слишком много выпила на пустой желудок. Три Джейсона
закачались перед глазами, в то время как в уши назойливо лез неотступный
голос.
— Эйлис, все в порядке? Вы хорошо себя чувствуете? — спрашивал
Джейсон, и голос его доносился как будто издалека или сквозь вату.
— Все в порядке, — пробормотала она и, покачнувшись,
встала. — Пойду-ка я домой.
Выходя, она споткнулась и упала бы, если бы Джейсон не подхватил ее сзади.
— Набрались? Это что, не первый ваш стаканчик сегодня?
Эйлис попыталась возразить, но слова застревали в горле.
— Я вызову машину, — сказал Джейсон. — Не могу отпустить вас
в таком состоянии.
Когда Джейсон помог ей сесть в его
Ролле
с шофером, перед глазами Эйлис
мелькали странные сине-красные пятна и вспышки света. Она хотела сказать
Джейсону, что вовсе не пьяна, но вместо слов получалось нечто
нечленораздельное. Она закрыла глаза, но радужные пятна не исчезли, а только
закружились вокруг нее в тошнотворном хороводе. Внезапно она ощутила
холодные прикосновения и, опустив глаза, увидела, как под свитер к ней лезут
руки — множество рук тискают ее обнаженную грудь. Смутно она подумала, что
рука всего одна — рука Джейсона.
— Не смей! — услышала она собственный крик. Голос показался ей
чужим — визгливым, испуганным.
— Что, бережешь грудки для Кимброу?
Он ущипнул ее за сосок, она вскрикнула, замолотила руками и ногами, перед
глазами, застилая зрение, заплясали какие-то искры и вспышки, в голове
гудело так, словно там поселились шершни. Она смутно отдавала себе отчет в
том, что ни крики ее, ни сопротивление не способны его остановить. Руки,
извиваясь, как щупальца спрута, пробирались к ней под юбку. Она забилась,
отталкивая его.
— Прекрати! — закричала она громко, чтобы услышал шофер за
стеклянной перегородкой. — Выпусти меня! Останови машину!
— Остановить? — Рука Джейсона была теперь между ее ляжек. —
Ты хочешь выйти?
Эйлис укусила его в плечо, и он отдернул руку.
— Да! Хочу выйти! — завопила она.
Черные глаза сверкнули дьявольским блеском, а губы искривила нехорошая
усмешка. Он взял трубку связи с шофером:
— Мисс Маккензи желает покинуть нас прямо здесь.
Роллс-Ройс
затормозил так резко, что Эйлис стукнулась о переднее сиденье.
Потянувшись через нее, Джейсон открыл дверцу, и Эйлис выкарабкалась наружу.
Ролле
умчался. Эйлис вглядывалась в окрестные трущобы. Места совершенно
незнакомые. Пошатываясь, она пошла вперед, дома вокруг завертелись,
закружились, и наступила беспросветная тьма.
Глава 28
Эйлис открыла глаза, не понимая, прошли часы или минуты, и увидела, что над
ней склонились какие-то люди. Лица их были искажены, как в кривом зеркале.
Я схожу с ума
, — подумала она. Эйлис попыталась встать, но ей не
дали. Кто-то, схватив ее за щиколотки, потащил по тротуару. Собравшись с
силами, Эйлис закричала. Ей зажали рот, и кто-то гнусаво произнес над самым
ее ухом:
Убью
.
Больше ее никуда не тащили, а голоса над нею о чем-то спорили. Эйлис
пыталась вслушаться. С нее сорвали золотую цепочку. Два рывка — и серег нет
в ушах, а уши надсадно ноют и пульсируют. Темноту прорезал свист, такой
пронзительный, что Эйлис зажала руками уши, но все же услышала громкий топот
убегавших.
— Мисс? — словно издалека послышался голос. — Вам плохо?
С трудом разлепив веки, Эйлис взглянула поверх направленного на нее
электрического фонарика. Синие формы и высокие каски полицейских.
Всмотревшись получше, Эйлис поняла, что полицейский был в единственном
числе.
— Вам лучше пройти со мной, мисс, — проговорил бобби, помогая ей
встать на ноги.
Встав, она качнулась вперед и, сделав несколько неверных шагов, чуть не
упала.
— Выпили лишнего? В глазах небось розовые чертики? — Крепкая рука
обхватила ее за талию. — Я услышал ваш крик. Подонки обчистили вас?
Эйлис кивнула, целиком сосредоточившись на ходьбе.
Полицейский привел Эйлис в участок, где ее, допросив, уложили на койку в
темной камере. Лежа там в полубессознательном состоянии, Эйлис боролась с
обступившими ее со всех сторон чудовищами и чертями. В голове проносились
обрывки мыслей и таяли, прежде чем она успевала их ухватить. Сомнения не
было: она действительно сошла с ума.
— Эйлис... Эйлис...
Кто-то звал ее, тряся за плечи. Открыв глаза, она тут же поспешила их
закрыть. Свет от одинокой лампочки под потолком невыносимо резал глаза.
— Рената... — едва слышным шепотом произнесла она, не сразу поняв,
где находится. Ах да, ее же привели в участок. Значит, она все-таки спала.
— Да, Эйлис, да! Что произошло?
— Свет... — проговорила Эйлис. — Так больно. Слишком ярко.
Выключи его.
— Свет вовсе не...
— Больно, — сказала Эйлис и опять закрыла глаза. Открыла она их,
лишь услышав, как щелкнул выключатель.
— А теперь, — сказала Рената, присаживаясь возле нее, — расскажи-
ка мне, что случилось. Я не знала за тобой пристрастия к спиртному.
— Я и не была пьяной...
— Но полицейские сказали...
— Они обвиняют меня в чем-нибудь?
— Нет, — ответила Рената. — Мне они позвонили, чтобы я
забрала тебя домой. Дело обычное — иностранка, не рассчитавшая свои силы в
каком-нибудь пабе. Но как тебя занесло в этот район? Что произошло?
— Давай выйдем отсюда, и я все тебе расскажу.
Они поехали домой к Ренате, и по пути Эйлис поведала подруге свои
подозрения. Джейсон, несомненно, подсыпал ей что-то в питье.
— Очень похоже, — согласилась Рената. — Все эти видения,
искаженные формы, вспышки света, странные звуки бывают при наркотическом
опьянении. — Отперев дверь, Рената пропустила Эйлис вперед. —
Почему же ты не рассказала всего этого в полиции? Они могли бы арестовать
Джейсона.
— Единственное, что я твердо помнила, это то, что Джейсон очень богат и
влиятелен. Так кому же поверят — мне или ему? А если ко мне привяжутся по
поводу наркотиков, меня вышлют из страны. — Загораживая глаза от
неяркой настольной лампы, которую зажгла Рената, Эйлис села на диван.
— Да, ты права, — согласилась Рената. — Джейсон был бы
последним дураком, не сумей он избавиться от всех улик и не обеспечив себе
алиби. Но почему он так поступил?
— Не знаю, — сказала Эйлис. — При желании он мог бы меня
изнасиловать, но настоящих поползновений к этому у него не было.
— Он предпочел бросить тебя в трущобах южного Лондона. Пекам-стрит,
откуда я привезла тебя, имеет ужасную репутацию. Тебе повезло, что
полицейский услышал твои крики. Этим парням могло показаться мало простого
ограбления.
— Не могу поверить, неужели Джейсон оказался способен так отомстить мне
за то, что я его отвергла? — недоуменно произнесла Эйлис. Она смутно
помнила, что Джейсон говорил что-то о Марке, но что именно, она забыла.
— Ничуть не удивлюсь, если это так, — отозвалась Рената. Пройдя в
маленькую, примыкавшую к комнате кухоньку, она налила чайник. — Я
хорошо помню историю с Аннет Спенсер, инженю труппы, в которой я играла год
назад. Хорошенькая и необыкновенно одаренная. Если б не Джейсон Тэлбот, она
могла бы прославиться на всю Англию.
— Так что же произошло?
— Джейсон соблазнил ее в обычной своей манере: охапки роз и ужины в
шикарных ресторанах. Аннет была милая наивная девочка. Она решила, что
Джейсон влюблен и разведется из-за нее с женой. Но как только Джейсону стало
известно, что Аннет беременна, в бульварной прессе замелькали заметки,
расписывавшие ее разгульную жизнь. Разумеется, нового романа после этого у
нее так и не завязалось.
— Какая скотина...
— Чтобы обезопасить себя от иска на установление отцовства, он погубил
ее репутацию.
— Что же она стада делать?
— Звонила в редакции газет. Пыталась поговорить с Джейсоном, но он
предусмотрительно убрался в Марбеллу. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы
понять, с кем имеешь дело. Однако Аннет все еще любила его. — Рассказ
Ренаты прервал резкий свисток чайника, и она занялась чаем. Потом
продолжала: — Аннет исколесила всю страну, переходя из одной провинциальной
труппы в другую. После рождения ребенка, которого у нее забрали
родственники, она стала пить. Дело кончилось тем, что она погибла от
наркотиков и пьянства.
— Почему ты не рассказала мне этого раньше?
— Надо было, конечно. Но я не знала, как ты отреагируешь. Мне в голову
не приходило, что он может так поступить с тобой. — Рената передала
Эйлис чашку с чаем. — С Джейсоном происходили разные истории. Еще когда
его роман с Аннет был в полном разгаре, в труппе появилась плоскогрудая
замарашка — блондинка с длинным носом и неправильным прикусом. Потом вдруг
исчезла, и несколько недель от нее не было ни слуху ни духу. Никто особенно
и не скучал по ней. Но она вернулась, заменив одну актрису на выходах. У нее
появилась роскошная, вызывающе пышная грудь, прикус выправлен, нос укорочен,
а невзрачные светлые патлы превратились в чудесные платиновые локоны.
Рукотворная эта красавица понравилась публике.
— Мелани Таренхолт?
— Ну да, конечно. Однако когда она стала пробиваться и, расталкивая
всех, претендовать на большие роли, стало ясно, что ничего, кроме как
вертеть бедрами и трясти грудью, она не умеет. Вернувшись из Марбеллы,
Джейсон закрутил роман с этой ничтожнейшей Мелани Таренхолт.
Поджав под себя ноги, Эйлис уютно устроилась на диване.
— Я всегда удивлялась, что он в ней нашел, Мелани — сама вульгарность,
а он человек светский, утонченный.
— Крайности сходятся. Я же не удивляюсь тому, как респектабельнейший
бизнесмен увивается за взбалмошной богемистой блондинкой.
— Это другое дело, — сказала Эйлис, мысленно прикидывая, насколько
осведомлена Рената об их с Марком отношениях.
— А может быть, Джейсон затеял роман с Мелани, чтобы разрядить ситуацию
с Аннет, — продолжала Рената, посверкивая кольцами. — Как бы то ни
было, два сапога оказались парой. В прессе тут же появились восторженные
рецензии, восхвалявшие Мелани как актрису. Но мы-то помним, как получила она
свою первую роль. Актриса первого состава получила телеграмму, что ее мать
при смерти. Актриса, разумеется, срочно уехала из Лондона. Позже узнали, что
сообщение послала Мелани.
— Но это же отвратительно!
— Для Мелани карьера — это все. Она бросила Джейсона ради
телевизионного продюсера, позднее давшего ей роль в сериале. Джейсон
забрасывал Мелани розами, задаривал ее, но она ушла, даже не оглянувшись.
— Но потом, видимо, они опять сошлись. Во всяком случае, Стивен говорил
мне, что отношения их продолжаются даже сейчас. С переменным успехом.
— Да кто уследит за ними, — отвечала Рената. — Они друг друга
стоят. Я лично считаю, что Джейсон способен на что угодно. Он мог отомстить
тебе просто за то, что ты отказалась быть хозяйкой на его приеме.
И тут Эйлис вспомнила о тесте на наркотики.
— Рената, — сказала она, — а как же тест? Мне ведь теперь его
не выдержать.
— Конечно. Но у меня есть план.
— План? — Эйлис очень не хотелось впутывать в свои дела Ренату —
ведь она и сама на подозрении. Рената объяснила, что просто собирается
подменить пробирку с мочой в лаборатории.
Но тут Эйлис воскликнула:
— Я отомщу Джейсону. Страшно отомщу. За себя, за Аннет и за всех
женщин, которых он обесчестил. Слушай, Рената...
В субботу вечером, встав перед зеркалом, Эйлис вылила на себя чуть ли не
срлакон
Хитрой лисички
. Если Джейсон и не опьянеет от такого аромата, то
одуреет, это уж точно. Помахав перед носом рукой, чтобы отогнать назойливый
запах, она густо намазала веки, чтобы подчеркнуть зелень глаз. Потом
нацепила кружевной черный лифчик с вкладышами, еще увеличивавшими и без того
пышный бюст. Теперь груди ее торчали, как наведенные стволы орудий. Ткань
вокруг сосков была прозрачная, выставлявшая их на обозрение. Поправив черные
атласные подвязки с черными ажурными чулками, они прикрыла все это
великолепие облегающим черным атласным платьем и поглядела в зеркало. Все
выпуклости,
...Закладка в соц.сетях
